http://forumfiles.ru/files/000f/3e/ce/55158.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/40286.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/95139.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/22742.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/96052.css

Manhattan

Объявление

Новости Манхэттена
Пост недели
Добро пожаловать!



Ролевая посвящена необыкновенному острову. Какой он, Манхэттен? Решать каждому из вас.

Рейтинг: NC-21, система: эпизодическая.

Игра в режиме реального времени.

Установлено 5 обложек.

Администрация
Рекомендуем
Активисты
Время и погода
Дамиан

Маргарет · Марсель

На Манхэттене: август 2018 года.

Температура от +20°C до +31°C.


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Manhattan » Флэшбэки / флэшфорварды » Ты где был? Мы обзвонили все морги, ты везде есть ‡флэш


Ты где был? Мы обзвонили все морги, ты везде есть ‡флэш

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

http://funkyimg.com/i/2zBwq.jpg
Время и дата: 6 ноября 2015 года, пятница, около 7 вечера
Декорации: один из темных переулков одного из темных районов Нью-Йорка (почему не помойка? да не, судя по запаху, помойка там тоже была...)
Герои: Justin Grendall & Mad Burke
Краткий сюжет: Со стороны могло показаться, что это обычная встреча невротического торчка и быдловатого наркодиллера. Вероятно, оно так и было. Но... в смысле, со стороны? Сышь, нас пасет кто-то? Ублюдок, мать твою, а ну, иди сюда, говно собачье...

