http://forumstatic.ru/files/000f/13/9c/51687.css
http://forumstatic.ru/files/000f/13/9c/62080.css
http://forumstatic.ru/files/000f/13/9c/97758.css
http://forumstatic.ru/files/0014/13/66/96052.css

Manhattan

Объявление

Новости Манхэттена
Лучший пост
Добро пожаловать!



Ролевая посвящена необыкновенному острову. Какой он, Манхэттен? Решать каждому из вас.

Рейтинг: NC-21, система: эпизодическая.

Игра в режиме реального времени.

Установлено 5 обложек.

Администрация
Рекомендуем
Активисты
Время и погода
Люк · Маргарет

На Манхэттене: март 2020 года.

Температура от +5°C до +15°C.


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Manhattan » Реальная жизнь » Oro se do bheatha abhaile ‡флеш


Oro se do bheatha abhaile ‡флеш

Сообщений 31 страница 32 из 32

31

Она слышит входную дверь. Знает, что вышли отнюдь не горничные. Позволяет взять зажигалку. Снова быть сильнее. Спасти.
Внутри тепло и трепетно. Даже таблетки не могут придушить это юное, но всемогущее чувство. Оно не тает ни с первой затяжкой, ни с последней. Только растет. Впитывается через тепло руки на плече. Даёт сил и веры в лучшее. Веры в себя.
Она не знает, что сказать. Маленькая Джэйн Салливан давно нашла бы десяток фраз на этот случай из жизни. Но она уже взрослая, побитая, уставшая. И она не знает, что сказать, чтобы всё не разрушить. Чтобы не пустить момент по ветру, что так резко и порывисто обнимает их обоих. Она не дрожит, нет. Его рука на плече дарит достаточно тепла, чтобы справиться.
Но недостаточно чувств, чтобы этого ей хватило. Хочется быть ближе. Честнее. Прямо под сердцем. Тёплым комочком свернуться в изумрудном взгляде. Урчать, когда тонкие пальцы будут перебирать волосы. Трепетать и пропускать удары сердца, когда решится продолжить их разговор в поцелуях. На своём, особом языке чувств. Джэйн сказала как ей нежно и страшно. Улисс - как ему порывисто не всё равно, и не страшат её горе и слезы. Как хочет обладать её душой властно, хоть и не признается вовек.
Вслух он предлагает ей лишь отдохнуть. Обещает быть рядом. Он прав, ей стоит поспать. Дать телу напитаться силой этой весны, как пробудившемуся растению.
«Буду рядом, пока не уснёшь». Она чувствует глубоко внутри порыв броситься сейчас же на шею. Выкинуть сигарету, обнять крепко. Раствориться в спокойствии и уверенности. Сказать, что она готова на всё, пока он рядом.
Но странный акцент на возрасте режет по ушам. Она бросает недоумевающий короткий взгляд. Для неё не имеют значения цифры. Ей плевать, слышишь?

