http://forumfiles.ru/files/000f/13/9c/51687.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/40286.css

http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/95139.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/22742.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/96052.css

Manhattan

Объявление

Новости Манхэттена
Пост недели
Добро пожаловать!



Ролевая посвящена необыкновенному острову. Какой он, Манхэттен? Решать каждому из вас.

Рейтинг: NC-21, система: эпизодическая.

Игра в режиме реального времени.

Установлено 5 обложек.

Администрация
Рекомендуем
Активисты
Время и погода
Люк · Маргарет · Ви

На Манхэттене: август 2019 года.

Температура от +22°C до +30°C.


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Manhattan » Альтернативная реальность » а я искал в недавно выпавшем снегу осколки лета ‡альт


а я искал в недавно выпавшем снегу осколки лета ‡альт

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

[AVA]https://funkyimg.com/i/2UdE3.jpg[/AVA] [NIC]Narcissa Scott[/NIC] [SGN]https://funkyimg.com/i/2UdE4.jpg[/SGN]
http://funkyimg.com/i/2NujC.jpg
Adrian & Narcissa
2003 - nowadays

Отредактировано Alexandra Burroughs (26.05.2019 21:15:30)

+1

2

25 декабря 1998г.

-Иди, ну же, чего ты стесняешься? –будучи семилетним мальчиком, я стоял на пороге гостиной соседского особняка в темно-синем свитере с оленем крупной вязки, держа в руках огромную коробку, обернутую бело-красной бумагой и перевязанную золотой лентой, из-за которой едва ли были различимы мои глаза.
Переминаясь с ноги на ногу,  нерешительно делаю шаг вперед, под легкий толчок отца в спину и его слова – Давай же -  я переступаю порог гостиной, залитой дневным светом и огнями елочной гирлянды. У большого окна стояла елка, которая мне казалось самой большой и самой красивой елкой во всем мире, подле которой сидела белокурая девочка и разворачивала подарки. – Мне Санта подарил робота-трансформера – я аккуратно ставлю коробку на пол и усаживаюсь рядом, скрестив ноги «по-турецки», рассматривая упакованные подарки под елкой. – А что тебе подарил Санта? – с любопытством спрашиваю я, протягивая руку за имбирным леденцом.
Я всегда любил Рождество. Не только потому, что не нужно было идти в школу; не только потому, что приезжала тетя Трина из Мемфиса и начинала рассказывать волшебные истории; не только потому, что приезжал дядя Стив из Индианы на красивой машине; не только потому, что обязательно появлялся мой кузен Дастин из Миннесоты с его рассказами о хоккее и уверенности в том, что когда-нибудь он будет играть за «Minnesota Wild» и выиграет кубок Стэнли; не только потому, что мама и папа были дома, и канун Рождества проходил в теплом семейном кругу; не только потому, что бабушка вязала мне новый свитер; не только потому, что с утра под елкой было много подарков. Я любил Рождество, потому что каждое Рождество ближе к обеду мама надевала красивое платье, папа доставал бутылку подарочного виски. Мы выходили из дома ровно с последним полуденным ударом старинных напольных часов и переходили дорогу. Дальше раздавался звук дверного замка, затем открывалась дверь, чувствовалось тепло, запах свежей елки и карамели. Слышались рождественские песни, затем взрослые обменивались шутками, жали друг другу руки и избавившись от пальто направлялись в сторону столовой, указывая мне на маршрут в гостиную, где меня, несомненно, ждали.
–Это тебе, Нарцисса – я аккуратно подвигаю  рукой коробку, в которой был упакован замой для куклы-барби. Мне было семь, и я знал толк в игрушках – С Рождеством – довольно улыбаясь, я доедаю имбирный леденец, переключая свое внимание на еще одну рождественскую традицию – комедию «Один дома». – Если бы я остался один дома, то позвал бы тебя и Джереми Вайлорда. У него есть классная настольная игра по типу "Джуманджи" – я протягиваю руку еще за парой конфет. На этот раз попалась моя нелюбимая - с черносливом и шоколадом. Недовольно морщась от вкуса чернослива, я снова обращаюсь к Нарциссе – А чтобы делала ты? – мне всегда нравилось приходить в гости к Нарциссе. С ней было весело. Нет, не то, чтобы мне не было весело играть с Джереми или Майклом, просто с ней было как-то весело по-особенному. Она всегда придумывала интересные игры, умела хорошо прятаться и хорошо бегала (хорошо для девчонки). Нарцисса была единственной классной девчонкой, не только в школе, но и во всем городе, а может и на всей планете. Хотя, я не так и много девчонок знаю на планете.
-Никогда не думала, о чем взрослые говорят в столовой? – я с интересом смотрю на приоткрытую двустворчатую дверь, за которой раздавался смех, и явно происходило что-то интересное, что не только привлекало внимание, но и вызывало любопытство. – Мир взрослых такой веселый -  выпрямляя ноги, я сажусь на корточки, преисполненный желанием ворваться в тот другой мир. – Давай подслушаем, о чем они говорят – это звучало как маленькое преступление. Родители всегда говорили, что подслушивать не хорошо, но что же тогда делать с любопытством?  Я беру еще несколько конфет из вазы, для храбрости и тихо ступая по паркету иду к приоткрытой двери. – Они говорят про нас – я разворачиваю пару конфет и закидываю в рот, - Серьезно, сама послушай – бурчу я с набитым ртом, опускаясь на пол у самой двери. - Про то,что толстяк Томми нарисовал тебя на уроке - найдя интерес в глазах своей подруги я шепотом сообщаю ей то, что уже неделю обсуждали в нашем классе.

