http://forumfiles.ru/files/000f/13/9c/97668.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/40286.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/95139.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/22742.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/96052.css

Manhattan

Объявление

Новости Манхэттена
Пост недели
Добро пожаловать!



Ролевая посвящена необыкновенному острову. Какой он, Манхэттен? Решать каждому из вас.

Рейтинг: NC-21, система: эпизодическая.

Игра в режиме реального времени.

Установлено 5 обложек.

Администрация
Рекомендуем
Активисты
Время и погода
Дамиан · Марсель
Маргарет · Амелия

На Манхэттене: декабрь 2018 года.

Температура от 0°C до +7°C.


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Manhattan » Эпизоды » No Angel ‡эпизод


No Angel ‡эпизод

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

https://i.imgur.com/JOUyqun.gifhttps://i.imgur.com/2hjw7Rb.gif

https://i.imgur.com/FOihM62.jpg
Время и дата: 1 сентября 2018, 20 часов и позже
Место: снятый на вечеринку лофт на 82-ой улице
Участники: Теодор и Джастин
О сюжете: Вечеринка первокурсников на Музейной миле. Попьем чай и поговорим об искусстве?

Отредактировано Justin Nolan (11.09.2018 22:22:36)

+2

2

http://s7.uploads.ru/yCTD8.png
Сигарета догорела уже почти до фильтра, но столбик пепла все никак не хотел опадать на пол. Интересно, она выдержит еще одну затяжку или осыпется серым снегом на темные джинсы? Тео обвел взглядом просторное помещение, где вместе гладко отштукатуренных стен зияли провалы из кирпичной кладки. Целый этаж для разбитной тусовки, которая норовила превратить и так довольно скромный на вид лофт в настоящие руины. В одном углу молодые люди танцевали, придерживая в руках одноразовые стаканчики с выпивкой, в другом углу все заботливо разливалось под дружный хохот уже нетрезвых студентов. Сегодня молоденькие желторотые первокурсники собираются почтить своим присутствием их вечеринку, желая влиться в компанию беззаботных юнцов. Желание похвальное, но вот под силу ли им заинтересовать старших товарищей, которые каждый год устраивают моральное избиение младенцев? Для новичков это выглядит почти как церемония посвящения, где им объяснят, что к чему и распахнут двери в мир удовольствий и беззаботной жизни. А на самом деле это просто ярмарка молодого и свежего мяса, которое скрасит досуг пресытившейся богемы.

Дверь постоянно открывалась и закрывалась, впуская и выпуская кого-то, отчего плотность людей на квадратный метр все время менялась. Некоторые разбились на парочки, но пока не искали уединения, предпочитая веселиться в компании всех. Забавное это все-таки зрелище: когда толпа нестандартно мыслящих людей с гормональным всплеском и юношеским максимализмом собираются вместе. В прошлый раз они под влиянием друг друга и некоторых химических веществ разукрасили два монумента в городе и провели сутки в полиции. В позапрошлый устроили представление в метро с перестрелкой из игрушечных пистолетов и пластиковых ножей, парализовав движение на станции в оба конца. Интересно, чем все закончится в этот раз, и кто не сможет достойно влиться в ряды будущих Рафаэлей, Микеланджело, Барышниковых, Богартов. Эти робкие мыши творцы будущей культуры? Глас нового времени? Те, кто уронят опору общества?

Парень усмехнулся и встал со своего места, прикуривая на ходу очередную сигарету. Две затяжки и пепел вновь обнажился почти до середины, падая на уже слегка липкий пол. Возле колонны раздетого до трусов первокурсника раскрашивали будущие художники, не скупясь на краску. С боди-артом это имело немного общего, а вот с унижением чести и достоинства – вполне прилично. То ли еще будет, когда первые бочонки с вином опустеют! Бахус балует тех, кто вкушает его дары, награждая их смелостью, красноречием, обаянием, но забирая взамен инстинкт самосохранения и здравый смысл.
Двери снова распахивалась и каждому цыпленку на входе вручали первый стакан белого полусладкого. До сухого они не доросли и вряд ли оценят весь букет. Дальше они разбредались кто куда, зажимая пальцами пластиковую емкость, выискивая приключения на свою задницу.

Один из новоприбывших вцепился в поднесенное вино и уполз в самый угол, где не было никого. Какой смысл приходить на вечеринку, если не хочешь веселиться? Это выглядело ужасно странно, но мило. Готовый к обороне? Или, наоборот, изведавший уже все прелести этого мира? Тео улыбнулся самому себе и оттолкнулся от стены, направляясь к первокурснику. В конце концов у него тоже должен быть свой цыпленок для опытов.

- Привет. – Почти мурлыкнул, ухмыляясь, рыжий, нависая над сидящим пареньком, после чего аккуратно стряхнул пепел в его вино, постучав по краешку стакана.

Отредактировано Theo Millais (12.09.2018 12:27:39)

