http://forumfiles.ru/files/000f/13/9c/51687.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/40286.css

http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/95139.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/22742.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/96052.css

Manhattan

Объявление

Новости Манхэттена
Пост недели
Добро пожаловать!



Ролевая посвящена необыкновенному острову. Какой он, Манхэттен? Решать каждому из вас.

Рейтинг: NC-21, система: эпизодическая.

Игра в режиме реального времени.

Установлено 5 обложек.

Администрация
Рекомендуем
Активисты
Время и погода
Дамиан · Маргарет

На Манхэттене: май 2019 года.

Температура от +15°C до +27°C.


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Manhattan » Эпизоды » high society ‡эпизод


high society ‡эпизод

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

https://i.imgur.com/UHMLl3Xm.png

Время и дата: 05.04.2019 г., 19:00.
Место: выставочный зал в Нью-Йорке.
Участники эпизода: Michael Bryce & Priscilla Burroughs.
Краткий сюжет: в мире, где руководят деньги и родословная очень нелегкого найти место человеку, который вырос в условиях, далеких от тех, что так привычны людям из высшего общества. Он не выбирал себе эту жизнь, никогда не просил её изменить. Судьба сама решила, как для него будет лучше. Майкл столкнулся с миром и людьми, которые ему чужды. Они видят в нём чужака, который пытается вклиниться туда, где ему попросту нет места. Однако все ли люди видят в нём человека недостойного, быть может найдутся те, кто сможет разглядеть в нём нечто особенное?

Отредактировано Michael Bryce (07.04.2019 10:34:25)