[nick]Adrian[/nick][icon]http://funkyimg.com/i/2NvnE.jpg[/icon][sign].[/sign]

+1

3

[AVA]https://funkyimg.com/i/2UdE3.jpg[/AVA] [NIC]Narcissa Scott[/NIC] [SGN]https://funkyimg.com/i/2UdE4.jpg[/SGN]
Я очень не люблю, когда внутри все ёкает и неприятно сжимается - настолько, что меня уже совершенно не интересует приятно поблескивающая гора сладостей на маленьком стеклянном столике сразу в центре гостиной. Мне совершенно не нравится наворачивать круги по дому, периодически застывая у окна и, становясь на цыпочки и с полуоткрытым ртом высматривать в метели три приближающиеся по узкой дорожке фигуры. Мама на меня смотрит с осуждением: хорошие девочки не выпрыгивают из штанов в ожидании гостей, заявляет она, заставляя меня виновато поджать губы и послушно вернуться на диван; папа смотрит с куда большим пониманием - ему тоже не терпится раскупорить долгожданную бутылку виски. Он садится рядом и включает уже тысячу раз вдоль и поперек пересмотренный, с наизусть выученными репликами Один дома - все же лучше, чем ничего. Папа вообще понимает меня гораздо больше мамы, особенно когда к лету клятвенно обещает сделать деревянные лук с несколькими стрелами (ох уж Эд обзавидуется, ну ладно, ему я конечно дам пострелять). Нет, я конечно люблю Барби, они очень красивые и все такое, и мне нравится их расчесывать и переодевать, но вы только представьте завистливые взгляды абсолютно всех мальчишек, когда у меня будет свой собственный настоящий лук!
А большая стрелка ну просто категорически отказывается следовать за маленькой к цифре двенадцать. На мне красивое красное платье, с утра мама мне сделала кудряшки и подколола волосы заколочками с большими темно-бордовыми блестящими камушками, и я уже полностью готова принимать гостей - ну почему родители Эда всегда приходят ровно в двенадцать, а не на пять минут пораньше? Я лениво болтаю ногами и от нечего делать начинаю распаковывать подарки. На самом деле, я уже почти точно знаю, что мне подарят на рождество (уже второй год папа прячет их на самой верхней полке шкафа в гараже), но все же увлекаюсь процессом настолько, что подошедшего ко мне семилетнего голубоглазого мальчишку замечаю только тогда, когда он начинает говорить.
- Эдриан! - от восторга я чуть не подпрыгиваю, хлопая в ладоши, но вовремя делаю вид, что это из-за Барби, так сильно похожей на мою любимую принцессу Аврору. Девятилетняя Молли Кармайкл с соседней улицы недавно сказала, что мальчики не должны знать о том, что нравятся девочкам, от этого они наглеют и портятся. Она девчонка более опытная, говорят, у нее уже даже был свой собственный парень, поэтому ей можно доверять. Я откашливаюсь и сообщаю ему самую отвратительную на свете новость, - Санты не существует. Том Айронс из второго Б сказал мне, что он уже третий год находит подарки Санты в шкафу родителей, - грустно вздыхаю, виновато повесив плечи, правда, уже через несколько секунд задумавшись, расплываюсь в улыбке, - А что, если у Санты договор с родителями? Он же один, а нас много. Что если он просто передает им подарки заранее, чтобы они перед рождеством положили их под елку? Как думаешь, это возможно?
Эта тема вместе с неожиданным появлением Эда увлекает меня настолько, что я не сразу замечаю огромную коробку рядом с ним. Снова захлопав в ладошки, спрыгиваю в дивана и его крепко-крепко обнимаю - у меня был повод, так что наверное все нормально, да? К тому же я отпускаю его практически сразу, и только потом, решившись, встаю на цыпочки и быстро целую его в мягкую щеку, хихикая над тем, как она сразу же становится румяно-красной. Мне очень нравятся появившиеся ямочки на его щеках, жаль у меня нет таких же.
