http://forumfiles.ru/files/000f/3e/ce/14718.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/40286.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/95139.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/22742.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/96052.css

Manhattan

Объявление

Новости Манхэттена
Пост недели
Добро пожаловать!



Ролевая посвящена необыкновенному острову. Какой он, Манхэттен? Решать каждому из вас.

Рейтинг: NC-21, система: эпизодическая.

Игра в режиме реального времени.

Установлено 5 обложек.

Администрация
Рекомендуем
Активисты
Время и погода
Дамиан

Маргарет · Марсель

На Манхэттене: октябрь 2018 года.

Температура от +5°C до +18°C.


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Manhattan » Флэшбэки / флэшфорварды » Границы зла ‡флеш


Границы зла ‡флеш

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

Время и дата: сентябрь 2018 года
Декорации: Манхэттен
Герои: семья Климовых, доктор Танви Кхурана, детектив Марк Вебер (нпс)
Краткий сюжет: когда чужая боль становится своей.

Отредактировано Georgy Klimov (07.08.2018 10:12:39)

+3

2

- Сука, как же ты меня достала!
Съежившись на полу в ванной, Шазам слушала, как снаружи беснуется её парень, Том, и угрожает выломать дверь, если она сию секунду не откроет. Он вернулся полчаса назад, молча прошел на кухню, взял стакан и полез в шкаф за бутылкой. Ничего не найдя, он страшно разозлился. Накануне Шазам использовала остатки бренди и приготовила торт с черносливом, собираясь удивить приятеля. Она ждала допоздна, однако Том так и не появился. Девушка привыкла к его внезапным отлучкам и звонкам посреди ночи, после которых он срывался и уезжал, не объясняя причин.
В тот момент Шазам находилась в ванной и, услышав недовольный голос бойфренда, сказала про торт. В ответ раздались грохот, звон посуды и громкая брань. Испугавшись неожиданной вспышки ярости, она едва успела захлопнуть дверь у него перед носом. Том орал, что она идиотка, которая вечно лезет, куда не просят.
- Я предупреждал, чтобы ничего здесь не трогала. Нахер мне твой торт, я хочу выпить! А ну открой дверь!
Трясясь от страха, Шазам забилась глубже под раковину и молилась, чтобы дверь выдержала. Она боялась, что обозлённый бойфренд ворвётся сюда и убьёт её.

- Эх, красота-то какая… - вздохнул Прохоров, доставая сигареты, и добавил с чувством: - Лепота!
Вместе с ним на просторной климовской кухне находились Карась и Танцор. Махмурян на днях вернулся из Сиэтла, куда ездил заключать контракт и ждал Клима, чтобы отчитаться о результатах. Развалившись в кресле и закинув руки за голову, Ивлев вполглаза наблюдал за Котом, который стряхивал пепел на цветущие под окнами поздние розы. Цветы сажали Нинка и его жена, всё лето поливали, рыхлили и удобряли, а потом по-детски радовались первым бутонам. Сад был любимым местом игр ребятни, и приходилось следить, чтобы они не вытоптали клумбы и не разнесли по камешку альпийские горки. Был случай, когда дочка Климовых утащила булыжник с клумбы, помогая другу достроить гараж для грузовика, а тот подарил ей цветы, выдрав росший у крыльца люпин. 
Егор отсутствовал с самого утра и обещался быть дома к обеду - у него было запланировано несколько встреч в городе. Нина, как обычно, спала до полудня, пока её не разбудил аромат сливового пирога, плывущий из кухни. Домочадцы столпились в дверях и наперебой упрашивали Макаровну проявить милосердие к страждущим, но ничего не добились и были отправлены восвояси. Пирог предназначался для хозяйки, находившейся на шестом месяце беременности. Клавдия не могла нарадоваться, видя Нинушку такой счастливой и умиротворенной рядом с мужем. И Георгий переменился, стал спокойнее, чаще улыбался, видно было, что между супругами царят любовь и взаимопонимание. С жены пылинки сдувал, и она расцветала от его внимания и заботы. 
Вторая детская была почти готова, оставалось докупить кое-какие вещи и игрушки для малыша. Как и в прошлый раз, Климовы решили не выяснять пол ребёнка. И снова Клавдия не подпускала хозяйку к вышивке, даже заперла рабочую комнату, а ключ спрятала.
- Не дай бог, младенец в пуповине запутается, - отвечала она Нине, когда та жаловалась на безделье и скуку.
Зная доброту Лизы Ивлевой, Макаровна взяла с неё обещание, что та не поддастся на уговоры и не подпустит подругу к иголке и ниткам.
Проводив жену Клима испытующим взглядом, Прохоров глубоко затянулся и выбросил окурок в окно. После того, как всплыли подробности той давней истории, их с Ниной отношения ничуть не изменились. Она по-прежнему обходила его стороной и держалась настороже. К несчастью, Анечка обожала дядю Лёню и неслась к нему со всех ног, едва завидев. Удивительно, но Прохоров не прогонял девочку и охотно играл с ней под неусыпным оком матери.
Нина прошла мимо, на ходу заплетая волосы в косу, следом за ней поднялся Карась. В воздухе стоял густой аромат роз и сухих трав, бледно-голубое небо казалось выцветшим, как застиранный лоскут, по оконному стеклу медленно ползали осоловевшие от жары мухи.  Через несколько минут жена Клима показалась на подъездной дорожке, одетая в свободное платье и с сумкой на плече.
Спрыгнув с подоконника, Кот взял чайник и начал жадно пить тёплую воду из носика.
- Что, сушняк замучил? – ухмыльнулся Игорь, закидывая ноги на стол. Хорошо, никто из баб не видит, а то крику было бы…
- Да, нормально вчера посидели, - кивнул тот и вытер рот.
Неделю назад он получил от Клима задание найти девчонку для съёмок. Его парни перерыли все нью-йоркские притоны и ночлежки, разыскивая тёлку, которая подходит под описание клиента, но всё впустую.  Сроки поджимали, и Кот забеспокоился. Егор его не торопил, однако боец знал, что затягивать дальше нельзя. 
Прошлым вечером дело наконец-то сдвинулось с мёртвой точки, и не сегодня-завтра можно будет приступать к съёмкам. Об этом он и собирался сообщить Климу.
На террасу выскочила Анюта, волоча за собой лохматого розового зайца, оглянулась и сердито прокричала: «Жадина-говядина, тулецкий балабан! Кто на нём иглает? Андлюшка-талакан
Показав обидчику язык, она  слезла со ступенек крыльца и побежала по садовой дорожке, петлявшей среди клумб и розариев. Андрей снова её прогнал и не разрешил поучаствовать в гонках. Она попросила взять Келли штурманом, но Волков отказался и посадил в грузовик своих дурацких роботов. Аня разозлилась, забросала друга кубиками, схватила Кузю и убежала, пока Андрей за ней не погнался.
- Андлюшка плохой, – бормотала дочка Климовых, шагая среди пожухлой травы и не замечая, что любимая игрушка испачкалась и обросла репьями. – Келли класивая, а он дулак.
Под ногами что-то хрустнуло, она споткнулась о торчащий из земли корень  и упала, не успев даже испугаться. Встав на четвереньки, Анюта заморгала мокрыми ресницами и захлюпала носом, готовясь заплакать, но заметила впереди кролика и притихла. Он был совершенно белый, точь в точь такой, как на картинке в той книжке, что ей читала мама.
- Клолик… - завороженно прошептала девочка, и животное услышало, шевельнуло ушами. - Пливет, клолик. Я Аня. А где твои часы?
Где-то высоко каркнула ворона, зверёк испуганно вскинулся и стремительно сиганул в заросли. Анюта вздрогнула от неожиданности и с пронзительным криком покатилась вниз.

