http://forumfiles.ru/files/000f/3e/ce/14718.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/40286.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/95139.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/22742.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/96052.css

Manhattan

Объявление

Новости Манхэттена
Пост недели
Добро пожаловать!



Ролевая посвящена необыкновенному острову. Какой он, Манхэттен? Решать каждому из вас.

Рейтинг: NC-21, система: эпизодическая.

Игра в режиме реального времени.

Установлено 5 обложек.

Администрация
Рекомендуем
Активисты
Время и погода
Дамиан

Маргарет · Медея

На Манхэттене: май 2018 года.

Температура от +15°C до +28°C.


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Manhattan » Эпизоды » Книга всеобщих заблуждений ‡эпизод


Книга всеобщих заблуждений ‡эпизод

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

http://images.vfl.ru/ii/1519037335/3e05944f/20648111.gif http://images.vfl.ru/ii/1519037336/47a0e739/20648113.gif
Raul Rainier, Mabel Chase
19.02.18 | NY

У Рауля был приятель - долгая история, - у которого случился конфликт с Мейбл. У приятеля были другие приятели, который заглянули к Мейбл после и отомстили: Рауль знал об этом очень мало. Но знал. И все могло на этом закончиться, если бы...
17.10.2017: в квартире Мейбл находят труп.
Ведется следствие. Домашний арест Мейбл вскоре сменяется иной мерой пресечения, слишком уж четкое у нее алиби, по словам полиции. Следствие продолжается.
И все могло на этом закончиться, если бы погибший не был тем самым приятелем Рауля.

Отредактировано Raul Rainier (19.02.2018 12:49:16)

+2

2

http://s7.uploads.ru/yCTD8.png
Раньше он и не предполагал в себе этого почти бездонного терпения, выдержки, которая позволила продержаться… сколько? Три месяца? Почти четыре, если быть точным: просто Рауль узнал о смерти Ричарда с опозданием, ведь поначалу велось активное следствие, подробности скрывали, а сам он был чертовски занят собственной личной жизнью, которая тоже оставляла желать лучшего, а то и вовсе доживала свои последние дни – точно как несчастный Риард в октябре прошлого года. Правда, потом, когда новости наконец распространились достаточно, чтобы зацепить и Джульярд, и Рауль в частности, ему стало чуть легче на тот счет – понятно, что остаться одному: это куда приятнее, чем быть найденным мертвым в квартире человека, который тебя, скорее всего, и убил. Подробности, правда, все еще были тайной, но в узких кругах, куда входил когда-то Ричард, а сейчас понемногу начал углубляться Рауль, говорили вполне конкретные вещи. Не было этим вещам доказательств, свидетельств, но для обычного человека дело выглядит предельно ясным:
- человек мертв, это первое,
- человек убит, это второе,
- человек найдет в квартире некой женщины, это третье,
- и четвертое: у этой женщины был повод для мести человеку.
Оставалось только подставить имена фигурантов и некие черты вроде переломов у Мейбл Чейс, которые она заработала не в последнюю очередь из-за своих конфликтов с Ричардом.
Нет, Рауль признавал – переломы это хреново. Особенно, когда на ногах, и ты долгое время не можешь ходить, а потом вроде как учишься этому заново, и, наверное, на всю жизнь остается страх снова быть обездвиженным. Он легко мог представить себя на месте Мейбл, и тогда ему по-настоящему страшно становилось – ну и судьба! – но убивать из-за этого человека!..
Он не думал об этом так, как думали следователи. Не так был устроен его мозг, а потому не казалось странным, что, убив Ричарда, Мейбл оставила труп у себя дома. Может быть, Раулю и не хотелось рассуждать на этот счет, или же он поддался влиянию других, того самого «узкого круга», настроенного весьма однозначно. Они не думали, что Мейбл посадят, потому что поговаривали о ее превосходном алиби, зато они прекрасно видели, что она перестала ходить одна, а все время, где бы не появлялась после того, как сняли домашний арест, была в сопровождении какого-то мужика.
Но если ты не виноват, тебе ведь не нужна защита, верно?..

