http://forumfiles.ru/files/000f/3e/ce/14718.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/40286.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/95139.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/22742.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/96052.css

Manhattan

Объявление

Новости Манхэттена
Пост недели
Добро пожаловать!



Ролевая посвящена необыкновенному острову. Какой он, Манхэттен? Решать каждому из вас.

Рейтинг: NC-21, система: эпизодическая.

Игра в режиме реального времени.

Установлено 5 обложек.

Администрация
Рекомендуем
Активисты
Время и погода
Дамиан

Маргарет · Марсель

На Манхэттене: октябрь 2018 года.

Температура от +5°C до +18°C.


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Manhattan » Эпизоды » Налей мне, если ты хочешь скандала ‡эпизод


Налей мне, если ты хочешь скандала ‡эпизод

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

https://i.imgur.com/1GbgRhx.gif▬ ▬ ▬ ▬ ▬ ▬ ▬ ▬ ▬ ▬ ▬ ▬ ▬ ▬ ▬▬ ▬
▬ ▬▬ ▬ ▬ ▬ ▬ ▬ ▬ ▬ ▬ ▬ ▬ ▬ ▬ ▬ ▬https://i.imgur.com/Ku54aDi.gif
Время и дата: октябрь 2018
Место: Манхэттен
Участники эпизода: Kyle Davis & Monica Lewis
Краткий сюжет: Когда умирает любовь? На третий год или после того, как один из вас впустил в свои мысли третьего? И жила ли она вообще, если потерялась в закоулках вечных споров и претензий.

+1

2

Та иди к черту, Билл, – моего возмужения не было предела. Что читалось и на моем охуевшем лице. Билл, конечно, тот еще ублюдок, но вот сейчас он реально перегнул. Это был мой первый выходной за последние две недели. И даже этот единственный день у меня украли. Планы на домашние посиделки перед ноутбуком с баночкой светлого не фильтрованного летели куда–то в срань с шестого этажа моей многоэтажки. – Да понял я, выезжаю. Стараюсь контролировать свою агрессию, ибо покупать каждый месяц новый телефон – дело затратное. Мысленно отсчитываю до десяти в надежде хоть немного успокоиться. Знакомый психолог говорил, что этот способ действенный. Нет, нихуя он не действенный. Телефон, который я едва не вдавил себе в ладонь, летит куда–то в стену и печально приземляется на пол. Да, блять, мне обидно, что из–за какого–то долбоеба, который нажрался до потери пульса и ему уже пасочка, я должен заступать в ночную смену. Причем это вам не в офисе сидеть и в танчики шпилить, сегодня у меня патруль. Вернее, не у меня, а у Билла, который забухал на неделю и я тащу наши дела в одиночку. Все понимаю. Развод с женой – дело тонкое и эмоциональное, особенно, когда она истеричка, намеревающаяся отобрать у тебя все. В том числе детей и даже кота. Хотя, я думаю, кота она ему все таки оставит – он такой мелкий пиздюк. Но и меня понять можно. Меня уже тошнит от этой работы. От этих вонючих бомжей и драг дилеров. Единственное, что (вернее сказать «кто») меня может порадовать в участке – порхающая на своих бесконечных шпильках Берроуз. Но в последнее время она стала реже приходить к нам. Скорее всего, из–за того, что в нашем округе, за который ответственный я и мои коллеги, стало гораздо меньше происшествий. А если они и есть, то точно не интересны такому специалисту, как Прис. Мой мозг всячески отвергает мысли о событиях прошлого месяца и нашем маленьком приключении с блондинкой. Я надеялся, что не спугнул ее своим...напором. Но, когда мы видимся, напряжение все же летает где–то над нами. Я такой дебил. И вот хрен его, что стремнее в этой истории – то, что я мог все испортить или...то, что мне блять нравится Берроуз?! Почувствовал себя персонажем какой–то мало бюджетной мелодрамы, где главные герои – он и она – сперва злейшие враги, а в конце фильма «жить без тебя не могу». Нет, это не про нас с Берроуз. У нее любимый парень, у меня – любимая собака. Я не буду лезть в это дерьмо, калеча и себя и ее. Мы друзья. Дэвис, вы друзья, понятно? Да какая нахуй дружба между мужчиной и женщиной, когда у меня встает, стоит ей манерно закусить губу...