+1

2

Майкл стоял напротив большого зеркала в просторной комнате, отведенной под гардероб и рассматривал своё отражение. С того момента, как огласили завещание матери прошло больше двух месяцев. Он перебрался на Манхеттен, и как мог осваивался в новом городе, привыкал к новым условиям и людям, которые вечно норовили вылезти из себя, чтобы произвести на него впечатление. Отныне его мнение очень много значит, хотя не все способны воспринимать Брайса всерьез. Он был бастардом получившим в одночасье всё, о чём даже не смел мечтать. Его персона подвергалась вниманию со стороны прессы, люди ждали от него оплошностей и мужчина совершал их раз за разом, выставлял себя на посмешище неправильно подобранными фразами, одеждой, в которую любил одеваться, своим поведением. Ему казалось нелепым одеваться в деловой костюм от именитого дизайнера, носить дорогие часы за сотни тысяч долларов, водить крутую тачку и строить из себя человека, которым он на самом деле не является. Однако, Брайс согласился на всё это по доброй воле. Надеялся узнать о матери больше, если окажется в кругу тех людей, с которыми ей приходилось иметь дело.
- Я вижу, что ты чувствуешь себя весьма некомфортно в данном смокинге, но он тебе идеально подходит. Хоть ты и сын своего отца, но в тебе есть и кровь Джоанны. Я вижу её в твоих глазах каждый раз, когда встречаюсь с тобой. - Дворецкий останавливается в дверном проеме, но Майкл жестом просит его войти внутрь, чему тот подчиняется. Он был в возрасте, прислуживал Беррингтонам ещё тогда, когда мать Брайса была младенцем. Ричард знает всё о её семье, о ней самой, но редко соглашается говорить об этом. Даже в их первую встречу с Брайсом он был немногословен, хотя Майкл жаждал получить ответы на все свои вопросы.
- Чувствую себя расфуфыренной принцессой, которая торопиться на бал в этом костюме от именитого дизайнера. Не хватает только блесток и страз. - Майкл ухмыляется, отворачивается от своего отражения и перевод взгляд на дворецкого. - Прежде, я носил вещи, которые стояли не больше десяти долларов, а сейчас вынужден примерять на себя смокинг за сотни, а то и тысячи долларов, подбирать к нему галстук или бабочку. Может все-таки можно надеть привычные джинсы и кроссовки? Все итак считают меня клоуном, так зачем же мне доказывать обратное. - Он был в курсе того, что о нём думают люди. Они всегда врали ему в лицо,  а за глаза пытались промыть все кости. Элита не терпит вмешательства в её круги людей недостойных.
- Майкл, тебе выпало тяжкое бремя. Люди чуть ли не с рождения становятся частью элиты, а ты должен влиться в неё по праву наследия. - Ричард подходит ближе к Брайсу и останавливается напротив него. - Я очень хорошо знал твою мать и если тебе достался её характер, хотя бы отчасти, то ты вылезешь из себя, станешь кем-то другим, сделаешь всё, что от тебя потребуется, но добьешься своего. - Если его мать была такой, как говорил дворецкий, то сходства действительно были. Майкл знал о своём упорстве не понаслышке. Он всегда шёл к той цели, которую ставил перед собой, преодолевая все препятствия на своём пути.
- Я не знал свою мать, а единственная состоявшаяся встреча, не дала мне понять, что для меня значит этот человек. - Брайс мысленно вернулся к тому моменту, когда познакомился с ней в прошлом году. Он заметил незнакомый припаркованный автомобиль, когда подъезжал к своему дому. Его появление весьма насторожило, ведь люди никогда не забирались в такую глушь. Майкл вылез из своего автомобиля первым, а затем и она вышла из своей машины. Элегантная, одетая с иголочки, женщина двигалась в его сторону. Она сообщила ему, кем приходится, но он почему-то не удивился этой новости. Наверное всё потому, что именно так мужчина и представлял себе их первую встречу. Они говорили обо всём, что гложило обоих, но не все вопросы получили свои ответы. Женщина пообещала, что в скором времени они свидятся снова, но как оказалось этому было не суждено случиться. - Получил ли я это всё потому, что действительно заслужил или это откуп зато, что она не могла быть рядом со мной все те годы, когда я отчаянно нуждался в ней? Думала ли эта женщина обо мне или рождение второго ребенка затмило то, что у неё есть ещё один сын? Мы проговорили несколько часов, но этого оказалось недостаточно.
- Я не могу дать ответы на твои вопросы, так как не являлся приближённым к твоей матери настолько, чтобы она делилась со мной столь сокровенными вещами. Я всего лишь дворецкий. Однако могу с уверенностью сказать, что твоей маме было нелегко. - Ричард шумно вздыхает, словно сам возвращается к тем временам, когда Джоанна ещё была жива. Он видел её отчаяние, желание быть счастливой с тем, кого женщина так и не смогла полюбить. -  Ты был рожден от человека, которого она любила. В минуты, когда ей удавалось побыть одной, она мысленно старалась быть с тобой за сотни километров от этого дома. Это сложно понять, но если бы ты был отцом, то сам тяжело переживал расставание со своим ребёнком. Воспитывать сына от нелюбимого человека куда сложнее, но не любить своё дитя она не могла. - Майкл знал о переживаниях так много, но все вызванные беспокойства были связаны лишь с его отцом, ведь именно он был его семьей.
- Мой младший братец оказался тем ещё засранцем. Думаю, что всему виной брешь в его воспитании, но могу и ошибаться. Ещё не раз он будет возникать на моём пути и причина предельна ясна. - Брайс снова поворачивается к зеркалу, в очередной раз поправляет галстук, который  не с первой попытки ему удается завязать ровно. Кажется, сейчас он готов поквитаться со всем миром, чтобы доказать свою принадлежность к высшему обществу.