+1

2

Вы знаете, что такое птичкой вылететь из черного входа-выхода какого-то задрипанного стриптиз-клуба и, по совместительству, ночного клуба? Так вот, это на редкость увлекательное событие, которое непременно должно случиться в жизни каждого уважающего себя гражданина, который умеет сильно пить. Процесс примерно такой: придумываешь себе горе, молодец, придумал; затем идешь в ночной клуб с целью залить это горе любой выпивкой, которую найдешь в меню, а можно и всей подряд (кто, в конце концов, король игры на понижение?); напиваешься почти вдрибадан (ключевое слово «почти», потому как нужно видеть цель и не видеть препятствий, а еще стоять на ногах, не как английский бриг во время шторма, не качаясь туда-сюда, то есть); ищешь себе «цель», обычно это полупьяный какой-нибудь абмал, у которого, к тому же, есть пара-тройка верных сателлитов, цепляешься к нему, а он цепляется к тебе; пятым шагом в этой цепочке непременно становится драка, в результате которой всех участников отправляют освежиться на улицу. Но кто сказал, что на улице шоу будет окончено? Есть в мире вселенское зло, но Джастин всегда был злее, он любит лупить словами наотмашь, пользоваться нечестными и довольно грязными приемами, если вспомнить абсолютно все его драки. Любит нарываться за одной единственной целью: быть наказанным. Ну или убитым. Поэтому все драки имеют продолжение или, как обозвать бы поблагозвучнее, второй акт. Все его беспечные зимы и лета до сегодняшнего момента всегда проходили по одной и той же схеме, но тогда была задача – поиск новых ощущений.
Теперь же. Он страстно не цеплялся за жизнь, а если снять с него всю наслоившуюся шелуху, то где-то там, возле сердца, можно было найти живущее темным вязким сгустком желание умереть. Но суицидальные настроения были Джастину довольно чуждой материей, почему бы просто не спровоцировать кого-то на фатальную ошибку, не разбить вдребезги жизнь кому-то еще? А почему бы и да. Пусть прервется одна жизнь чужими руками. Он едва оправился после грандиозной драки на Хэллуин, которую заварил сам с одним гламурным уродом, а потом еще и пришлось силы объединять, чтоб отбиться от других уродов (к слову, уже не гламурных), так себе вечеринка вышла, если честно, а его снова куда-то несет. Душа жаждала повторения, поэтому едва смылся хэллоуинский макияж, Джес пошел искать себе новые приключения, не важно где, не важно насколько дурными они могли быть и чем грозят кончиться. Вообще фиолетово. Рауль его не добил выстрелом в грудь, так пусть теперь кто-нибудь еще добьет. Джастин устал. Устал гоняться за любовью всей своей жизни, уговаривать и увещивать, что все, мол, в порядке, устал сражаться за него. От всего устал. Одиночество холодно тянуло слева под лопаткой, сводило его с ума в пустой чужой квартире, в которой они остались с котом наедине. Газеты стали перерывать все грязное белье группы, разразился скандал о гомосексуальности лидера, сиречь, Джастина. Реабилитация и хлопоты Дитриха и ребят Грэндалла порядком достали. То нельзя, это запрещено, тебе не следует напрягаться… Бла-бла-бла. Стихи не клеились, музыка не писалась. Полный бардак, безысходность и абсолютное нежелание на обломках цивилизации выстраивать что-то новое.
Кружится голова. Джастин тяжело опирается на стену, стараясь мерно дышать и делать вид, что все в порядке. Лекарств много накатил. Скоро пройдет. А может быть, просто злоупотребил кофеином опять, он, если честно, ни на секунду не хочет в этом разбираться вообще. Дом-квартира гонит его в спину прочь, как можно дальше, мимо границы Мидтауна, через несчастный Центральный парк. Джастин так и не понял, как оказался в нищенских кварталах верхнего Ист-Сайда, да ему как-то до фонаря было где бухать, только он, на секундочку, не рассчитал, что народ тут бухает соответствующий, и что цепляться к нему не особенно хорошая идея.
Да кого вообще гребет?
Никого.
Все равно кружится голова…
Птичкой из клуба вылететь получилось, все прошло по плану. Теперь он сидит в подворотне, на асфальте прямо рядом с мусорным ведром, в которые, кажется, не так давно выкинули объедки, потому что в нос забивается запах еды, от которого мутит еще сильнее. В нем плещется бутылка виски с третью текилы. А из бока миг назад торчал чей-то нож. Ну как… не торчал, пытались прошить, ясен красен, потому как язык у кого-то, как британский флаг, реет не по делу, по прошло по касательной. Рассекло кожу, делов-то. Но народ отчего-то испугался и смылся. Слабаки. Вот только… больно, блять. Нож где-то валялся в метрах пяти, а теперь, подобранный, крутился в пальцах, тускло сверкая металлом в свете совершенно бесячего идиотского фонаря. Больно, больно, больно.
Повторение – мать учения, да, Джастин? Ведь все это уже было. И нож, и рана в твоем боку, и холод, и темное небо… Иронично, но даже новая «царапина» проходит чуть повыше того шрама, который тебе по живому тогда зашивал Фагот. Он вздыхает и почему-то глупо улыбается, откинувшись затылком на холодную стену, смотрит в этот бессмысленный фонарь, истерически мигающий, ездящий ласковым касанием лезвия вдоль вен. А небо начало сыпаться белым. Медленно-медленно… Большими хлопьями. Белые мухи. Он ловит их пальцами, растирает в ладонях, ломая хрупкие невинные хребты снежинок с завидной жестокостью. Все равно ни на что большее сил не хватает.
Не добили, ну надо же. И тогда не добили. Просто какая-то несудьба.
Он смотрит мимо света фонаря, выше, в небо, ища в нем то ли звезды, то ли смысл. Нож складывается, превращаясь в компактный брусок, и исчезает где-то в недрах куртки. Пальцы потом стали шарить по ним, кстати, ища сигареты, ужасно хочется курить после представления. Оные не нашлись после двадцати пяти забористых проклятий и перекапывании всевозможных углублений в одежде, вплоть до карманов на заднице. Потерял, блять! Опять потерял, хоть ниткой привязывай или того лучше – цепями. Блин. Полная пачка была. Твою-то мать…
Еще один вздох облачком плывет куда-то в черно-синее пространство, а где-то справа или слева слышатся шаги. Кого-то несет. Полезный, на мнение Джастина человек.
- Эй, братан, прикурить не найдется?