Подойдя ближе к окну на балконе, подаюсь немного вперед, опираясь локтями о подоконник. Который сейчас час? Самое время для запланированного на сегодня отдыха, вместо которого я должен лететь на точку в эту мерзопакостную погоду. Дожди в Нью–Йорке редкость, но если льет, то как из ведра. – Да твою мать! – на только что закуренную сигарету попадает противная капля, нещадно прерывающая первую тягу. Вторая попытка закурить, взгляд на часы – 18:38. У меня есть целые 22 минуты, чтоб добраться на работу, поэтому я не тороплюсь тушить сигарету и скуриваю ее до фильтра.

А вот люблю я дожди в Нью–Йорке за то, что даже в час пик, машин становится в два, а то и в три раза меньше. И если обычно выехать в центр нереально в это время, то сейчас я наслаждаюсь пустыми, хоть и скользкими дорогами. И все же, я обожаю этот город. Вот честно. Даже в этой дождевой серости, Нью–Йорк сверкает разного цвета огнями, а желтые такси – визитная карточка мегаполиса (по моему мнению, даже покруче Статуи Свободы), удачно выстроенные на обочине, как бы смотрят на меня и говорят «эй, чувак, не все потеряно».

Торможу около мини–маркета. Всю ночь кататься по городу, а я с обеда еще ничего и не ел. Все надеялся на тусовку для одного с пивом и чипсами. – Вечер добрый, офицер. Киваю в ответ парню за кассой. Я частенько тут останавливался, так как это единственный магазин в ближайших нескольких кварталах, работающий 24 часа; и, скорее всего меня запомнили. Я так думал первые секунды две, пока в отражении витрины мне в глаз не блеснул значок с куртки. Я не отличился оригинальностью и как всегда взял йогурт и какие–то снеки. Да уж, правильное питание. Мне кажется, я собаку кормлю лучше, чем свой желудок.

Выхожу на свежий воздух. От дождя остался только приятный запах и мокрый асфальт. Какие–то крики справа, заставили меня инстинктивно обернуться. Примерно в пятидесяти метрах от меня какая–то странная девушка ругалась с банкоматом, размахивая руками. Пожимаю плечами. Каких странных я только не видел в Нью–Йорке. Особенно на Манхэттене. Кидаю на пассажирское сиденье тачки свой ужин и даю немного газу. Осторожно двигаюсь по направлению к сумасшедшей. С каждым метром ее жуткий вопль становился все громче. Подъехав вплотную к девушки, лица которой я не видел, решаюсь выйти из машины. Странная просто ситуация – ни единой души в округе: только я, она и банкомат. Именно так начинаются фильмы ужасов, да? – Мадам, могу ли я чем–то помочь? – осторожно подхожу сзади, но говорю достаточно громко и уверенно. На секунду она даже заткнулась. А нет, показалось. Реально сумасшедшая. Тут нужно сразу бригаду вызывать – тяжелый случай. Обхожу незнакомку слева. Не такая уж она и незнакомка мне. «Льюис»...

– Опять на дозу не хватает? – опираюсь о витрину магазина, к которому примыкает деньговыдающая машина. – Оставь беднягу в покое, – кидаю взгляд на банкомат и угрожающе скрещиваю руки на груди. «А вишенкой этого вечера стала именно Моника, да».

Отредактировано Kyle Davis (11.10.2018 13:10:40)