- Думаю, что вы ещё найдете общий язык друг с другом, даже если сейчас между вами вражда. - Ричард смотрит на свои старинные часы на цепи, которые достает из кармана, а затем переводит взгляд на Брайса. - Майкл, тебе следует поторопиться, возьми самую быструю машину и отправляйся в путь. - Мужчина кивает своей головой, выходит из гардеробной и отправляется прямиком в гараж, где выбирает черный Jaguar. Машина под стать его новому "я". Под покровом сумерек, Брайс покидает свой особняк и выезжает на главную дорогу. Он не замечает, как преодолевает путь до выставочного зала. Припарковавшись, Майкл спешно вылезает из своего авто и проходит в зал, где уже собралось очень много ценителей искусства, к которым он не мог себя отнести. Он блуждал по комнатам, как и все присутствующие, замирал на несколько минут возле картин, которые находил весьма любопытными, а затем двигался дальше. С ним никто не старался заговорить, хотя многие с любопытством поглядывали в его сторону.
- Доброго вечера, мистер Брайс. Не думал, что Вы решитесь посетить данное мероприятие. - Послышалось где-то позади спины, на что Майкл мгновенно реагирует, оборачиваясь к человеку, который произнес его фамилию.
- У меня есть пригласительный, если Вы об этом. - Брайс вопросительно изгибает свою бровь, запускает ладонь во внутренний карман пиджака за доказательством того, что находится на этом вечере по праву.
- Нет, я не об этом. - Незнакомец останавливает его, отрицательно покачивая своей головой. -  Ныне Вы желанный гость на всех светских раутах. Не сомневаюсь в том, что Вам было доставлено приглашение на этот вечер. Извините, я не представился, Уильям Блейк. -  Он протягивает вперед свою руку и Брайс пожимает ему её. Майклу была крайне любопытна причина, по которой этот разговор был начат. Ричард настаивал на том, что Брайсу необходимо устанавливать прочные связи в высшем обществе и не воспринимать всех людей, как своих врагов. Возможно, что кто-то из них захочет встать и на его сторону. Вот только нужно было ещё найти этих людей и разглядеть не подвох ли это. - Я человек, который написал все этих картины. Вы интересуетесь искусством?
- Думаю почему бы не начать им интересоваться, ведь сейчас я могу позволить себе приобрести все картины, которые находятся здесь, если захочу. - Ни для кого не было секретом, что Майкл являлся состоятельным человеком и мог распоряжаться своими денежными средствами, как пожелает. Брайс мог стать выгодным партнером или же спустить своё состояние на совсем ненужные ему вещи, что все от него и ждали. - Покажите мне ту, которую любите больше всего? Наверняка ведь есть такая.
- Чувствую в Вас задатки делового человека. От слов Вы с легкостью переходите прямо к делу. Действительно, есть одна работа, которая вызывает во мне целую бурю чувств. На ней изображена моя муза, коей я не устаю восторгаться и по сей день. - Больше Уилл не произносит ни слова, а удаляется туда, где Майкл ещё не был. В выставочном зале было очень много произведений. Когда они преодолевали комнату за комнатой, Брайс понял, что не охватил своим взором даже половину работ. Блейк подводит его к картине, где была изображена обнаженная девушка. Изгибы её тела были поданы автором так, словно он восхвалял её, боготворил. Художник отметил на своей работе все совершенства женского тела. Она была той, о которой грезит любой мужчина.
- Само совершенство. - Произносит Блейк, словно прочтя мысли Майкла. - Не хотел бы расставаться с ней, но если Вы заинтересованы...
- Я подумаю об этом. Вечер ведь ещё не завершен, верно? - Было в этой работе нечто чувственное, что хотелось накрыть её чем-нибудь, скрыть девушку от взора других. Брайс был весьма заинтригован, вот только была ли эта картина подлинно срисованной с настоящей девушки или же автор приукрасил её достоинства, когда та позировала ему.
- Вы правы. Не могу не предложить Вам присесть за мой столик во время банкета, который начнется с минуты на минуту. - Уильям замирает, словно боится услышать отказа от человека, с которым быть может в скором времени состоится очень выгодная сделка.
- Если Вы настаиваете. - Майкл принимает приглашение, а затем вновь следует за Блейком, который на это раз уводит мужчину в банкетный зал. За столиком уже сидели несколько человек и Брайс знакомится с каждым из них, пожимая всем мужчинам руки. Он присаживается на свободное место, подмечая, что соседний стул остается пустующим. - Вы ждете кого-то ещё? - Вопрос Майкла остается без ответа, так как к столу подходит девушка по всей видимости та самая, для которой и было придержано пустующее место. Он вскакивает со своего места, чем весьма удивляет присутствующих. Дворецкий поднатоскал его перед тем, как Брайс стал посещать банкеты. Ричард сообщил, что если дама соблаговолила присоединиться за стол, а свободное место оказалось рядом со стулом Майкла, то необходимо приподняться и оказать девушке помощь. Возможно, что советы были неуместны случаю или же относились к тем мероприятиям, которые канули в небытие, посему собравшиеся смотрели на него столь недоуменно. Мужчина отодвигает соседний стул, помогает незнакомке удобно расположиться за ним, а затем присаживается рядом. Брайс чувствовал себя полным идиотом и очень надеялся, что в тускло освещенном помещении не видно, как он покраснел. В спешке он не разглядел девушку, но сейчас, когда она сидела с ним рядом, Майкл взглянул на неё. Черты лица, изгибы тела, легкая улыбка играющая на губах всё это казалось ему знакомым, а потом он понял, что девушка на картине была самой, что ни на есть настоящей и эта мисс само совершенство сейчас сидела рядом с ним.