С раннего утра Климов колесил по городу, встречался с заказчиками и ненадолго заглянул в офис. Там его «обрадовали» внеплановой аудиторской проверкой, ну благо, все документы в порядке и комар носа не подточит. Своему главному бухгалтеру Егор доверял миллионы, и тот работал не за страх, а за совесть. Фёдор Степанович Ковальчук трудился в организации еще с незапамятных времен и вёл бухгалтерию Вратаря. После его смерти он остался на прежнем месте и перенес свою преданность на нового хозяина. Климов ценил старика и до сих пор не выражал желания кем-то его заменить. Фёдор Степанович имел за плечами огромный опыт, мог любого аудитора обвести вокруг пальца и при этом держался на удивление скромно, не выпячивая собственную значимость.
На обратном пути Егор заехал в универмаг Bloomingdale’s и купил трёхэтажный кукольный дом с лифтом и гаражом. Анька ему все уши прожужжала, мол, её Келли настоящая принцесса, а живет в коробке с остальными игрушками. Аргумент весомый, что и говорить. И раз уж в доме имеется гараж, то нужен и автомобиль. Дочке нравится Андрюхин грузовик, но поставить его туда места не хватит, так что придется обойтись кабриолетом.
Из магазина он вышел с двумя огромными коробками, которые положил на заднее сиденье внедорожника. При мысли о том, как обрадуется дочка, получив подарки, на душе потеплело. И Нина не удержится от улыбки, увидев такое богатство… Он страшно соскучился по своим девочкам и хотел скорее обнять обеих.
К его удивлению, они с женой вернулись практически одновременно. Карась достал из багажника пакеты с покупками и понёс в дом.
- Я думал, мы живыми не вырвемся, - пожаловался боец и подмигнул покрасневшей Нине. Та виновато пожала плечами и прильнула к мужу.
- Подружки в осаду взяли? – спросил Егор, целуя любимую женщину. – Не устала? В следующий раз зови их сюда.
Широкая ладонь легла на выпирающий под платьем живот и прошлась по нему, лаская. Друзья в один голос желали ему сына, а он хотел дочь, еще одну ромашку, такую же, как мама. Нина подняла голову и, поймав его взгляд, улыбнулась.
- Пойдем.
Она кивнула, давая увести себя в дом. В этот раз беременность протекала легко, и не было нужды беречься, как с Нюрой. Но Егор всё равно просил жену не переутомляться, и чтобы его успокоить, Нина  через два месяца ограничила свою работу в фонде перепиской с коллегами и редкими вылазками в город. Для Климова благотворительность, которой жена посвящала большую часть времени, относилась к разряду популярного хобби. Он никогда не жалел денег на Нинкины хотелки, и не важно, о чём заходила речь: книги, вышивка или помощь сирийским беженцам. Ему нетрудно, а ей приятно.
На крыльце их поджидал Карась и курил, опираясь локтями на перила. Оставив жену в гостиной с подругой, Егор вышел на улицу и встал рядом, нащупывая в кармане пальто зажигалку и сигареты.
- Тётки Анюту потеряли, - сообщил Ивлев, понизив голос, и опасливо оглянулся на открытую дверь.
Климов застыл, не донеся сигарету до рта.
- По камерам всё чисто, Игорь проверял. И за ворота она не выходила. Я Лизе сказал, чтоб Нинку отвлекла разговорами.
- Кто еще в доме?
- Котовский утром приехал.
- Где он?
- Прочёсывает с ребятами сад.
- Уволить всех к чёртовой матери! Охранники, блядь, бараны.
Карась промолчал, понимая, что сейчас не время спорить и оправдываться, поймал брошенное ему пальто и кинулся за начальником. Из зарослей жимолости им навстречу вынырнул Прохоров, весь в грязи и траве. Втроём они осмотрели каждый куст, каждое дерево и валун, за которым мог спрятаться ребёнок, даже заглянули в заброшенную беседку в дальнем конце сада. Напрасно, Анька как сквозь землю провалилась.
Присев на детские качели, Прохоров старался оттереть землю с ладоней и слушал, как Егор разговаривает по телефону с Танцором. Он уже понял, что там тоже глухо. Похолодало, с запада потянул прохладный ветерок, и явственно ощущалось приближение вечера. Вдруг среди шороха листьев и криков птиц раздался еще один непонятный звук, похожий на тоненький плач. Мужчины замерли, и звук повторился. Казалось, он идёт откуда-то снизу, из-под земли.
Егор упал на колени и крикнул, перекрывая шум ветра и охрипшие голоса птиц, кружащих над верхушками деревьев: «Аня
- Папа
- Клим, тут какая-то яма!
Втроём они быстро раскопали кроличью нору, в которой застряла Анюта, и вытащили её на поверхность. Егор прижимал к груди ревущую дочь, задыхаясь от облегчения. По лицу тёк пот, тело сотрясала крупная дрожь – наконец-то его малышка нашлась и находится в безопасности. По дорожке к ним бежала Нина и что-то кричала, протягивая к дочери руки.
- Ань, где болит? – настойчиво спрашивал Климов, поворачивая к себе чумазое заплаканное личико. Поняв, что ничего не добьётся, он взял жену под локоть и повёл за собой. Не теряя времени, Карась подогнал машину, и спустя пятнадцать минут они уже мчались в больницу.
В приёмном отделении толпились люди; им дали заполнить ворох бумажек, и Егору пришлось этим заниматься с дочерью на руках. Анюта вцепилась в него как клещ и начинала плакать, стоило кому-то до неё дотронуться.
- Сколько нам ждать?
- Присядьте, пожалуйста, вон там. Доктор Кхурана скоро вас примет.
Климов нахмурился, окинув взглядом очередь, усадил жену на стул и встал рядом.