+1

3

Куда он шел? Мэдок, как правило, и вовсе не задавался подобной эзотерикой, а просто передвигал ноги, покуда они его все еще слушались, да сторонился широких шумных улиц, или хотя бы тех, по которым мог бы проехать полицейский патруль, поскольку он был не только слегка нетрезв и обладал внешностью, работавшей настоящей красной тряпкой на законников, но также утренний накат дури его все еще не отпускал, организуя в организме излишнюю нервозность, дерганье то и дело по сторонам, когда то тут, то там ему мерещились засады, странные темные силуэты, наверняка, скрывавшие в рукавах выкидухи да и вовсе создавал из будничной сумрачной атмосферы грязных подворотен какую-то неуютную тревожную обстановочку. Возможно, он возвращался домой. На данный момент мужчина, в общем-то плоховато соображал, что у него вообще могут где-то в черепной коробке возникнуть какие-то четкие планы не только на грядущую жизнь, но и на самое ближайшее будущее. Порой, все, что с ним случалось - происходило более чем спонтанно и зависело исключительно от везения самого Берка, и в его случае, это была даже скорее роковая непруха. О чем тут можно было говорить, когда не далее, чем с полчаса назад он умудрился нарваться на чернозадый райончик, в упор его не зная на карте города при едва ли не врожденном разряде по спортивному ориентированию, при том, как ни странно было для него самого, ни одной знакомой физиономии он не встретил, зато весьма близко познал пару пропущенных кулаков, пустил кровь особенно борзому и нагловатому приятелю, прихватив его перо в качестве трофея и наподдав ботинком в злобно зажатый сочившийся порез. Его, правда, едва не подстрелили при этом, пуля подрезала ему клок волос, переключив-таки тумблеры в бестолковой башке, что сегодня у него при себе не было огнестрела и силы чет как-то стали резко неравны, хотя сама по себе стычка с пятью долбонигерами ни на мгновение его не отрезвила. Он даже некоторое время еще подумывал попрыгать с этими мудилами, оставив им важную напоминалочку о том, чтобы обходили его стороной в следующий раз, но все же какие-то усыпленные наркотой инстинкты умудрились прорваться наружу, уводя непутевого электрика дворами, подворотнями, заброшенным сараем подальше от звуков погнавшихся за ним новых знакомых, но на их стороне не было этого фантастического таланта просачивания угрем в самые непроходимые щели и решетки в заборах, который милосердно подарил Мэду его нездоровый образ жизни, никак не располагавший к тому, чтобы оставить на его скелете хоть немного жировой прослойки, без которой промозглый осенний ветер пронзал насквозь распахнутую кожаную куртку, взмокшую толстовку и пару футболок, от чего-то напяленных одна на одну, при том шиворот-навыворот.
Поэтому сейчас он брел вперед, то и дело оглядываясь, нервически покуривая сигарету, чуть прогревавшую озябшие пальцы и пощипывавшую нывшую разбитую губу, кровь из которой хлестать бурным потоком уже перестала, и парень из приличия даже утер остатки рукавом, чтобы его непрезентабельный видок чуть меньше бросался в глаза, в особенно когда где-то на периферии зрения ему казалось, что его нагоняют характерные проблесковые маяки. Впрочем, ничего из ряда вон его сейчас не беспокоило, только эта не проходящая тревожность, сковывающая измотанное химией сознание, и напоминавшая, что бабла как-то у него сейчас маловато водилось, и если ему в срочном порядке понадобится приобрести кое-какое сырье для дела, то нужно будет хорошенько побродить по улицам, вылавливая опрометчивые бесхозные кошельки, слишком поздновато выбравшиеся в город, да причем таким небезопасным маршрутом. Берк же милостиво был готов лишить их опасной ноши и со всей гражданской сознательностью разъяснить чересчур легкомысленным обывателям, что выбирать подобные места для вечерних променадов опасно не только для их материального благополучия и целостности ушей от сорванных серег, но и для жизни, несомненно. Так или иначе, но покуда все еще на жизнь запаса хватало, а банку пива можно было и отобрать у какого-нибудь школьника - те, обычно, старались на подобные выходки лишний раз не возникать, все еще не совсем уверенные в правоохранительной системе (а зря, между прочим), да и вовсе предпочитающие лишний раз никому не трепаться о том, что его до усрачки перепугал какой-то упоротый гопник.
Докуривая свой бычок, не представляя даже какую марку он смолил, поскольку подобрал его на улице (была и своя пачка, но зачем ее использовать, если вот под ногами валялась практически еще одна, если хорошенько пособирать), Мэдок уже подумывал над санитарной остановкой и подбирал место поспокойнее - все-таки крайне ответственная задача, но не успел особенно осмотреться, как его окликнули, заставив разом хищно подобраться и попытаться собрать чуть окосевший взгляд в нужный пучок. Ах, прикурить... Конечно и безусловно, что вопросы подобного характера могли интерпретироваться двояко, в зависимости от обстоятельств, но вот конкретные как-раз располагали воспринимать просьбу буквально, а не искать способов пырнуть в печень раньше, нежели кент успеет предъявить свои весомые и, возможно, огнестрельные аргументы чуть подзадержаться в его компании. Мужчина остановился напротив задохлого, то есть, примерной комплекции самого Берка, подростка, больше напоминавшего одного из этих, которые тоже прикольно пили, но, как правило, херово дрались, а потому бритоголовых обходили стороной точно также, как и все остальные уличные банды, на первый непосвященный взгляд маловато друг от друга отличавшиеся, но Мэд довольно живо в них ориентировался, поскольку все это был его ареал обитания, его территория, и местных законов навряд ли кто-то лучше знал.
Ни о чем не говоря - не, ну, а хуле тут говорить, в общем-то - Мэд покопался во внутреннем кармане кожанки, чтобы выудить на свет более-менее ровную пачку, угощая страждущего и сигареткой, и зажигалкой, работающая она или нет, узнать предстояло как-раз его новому приятелю... хотя, постойте - что-то рожа-то у него была, уж подозрительно знакомая. Мужчина с сомнением вгляделся в мучительно чиркавшего кремнем парнишку, не особенно поддающегося воспоминаниям, поскольку у Берка вообще была перманентная суперспособность заводить бесчисленные знакомства, а потом не помнить ни разу, кто все эти люди, за исключением примелькавшейся пьяному взору кодлы, но вот этому пацану, ну, ей-богу, он точно где-то когда-то въебал хорошенько, когда тот пошел в драке в разнос и не совсем удачно зацепил прилегшего передохнуть между мусорными баками электрика, шум ссоры, которого вывести из отключки так и не смог, но вот зацепившийся за бак малец, который с грохотом и пустыми на баке бутылками рухнул и похоронил под собой вздремнувшего мужчину, разом как-то не понравился тогда Мэдоку, включившемуся в общее веселье и заодно его разогнавшему - перепало тогда всем, и особенно ему самому, когда к улице подъехали копы, а единственным, кто остался в их в поле зрения был как-раз Мэд. Но разве реальные пацаны помнили такие мелочи жизни?.. Неа, они только могли нехорошо улыбнуться и мрачно буркнуть заодно, когда в глазах знакомца промелькнуло то же самое узнавание:
- А здорово я тебе тогда в челюсть въебал, - нет, ну, правда, отличный был удар, было чем гордиться. - Я - Мэд, - и вполне миролюбиво протянул ему ладонь для пожатия.
[icon]http://funkyimg.com/i/2wm1r.gif[/icon]
[sign]http://funkyimg.com/i/2wm1t.gif[/sign]

