http://forumfiles.ru/files/000f/3e/ce/55158.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/40286.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/95139.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/22742.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/96052.css

Manhattan

Объявление

Новости Манхэттена
Пост недели
Добро пожаловать!



Ролевая посвящена необыкновенному острову. Какой он, Манхэттен? Решать каждому из вас.

Рейтинг: NC-21, система: эпизодическая.

Игра в режиме реального времени.

Установлено 5 обложек.

Администрация
Рекомендуем
Активисты
Время и погода
Дамиан

Маргарет · Марсель

На Манхэттене: август 2018 года.

Температура от +20°C до +31°C.


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Manhattan » Флэшбэки / флэшфорварды » Соль в перечнице, или следствие ведёт Гарри Диксон ‡флэш


Соль в перечнице, или следствие ведёт Гарри Диксон ‡флэш

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

[nick]Maurizio Ricci[/nick][icon]https://pp.userapi.com/c841134/v841134933/3885d/eNiO6HrK-Ds.jpg[/icon][sign]--[/sign]

http://cdn.toy-tma.com/wp-content/uploads/2009/11/Clue-Box-19921.jpg


когда: 10 января 2018 и далее.
где: Нью-Йорк. Остальное будет указано дополнительно.
кто: Гарри и Мау, а также их родственники, друзья, полный штат работников кафе у "Фреддо", завсегдатаи и Тёмные личности.
о чём: вот уже скоро два месяца Гарри убивает время в дурацкой итальянской дыре с отвратительным придурком-шефом и ещё более невыносимым коллегой по кухне - Маурицио Риччи. Каждый день Гарри говорит себе, что с него хватит, но наступает утро новой смены, и он отправляется месить тесто для пиццы в кафе, которого больше видеть не может.
А тут ещё праздники, которые Гарри, в который уже раз, встречает без любимого человека и мама... Мама, решившая провести каникулы в тёплых краях вместе с отчимом, но без маленькой Бев, оставшейся на попечении старшего брата. Спасибо, мама!
Последнее, чего сейчас нехватает Гарри Диксону - стать свидетелем мафиозных разборок. Поэтому он просто обязан проследить за боссом, который явно что-то замышляет.

Отредактировано Angel Heart (24.06.2018 22:26:59)