- Спасибо-спасибо! А что это? - пока он смотрит Один дома, я успеваю распаковать огромную коробку и удивленно уставиться на ее содержимое из ярко-розового пластика, - Домик для Барби? Ваааау, круто, Холли просто умрет от зависти, когда увидит это! - лук среди остальных девчонок все равно не котировался, но огромного красивого замка с несколькими комнатами будет более чем достаточно, чтобы сделать мою комнату Самой Крутой Комнатой В Мире, - Ой, прости, совсем забыла! - хлопаю себя ладонью по лбу, кивая в сторону ёлки, возле которой стояла большая коробка в темно-синей обертке и с белым бантом - очень подходит к сегодняшнему свитеру Эда, - Тебе понравится. Помнишь мы смотрели Один дома 3? - прикусываю нижнюю губу с интересом наблюдая за изменившимся выражением лица Эдриана, как только он видит ее содержимое - новая радиоуправляемая машинка, точь-в-точь как в этом фильме, она всегда ему нравилась. И если кто-то знает толк в мачишеских игрушках, то этот кто-то точно не моя мама. Она предложила подарить деревянного пони, - Не знаю, я но я бы тоже позвала тебя... - краснею и, опустив взгляд, торопливо бормочу, - И Джереми! Конечно, я позвала бы Джереми. Только мы не стали бы играть в Джуманджи - я до сих пор плохо сплю после этого фильма! Хотя, Оно намного хуже, у меня родители в гостиной смотрели, и я за ними поглядывала. Всего пятнадцать минут, но мне хватило, - убедительно киваю головой, переходя на доверительный шепот, - Ты боишься клоунов?
Он собирается подслушивать разговоры родителей, а я испуганно мотаю головой - плохая идея. Если мама узнает, то не видать мне сладкого и мультиков до самого конца вселенной. Папа, конечно, попытается заступиться, но обычно у него не очень хорошо получается. Мама иногда в шутку называет папу подкаблучником - а я всегда забываю спросить у Молли, что это значит. Видимо, что-то не очень плохое, потому что папа всегда начинает громко смеяться.
Однако даже то, что мой папа подкаблучник никак не меняет того, что если я попадусь - будет беда.
- Эд, а может, лучше найдем в родительских кассетах Оно? Спорим, ты не сможешь досмотреть до конца? А, слабо? Нет?... - кажется, он меня совсем не слушает, уже добравшись до двери в кухню и прислонившись к ней щекой. Пролет, просчет, провал. Покачав головой, иду следом, - Про нас? - удивленно округляю глаза, уже без особого страха приближаясь к нему. Без конфет можно и пережить, а без сплетенок - никогда, - Я тут не при чем, - прикрываю ладошками начинающие покрываться ярким румянцем щеки, чтобы Эд не увидел и шепчу ему на ухо, - Представляешь, я всего пару раз сказала ему привет, он мне даже совсем не нравится! - спешу заверить его я, а затем внимательно прислушиваюсь, - Ого. Ого! Ты правда целыми днями говоришь обо мне, Эдриан? - отворачиваюсь от двери и начинаю улыбаться до ушей - знаю, от этого скоро заболит лицо, но я никак не могу остановиться. А его классные ямочки на щеках снова становятся ярко красными, - А что ты говоришь? Ну расскажи, пожалуйста-пожалуйста, клянусь сердцем матери, я никому не расскажу!
Кровью отца я никогда не клянусь. Я из тех, кто однозначно умеет отвечать на вопрос о том, кого я люблю больше - маму или папу.
Эд не колится, я крепко держусь рукой за его запястье и тяну на себя.
- Знаешь такую игру? Секрет в обмен на секрет? Ты можешь задать мне всего один вопрос, на которой я обязана ответить честно, а потом я задаю вопрос тебе, и ты тоже должен ответить честно. Давай поиграем? Ты первый! Спрашивай, - хитро прищурив глаза, веду его к дивану. Мне-то абсолютно нечего скрывать, а вот почему он до сих пор краснеет - очень даже интересно.

Отредактировано Alexandra Burroughs (26.05.2019 21:15:20)