Вскоре стали говорить – в тех самых кругах, - что дело, должно быть, спустят на тормозах. Ричард, может, и не был лучшим человеком на Земле, но человеком он все-таки был, и нельзя оставлять его смерть безнаказанной, но для полиции и следствия, кажется, это не было таким важным, как для его друзей. Брать правосудие в свои руки, конечно, люди не особенно хотели, но были среди них и те – Сид, например, - кто придерживался более радикальных взглядов.
Вначале никто не собирался трогать Мейбл или причинять ей какой-нибудь вред, но уж очень всем хотелось хотя бы переговорить с ней. И не то чтобы за ней следили, так, приглядывали время от времени, все-таки известно стало, где она живет и где работает, а попасть в Колумбийский университет под видом студента оказалось не так уж сложно, особенно для Рауля, который легко прикрывался Джульярдской школой и необходимостью обмениваться знаниями.
Одно мешало – раз за разом Мейбл не бывала одна. Не удавалось застать ее в удобное время, в удобном месте и в наиболее удобном одиночестве, потому-то и прошли эти три месяца, и волнения понемногу улеглись, много кто занялся другими делами, и «узкий круг» превратился в группку энтузиастов, которым силы свои больше не на что было направить.
Рауль порой наблюдал за Мейбл и ее вечным спутником. Она не казалась ему слишком взволнованной, но и чересчур расслабленной тоже, и он даже думал, что если бы не достоверное знание о том, кто это и что произошло, не увидел бы в ней ничего примечательного.
Так, они ждали.

Январь оказался непродуктивным, но потом начался февраль, дурацкая суета ко дню влюбленных, зато после него, в понедельник, когда Рауль, которого некоторые уже узнавали в университете, снова пришел, неожиданно оказалось, что этот день – счастливый.
Мужика, которого Рауль хорошо знал в лицо и инстинктивно опасался, где-то не было. Мейбл торопилась, видимо, заглянув в университет ненадолго, а Рауль, наоборот, растерялся, потому что так долго ждал возможности переговорить с ней, что теперь, когда та наконец появилась, он забыл, что вообще хотел сказать. Как будто средство достижения цели заменило для него саму цель, и на то, чтобы все восстановить, требовалось чуть больше времени.
Он пошел за ней, думая, что можно остановить где-то на улице, но вдруг мелькнула мысль: там, на улице, ее может ждать чертов мужик!..
- Эй, эй-эй, извиняюсь! – Рауль торопливо сбежал следом за ней по лестнице. Догнать Мейбл оказалось не трудно, на ступеньках она не спешила, как будто все еще не была уверена в том, что ноги вдруг не подкосятся от неосторожного шага. - Ты – Мейбл Чейс, – объявил он, останавливаясь перед ней и преграждая путь. Из-за того, что это все еще была лестница, Раулю приходилось смотреть на нее снизу вверх. - А знаешь, кто я? Я – друг Ричарда. Помнишь Ричарда? Я вот хорошо помню Ричарда, как-то мы договаривались встретиться, а он не пришел, и на звонки перестал отвечать, а потом наши общие друзья говорят мне: «Знаешь, Ричарда нашли мертвым».
Не так он себе представлял начало этого разговора. Или даже не представлял никак, но теперь, когда он стоял напротив и не давал Мейбл пройти, слова появлялись сами по себе, Рауль видел, слышал, чувствовал, что они правильные. Может быть, жестокие. Но разве убийство человека – это не жестоко?..
- Тебе никогда такого не говорили? О том, что твоего друга нашли мертвым?