+1

2

http://s7.uploads.ru/yCTD8.png

Гарри не думал, что задержится у «Фредо» на самом деле так долго – два бесконечно длинных месяца, которые показались с одной стороны вечностью, а с другой – несколькими минутами, слившимися в бесконечную канитель сковородок, мисок и сладкой выпечки. Он рано вставал, поздно ложился, а в выходные позволял себе сон и отдых, к которому относился раньше с пренебрежением. Теперь посидеть спокойно на балкончике с кружкой вкусного чая или бокалом белого вина с длинной сигареткой стало для него настоящей наградой. Дикси и раньше не был фанатом клубов и большого скопления людей, а теперь на это просто не было времени и сил, и это его полностью устраивало. Небольшая кухонька в ресторанчике стала для него знакомой до последней тарелочки, и Гарри ревностно относился к порядку на ней. С Мау… с Мау было непросто, потому что Гарри подспудно ощущал к нему тягу – как к красивому сильному самцу с лёгким характером, но в целом он старался не подпускать эти мысли. Лучше думать о десертах, выбор которых у «Фредо» крайне скудный и простой, хотя Дикси и пытался как-то продвинуть несколько новых пирожных и тортиков, но Фредо человек старой формации, с ним договориться с ним сложно. Гарри решил, что даст старику время привыкнуть к нему, а потом, может быть, попробует ещё раз поговорить.
В любом случае, работы было настолько много, что Дикси выматывался как после хороших тренировок. Зарплата была смешная, но он открыл отдельный счёт и решил, что отдаст деньги на благотворительность. В конце концов, именно он заработал их, а не его предки, и он достоин большего.
Рождество он отмечал на работе, хотя звонил по скайпу и маме с отчимом и Джинни с Флинном, впервые ощущая, что у него есть семья, которой хочется делать подарки.
Он даже Маурицио сделал подарок – не очень дорогой, но хороший фирменный кожаный кошелёк, решив, галстук или запонки для такого человека будут лишними. Было приятно дарить и видеть искреннюю радость людей, и Гарри со смущением думал о том, что хочет делать так как можно чаще. Мау в ответку подарил именные фартук и колпачок для кухни и набор самых любимых конфет Гарри (как он узнал?!) – с нугой, солёной карамелью и горьким шоколадом, посыпанные стружкой из пекана. Дикси едва не застонал от удовольствия, лакомясь вкусностями прямо на работе. От мамы и Джарвиса он получил… огромный круглый диван-кровать с множеством подушек, огромным пледом светло-голубого цвета и вторым пледом в виде белой шкуры.
Мама… мама стала нежнее, она сама звонила ему, рассказывала о делах, о Беверли и Джарвисе, спрашивала, как там у Дикси дела в его «забегаловке». В её голосе не было издёвки, и Гарри было это в диковинку. Джарвис даже заходил в их ресторанчик и взял десерты на вынос, подмигнул и пообещал, что довезёт до матери в лучшем виде. 
Более того, на Рождество в ресторанчик заходила семья Маурицио, с которой он познакомился, и бабушка Кармина показалась Гарри очаровательной.  А когда пришла семья и Фредо – шумная, многочисленная, – стало совсем весело. Дикси пришлось не только быть контактнее, но и пообщаться с разновозрастными детьми.
Мау стал казаться человечнее, добрее… роднее. Он помогал Гарри во всём – и насчёт работы, и в каких-то глубоко личных делах, не прося ничего взамен.
Именно поэтому когда мама привезла Беверли, которой исполнилось полтора года, домой к Гарри и сообщила, что они с Джарри отправляются отдыхать, Дикси даже не сильно нервничал. Ну, то есть не сначала. Взяв сестру на руки, он помахал матери и посмотрел в глубокие серо-зелёные глазки девочки.