Шазам Адвани

http://sd.uploads.ru/t/wbCFK.jpg

Отредактировано Georgy Klimov (10.08.2018 22:46:43)

+3

3

Счастье, где же ты? Нина бежала во сне, протягивала руку, но пальцы лишь исчезали в серой дымке, хватали пустоту. Это продолжалось всегда, с момента как в жизни женщины появилась другая, соперница. Нина не могла отринуть страха. Понимала, верила безгранично, но не могла…
Она улыбнулась, чувствуя, как муж колючими губами целует ее в щеку.
- Еще, - не открывая глаз, попросила Нина. Егор усмехнулся, оставляя на лице жены еще пару горячих поцелуев. – Все равно мало.
- Я опоздаю.
- Знаю, но еще разок, - вытянулась на кровати, подставляя губы для поцелуя.
И Нина уснула, притягивая к себе подушку мужа. С момента как ребенок рос в ней, Нине было сложно вставать вместе с Егором. Хотя, она всегда выходила из спальни после него, даже в начале их совместной жизни. Муж никогда не гнал ее готовить ему завтрак, потому что из ночи в утро, «горел» женой, а она с рассветом возрождалась во сне, лишь к часам десяти открывала глаза. Уставшая, но счастливая. Так всегда говорила о Нине ее лучшая подруга, «сестра» - Лизавета Ивлева. Вот и сегодня Климова проснулась не от того, что ну сколько можно спать, а от восхитительного аромата. Подергав носиком, Нина попыталась уловить, с чем же пирог, получилось с третьего раза. Медленно, стараясь не покачнуться, она привстала и потянула на себя халат. Непривычная для хозяйки этого большого дома одежда. Но прикрыть пижаму это лучшее, что можно быстро в ее положении, надеть.
Она остановилась, смотря на сидевших мужчин. Игорь и Дима были для нее близкими людьми, но с Леонидом отношения не выровнялись. Нина его боялась. И Дима давно объяснил, что без приказа Егора, Кот ее не тронет. Она не могла понять, где перешла ему дорогу? Если ему ревностно, что Егор поверил Нине в ситуации с Глебом, то не Коту держать обиду. После объяснения с мужем, в Нине рухнули все границы, стены, в песок разлетелись камни, и на «земле» зацвели ромашки. Но Леонид старательно своим отношением вытаптывал несколько кустиков. Она пытала Карася, но тот молчал и потом говорил:
- Нин, былое дело, мхом поросло. Ты главное не переживай. Егор рядом, я и Роман тоже. Кстати, - он всегда подвигался ближе и шептал, - ты смогла вернуть Танцора. Нинок, все путем.
Всегда одни и те же слова. Это ненадолго успокаивало ее, пока в очередной раз, когда семья собиралась полностью, Кот не «огреет» ее взглядом. На кухне стояла тарелка с кусочком пирога, прикрытая полотенцем и на плите горячий чайник.
- Проснулась, - появилась Макаровна, ведя за руки Аню и Андрея, - садитесь, неугомонные мои.
Нина подсадила дочь на высокий стул и прижалась губами к ее белокурым волосикам.
- Чем будете заниматься? – спросила она у детей, которые набросились на пирог и молоко.
- Иглать, плавда я не знаю во что, Андлей не плидумал. Мама, а ты поиграешь с нами?
- Обязательно, но съезжу с папой Андрея в галерею и вернусь.
- Это где калтинки висять?
- Да, - Нина рассмеялась. Анюта бывала с ней в нескольких галереях и воспринимала это место, как Там мозьно много бегать и кличать, какая девоська мне отвечает.
Дождавшись, когда Лиза заберет детей, Нина договорилась с Клавдией, что они с Димой купят и во сколько ее ждать, пошла одеваться. Но ее заставило замереть то, что Кот выбросил окурок прям под окна, на клумбу цветов. Молча пройдя мимо мужчин, вернулась Климова с метелкой и совком.
- Еще раз увижу, что ты гадишь в колодец, откуда пьешь, будешь жить под забором. Убери за собой.
Не оставаясь рядом с этим человеком ни секунды, Нина ушла в спальню. Ее всю трясло. Она с Лизой старалась, чтобы дом был уютным, а этот просто все портит. Ее с души воротило от Кота, но он человек Егора, и Нина не вмешивалась и не жаловалась на него супругу.
- Кот спокойно, - Танцор напрягся, видя, как дернулся Леонид. – Она права.
- Она??? Права?? Шл…
- Аккуратнее со словами, - Карась не сменил позы, но тоже был готов в любую секунду преградить Коту дорогу, если бы тому вздумалось пойти за женой вожака. – Выпей коньяку.
- Нахер, - Леонид сел обратно на подоконник. – все настроение в п**** укатило.
Игорь медленно повернулся, делая вид, что тянется за зубочисткой, глянул на карася. Димка кивнул, что понял его и поднялся. Нина вышла из комнаты и остановилась.
- Игорь, тряпка в раковине, там же и мыло.
- Так, где тот, кто тебя с утра покусал? – Танцор поржал, подмигивая, снимая ноги со стола. – Все сделаю, о Нина Владимировна.
- Ну чего ты ерничаешь? – театрально изобразив О боже! Нина пошла к машине.