0

4

Когда тебе всего семь самое страшное  отнюдь не чудовище, живущее под кроватью или в шкафу, а то, что ты не знаешь, как описать и как правильно назвать то, что чувствуешь. Весь окружающий мир вдруг становиться таким загадочным и огромным, что даже вся серия энциклопедии «я познаю мир» не сможет дать ответы на возникающие вопросы. Мне было интересно все от того, движутся ли облака или это все обман зрения, почему падают звезды и почему каждый раз после школы мне нравится провожать Нарциссу Скотт до двери.
Я чувствовал, как мои щеки становились пунцовыми, ощущал легкую дрожь в коленях и какой-то странный прилив нежности, когда  Нарцисса крепко обняла меня. Мне было неловко, но в тоже время мне нравилось, что мой подарок заставлял ее улыбаться. Вроде бы мне ничего не подарили, при этом я чувствовал, будто бы у меня был собственный парк развлечений или второй день рождение, или я нашел тайник с шоколадными конфетами, моими любимыми с цельным орехом.
-Мой папа называет мистера Айронса идиотом, а мама любит повторять, что яблочко от яблони недалеко падает – я давлюсь леденцом, чтобы возразить тому вранью, которое наш одноклассник Том сказал Нарциссе. – Он - идиот. Санта Клаус существует. Су-щест-ву-ет – с видом всезнайки произношу я. – Я его видел на прошлое Рождество. Он пробрался ночью через камин и съел все овсяное печенье и выпил два стакана молока – если сначала я насупился, то когда дело перешло к доказательствам я, с не свойственной мне экспрессией, готов был вступить в любую полемику. Тем более со словами этого Тома Айронса. Он меня всегда раздражал, не зря я ему в лицо попал мячиком в вышибалы на физкультуре. – Ты веришь мне или Тому Айронсу? Я, вообще-то, твой друг – я обиженно скрестил руки на груди и отвернулся. Подумаешь, какой-то Том – гандон. Надо было просить у Санты- Клауса, чтобы он забрал к себе в Лапландию этого врунишку. Помогал бы эльфам или липриконам, да кому угодно, я уверен, что он сошел бы за своего.   
-Такого домика для барби больше ни у кого нет – я уже говорил, что в свои семь я знал, чего хотят девочки, я знал, как выбрать правильную и красивую игрушку. – Тебе будут все завидовать – в эту минуту я завидовал, завидовал тому, что у нее есть такой друг как я, а у меня есть такая подруга как она, которую на прошлое Рождество я доводил щекоткой, а за год до этого испачкал платье шоколадной пастой и в отметку получил шишкой в глаз. Мы были лучшими друзьями. Нам завидовали все. Ни у кого больше не было таких друзей.
-Это мне? – я неуверенно тяну за белый бант, а заем с шумом снимаю оберточную бумагу. – Вааааау – словно завороженный я кручу игрушку в руках, рассматривая ее со всех сторон, наблюдая за бликами от телевизора за машинке. – Ты самая самая пресамая лучшая прелучшая подруга на свете –я ставлю игрушку на пол и нажимаю на пульт. Я подхожу к Нарциссе и целую белокурую девочку в щеку. Я видел, что мама каждое утро целует папу в знак благодарности, а папа при этом начинает довольно улыбаться. Наверное, взрослые так благодарят друг друга. Потом просто сажусь рядом и увлеченно начинаю пилотировать игрушку поворачивая ее то направо, то налево.
-Жаль, что на это Рождество Джереми уехал к бабушке. Он ненавидит Алабаму, говорит, что там в центре города по улицам коровы ходят. Представь себе  коровы в центре города – сам не знаю почему, но одна только эта картина смешила меня.- А я не боюсь Джуманджи. Я его уже тысячу раз смотрел – гордо говорю я.  – Тебе надо посмотреть его со мной и тебе не будет страшно. – я откладываю пульт в сторону и запрыгиваю на диван. – Я ничего не боюсь. Мама говорит, что я самый храбрый – то, что мама мне говорила, что хвастаться нехорошо, периодически, я забываю.
- Спорим я досмотрю все, что угодно? Спорим-спорим-спорим? – я показываю язык и прислушиваюсь к разговору взрослых.  Мне было неловко слышать, как моя мама рассказывала миссис Скотт, о том, что я постоянно спрашиваю о Нарциссе и интересуюсь, когда она придет к нам в гости. Я снова покраснел. – Не расскажу – я  отбегаю от двери к дивану, готовый в любой момент закрыть уши. – Не так и много я о тебе и говорю. Последний раз рассказывал, как учительница похвалила тебя, когда ты рассказывала стихотворение Бернса. – я скрестил пальцы за спиной. – Больше я ничего о тебе не говорил. Мама все преувеличивает – подытоживаю я забираясь на диван с ногами.
- Я думал, что секреты должны храниться втайне – я тереблю рукава свитера, не зная что ответить. Больше всего на свете я боялся говорить правду, я сразу краснел и как-то странно улыбался. Мне было дискомфортно. – Ладно – мне хватило несколько секунд, чтобы прийти к выводу, что Нарцисса в любом случае не узнает,  правду я сказал или нет.- Мой вопрос: ты знаешь, кто в «секретике» в анкете написал, что любит меня? – анкеты мне казались глупостью, но мы с другими мальчиками любили пытаться угадать по почерку, кто из девочек, что написал. Не знаю почему, но эти глупые девчачья вещи почему-то были нам так интересны.