Она забирается в кровать не раздеваясь. Неся с собой шлейф табака и горького шоколада. Кутается в одеяло и чувствует тут же, как тяжелеют веки. Улыбнётся устало в ответ на ласковый, тёплый взгляд. Он не был готов отпускать её ещё тогда. На утёсе. Теперь не отпустит и подавно. А она, с таким трудом засыпающая при чужих, снова растает в сладкой дреме почти сразу. Незаметно и скоропостижно.
Спасибо, Улисс. Ули..
Ей снится бесконечное, теплое изумрудное море. Ласковые волны, обнимающие тело всё тем же лёгким белым платьем. Волосы, расплывающиеся зыбким ареолом водорослей. Она раскидывает руки и отдаёт себя на волю волнам. Закрывает глаза и раскидывает руки. Чувствует впервые, что не тонет. Что упругие, сильные потоки держат её крепко. Позволяют дышать. Приглушают все лишние звуки. И греют, наполняют теплом изнутри.
Просыпайся, милая Джэнни. Тебя заждались.
Она открывает глаза медленно и неохотно. Забирает с собой частичку соленого воздуха и седой пены на гребнях. Не теряет ни капли тепла.
Она пытается сфокусировать взгляд, как будто чужая для этого тяжёлого от дневного сна и таблеток тела. Чувствует касание руки. Боится окончательно просыпать, вдруг ей только кажется.
Тёплыми ото сна пальцами она оплетает его ладонь. Трепещет от того, что всё взаправду. В груди вибрирует третья струна на пятом ладу. Помогает отбросить сон и погрузиться в настоящее с головой.
- Ты ещё здесь.. - она шепчет простую истину, но пытается выразить в этом всю свою благодарность. Всё своё доверие. Привязанность. Любовь?
Она не хотела бы увидеть здесь, на своей кровати, никого другого. Не променяла бы это прикосновения ни на одни другие руки в мире. Грудь сжимает, не хватает воздуха, сердце тяжело ухает о спрессованные ребра.
Она садится, думает, что так будет проще. Оказывается очень близко. Смотрит в глаза осторожно, как будто спрашивая разрешения. Но не дожидается ответа, целует украдкой в самый краешек губ. Утыкается скорее лбом в плечо. Пытается отдышаться.
- Иди, я сейчас спущусь.
Сложно уйти, когда ты так близко и крепко цепляешься, глупая Джэйн.
Она вздрагивает и отпускает его. Спускает ноги с кровати и позволяет уйти. Сжимает изо всех сил кулаки, чтобы не броситься следом. Пока ещё справляется.
Она быстро принимает душ, смывая остатки сна в темный провал. Надевает подаренный свитер, мягкие просторные брюки. Наспех вытирает волосы. Ей удивительно легко и приятно. Как будто не было ничего утром. Несколько дней назад. Пару месяцев назад в Нью-Йорке. Как будто не было всей её мрачной и невыносимой жизни. Как будто..
Она осекается на миг. Озирается на темный провал окна. Смотрит на резкие тени скул. На провалы усталости под глазами. На лихорадочный взгляд. На жёлто-оранжевые огоньки пристальных звериных взглядов. Ты всё та же, Джэйн Салливан. Не обманывайся.
Но он привязался к тебе такой..
Теплый шепот на самое ухо заставляет вздрогнуть. Тронуться с места. Спуститься вниз. От ароматов, наполнивших зал, вспомнить, насколько она голодная и как давно не ела. Занять место рядом с Улиссом. Удивительно чутко ей накрыли именно здесь. Или по его просьбе?
Она набрасывается на еду, как спасённый с необитаемого острова. Но наедается слишком быстро. Берет в руки чашку с чаем и вглядывается в одинокий маленький осколок листа, покачивающийся в глубине. Так пронзительно больно.
- У тебя в доме есть алкоголь?
Она знает, чем заливать эту боль. Она изголодалась по притупленным чувствам. Смотрит украдкой, следит за его реакцией. Порой, кажется, что ничего не изменилось с первого дня, и она всё так же ждёт неожиданного удара под дых. Но теперь при любой малейшей ошибке терять придётся куда больше, чем в первые дни. А потому нужно быть ещё осторожнее.
- Джастин не вернулся? - это вопрос задаёт тихо и глухо, опустив плечи и отставив чашку, чтобы спрятать пальцы в рукава. Они снова уже холодные, несмотря на то, что ей тепло. Так нелепо.
Она бы хотела помочь ему. Но знает, что эти порывы навязаны ей стыдом и виной. Острым чувством, что она что-то ему задолжала. Неожиданно стала чем-то именно теперь. И нестерпимо хочется вернуть свой долг.
- Он же.. справится?