+2

3

Это была плохая идея, на самом старте, и Джастин это прекрасно осознавал. И все равно пошел. Наивно было предполагать, что он попадет на светский прием, где студенты будут декламировать Шекспира или обсуждать начавшийся 75-й Венецианский кинофестиваль. Было бы совсем глупо, если бы Джастин еще и нарядился бы по предполагаемому протоколу, но обычное наплевательское отношение к своей одежде избавило его от окончательного разочарования. Он немного простовато выглядел среди ярких импозантных студентов, ну так это всегда так было. Если его вид привлечет меньше внимания – будет только лучше. Получив стаканчик дешевого вина и ускользнув от каких-то нелепых активностей, в которые его пытались втянуть, он занял свободный уголок и начал медитацию.
Яркие нетрезвые молодые люди и девушки. Некоторые познакомились лишь полчаса назад, но уже считают друг друга близкими друзьями. Некоторые уже перечеркнули границы близости и остановились на этапе «еще чуть-чуть ближе». И в этой компании Нолану придется быть своим. Эти ребята будут учиться рядом с ним несколько лет, общаться с ним, прикасаться к нему, делать совместные работы, проводить совместные репетиции. Ему определенно нужно привыкнуть, ассимилироваться в этом обществе. Пока что это кажется катастрофой, он даже не в состоянии стрельнуть сигарету, а свои он благополучно забыл.  Может отец, целый год призывающий учиться на экономическом факультете, был прав? Студенты-экономисты, скорее всего, не устраивают таких алко-пати, приучаясь «держать лицо» с первого курса и до конца жизни, а организовывают цивилизованный бал новичков, с шампанским в хрустальных фужерах, обязательным блэк тай и ведущим на сцене.
Напряжение не позволяло Джастину оградить себя наушниками от внешних звуков, выбрав себе в компанию Type O Negative, что с утра поддерживали в нем мрачное настроение и были бы, в общем-то, отличным музыкальным сопровождением окружающему Содому.
Стараясь расслабиться, парень принялся глазами выискивать, с кем бы познакомиться. Почти у всей местной аудитории было неистовое желание рассказать о себе с помощью своего внешнего вида, выразить себя с помощью одежды или аксессуаров, а то вдруг кто решит, что ты серая посредственность? Этот парень с радужным шарфом, эта девушка с Бафометом на черной футболке, эта девчонка с черным кожаным ошейником с кольцом. А нет, это парень. Или все-таки девушка? Джастин усмехнулся собственной несостоятельности и сделал очередной глоток вина. Может, просто напиться – и будь, что будет? Но уж больно вино было паршивым, лучше бы пива закупили. …А вот та девчонка ничего, будем надеяться, что она не радикальная феминистка или веган. Еще глоточек – и я подойду к ней.
Но глоточек не был сделан – в стакан упал сигаретный пепел. Подняв лицо к предполагаемому источнику пеплопада Нолан без удовольствия обнаружил насмешливый взгляд темных глаз. Неужели этот парень первокурсник? Джастин с легкой завистью проскользил глазами по распахнутой рубашке, предлагающей полюбоваться отличным прессом. Внешность наглеца и его выражение лица без всяких радужных шарфов и прочих символов говорила о парне слишком много. Дыхание перехватило, Джастин отставил на пол уничтоженное вино и молча взял у рыжего его сигарету, глубоко затягиваясь и выдыхая через нос. Наверно, следовало ответить что-то грубое, чтоб проявить себя мрачным бруталом и не давать повода к издевкам, но вместо это Нолан просто молча кивнул на место на полу рядом, приглашая парня сесть. Сигарета снова заалела в его губах, даря успокоение.
- Тут всегда так? – не уточняя где и как, выдавил Джастин, когда фильтр обжег пальцы. Окурок полетел в стаканчик с вином, делая его законченным произведением. Не дожидаясь ответа, он вытер руку об штанину и протянул ее рыжему – Джастин Нолан.

+1

4

Смех и крики рядом становились все громче, и это было явным свидетельством того, что по первому бокалу опрокинули в себя все, даже убежденные трезвенники. Без этого не удастся взглянуть на привычные вещи под необычным углом, не получится отринуть все рамки, навязанные родителями и окружением. Здесь они собрались для того, чтобы начать крушить то, что сдерживает и мешает, чтобы вывернуться наизнанку и стать наконец самим собой. Со стороны кажется, что толпа студентов просто планомерно нажирается, но нет, это было не так: они изучали границы и ломали оковы. Вид из окна на музей Гуггенхайма добавлял вечеринке пикантности, настраивая особенно возвышенных молодых людей на романтический лад. Четь более опытные тусовщики обращали большее внимание на качество алкоголя, наличие приватных комнат и пикантные развлечения. В конце концов может быть именно на такой встрече соберется новая компания Женевского озера, которая создаст целый калейдоскоп шедевров о которых будут говорить десятилетиями.

Кучерявый цыпленок забрал сигарету к Тео, делая затяжку. Не собираясь отдавать ее обратно владельцу, реквизировав как военный трофей. Что ж, счет явно один-один в деле порчи имущества друг друга. Этот малец был слишком непохожим на завсегдатаев таких мест. И не был похож на тех, кому такие места в принципе могут понравиться. В наушниках играла музыка, которая ощущалась для Милле как инородный шум, портящий гармонию момент. Ария на скрипке, что исполнялась сейчас в основной части зала куда лучше подходила, добавляя всему происходящему богемности.

- Тут всегда по-разному. Ты входишь в помещение, и оно меняется. Ты меняешь его, перестраиваешь под себя, вливаешься в момент, сливаясь с ним. Понимаешь?
– Рыжий опустился рядом, проигнорировав протянутую руку, но обнимая за шею Джастина, накрутив на длинный палец его белокурый локон. – И если ты унылое говно, то и пространство вокруг тебя приобретет соответственный запах и рыхловатую консистенцию. – Тео мизинцем указал на девушку в углу, что пришла в римской тоге и сейчас на скорость выпивала шоты без использования рук. – Она в прошлом году получила премию молодых авторов, написав безмерно драматический рассказ о жизни подростка в гетто. Его скоро поставят на сцене. Но каждый раз она нажирается в дрова, что уже стало ее фирменным знаком. Способом открыть свой разум новому. Понятия не имею как это работает. Я бы не смог ничего сделать, если бы все время был либо пьян, либо в похмелье. – По торопливому щелчку пальцев в руках парней оказалось по стаканчику с вином, но уже приятно пахнущим. Все для тех, кто заслужил себе место быть тут. Пойло по доллару за галлон выпьют первокурсники, и бочки оближут. – То, что ты сотворил с моей сигаретой было восхитительной аллегорией на минет. Ты будто бы прилюдно отсосал мне, вкусив моей слюны на фильтре, обхватив его губами. Довольно смелый ход для того, кто сидит в углу как нахохленная выхухоль. Мне вообще глубоко интересна тема фаллических символов в искусстве и те приемы, которыми все это обыгрывается. И сегодня ты воочию сможешь убедиться, на что хватает фантазии дорвавшихся до свободы юнцов. – Смех Тео был слишком громким, отчего на него обернулось пара девиц, которых он видел впервые. Их недоумением было таким смешным, что он не удержался он широченной улыбки. – Ты, кстати, кто, Джастин?