+4

3

Мейбл вышла из кабинета даже чуточку позже, чем рассчитывала. У нее, строго говоря, сегодня выходной. Она, строго говоря, вообще может заниматься сегодня тем, чем ей захочется. Она непременно так и сделала бы, если бы придумала себе дело по душе.
Понедельник – каждый раз немножечко загадка. В понедельник у нее нет занятий. В отличие от Айка. А она, вот же штука, уже куда лучше придумывает занятия на двоих. Нет, одной тоже можно делать много классных и интересных вещей. Например, эээээ… зайти и взять пачку рефератов на проверку? Составить список покупок? Прибраться в квартире? (Здесь было что-то еще, но Мейбл забыла.)
Мейбл решает начать прямо по порядку: сначала рефераты. Заехать в университет с утра – это же отличная идея. Утро – оно прохладное и бодрое. Кроме прочего, Мейбл жаворонок, и уже одно это дает всем полное право подозревать ее во всех смертных грехах (зачеркнуто). Рефератов ожидаемо меньше, чем должно быть. Была ли надежда, что сдадут все? Никакой надежды. Никакой. Чейз складывает работы в большую сумку и думает, что ничего в мире не меняется. Ее однокурсники тоже не особенно любили языкознание, однокурсники ее педагогов не особенно любили языкознание, однокурсники педагогов ее педагогов… ну, вы поняли. Ее задача минимум – найти такого же идиота и воспитать из него следующего педагога, чтобы цепочка не прервалась. Максимум – найти пару-тройку, а так же сделать свой предмет наименее мучительным для остальных. Если будет еще и интересно, совсем круто.
А интересно обязательно будет, потому что Мейбл все еще верит, что всю эту затею с походами удастся восстановить. Пока ходить по заснеженному лесу тяжеловато, но однажды у нее все получится.
Чейз смотрит в окно – солнышко. Пожалуй, она сходит в парк перед тем, как идти домой. Пожалуй, ей нифига не нравится вся эта тенденция. Раньше она прекрасно развлекалась самостоятельно и не впадала в ступор, оставаясь без компании. Ерунда какая-то.
Бутылка молока, пара банок тунца, свежий огурец. Мейбл стучит ногтями по столу, щелкает ручкой, закрывает блокнот, отправляет его в сумку к рефератам.
Решено, в парк, потом за покупками, потом домой. В процессе подумать, почему Мейбл ведет себя как примерная женушка. (Надо было добавить к списку.)

Мейбл уже направляется к выходу, когда прямо на лестнице прямо перед ней вырастает незнакомый (?) человек. Она почти уверена, что прежде никогда его не встречала. Память на лица у Чейз отменная (не пытайтесь отправить на экзамен друга вместо себя). Настроен молодой человек явно решительно. И понять его, пожалуй, можно. Кто знает, как бы себя вела сама Мейбл на его месте.
Скорее всего, она бы делала глупости. Много глупостей. Определенно, так бы оно и было.
Похоже, ничего бы толком не изменилось.
Чейз заметно мрачнеет сразу же, как понимает, о чем речь. Потому что он очень ошибается, этот человек. Потому что эти воспоминания едва ли не тяжелее истории с переломами. Тут Мейбл смогла хоть и частично, но исправить. С Ричардом такое не прокатит, хоть и очень хочется.
Нет, Чейз не убивала Ричарда. Нет, она не хотела его убить, даже когда было очень-очень больно. Нет, она не забудет это все, наверное, никогда.
Если бы можно было отмотать время назад, Мейбл побежала бы в полицию сразу, как Ричард переступил порог ее квартиры. Тогда все было бы по-другому.
Мейбл ловит себя на том, что откровенно пялится на своего еще не собеседника. Она, кажется, совсем вцепилась в перила лестницы и немножечко зависла. Прогулка в парк с целью развлечения отменяется.
– Все совсем не так, как ты думаешь, – Чейз оглядывается по сторонам. Все, в принципе, в курсе: новости разносятся молниеносно, но она совсем не готова обсуждать это здесь и на такой громкости. Ее не обвинили официально, но сути это не меняет – если бы Мейбл не вела себя, как наивная дура, человек был бы, скорее всего, жив, – Пойдем, прогуляемся немного. Если хочешь, расскажу, что знаю.
Чейз старается говорить мягко. Чейз делает шаг вперед. Осторожно, но настойчиво. Она, в конце концов, на своей территории.
– Тебя как зовут?