В Галерее была Анастасия Шуйская и Британи Кросс, немецкая светская львица, которая когда-то увлеклась благотворительностью и искусством. Димка наотрез отказался идти.
- Нинок, ну че там смотреть? Голых баб и мужиков с писюнами в полсантима? Да и вы как начнете болтать о своем, что я ощущаю себя Буратиной. Аккуратно.
Женщины тепло обнялись. Шуйская поцокала:
- Нина, ты прекрасна. Ну так кого ждем-то?
- Не знаю, - Климова взяла подруг под руки и повела в сторону мастерской, где у них был уголок чтобы спокойно попить чаю и перекинуться планами на будущую выставку.
- Нина, ты и правда удивительно держишь форму, - Британи сама была мамой четверых детей и выглядела так, словно не рожала вообще.
- Врач ругает, мало набрала. Но я молчу и мужу не говорю…
- Закормят? – они рассмеялись, - знакомо то как.
Карась и поспал, и с женой наговорился, потом не выдержал и пошел за Ниной, уверенный, что три часа это много, чтобы решить рабочие моменты. Но он ошибся. Женщины сидели на полу, у каждой по кружке чая, и они что-то серьезно обсуждают на немецком языке.
- Дмитрий, я уж думала вы врастете в кресло, - Анастасия отсалютовала кружкой, - кстати, мнение мужчины. Как вы думаете, что рядом с этой картиной будет лучше смотреться – ваза с рисунком творчества времен Древнего Рима или кусок, ну обломок, современной ротонды?
- Уважаемая, госпожа Шуйская, - Димка сел на пол рядом с женщинами и отнял кружку у Нины, - судя по тому, что из всего выше вами сказанного, я понял лишь «ваза», «кусок», то думаю…. Ну бы ее нахер, - и довольный отпил чая.
Шуйская умирала со смеху, Нина покраснела, улыбаясь, а Британи, не говорящей по-русски, было сложно поддержать подруг, и она сидела в ожидании перевода. Отдышавшись, они еще немного поговорили, а потом Нина сказала, что ей пора домой и немного устала, на что Анастасия сразу засуетилась.
- Я тебе скину фото, что предлагаю. Решишь и напишешь. Еще, надо написать речь на открытие.
- Нам бы…. – Димка и Британи потянули Климову с пола, - успеть до родов. Иначе я не приеду. Даже за месяц до вряд ли решусь. Столько на ногах не продержусь.
- Нина, не переживай, - Британи глянула на стоявшего в стороне Димку, усмехнулась и вновь перевела внимание на Климову, - ты главное помогай из дома. А мы все сделаем.
- Хорошо, - подошла к Ивлеву, Нина взяла того под руку, - я позвоню.
Британи еще минут пять стояла и смотрела на двери, за которыми скрылась Климова и этот странный мужчина.
- Настя, а это вообще кто? Он всегда приезжает с Ниной. Муж?
Шуйская поперхнулась.
- У нее муж… Ну муж, - показала руками нечто мощнобольшое. – Это охранник.
- А ведет себя как муж. Странные вы русские, всегда поражалась.
- Привыкнешь. Но туда не смотри.
Муж рассказывал Анастасии про мужа Климовой, с которым был знаком по другим делам, и предупредил, что держаться надо на расстоянии. Насте не надо много объяснять. Если уж ее Шуйский так говорит, то это не просто слова.

К дому они подъехали аккурат за машиной Егора. Нина открыла дверь и увидела протянутую руку мужа. Это тепло, с которым она знакома всю жизнь, успокаивало ее. Выйдя из машины, Климова обняла Егора и прижалась.
- Дим, - отмахнулась от него, понимая, что эти его шуточки порой могут насторожить Егора. – Мы приятно поболтали. Хорошо, в следующий раз устроим посиделки у нас в гостиной.
Егор мало привечал чужаков, но с Шуйскими нашел общий язык, больше конечно с Петром Ивановичем. А вот с другими людьми, супруг держался в стороне. Лишь наблюдал за Ниной. В столовой шуршали пакетами, а Лиза уже встречала ее у порога. Нина посомтрела на нее, потом на мужа, но пошла к дивану.
- Отдохни, - произнес Егор и вышел.
Лиза была слегка дерганная, глаза прятала. Нина дернула подругу и спросила, что могло произойти за три с небольшим часа ее отсутствия. За окном быстро пробежал Леонид, с другой стороны вынырнул Димка. Климова внимательно посмотрела на Лизу.
- Анюта куда-то запропастилась….
Перед глазами Нины слегка помутнело, и она прикрыла лицо рукой. Раздался голос Егора «Аня!», и его жена быстро поднялась.
- Каккк она моглапропасть? – Нина едва не бежала во двор, а когда оказалась на том месте, где были мужчины, охнула, увидев на руках мужа дочь. – Нюрочка….
Ее ничего не волновало. Ее дочь плакала, а значит что-то было не так. Анюта была чумазая и тянула одну ручку к матери. Нина подбежала и потянула ее на себя, но дочка вскрикнула. Климова ощупывала ее, целовала, стараясь не плакать. Муж тоже пытался выспросить, где у нее болит, но Аня лишь плакала и цеплялась за отца.
В больнице от Нины было толку мало. Женщина гладила дочь по спинке, утыкаясь в руку мужа мокрым от слез лицом, что ему пришлось все разговоры взять на себя. Кто-то из сестер пробовал успокоить ревущую девочку, но Анечка лишь сильнее жалась к отцу, тянув мать за палец.
Сколько они сидели на скамейке в ожидании, Нина не знала. Аня была на ее руках, а на плече женщина ощущала руку супруга. Но тут Климова заметила, что одной ручкой дочь как-то странно дергает.
- Егор, - взволновано показала на слегка опухшие пальчики дочери, - она сломала руку?!
Но им развить мысль не дала врач, которая подошла к чете Климовых.