Отредактировано Theo Millais (13.09.2018 21:31:39)

+1

5

Все шло совсем не так, как было бы понятно Джастину.
Как было в школе? Обычно его сторонились, считая чуть ли не социопатом. Те отчаянные глупцы, что пытались подружиться с ним, всегда действовали по одной схеме. Спрашивали, какую музыку он слушает сейчас, куда он будет поступать после старшей школы, кто его родители. И если на первые два вопроса Нолан скупо отвечал, то после третьего у него словно отключался слух, зрение и речь. Он в упор не видел нового знакомого и не открывал рта ни на один его вопрос.
Сейчас же он впервые за несколько лет сам подал руку. Все-таки он питал немалые надежды к учебе в университете в целом и к этой вечеринке в частности. Он верил, что найдет здесь интересное общество, рядом с которым можно не стесняясь говорить об актерском мастерстве
Но, кажется, это общество было слишком интересным для него. Разве это не вечеринка первокурсников, которым предстоит познакомиться только сегодня? Что делает здесь этот парень, который ну никак не тянет на абитуриента? И почему он действует настолько нелогично, что Джастин оцепенел от внезапных бесцеремонных прикосновений, которых он так не любил. Он ведь только подал ему руку, а не предложил обжиматься на полу! Но, как часто бывало в нестандартных случаях, его язык словно впадал в паралич, и только через пару вечеров Джастин понимал, что в этот момент нужно было бы сказать наглецу. Пара-тройка вечеров мучительного стыда и бесконечного прокручивания ситуации ему обеспечена.
Тем временем рыжий, который даже не представился, с пафосным видом нес какую-то околесицу, словно был вод воздействием наркотиков. И кажется, он ненароком назвал Джастина унылым говном. Или это все-таки был метафорический пример. Нолан нахмурился, вслушиваясь в тягучую речь парня, пытаясь понять, что до него собираются донести. Упоминание о пьяной в сопли девушке в тоге и с литературной премией снова недвусмысленно показало, что Джастин может и не достоин вовсе здесь находиться. Чем он мог похвастаться? Ролью Банко в школьной постановке Макбета?
Из гипотетических размышлений рыжий внезапно переключился на самого Джастина. Тот подавился вином, судорожно соображая, как реагировать на такой пассаж. И вообще, что это было? «Нахохолившаяся выхухоль» окончательно дала понять, что парень опускает его при всех.
Нолан стиснул зубы, собираясь уйти, как рыжий, наконец, закончил свое словоблудие. Простой вопрос окончательно выбил его из колеи. Что он имеет в виду? Или это логическое завершение опуса про фаллические символы, и сейчас наглец ждет откровений о сексуальных предпочтениях, а не выбор факультета при университете. Джастин вспыхнул, закусывая губу. Ситуация полностью вышла из-под контроля, а он все еще ничего не предпринимает, позволяя опускать себя дальше. Мало того, он все еще позволяет прикасаться к себе и даже уже почти не испытывает дискомфорта по этому поводу.
- Я не гей, слышишь?! – Джастин попытался резко встать и, как минимум, отойти в другой конец лофта, подальше от нахала, презирающего чужое личное пространство. Прозвучало слишком отчаянно и эмоционально, так, что окружающие студенты начали с улыбками оборачиваться, посмотреть «кто у нас тут не гей». Затекшие ноги изменили своему хозяину, и тот, вместо быстрого и изящного отступления, был вынужден еще и схватиться за плечо своего мучителя, чтоб не упасть. Улыбки на лицах наблюдающих из нейтрально-заинтересованных становились умилительно-понимающими, кто-то салютовал им стаканчиками. Онемевшие ноги жгло так безжалостно, что Нолан стоял в самом жалком виде, до хруста сжимая пустой стакан. Кажется, он стал персонажем нового унизительного перформанса для новичков. Рыжий ухмылялся, явно довольный произведенным эффектом, словно все шло по заранее заготовленному сценарию, и театр одного актера в лице Джастина Нолана уже начал собирать кассу. Если он сейчас проявит себя хлюпиком, вся студенческая жизнь будет загублена. Этот мистер «Смотри-на-мои-кубики» хочет загубить ему жизнь? Джастин рванул его вверх, поднимая на ноги, и прижал к стене. Со стороны зрителей послышались заинтересованные возгласы, в руках появились телефоны.
Рыжий был практически одного роста с Ноланом, но явно превосходил по физическим данным. Насколько сейчас это волновало Джастина по десятибалльной шкале? Правильно, ровно на ноль баллов.
Насмешливый взгляд парня не исчез, он был спокоен в противовес впадающему в неадекват Джастину.

+2

6

Смех и гул окружающих не отвлекали парня, поскольку он их просто не замечал. Если концентрироваться на всякой ерунде, то можно легко упустить из поля зрения самое важное. Пока гонишься за белым кроликом на пути не должно быть никаких посторонних препятствий, иначе гонка будет пустым занятием. Медленно накручивая на палец белокурый локон, рыжий отметил про себя, какой занятный этот пугливый цыпленок, отгородившийся от всего общества пластиковым стаканчиком. Когда же Джастин заверещал о том, что он не гей, Тео громко рассмеялся, запрокидывая назад голову. Это было настолько забавно, что остановиться парень не мог добрых пять минут, а в уголках глаз выступили крупные слезы. Черт побери, это было потрясающе! Эти заалевшие щеки, этот порыв вырваться и убежать, этот грозный взгляд, на дне которого читалось сомнение. Надо же, как интересно оборачивается вечер, рискуя из банального копания в незрелых желудях превратиться в укрощение непокорных первокурсников.

Милле сделал большой глоток из бокала, но не успел проглотить вино, когда сильная юношеская рука со всей молодецкой дури прижал его к стене, намереваясь, видимо, испепелить его на месте. Идея потрясающая, если вдуматься: на деревянной балке, что была вместо опоры, остался бы угольно-черный силуэт. Монохромное напоминание о скоротечности человеческой жизни, чем не изумительный образец современного искусства? 

Кипящий злостью юнец, озлобленный то ли на то, что его посчитали геем, то ли на то, что со всех сторон виднелись сполохи вспышек: беспощадный инстраграмм быстро расскажет все о тактильном контакте, что случился на виду у всех. И это почти плевок в вечность, пусть эта вечность и закончится через сутки. Интересно, ударит или нет? Хватит ли у него яиц довести начатое до конца? Или его внезапный порыв утихнет так же быстро, как и возник? Капли крови на его белоснежной рубашке, стекающий по голой коже ручеек из пробитой губы – это ли не шедевр созданный моментом ярости? Насилие – это тоже форма искусства, если его правильно преподнести.

