http://forumfiles.ru/files/000f/13/9c/97668.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/40286.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/95139.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/22742.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/96052.css

Manhattan

Объявление

Новости Манхэттена
Пост недели
Добро пожаловать!



Ролевая посвящена необыкновенному острову. Какой он, Манхэттен? Решать каждому из вас.

Рейтинг: NC-21, система: эпизодическая.

Игра в режиме реального времени.

Установлено 5 обложек.

Администрация
Рекомендуем
Активисты
Время и погода
Дамиан
Маргарет · Амелия

На Манхэттене: февраль 2019 года.

Температура от -3°C до +11°C.


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Manhattan » Письма о любви » goddamn


goddamn

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

The Eden Project ft. Leah Kelly Crazy in Love
               Twenty one pilots Heathens

http://funkyimg.com/i/2R5pL.jpg
I never said to be like me, I say be yourself and make a difference

+10

2

[nick]Mr. J[/nick]
[icon]http://funkyimg.com/i/2R6At.gif[/icon]
Если ты читаешь это письмо, значит все закончилось. Раскуроченные лопасти вертолета (огонь и железо), смех – неоновой вспышкой (детка, ты умрешь за меня?) и в каждом всратом телеэкране экстренный выпуск спец. новостей: ВОЛШЕБНЫЕ ЖИТЕЛИ ГОТЭМ-СИТИ, СЕГОДНЯ, СТАРАНИЯМИ НАШЕЙ ДОБЛЕСТНОЙ АРМИИ, БЫЛ УНИЧТОЖЕН ОЧЕРЕДНОЙ КОВАРНЫЙ ЗЛОДЕЙ (фото в анфас и профиль: ты будешь ради меня жить?).

Если ты читаешь это письмо, закажи в забегаловке вишневый пудинг и помяни черта.

- я убил Джейсона Тодда;
- я содрал кожу с малыша Монти;
- я вышиб мозги Саре Эссен;
- я вынудил Кларка Кента прикончить собственную беременную жену;

(кто следующий? ОГЛАСИТЕ ВЕСЬ СПИСОК!)

Твой дорогой Мистер Джей подыхал за жизнь столько раз, что это перестает быть смешным. Хреновая шутка за триста подобна улыбке, вытатуированной на ладони – воняет фальшью, потом и едкой амброй.
Когда ты сползаешь вниз и твои соски царапают мои бедра, я вдыхаю гормональный запах твоего разгоряченного тела и представляю, как вспарываю глотку очередному «добренькому» мудаку кухонным ножом, – это хорошая шутка.
Когда мы танцуем на взлетной площадке под чешский джаз (красное и зеленое, пятна на фоне токсичного неба), ночь скукоживается прожекторами до размеров заплесневелой горбушки – разрывной пулей, и ты, как помешанная сучка, скалишь свои ровные зубы, – это хорошая шутка.
Но не вот это вот все.
(актеров на мыло, публика в негодовании; НЕ ВЕРЮ!)

Если ты читаешь это письмо, значит ты по-прежнему гниешь в Белль-Рив, и хороший вопрос, кому повезло больше: мне, тебе или тому доблестному тюремщику в парадно-выходной сбруе, что болтается на куске обсосанной простыни под потолком клетки, кованной из титана (сперма на вкус – огонь и железо, смех – неоновой вспышкой, тебе – нравится?)

Мы не хотели жить вечно и не хотели жить «правильно», полагаясь на силу тех, кто, вроде как, по статусу, всемогущ. Мы хотели купаться в крови и заниматься любовью с тем, кто останется после нас. Мы хотели быть сумасшедшими и грязными. Мы хотели осквернить все, что нам дорого. Мы хотели уничтожить все, что дорого им, стоящим по ту сторону нормальности, толерантности и в рот ебаного равноправия.
Эй, народ Готэм-Сити, вы чувствуете себя уязвимыми? Чувствуете, как мы наблюдаем за вами, пока вы смотрите свои сопливые сериалы про супергероев, а ваши мерзкие отпрыски сгорают заживо в школе, на работе, по дороге домой, подобно мешкам, набитым дерьмом и костями, на кострах инквизиции? Это – обратная сторона вашей ненасытности, и нашего, так называемого, сумасшествия. Наш манифест. Наш гражданский долг. Наша религия, честь и совесть.
Мы могли это сделать.
(и я все еще чувствую зуд под кожей)

Помни, детка: все, абсолютно все, в этом чертовом мире лишено смысла, кроме алогичного алгоритма наших поступков (тотальный геноцид обращать в веселье, шутить до кровавой пены из глаз) и нескончаемой жажды.
(ТРАХНИ НОРМАЛЬНОСТЬ!)