Платье Нины

http://funkyimg.com/i/2Kvae.jpg

+3

4

- Когда же ты наконец – то научишься думать головой и не вестись как ребенок на всю ту лапшу, что вешает тебе на уши твой Том, - доктор Кхурана нахмурилась, осматривая подругу с головы до ног. Где – то в области запястий у девушки красовались свежие следы от пальцев рук, а тональный крем вкупе с пудрой старательно прикрывают то, что за большими солнечными очками не удалось спрятать.
- Это временные трудности, он скоро поймет, что был не прав, - Шазам рассеяно улыбнулась Танви, пытаясь не смотреть ей в глаза, пряча стыд и униженное самолюбие. А ведь не так давно эта скромная девушка из строгой традиционной семьи светилась счастьем. Танви вздохнула и покачала головой.
Все началось три месяца назад  - Шаз встретила этого… Тома, который сразу не понравился Танви. Этот бегающий взгляд, чересчур активная жестикуляция и резкие движения головой выдавали в парне личность неуравновешенную, возможно даже с психическими отклонениями. Но кто такая Танви Кхурана, чтобы лезть со своими размышлениями в жизнь подруги по работе, когда она, оторвавшись от родительского гнезда, решила начать вести самостоятельную жизнь. За этот короткий промежуток было всё – и пылкие любовные признания, и сцены ревности, и скандалы. Казалось, что парочка «влюбленных» уже давно пережила всё то, что может встретиться на пути у молодой семьи, когда их корабль попадает в пучину, называемая «брак и его подводные камни». Где – то пару недель назад Шазам на их совместной смене попросила у неё в долг, какая – то мелкая сумма Мисс Кхурана с легким сердцем выручила подругу, зная, что она сейчас ограничена в средствах. Но через три дня Шаз снова пришла за деньгами в долг, что насторожило Тану, но даже тогда она ни слова не сказала. И вот опять.
- Прости, но я не могу дать тебе денег. Мне опостылело выступать спонсором ваших с ним увеселений - Танви резко закрыла ноутбук и посмотрела на сидящую рядом подругу. – Мне кажется, что тебе пора не только поговорить с ним, но и расставить все точки над «i» …
- Я пришла сюда не слушать твои нотации, а за помощью, – уже более грубо ответила Шазам. – Сейчас и правда тяжелое время, но скоро…
- Скоро, скоро… Шаз, я слышу это уже больше двух недель. Мне это надоело, - оборвала её Танви, вставая из – за стола. – Ты стала опаздывать на работу, малюешь  себя косметикой, словно подзаборная девка, чтобы скрыть следы «любви» этого м… мерзавца. Это уже слишком, хватит быть его марионеткой и терпеть побои!
- Тебя это не касается – прошипела Шазам, словно ужаленная подскакивая со стула. – Хороша ж подруга. Неужели из – за того, что твои родители принуждают тебя к браку, ты будешь набрасываться на всех и рушить чужое счастье?! – разговор уже приобретал личностный характер и накалялся.
- Ты называешь данный маразм счастьем?! – Танви опешила, но быстро взяла себя в руки. – Подонок обобрал тебя до нитки, избивает тебя, а ты ходишь по отделениям и побираешься, словно нищенка, прикрывая блузками и очками синяки. О тебе уже пол – больницы шушукается!
- Мне плевать! Раз ты так ставишь вопрос, то я больше ни в жисть не обращусь к тебе, мисс Кхурана – или -  как - там - тебя - скоро - будут звать, - выплюнула каждое слово Шазам, направляясь к выходу из ординаторской.
-Давай – давай, вали на все четыре стороны! Учти, твой Ромео из подворотни отнюдь не Радж из «Непохищенной невесты». Сейчас только избивает, но что будет потом? Наркотики? Проституция? Ты же для него просто девка, источник денег и удовлетворения низменных потребностей! – Танви стукнула ладонями об стол, чтобы привлечь внимание уходящей девушки. – Я не собираюсь вытаскивать тебя из полицейского участка, если накроют ваш притон!
- Пошла ты...! – выругалась Шазам и  яростно хлопнула дверью, отчего свалился горшок с неведомым цветком со стойки около двери.
Пусть катиться ко всем чертям! Надоело её ребячество! Не хочет думать, то и не надо!
– скрипела зубами Танви, держа в руках совок и щетку, чтобы убрать останки погибшего смертью храбрых невиданной ботанической диковинки.

* * * * *
Прошло больше двух дней после последнего разговора Танви с подругой. Доктор Кхурана уже жалела, что их беседа приобрела такой характер. На следующий день телефон подруги уже был отключен, издевательски вещая, что абонент выключен или находится вне зоны действия сети.
В течение этих дней мисс Шазам Адвани не появилась на работе, отчего заведующему детским отделением пришлось вскорости менять график так, чтобы перекрыть пустующие дни, в которые должна была работать девушка. Это не прибавило радужного настроения всем врачам, ведь нагрузка и без этого была дикая. А теперь ещё нужно было обеспечить присутствие врача-педиатра в отделении экстренной помощи для первичного осмотра маленьких пациентов.
В очередной раз доктор Кхурана разрывалась между пациентами на стационарном лечении и теми, кто поступил по скорой или самотеком в отделение экстренной помощи. Обычно доктор Кхурана выглядит весьма элегантно – платье или комплект из юбки и блузки, поверх всего халат с бейджем и стетоскопом, а на ногах туфли на удобном каблуке. - Врач должен уметь расположить к себе людей, отчего деловой внешний вид не прихоть, а обязанность каждого врача, - где – то на задворках разума возник голос отца, наставляющего дочь в самом начале её врачебной карьеры. Хорошо, что он её сейчас не видит – медицинский костюм – «пижама», скрывающий все половые признаки её владельца, распахнутый халат, кеды для удобства передвижения бегом по больнице, натянутая улыбка и взгляд затравленной лошади, которая «пашет» уже вторые сутки на работе, прикрывая ж-ж-ж-ж… ягодичные мышцы доктора Адвани от проблем с вышестоящим начальством больницы, которые ещё не в курсе об инциденте на детском отделении. Пусть только заявится сюда, я её лично тонометром придушу, - гоняла в своей голове «тараканов» Танви, спеша к стойке регистрации пациентов, прибывших самостоятельно в больницу.
- Много сегодня? – бросила медсестре Тану, протягивая руку за историями.
- Много, но почти всех разбросали уже. Осталась только девочка маленькая, травма руки. Она приехала с обоими родителями и кажется у папы заканчивается терпение, -  тихонько, будто делясь тайной, сказала медсестра.
- Ничего, разберемся, - Тану резко выдохнула и сделала глубокий вдох, будто собиралась нырнуть. Двое суток на работе из обычного человека давно сделала бы тряпку, но врачи это же «роботы», им нельзя показывать ни усталости, ни плохого настроения. Все на благо человечества, ведь как же клятва?! Какое глубокое заблуждение… 
«Надев» самую дружелюбную улыбку из всех, которая могла бы быть, Танви подошла к пациентке и её родителям.
- Здравствуйте, меня зовут доктор Кхурана. Я педиатр, мне надо сделать первичный осмотр ребенка перед передачей его к специалистам из травматологии. Пройдемте со мной в смотровую, - попыталась скрыть усталость в голосе доктор Кхурана.
Для детских смотровых были отведены одни из самых уютных помещений и декор был соответствующим. Помогая маме усадить девочку на кушетке, обращаясь к находящемуся рядом отцу девочки: - Где произошла травма? Сколько времени назад? Были ли свидетели? На какие препараты у ребенка аллергия? – внимательно слушая ответы, доктор Кхурана решила прежде обезболить ребенка после оценки её состояния, отчего следующая фраза прозвучала парню около столика с медикаментами: - Будь добр, набери метамизол натрия в дозе… -  Тану едва успела скользнуть в историю, чтобы узнать возраст милой большеглазой девчушки, когда услышала: - Мэм, я санитар, только что закончил дезинфекцию…
- Где медбрат или медсестра этой смотровой? – доктор Кхурана старалась оставаться хладнокровной. – В экстренной операционной, мэм. Только недавно привезли ребенка с обширными ожогами после пожара.
Да чтоб вашу!... – скрипнув зубами, Танви направилась сама к столику.  – Тогда сходи на стойку и скажи медсестрам, чтобы сюда вызвали детского травматолога и детского нейрохирурга да поживее, - молодой парень исчез тотчас. Ещё раз спросив о возрасте ребенка, Танви набрала дозу препарата по возрасту, положила шприц в лоток вместе с антисептическими салфетками для обработки места инъекции.
Видя как широко распахнулись глаза девочки, Танви присела рядом так, чтобы её взгляд был напротив.
- Боишься? – ответом был кивок  и задрожавшая губа ребенка. – Но ручка ведь болит сильнее, правда? -  Танви спиной чувствовала прожигающий взгляд родителя, в воздухе висело напряжение и недовольство. – Мне нужно осмотреть тебя и твою ручку, но я не могу это сделать без волшебного укола, который поможет ослабить твоему организму боль, - рука доктора потянулась за салфеткой, чтобы обработать плечо здоровой руки ребенка. – Будь смелой девочкой. Постарайся мне помочь и скоро ты снова окажешься дома с родителями, где тебя будут ждать твои любимые игрушки, - Танви улыбнулась, сжав покрепче тонкую ручку ребенка. – У меня в детстве был плюшевый медведь Шу, я его обожала и очень плакала, когда однажды не смогла найти его у себя в комнате. А у тебя есть такой любимец? Как его зовут? -  за таким бессмысленным разговором доктор Кхурана проделала манипуляцию в два счета – взять шприц, снять колпачок, зафиксировать руку разговорившегося ребенка и сделать инъекцию. – Ну вот и все, милая. Ты большая умница, - на месте инъекции уже красовался кусок салфетки, которая держалась ярким пластырем, а Танви направилась к столику, чтобы оставить лоток и вернуться к своим главным обязанностям – осмотреть ребенка и поставить предварительный диагноз для травматолога, который, лелеяла надежды доктор, уже спешил к их смотровой.