- Ты прочел между строк, Джастин? Ты выцепил то, что твой разум хотел бы знать?
– Рука Тео медленно скользнула по предплечью первокурсника, смыкаясь на запястье медвежьей хваткой, достаточно сильной, чтобы показать это и недостаточно крепкой, чтобы причинить боль. - Ты перепробовал достаточно парней, чтобы быть уверенным в этом? Мне кажется, нет. – Рука на затылке притянула перекошенное злостью лицо парнишки, вовлекая того в короткий поцелуй, расцветающий под вспышками телефонов и одобрительными криками толпы. Кажется, кто-то кричал «Горько!» и советовал уединиться, но Милле было глубоко насрать на возгласы и улюлюканье. Сильно прикусив Джастину губу, Тео уперся ему ладонью в грудь, отталкивая обратно на диванчик, разомкнувший объятия для уже знакомого тела. – Тогда и я не гей, Джастин. – Рыжий рассмеялся и снова сел рядом с кучерявым, допивая залпом его вино, к которому тот почти не притронулся. Странно, но алкоголь все еще не вносил в разум приятную дымку, стирая границы и четкие линии. Ну, ничего, вечер долгий, еще успеет достаточно набраться в приятной компании.
- Курить будешь?

+1

7

Будь у Джастина побольше времени на праздную философию, он бы занялся сортировкой степеней потери контроля. И даже присвоил бы каждой из них емкое название, исходя из только что полученного опыта. Работу бы его впоследствии признали докторской, присвоили бы Нолану какой-нибудь грант, а потом внесли в учебники по психологии в разделе социопатии.
Потерю границ личного пространства он бы назвал «пепел, падающий в твой стакан». Словно весь воздух вокруг тебя заполняется чужим человеком, покрытым острыми иглами – его приближение болезненно и опасно для морального здоровья.
Далее  стадия «пальцы, накручивающие твои волосы». Он подробно описал бы чувство незащищенности, когда к тебе прикасаются чужие пальцы, оцепенение и желание съежится до размера мыши. Эта стадия намного тяжелее, ведь «пепел в стакане» никто не отменял.
Потом стадия – потеря лица, нужно назвать ее как-нибудь «паника, приди». Заставляет совершать необдуманные действия на виду у всех, загоняя себя в глухой тупик. В этом тупике тебя морально разденут донага, сфотографируют и пнут на последнюю стадию.
«Поцелуй рыжего недоноска». Все предыдущие стадии, хохоча, навалятся на тебя, удушая своей тяжестью, но они не значат ничего по сравнению с тем чувством, когда чужие губы прикасаются к твоим, а пальцы мертвой хваткой сжимают твой затылок, не давая отпрянуть. И через мгновение – острая, обидная боль и падение. Но не на диван, а в бездну беспросветного позора, который можно будет отмыть только кровью. Но когда-то Джастин пообещал, что шрамов на его запястьях больше никогда не прибавится. Так что кровь прольет его обидчик. Он ответит за все свои слова и действия. И он ответит за то мгновение – одно-единственное мгновение, за которое Джастин успел ощутить то, что не испытывал никогда прежде. Но он не будет об этом думать, ни сейчас, ни вечером, ни позже. Он будет помнить только прекратившего хохотать над ним рыжего парня. Но до этого момента еще надо дожить.
Окружающие галдели, свистели и снимали на телефоны, а рыжий бухнулся рядом, предлагая закурить. Вроде как, все нормально? Он издевается?
- Курить, говоришь? – прошипел Джастин, снова хватая парня за рубашку, невольно стягивая ее с плеч. – Я тебе сейчас сам дам закурить!
Подняв улыбающегося парня на ноги снова, Нолан сжал кулак  и, не давая себе возможности испугаться, ударил его по лицу. Но за доли милиметров от кожи обидчика, рука все-таки дрогнула, и вместо красивого хука слева, от которого рыжий должен был, как минимум, упасть на пол, получился уродливый мажущий удар, разбивающий еще влажные после поцелуя и вина губы. Противник, конечно, не упал, лишь пошатнувшись от удара, и даже не перестал улыбаться, напротив, в его глазах горел озорной огонь. Для него даже кровь, текущая по подбородку – не причина прекращать веселье. Зрители одобрительно и весело отреагировали на начало драки. Девица в тоге вышла вперед и продекламировала нетвердым голосом:
- Ave, Caesar, morituri te salutant!
Остальные просто выкрикивали «продолжайте!». И кто-то при этом желал драки, а кто-то – поцелуев.
Однако вид крови мигом остудил Джастина, заставив почувствовать тошноту. К ней добавилась неприятная дрожь в ногах и осознание, что он ударил человека по лицу. Всех конфликтов всегда Нолан старался избегать, если не получалось их игнорировать. Рыжему парню удалось за несколько минут раскрутить миролюбивого блондина на насилие.

+1

8

Шум и гогот толпы был практически незаметен, когда ты увлечен чем-то полностью, до последнего медного волоска на макушке. Именно так было на каждом из перфомансов, в которых участвовал Тео, изучая грани своих и чужих возможностей. Зрителей не существовало, не существовало вспышек фотокамер, чужих улыбок и подбадривания. Было только твое собственное сознание, твои чувства и эмоции. Вокруг будто опустился занавес, огораживая сцену от назойливого внимания, которому сейчас не было места. Оставались лишь два актера, исполняющие свои роли: кучерявый цыпленок, бурлящий от ярости, и расслабленный смеющийся рыжий парень, никак не желающий выпускать из рук свою юную добычу.

Самое место для драмы – все немного смолкало, создавая поистине театральную паузу, чтобы вновь разразиться бурными возгласами и криками, удивленно-возбужденными. Джастин не собирался играть вторую скрипку и оставлять последнее слово за своим случайным знакомым. Он снова загорелся, на этот раз доведя свою исступленную злость до удара. Этой сцене не хватало драмы, и она явилась в полной мере: в пронизывающей боли в губе, в горячих каплях крови, что бусинами разлетелись по полу, когда голова Тео откинулась назад. Они мгновенно опали, пятная белоснежную рубашку алыми кляксами. Смотрелось все это необычайно эффектно, да и ощущалось настоящим водоворотом из чувств и физических ощущений. Божественный коктейль из адреналина и эндорфинов, дарующих эйфорию, сходную с приемом опиума. А может, все это и было его личным сортом наркотиков?