Отредактировано Michael Bryce (07.04.2019 11:08:16)

+2

3

лето, 2013 год, Рим.

Это была худшая из идей на которую пришлось согласиться, чтобы получить в последствии желаемое. «Значит ты, Присцилла хочешь снимать квартиру и жить отдельно от семьи?» надрывно и почти истерично звучит в голове голос матери, которая замерла в дверном проеме гостиной с ножом в руке. Нет, не стоит думать, что она угрожала колюще-режущим предметом и требовала отказаться от подобной затеи, подобное вовсе не в духи Эбби, ей порой достаточно бросить один короткий и тяжелый как гиря взгляд на провинившегося перед ней человека, чтобы все мысли последнего спутались и все, что он мог сказать в свое оправдание – это проблеять что-то близкое «ну я же хотел (а) как лучше». Да, ее младшая дочь поступила в точности, как и любой из тех, кто был вынужден выстраивать свою жизнь по тем правилам, которые диктовались Эбигейл Берроуз. Все, что она смогла выстроить в качестве своего защитного слова – это жалкое «мы могли бы договориться». Как оказалось с матерью семейства договориться сложнее, чем дождаться письма их Хогвартса. Эбби, как и ожидалось, поставила условия, которые по всей видимости должны были не только оставить в памяти ее ребенка неизгладимое впечатление от поездки, но еще и убедить ее в том, что жить отдельно от семьи, пытаясь диктовать свои собственные правила окружающим – полнейший бред. И взглянув на ту же Айви, которая постоянно была согласна с мнением матери, можно было уверенно сказать, что поездка в Рим будет едва ли не сопоставима по сложности с прогулкой Данте Алигьери в адское пекло.
Прис ерзает на стуле, пытаясь устроить удобнее, пока все внимание Эбби, да и Айви тоже, сосредоточено на меню дорогого ресторана. Сцилла даже не притронулась к предложенному ей меню, прекрасно зная, что выбор будет сделан за нее и никакого жирного, сладкого или калорийного ей не позволят, дабы не портить ее идеальную фигуру.
- Ты можешь хотя бы минуту посидеть спокойно? – С елейной, прикипевшей к ее тонким губам улыбочкой, Эбби бросает свой колкий, как острие вилки взгляд на свою младшую дочь. Она говорит негромко и вряд ли ее голос привлек внимание людей за соседним столиком, но этого оказывается вполне достаточно, чтобы и Сцилла, и Айви вдруг замерли на своих местах, расправляя плечи и чуть приподнимая подбородки.
- Прости, здесь слишком неудобные стулья, - тяжелый вздох, только на сей раз с нотками недовольства, возможно в следующий раз у Прис переполнится чаша ее терпения и она все-таки треснув кулаком по столу, встанет, сдвигая свой стул назад и позволяя тому противно скрипнуть ножками, а потом бросив белоснежное полотенце поверх тарелки на которой нет ничего тяжелее листа салат и скажет, что с нее довольно, что она устала от всей этой показушности и манерности и ей хочется прогуляться по солнечным римским улицам в одиночестве, поглощая при этом джелато в таких количествах в каких сама сочтет нужным. К столику лавируя между соседними подобно идущей по узкому каналу гондоле, «подплывает» официантка. И Прис, едва взглянув на нее, думает: «Интересно, у нее еще не болят мышцы на лице от такой неестественной улыбки?» Идеально выглаженная белая рубашка, при взгляде на которую можно ослепнуть, да еще и мысль, которая не дает покоя бедной-богатой английской девочке, будто бы случайно забредшей в этот небольшой уютный ресторан. Что, если бы у Сциллы была возможность поменяться с ней местами? Всего на день не жить под гнетом тяжелой руки Эбби Берроуз, не слушать нотаций на тему того какой должна быть жизнь Присциллы и почему она обязана до самой гробовой доски всем, что ей доступно, быть благодарна своей матери и где-то там еще крайне редко упоминается отец.
За обсуждениями платьев, которые сегодня предстоит надеть на званный ужин, Сцилла довольно быстро расправляется с бокалом своего вина.
- Не налегай на спиртное, Прис. – Эбби видит и слышит все, что творится вокруг, даже если, вы думаете, что она не замечает ваших действий, поверьте, замечает и непременно укажет вам на ваши ошибки, если не сразу, то отыскав в своем плотном графике воспитания двух дочерей, небольшой перерыв в пару минут. Она считает себя прекрасным примером для подражания и судя по тому, как ей в рот смотрит старшая сестра Айви, они одного поля ягодки.
- Мне нужно пройтись, - комкая на коленях салфетку, прерывает неспешную беседу Присцилла, поочередно взглянув на мать и затем на сестру. – Здесь душно. Предчувствие, что сейчас ее обвинят в том, что виной ее плохого самочувствия станет излишек вина в ее организме, не оправдывается.
- Ты собираешься пойти одна? – отставив в сторону бокал с водой, Эбби переводит свой взгляд на Сциллу и вопросительно поднимает бровь: - Ты ведь не знаешь город.
-  Мне двадцать два, мам. – Сдержанный вздох, попытки привести убедительные доводы, пока в совестном поединке Эбби Берроуз не приставила к твоему виску револьвер и не потребовала капитуляции своим излюбленным «я знаю, как тебе будет лучше». – Половина гуляющих по здешним улицам туристов не знают города и именно для этих целей придуманы путеводители, а читать я благодаря вам с папой, умею с трех лет. Надо отдать должное, Эбби не меняется в лице, ни один мускул на ее лице не дрогнул с той самой минуты, как ее младшая дочь попыталась проявить самостоятельность. Забавно, что от тебя требуют самостоятельности, целеустремленности, бескомпромиссности и принимать верные решения в любой ситуации, какой бы банальной она не была (помни, что в дальнейшем даже выбор цвета полотенца для рук, может изменить твою жизнь, Прис), но при этом опекают как однолетнее, комнатное растение, заключенное в колбу, подобно той розе от цветения которой зависела жизнь сказочного принца, превращенного в мохнатого монстра. Эбби смотрит на свою дочь слишком пристально, если бы ей дали в руки лупу это было бы достаточно карикатурно, так обычно рассматривают очередной научный образец, пытаясь при пристальном его рассмотрении, определить способен ли он выжить в условия окружающей среды без вмешательства великих умов. На людях Эбби никогда бы не позволила себе всплеснуть руками и завыть сиреной, то ли дело дома, когда весь спектакль могут наблюдать исключительно родные, вот там да, там раздолье ее актерскому мастерству и крики «ты ведешь себя как неразумное дитя» это тянется еще с тех пор, когда Прис отказывалась участвовать в школьных конкурсах или спектаклях. Эбби никогда не умела принимать во внимание желания своих детей, сравнивания те с бесполезным времяпрепровождением, от которого в последствии не будет никакого толку. И совсем другое дело конечно все то, чего она добивалась для своих детей будь то кружки, место в нужной секции или билеты на важное мероприятие.  К двадцати годам от этого можно заметно устать, особенно если ты в душе скрытый бунтарь.
- Иди, - неожиданно для всех сидящих за столом, совершенно спокойно говорит Эбби, а затем вновь переключает все свое внимание на меню. Прис и Айви обмениваются друг с другом недоуменными взглядами, а затем Сцилла успевает выскочить из-за стола прежде чем ее мать передумает и отдаст распоряжение вернуться в их общество до того, как Присцилла покинет уютный ресторанчик и отправиться изучать местные достопримечательности в гордом одиночестве.