Беверли была очень похожа на него, даже несколько капризный изгиб губ и светлые, словно выбеленные солнцем, волосы тоже были, как у него и матери.
Девочка была послушной и тихой, однако деловой и уже в полтора года до ужаса самостоятельной. Поймав мелкую, Дикси переодел её в штаники, свитерок и пальто, натянул на ножки ботинки и внимательно посмотрел в глаза:
- Малыш, мы пойдём ко мне на работу, потому что братик должен работать. Я попрошу ребят на работе за тобой присмотреть, но ты должна пообещать, что будешь вести себя хорошо.
Бев что-то невнятно прокурлыкала и впечатала ладошку брату в лицо, и радостно захохотала, будто сделала что-то донельзя смешное. Гарри терпеливо вздохнул.
Он будет очень должен Маурицио, если тот согласится ему помочь. Может быть, отвести девочку Кармине? Вытянув мобильник, он набрал номер Мау и промурлыкал в трубку:
- Buongiorno! Мау, мне нужна помощь Кармины. Могу я заехать к вам перед работой?
Конечно, это было наглостью, но Гарри почему-то и подумать не мог, что Риччи ему откажет. Тот уже не раз и не два помогал ему, они стали почти друзьями, если это происходит именно так.
Лия наверняка сможет составить компанию Беверли, той не хватало детского общество, а Кармина вырастила шестерых внуков – если не больше – и точно сможет обеспечить малышке несколько безопасных часов. В коляску Бев залезла неохотно и, только получив розового зайца с длинными конечностями и в шляпе, она немного успокоилась.
Гарри вызвал такси, потому что по холоду с ребёнком да ещё до небогатого района, где жила семья Риччи, идти было глупой идеей. В такси он расслабился, однако наблюдая за сменой пейзажа за окном, неожиданно осознал, насколько ниже по материальному положению Мау и его семья. Дикси никогда не задумывался, что одежда, которая надета на его сестру, стоит дороже всей той одёжки, в которой щеголяли братья и сёстры Риччи, и эта мысль почему-то заставила его почувствовать себя виноватым.
Глупости. Его вины в том, что они бедны, нет никакой, его достаток – результат труда многих поколений, глупо будет обвинять свою семью в том, что они нажили…
- Господи, Беверли, не пытайся откусить голову Джоку! – Гарри едва успел вытащить игрушку изо рта сестры, и та зашлась плачем, морща личико, крупные слёзы потекли по щекам. Дикси растерянно уставился на ребёнка.
- Ну зачем же так резко? Верни девочке зайца, пусть грызёт, если у неё режутся зубки, – крупный чернокожий водитель бросил взгляд на Дикси и Беверли, добродушно посмеиваясь.
- А если она его сожрёт? – опасливо спросил Гарри, но игрушку малышке вернул. Беверли довольно что-то пролепетала и сунула ухо зайца себе в рот, слюнявя его и едва ли не урча от удовольствия. - О! Спасибо.
- Да ничего. Твоя?
- Это моя сестра, ей полтора. Мама с отчимом отдыхать уехали, а нянек они категорически не выносят.
Гарри никогда особенно не был откровенен, но таксист был добр, а Дикси сонный и ему ещё предстояло провести двенадцать-четырнадцать часов на ногах в ресторане, было бы глупо отказываться от чужой доброты.
Чак – так он представился – успел рассказать о своих пятерых детях, пятнадцати внуках и обо всех домашних животных, пока они добрались до нужного дома. Стоило выбраться с Беверли на улицу, Гарри выдохнул и помахал водиле рукой, не забыв оставить ему щедрые чаевые. Вот почему он редко общался с людьми.
К двери дома семьи Риччи он подобрался преступно рано, надеясь, что разбудит только Мау, а не всю ватагу. Он снова позвонил, чтобы не долбится в дверь.
- Мау, пустишь меня? Мы с Беверли ждём тебя на улице.