+1

4

http://s7.uploads.ru/yCTD8.png
На самом деле Джастин не питал никогда иллюзий насчет фразы «хэй, мэн, дай прикурнуть, а?». Она звучала в эдаком классическом стиле гопника, который желает отжать у лоха-обывателя кошелек с наличкой и банковскими картами. Надо было, наверное, на секунду включить свои птичьи мозги и придумать фразу более уместную и, что немаловажно, безопасную. Но хрен там плавал. Нужно было сказать так как вышло. А потом прикидывать, а не скажут ли в ответ что-то в стиле «опаньки, добрый вечер». Да ну и ладно, хрен с ним. Если и самоубиваться, то либо очень здорово, красиво, почти по-геройски, либо очень по-идиотски, типа "в море пошел и утоп случайно". По-идиотски – как раз вариант Джастина. Чем не апофигей личности? Чем не лебединая песнь? Чем не самый чудесный заголовочек для вшивых желтых газетенок? "Солист рок-группы такой-то скончался от пера в бочину в ниггерском квартале". Перо в бочину можно по вкусу заменить на пулю в лоб или отрезанный хер. Просто сказка, мечта, грозившая стать явью. Однако… Чувак, которого окликнул Джастин в эту прекрасную темную осеннюю (почти зимнюю, если делать поправку на первый посыпавшийся снежочек) ночечку, не спешил интересоваться материальным состоянием присевшего отдохнуть между мусорными баками Грэндалла (оный предполагал, что любого хмыря приятно удивит это самое материальное состояние, но это не важно). Он проявил чрезвычайно редкое в этот темный час милосердие и доброту, дал страждущему прикурить. Зажигалку, слава яйцам дрозда, Джес умудрился все же оставить при себе в целости. Кажется, что все боги, которым он мог единовременно поклоняться, были против его пагубной привычки курить от случая к случаю и вопили об этом хором, заставляя терять пачки сигаретные просто блоками, но не выпивкой единой губить организм, в конце-то концов. Поэтому тут еще кто кого переупрямит. Пока что выигрывал Джастин, потому как в ладонь легла сигаретная палочка.
- Ты просто послан богами, чувак. Благодарю от всего сердца. – хрипло хохотнул Джес своим подсевшим за энное количество последних бурных дней голосом, который совершенно с его чрезвычайно молодым внешним видом не матчился. Что поделать, если жизнь на свежем воздухе и общение с интересными людьми продолжают оставлять внешние параметры на таком уровне, что без паспорта ни сигарет, ни выпивки не продают. Получалось немного обидно, что постоянно его «пацаном» кликали, но… Ничего, голосом можно легко добирать эту разницу очевидного и невероятного. Провоцировать когнитивный диссонанс в черепных коробках окружающих людей, когда те узнают что Грэндаллу, между прочим, почти тридцать.
Пальцы все же слегка подмерзли, плохо слушались, поэтому Джастин чиркнул зажигалкой примерно раз восемь, прежде чем огонек стал ровным, спокойным и смог опалить конец сигареты. Горьковатый дым моментально прокатился по горлу, заполнил легкие, заставив на секунду с наслаждением закатить глаза… А потом выдохнуть дым через нос, по-драконьи. Пальцы сразу стали тихонько согреваться, кольца уже не ощущались ледяными гирями, да и приятным бонусом досадную прореху в боку перестало так саднить. Только ноги проявляли поразительное упорство с этим конкретным отсутствием чувствительности стоп. Еще один вдох-затяжка в повисшей драматической, почти театральной тишине. К слову, отличная мизансцена для кинчика. Ночь, улица, фонарь, аптека, бессмысленный и тусклый свет и всякое там бла-бла-бла. Фигуры, эффектно очерченные бледным и скудным освещением. Кстати, что занимало немного мысли: а что чувак не уходит-то? Дал курнуть, можно и валить, но нет, тот решил постоять и, видимо, составить компанию. Забавно. Знакомства с видными людьми были частью увеселительных пьяненьких турне, в которых так часто теперь Джес тусил. Ну ладно, пусть его. Не говорить же ему «кыш, кыш, гадкий, дай пострадать в одиночестве». Зачем «страдать в одиночестве», когда можно страдать коллективом?