[nick]Adrian[/nick][icon]http://funkyimg.com/i/2NvnE.jpg[/icon][sign].[/sign]

Отредактировано Adrian Blackmore (25.05.2019 21:44:03)

0

5

[AVA]https://funkyimg.com/i/2UdE3.jpg[/AVA] [NIC]Narcissa Scott[/NIC] [SGN]https://funkyimg.com/i/2UdE4.jpg[/SGN]
Джереми... на секунду задумавшись о лучшем друге Эда, я по привычке морщусь, но кажется успеваю вовремя отвернуться - Эдька не заметил, во всяком случае, ничего не спросил. Откровенно говоря, я никогда не была в восторге от этого мальчишки - наедине со мной он всегда говорил мне какие-то пакости, а когда я села с Эдом на математике, он специально сел сзади и весь урок дергал меня за косичку! С тех пор, кстати, я прошу маму убирать мне волосы в пучок - Блэкборну это не очень нравится, но а что мне остается? Из-за этого несносного Джереми я чуть не прослушала вопрос Миссис Спиннет. Мама бы точно меня убила, если бы я получила четверку по математике. Ну, может, и не убила бы - все-таки я ее дочь, к тому же папа регулярно шутит про какое-то уколовное наказание (уколы ей за это что ли будут делать? брр, даже если бы моя дочь училась только на двойки, я все равно ни за что не стала бы так рисковать), но сладкого бы на неделю решила точно. А куда же я без сладкого-то?
В общем, лично в моем понимании, хуже Джереми человека быть не могло. И террористов. Террористы тоже очень плохие - но с ними мне не приходится видеться каждый день. Да, Джереми все-таки хуже.
- Кошмар, бедный Джереми... - как бы я не старалась, искреннее сочувствие в голосе мне изобразить не удалось, но так ему и надо! Меньше девочек за косички дергать будет! - А они его не бодают? Ну, или не пинают там? Они вообще дикие, коровы эти? - сейчас мой голос казался уже гораздо более заинтересованным.
Папа говорит, что людям нельзя желать плохого, но если честно, я бы не сильно расстроилась, если бы корова пару раз его пнула. Потому что, как я говорила - он ужасный. Не то, что Эд. Мне кажется, моя щека до сих пор чувствует прикосновение его мягких губ. При мысли об этом я снова густо краснею, но вовремя опускаю голову вниз, чтобы он не заметил. Нет, Эдриан конечно дразнить меня не будет, это слишком низко для него, но вдруг он что-то неправильно подумает? Или решит, что нравится мне? Молли говорит, что тогда все пропало. Решено: Эд не должен видеть, что я краснею. Чтобы как-то отвлечь его внимание, осторожно разжимаю его крепко зажатый кулак, и, улыбнувшись, беру его конфету. Я знаю, ему точно не жалко.
- Посмотрим. Только не в темноте! Никому не скажешь? - наклоняюсь к нему и говорю чуть слышным шепотом, - Если честно, я темноты боюсь. Ну мало ли что там может быть в темноте, не видно же? Никогда не думал об этом? - испуганно оглядываюсь и киваю в сторону двери в подвал, - Иногда мне кажется, что в самом углу подвала кто-то сидит. И смотрит на меня, представляешь? Я всего один раз туда зашла, но больше ни за что на свете никогда туда не пойду! Даже когда стану взрослой, куплю себе дом без подвала. И чердака. Чердаки тоже жуткие, - прищурившись, критически рассматриваю его самоуверенную моську и весело хмыкаю, - Может ты и сможешь досмотреть Оно с закрытыми глазами, но в подвал-то ты точно не пойдешь. Он не как у Кевина в Один дома, он намного страшнее! - показываю ему язык в ответ, скрещиваю руки на груди и самодовольно улыбаюсь. Вообще-то мне не очень хочется отпускать в подвал Эда, но он ведь не должен подумать, что по сравнению с ним я трусиха. Это как-то неправильно.
Он отбегает к дивану, а я на несколько секунд так и остаюсь стоять у двери. Почему-то вдруг мне становится тяжело дышать, и сколько ты голову не опускай - чувствую, как мои щеки начинают гореть, как после солнышка. Поэтому я делаю вид, что мне очень сильно захотелось конфет и поскорее бегу к большому хрустальному блюду, вставая на цыпочки, чтобы получше рассмотреть это велипколепие. Странно, но впервые в жизни меня не слишком-то волнуют красивые разноцветные фантики и отражающиеся в стекле разноцветные огоньки от светящейся гирлянды. Больше всего меня сейчас волнует вредный мальчишка, который отказывается мне отвечать.
- Нет, расскажиии! - беру в рот первую попавшуюся конфету - фу, гадость, с лакрицей - и быстро-быстро двигаю челюстями, чтобы поскорее освободить рот и заесть ее чем-нибудь внусненьким, - Мы ве ф тобой друфья, - нет, вот за это мама бы меня точно убила! Хорошо, она на кухне. Покосив взглядом в сторону плотно закрытой двери, облегченно вздыхаю и наконец проглатываю эту ужасную конфету, - Честно? Ты не врешь? Ты же никогда не будешь мне врать, правда? Настоящие друзья так не делают, я вот вообще никогда никому не вру!
Ну, кроме Джереми. Но Джереми не считается, он мерзкий. К тому же иначе он бы уже давно задразнил меня, рассказав всей школе, что я влюбилась в Эда. А это не правда! Ну, не совсем.
- Секретами нужно делиться с друзьями. Ты же мой друг? Вот и делись, - активно начинаю кивать головой, а внутри все как-то очень приятно сжимается и снова становится тяжело дышать. Странно, никогда со мной такого не было. Это все гадкая лакрица.
Меньше всего на свете я ожидала услышать этот вопрос. Мне конечно нечего было от него скрывать, КРОМЕ ЭТОГО. Я испуганно округляю глаза, пытаясь как можно быстрее сообразить, что бы на это ответила мама - она у меня адвокат, она всегда знает, что сказать. Папа тоже, но у мамы это всегда как-то хитрее выходило. А еще ведь я по правилам не должна ему врать, блин блинский!
- Знаю, - выпаливаю я раньше, чем до меня доходит смысл сказанного. Наверное, Эдя немного удивился тому, как я испуганно сжимаюсь и зажмуриваюсь при ответе, но сейчас вдруг до меня доходит, что все. Дальше говорить не обязательно, ведь он не спрашивал, кто это сделал, он спросил знаю ли я, верно? Конечно я знаю, в семь лет еще не страдают потерей памяти, верно? Зря вот только я это сделала, в следующий раз ни за что не сделаю подобную глупость, - Моя очередь: кто тебе нравится из нашего класса? Только честно! Ты мне обещал.
Мама учила всегда формулировать вопросы четко. Люблю ее за это. И не только за это, вообще люблю.