Отредактировано Harry Dixon (07.08.2018 13:26:20)

+1

3

[nick]Maurizio Ricci[/nick][icon]https://pp.userapi.com/c841134/v841134933/3885d/eNiO6HrK-Ds.jpg[/icon][sign]--[/sign]

Звонок раздался через пять минут после трели будильника, Рицио ещё не успел отложить мобильный в сторону и побрести с раскрытыми в две замочные щели глазами в сторону ванной, чтобы смыть с кожи липкие остатки сна, если комната, по невероятному стечению обстоятельств, окажется не занятой. Девчонки уже проснулись, он слышал тонкий голосок Джинни, в сердцах кричавшей на старшую, насмешливый, привычно издевательский тон Стеллы, который она переняла у него (а, может, и гораздо более вероятно - они оба у кого-то ещё), слышал, но гораздо тише, самодовольный басок Гвидо, находившегося в шаге от взрослой самостоятельности, и плаксивый мальчишеский голос Луки, высказывавшего, не обращаясь ни к кому конкретно и ко всем сразу, недовольство слишком рано начавшимся утром, и над всем этим, как редкие раскаты грома, отрывистые команды Кармины, перемежаемые капризным хныканьем Лии, просыпавшейся вместе со всеми, хотя младшей Ричи никуда не надо было торопиться. Рицио слышал всё это так часто, что почти не обращал внимания на гомон, ставший обязательным фоном его жизни, в любой другой день он просто отключил бы телефон и продолжил дремать, посреди всего этого бедлама, и начал бы тревожится по-настоящему лишь в том случае, если бы за стеной воцарилась абсолютная тишина в час, когда наступать ей было не положено.
Но до того момента, как ребятня уйдёт в школу, было ещё далеко, и в предрассветной стылости уютно было лежать, обернувшись плотным тёплым одеялом, чувствуя, как в недостаточно прогретом помещении угловой спальни мёрзнет оставшийся снаружи нос и слушать отзвуки кутерьмы, происходившей в каких-то метрах, у закрытой двери, из-под которой они просачивались к Рицио вместе с полоской яркого искусственного света. Раньше он бы сказал, что готов пролежать так хоть целый день, и это было бы правдой, пусть и отчасти, ведь ленивое ничего неделанье быстро наскучивало Рицио с его беспокойной натурой, вечно искавшей занятия рукам или, хотя бы, голове. Его тяготила сама мысль о том, что вскоре ему предстоит покинуть уютный кокон, променяв его на заботы серого морозного дня, на раздражающую толчею улиц и целый день в тесной душной кухне кафе "У Фредо", где ему предстояло обливаться потом, выполняя пусть и любимую, но слишком механическую, давно приевшуюся работу.
Так было до недавних пор, до середины ноября недавно прошедшего года, если говорить точнее. До того момента, как Гарри Диксон подвергся нападению мелких воришек на рынке в Маленькой Италии, а потом его сиятельная особа объявилась на пороге той самой кухни, которая прежде находилась, главным образом, под присмотром Рицио. И совпадение ли, что сейчас на экране сотового возникла фотография остренького лисьего лица в обрамлении светлых волос, лица, на котором угадывалась лёгкая тень надменности, состоявшей, как удалось выяснить Рицио спустя два месяца, на пятьдесят процентов из врождённой робости и страха показаться нелепым, попасть в неловкую ситуацию и на пятьдесят - из настоящей гордости человека, выросшего в семье, где дети никогда не кричали по утрам, а если и делали это, то няньки уносили их на другую половину дома, где вопли заглушались толстыми каменными стенами и дорогими игрушками.
- Утро никогда не бывает добрым, Гарри, - возмутительно свежий голос Диксона полился из динамика, стоило нажать на кнопку ответа, сам Рицио со сна говорил хрипло, но в тоне слышалась нескрываемая улыбка, он давно уже подмечал, как удивительно естественно его коллега мимикрирует под окружение, и перенятые слова из чужого языка были лишь малой частью этого. - Особенно утро рабочего дня... Да, конечно, приезжай. Позавтракаешь с нами. Что тебе нужно от старушки Каро?..