Отредактировано Tanvi Khurana (24.08.2018 22:05:26)

+2

5

http://s7.uploads.ru/yCTD8.png
Россия или Америка – хрен редьки не слаще, если речь заходит о государственной системе здравоохранения. В забугорье многое сделано по уму и для людей, а стоит переступить порог больнички, и чувствуешь себя как дома: те же замученные тётки за стойкой информации, которые глядят на тебя, как на врага народа, острая нехватка врачей и очереди в три вилюшки.  Только вместо крошечных окошек регистратуры – просторная зона ресепшн и удобные диваны, ряды стульев вдоль стен, тут же стоит автомат с шоколадками и горячим кофе, чтобы скрасить время ожидания в очереди. Медсёстры стараются развлечь маленьких пациентов и успокоить сопровождающих их родителей, но, несмотря на все усилия, градус напряжения не снижается. Очередь движется медленно, детишки ноют, жалуются и ревут, в таких обстоятельствах взрослым нелегко сохранять хладнокровие.
Анька тоже захныкала, глядя на плачущих товарок: в двух шагах от неё заходилась слезами пухленькая афроамериканка с торчащими во все стороны дредами. Девочка повернулась, и Климов увидел рваную ссадину на пол-лица, кое-как залепленную грязным пластырем. 
Нина шёпотом успокаивала дочь и тихонько расспрашивала, где и что болит, но Анюта упрямо мотала головой и куксилась. Она устала от шума и суеты вокруг, вертелась и норовила сползти на пол. Очередь редела крайне медленно, на каждого пациента у врача уходило не менее получаса, и конца-краю этому не видно.
Егору приходилось утешать сразу двоих; Нина молча плакала и незаметно вытирала слёзы, чтобы не пугать дочку, а та тянула мать за локон и просилась домой.
- Долго нам еще ждать? – спросил Клим, притормозив бегущую мимо медсестру.
- Я понимаю ваше волнение, но вы не единственный, кому нужна помощь. У нас много пациентов и…
- Короче, - прервал тот, и девушка умолкла на полуслове.  Она не первый  год работала в детской травматологии, часто сталкивалась с неадекватными родителями и агрессивными выходками в свой адрес. Зачастую дети оказывались куда более терпеливыми и приятными пациентами, чем их старшие родственники. Джинни приготовилась  получить порцию негатива, но мужчина не стал грубить. – Мы торчим здесь два часа. Если в больнице нехватка персонала, это ваша проблема, не моя. Здесь есть главврач или тот, кто руководит этим балаганом?
- Извините?
- Главный сейчас на месте?
- Доктор Коллинз на совещании, но он в курсе сложившейся ситуации. Прошу вас, сэр, сохраняйте спокойствие. – Джинни понимала, что мужчина встревожен состоянием дочери. Она уже заметила, что до этого он не отходил от своей беременной жены, которая ласково прижимала к себе раскапризничавшуюся трёхлетку. Оставалось удивляться, что посетитель проявил такую выдержку, прежде чем обратиться за разъяснениями к больничному персоналу. Кивнув, Климов вернулся к своим и присел рядом на корточки. Аня тотчас повисла у него на шее, и он услышал тихий плач, разрывавший ему сердце. Егор находился в шаге от того, чтобы выбить дверь в кабинет и притащить врача сюда. Слова жены заставили его присмотреться к тому, как Анюта держит правую руку. Ответить он не успел и медленно разогнулся, выпрямляясь во весь рост и оглядывая молоденькую докторицу. На вид совсем девчонка, только вчера из-за парты, да к тому же уставшая, синяки под глазами. Нахмурившись, Климов подхватил дочку и протянул жене руку, помогая подняться.
Сидя на кушетке, Аня рассматривала нарисованных на стенах мультяшных персонажей. Она уже не плакала и только увлеченно крутила головой. Видя это, Егор немного расслабился. Он стоял возле жены, слегка сжав её плечо, а Нина ловила каждое слово доктора Кхураны, которая ободряюще улыбалась своей маленькой пациентке.
- Часа три назад, точнее сказать не могу. Она играла в саду и провалилась в кроличью нору. Никто не видел, как это произошло. Моя дочь непоседлива, за ней бывает трудно уследить, - пояснил Егор, следя за манипуляциями врача. Когда прозвучал вопрос об аллергии на лекарственные препараты, они с женой переглянулись. – У неё нет никакой аллергии.
Во время беседы рядом крутился парнишка в больничной униформе, оказавшийся санитаром, а не медбратом, как думала доктор Кхурана. Слыша их разговор, Егор в гневе сжал челюсти и кулаки, готовый вмешаться, но его опередили. Увидев шприц, Анюта испуганно сжалась и оглянулась на мать, ища поддержки и защиты. Ласковый голос незнакомой красивой тёти нисколько не успокоил девочку, боявшуюся уколов как огня. Но доктор не сдавалась, продолжая отвлекать ребёнка непринужденной болтовней. Упоминание о любимой игрушке заставило Аню встрепенуться.
- Кузя… - прошептала она дрожащим голоском, глядя тёте в глаза. – Он зайсик
Наблюдая за тем, как его дочери делают укол, Егор вспоминал, был ли с ними любимый Анькин заяц, с которым она не расставалась ни днём, ни ночью. Не дай бог, игрушка потерялась, крик и плач им гарантированы... Воспользовавшись моментом, он отошёл в сторону и позвонил Карасю. Говорить приходилось тихо, чтобы не привлекать ничьего внимания, особенно Анюты.
- Зайди в детскую и посмотри, на месте ли Анькин заяц, - распорядился Климов и подмигнул дочке.  Услышав, что игрушки нигде не видно, он помрачнел. Анюта без Кузи не засыпает, таскает его с собой повсюду, сажает рядом за стол – сама ест и ушастого угощает. Андрюха как-то раз стащил у неё зайца за то, что она без спросу взяла его машинку, и куда-то спрятал. Анька ревела так, что хоть уши затыкай, вопила, топала ногами и требовала вернуть ей друга. После этого Лиза и Дмитрий провели с сыном воспитательную беседу и строго-настрого запретили трогать зайца.
- Это запрещённый приём, понимаешь, сынок? – втолковывал Карась, посадив перед собой Андрея. Мальчик глядел на него, насупившись, искренне не понимая, почему его машинки брать можно, а Анькину игрушку – нельзя.
- Аня очень любит Кузю, он её друг.
- А я? – разволновался Андрей, и отец ухмыльнулся, расслышав обиду в голосе.
- А если и ты друг, то не обижай Анютку. Ты ж пацан, а она девчонка. Вон, какой здоровый вымахал…
Димка засмеялся, протянул руку и потрепал мальчишку по вихрам.
И вот теперь игрушка пропала. 
- Может, в яме осталась, куда Анька провалилась? – предположил боец, спускаясь по лестнице, и свистнул показавшемуся из гостиной Коту.
- Бери ребят и дуйте в сад, ищите зайца.
- А если не найдем? Ладно, я понял.
- Ну, чего там? – поинтересовался Прохоров, выудив из кармана сигареты.
Его товарищ зажмурился, шумно выдохнул и ответил: «Клим велел найти Анькиного зайца, иначе нам хана». Котовский понимающе хмыкнул, вспомнив прошлый концерт, и потер щетинистое лицо. Час назад стемнело, в саду даже с фонарями нихрена не видно, а тут детская игрушка. Пойди найди иголку в стоге сена.
- Сказал, когда вернутся?
- У нас максимум полтора часа.
- Ничто так не бодрит, как перспектива получить паяльник в жопу, - отозвался Кот, кроша сигарету под ноги, и последовал за приятелем на улицу. Там их ждали сотрудники службы безопасности, участвовавшие в поисках Анюты. Карась объяснил им задачу, а сам вместе с Прохоровым пошел за фонарями. Времени оставалось в обрез.
Кузя нашелся недалеко от того места, где они обнаружили Анюту. Котовский покрутил грязную игрушку в руках и посадил на деревянные перила.
- Что будем делать с инвалидом? – спросил боец, закуривая.
- По-моему, ему уже ничем не поможешь, - проговорил Карась и принюхался. От Анькиного любимца за версту несло кроличьим пометом и гнильём, он весь был в каких-то пятнах, шерсть свалялась, одно ухо вообще отсутствовало.
- Капец, - прокомментировал Леонид и щёлкнул зайца по носу. Он хорошо представлял, как расстроится Анюта, увидев своего другана в таком состоянии.
- Ладно, скатаюсь в центр, может, получится найти похожего.
Димка затянулся сигаретой и промолчал, глядя, как тот не спеша, вразвалочку, спускается с крыльца и идёт к гаражам. Котовский не скрывал неприязненного отношения к Нине и многое делал просто ей назло, наслаждаясь ответной реакцией. Она пыталась выяснить, чем и когда успела так ему насолить, но внятного ответа ни от кого не получила. Ребята отмалчивались, а Макаровна и вовсе ничего не знала. Чтобы разобраться в причинах застарелой ненависти Кота надо было копнуть поглубже в прошлое. Нина боялась оглядываться назад и старалась забыть прежние страхи, одиночество и боль. Лёнька напоминал женщине цепного кобеля, который угрожающе рычит и скалит зубы, а напасть не может. Оттого и бесится. Его ненависть к ней была почти осязаемой, и от этого по телу ползли холодные противные мурашки. Нина редко бывала одна – рядом постоянно находился кто-то из парней, Лиза или Клавдия Макаровна, но её не отпускало ощущение, что совсем близко притаился опасный и жестокий враг, готовый в любой момент перегрызть ей горло.
А дочка радовалась дяде Лёне как родному, не отлипала от него  и часто просила поиграть в лошадку. Прохоров усмехался, снимал пиджак и становился на четвереньки, дожидаясь, пока Анюта вскарабкается ему на спину.
- Чур, по почкам не бить, - предупреждал мужчина, весело подмигивая собравшимся в гостиной женщинам, приходившим  посмотреть на представление, и послушно полз, куда просили.
Карась знал, что Нине не по душе эта дружба, но запретить им общаться она не могла. Чутье подсказывало, что опасность ходит рядом, однако поведение Прохорова всех сбивало с толку.

По-видимому, укол наконец-то подействовал, и боль отступила. Аня терпеливо перенесла осмотр, а специалисты, которых ждали с минуты на минуту, явно задерживались. Продолжая одним глазом следить за действиями педиатра, Егор приоткрыл дверь и выглянул в коридор. Кивнув встревоженной жене, чтобы не переживала и смотрела за Нюрой, он жестом подозвал к себе девицу, сидевшую за стойкой администратора.
- Слушаю вас.
- Здесь есть нормальный травматолог?
- Конечно, но он сейчас работает с другими пациентами.
- Он что, один на всю больницу?
- К сожалению, второй специалист в отпуске и вся нагрузка легла на доктора Лоуренса.
В смотровой доктор Кхурана заканчивала записывать результаты осмотра в медицинскую карту и, подождав, когда она отложит ручку и посмотрит на него, Клим сказал, не повышая голоса: «Ваш коллега занят, так что придётся вам здесь задержаться. Сделаете моей дочери рентген и всё остальное». На попытку возразить он отрицательно покачал головой, крепко взял девушку за руку и сдёрнул со стула, ставя перед собой.
- Мы достаточно ждали. Нина, сиди. Тебе нельзя волноваться. Доктор готов нам помочь, не правда ли? Я так и думал.
Разжав пальцы, Егор подтолкнул врача к выходу, а сам взял на руки дочь. Нина сидела бледная, машинально поглаживала живот и смотрела на происходящее огромными глазами. Муж коснулся её лица, и она прильнула к широкой горячей ладони, безмолвно шевельнув губами.
Через час они вышли из больницы, неся спящую Анюту, которой только что наложили гипс на сломанное запястье. Под конец она расплакалась и стала просить дать ей Кузю. Матери с большим трудом удалось её успокоить, нарисовав на гипсе фломастером смешную заячью мордочку.
Дома их с нетерпением ждали, женщины с аханьем и причитаниями окружили недовольную Анюту, которая сонно хлопала глазками и прижималась к отцовскому плечу. В сторонке мялся Димка Ивлев, и по его виноватому виду было понятно, что неприятности на сегодня не закончились.
- Папоська, а Кузя? – спросила Анюта, требовательно потянув его за воротник. Ярко-голубые глаза неумолимо наполнялись слезами, нижняя губа дрожала.
Неожиданно рядом вырос Прохоров и помахал перед изумлённым Анькиным лицом пушистым розовым зайцем. Радостно взвизгнув, она схватила обожаемую игрушку и с нежным воркованием прижала к груди.
- Теперь спать, - сказал Егор, обращаясь к жене.
Они все здорово устали и переволновались, особенно Нина, и нуждались в отдыхе. Донна увела Клавдию, остальные тоже скоро разошлись. Проходя мимо Кота, Егор задержал на нём взгляд, и боец слегка усмехнулся, принимая молчаливую благодарность старшака. Присутствие Нины он предпочёл не заметить.