+3

3

Тебе нельзя чувствовать, девочка. Из этого ничего хорошего не выходит. В твоём теле и психике запускаются те самые механизмы, которыми ты не умеешь управлять. Ты сама бумажная, но рьяно стремишься сгореть. И осень нагрянула так вовремя, так ровно и долгожданно, чтобы остудить твои эмоции. Вспышки необъяснимой агрессии и нервозности только усиливались, ты заедала их таблетками. О, нет, ты заедала их горстями таблеток. Умалишённая и пьяная, хохочущая на кухне в полном одиночестве. И чёрт его знает, почему ты тогда смеялась. И ты ли это смеялась? Смеялась ли? Грёбаные таблетки. Грёбаная зависимость. Но с ними так легко. С ними всё так просто. Пусть твоя квартира почти полностью пуста, ты распродала всё, прикрываясь желанием избавиться от всех воспоминаний о Венди. Но, Моника, ты ведь знаешь правду. Ты пылаешь этой правдой внутри. Ты больна и тебе уже не суждено вылечиться. Никто не в состоянии запретить тебе что-либо. Ты можешь сделать вид, что подчиняешься кому-то, можешь играть, можешь даже постараться подчиниться. Но твоя жизнь - только твоя. Всё результаты и ошибки, победы и поражения будут на твоей совести.
Разряд.
Крики.
Блики света.
Торопливые движения врачей. Чья это кончина? Твоя или Венди? Обрывки неразборчивых фраз, щемящее сосредоточение в грудной клетке. Ты просыпаешься в поту, смахивая будильник с сенсорного экрана телефона и падаешь обратно на подушку.
- Что за дерьмо, - сбивчивое дыхание, вокруг дым.
Этой ночью у тебя не хватило сил на то, чтобы нормально затушить сигарету и косяк. Кислый запах вперемешку с никотином вызывают тошнотворные позывы. Обратив внимание на мигающий огонёк телефона, включаешь дисплей и разглядываешь на нём сообщение от приятеля, который напоминает о сегодняшней вечеринке. Приглашённый рыжий диджей не особо доволен уведомлению. Льюис так долго смотрит на буквы сообщения, что они вот-вот могли бы магическим образом расплыться и исчезнуть. Или же расплавился бы сам гаджет, нагревающийся в её ладонях. Странно. Обычно после таких "забытых" ночей её конечности холодны, будто бы сделаны изо льда. Как и её сердце. Ха-ха.
"Вставай, иначе ты никуда и ничего не успеешь", - сползая с кровати, девушка прокляла свои долги несколько раз и посетовала отражению в зеркале на то, как бы она хотела остаться дома.
Патчи на глаза, зубная щётка в рот, руками домовладелица поправляет волосы, решая, так пойдёт или всё же сделать с ними хоть что-то. Включается задорная и бодрая музыка. Виляя бёдрами, рыжая улыбается времени на часах. К полудню у неё всегда просыпается вдохновение и позитив. Это к ночи хочется рыдать, да завести 33 кошки для поддержания пущего имиджа задроченой затворницы.
- Лалала, - готовый кофе из кофемашины, пожалуй, единственная вещица, которую Моника не захотела бы продавать ни при  каких обстоятельствах.
Мурлыкая себе под нос незамысловатую мелодию, она раскрывает шкаф, стоя перед хранителем её гардероба в потянутой футболке и трусиках. Танцы не прекращаются до тех пор, пока Мон не влазит в чёрные штаны с кожаными вставками. Прыгая и кряхтя. Это такой ритуал. Фыркая, стирая пот со лба, не сдаётся. Не из таких. Зато теперь задница выглядит секси и чувствует она себя также. Атласный топ цвета изумруда с чёрным кружевом по верху и нижнему срезу. Чёрное классическое пальто, чтобы не выделяться среди людей. Грубые женские берцы.
По пути ты закуриваешь сигарету на пустой желудок. Кофе не считается. Но и есть ты не собираешься. Автобус, надоедливые люди. Они определённо раздражают. Кто-то даже прошёлся по твоим ногам и ты сопроводила наглеца испепеляющим взглядом. От тебя несёт духами. Любимыми духами. Свежие нотки бодрят. В сочетании с запахом сигарет всё выходит божественно. Тебе такое нравится. Парфюм с горьковатой примесью. Кожа белая, но упругая и выглядит хорошо. Пофиг бухаешь ты или балуешься чем-то покруче, ты в том возрасте, когда с утра ты будешь выглядеть шикарно. Но никто не обещает отличного самочувствия. Жвачка в рот. Так ещё хуже. Так в желудке начинаются процессы, заставляющие его скукожиться и налиться соляной кислотой. Дикая изжога. Быстрые шаги по асфальту. Ты вроде бы вышла в том месте, где должна была. Нужно ещё всё подготовить. Жвачка летит под ноги. Трёшь переносицу, чешешь щеку, пытаясь вспомнить адрес того клуба, где должна сегодня работать. Облизываешь губы, проходя мимо маленького магазинчика. Есть хочется, а работать на голодный желудок - убийство. Ещё чего доброго плохо станет, так и новый долг образуется.
- Леви? Слушай, знаю, просить об авансе, не отработав, нагло. Но ты же знаешь, я отработаю. Уже почти у вас, но мне бы поесть чего-нибудь, а денег нет, - на том конце трубки слышен недовольный вздох, - Леви, ты знаешь меня не первый год.
- Вот именно, Моника, знаю. И не хочу, чтобы ты опять была в дерьме.
- Я из него не выбиралась, просто перечисли денег на мою карту и через полчаса я уже буду у вас. Ну? Потрындим, как обычно. Поржём.
Согласие. Покорное согласие. Если Льюис хочет чего-то, всегда получает.
- Жду, - воротник пальто ставится, скрывая её щеки и рыжая ещё не решила, купит ли в действительности что-то из еды, но снять баблишко она обязана, а рядышком маячит банкомат.
Вставленная карточка, простой пин-код. Деньги уже на счету. Леви никогда её не подводил и всегда знал, что она выполнит свои обязательства. Нажав на кнопку "выдать" и введя нужную сумму, Мон зависла. Или, вернее, зависла та адская машина, которая должна была облегчить ей жизнь и отдать, пока что не честно заработанные, но деньги.
- Шайтан машина! - сокрушалась бедняжка, терпение которой трещало по швам, под вопросом было её появление в клубе через полчаса, как и хорошее настроение, - Ты мне не глючь, а то я тебе все кнопки выжгу зажигалкой!
Топоча на месте, рыжая шандарахнула банкомат сначала ладонью по боковой его части, а потом ляснула носком ботинок по переду. Горячность девушки проявлялась всегда, везде и во всём. Она не могла этого контролировать, хоть о многом и сожалела. Содеянном, сказанном. Зато совесть была чиста и прозрачна. Почти что. Никаких проблем с тем, чтобы высказаться в лоб и не мучиться.
– Опять на дозу не хватает? - только ко второй фразе она поняла, что неплохо бы обернуться и блять узреть эту наглую небритую морду.
- Слушайте, дяденька легавый, шли бы вы по добру, да поздорову отсюда лесом. Можно полем. Можно галопом, можно рысью. Можно вприпрыжку. Можно медленно, но верно. Мой посыл ясен? - он попался под горячую руку и начал отнюдь не с той ноты, за которую можно было бы его похвалить, - У меня работа сегодня. Если и будет доза, то только после. Да и вчера, знаете ли, была очаровательная ночь, - волосы взлетают от ветра и она зелёными глазами впивается в него, - Техника меня никогда не любила, - жалуется, словно Кайл должен посчитать это милым, усмехается, сдувая пряди волос с обзора, - Ты же вроде блюститель порядка. А у меня там застряли деньги и карта. Что делать?
Она бы решила эту проблема. Разнесла бы банкомат большим камнем. Притащила бы его, не поленилась бы. Но не делать же это в присутствии полицейского. В ней закипала злость в мирозданию, что создало её таким лузером.