март 2019 г. НЙ.

- Dio Mio! – задевая край столика за которым со своим макбуком расположилась в обеденный перерыв Присцилла, мужчина в твидовом костюме, занимает свободное место напротив, во все глаза изучая ту, что намеревалась в появившийся свободный час, немного отвлечься и более внимательно изучить список уведомлений на сайте «Badoo» где стараниями объединившимся в группу Дэо, Вик и Сэм бедной Присцилле пришлось зарегистрироваться дабы среди тысяч анкет и не меньше сотни фотографий половых членов, высылаемых прямиком в личный чат, отыскать того единственного, предназначенного ей судьбой.  – Не узнала? – Решив, что его познания в итальянском не возымели нужного эффекта, собеседник Прис переходит на английский. – А я узнал. Я бы тебя даже спустя сотню, нет, ТЫСЯЧУ лет, узнал.
- Простите, - Сцилла оглядывается в поисках официантки или охранника, которые могли бы прийти ей на помощь и избавить от назойливого собеседника.  – Мы разве знакомы? По спине пробегает неприятный холодок, а в голове зарождается мысль о том, что он может быть одним из тех, чью анкету просмотрев, Прис отправила ее в папку «не интересует».
- Лето. Италия. Рим. Сломанный каблук.
- Вилли? – Едва не перевернув задетую рукой чашку с капучино, Сцилла прикладывает к своим губам ладонь, чтобы сдержать эмоции внутри. – Не может быть! – Она отстраняется, прижимаясь спиной к спинке своего стула, а затем вновь подается вперед, касаясь рукой мужской руки, которая выбивает пальцами по столу нервную дробь. – Это правда ты?!
- Да, mia cara, это я, - он смеется, накрывая ее руку своей свободной ладонью и слегка пожимает ту. – Какими судьбами ты тут? Вновь бегаешь от пристального взгляда своей матери и пытаешься быть свободной? – Цепкий взгляд его проходится по женским рукам, дабы проверить наличие обручального кольца.
- Опека матери давно в прошлом, я живу так, как хочу уже без малого лет пять, возможно шесть.
- То есть с той самой судьбоносной встречи, которая случилась, между нами, в Риме? – чуть щуря свой взгляд, уточняет Уильям.
- Примерно, - слегка пожимая плечами, не отрицая сказанного и не соглашаясь со словами старого знакомого, отвечает ему Присцилла. – Какими судьбами ты здесь, в Нью – Йорке?
- О, у меня выставка.
- Ты все же смог? Твои картины пользуются спросом?
- Некоторые из них. – Уклончиво отвечает мистер Блейк, не сводя своего взгляда с лица Берроуз. – И я бы хотел, чтобы ты взглянула на них. Они стали лучше, понятнее окружающим. Я никак не мог выбросить из головы те несколько дней…
- Вилли, - Взгляд Присциллы становится более осмысленным и строгим, хотя всего лишь мгновение назад он искрился и был таким чарующим, каким его невозможно было бы передать на холст с помощью красок.  – Я бы с удовольствием взглянула на твои картины.
- Правда? – Он моментально запускает одну руку во внутренний карман своего пиджака, чтобы вынуть из того визитку, но затем спохватившись, вынимает уже из другого кармана свой навороченный айфон и просит Сциллу продиктовать ему свой номер.  – Я позвоню вечером и сообщу детали.  Договорились?
И разве он оставляет ей право выбора? Берроуз кивает, диктует и сославшись на массу неотложных дел, торопится покинуть кафе в котором её неожиданно отыскал ее давний друг, хотя дружбой назвать то, что было между ними можно с большой-большой натяжкой.