Отлично, что собеседник не сразу стал вступать в какое-то подобие диалога. Вышло бы довольно неудобно, так как Джастин предпочитал сначала хоть какой-то анализ успеть сделать остатками вменяемой части сознания. Так-с, так-с, что тут у нас. Кожанка (не совсем по сезону, кстати! Братан следил за крутостью собственного вида ну почти как сам Джастин), относительно длинные волосы, кожа (слава тебе, господи) белая. Остальное как-то в скудном освещении подворотни не поддавалось рассмотрению. Но чувак походил на нечто человекообразно-симпатичное. Уже плюс.
Третья затяжка. Огонек вспыхнул смесью багрового и оранжевого, отразившись в желтых глазах, выхватив черную каплю внезапно узкого зрачка. Хм? Зубы закусили фильтр сигареты. Кстати, вот если подумать, то весь вот этот образ стоящего напротив персонажа был как-то чуть-чуть знаком. Вот только где его Джес мог видеть? На рок-тусовке, что ли… Уж больно внеха подходила. Точно, наверное, на рок-тусовке, а это значит… Грэндалл ни в жизнь не вспомнит, как товарища зовут. А грустно. Такая пафосная сцена узнавания с именами-паролями-явками проебана.
Хотя нет. Парняга исправил момент по-своему.  Хитрый джедай, чтоб его. Как там в песенке? Зло во мраке ночи отыщет ее? Во мраке ночи свершится зло? Ай, черт бы с ним. Губы бледные, подмерзшие, а оттого даже слегка синеватые, растянулись в улыбке. Немного жутковатой, но с пивом потянет.
- Мы подраться за знакомство успели, серьезно? – вскинул брови Джастин, смазывая эффект от улыбки, делая четвертую затяжку и выдыхая дым уже по привычке сквозь зубы. – Что же. Это многое объясняет, мне рожа твоя показалась на момент знакомой, но… знаешь… я столько выпил, что шлюху могу за мамку принять. – гоготнул он тихонько, подтянув одно колено к груди. – Только… прошу прощения… хоть убей… Я столько дрался, что ни в жизнь не вспомню, когда успел сцепиться с тобой. Надеюсь, что хоть не из-за телки? – кривится он слегка, смотря с тенью надежды на визави. Ну, мироздание, я же был хорошим мальчиком за последний год, только одну свадьбу расстроил, пусть без баб обойдется на этот раз. Забавное получалось кино, однако. Уже не совсем драматическое. Перед лицом возникла рука.
- Джастин. – охотно он протягивает свою руку в ответ, сжимая чужую ладонь в пожатии. – Спорить не буду. Был удар, который мне конкретно высек искры из глаз. Если твой, то честь тебе и хвала, возьми из конюшни лучшего скакуна, его имя Рассекающий Ветер.
Рука, чересчур холодная, выскользнула из чужого пожатия и плетью рухнула обратно на колени. Черт. Копчик замерз все же. Завтра, как пить дать, будет простуда.
- Привет, Мэд. – надо же соблюсти формальности хоть как-то, чтоб маму не огорчать. – Что ты делаешь в этот дивный вечер? Отмечаешь первый снег? Пошел погулять под луной? Ты – вампир? Прости, что не встаю для нормального разговора, у меня небольшие неприятности, надо их еще немного отсидеть на асфальте. Кстати, тебе ножичек не нужен? Я тут подобрал один. А мне он как-то… Не того. Ладно, к черту лирику, я действительно не помню, как мы подрались.
Сигареты, к сожалению, хватило на шесть затяжек. Курил Джастин довольно глубоко. Пальцы давят бычок о тонкий снежок, покрывший асфальт, щелчком отправляют до ближайшего бака.
- Только не говори, что сегодня. – Джес уже критически оглядывал знакомца.
А видок у того был такой себе. Потрепанный. Вдруг месть пришла откуда не ждали?