Отредактировано Alexandra Burroughs (26.05.2019 21:14:54)

0

6

22 ноября 2001 год.

- Ты отлично выглядела в костюме пилигрим,? – я катался по полу от смеха, рассматривая напечатанные час назад фотографии со вчерашнего школьного спектакля, посвященного Дню благодарения, первому из плеяды праздников символизирующих приток родственников со всех штатов от Миннесоты до Флориды ради индейки и тыквенного пирога.
Школьный спектакль – еще одна традиция претворяющая день благодарения, когда ученики младших классов ежегодно по одну и тому же сценарию рассказывают о единение и взаимопомощи индейцев и пилигримов в далеком семнадцатом веке. Каждый год девочки начинают драться за то, чтобы получить роль индейца, а мальчики тянут жребий, кто наденет на себя костюм индюшки. Это своеобразный тест на удачу, который в этом году я благополучно избежал. – Я даже жалею, что уехал с футбольной командой в Чикаго – когда-то я давал обещание Нарциссе, что не буду ей никогда врать, и чуть было не нарушил его сегодня. – Ладно, извини – на секунду я становлюсь серьезным – Я ничуть не жалею – и снова продолжаю смеяться, гримасничая над фотографиями.
– Вот эта моя любимая. Можно я заберу ее себе? Ну, пожалуйста, мы ведь друзья, – на расстоянии вытянутой руки, я показываю Нарциссе фотографию, где девочка закатывала глаза вверх, когда Джереми, игравший ее супруга забыл текст и сидел с таким выражением лица, будто бы он самый тупой человек на планете. – Сколько раз под столом ты ударила его по ноге? Он мне показывал синяк на голени – я заливался смехом, раскладывая на ковре фотографии исходя из своих увеселительных предпочтений: выкладывая самые нелепые практически у самых ног подруги, а обычные фотографии, которые обязательно найдут свое место в семейном альбоме семьи Скотт, откладывал в сторону, будто они ничего не значили.
- Я помню, когда последний раз ты так закатывала глаза, – еще немного, и я бы точно задохнулся от смеха. Это была своеобразная традиция на День Благодарения умереть от переедания или от смеха. – На Рождество, когда я тебе подарил домик для барби, а ты спросила, кто из нашего класса мне нравится, а я тебе сказал, что мне нравится Шей Гаррисон. Ты точно также закатила глаза, честное слово, я помню, будто это было вчера, – я усаживаюсь на полу, подбирая ноги под себя. – Вот я так не умею – я пытаюсь смотреть вверх, будто пытаясь увидеть собственный лоб. – Вот видишь, я так не умею – у меня начинали болеть глаза, но я все же продолжал предпринимать попытки спародировать Нарциссу.
Пока наши матери готовили индейку и сервировали стол в столовой,  наши отцы смотрели традиционный футбольный матч  по телевизору и пили что-то из красивых стаканов. Мы с Нарциссой были предоставлены себе все в той же гостиной, где за последние десять лет был изучен каждый уголок и где под подоконником год назад мы нацарапали наши имена и дату – 7 августа 2000 года.  Я не могу точно сказать, что было особенного в том дне, как и в любом другом, проведенном в стенах этого дома. Просто здесь всегда происходило что-то особенное. Этот дом для меня был, есть и будет олицетворением радости, несмотря на весьма грубый внешний фасад, этот дом для меня был самым светлым местом на свете, куда  я непременно стремился попасть.
-Я обещаю, что в следующем году не пропущу День благодарения в школе – я выпускаю из рук последнюю фотографию, убирая за спину ту самую, которая мне понравилась и на которой мои лучшие друзья выглядели весьма забавно.
– Вот скажи, почему все девчонки сейчас пытаются быть похожими на Бритни Спирс? – я перевожу взгляд на телевизор, где по музыкальному каналу крутили клип «Baby One More Time». - Я слышал, что Шей, Келли и Роберта будут танец к Новому году ставить для конкурса талантов, – сам того не осознавая на несколько минут буквально зависаю перед экраном телевизора.
- Джереми спрашивал, что подарить тебе на Новый Год. Скажу тебе по большому большому секрету, что ты ему нравишься, – произношу я настолько тихо, что надеялся, что Нарцисса это не услышит. Не знаю почему, но уже две недели я обещал своему лучшему другу Джереми узнать нравится ли он Нарциссе, но почему-то каждый раз находил отговорки, чтобы не спрашивать. А тут сейчас это все как-то само по себе получилось.
- Я тебе подарок привез, – я быстро пытаюсь сменить тему, будто бы не упоминал Джеремми, будто бы он и был тем идиотом, как на той фотографии, которую я уже спрятал в задний карман джинс. – Это браслет дружбы, – я протягиваю Нарциссе браслет из цветных ниток, вроде как ручной работы. – Пока ты его носишь мы друзья навсегда. У меня такой же – я поднимаю манжет рубашки, вверх показывая свой браслет.
- Джереми, он тебе нравится? - я вспоминаю слова отца, о том, что обещания нужно сдерживать и скрепя не только сердцем, но и голосом, возвращаю разговор в неприятное для меня русло.
Как мы сможем дружить, если мои друзья не просто нравятся, а больше чем нравятся?