Последний вопрос он произнёс уже в пустоту, пожал плечом и не стал перезванивать, чтобы уточнить - он был уверен, что Кармина не откажет Диксону ни в чём, о чём бы тот ни попросил. Гарри нравился ей. Кармина не делала из этого секрета и, иногда, Рицио хотелось бы, чтобы привязанность к этому "милому мальчику" его бабушка выражала чуть менее пылко и часто. В том, как регулярно упоминалось имя кондитера, всего лишь делившего с ним место работы, было нечто настойчиво-выразительное и так несвойственное обычно тактичной Кармине. Или Рицио просто казалось так? Во всём, что касалось Гарри Диксона, он становился вдруг чувствительным, как девочка в момент пубертата - а о том, какими бывают юные красавицы, он кое-что стал.
Бросив телефон на столик у кровати, Рицио закряхтел как брюзгливый старик, пощипал пальцами переносицу, убирая с уголков глаз грязь и чуть нахмурился, думая о приезде Гарри со смешанным чувством радостного предвкушения и непонятной досады. Мальчишка нравился ему - он не мог этого отрицать, как не мог перестать называть "мальчишкой" молодого мужчину немногим младше себя. Рицио знал, что Гарри Диксон не был несмышлёным юнцом, но думать о нём так было проще. Как будто это давало ему право на покровительственный тон, щедро сдобренный шпильками насмешками, порой совершенно невинными, а иногда почти провокационными, на опеку и заботу, одним словом, на ту манеру поведения, которую Рицио, незаметно для самого себя, усвоил за это время.
И она работала, помогая сохранить дистанцию, но не скатиться с холодный формализм, создать подобие странного почти-приятельства между ними, выходцами из двух совершенно непохожих миров, по странному недоразумению оказавшимися запертыми в одном маленьком помещении на долгие-долгие часы. Разве был Рицио виноват в том, что им приходилось, то и дело, касаться друг друга? Что он должен был вдыхать запах Гарри, - смесь дорогого парфюма, специй и сладкого молодого пота, - когда тот наклонялся или протягивал руку, совершенно поглощённый своим делом. Что, наконец, он вынужден был смотреть на человека, к которому его влекло с самой первой минуты их встречи, и понимать, что это - всё, что ему доступно?
- Кажется, у Гарри нет девушки?
- Ты предлагаешь мне воспользоваться шансом?
Грубость в их разговорах с Карминой была редким гостем, огромное уважение, которое Рицио испытывал к бабке, должно было остановить его раньше, чем с малых ногтей привитая привычка ставить мнение старших во главе всего. Опыт не может ошибаться - не самое серьёзное заблуждение, но одно из самых стойких.
- Этот мальчик тянется к тебе, бамбино.
- У этого мальчика в кармане половина Нью-Йорка, не забывай об этом. Я не забываю.
Это было главное, пожалуй. То, что стояло у Рицио перед глазами как золотая решётка, невидимая ни для кого, кроме него. Возможно, мифическое богатство Диксонов было непропорционально увеличено в его сознании, но забыть о нм или о том вечере, когда Гарри звал его к себе, и каким тоном он говорил тогда, Рицио не мог.
За минувшие недели Гарри успел расположить к себе на кухне всех, от вечно погружённой в своего драгоценного младенца Лидии до скептичного уборщика Тони, а Лена и Полли, её сменщица, наперебой строили симпатичному новенькому глазки, давно привыкнув к отсутствию реакции на их чары со стороны Рицио. Однако Гарри Диксон, хотя и оказался очаровательно прост в обращении, обращал внимания на отчаянный флирт девчонок не больше, чем его коллега по кухне, и это должно было что-то да значить, но Рицио старался не думать об этом, не замечать отчаянные сигналы своего радара. Даже если он прочёл Гарри верно, какая разница? Куча лишних проблем.