+2

5

Он так много пиздел, что в один момент Мэдок уже катастрофически потерял нить их беседы, улавливая только знакомые слова и фразы и пытаясь собрать их в единый образ. Он не любил, когда его так лихо грузили информацией, поскольку он мало разбирался в настолько быстром течении мысли, а потому мог упустить тот момент, когда над ним начинали стебаться, несомненно чувствуя свое интеллектуальное превосходство. В таких случаях, мужчина без разбора начинал бить лицо, предупреждая любые возможные неблагоприятные обороты, и он нисколько не был удивлен тому обстоятельству, что какое-то время назад расквасил этому дрищу его остромордую физию. Ну, во всяком разе, ему не пришлось бы долго истязать свою память, чтобы припомнить такие важные нюансы. То есть, не то, чтобы он так сильно этим когда-нибудь загонялся, но вот теперь бы точно не пришлось. Иногда к нему прилетал вопрос, но Мэд даже сообразить не успевал, что на него ответить, куда уж ему было углубляться в подробности и просекать какой-то юмор, когда в душе реяла лишь мысль о том, обо чтобы уебать этого пиздючего придурка, но настроение этим вечером у Берка все же было чрезвычайно благодушным, практически пацифистским что ли.
- Ну, да, а че?.. - в самом деле, что в этом было такого, чтобы сначала подраться, а потом познакомиться, или наоборот - у парня вообще практически все знакомства происходили примерно по одному подобному сценарию, чему удивляться. - Не, не из-за телки. За телку я бы тебя убил, - спокойно разъяснил он заблуждавшемуся собеседнику, хотя вряд ли тот воспринял информацию достаточно серьезно - Мэдок не умел шутить или кривить душой, но не все об этом догадывались, пока не становилось поздно.
Он тут же пожал протянутую ему руку, в тайне радуясь, что хоть что-то дается ему с легкостью понимания. И пусть этот чепушила прет свою херохрень, ну, придурок он, че с него взять - в конце концов, Берк был достаточно великодушен, чтобы не издеваться над убогими, пока они не доебываются до него конкретно. Они ж не виноваты, что в детстве их роняли чуть больше, нежели самого Мэда. А Мэда роняли каждый раз, как брали на руки. Его мамочка, как правило, была слишком пьяна, чтобы не уебаться вместе со своим ненавистным и вечно мешавшимся под ногами чадом, но, главное, что сверху на него не падала - и на том от души спасибо.
- Хуй знает... - насмаливая сигаретку до самого фильтра, Берк неопределенно пожал плечами, в конце концов, его бы не повергло в изумление, что этого пацана бьют все, кому не лень - на вид тот был щуплый, почти как он сам, но внешняя видимость Мэда никогда не обманывала, поскольку и он мог зарядить обидчикам так, что мало бы показалось только тому, кто первый откинется. - А нахуя мне кобыла? - наверное, это был один из тех моментов, когда в словах подразумевался какой-то скрытый смысл, достичь которого Мэдоку было не дано, а потому он с некоторой враждебностью уставился на своего нового приятеля, в самое ответственное мгновение все-таки напомнив себе, что на свете хватает и обычных незатейливых идиотов.
Впрочем, его интерес был излишним - следующим ушатом на него вылили такой ворох нервических вопросов, что мужчина даже не сразу вкурил, стоит ли на них отвечать, или это, типа, у его собеседника стиль такой. Мэд чутка поразмыслил, проворачивая в башке скрипучие шестеренки и затушил бычок о стену, у которой торчал этот смертник. Ты-то хули тут место греешь. То есть, не то, что его настолько это интересовало, да и врожденный такт не давал ему особенно допрашивать человека - надо, так надо. Всем иногда надо было. Но он поступал как-то опрометчиво, вот так вот на видном месте оставаясь невменяемым половичком - нехорошо же, если его тут и пришьют за его боты и кожанку хотя бы. Нормальный же шмот, че не спиздить. Может, это было бы и к лучшему, че мучиться такому непутевому, но Берк питал особую слабость к таким приятелям, бездомным собакам и кошкам. Надо было ему помочь, если он сам не мог. Вон он грустный какой. Не-не, Мэд не был настолько благородным, чтобы типа там слабых не унижать, баб не пиздить, но вот тут вот был совсем печальный случай, на который рука особо не поднималась. Только если упокоить его потом, чтобы больше не страдал в этом жестоком и безжалостном мире, и не провоцировал всякую шпану нагреть на нем свои чесоточные ручонки.
- Я это... Не знаю. Я шел куда-то, - неуверенно оглянулся он не темную глухую улицу, ну, когда-нибудь бы он обязательно куда-нибудь пришел бы, верно? - Вампиров не бывает, - может, он разбивает этому Джастину сердце, но тот уже был взрослым мужиком, чтобы не верить во всякую хуйню типа Санты или зубных фей - единственная фея, способная вышибить ему зубы, водилась как-раз в таких вот темных переулках. - А вот уродов здесь хватает. Шел бы отсюда, - и это был всамделишный совет из уст человека, никогда не заблуждавшегося насчет безопасности таких вот звездных ночей, насколько бы ни умиротворяла коварная обстановка притихшего города. - И нож себе оставь, пригодится. У меня свой есть.
Разве только сам Берк сейчас не мог толком припомнить ни число, ни день недели, ни то, когда ему нужно было возвращаться на работу - кажется, уже даже не в этом месяце, но какой сейчас был месяц-то?.. А поэтому в его тугую голову пришла отличная мысль дотащить этого ебаната хотя бы до какого-нибудь подвала, где его в худшем случае только что крысы обглодают, ну или почки отморозит о стылые бетонные плиты, но при их с ним образе жизни, который пер наружу, даже если бы они его тщательно скрывали, такие проблемы как отказавшие в далекой перспективе органы - становились какими-то совершенно нереальными и недостижимыми. Мэдок, например, был убежден, что дожить до старости ему, отнюдь, не грозило, как бы он ни старался, даже если его упакуют на зону, то и там протянуть пару лишних лет с его темпераментом едва ли бы толком вышло.
- Пошли. Хули расселся, - крепко хватанув того за шиворот, Мэд потянул персонажа вверх, но тот, несмотря на всю субтильность своего телосложения, нещадно проигрывал гравитации и самому себе, от чего мужчине пришлось обхватить его за грудь и взвалить отчасти на плечо, борясь и с силой притяжения и с не волновавшим его мнением самого приятеля. - У тебя есть дом? Где ты живешь? - пошатнувшись под его состоянием нестояния, тоже маловато трезвый Берк все-таки успел восстановить равновесие прежде, чем уебался рожей в асфальт, после чего медленно, но уверенно попер прочь из под тени заулка, но сторонясь чересчур шумных авеню.
Ну, а если нет - в конце концов, по Нью-Йорку хватало гостеприимных притонов, всегда радушно принимавших в свое лоно очередных искателей телок и прихода, и просто приятной компании. Впрочем, Мэдок также не исключал и вероятность сбросить свой груз уже у себя дома, но его трейлер находился на самой окраине города и пилить до него пришлось бы без малого полночи. А потому и мысли вертелись зашкериться скорее около какой-нибудь незатейливой помойки, нежели о бесконечном путешествии на Родину, не настолько его еще успела замучить ностальгия.
[icon]http://funkyimg.com/i/2DZAn.jpg[/icon]
[sign]http://funkyimg.com/i/2DZAm.gif[/sign]

+1


Вы здесь » Manhattan » Флэшбэки / флэшфорварды » Ты где был? Мы обзвонили все морги, ты везде есть ‡флэш