+2

4

http://s7.uploads.ru/yCTD8.png
Уже закончив свой короткий монолог, и уже задав последние вопросы, риторические, острые - не для того, чтобы получить ответы, но чтобы огранить свою позицию, дать понять всю серьезность сложившейся ситуации, - Рауль слабо улыбнулся где-то на третьем или четвертом плане сознания: разве это он сам говорит?.. В самом деле, он лишь отчасти мог узнать самого себя в сегодняшнем поступке, в этом решении, даже в той компании, к которой присоединился сам и где находился ныне покойный Ричард. Как там было - все меняется, все течет?.. Стоя на лестнице перед Мейбл Рауль на краткий миг посмотрел на себя глазами прошлого, оттуда, когда он еще был другим, и всё вокруг тоже было другое.
Потом это прошло. Он тоже нахмурился, тоже вцепился рукой в перила. Подумал, что сейчас Мейбл развернется и уйдет, молча, без ответа. Или что вот-вот закричит - он не нападал на нее, но, очевидно угрожал. Единственная защита самого Рауля в таком случае в том, что его голос был тихим, никто посторонний не слышал, что он сказал. В любой момент сдаст назад и от собственных слов откажется, хотя ему, конечно, лучше не иметь дела с полицией. Тем только повод дай заново к нему прицепиться. Порой, когда Ранье проходил мимо каких-нибудь копов, он видел в их глазах узнавание (хотя на деле ему просто казалось это), и почти мог прочитать мысли: “Вот, этот идет. Который чуть не убил звезду мирового разлива”.
Есть ли подобные мысли у Мейбл? Ее дело, точнее, дело Ричарда, еще не закрыто. В этом деле есть труп, пускай и до мировой известности ему было далековато. А она ходит по улицам и наверняка тоже порой проходит мимо какого-нибудь полицейского - и что она там видит, в его глазах?..
Мейбл наконец заговорила. И, оу, ну конечно все не так. Все всегда не так, как думают остальные - почему-то эта фраза Чейз только укрепила в Рауле уверенность насчет ее вины. Но была и другая сторона у этой монеты: ни паники, ни попытки сбежать. Это, в свою очередь, вызывало у Рауля вопросы, а уж предложение прогуляться вовсе поставило его в тупик. Как, с ним?.. Просто пойти и прогуляться?..
До сих пор Ранье не думал, будто Мейбл должна его бояться, но сейчас удивился тому, что она не боится.
- Ладно, - нехотя согласился он.
Словно поменявшись с Мейбл ролями, Рауль шагнул назад тогда, когда она ступила вперед, а потом оторвал от нее взгляд и развернулся, чтобы сойти вниз по лестнице. Там он немного подождал, пропуская ее вперед, потому что не знал, куда именно она собирается. Мейбл пошла к выходу, Рауль потянулся за ней, испытывая сомнения, природу которых понять не мог даже приблизительно, а на улице вдохнул полной грудью прохладный воздух, чтоб он немного отрезвил его и привел в чувство.
Не сработало: какой-то неправильный был воздух, пассивный.