И всё же, на время мысли о перемене места покинули его голову. Рицио упрямо говорил себе, что всё дело в праздниках - никто не ищет работу в Рождество. Правда же заключалась в том, что "У Фреддо" ему было теперь по-настоящему хорошо, хотя ничего, в сущности, не переменилось, кроме того, что теперь с ним рядом был Гарри, и дни пролетали мимо скорее, чем кометы, пропадая в бесконечных словесных перепалках и выдумках.
В сочельник они закрыли кафе на два часа раньше положенного, сдвинули вместе столы и закрыли двери, когда внутри собрались родные и друзья. Именно тогда Гарри пожал руку Кармине, положив начало этим раздражающим напоминаниям и полунамёкам, а ещё совершенно свёл с ума Стеллу, трещавшую о белокуром принце Гарри все каникулы, да и теперь, наверное, возносившую хвалы своему новому увлечению.
Рицио не ждал подарка от нового коллеги, хотя подготовил его сам, давно. Любовь Гарри к сладостям не была секретом, а о любимом угощении он проболтался сам, не подозревая даже, как внимательно улавливает каждую подробность пара ушей, принадлежащих человеку, который, казалось, едва слушает его, перебивая по нескольку раз в минуту. Конфеты Рицио заказал в кондитерской недалеко от Фредо, с набором для кухни было и того проще, Гарри давно в этом нуждался. Удовольствие и радость, вспыхнувшие в глазах открывшего презенты Гарри были сокровищем более ценным, чем тот бумажник, что он вручил в ответ. Но это была вещь, которая заключала память в самом факте своего существования, и Рицио был рад пользоваться им, замечая, что Гарри приятно видеть свой подарок у него в руках.
- Гарри заедет к нам сейчас.
Объявил Рицио двадцать минут спустя, умытый и гладко выбритый, одетый для нового дня, проходя в столовую, где дети в разной степени сборки скопились вокруг большого стола, разделываясь со своим завтраком с аппетитом или без сильного энтузиазма размазывая его по тарелкам. Стелла быстро вскинула голову и издала довольный вздох под понимающее хихиканье Джинни.
- Он зайдёт всего на пару минут, нам нужно открывать кафе.
Жестоко добавил Рицио, стирая довольную гримасу с лица сестрёнки, Гвидо, ненадолго оторвавшись от своего смартфона, громко хмыкнул, высказывая своё отношение к тому, что творилось в мире по эту сторону экрана, и тут же получил тяжёлую затрещину от Кармины, подкравшейся, как всегда, неслышно.
- Никаких телефонов за столом, - сурово отчитала она, выхватывая игрушку из рук внука под его возмущённый вопль и злорадное хихиканье отмщённой Стеллы. - Вы никуда не уйдёте, пока не поедите.
Объявила она, обращаясь уже к Рицио как раз в тот момент, как мобильный в заднем кармане его брюк завибрировал опять.
- Да, сейчас открою, - он поспешил к домофону и заодно снял цепочку с двери, распахивая её для гостя. - Ого, так вот для чего тебе понадобилась Кармина, - завидев ребёнка на руках Гарри, Рицио широко улыбнулся, пропуская их внутрь, туда, где пахло едой и свежим кофе. - Эй, nonni, посмотри, кто пришёл к нам в гости, - крикнул он, перекрывая вновь возникший гвалт голосов, а потом снова Гарри. - Давай я помогу вам раздеться.
Рицио протянул руки, чтобы взять девочку, давая Гарри возможность снять с себя верхнюю одежду, от брата и сестры пахло холодом и свежестью, и оба они были донельзя похожи: белокожие с ярко горящим на щеках румянцем, светлыми волосами и глазами.
- О, mia cara, - всплёскивая руками в умилении, Кармина выплыла в прихожую, закрывая собой головы детей, поспешивших за ней, чтобы посмотреть на прибывших: Стелла, Джин, Лука, все, кроме Гвидо, слишком взрослого для такого глупого любопытства. - Здравствуй, моя малышка.
С нежным воркованием она подхватила девочку, ловко избавляя её от пальто и пристально разглядывая тёмными лучащимися глазами.
- Кто эта красавица? Что же это за принцесса пришла к нам в гости? Пойдёмте, пойдём, Гарри, хлеб ещё не успел остыть.
Глядя на эту кутерьму, Рицио весело подмигнул Гарри.
- Не думаю, что нас отпустят просто так.