+2

4

Ну, конечно. Разве я мог рассчитывать на что–то другое? Сколько еще должно пройти времени, чтобы я наконец понял, люди не меняются. И что наша последняя встреча с Моникой была очередным фарсом, ее слова – пылью, ее эмоции – театром. Она любит играть и всегда берет сложные роли, как ей кажется. Мученица; бедная, никому ненужная брошенка. Никому, кроме ее жалких друзей и дилера, сделавший на псевдостраданиях Льюис, я думаю,  уже приличную кассу. По крайней мере, на однушку в Бруклине хватило бы. Она погрязла в своих надуманных мыслях о ничтожности бытия. И вот что я наконец понял – ей это в кайф. Можно даже поспорить, зависима ли она от наркотиков или от негативных эмоций, подпитывающие ее существование. Жизнью это назвать сложно. Сколько после нашей встречи, ее мольбе о прощении, ее слез, было выпито таблеток, снюхано кокса и выкурено косяков? Готов поспорить, что не на одну тысячу баксов ей обошелся этот стаф. А все из–за того, что она получает удовольствие от боли. Эдакая мазохистка для своей душонки.

Но знаете, я тоже люблю игры. У каждого человека есть ряд масок, которые он «надевает» в зависимости от ситуации. У меня их достаточно, но одной из любимых всегда была и останется маска эдакого дурачка со вздернутыми бровями и выпуклыми, слегка безумными глазами. Выражение лица, мол «ой, что вы такое говорите? Ничего не понимаю.» Маска, спасающая меня при любой ситуации, из которой я хотел поскорее сделать ноги. Дурачков любят, сказали бы многие. Возможно. Но ко мне это не относится. Я из тех невменяемых, которые любят игру «купи слона». Достану до мозга костей за пять минут и скажу, что так и было.
Я не жалею, что подъехал к сумасшедшей возле банкомата. И даже, если бы я знал наперед, что это Моника, все равно вышел бы из тачки. Не для того, чтобы убедиться, что у нее все в порядке. Этому, вероятно, не бывать никогда. Тут сыграло бы желание взрочнуть ей мозг и закрепить за собой звание «mission complete». Как говорится, не хочешь по–хорошему, будет – как скажешь.