- Рауль, - он назвал настоящее имя, в следующий момент забеспокоился о том, что она может его знать (а вдруг - фанатка “Кроссфейта”?), а еще через секунду выдохнул. Мало ли Раулей в Нью Йорке? Да их, должно быть, пруд пруди. А фотографии его если где и были, то давно уже удалены из интернета. Все тревоги - не более чем паранойя, да и сам Джастин давно уже его простил; Рауль просто обожает зацикливаться на чем-то и потом самого себя не выпускать из замкнутого круга рефлексии.
Свернули в сторону, обошли крыло здания, а за ним вдруг обнаружился парк, которого прежде Рауль в упор не видел, потому что ни на что, кроме ступенек и двустворчатой двери не обращал внимания. Студентов в парке почти не было, впрочем, Ранье порядком удивился бы, если бы встретил их тут в феврале - внутри как-то и теплее, и уютнее. Не потому ли Мейбл решила сюда выйти, что никто их не подслушает? Что же такое она хочет рассказать?
Он хорошо помнил свое собственное состояние в похожей ситуации. Правда, похожей назвать ее можно было лишь с натяжкой - всего месяц прошел после того, как он отправил Джастина в кому, а Рауль уже находился в больнице с каким-то сложнопроизносимым расстройством, избавившим его на время от суда. Ему тогда страсть как хотелось выговориться, хоть кому-нибудь объяснить то, что он и самому себе объяснить не мог. Но это было не единственным желанием: сейчас помнилось все слабо, но порой перед мысленным взором с непередаваемой яркостью вставали картинки прошлого - как он, например, стоял у решетчатого окна и видел за ним не ровные дорожки и аккуратные кустарники, а живой оркестр, которым можно было управлять. Больше всего было струнных - скрипок и виолончелей, а контрабасов всего четыре, они находились позади, рядом с роялем. Тогда Рауль видел все в удивительной точности, и сейчас, вспомнив об этом снов, он хотел знать, что видит Мейбл. Видит ли она вообще хоть что-то?
И, может быть, мертвый Ричард приходит к ней так же, как к Раулю приходил Джастин, пока Рауль еще верил, что он тоже мертв.
- Если ты сейчас скажешь, что не виновата, я тебе не поверю, - предупредил Рауль, остановившись там, где ему показалось наиболее удобным для разговора. - Ричард никого в своей жизни не обидел. Знаю, что его дела были не самыми, кхм, правильными, но это же еще не повод!.. - он знал так же и о том, что друзья Ричарда - те самые, что теперь были его собственными друзьями, - отомстили Мейбл в своем собственном стиле, но сейчас упоминать об этом было не с руки. Это, пожалуй, тоже было очень неправильно, но почему тогда Мейбл заявление в полицию не отнесла, а вот так решила разобраться?..
Каждый в этой истории был в чем-то не прав. Кто-то больше, кто-то меньше. Даже сам Рауль, и он понимал это, но как ни крути, а крайней все равно оказывалась Мейбл.

+2

5

До парка они идут почему-то молча. Это одновременно и хорошо, и плохо. У Мейбл, которой не говорили, что ее друга нашли мертвым, есть шанс подобрать нужные слова, чтобы успокоить Рауля, которому сказали, что его друга нашли мертвым. С другой стороны, у Мейбл, которой не говорили, что ее друга (ну, вы поняли), есть шанс осмыслить в очередной раз, кто здесь проебался и почему Раулю сказали, что его друга (ну, вы поняли).
Мейбл изо всех сил пытается выбрать из предложенных действий более продуктивное и созидательное, но получается почему-то иначе. Как-нибудь на досуге она обязательно подумает о том, что самокопание – путь наименьшего сопротивления. Куда проще размышлять о том, что ты такая ужасная и совсем ничего не можешь со всем этим поделать. Это снимает ответственность, а снимать с себя ответственность – последнее, что хочет делать в этой жизни Мейбл.
Какой-то на редкость холодный день, оказывается. Оказывается, солнышко в окошко – вполне себе повод для прогулки, но вовсе не гарантия, что прогулка окажется комфортной. А может, Чейз просто нервничает, и, на самом деле, вокруг совсем не холодно.
Мейбл косится на Рауля. Нет, судя по его покрасневшему носу, действительно холодно.
Рауль, конечно, тоже нервничает, но нос врать не будет.
Возможно, она зря сюда пошла. Возможно, стоило остаться в университете и не высовываться пока этот разговор так или иначе не завершится. Мейбл, в конце концов, знает, чего стоят друзья Ричарда. Вне зависимости от того, сказали им, что их друг мертв или нет.
Возможно, все это очень плохо кончится. Мейбл даже особенно не удивится. Ей бы, на самом деле, меньше всего на свете хотелось бы начинать все сначала. Да и с Айзеком, кажется, все наладилось.
(Или разладилось. Она не особенно разбирается.)
Так или иначе, новые переломы штука в ее случае фатальная.
Они останавливаются прямо под фонарем. Было бы почти романтично, если бы фонарь светил. Но фонарь не светит, светит солнышко. Если и есть в мире логичные вещи, то распределение труда, несомненно, важнейшая из них. Мейбл понимает, что не чувствует от Рауля никакой угрозы, так же хорошо, как и то, что это ничего не значит.
Ричард, вот, тоже всегда был вполне себе безопасным.
– А если не скажу? – Мейбл щурится и думает, что была права насчет этого вот Рауля. Рауль хочет справедливости, Рауль уверен в своей правоте, у него есть убеждения, эти убеждения значат для него чертовски много.  Мейбл точно знает, потому что и сама такая же. Мы с тобой одной крови, мы оба никого бы никогда не убили.
– Я виновата в смерти Ричарда. Если бы не я, Ричард был бы сейчас жив, – Чейз все еще говорит этим вот мягким голосом – базовые настройки. Она столько времени проработала в коррекционном центре, что иногда ей кажется, что кроме этой интонации она мало что может воспроизвести. Сейчас, вот, например, это все звучит как «Ричард умер по моей вине, но мне, в общем-то, похуй. Но ты не расстраивайся там сильно, ладно?», – Он пришел ко мне вечером седьмого и сказал, что у него серьезные проблемы.
Чейз на секунду отворачивается и смотрит куда-то в сторону, но это совсем не помогает найти нужные слова.
– Он сказал, ему нужно спрятаться дней на десять, а я последняя, у кого его будут искать. Умолял не сообщать в полицию. Я спрашивала, что случилось, но он ответил, что сам со всем разберется. За ним должен был приехать брат, кажется. То ли не успел, то ли и не собирался даже, не знаю.
Мейбл выдыхает и ловит себя на том, что уже с полминуты неотрывно пялится на какой-то куст. Нехорошо.
– Если бы я пошла в полицию, ничего бы не случилось.

