http://forumfiles.ru/files/000f/13/9c/37255.css
http://forumfiles.ru/files/000f/13/9c/62080.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/40286.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/95139.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/86765.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/22742.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/96052.css

Manhattan

Объявление

Новости Манхэттена
Пост недели
Добро пожаловать!



Ролевая посвящена необыкновенному острову. Какой он, Манхэттен? Решать каждому из вас.

Рейтинг: NC-21, система: эпизодическая.

Игра в режиме реального времени.

Установлено 7 обложек.

Администрация
Рекомендуем
Активисты
Время и погода
Люк · Марсель · Маргарет

На Манхэттене: декабрь 2017 года.

Температура от -7°C до +5°C.


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Manhattan » Флэшбэки / флэшфорварды » see who I am, break through the surface ‡флеш


see who I am, break through the surface ‡флеш

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

http://s8.uploads.ru/shmPr.png

There's no future, there's no past,
In the present nothing lasts

август, 2013
Лондон

+2

2

***
Ты помнишь, как всё начиналось?
Я прорывался сквозь тугие, замкнутые, полные протеста ткани, что так и норовили запереть меня внутри, оставить бесхозным товаром, непригодным для использования. Но ты старалась. Ты изо всех сил держала в себе стержень той невесомой, неисчисляемой женской силы и воли, которая пробуждается во имя благодати, во имя новой жизни. Воистину стойкая, готовая принимать любые истязания, уготованные природой и волею судеб, ты явила миру ребенка. Сначала одного, а за ним другого. В привычно знойный для лета день, в середину лета ты воспроизвела на свет двойняшек. А теперь опрокинула эту ответственность, уготованную тебе жизнью, и пренебрегла ею.
Что ты наделала, Онора?..

Я стою за кустами близ городской дублинской больницы, к которой меня привел след параноика, след безумно заботящего сына, след без устали принимающего на себя мессии, что испытывает радость будучи удрученным испытанием следить, но не вмешиваться; смотреть, но не мешать; наблюдать, но не вторгаться. Это моя очередная вылазка в родные края, датируемая заслуженным отпуском, в который был отпущен я без отлаганий, ибо выполнял почти что безукоризненно все заданные условия. Раз в полгода, строго по расписанию я приникал к объективу, уповая лишь на ведомый инстинкт, на родную подоплёку, на необходимый опиум в виде изображения той, неповторимой, уникальной, удивительной женщины, что несмотря на любую привязанность вне, волновала не меньше собственного желания на жизнь.
Я млел.
Я терялся.
Как бы строго я не привязывал себя к оковам праздного уверения, что сулило «счастливый конец» моей жизненной трагедии, как бы я не старался полуночным бредом оправдывать свои безумные, кошмарные встряски крикливым отголоском – ни одна рациональная мысль не могла утереть мою чувственность, направленную в один ряд с такими незыблемыми ощущениями как забота, ласка и беспрекословная любовь, не знающая слова «не могу», «не знаю как» и «не получается». Я попросту срывался, ведомый безудержным, неконтролируемым порывом, что неистово приводил меня к ограждению собственного дома, где я рос и не знал бед, пока разум не окрепчал и осознал всей беды семейства Кадди.