Очнувшись, Шазам долго не решалась открыть глаза. Голова гудела и казалась такой тяжёлой, что не было сил её приподнять. Болело всё тело, каждая мышца, и возникало ощущение, что на нём не осталось ни одного живого места.
Сначала её избил Том, когда всё-таки сумел выломать дверь и ворваться в ванную. Она пробовала укрыться от него в комнате и забиться под кровать, но не успела – он схватил её за волосы и приложил головой о стену, а потом швырнул на пол и в ярости пинал ногами. Шазам не понимала, что его так разозлило, неужели всё дело в том, что она без разрешения взяла остатки бренди для торта? Это было так глупо и мелко, но порой Том выходил из себя по совсем незначительным поводам. Правда, после он извинялся, обещал записаться на курсы по управлению гневом – и она, дурочка, верила, смотрела на него влюблёнными глазами и отказывалась слышать, что ей твердят окружающие. А те были единодушны в своем мнении, называя Тома мерзавцем и дегенератом, а еще ловким манипулятором, который пользуется её привязанностью и тянет из неё все соки. И это не считая денег, которых ему вечно не хватает; то на работе проблемы, то надеялся сорвать куш в игровые автоматы и спустил всё до последнего цента. Время от времени у него всё же появлялись деньги, и тогда Том дарил подруге цветы, они ходили по ресторанам и даже планировали съездить на море. Но дальше слов дело не шло, и Шазам приходилось задвинуть гордость подальше и обратиться за помощью к коллегам. Поначалу ей охотно одалживали небольшие суммы, однако подобные просьбы звучали регулярно, и желающих откликнуться на них становилось всё меньше. Знакомые аккуратно сводили общение на нет и, в конце концов, осталась только Танви Кхурана, которую Шазам считала близкой подругой. Наступил  момент, когда и она в весьма резкой форме отказалась ссудить её деньгами. Они поссорились, и это был последний раз, когда доктор Адвани появилась на работе.
На другой день Том повёл её в ночной клуб, купил им обоим выпивку и велел сидеть и ждать его. Он вернулся не один, с ним были двое мужчин, которых девушка видела впервые. Её до глубины души оскорбило то, как эти люди смотрели на неё – словно она была куском мяса или вещью, выставленной на продажу.
- Ну как, сгодится? – спросил Том, поднимая стакан, и одним махом осушил его.
- Да вроде похожа…  Ладно, берём её.
- Значит, мы в расчёте?
- Расслабь булки, Норрис, - один из парней громко заржал и хлопнул Тома по плечу. – Считай, с этой минуты твой долг закрыт.
Шазам слушала их разговор, раскрыв рот, и вышла из ступора, когда эти двоё взяли её за руки и куда-то потащили. Тогда девушка будто очнулась, начала вырываться и звала бойфренда, но он молча смотрел ей вслед и ухмылялся. Никто из посетителей не обратил на них внимания, словно происходящее здесь было в порядке вещей.
Ей втолкнули в тесное тёмное помещение и заперли дверь. Шазам пробовала кричать, потом сняла туфли и колотила что есть мочи по деревянной обшивке, но снаружи по-прежнему гремела музыка, заглушая прочие звуки.
Потеряв надежду выбраться отсюда, Шазам раскрыла сумку, молясь, чтобы  не оставила телефон дома. Она не помнила, взяла ли его с собой, собираясь в клуб. К счастью, трубка нашлась в косметичке, теперь надо было успеть дозвониться до знакомых и сообщить им своё местонахождение, пока похитители не вернулись. Пришлось ждать, пока телефон загрузится, найти нужный номер и с колотящимся сердцем слушать долгие гудки.
- Здравствуйте. С вами говорит доктор Танви Кхурана.
Чёрт подери, автоответчик!
От ужаса девушка забыла, как дышать, со всхлипом втянула воздух и торопливо заговорила, прикрывая ладонью динамик: «Танви, послушай… Я попала в беду. Ты была права насчёт Тома. Он ужасный человек. По-моему, он меня продал. Я…»
Дверь распахнулась, и Шазам заморгала, ослеплённая вспышкой света.
- Ты кому звонишь, сука? А ну дай сюда мобилу!
Руку грубо стиснули, вырвав у неё телефон, а секунду спустя ей в лицо впечатался кулак. Она потеряла сознание и очнулась в каком-то подвале. На полу в двух шагах от неё стояла миска с водой, рядом валялся кусок булки. Приподнявшись на локтях, пленница заметила ведро в углу, о назначении которого было нетрудно догадаться. Кроме этого в помещении был только грязный, продавленный во многих местах матрас. Под самым потолком покачивалась одинокая тусклая лампочка, рассеивая царивший в подвале сырой полумрак. Когда глаза немного привыкли к темноте, девушка разглядела в противоположной стене дверь с крошечным зарешёченным окошком. Нахлынул страх, её замутило, и пришлось срочно ползти в угол, где стояло ведро. Шазам опять стошнило, когда снаружи раздались тяжёлые гулкие шаги, и заскрипел ключ в замке. Сжавшись в дрожащий комок, она смотрела на широкую мужскую фигуру, заслонившую собой дверной проём.
- Оклемалась? – спросил Прохоров, подходя ближе, и встал прямо под лампочкой. – Тогда давай знакомиться

Отредактировано Georgy Klimov (17.09.2018 14:20:12)

+3


Вы здесь » Manhattan » Флэшбэки / флэшфорварды » Границы зла ‡флеш