Отредактировано Angel Heart (02.07.2018 20:30:02)

+2

4

Дома у Гарри всегда было тихо. Мама любила вечеринки, но любила их в других домах, потому что ценила свой покой и не хотела тратить силы на организацию. У самого Дикси никогда не было достаточно друзей, чтобы звать их домой… ему не нравилось тратить своё время на людей, которые всё равно ценят только себя. И когда он познакомился с Маурицио, то удивился тому, насколько дружелюбен и гостеприимен этот парень, насколько приятная у него семья. С появлением Джарвиса мама Гарри стала мягче, они хорошо проводили время всей семьёй, но прошлое не вернёшь и не исправишь, и в памяти всё ещё ярко жили моменты одиночества и отрешённости, которые сопровождали Дикси всю юность. И он думал, честно сказать, что так будет всю его жизнь, что никогда он не сможет ощутить себя… своим в чужом доме, полном детей, под взглядами самого лучшего мужчины, который… Беверли радостно захохотала, дёргая ножками, и Гарри отвлёкся от мыслей, подхватывая малышку под попку. Стоило двери распахнуться, а на пороге появиться Мау, как Бев довольно потянулась к нему, бормоча что-то на своём детском языке, явно довольная тем, что такой красавчик взял её на руки.
- Ты ей нравишься,  - белозубо улыбнулся Дикси. - По крайней мере, она не стремится вырвать тебе волосы и обплевать, что уже хороший признак.
Беверли была  милым ребёнком, но она всё же ребёнок, а дети любят шкодить. Интересно, сам Гарри был таким же в её возрасте? Стянув пальто, Дикси взлохматил волосы, стряхивая с них снег, и довольно улыбнулся, ощущая против воли, как в сердце пылает тепло.
- Это Беверли, – спохватился он, забыв, что не представил сестрёнку. - Её полтора года, и, кажется, мама считает, что нянька из меня будет лучше, чем повар. Не знаю.
Гарри рассмотрел высыпавшихся детей, в который раз удивляясь количеству представителей семьи Риччи – от красавицы Стеллы до малышки Лии. Как можно родить стольких детей? И что случилось с родителями этих малышей? Мау никогда не говорил об этом, а Дикси – не спрашивал. Не потому, что ему не было до этого дела, вовсе нет, Мау был ему дорог, но потому, что он уважал чужое личное пространство. И пока что Гарри не готов был пробиваться в него. Может быть, Маурицио расскажет об этом позже, расскажет об этом сам.
- Синьора, моя сестрёнка может казаться ангелочком, но это вовсе не так – у Беверли мой характер, хотя отцы у нас и разные. Я хотел попросить вас присмотреть за ней, пока мы с Маурицио на работе.
Это звучало не так хорошо, как Гарри планировал, но с Карминой лучше быть честным, потому что эта женщина была восхитительна. У Дикси никогда не было бабушек и дедушек, и он хотел бы, чтобы Кармина была ему ближе. Он слишком проникался чужой семьёй, здесь ему не место, но… Гарри просто не мог заставить себя отстраниться, ему хотелось быть частью всего этого.
Хотя бы ненадолго, хотя бы чуть-чуть. Он улыбнулся другу и кивнул ему:
- Я был бы не против выпить кофе, мы с Бев не завтракали. Её утром не заставишь поесть, а я просто не успел, понимаешь, – он деловито проследовал за Мау на кухню.
Дом Мау был беден – и это, как ни странно, совсем не смущало Диксона. В таких домах бывает очень уютно, в них живёт душа, и Гарри начал понимать это со временем, став старше. Он уселся за один из стульев и сразу же оказался окружён многочисленными членами семьи Риччи.
Кармина усадила малышку за специальный стульчик, не переставая ворковать над восторженно улыбающейся малышкой, и только после этого поставила перед Гарри большую кружку кофе с молоком и блюдо с пышными булочками.
- О, они выглядят так здорово! – он сейчас был не менее счастлив, чем его младшая сестрёнка, но вряд ли сознавал, насколько же они похожи. - Помню, когда я был маленьким, у нас работала кухарка, её звали Эухения, она из Испании. На каждый праздник она в тайне от моей мамы готовила мне национальные сладости… жаль, что она уехала к внукам, когда мне было тринадцать, но до сих пор помню вкус туррон – орехи в нуге. Мёд, миндаль и фундук, яичный белок… Я потом пытался сделать такие же, но вкус всё равно не тот.
Гарри неожиданно смутился – он как-то разболтался. Наверное, им может быть неприятно упоминание, что в их доме была кухарка. Но воспоминания об Эухении были тёплыми, а таких из его детства было немного, и Гарри хотелось поделиться ими с теми, кто стал близок.

+1


Вы здесь » Manhattan » Флэшбэки / флэшфорварды » Соль в перечнице, или следствие ведёт Гарри Диксон ‡флэш