Разбитые губы расплылись в улыбке, отчего по подбородку скатился бурый ручеек, капая медленно на грудь. Перепуганный вид Джастина, его красные щеки, все еще сложенный после удара кулак – все это заслуживало немедленного наброска, чтобы нарисовать его после в образе Каина. Пусть Каин будет неприлично юн, но также широкоглазо растерян в остатках злости, захлестываемый осознанием сделанного. Но здесь не было холста, не был красок и даже куска грифеля. Был только этот кучерявый птенец, испугавшийся самого себя.

Тео стянул с плеч рубашку, оставшись обнаженным по пояс, промакивая скомканной тканью разбитую губу. Он не переставал улыбаться, исподлобья разглядывая паренька с задорными завитками пшеничного цвета. Вечер перестал быть томным очень быстро и дальше он мог сулить лишь все новые развлечения, сдобренные конскими порциями алкоголя и канапе в стиле фьюжн.
- Ты обещал дать мне закурить, детка. – Скомканная рубашка полетела в Джастина под смех Тео, который уже отирал подбородок ладонью. Ее он снова закинул на плечо парнишки, уводя его сквозь толпу в самую дальнюю часть лофта. Люди послушно расступались перед странной парочкой, вымазанной в крови, тихо перешептываясь. Все это было похоже на шум волн, когда они с легким плеском разбиваются о галечный пляж. Сплетни и домыслы волновали его не больше, чем судьбы мошкары в сетях паука. В конце концов, пересуды никогда не вредили творцам, создавая вокруг ореол из внимания и обожания. А он был необходим Тео как воздух, как бьющееся в груди сердце.

На крышу вела небольшая лестница, спрятанная за выцветшей от времени шпалерой. Там нечего делать случайным людям, особенно нетрезвым подросткам, оставшимся без попечения родителей. Первый глоток свободы может быть слишком сладким, и опьянить похлеще дешевого вина, смешанного со спиртом. С террасы без особенного ограждения (если не считать небольшой бордюр в ладонь высотой) открывался поистине захватывающий дух вид на Нью-Йорк. Именно здесь Тео мог ощущать себя не провинциальным мальчиком из Огайо, а жителем мегаполиса, дающего миллионы шансов каждому, кто готов за них биться, кто готов отдать все за мечту.

За грудой вещей нашлась пачка, из которой в ладонь Милле выскользнули две сигареты. Он обхватил свою губами, наклоняясь к зажигалке, выуженной из заднего кармана. В сумерках лицо рыжего озарилось мягким теплым светом, подсвечивая тонкую и бледную кожу, сошедшиеся на переносице брови – будто лик с иконы 16 века. Вторую сигарету он протянул Джастину, тут же вращая колесо зажигалки. – Тебе прикурить? Или ты обслужишь себя самостоятельно? – Тихий смешок почти растворился в шуме мегаполиса, постепенно погружающегося во тьму яркой ночи. Ночи, которая только начиналась.

+1

9

В помещении внезапно стало очень душно, будто на голову надели пакет. Голоса наблюдавших звучали глухо и смазанно, Джастин совершенно не разбирал их слов. Единственное, что оставалось четким в его мире – это стоящий напротив рыжий парень с разбитыми губами, которые помнили не только кулак Нолана, но и вкус его губ. Он стянул с себя рубашку, и голова Джастина закружилась сильнее, казалось, он совсем перестал дышать. Все происходящее окончательно потеряло логику и здравую последовательность. И когда белая рубашка с пятнами крови полетела в него, он просто поймал ее, невольно вдыхая ее запах. Парфюм, сигаретный дым, свежий пот – даже он не показался неприятным. Пока Джастин растерянно держал в руках скомканную рубашку, рыжий уже уверенно тащил его на выход. Его целеустремленность просто не могла породить сомнения или протест, поэтому Нолан послушно плелся за ним, все еще оглушенный происходящим.
Свежий воздух немного взбодрил его, но он все еще молча заворожено смотрел, как парень прикуривает. Он делал это красиво, изящно, получая удовольствие от каждого движения. Курение же Джастина всегда было лишь актом саморазрушения, и красота этого акта казалась ему излишней. Здесь же можно было вешать на стенку каждое мгновение несложного процесса. Рыжий чуть склоняет лицо, опуская глаза к рукам. Среди тонких пальцев взвивается пламя, послушно опаляя край сигареты. Вдыхая, он чуть прикрывает глаза и вновь поднимает их, насмешливо буравя Нолана взглядом. И кажется, что-то спрашивает, протягивая сигарету.
Тот машинально забросил сигарету в рот, хлопая себя по карманам. Смысл вопроса интуитивно дошел и, немного смущенно, Джастин взял зажигалку из руки рыжего.
- Я сам, спасибо.Надеюсь, с этим у тебя не будет никаких дурных ассоциаций? – пробубнил он, прикуривая. Он не мог не обратить внимания, что делает это не так изящно, как новый знакомый. И на миг ощутил острое разочарование – нужно было попросить прикурить у него, посмотреть еще раз, как он это делает.
С сожалением вернув зажигалку, Джастин случайно коснулся руки рыжего. Тут же отдернул, но не удержался от вопроса:
- Ты не замерз? Пальцы совсем холодные… - c этими словами он протянул рубашку владльцу. Сам-то он стоял в толстовке, а рыжий все еще блистал оголенным торсом. Другое дело, что и алкоголя в нем было побольше. А может и не только алкоголя.
Окружающее пространство вернулось к логическим основам, та безумная фантасмагория казалась теперь отыгранным авангардным спектаклем. И роль, отмеренная Нолану, вполне могла претендовать на лучшую мужскую роль второго плана, но сыграна она была отвратительно. Джастин повел плечами, снова затягиваясь – никто и не говорил, что начало университетской жизни будет легким.
- Ты не сказал, как тебя зовут, - тихо констатировал Джастин, окончательно успокоившись. – Ты не находишь, что я могу знать твое имя после всего этого?
Чтоб знать, кого проклинать перед до конца жизни сном за искалеченную репутацию.

+1

10

Прохладный вечерний ветерок обволакивал тело прохладными пальцами, пробегал мурашками по всему телу, заставляя редкие светлые волоски на коже приподниматься. Осень была еще очень теплая, но ночами начинало ощущаться, что лето, это лето, подошло к своему концу. Можно было не верить календарям, продолжая наслаждаться солнышком, но вечера упрямо твердили – уже не будет так, как раньше и все, что ожидает тебя впереди это зима. Тео не ощущал сейчас ни зябкого ветра, ни леденеющих пальцев: он созерцал город, сияющий миллионами огней, подсвеченный со всех сторон, величавые строения из камня и бетона, знакомые силуэту небоскребов. Все это было так непохоже на бескрайние просторы тех мест, где он жил раньше, в своей прошлой жизни! Оттого, наверное, для рыжего Нью-Йорк стал так любим. Здесь он мог быть кем угодно, придумывать себе любую биографию, назваться любым именем. И никто не мог сказать, что он знал Тео в детстве, что он знаком с его родителями, что они ходили в одну школу. Жизнь с чистого листа, без прошлого, но с будущим.

На мгновение Тео показалось, что он здесь совершенно один, убаюканный объятиями Манхеттена, согретый его теплом. Но протянутое белое пятно рубашки Джастином вывело его из задумчивого оцепенения. Сигарета догорела почти до середины, столбик пепла рассыпался по ветру, а кучерявый цыпа так и стоял с протянутой рукой. Выглядело это безбожно очаровательно и Милле рассмеялся, вновь затягивая легкими серый дым. – Ты называешь дурными ассоциациями минет? Пожалуй, это одна из самых приятных ассоциаций процесса курения – отражает всю чувственность и пикантность момента. Если член, который водит тебе по губам, оставляя солоноватый привкус, тебе кажется дурной ассоциацией, то у меня для тебя плохие новости – ты не умеешь получать удовольствие. Хотя, это и так очевидно. – Окурок щелком вылетел из пальцев Тео, исчезая где-то за ограждением крыши, растворяясь в темноте наступающей ночи. Звезд было не видно, их никогда не видно здесь – слишком яркий Нью-Йорк, он не даст никому сиять кроме самого себя. Гореть нужно так, чтобы освещать все вокруг, опаляя и сжигая каждого, кто рискнет приблизиться. И самого себя.

Холодная ладонь легла на щеку Нолана, мягко оглаживая ее юношескую припухлось. Как бы этот щеночек не храбрился и не хорохорился, он был напуган. Напуган всем происходящим, напуган самим собой, тем местом куда он попал. Закрытый, как дневничок девочки-подростка с замочком, он не давал всему происходящему вокруг протекать через себя, огораживался, абстрагировался, возводил невидимые стены. Это было одновременно и очаровательно и глупо, но больше, конечно глупо. – И зачем же ты пришел сюда, Джастин? Если ты так боишься всего, что здесь происходит? Что же ты хотел тут увидеть? Или что найти? – Тео подошел вплотную, касаясь разбитыми губами уха юноши, вдыхая запах его пушистых светлых волос. Его дыхание опаляло бледную кожу юноши, что истуканом стоял, сжав в руке окровавленную рубашку, измятую и истерзанную его, Джастина, нерешимостью. – Когда я целовал тебя, ты не сопротивлялся, раскрывая податливо свои губы, чтобы я мог войти языком глубже. Твое тело напряглось струной, ожидая чего-то еще, что ты хотел. Ты думаешь, это не заметно? – Он мягко прихватил губами мочку уха цыпленка, облизывая ее медленно и нежно, отвлекаясь от разговора. Иногда рот нужен не для полемик и диалогов, а для того, чтобы дарить друг другу наслаждение. Шевелить губами было немного больно, но Тео нравилась эта боль, оживляющая этот момент. Возможно едва засохшая корочка сейчас снова треснет, открывая поток из капель крови, но это не имело никакого значения. Ни сейчас, ни в принципе. – Не геи всегда так делают: позволяют своему члену привстать, налиться соками именно в тот момент, когда их целует другой парень. Разве нет? – Вторая рука медленно провела по спине Джастина, скрытой миллионом слоев одежды, будто это могло уберечь его от греха. Было чертовски забавно ощущать чужую нервозность от столь невинных проявлений внимания, к которым парнишка явно не привык. Сжатый в комок Нолан не производил впечатление парня, который пришел на вечеринку, чтобы хорошо провести время и завести знакомства. Но это и было чертовски в нем интересно: отыскать сердцевину в этом колючем ежике, и вгрызться в нее зубами, заставить кровоточить. И в этом родится что-то необыкновенное.

+1

11

Почему он вообще тут стоит и слушает все это? Почему с первых секунд их так называемого общения Джастин слушает каждое слово рыжего наглеца и извращенца а не делает как обычно с неприятными ему людьми – отгораживается наушниками и полным игнорированием присутствия собеседника? Он ненавидел внимание себе, эти стандартные расспросы, попытки влезть в голову к нему. Но рыжий не пытался сделать ничего такого – тем не менее, он уже явно чувствовал себя в голове Джастина как дома, небрежно стряхивая пепел очередной сигареты прямо на воспаленные мозги блондина. А Нолан стоял, как дурак, и ничего не мог с этим поделать.
Он рассуждал об абсолютно невозможных вещах так спокойно, словно это было в порядке вещей. Джастин даже ловил себя на возникающем сомнении – может то, что говорит рыжий и верно, просто он сам неправильно ко всему этому относится? Но здравый смысл всякий раз осекал его – неправильно думать о члене, водящему тебе по губам, как о норме.
- Я знаю много других способов развлекаться, - попытка возразить оказалась слабой, и Джастин в мыслях молил, чтоб рыжий не предложил ему перечислить варианты. Что бы тогда Джастин мог назвать? Запереться в комнате и слушать на полную катушку Daughtry, раздражая мачеху? Курить на балконе, глядя на звезды? Смотреть старые фильмы, подмечая детали актерской игры Марлона Брандо и Аль Пачино? Все эти занятия были призваны больше успокоить мятежную душу парня, а не развеселить его. Неужто прав рыжий, и Джастин действительно не умеет развлекаться?
Загрузиться по этому поводу он не успел, потому что мягкое прикосновение руки к щеке подействовало, словно резкая пощечина. Джастин вздрогнул, напрягаясь и закусывая губу. Почему, почему он это позволяет? Просто скинь его руку, просто сделай шаг в сторону! Но он слушал шепот рыжего, словно гипнотизирующее шипение змеи, широко распахнув глаза. Каждое его слово гвоздем вбивалось в череп Джастина, причиняя ему болезненный жгучий стыд. Щеки и уши алели, казалось, с них сейчас пойдет дым. Как он почувствовал, заметил все то, о чем сейчас рассуждал? Момент их контакта, их… поцелуя длился пару секунд, не больше. Или больше? Как парень смог почувствовать намек на эрекцию, сейчас возводя его в абсолют? Словно у него не бывало такого в критические моменты! Панические мысли вновь заметались в голове у Джастина, но разом заткнулись, когда язык рыжего коснулся уха. Нолан дернулся, как от удара током и стиснул зубы, сдерживая рвущийся наружу стон. А главное – снова это предательское чувство, которому парень даже боялся дать название.
Можно было утонуть в этом чувстве, если ничего не предпринять. Рыжий говорил так, словно задавал риторические вопросы – отвечать на любой из них было бы глупо и означало в очередной раз выглядеть жалко. Хотя, кажется, падать дальше некуда. Надо что-то говорить, иначе стон все-таки вырвется из него, и тогда уже никогда не докажешь, что ты не гей.
Но к развратному языку добавилась рука, гладящая по спине, и это стало окончательной капитуляцией. Спина всегда была слабым местом Джастина, от прикосновению к ней он всегда терял волю. Но в последний раз к ней прикасалась его мама лет 8 назад. И вот сейчас – этот рыжий гей. В этом у Джастина не было ни малейших сомнений. И вот он стоит с геем, тот гладит его, и он, Джастин, тихо млеет, стиснув зубы. Усилием воли он посмотрел в лицо новому знакомому, количество близости с которым уже превысило все разумные нормы. Он красивый. Смелый. Умный. Раскрепощенный. Полная противоположность ему самому. Облизав пересохшие губы он просипел:
- Зачем ты все это делаешь? Зачем тебе это нужно?

+1

12

http://s7.uploads.ru/yCTD8.png
Джастин был как кусочек масла, который аккуратно размазывали по горячему хлебу, только что вытащенному из тостера. И не имело уже значения ни погода, что пронизывала вечерней прохладой, ни мимолетное знакомство, ни странное уединение тех, кто в одном помещении мог сосуществовать с трудом. А тут – приобними чуть крепче и получишь почти судорожный выдох. Поведи рукой по позвонкам чуть сильнее – и тебя одарят выгнутой спиной и полуприкрытыми глазами. Целая симфония, сыгранная на человеческом теле, не переходящая границы приличия. Хотя кто вообще определял эти самые границы? Где располагалась та самая невидимая линия, переступать которую было почему-то нельзя? Чужие границы для Тео были понятием абстрактным, придуманным для усложнения человеческих отношений. Сейчас он, например, делал что хотел, получая от этого явное удовольствие: чужая мочка, влажная и уже ярко-розовая, облизанная и искусанная, была оставлена в покое. Ее совершенно бесстыдно променяли на изгиб шеи, что пытался убежать под уютную защиту толстовки. О, это так мило! Будто разворачивать кокон шелкопряда! Что там в кульке из тканей? На ощупь вполне: со спины рука сместилась ниже, сжав в руке задницу кучеряша, и не почувствовав никакого особенного сопротивления.

- Ты как сжатая пружина, ты в курсе? Вместо того, чтобы расслабиться, ты только сжимаешься сильнее и сильнее. В итоге ты сожмешься в одну точку и просто схлопнешься. Или заново родишься взрывом Сверхновой. Хотя я предпочел бы, чтобы ты чуть меньше походил на статую сейчас. Знаешь, у меня с мрамором очень сложные отношения – его холодность и невозможность ошибки буквально сводят меня с ума. – Язык медленно прошелся по линии челюсти Джастина, пачкая ее вновь выступившей на губе кровью. – Перестарайся хоть немного и все – отличный кусок камня можно выбрасывать, чтобы из него делали сувениры и поделки младшеклассники. Люблю, когда материал пластичнее, когда из первоначального замысла можно сотворить что-то иное, трансформируя, меняя, пока твое творение не станет таким, чтобы удовлетворить тебя. – Внезапно Тео оторвался от подбородка Джастина, глядя на него полубезумным взглядом человека, говорившего о том, что глубоко и страстно любил. Возможно, его случайный знакомый даже не понимает, что он говорит, продолжая изображать опоссума в момент нападения хищника. Ни дать, ни взять – скульптура, впору украшать садик на заднем дворе. Разве что дышала, да широко распахивала глаза от ужаса.

- Зачем я делаю что? – Нахмурился рыжий, не вполне понимая, что кучеряш имеет ввиду. – Это? – Ладонь снова сжала задницу, прижав Джастина сильнее, давая тому ясно понять, что его стояк очевиден всем. – Или это? – Губы быстро и влажно коснулись губ Нолана, скорее обозначив поцелуй, чем действительно подарив его. – Я раз-вле-ка-ю-сь! И я хочу вытащить из тебя все, что ты закопал, о, надеюсь там есть действительно занятные сокровища! – Окей, его взгляд был не безумным, он весь был безумным, с разлетающимися от ветра огненными волосами, уже почти прозрачной кожей и черными омутами глаз. – Ну, же, расскажи, как развлекаешься ты, если не утаскиваешь незнакомцев на крышу, чтобы никто не мешал? Что бы ты сделал, если бы занялся чем-то другим? Сидел бы в том углу, выпивая стакан за стаканом, пока не набрался бы смелости подойти к самой пьяной девчонке? Повел бы ее домой? К ней или к себе? А дальше что? Убегать, чтобы она не рассказала подружкам, как она орудовала руками в твоих боксерах, а ты даже не шелохнулся? Я спас тебя, я твой персональный ангел-хранитель!