Меня мало заботит смерть и все то, что за ней последует. В витражах разрушенного собора – приклеенные к губам улыбки (НАШЕ ПОКОЛЕНИЕ БУДЕТ ЖИТЬ ВЕЧНО). Горстка политиканов в вечернем выпуске новостей (ГОТЭМ ОЧИСТЯТ ОТ ЗЛА). «Дражайшая мисс Гордон, что прикажите подавать на завтрак, манную кашу или инъекцию веселящего газа?» (НАМ КАК ОБЫЧНО). Психиатры из Аркхэма с умным видом записывают в блокнот: у вас, Мистер Джей, отклоняющееся поведение.
(они хотят знать: вы способны испытывать удовольствие?)
Неон. Разводной ключ. Стопка карт на столе. Ножи, лежащие полукругом. Чугунный заржавленный лом. Бетон и бутылочное стекло. Надписи на стенах. Детские распашонки. Восковый контур лица. Гуталиновая ухмылка. Кровь капает на клавиши разбитого пианино. Под ногами хрустит свежий попкорн – BANG! BANG! BANG! – где она??
Когда в середине прайм-тайма худенькая блондинка спрашивает Брюса Уэйна что приносит вам удовольствие, я едва сдерживаюсь, чтобы не выхватить пистолет: лживое лицемерие оседает горячим порохом на кончике языка, этакой вязкой кислотной рвотой, под ногтями собирается кровь, и я, успокаивая себя, думаю о запахе вишневого пудинга и мягкой шерстке плюшевого котенка, которой мне так и не случилось коснуться.
(желать – значит отдаться, отдаться – значит подчиниться; УДОВОЛЬСТВИЕ? ХРЕНА С ДВА)

Если ты читаешь это письмо, детка, знай, я тебя (нена)вижу.

На обложке глянцевого журнала (ATTENTION! WANTED!) ты смеешься как сумасшедшая, выкалывая глаз репортеру обломком бейсбольной биты. Живое орудие убийства. Ловкая, подвижная смерть. Под прицелами фотокамер ты кажешься мне невыносимо красивой – акт свершившегося насилия обращается обещанием, острое желание стекает горячим сгустком вниз живота, – когда мы встретимся, я заставлю тебя его отсосать. 

Когда мы встретимся, я заставлю тебя вскрыть этот чертов нарыв, гноящий гарью и копотью (смех – неоновой вспышкой; раскуроченные лопасти вертолета – огонь и железо) Пока ядовитая кровь просачивается сквозь скомканные ладони и пачкает изумрудные запонки на манжетах – мне не больно. Пока молодость и юность танцуют с нам бок о бок – мне не больно.

(БЕЗУМИЕ! СУМАСШЕСТВИЕ! МИСТЕР ДЖЕЙ_ОКАЗЫВАЕТСЯ_ВСЕ_ЕЩЕ_НЕ_ПОДОХ!)

И если ты, вероятно, все-таки, вопреки все заверениям и бесчисленным «не» (НЕВОЗМОЖНО! НЕМЫСЛИМО! НЕСПРАВЕДЛИВО!) читаешь это письмо, значит я здесь, я вернулся, из гари и пепла, чтобы тебя спасти.
Улыбнись же мне, детка.
(и идем домой)

Отредактировано Cillian McBride (13.02.2019 19:51:00)

+13

3

Пудинг!
Для начала я хочу, чтобы ты знал, они били меня током, они кололи в меня всякую дрянь, запихивали в меня какие-то трубки, через нос, чтобы засовывать в меня еду! Можно же засовывать иные вещи в иные отверстия удовольствия ради! Ужасный акт насилия над моим существом, но я им отомщу, выберусь из этой ёбаной клетки и обязательно им отомщу.
Они недооценивают меня, они недооценивают нас, ну что за идиоты?

Ты им ещё покажешь, мы им ещё покажем. Да-да, я прошу тебя не вычёркивать меня из своих планов. Или не отрицай моё активное участие в их реализации.

Я хочу смотреть на то, как ты им сделаешь очень-очень больно.

И я буду смеяться над ними, очень-очень громко. Выбей стену, спили замок с моей клетки, перестреляй всех и забери меня домой.