Поразительно! – воскликнул я, округляя глаза. Нарочно пропускаю мимо ушей весь несущийся бред тонкими губами Моники. Начался первый акт персонального спектакля со мной в главной роли. Пустым взглядом окидываю спальный район, на котором для полноты картины не хватало перекати–поля. Закуриваю сигарету, – насколько огромный город может быть таким...тесным, – на последнем слове устремляю свой взгляд на Монику, явно не выкупающую что к чему. Такого она меня никогда не видела, таким я бываю очень редко. В особых случаях. Так что, она может гордиться тем, что этот театр одного актера только для нее. Идеальная возможность узнать меня с другой стороны. Того Кайла Дэвиса, с которым ей раньше не удавалось видеться.

Вспоминаю нашу последнюю ночь с Льюис, проведенную у меня в квартире, всего пару месяцев назад. И вспоминаю только что сказанные колкости в мой адрес. И отчего–то невольно начинаю громко ржать. Готов поспорить на сто баксов, что мой смех поверг в шок сейчас по меньшей мере дома три. Отсмеявшись, делаю глубокий вдох, затем очередную тягу, – слушай, Льюис, а ты не перестаешь меня удивлять.

Знаете, что важно для хорошего актера и что делают претенденты на роль в первую очередь на прослушиваниях? Владение над эмоциями. Ты должен сиюминутно засмеяться, причем чтобы это не было наиграно, чтобы люди в зале или по ту сторону экрана тебе верили. А ровно через 20 секунд заплакать. Настоящими слезами. Чувствовать боль. В такие моменты рекомендуют вспоминать самый терзающий момент из жизни – для реальности эмоций. И еще через 30 секунд снова залиться смехом. Уложишься в минуту – хороший претендент на роль. А если нет, значит драматургия не твое.

Я застыл с тем самым тупым выражением лица, пялясь на Монику. В ее глазах читалось недоумение, мол какого хуя я творю? Сейчас, наверное, я был похож на одного из ее дружков–наркоманов, что переборщили с дозой. Подхожу к девушке ближе, еще ближе. Резко хватаю за локоть, сжимая его и наклоняюсь к уху. – Иди к черту, девочка, – шепотом, сквозь зубы вбиваю ей слова в мозг. Отпускаю Монику и на шаг отдаляюсь от нее. От грозного и злого Кайла Дэвиса не осталось и следа. Вместо него на Льюис снова смотрит  ухмыляющийся дурачок.

Обращаю внимание на наручные часы – еще пять минут и я опоздаю на пост. Возвращаясь к машине, я молился всем богам, чтоб это была наша последняя встреча. – Счастливо оставаться, – весело кричу Монике перед тем, как сесть за руль. Ошибся я только в том, что вовремя не завел машину и не надавил на газ. Я даже не заметил, в какой момент на пассажирском сиденье оказалась Льюис, хлопнувшая дверью. – Тщщщ, – ох как я ненавижу, когда хлопают дверьми моей и без того потрепанной тачки. – Тебя подвезти? – искренне интересуюсь у девушки. Ну как, искреннее...Допустим, наступило время антракта. – Оййй, прости, дурная голова, – хлопнув себя по лбу, продолжаю: – как же я мог забыть, что наркоманок я не подвожу, – корчу грустную гримасу, разводя руками.
Акт второй, действие первое.
– Проваливай, Льюис, – холодно и серьезно обращаюсь к девушке, смотря ей прямо в глаза.

Отредактировано Kyle Davis (Сегодня 17:46:27)

+1

5

Я глупая, а ты умен,
Живой, а я остолбенелая.
О, вопль женщин всех времен:
Мой милый, что тебе я сделала...