Ты помнишь, как всё начиналось?..
Я помню.
Объектив камеры по наитию был направлен в условно пространную местность, хотя руки, словно интуитивно подпитанные, держали фокус на выходе из больницы, именувшей себя как женское пристанище. Еще мгновение – я вижу, как твое тревожное лицо сначала мелькнуло к глазах, за ним шаткая походка, еле удерживающая отчего-то неуклюжее тело, а в завершении машина, неправильно припарковавшаяся у выхода.
Сначала картинка – за ней мысль – следом эмоция – моментом решение.
Я выпрямляюсь и покидаю свое укрытие, по дороге ко входу, стряхивая с себя сухие ветки.
- Добрый день. Подскажите, я должен был встречать свою матушку сейчас, но застрял в пробке… - Выдерживаю секундную, наигранно неловкую паузу, будто стыдясь. Медсестра в приёмной тепло мне улыбается, а про себя я торжественно сжимаю кулачки – удалось.
- Имя?
- Онора Кадди.
- А вы…муж? – Вижу, как сомнительная улыбка едва ли вырисовывается на губах молодой сестры.
- Сын. – Пытаясь скрыть гордость, застилавшую в тот миг мое лицо, в частности прозревшие зрачки, которые по обыкновению своему чаще были узкими.
- Ох, извините мне мою бестактность. – Я лишь ухмыляюсь ее залившемуся багровой краской лицу. Мне льстят. Топчу в себе эту гнильцу. Нет, Финн. Опомнись.
- Ну так что?
- Боже, простите. – Оказывается, ее румянец был вызван не только ошибочным мнением, но и слепым внушением, податливости на атмосферу, что маячила вокруг меня. Постоянно забываю, что могу кому-то приходиться по душе. – Забыла Вас поздравить!
- С чем?
- Так у Вас сестренка будет!
***

Перед глазами безутешно мелькают пейзажи: кукурузные поля, подсолнечное поле, скудная лесополоса, занудные рощи – ровно как стагнация моей жизни, эти деревья и кусты напоминают мне о несбыточном, непреодолимом. О невозможном.
Мне не избавиться от нее.
Испытываю острую беспомощность, которая колючей проволокой течет внутри вен, доставляет противников эндорфинов, втаптывая их работу в небытие.
Ты скажешь, что за бред ты несешь?
Если ты никогда не испытывал той вязкой, бетонной тяги ко дну, настолько ощутимой всем телом, настолько губительной, способной толкнуть тебя на поступки, о которых ты будешь жалеть – ты не жил. Я был на той самой грани. Но не ощущал её, того опасного рубежа, той стартовой точки, с которой срывается вся и без того шаткая личина человека, беспробудно убеждающего себя в обратном – в том, что все его переживания надуманы, намысленны, надломлены стереотипами…
А всё же тем временем продолжали мелькать незамысловатые пейзажи.
В моей голове была такая пустота, что, казалось, будто вокруг меня нарисованная реальность – ненастоящая, воцарившая мой ночной кошмар, пугающая своей дикостью, отталкивающая разрушительной действительностью.
Она беременна.

+2

3

- Син, у тебя телефон звонит! 
- Да-а-а-а… плевать! Наливай! 
Так кратко можно было описать, пожалуй, всю мою жизнь, состоявшую из показов, позирования, тусовок, постоянных перелетов и путешествий по всему миру, и было что-то еще… Был Финн.   
Это такое странное чувство, когда ты знаешь, что придешь домой и не одна, и вещи то особо не раскидать, да еще нужно вступить в диалог, рассказать о том, как прошел день, и не полежать тебе на диване умирая от похмелья, усталости или головной боли, по любому нужно быть в ответе за тех, кого приручили. Не то, чтобы Кадди был из тех мужчин, что обожают занудствовать, допытываться до деталей, где, с кем, когда и что ты делала, или, что ещё хуже, заводят разговоры о семье и будущем, отчего хотелось сесть в машину и уехать в закат, напротив, он был, пожалуй, идеальным кандидатом на рассмотрение серьёзных отношений.   
Во-первых, он меня обожал. Как никак, достаточно весомый аргумент в отно… общении, вместо вот этих «нравишься», «красивая», «богиня» и прочая ересь, что может литься из уст несерьёзного представился сильного пола, чтобы затащить в постель разок или два. Я лично считала, что если и уделять время, то только тем, у кого во взгляды искры, маленькие, да еще смотрит внимательно, словно пытается увидеть что-то за этой внешней мишурой с идеально подобранной косметикой, или же когда я шастаю по квартире в черных-белых-зеленых масках на лице, напоминая монстра из фильма ужасов, да еще и подвываю специально. Финн не разу не назвал меня чокнутой, не сказал, как я достала его своими тупыми шуточками, и был не против, если разбросаю свои вещи, а еще попрошу его помолчать минут десять, пока в ушах перестанут звучать команды придурка фотографа. Такой понимающий, поддерживающий, вечно поднимающий мне настроение – ну, не может быть человек сам по себе настолько идеальным! За одним единственным исключением: если он не старается. Финн старался и очень, но как последняя эгоистка я не пыталась даже провести границы, мол… 
       