апрель 2019 г. Банкетный зал.

Это Нью – Йорк и это публика, что медленно рассаживалась за столы согласно расставленным на тех карточкам с именами приглашенных гостей, все они были по сути своей высокомерными, хвастливыми идиотами, чьи жизни давно были расписаны на годы вперед, и все, чего они хотели на данный момент -  мериться тачками, элитным жильем в разных странах мира и дипломами дорогостоящих образовательных учреждений. Их роскошные дома полные антикварных вещей и дорогостоящих украшений пополнялись новыми и новыми вещами, цена на которые порой была непомерно завышена непонятно по какой причине. Прис мельком взглянула на ценник одной из выставленных картин и лишь скривила свои чувственные губы в снисходительной ухмылке. Очертания становились все более четкими и прозаичными, Вилли медленно, но, верно, закапывал свой талант в огромную кучу зеленых купюр, потому что только благодаря наличию денег, в современном обществе можно выбить себе место под солнцем и никакие фокусы с кистями и палитрой не сделают тебя счастливее, чем звук отсчитываемых банкоматом купюр. В этом весь он – Нью – Йорк.
Это все же чувство вины, гложущее ее на протяжении последних лет, особенно в моменты полного одиночества, заставило ее прийти сюда. В прошлом слова Вилли ее пленили и подарили чувство малознакомое ей тогда, но такое желанное – чувство свободы, независимость. Он будто навел на нее морок, все говорил и говорил, а затем водил кистью по холсту, и именно под этот звук, когда Колонковая кисть соприкасалась с плотным, крупнозернистым полотном цвета яичной скорлупы, так хорошо засыпалось. Почему же тогда она сбежала? Что конкретно в словах Блейка ее насторожило и вынудило вернуть под крыло собственной деспотичной матери? Что?
Она замирает в растерянности посреди зала, в попытке отыскать взглядом Вилли и только благодаря тому, что он занят тем же самым, они довольно быстро находят дорогу друг к другу. Она неторопливо движется по направлению к столу, стараясь держаться расслаблено, но почему-то все равно ощущает на себе посторонние взгляды тех, кто собрался за соседними столиками.
- Надеюсь я Вам не помешала. – Едва успевает вымолвить Прис, когда один из сидящих за столом мужчин подобно выпущенной из-под пресса пружине вскакивает из-за стола и начинает двигать ее стул. Во взгляде Берроуз всего лишь на миг можно заметить легкую растерянность от такой расторопности, она полагала, что за ней будет ухаживать тот, кто пригласил ее сюда – Уильям, но тот, судя по всему, даже не успевает отложить салфетку, которую едва успел расстелить на своих коленях.
-  Я ведь не пропустила ничего интересного? – Стараясь разрядить обстановку за столом, с улыбкой интересуется  Присцилла, не сводя взгляда с Уильяма, который кажется мыслями находится, где угодно, но не за этим столом. Как бы там не было, он определенно рад тому, что она пришла, просто видимо именитые художники выражают свой восторг от встречи несколько иначе. Ее опоздание определенно привлекло необходимое к ней внимание. Она одаривает всех сидящих за столом легкой улыбкой, краем взгляда улавливая, что лишь единственный человек из тех, кто был представлен ей сейчас, пристально изучает ее профиль.
- У меня помада размазалась? – Неожиданно интересуется она, слегка повернув голову по направлению к соседу. Немного нечестно по отношению к «новичку» так неожиданно вторгаться в его личное пространство, демонстрируя тот факт, что ей удалось уличить его в чем-то якобы постыдном, хотя на деле, рассматривать кого-то и просто при этом задуматься о чем-то своем, очень даже в духе тех, кто живет и изо дня в день покоряет Нью – Йорк. – Или вы на всех мало знакомых женщин так пристально смотрите? Нас вроде не представили друг другу. Меня зовут Присцилла. 