Больше всего в своей жизни терпеть не могла пиздаболов. Таких людей, которые наобещают тебе с три короба, выставят тебя виноватым и сами будут упиваться своей невъебенностью. Относилось ли это к Кайлу? Отчасти, краешком, в некоторой степени. Не все мужики пиздаболы, как и не все девки шлюхи. Просто есть сорта людей, способных только на одно искусство. И в нашем случае это либо ораторское умение, либо очень качественная торговля своим телом. Я конечно тоже хороша: иной раз из лучших душевных порывов найду причину для исправления ситуации, а потом сама же её закапываю на заднем дворике с таким энтузиазмом, что мне позавидовал самый отвязный киллер на нашем районе.
Реакции и слова Дэвиса смущают, если не сказать большего. Разных людей я видела, разное поведение. Но с ним такого не случалось. Видимо, довела или действительно случилось что-то плохое. Да перестань ты! Случилось у него, ага. У него всегда что-то случается. У тебя всегда что-то случается. Не время тут желчью на друг друга исходить. Но я всё делаю это, а Кайл уподобляется мне. Мы две гиены, смотрящие друг на друга и готовые вцепиться в глотку. Но он решает просто послать меня к чёрту. Ау, Дэвис, я уже у него в гостях! А если ты отказываешься от данной очуменной роли, то прости меня. Вот два наших котла, стоят рядом и никуда от этого не деться.
Сама не контролирую то, как поступаю дальше. Он садится в машину и я молниеносно повторяю его движения. Мне желательно карточку с деньгами забрать, блин. Но выяснения отношений с бывшим важнее. Кто ж спорит. Деньги, они что. Приходят и уходят, а вот бывший... Бывший может в следующий раз с одного конца дороги на другой перебежать, лишь бы со мной не пересекаться.
- О, нет, Дэвис. Просто так я не уйду. Раз уж довелось так встретиться, то, пожалуй...
Всё ещё сомневаюсь на тему, стоит ли поднимать столь тяжёлый разговор. Стоит ли вообще с ним говорить. Разве мои слова или его слова смогут кому-то сделать проще? Разве они смогут разрешить то, что уже произошло? Мы оба косячили. Мы оба бегали, возвращались, потом снова срывались с места. Кайлу удобнее думать, что он ни в чём не виноват. И я его понимаю. Когда-то мне даже казалось, что наши развалины - это дар. Мы сможем выстроить на них новый мир. Когда-то мне казалось, что наши руины путь к преображению. Но ни один из нас так и не донёс ни одного камушка к той постройке, которая должна была бы стать чем-то новым, красивым, просторным и чистым. Возможно, это был бы даже наш новый дом.
- Ты у нас такой белый и пушистый, да? Не подвозишь наркоманок? А раньше, по-моему, ты и не только подвозил наркоманок... -  фраза двусмысленная, он её точно не поймёт, - Твоё тёмное прошлое тебе не давит на мозги, а? - сверкаю в него глазами, даже пристегнувшись.
А то ведь заведёт мотор, тронется с места и выкинет меня из автомобиля на всей скорости. С него станется. Его ещё и прикроют напарнички.
- И мне просто интересно. Чем то, что ты трахался со мной, имея невесту, отличается от того, что делала я? - жду ещё одной вспышки неоправданного смеха, вдохнув побольше воздуха, продолжаю, - А сейчас? Ты типа примерный и культурный, что там далее по списку? А то не особо в голове твой образ складывается, всё ещё рябит и не получается связать два плюс два. Когда сначала видишь перед собой одну картинку, потом с ней стирают штрихи, которые обманывали твои глаза, начинаешь задумываться. А не обманывался ли я всё время, всегда, постоянно. Ежеминутно.
Обида или злость? И то, и то. Правда, вызвано всё было лишь тем, что он не был со мной честен. И даже щепотка разочарования завалялась, но относилась она не к Дэвису. Ко мне самой. Это не люди нас подводят, а мы сами рады в них обманываться. Это не они причиняют нам боль, а наши иллюзии и мечтания превращают жизнь в непереносимую кашу с комочками, которую я так ненавидела в детстве. Мы сами и всегда виноваты в том, в какую точку своей истории пришли. Но, блять, Дэвис! Дэвис!
- Что? Я уже не кажусь тебе такой противной или всё же ядовитость зашкаливает? И правда глаза колет, и что там ещё? - поворачиваюсь к мужчине всем корпусом, подтянув руку под голову и упершись в неё подбородком, - Ты же говорил, что любишь меня. Или это как, было помутнением рассудка? Или я вся была помутнением твоего рассудка, а теперь ты бежишь от меня, словно прокажённый? - если внешне кажется, что все слова даются мне с лёгкостью, то это далеко не так.
Моя душа обливается кровью. Меня трясёт изнутри. Но если он думал, что может пенять на меня, а сам оставаться чистым, то не тут-то было. Раз уж пришёлся ход, где я могу воспользоваться своим козырём, то так оно и будет. Если уж Кайл нарвался, то пожалуй получит мою истерику в полном масштабе.
- А шлюх подвозишь? Я сейчас не про себя, ты не подумай. Просто интересно. Кого ты тогда сейчас подвозишь.

+1


Вы здесь » Manhattan » Эпизоды » Налей мне, если ты хочешь скандала ‡эпизод