Но ты не думай, я не сижу в ожидании тебя, сложив ноги крестиком и почитывая дамские романчики о любви, я тут головой вниз вишу, и пульс по ушам делает бух-бух. Но я уверена, тебе бы понравилось. Да и не трахались мы кверху ногами, вроде, ещё ни разу.
Я  знаю, каким взглядом ты смотришь на меня. Я его чувствовала, он проползал в меня пиявками безумия и цеплялся в самый разум, отравленный, выкрашенный в цвет твоих волос. Принюхайся, мои волосы не пахнут кислотой? Или, может, я недостаточно пропахла тобой? Или, может, это голоса в моей голове не могут отойти от восторга полёта, скорой смерти и чудесного воскрешения, которое ты сотворил?
Ты меня чувствуешь, ты меня ждёшь, кислота выедает и твои уши, и ты не слышишь слова: «невозможно». Рисуя улыбки поперёк чужих лиц, ты жаждешь свободы от условностей нормальной жизни, навязываемой теми же идиотами, которые разлучили нас. На минуточку, это ненадолго.

Мы будем вместе вновь.

Я буду танцевать ради тебя. Я буду облизывать набалдашник твоей трости, глядя в твои вечно остывшие глаза. И не скалься своей серебристой улыбкой, это всего лишь прелюдия!
(Иногда твой смех до тошноты противен, как ты только его издаёшь, скрипучий ты старикашка? Сколько тебе лет вообще? Ой, прости-прости, это всё голоса в голове, молчат, поют, перешёптываются, а также иногда советуют бежать от тебя подальше, но я их не слушаю, я правильно всё делаю, Пудинг?)
Кстати говоря, тут отвратительно кормят. И морды у них всех страшные, нажратые. Мне бы хоть одного красавчика, чисто полюбоваться для утешения собственной потребности в прекрасном. Только не ревнуй, Пудинг, всё равно я знаю, что только ты самый лучший, самый сумасшедший и самый прекрасный. И самый, блять, отбитый, в самом лучшем смысле этого слова.
Пока ты рассуждаешь о высоком, пока ты рассуждаешь о прекрасном, я тут вишу вниз головой, и пульс скребётся об уши голосами. Это немного напоминает наркотический трип, от твоей татуировки на лбу до поднебесья Готэм-сити. Ты обещал мне всё, а вместо этого потопил нашу машину, хотя я не умею плавать. Пудинг, ты такой смешной и непостоянный!

А теперь я хочу сказать тебе вот что.

Да хрена с два ты у меня умрёшь! Я могу показать тебе свой язык, можешь засунуть себе его в рот, и мы скажем, что так и было. Мы докажем всем, что Пудинг и его Детка живее всех живых. Или я уже говорила в этом письме про доказательства?
С чего ты вообще взял, что ты так просто покинешь меня? Нет уж, ты бросился за мной в кислоту, ты извлёк меня на этот мир обновлённой, и я не собираюсь отпускать тебя так просто. Я буду скорбеть по тебе так, что твой милой жопке станет слишком кисло и влажно на том свете. И тебе придётся вернуться, чтобы подтереться и успокоиться.
Да и знаю я, ты просто так не уйдёшь. Не обманывай меня так больше, Пудинг! Иначе обломок биты воткнётся уже в твой глаз. Ты начнёшь меня душить, о мой токсичный Пудинг, ты захочешь в этот миг и моей смерти. Но подумай, тебе пойдёт, обязательно пойдёт быть пиратом! Ко всем твоим плохим-плохим штучкам добавится ещё и этот маленький аксессуар (одним больше, одним меньше, да же?).

Перестань думать слишком много (у тебя и так уже от этого волосы окислились в зелёный!).

Просто уже приди за мной, забери меня.

И мы пойдём домой (танцевать под поднебесьем Готэм-сити под тот самый чешский джаз, на мне будет красно-чёрный клетчатый костюм, твой любимый, а ты будешь кряхтеть своим дурацким смехом).

Ой! Кто-то стучится в стену!

Прости, Пудинг, кажется, это ты пришёл за мной! Всё, не могу с тобой больше разговаривать!

Пока!

… и привет!
[nick]Harley Quinn[/nick][status]когда-то ты был битником[/status][icon]http://s6.uploads.ru/iasbu.gif[/icon][sign]---[/sign]

+10


Вы здесь » Manhattan » Письма о любви » goddamn