[nick]Adrian[/nick][icon]http://funkyimg.com/i/2NvnE.jpg[/icon][sign].[/sign]

Отредактировано Adrian Blackmore (25.05.2019 21:45:01)

+1

7

Временами мне начинает казаться, что отец Эдриана недостаточно строго подходит к воспитанию ребенка, а в некоторых случаях – более того, опрометчиво жадничает на такие жизненно необходимые вещи, как подзатыльники. Мстительно прищурившись и обиженно выпятив нижнюю губу, я уже пару минут рассуждаю о непреодолимом желании ему помочь – собственноручно треснув эту издевательски ухмыляющуюся моську. Нет, Эдька по-прежнему мой лучший друг, и если копнуть чуточку глубже – туда, о чем думать я категорически отказываюсь – он мне даже очень, с приставкой «сильно» нравится. Но это совершенно не отменяет тот факт, что он ведет себя вот вообще не по-товарищески, уже полчаса угарая над моими фотками. Решено! Мама говорила правду - мужчинам доверять нельзя! Даже если один конкретный мужчина еще совсем юн и крайне симпатичен.
- Блэкборн! – если честно, сама удивляюсь неожиданной строгости в голосе. Поворачиваюсь к нему, от ярости крепко сжимая кулачки, - В следующем году я сделаю все, чтобы тебе попался костюм индюшки, а сама сошлюсь на какое-нибудь воспаление легких, и буду сидеть в зрительном зале, смеяться над тобой и отщелкаю пять фотопленок твоего позора! А потом расклею эти фотки на каждом углу нашего района, чтобы ни одна девчонка даже не посмотрела в твою сторону!
Потому что не будите во мне зверя.
Отдышавшись и перестав сжимать кулаки, я прижоху к выводу, что немного переборщила, поэтому успокаиваюсь и как-то даже немного вновато глядя на друга, великодушно киваю.
- Ни за что на свете! – закатываю глаза и сажусь рядом с ним.
Если честно, я практически совсем не ревную и уже давно пришла ко вполне логичному выводу (читай: смирилась) о том, что мы с Эдом всего лишь лучшие друзья. А он воспринимает меня как кого-то вроде Джереми, только послабей и (я надеюсь) посимпатичей. Я к тому, что как девочка я не интересую его от слова “вообще”. Переборов в себе детскую влюбленность, я стала вполне комфортно чувствовать себя в роли лучшего друга, к тому же, когда Перри из параллельного класса дергал меня за косички и обзывал противными словами, Эдик первым бросился разбить ему нос, а потом еще очень долго говорил, что сделает с ним очень много нехорошего, если Перри подойдет ко мне ближе, чем на пять метров. Правда, в итоге Моника сказала, что Перри я уже больше года тайно нравлюсь, но иметь такого крутого защитника как Блэкборн было все равно до жути приятно. И удобно.
Однако даже несмотря на обилие плюсов нашей дружбы, напоминать мне о дне, когда вместо своего имени я услышала Шей мерзкую мымру Гаррисон было вовсе необязательной. Моя улыбка резко становится слишком натянутой – но Эд на то и мужик, чтобы не видеть абсолютно ничего дальше своего носа (проверено) и не обращать внимание на подобные мелочи. Поэтому я не сильно напрягаюсь.
- Даааа, точно. Забавно было. А мне всегда казалось, что ты неравнодушен к Монике.