вв мисс Берроуз

https://funkyimg.com/i/2SZhK.png

Отредактировано Priscilla Burroughs (13.04.2019 11:57:21)

+2

4

- У меня помада размазалась? – Мужчина отрицательно качает своей головой, только сейчас осознав свою фатальную ошибку. Он откровенно изучал черты женского лица, мысленно сравнивая их с нечеткими деталями, которые присутствовали в работе художника. Ему стало любопытно, а знает ли девушка сидящая перед ним о существовании произведения, в котором отражена обнаженной. - Или вы на всех мало знакомых женщин так пристально смотрите? Нас вроде не представили друг другу. Меня зовут Присцилла. 
- С макияжем у Вас всё в порядке. Просто у меня сложилось впечатление, словно я где-то уже Вас видел, но по всей видимости это всего лишь ошибка. Мы незнакомы. - Мужчина ответил весьма уклончиво, так как не знал наверняка секрет или нет её присутствие на картине. Не всегда ведь такие работы пишутся вживую, иногда автору достаточно подключить своё воображение, чтобы написать что-то. К слову, создатель данного произведения не внес в женский образ никаких изменений, по всей видимости решив оставить всё так, как есть. Вышло завораживающе, хоть и откровенно. - Меня зовут Майкл.
- Думаю, что понял к чему он клонит. - Мужчина, который привел Брайса к столу по всей видимости решил устранить возникший конфуз. - Я показал ему особенную картину и, как мне кажется, он догадался о том, кто на ней изображен. - Он лукаво улыбается, поглядывая на Майкла, словно у них двоих был один общий секрет. Ему было нечего скрывать. К слову, дело автора говорить о своих работах или нет, как и выставлять их публично напоказ.  - Вы хорошо запоминаете детали, мистер Брайс.
- В настоящее время только это меня и спасает. - Фраза прозвучала довольно двусмысленно, но зато она была правдива. Ему часто приходилось думать о том, что он говорит и как ему следует себя вести. В мире столь коварном бдительность никогда не помешает. Нужно быть все время начеку, подмечать любую деталь и всегда быть настороже. Люди порой совершенно не следят затем, что говорят и как поступают. Промахи можно легко заметить, а затем обернуть против своих врагов.
На фуршет подали мясо с гарниром и порцию салата. Будь он в обществе знакомых ему людей, то взял бы любой столовый прибор, лежащий перед ним и приступил к трапезе. Друзья не посмеялись бы над тем, что он напрочь забыл какой вилкой необходимо пользоваться в том или ином случае. Хотя те люди, с которыми он общался прежде никогда бы не смогли себе позволить ужинать такие блюда, да и ещё в таком места, их попросту не пустили бы внутрь. Они бы просто завались в бар, где Майкл работал, пили пиво, которое он разливал бы по их кружкам за деньги и размышляли о жизни. Брайс выбрал вилку, которая лежала самой последней слева. За ним никто не наблюдал, люди за столом непринужденно общались, не обращая никакого внимания на его присутствие. Он не мог понять по их взглядам, взял ли столовый предмет правильно или же нет. Девушка справа от него решила прочистить своё горло, чем привлекла внимание Майкла. Мужчина не сразу понял в чем дело, но когда она указала на вилку с ножом в своей руке, спешно взял правильный столовый прибор, пока другие мужчины за столом не заметили той оплошности, которую он допустил. Собравшиеся недолго ужинали и временами Майкл включался в те темы, где ему находилось, что добавить от себя, но основную часть разговора мужчине приходилось молчать. Он чувствовал себя лишним за этим столом и был бы очень рад подвернувшемуся моменту, который позволил бы покинуть данное мероприятие.
- Будьте так любезны, Майкл, проводите Прис к картине, к которой я Вас подводил ранее. До последнего не показывал ей свою работу, так пусть же она увидит её сегодня. - Мужчина берет бокал с игристым шампанским, делает пару глотков, а затем встает, словно намеривается куда-то удалиться.
- Очень признателен Вам за данное предложение, но я вынужден отказаться. Думаю, что это честь автора демонстрировать своё творчество. - Майкл решил быть непреклонным. Все-таки картина это совсем не его дело. Идея попросить продемонстрировать ему одну из лучших работ художника была весьма глупой и сейчас он отчетливо понял это.
- Сегодня много гостей, с которыми мне очень хочется встретиться, а вечер не длиться долго. Думаю, что Присцилле будет приятно провести время в такой компании, как Вы. Я присоединюсь к вам позже. - Мужчина больше не говорит ни слова, а просто удаляется к тем гостям, общение с которыми ему казалось наиболее важным. Быть может это были и не гости вовсе, а какие-нибудь деловые партнеры которые уже ни первый раз приобретали произведения искусства из-под его руки. Брайс не был ценителем прекрасного, а посему многие картины ему казались обычной размазне за кругленькую сумму денег. Возможно, он попросту не умел смотреть столь глубоко, чтобы видеть скрытый смысл в этих изображениях. Всего лишь на минуту погрузился в раздумья и не заметил, как девушка сидящая рядом приподнялась со своего сидения и замерла позади его спины. Неужели она действительно нашла в нём интересного спутника? Прис столь пристально смотрела на него, когда он обернулся, что Майкл начал сомневаться в том, а помнит ли он куда нужно идти или нет, если уж девушка все-таки собралась следовать с ним к картине.
- По всей видимости мне придется сопровождать Вас лично. - Брайс встает со своего стула и предлагает ей взять его под руку. Идея кажется весьма неподходящей данному случаю, ведь они малознакомы и по залу подобным образом ходят в основном лишь люди обремененные отношениями, а они таковыми не были. И все же его идея оказалась принятой во внимание. Присцилла взяла мужчину под руку и двинулась вместе с ним к нужной комнате.
- Вы интересуетесь творчеством того человека, который организовал данное мероприятие? - Вопрос был со скрытым подвохом, так как Майкл надеялся узнать в каких отношениях девушка состоит с художником. Будь они любовниками, то наверняка произведение было написано автором вживую. Она могла ему позволить нарисовать её обнаженной. Возможна, что эта работа не должна была быть выставлена на всеобщее обозрение, но автор решил иначе. Брайс прекрасно понимал, что стыдиться девушке совершенно нечему, но наверняка она почувствует себя не комфортно, когда всё увидит своими собственными глазами. Без единого изъяна она была отражена на холсте маслеными красками, такой же она была и живьем. Утонченная в жизни, хрупкая, но в тоже время опасная и страстная. Блеск в глубине её глаз говорил о том, что она далеко не так, какой может показаться с первого взгляда. В каждом человека живут свои демоны, которые временами проявляются и показывают свою личину. И в ней было что-то такое необузданное, потаенное. Хотелось бы разгадать её, вот только такие девушка, как Присцилла держат путь к своему сердцу и душе под надежным замком. Слишком холодная и расчетливая, такой она ему казалась. - Я признаюсь, что был весьма обескуражен увиденным. Надеюсь, что Вас не сильно смутит то, что вскоре предстанет перед Ваши взором. - Брайс подводит девушку к картине, где собралось несколько зевак, пристально разглядывающих её, но они сразу двинулись дальше, когда Майкл остановился прямо напротив изображения. Присцилла сосредоточенно изучала то, что возникло перед женскими глазами. Сложно было понять по выражению лица девушки то, о чем она думает и что чувствует. Быть может мысленно Прис перенеслась в тот момент, когда эта работа создавалась. Майкл был последним человеком, который должен был стоять рядом с ней в такой момент, но тем не менее именно он оказался рядом с ней. - Может сбежим? - Идея казалось безумной, но не сказать, что уж совсем невоплотимой в реальную жизнь. Решить, как правильней всего поступить: сбежать, чтобы скрыться от пристальных глаз, которые стали находить сходства или же сбежать, потому что просто хочется совершить что-то безрассудное?