+2

6

Рауль оказался не готов к тому, что все пойдет не по его сценарию. Мейбл даже не думала, похоже, оправдываться, а наоборот принимала на себя вину - пускай не всю, пусть не говорила, что это она убила Ричарда, но хотя бы так, первый шаг. Впрочем, что толку с ее признаний? Не посадят же ее за то, что вышло так, как она рассказывает, даже если принять это за правду. Но сейчас, когда Рауль думал об этом, он уже не был уверен в том, что хочет именно чтобы ее посадили. Ну и что толку с тюрьмы? Ричарда это не вернет. Его порядком бесило то, что Мейбл свободна в то время, как его друг мертв, но…
А если бы это к нему в дом завалился какой-то знакомый и попросил там пожить с недельку, пока все не успокоится? Это называлось “залечь на дно”. Пожалуй, прямо сейчас Рауль не мог дать точного ответа и понять, что бы он тогда сделал. Но, пожалуй, в полицию бы и правда не пошел. Мол, это не его дело; хотя с той самой минуты, как человек заходит в твою квартиру - это уже так или иначе твое дело.
- И зачем ты его впустила?
Если бы не впустила, Ричард, вероятно, все равно был бы мертв. Раз уж это не Мейбл, а кто-то, от кого он и хотел спрятаться. Но тогда хотя бы к Чейз ни единой претензии бы не было. Результат тот же, меняется суть. Раулю бы и спрашивать ни с кого другого не пришлось, потому что если он правильно догадывался о том, кто был врагом Ричарда, то найти их после убийства в городе оказалось бы очень тяжело.
И страшно. Да, их бы Рауль и не искал - не то что Мейбл.
- Нет, серьезно, парень-наркодилер говорит о том, что будет ночевать у тебя, пока его ищут, а ты - что? Говоришь ему “добро пожаловать”?
Он едва удержал себя от того, чтобы продолжить распекать Мейбл за тотальное отсутствие рассудительности. По всей видимости, она была из тех, кто на улице не может пройти мимо бездомного котенка - сразу тянет в дом. Правда, с Ричардом вышло немного иначе: все равно что под дверью обнаружить котенка, из-за которого дворовые пацаны один раз уже сломали тебе ноги, в самом прямом из всех смыслов. Рауль на ее месте - тут уж точно! - гнал бы этого “котенка” куда подальше, пока пацаны не вернулись и не сломали на этот раз уже шею.
Еще и в полицию не пошла. Это и правда был крупный промах, так сказать, косяк. Косячище. А Мейбл еще и преподаватель, с подростками работает!..
- Кроме того, откуда мне знать, что это правда? Ну, в смысле, пришел он к тебе, ты впустила, а потом могла с ним что угодно делать, он же у тебя в квартире. Или твои сообщники, - после этих слов он попытался припомнить подробности, которые обсуждались в кругу знакомых, откуда Рауль про Мейбл и узнал.
Кто-то где-то что-то слышал, но информации было мало, проверить ее было нельзя. Рауль по собственному опыту прекрасно знал, как легко рождаются слухи и домыслы, для этого даже стараться особенно не надо. Но если бы Мейбл прямо вовсе не была виновата, кто бы о ней говорил?
Тот, кто с себя вину пытается снять, что не ясно?
Рауль начал злиться. Снова. Потому что разговор шел не так, как он представил себе, и к этому варианту он попросту не подготовился. Да и теперь казалось, будто не подготовился он и к тому, что Мейбл вообще станет с ним разговаривать. Вот на случай, если бы она подняла крик в университете, у него была отличная заготовка! И на случай, если бы она, только увидев его, развернулась и убежала. И на много других подобных случаев тоже.
Кто бы мог подумать, что все обернется вот так - откровенностью. Искренней или нет - это еще надо хорошо подумать, но тем не менее.
- Разве ты не подозреваемая? - Рауль старался не выдать уровня своих сомнений, тем более что сейчас они в значительно большей мере относили к нему самому, а не Мейбл. - А студенты твои знают, которых ты учишь? Если бы у меня был какой-нибудь преподаватель, замешанный в таком деле...
То что?
Рауль живо вообразил себе, что кто-то из его учителей был то ли свидетелем, то ли подозреваемым в деле об убийстве, но ничего особого не ощутил. Он и сам некоторое время был в этой шкуре, хорошо знал, что оно такое. Мейбл хотя бы в психушку не загремела - а это уже некоторый прогресс, верно? Хотя, кто знает, вдруг ей просто диагноз пока не поставили.
Пристальнее вглядевшись в ее лицо, Рауль попытался найти там признаки сумасшествия. Не смог; он все-таки не врач, а сам в больнице только мужские лица видел - вот на них сразу было написано, что человек полный псих, даже вспоминать страшно. А Мейбл вроде была нормальная, за исключением того, что просто так отправилась с ним в парк, зная, что он - друг Ричарда, и что считает, будто Ричарда она и убила.
А если бы он ее тут пристукнуть захотел, в парке этом?..
Ранье огляделся по сторонам: вдруг Мейбл как-то подстраховалась, и за ними сейчас следят?.. Может быть, следят как раз за ней - полиция, например, или частные детективы. Такое дело все же, убийство, да в ее квартире… Но полицию француз не нашел, детектива не заметил, а вот то, что он все-таки увидел в этом сомнительного размера парке, ему не особо понравилось.
Он поморщился, потер лоб, отвернулся, нашел взгляд Мейбл и поинтересовался:
- Ты что, бессмертная?

+2


Вы здесь » Manhattan » Эпизоды » Книга всеобщих заблуждений ‡эпизод