Во всяком случае, мне было бы смириться с этим куда проще, чем думать о том, что Эд тащится от девчонок с полным отсутствием даже намека на интеллект. Сосредоточенно покусываю нижнюю губу, я изо всех сил борюсь с тем, чтобы снова не закатить глаза.
- Понятия не имею, мне никогда не нравилась Бритни Спирс. А Шей и Келли пересмотрели «Дрянных девчонок». Вот увидишь, скоро они каждый день будут надевать розовое и начнут зажать на свой стол только «избранных», – и что-то мне подсказывает, что Эд обязательно попадет за этот стол, а вот я – вряд ли.
Не то, чтобы я вегда была тихоней и совершенно не умела веселиться, но почему-то я всегда считала ниже своего достоинства дружить с кем-то вроде Шей или Келли. Эдриан же – нет, я его не осуждаю, мальчишки есть мальчишки – постоянно тусовался с ними, потому что считал, что это “круто”.
- Серьезно? – сейчас меня интересует абсолютно все, что не касается подружек Эда. Поэтому я радостно хлопаю в ладоши и протягиваю ему запястье, - Ой как здорово, завяжешь? – а потом еще несколько минут с нескрываемым интересом разглядываю разноцветные ниточки на руке, на секунду отвлекаясь, чтобы виновато поджать губы, - А я не приготовила тебе подарок, блин! – недолго подумав, хитро прищуриваюсь, - Как насчет фотографии, которую ты уже минут десять причешь в своем заднем кармане, м? Сойдет?
Он снова говорит о Джереми, а я вспоминаю слова отца о том, что врать близким очень некрасиво. И честно, мне очень хочется сказать Эду правду о том, что с Джереми я общаюсь только чтобы побольше времени провести с ним, но прежде чем я успеваю сообразить, мысленный образ Шей высокомерной гадины Гаррисон заставляет меня сказать:
- Да, – поджав губы на пару секунд, продолжаю, - Ты только не говори ему, ладно? Я не хочу, чтоб он знал. Обещаешь?
К тому же, какая теперь разница? Если папа действительно не врал, то меньше чем через месяц с уеду на другой конец Америки и не увижу ни Эда, ни Джереми больше трех лет. От этой мысли внутри становится как-то очень-очень больно, я пододвигаюсь к Эду поближе и крепко сжимаю его запястье.
- Мы с тобой ведь лучшие друзья, правда? А лучшие друзья должны поддерживать друг друга, и как бы один из них некрасиво не поступил, всегда все прощать и понимать… – несколько секунд внимательно разглядываю ковер под ногами, - Ты можешь пообещать мне одну вещь? Можешь пообещать мне, что мы всегда будем лучшими друзьями? Всегда-всегда? Что бы не случилось? – я начинаю смущаться под подозрительным взглядом Эда и тыкаю пальцем в браслет, - Слушай, да это какой-то волшебный браслет, видишь как он на меня действует? А ты пойдешь со мной на нового Гарри Поттера или уже с кем-нибудь договорился?
Меня зовут Нарцисса Скотт и я лучше всех на свете умею переводить темы разговора.
- Только давай пойдем вдвоем, ладно? Без Джереми, Шей, Моники и Келли? Нет, я ничего не имею против них, они классные, – чуть подумав, вспоминаю, - А Джереми мне вообще очень нравится, но давай пойдем вдвоем?
[AVA]https://funkyimg.com/i/2UdE3.jpg[/AVA] [NIC]Narcissa Scott[/NIC] [SGN]https://funkyimg.com/i/2UdE4.jpg[/SGN]

Отредактировано Alexandra Burroughs (26.05.2019 21:14:58)

+1


Вы здесь » Manhattan » Альтернативная реальность » а я искал в недавно выпавшем снегу осколки лета ‡альт