+1

13

http://s7.uploads.ru/yCTD8.png
У страха и паники есть свои пределы. Вот он заставляет дрожать пальцы, вот сдавливает горло, срывая голос на жалкий писк, вот тело цепенеет, предавая тебя полностью. А потом он исчезает. Просто растворяется в твоей крови, уступая место гораздо более интересным ощущениям. Джастин то, не моргая, смотрел на рыжего, подмечая каждое шевеление его губ, движение рук; то жмурился, отдаваясь ощущениям собственного тела. Поборов страх, оно само хотело прижиматься к этому парню, чье имя он до сих пор не знает! Но это уже казалось чем-то абсолютно не важным. Он знает его запах, его голос, знает его прикосновения пальцев и губ. Что имя? Роза пахнет розой, хоть розой назови ее, хоть нет… Так, стоп, кажется, для Шекспира еще рановато, да и партию Джульетты он разыгрывать не собирался. Он просто хотел еще этих пальцев и еще этих губ, оставляющих ожоги на его коже. Сжатая пружина, о которой говорил рыжий, наконец, расслабилась, но не толчком, а очень плавно, словно расплавилась. Он закусил губу, отчаянно пытаясь не сказать сейчас какую-то невыразимую глупость или банальность. Потому что речь рыжего лилась, как тягучий сироп, мягко, гладко и нестерпимо горячо. Но при этом каждое слово вколачивалось в него, выбивая пот по спине и судорожные выдохи.
Когда рыжий в очередной раз рванул Джастина на себя, прижимая к себе, тот окончательно сдался, понимая, что отнекиваться больше бессмысленно. Он прижался к парню, слушая саркастические предположения насчет его фиаско с девчонками. Смотри, вот я, уже выбросил белый флаг, зачем этот контрольный выстрел по моему самолюбию? Хочешь убедиться, что во мне не осталось сопротивления или желания отшить тебя? Нет, ни того, ни другого, получай все, что хотел.
Джастин чуть отпрянул от рыжего, оставаясь в его руках, прикоснулся пальцем к его влажным губам, заставляя замолчать.
- Прекрати это, дурак. Ты ведь совсем не хочешь, чтоб я все это объяснял тебе. Мы не за этим здесь, верно?
Алкоголь внутри него пел песню отвязного смельчака. «Лучшая защита – это нападение» шептал пьяный кураж. Парень смотрел на него со смешливым ожиданием, что Нолан осмелится озвучить то, ради чего они «здесь сегодня собрались».
Но Джастин  решил идти в атаку до конца. Швырнув, наконец, многострадальную рубашку на перила балкона, он схватился за ремень рыжего лиса, расстегивая его. Он хочет развлечься? Пожалуйста, сейчас обеспечим. На краю сознания рассудок шептал ему: стоп, остановись, что ты творишь? Вот сейчас ты расстегнешь ему ширинку, а что потом?
Джинсы, и без того висящие низко, лишившись поддержки молнии, скользнули вниз, предоставляя ладони Джастина доступ к напряженному члену рыжего. Не давая себе времени на размышления, Нолан обхватил ствол, внутреннее присвистнув, оценив размер, и провел по нему пальцами, заставляя парня чуть выгнуться.
Кажется, перехватить инициативу было не так сложно, достаточно лишь побороть страх. Сердце болезненно долбилось в груди, собственное возбуждение от прикосновения к чужому члену затмевало все остальные чувства. Он хочет большего, и прямо сейчас, здесь, на крыше, с этим рыжим парнем, чьего имени так и не узнал.

+2

14

Вкус чужой кожи – это ни с чем несравнимое удовольствие, особенно если этот человек в твоей жизни появился только что. Хочется втянуть носом глубже, обдав дыханием завиток волос за ухом, запомнить все тонкие нотки аромата молодого тела пугливого юноши. Напряженное тело не сопротивлялось, оно будто замерло, готовясь к прыжку, готовясь к тому, чего еще никогда не делал раньше. И Тео ждал, сколько прикосновений, сколько слов потребуется для того, чтобы пошатнуть хрупкий мир этого пугливого цыпленка, кажется, впервые отведавшего вкуса мужских губ. Ну же, удиви меня малыш, ты ведь способен не только стоять, судорожно сглатывая, распахивая свои до невозможности невинные глаза!

Все изменилось в мгновение, едва различимое для пьяного взгляда рыжего: напряжённость мышц ушла, уступив место покорной капитуляции. Никаких попыток освободиться от оков сильных рук, никаких шагов назад, никаких ладоней, упирающихся в грудь. Только лишь холодный палец на губах, призывающий к молчанию. Милле широко улыбнулся, прикусывая фалангу, обводя ее языком, согревая своим дыханием. Но насладиться такими нежными играми ему было не сужено, поскольку цыпленок, отбросивший сомнения, пошел в атаку, собираясь героически пасть в бою за свою гетеросексуальность. Маленький, пугливый не-гей трясущимися от холода и собственного отчаянья руками расстегнул джинсы Тео, мгновенно забираясь ладонью в трусы, обхватывая и поглаживая. Это было чертовски, чертовски, чертовски приятно! Эта робость, смешанная с решительностью, походила на идеальное лекарство: 20 капель валерьянки на литр коньяка. Этот коктейль не только пьянил сознание, но и заставлял выбираться на свет божий то, что так давно итак глубоко сидело занозой в Джастине. Под подушкой журналы с накачанными парнями? Розовые щеки при каждом посещении душевой в школе? Невыносимый диссонанс при каждом медленном танце на дискотеках с девчонками? Маленький, бедный цыпленок, так старающийся убежать от себя самого, зарывшись в громкий звук наушников, хаотичный плейлист телефона, завешанный кучерявой челкой так, чтобы не видно было глаз. Последний штрих к портрету – одежда, что скрывала все то, что могло привлечь внимание, разжечь любопытство и зародить в чужом теле плотскую страсть. О, бедный Джастин, прячущий себя таким бессмысленным способом ото всех, чтобы не приведи Босх, никто не запал на него и не захотел прикоснуться к его нетронутому телу!

Тонкие бледные пальцы прохаживались вдоль члена Тео, ощущая его жар. Все-таки мальчики делали это лучше девчонок, ведь они на себе знали, как можно сделать приятно. Какие движения кистью способны вырвать из горла сладкий и протяжный стон, какими касаниями собирать выступающую жидкость, как именно сжать основание, чтобы отсрочить развязку еще на несколько мгновений. Нолан явно был неплохим экспертом, ловко орудуя пальцами, раз за разом получая в благодарность судорожный выдох. Рука самого Тео уютно устроилась на заднице блондина, сжимая ее и поглаживая, тогда как вторая мягко касалась костяшками щеки первокурсника. Невесомое касание губ к уху, и тихий шепот, разбитых губ:
- А для чего мы здесь, Джастин? Чтобы заняться любовью?

+1


Вы здесь » Manhattan » Эпизоды » No Angel ‡эпизод