+1

32

Улисс понимал, что она ослеплена своей странной привязанностью. Странной для него. Она не видела в нем ничего такого, что разделило бы две тектонические плиты их душ навсегда. Он видел все в себе сам. Она не видела его возраст. Он видел. Это была и есть бесконечно глубокая и широкая пропасть. Они почти из разных эпох. У них разница в одно поколение. Он годится ей в отцы. Какой кошмар. Улисс смотрит на нее ласково, пока она засыпает и сворачивается клубочком под одеялом. Но как только ее лицо расслабляется, а дыхание выравнивается, его взгляд тяжелеет, наполняется льдистыми кусочками беспокойства, принесенными откуда-то из Арктики. Он сутулится, упираясь локтями в колени, массирует веки ледяными пальцами.
Во имя всех богов Ирландии… Что с нами происходит.
Где-то в уголке сознания колется и крутится мысль: Что же я наделал… Что наделал… Это ты виноват, ты что-то сделал, она к тебе привязалась невесть зачем, невесть почему. Он поднимется, уйдет к себе, чтоб подумать, переварить, осмыслить. Получалось очень плохо. Улисс откинется в кресле, запрокинет голову назад, рассматривая сквозь ресницы узоры на потолке. Она очень молода, а тебе бес в ребро ударил, ты не должен быть с ней. Сделай все для нее, но быть с ней ты не должен. Ты старый плющ, а она молодой клен… Ты ее обовьешь, старый и бесполезный, она зачахнет. Боль двоих – худшая награда для вас обоих.
Улисс сам не заметит, как забудется тяжелой дремой. Ей будет сниться море, а ему – старые сады с древними деревьями. В этих садах стоит его старое, любимое кресло, он сидит в нем, нога не болит, сквозь ветви деревьев пробивается свет, солнечными бликами гуляет по лицу, пробивается сквозь тонкую кожу век, заставляет безмятежно улыбаться. Она придет к нему, в белом длинном платье, шелестящем вокруг ее ног, с цветами в руках. Она напевает какую-то тихую песенку, которой он ее научил. Подойдет близко-близко, проведет цветком по его виску, заправит за ухо, что-то прошепчет ласково, согреет дыханием губы…
Веки медленно разомкнутся, стирая наваждение. Улисс проснулся. Сон исчез, забрав с собой нежный призрак. Как все сложно… Как сложно. Она ему нравится… Чем она ему нравится? Он придумывал разного рода отрицание, начиная от «засиделся Робинзон на острове, без женщины одичал» и заканчивая разнообразным бредом. Но. Она скоро проснется. Солнце уже скрылось за горизонтом на западе. Он успеет вовремя. Буквально за пять ударов сердца, до ее пробуждения.
- Да… Я здесь. Как ты отдохнула?
Он не будет отнимать у не руки, хотя ее теплые со сна прикосновения будут пробирать током вдоль позвоночника, заставлять мышцы плеч напрягаться. Слегка. Неуловимо. Она поднимется. Будет так же близко, как и во сне. Слишком искренняя, слишком откровенная. Он будет смотреть ей в глаза спокойно, переливаясь изумрудной зеленью глаз, не запрещая, не разрешая. Она коснется его губ снова, уже второй раз за этот сумасшедший день, пробуждая го на внезапный порыв. Однако у Улисса был совершенный самоконтроль, способный укротить любую эмоцию и инстинкт. Он только улыбнется, зароется пальцами в волосы на ее затылке, ласково приобняв.
- Я жду тебя внизу.
Он спустится вниз, забыв трость рядом с постелью Джэйн. Он словно не замечает своей хромоты, согретый и окрыленный каким-то непонятным новым чувством. Поймает за локоть, выходящую из обеденного зала горничную, приказывая накрыть стол по-другому. Ближе к себе, рядом с собой. Сегодня на ужин свежая рыба. Рыба всегда была и есть абсолютное богатство Ирландии. Вкусное и питательное. Ароматное, окрашивающее жизнь новыми цветами. Еда все-таки имеет свою определенную власть над людьми, собирает вокруг себя, смягчает жесткие сердца, расслабляет напряженные мышцы, заставляет улыбке проявиться на лице. Это уже поздний ужин. Уже совсем темно. Джастин не вернулся. Улисс не волновался, его племянник был лишен сумасбродства и эгоизма самоубийцы, он скорее уедет лечить большую душу куда-нибудь, чем бросится со скалы в черное море. Поэтому он даже не озвучивает имя племянника, не напоминает Джэйн о событиях утра. Она их вспомнит сама позже.