- Ты – классный, просто супер, но вот я откровенная сука.
- Понимаешь, мы с тобой как два материка и между нами океан.
- В-общем, никак, братан. Вот вообще.

Да, расставаться красиво я не умела, тем более так, чтобы сохранить хорошие отношения после. Обычно все заканчивалось грубыми словами, удалением фотографий и номера телефона, не с моей стороны. Мои контакты верно наполнены бывшими, теми, кому я никогда не позвоню, альбомы под завязку забиты фото, как и пресловутый инстаграм. Удалять моменты, когда тебе было хорошо, лично для меня глупо и признак слабости, а я всю сознательную жизнь пытаюсь доказать, что не такая.           
Но вернемся к причинам.
Во-вторых, Финн был слишком хорошим, как бы банально это не звучало. Если бы не баловство травкой, я бы решила, что она святоша, а еще похож на щеночка. Его хочется прижать к груди, погладить, покормить, создать вокруг тепло и уют, чтобы в глазах появилась улыбка, какая была на губах. Да, искры в купе с обожанием, и все же это глаза грустного человека. Не в моих правилах было нарушать границы личного пространства, и со стороны могло показаться, что мне плевать, а я просто не лезла к тому, кто этого не хотел. У самой же язык без костей, я говорила обо всем, что происходило в моей жизни много лет назад, месяц, вчера, по пальцам одной руки можно было пересчитать, сколько тайн я храню. У него их было гораздо больше, и по тоске в глазах, я понимала, что отбрить его стандартным способом не смогу, а ведь когда-то придется, и потому что для меня это один из тех романов, о которых я буду вспоминать с улыбкой на губах, перебирая наши дни вместе подобно бусинкам на длинном ожерелье через много лет.
И третья, последняя причина, это уже мой персональный пунктик: я не хочу семью. Ни мужа, ни детей, ни даже сожительства с кем-то очень долго. Меня все время куда-то несло, вперед, быстрее, новые места, люди, приключения и путешествия, даже уже сейчас я начинала уставать от Лондона и радовалась каждой выездной фотосъемке как ребенок, что получил желанный подарок на Рождество. Я выросла в атмосфере, когда никому не была нужна. Отца в моей жизни не было от слова совсем, он появлялся лишь раз в год, и то в лучшем случае, но зато были его деньги. Мать больше интересовалась своим материальным состоянием, чем дочерью, а я… в какой-то момент мне стало все равно. То ли взыграл чересчур бурный юношеский максимализм, то ли убеждения, чтобы не разочаровываться на очередной день рождения, когда мамаша забыла о нем. Друзья стали видимым атрибутом, я могла быть открытой, веселой, общительной, своей в доску, но положиться на них? Увольте. Это просто люди, с которыми мне было весело. Вообще, хотела бы всю жизнь прожить вот так, до самого конца: беззаботной, без мрачных дум, без проблем, без висящих на шее обязательств перед близкими людьми (поэтому я их не завожу).
- Никто мой телефон не видел, а? – я пыталась найти свой мобильный сквозь дебильную трель будильника, что взрывала мой мозг с похмелья, другие телеса ворочались и просили вырубить это исчадие ада. – Да помогли бы лучше, скоты!.. 
Я нахожу его с трудом, чтобы увидеть напоминание о приезде Финна сегодня вечером. Черт, черт, черт! Вот почему я терпеть не могла все эти привязанности! Собравшись за полчаса, на минуточку, это очень быстро, я вызвала такси и приехала… не к нам в дом, место в котором я остановилась на длительное время в квартире Финна. Не люблю ярлыки.
«Пицца или суши? Бутылка верного красного сойдет по все», - набрала я смс и отправила Кадди, что почему-то не отвечал на звонки.

Отредактировано Sin Ernalia (18.11.2017 12:00:14)

+2

4

Весь путь до аэропорта был как в тумане: меня парализовало настолько, что я совершенно не помню, как прошел регистрацию, посадку, а очнулся только тогда, когда бортпроводник тормошил меня за плечо, приговаривая:
- Сэр, мы приземлились. Можно выходить. – Я нервно дёрнулся в ужасе, словно меня разбудили во время ночного кошмара, который все еще граничил с реальностью. Нужно собраться.
Сглотнув, я пошарил потерянным взглядом по салону аэробуса, отмечая, что я остался один – остальные пассажиры давно покинули борт. Неуклюже поднимаясь с кресла, я вел себя странно: со стороны могло показаться, что я будто совершенно не понимаю, где нахожусь, а это отчасти было правдой.
Голова мысленно пустовала, но это не отменяло того факта, что тяжесть ее ощущалась чрезмерно буквально, отчего я следовал через здание аэропорта, опустив ее. Вокруг пропали все люди, звуки, запахи: словно в замедленной съемке я брёл к выходу, не обращая внимания ни на суматоху, ни на духоту.
- Сэр, такси?
- А? Что? – Очередной нервный импульс дарит моему лицу испуганное выражение, на что рядовой водитель отвечает конфузом.
- Простите, я не хотел вас напугать.
- Всё в порядке. Едем. – Я хотел попросить его дать мне пощечину, чтобы привести в чувство, но думаю, что он и так считает меня странным, может даже и сам побаивается: глаза мои наливные, покрасневшие; руки потряхивает, волосы взъерошены, взгляд полон безумия. Произношу адрес квартиры в Лондоне – и это единственное, что я сейчас знаю наверняка. Впереди же – неизвестность. Неизбежность. Погибель.
Только в дороге, вдали от родины, на британской земле, спустя несколько часов меня начинает «отпускать». Я ощущаю дикую головную боль, стягивающую, пронзившую ее насквозь. Я ощущаю дрожь в конечностях: колено бесконтрольно дёргается – кладу руку, чтобы утихомирить тик. Я ощущаю холод. Ощущаю жажду.
Опустив голову, я ловлю ее руками и растираю холодными пальцами, но от этого становится только хуже. Чувствую, как нарастает паника внутри, за ней следуют и мои руки, начиная все чаще и крепче впиваться в кожу лица, а потом и вовсе хватаются за волосы на голове, оттягивая их с силой. С губ срывается истерический вопль – водитель моментально тормозит посреди дороги, оборачиваясь в ужасе.
- Сэр, вы в порядке?
- Просто езжай дальше! – Цежу сквозь крепко сжатые зубы ему, опасаясь, что если расслаблюсь, то рискую сорваться.
С шумом выдохнув, откидываю голову назад, руки соскальзывают с волос, выпуская их, и устало падают на колени. Закрываю глаза. Чувствую, как горячая слеза бессилия катится по щеке, обжигая.
Это конец.
Трель телефона раздражает, поэтому приходится отвлечься на него. Твою мать, 21 пропущенный звонок от Син. Эта девушка сумасшедшая.
Читая смс, я на миг забыл о том, что случилось в Ирландии. Поймав себя на этой мысли, я немедленно решаю утонуть в ней, растворить печаль и отвлечься от страшного и неизбежного финала. «Давай оба. И вина побольше. Буду через полчаса.» Отложив смартфон во внутренний карман пиджака, я пытаюсь задержать себя на этой волне – волне покоя.
Син Эрналия для меня стала неким смыслом существования, стимулом и мотивом к развитию, к борьбе со своими демонами. Черт знает, что бы со мной сталось, если б мы не познакомились в прошлом году, наверно, я сошел бы с ума, а отец на радостях снова упёк бы меня в дурку. Ведомый и сдерживаемый одной лишь мыслью о том, что смогу прийти и сейчас же обнять свою девушку, держала меня под контролем до конца дороги. Оплатив такси и добавив сверху приличных чаевых за неудобства, я наконец оказался возле дома, где мы с Син жили. Уже через несколько минут я стоял на пороге квартиры, войдя через незапертую отчего-то дверь. Широкими шагами я пересекал пол, рыская взглядом в поисках брюнетки. Бинго! Она стояла у телевизора, воюя с пультом, и, очевидно, не услышала, как я вошел из-за резких звуков из колонок. Я с облегчением выдохнул и приблизился к ней, обхватив сзади за талию, приподняв и закружив на месте. Когда я ее поставил, она обернулась и не успела ничего мне сказать, как я тут же схватил ее за шею и притянув к себе, увлёк в долгожданный поцелуй. Стихийный, жадный. Не в силах оторваться, мое дыхание участилось, а губы отрывисто продолжали рассыпаться в беспорядочных движениях уже по ее лицу.
- Я так соскучился, родная, - сбивчивое дыхание мешало говорить внятно, так что мой шепот прозвучал с паузами во время атаки девушки поцелуями. Наконец, я оторвался от нее, чтобы заглянуть в ее глаза. Быстро переводя взгляд с одного глаза на другой, я буквально впился в них своими, чем несколько обескуражил Син – она попыталась вырваться из моих крепких рук: я все еще крепко держал ее за шею. Опомнившись, я выпустил ее и как-то по-дурацки виновато улыбнулся, стыдливо отводя взгляд.
- Так что там ты приготовила сегодня?

+1

5

«Давай оба. И вина побольше. Буду через полчаса.»
«Ничего себе у вас запросы, младой человек, придется платить по двойному тарифу ^_^»
Перечитав его смс, я достала еще две бутылки вина и убрала их в холодильник к трем другим. Так всегда заканчивалось его каждое возвращение из родных мест, в ту запретную тему, в которую я не лезла и даже не пыталась выведать у него за спиной или намеками, попробовать разболтать старшего брата Нейтана… Хотя этот орешек ей никогда не расколоть. Вечно вежливый и приветливый Нейтан с отменными манерами и правильно построенными словами, и предложениями, сдержанный и, ощущалось, что он надежный и действительно хорошо относится к Финну. Из всех, скорее всего, раз родители и сестра практически никогда не упоминались, ни вскользь, ни случайно, хотя мой парень имел полное представление о моей гуляющей мамаше и отце, которого я видела в лучшем случае раза три за всю жизнь. И… все. Мне рассказывать было нечего, моя жизнь была простой, обычной, без всякого движения или моментов, что можно запомнить и рассказывать, посвящая в это друзей, коих и так было немного. Знакомых – да, их было великое множество, не могу похвастаться стольким же количеством случайных связей или коротких романов, наверное, потому что мне было лень строить далеко играющие планы на будущее, даже ближайшее.
Вот тот же Финн Кадди стал моим британским приключением ирландского происхождения. Когда моя карьера только-только начиналась, в голове гуляли фантазии о том, что я буду знаменитой и появляться на обложке Вог, а Сэм отчаянно пытался спустить меня с небес на землю, я и повстречала этот интересный кадр. Поначалу это было запретно, весело, как мне думалось, скоротечно, чтобы я вспоминала об этом ирландце с глазами цвета в неба в столь редкие вечера, наполненные тишиной и спокойствием. Почему о нем? Финн обладал самым важным для меня качеством: он умел слушать и понимать тот бешенный поток информации, что я вываливала ему на голову, разбираться в нем, обсуждать со мной, задавая наводящие вопросы или уточняя. Где еще найдешь такого человека? Даже мой агент иногда проводил большим пальцем по шее, выражая всю его любовь ко мне. Нельзя было к нему, так же, как и к Финну, присесть рядом на диван, положить на колени подушку, а на них голову, рассказывая о том, что вон та сука из моделей постарше подставила подножку, отчего я едва не проехалась носом по подиуму. Или тот фотограф мучил часа четыре ради одной фотографии, выбирая между двумя абсолютно одинаковыми. И рядом была бы бутылка вина и заказанная на дом заранее еда. Ох, будь я поумнее, я бы вцепилась в него мертвой хваткой, авось бы задумалась о том, чтобы пожить вместе и завести домашнее животное. Ну, а будь я совсем умной, то уже и свадьба, и детишки, но одна эта мысль приводила меня в тихий ужас, отчего я быстро сливалась слово за словом, делая шаги назад и улепетывая через открытую дверь. Пару раз даже через окно с лестничной площадкой. Почему я об этом подумала? Первым звоночком стало совместное жилье у него на квартире, что любезно купил ему брат. В самом деле – это довольно ответственный шаг для двух взрослых людей, дальше начинался совместный быт, вещь, о которую спотыкаются многие пары и рушатся в мгновение ока. Но и тут Кадди попался просто-таки идеальный, хозяйственный, и поэтому жилая площадь, благодаря исключительно моим бы только стараниям и познания в области бардака, не напоминала помойку. Хотела бы я пожать его матери руку лично, но, боюсь, это будет напоминать ту грань, через которую я никогда не переступлю – знакомство с родителями. Поэтому… так и живем с ним в странных отношениях.
- Я, конечно, рада, что ты соскучился, но это не повод меня засасывать как пылесос, Финн, - фыркнула, а потом прищурилась и посмотрела на него внимательно. – Что не подцепил никакую симпатичную ирландку, а?
Я обожала над ним подтрунивать, намеренно или нет, каждый раз сводила тему к тому, что, мол, дорогой, может присмотришься к тому, что где-то бродит твоя настоящая суженная, а я так, лишь промежуточная станция. Вы спросите: люблю ли я его? И я не смогу ответить на этот вопрос. Понятие «любви» для меня было каким-то неестественным, ненастоящим, не заслуживающим места в реальном мире, где правят похоть, деньги, случайный залет и еще тысяча и одна причина быть вместе. У нас это было… Не знаю, как с его стороны, с моей – мне было с ним весело, и, как я упоминала, я могла делиться всем и это был бы не разговор со стенкой, несмотря на то, что рядом сидел бы живой человек.
- Если бы я приготовила что-то, то вместо кухни зияла бы огромная черная дыра, что когда-то была красивым и абсолютно бесполезным помещением для меня, - взяла его за руку и повела на кухню, где уже стояли роллы и чуть дальше пицца, а в бокалах было разлито вино. – Ну-с, за приезд, мой дорогой фотограф!
Моя легкомысленность была моим спасением, что позволяла не замечать многие вещи в поведении человека, но даже она изредка давала сбой. Например, то, как накинулся на меня Кадди. Нет, у нас и раньше бывали порывы страсти, а если мы еще курнем или выпьем, так вообще крышу сносило, но сейчас он словно… как же это слово… отчаялся и цеплялся за меня. И едва пошла эта мысль, за ней следом и вторая, что что-то случилось, а там и третья – в семье.
Ох, Мозг, отключись, я не хочу думать об этом!
- И за то, что у меня, наконец, появилась любимая компания, с которой я могу расслабиться не только вином и едой, но и кое-чем не совсем законным, - добавила, гоня иные мысли прочь.

Отредактировано Sin Ernalia (11.12.2017 10:12:34)

+1


Вы здесь » Manhattan » Флэшбэки / флэшфорварды » see who I am, break through the surface ‡флеш