Отредактировано Michael Bryce (28.04.2019 15:46:37)

+1

5

Новичка в этой игре о богатых и знаменитых всегда узнать легче. Он теряется от обилия имен, негласных правил, помпезности. Шик и блеск – здесь главное оружие каждого из присутствующих гостей и если ты не способен впечатлить внешним видом или подвешенным языком, умением влезть в любую задницу без мыла, то это не твое общество, каждый сочтет за привилегию растоптать тебя. Это не то место, где ты легко заведешь друзей, скорее уж за косой взгляд не в ту сторону, наживешь парочку врагов.
Разглядывая содержимое своей тарелки и мысленно голосом Гида подначивая себя о том, что порцией, которую здесь считают за норму, невозможно накормить даже протею, которая в свою очередь может обходиться без еды десять лет, обдумывала первое, что услышала от парня, сидящего с ней плечом к плечу. Данное сравнение объяснялось довольно просто – Берроуз, недавно наткнувшись на статью о животных, которые способны долгое время прожить без еды, конечно же, как и любой человек, считающий, что всезнание – это признак не занудства, а гениальности, ознакомилась со статьей и осталась весьма довольна подчерпнутой информацией. С Майклом она раньше не сталкивалась и его пристальное внимание могло бы польстить такой как мисс Берроуз, если бы при всем своем шарме, который источал, казалось бы даже сам того не понимая, Майкл не казался растерянным подростком, который неожиданно даже для самого себя, угодил на вечернику свингеров.  Мысль о том, что общение с братом меняет Прис и ее образ мыслей, была прервана неожиданно вмешавшимся в попытку познакомиться с новеньким, самим хозяином вечера. Самодовольство, именно это первым слышит, Присцилла, стоит только Вилли вклиниться в их беседу. Чтобы не было изображено на той картине, он определенно подначивает «свою» даму в том, чтобы она захотела ее увидеть. Она пристально смотрит на художника, словно пытается прочесть его мысли, а затем отводит взгляд, мельком взглянув на соседа слева.
Невольно в этот момент вспомнился случай из детства. Вот Присцилле заплетают косу, вот она надевает свои новые туфли с лакированными носами, а на пряжках можно разглядеть желтые астры, вместо сердцевины у которых сверкающие камешки, еще миг и слышится дружный смех всех домочадцев, мама и папа обнимают и целуют именинницу в красивом желтом платье в мелкий белый горох, затем их внимание ненадолго переключается на именинника – Гидеона – брата двойняшку Присциллы и, наконец, наступает время подарков. Подарки всегда в их семье выбирались с умом, но осознание того, что все было просчитано до мелочей, приходит только спустя непомерное количество прожитых лет. Восторг, трепет и смех, когда шуршавшая обертка опадает к ногам, а через небольшое прозрачное оконце в крышке коробки с подарком становится ясно, что мама и папа дарят своей маленькой принцессе крохотный, но детально выполненный сервиз. Прис хмурится в попытке вспомнить, что же в тот их общий день рождения получил ее брат, но так и не может, все-таки была слишком увлечена собственным подарком. Эбби предлагает открыть коробку и изучить содержимое той. Внутри, как и ожидалось, оказался в точности повторяющий настоящий набор посуды и инструкция в виде небольшой книжки с яркими рисунками, где были рассказаны правила сервировки стола. Эбби заставила ее выучить. Эбби всегда заглядывала в комнату во время чаепитий с кроликом и куклой Синтией, чтобы проверить, что ее дочь правильно разложила крохотные ложки и вилки на столике с клетчатой скатертью. 
Поднеся салфетку к губам, Прис негромко кашлянула, привлекая внимание соседа к себе. Она недвусмысленными взглядами дала ему понять, что вилка выбрана неправильно. Присцилла никогда не была такой как все, иногда она предпочитала свернуть с уготовленной ей тропы, чтобы с головой окунуться в новое приключение. И видимо это вечер не стал для нее исключением.
В беседе, невольной участницей которой стала сама Присцилла, назревает что-то близкое по духу дуэли. Уильям никогда не славился мягкостью или сговорчивостью, он предпочитал командовать, а где такое позволительно если не на вечере в твою честь? Он и сейчас пытался сломить того, кого по ошибке счел легкой добычей. Отложив столовые приборы и слегка комкая в руках белоснежную салфетку, которую расстелила на своих коленях, Прис наблюдала за мужчинами, в эпицентре противостояния которых она против своей воли оказалась. Не добившись желаемого результата и не дождавшись поддержки от самой Берроуз, Блейк решительно покинул гостей за столом, сбросив обязанность развлекать свою гостью на плечи абсолютно незнакомого ему человека. И Присцилла этот «благородный» жест запомнила очень четко. Она встала из-за стола, как только Вилли удалился и ей пришлось немного подождать, пока Майкл обратил на нее свое внимание.  Мало кто понимал в том, что сейчас произошло, и чтобы лишний раз не накалять обстановку, Берроуз решила, что сама проявит инициативу для дальнейшего знакомства с Майклом.
- Именно так. – С улыбкой она подтверждает догадку Майкла, беря его под руку. – Не расстраивайтесь из-за подобного пустяка, Майкл, - говорит она шепотом, как только они успевают сделать пару шагов от стола в направлении занятной картины, - Уильям любит задирать всех вокруг себя – это его визитная карточка. Очень любит, когда после его ухода все его обсуждают. Но, - она с полуулыбкой бросает взгляд на плечо своего кавалера, скользя по четкой линии гладко выбритого подбородка, его лицо словно слеплено по тем древнеримским скульптурам, которые ей доводилось изучать в музеях. - Мы не доставим ему удовольствия, обсуждая его. Верно?
Встречный вопрос Майкла заставляет Присциллу ненадолго задуматься. Все подготовленные слова застревают у нее в горле. Она бы предпочитала не распространяться среди присутствующих на вечере о том, что с Блейком у нее был роман. За последние восемнадцать лет она успела забыть каково это – чувствовать голодный взгляд такого мужчины как Уильям.
- В прошлом, возможно. – уклончиво отвечает она на вопрос, скользя взглядом по толпе собравшихся гостей. - Мы не виделись с мистером Блейком несколько лет и наше знакомство было краткосрочным. Я не следила за его карьерой и его творчеством после. А вы? – В голосе чувствуются стальные нотки адвоката – профессионала, тот кто душу из тебя готов вытрясти, чтобы узнать правду.  Его слова заставляют немного нервничать, где-то под коленями ощущается слабый зуд, а по стопам гуляет неприятный холодок, чтобы не было изображено на той чертовой картине, Прис должна ее увидеть.
Звуки то нарастает, то стихает – словно волна накатывает на берег. Аромат лосьона после бритья, с пикантной ноткой морской свежести витает в воздухе, в этом нет ничего удивительного, в основном у картины собрались мужчины, но среди любопытствующих встречались и женщины. Присцилла пристально смотрит на картину до тех пор, пока перед глазами не начинают вспыхивать разноцветные мурашки. Она, не задумываясь ныряет в глубины собственной памяти, рыская там – разве, когда Вилли предлагал быть для него натурщицей, он предлагал оголяться? Злость, стыд, паника – их выбрасывает к берегам сознания одновременно, и причиной служит огромное полотно с обнаженной женщиной на нем, в чертах которой Берроуз без труда способна узнать себя. Вот почему Майкл так пристально смотрел на нее, стоило ей только присоединиться к тем, кто сидел за столом вместе с Уильямом. По рукам бегут колючие мурашки. Все размыто перед глазами, точно акварельный пейзаж. Резко накатывает тошнота, вынуждая сжать губы и поднести к ним бокал с шампанским. Звук, хотя даже скорее оборванная эмоция, зарождается глубоко-глубоко внутри, в животе. По пути к горлу выкручивает душу и вырывается наружу – едким шепотом в направлении своего спутника. И в нем столько ярости, что слезам места нет.
- Какой был бездарностью, такой и остался. 
В ней говорит злость и обида, две сестры - подпевалы друг другу. Возможно, картина не так уж и плоха, мазки ровные и четкие, даже цвет кожи передан с точностью до того легко оттенка загара, который Присцилла смогла заиметь во время своих римских каникул.
- Если позволишь, я перед уходом должна кое-что сделать. – Негромко говорит Присцилла, разглядывая поднимающиеся со дна своего бокала пузырьки шампанского. Она направляется через толпу туда, где слышится голос Уильяма, ее шаг уверенный, почти чеканный, голливудские локоны слабо пружинят от такой походки. Толпа подобно морю расступается перед ней и наконец ее взору является лицо Уильяма с голливудской улыбкой, он без труда догадывается, что Берроуз наконец-то увидела его лучшее творение и открывает было рот, чтобы сказать, как он безмерно счастлив случившемуся, когда все содержимое бокала Присциллы оказывается выплеснутым ему на холенное лицо. Под торжествующее молчание собравшихся гостей, которые смотрят на нее с приоткрытыми ртами, она передает пустой бокал застывшему в шаге от нее с подносом официанту, а потом направляется обратно к Майклу, вновь подхватывая его под руку.
- Мы можем идти.

+1


Вы здесь » Manhattan » Эпизоды » high society ‡эпизод