Девушка принесла в обеденный зал какую-то странную свежесть. Знаете, как в книжках, когда принцесса одним своим появлением меняла все вокруг. Только эта принцесса не из волшебной сказки, а из дебрей бетонно-стеклянного Нью-Йорка. У нее нет платья, текучей волны волос, тонны украшений и так далее, у нее свитер, брюки, мокрые крысиные хвостики волос, которые явно не успели высушить. Она очаровательная в своей несовершенной красоте. Такая прекрасная… Такая диковатая… Как фейри. Она ест жадно, с аппетитом, что не может не радовать. Улисс улыбается и не успевает за ее скоростью, поэтому когда она уже обовьет пальцами чашку с чаем, он будет еще неспешно доедать свой ужин.
- Конечно, но так как у Джастина есть существенные проблемы с алкоголем, я пресек к нему свободный доступ. Поэтому, прости, тебе я его тоже не дам.
Спокойно, но строго. Трапеза окончена, он сложит приборы на тарелке, будет внимательно следить за ней, как и она за ним. Приходится убрать свою слежку и погрузиться в спокойное созерцание ночного неба за окном.
- Он не вернется сегодня.
Голос его снова превратился в шелестящую гальку под морской волной, он подастся к ней и накроет ее пальцы ладонями, успокаивающе. Мягко.
- Не переживай. Джастин переживал и более страшные вещи. Он наверняка сейчас где-то в районе Уолкинг-Трейла, а может прыгнул на автобус и умчал до Глендалоха. Он всегда так решал свои проблемы. Не беспокойся о нем.
Этот день угаснет, закончится, как глава очень затейливой книги. Спутанные эмоции останутся, Улисс будет сторожить снова сон Джэйн Салливан, бурей ворвавшейся в его жизнь. Второй день пройдет незаметно, в странном полусладком дурмане, Улисс не будет излишне близок, когда откровенностью режет нервные окончания поперек волокон слишком больно, но он будто рядом с ней. Он словно сам на время забудет все свое отрицание, поддаваясь странным теплым чувствам. Он будет держать ее руки, ласково накрывать ладонь пальцами, когда она будет брать его под руку во время прогулок по саду. Он будет ей читать очередную книжку, написанную на гаэлике, которую едва ли кто-то может понять кроме него или Джастина. Почти как образ пары...
А на третий день вернется сам Джастин с белым, будто бы омертвевшим лицом, он поздоровается, как будто бы ничего не случилось, уйдет к себе. Он уже для себя все решил, как обычно. Он сам, всегда только сам. Улисс будет слышать вот уже шестой раз в своей жизни, как племянник снова слишком рьяно собирается, будет отвлекать Джэйн, которую будет душить чувство ее ничем не заслуженной вины. Однако, когда Джастин спустит вниз третью сумку, он ее отпустит. Он прекрасно знает зачем.
Джастин забрасывал сумки в багажник машины, не обращая внимания на ветер. Скоро будет солнечно, тепло, зачем хоть как-то реагировать на окружающую среду. Это солнце согреет то, что умерло у него в груди. Его Авалон сейчас покрыт пеплом, золотые яблоки покрылись плесенью и утратили свой аромат, феи попрятались, краски увяли. У него в голове – звенящая пустота и тишина, без мысли или эмоции. Он, конечно, справится. Но сейчас ему безгранично больно и тошно находится здесь, в этом доме, с человеком, который потворствовал лжи его собственной матери. Он никого не винил, но быть здесь было невыносимо.
Он уезжал. Обратно в Америку. Там он снова погрузится в работу, поссорится с парой людей, словит кайф от внезапной дозы адреналина, может заведет пару интрижек, если Донован его не ждет ввиду всех случившихся событий.
А что же она? А как же она?
Джастин вздохнет и обопрется на крышу машины локтями. Наверное, он ее любит… Наверное, он хочет, чтоб она выбрала его. Но… Это же все чудеса из сказок, да? Да, Джастин?
Он почувствует ее взгляд между лопаток, обернется, ветер бросит порыв ему в спину, заставив сделать шаг.
- Ты поедешь со мной?
Это чудеса из сказок.
Она не выберет тебя.
[nick]Улисс Энте Грэндалл[/nick][status]Джастин Грэндалл[/status][icon]https://i.imgur.com/EPIjKBU.jpg[/icon]

+1


Вы здесь » Manhattan » Реальная жизнь » Oro se do bheatha abhaile ‡флеш


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC