http://forumfiles.ru/files/000f/3e/ce/55158.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/40286.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/95139.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/22742.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/96052.css

Manhattan

Объявление

Новости Манхэттена
Пост недели
Добро пожаловать!



Ролевая посвящена необыкновенному острову. Какой он, Манхэттен? Решать каждому из вас.

Рейтинг: NC-21, система: эпизодическая.

Игра в режиме реального времени.

Установлено 5 обложек.

Администрация
Рекомендуем
Активисты
Время и погода
Дамиан

Маргарет · Марсель

На Манхэттене: август 2018 года.

Температура от +20°C до +31°C.


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Manhattan » Нужные персонажи » Нужные персонажи. Любовь, ненависть, надежда...


Нужные персонажи. Любовь, ненависть, надежда...

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

http://s8.hostingkartinok.com/uploads/images/2016/04/bbbf78a93bf2f90e24d4847305da091b.png
Отношения и сердечные привязанности всегда были самой сложной, но и самой интересной составляющей нашей жизни, прошедшая любовь никогда не забывается, радость встреч терзает воображение, надежда на завтрашний день скрашивает будущее. Самые яркие истории, расцвеченные воображением наших обитателей ожидают своих героев. Мы непременно протянем вам руку помощи, чтобы вы могли полностью прочувствовать столь нужного персонажа, и сразу написать одну из незабываемых историй своей жизни.

0

2

https://78.media.tumblr.com/302209ea4866213135fa9217867f673a/tumblr_ozkufiNMBT1qdqywso1_400.png

Имя персонажа: Алан Пирсон / Alan Pearson (изменяемо)
Возраст: 35-37 у.о.
Внешность: Tom Hiddleston / Том Хиддлстон
Род деятельности: на ваше усмотрение, но не делайте из него бедного художника или бармена - профессия должна быть благородной, под стать происхождению


Описание персонажа

Описание/отношения с персонажем:

С Бонни
Мы с тобой, уроженцы пресловутой Британии, познакомились в частной школе Brighton College и мгновенно влюбились друг в друга. Ты был полон энтузиазма, энергии и стремления изменить этот мир – ровно как и я. Мне было 16, ты был уже выпускником, но это не помешало нам провести два года внутри и за воротами учебного заведения. Нас называли Ромео и Джульеттой, которые готовы были на всё ради свободы выбора и своего совместного будущего. Как итог: ты принял мое предложение о побеге из страны, как только мне стукнет 18. Мы венчались тайно 26 декабря 2000 года. Я, две недели как совершеннолетняя и юридически независимая, и ты, двадцатилетний юноша, что бросил Кембридж(ли?) во имя истинной любви. Тремя днями после мы уже грелись в теплых лучах кубинского солнца. Латинская Америка – наша общая слабость, по крайней мере была. И полтора года мы провели в феерии бездумного праздника и периодичной гармонии: ты выучил все мои настроения, каждый припадок, истерию и депрессию. Но сила юного возраста и работа тестостерона посреди горячих латинок дали о себе знать – даже наша чистая, страстная и нежная любовь не уберегли тебя от фатальной ошибки. Я даже не знаю ее имени – мне хватило забытого ею нарочно белья. Март. 2002 год – я в тот же день улетаю в Лондон. Понятия не имею, что и как ты делал, знаю одно – ты даже не пытался связаться со мной, прекрасно осознавая, что прощения не будет. И кто же знал, что фраза «время лечит» так заурядно проявится в нашей внезапной встрече спустя…сколько? Почти десять лет.
Ты изменился. Возмужал, стал серьезным и немного замкнутым в себе. Я уже не видела того мечтательного рыцаря в этом мужчине. Наши чувства разгорелись в тот же миг, как наши глаза встретились. Приторно? Возможно. Но химию между нами отрицать глупо. Мы не могли насытиться друг другом, словно эти десять лет были пыткой бедуина в пустыне. В апреле я узнаю, что беременна. Ты не был готов, а точнее попросту не задумывался о детях, собственно, как и я. Решив, что будем учиться родительству вместе, мы стали ждать этого дитя любви. Но мои перепады настроения и эмоциональные диагонали на почве отказа от вредных привычек и гормонального всплеска дали худший итог – выкидыш в августе того же 2012 года.
Я сорвалась. Ты неустанно пытался вернуть меня к жизни, вытаскивая ежедневно из притонов в бессознательном состоянии, а порой в абсолютно непотребном виде из-под какого-то мужика. И откуда в тебе было столько терпения? Я же эгоистично даже не хотела думать о том, что и ты потерял ребенка, что тебе тоже нелегко, а тут еще приходится нянчиться со мной. То ли ведомый виной, то ли любовью ты героически продержался три месяца, а в конце ноября насильно определил меня в один из реабилитационных центров Лондона. После этого я больше тебя не видела.

С Сашей

в процессе

С Син
Для нас не существует никаких определений, ни любовь, ни роман, слишком много различий, слишком мало совпадений. Пробежавшая искра положила начало странным недоотношениям. Я всегда смотрю на то, как люди выглядит внешне, наверное, именно поэтому часто и ошибаюсь, даже не пытаясь выяснить, что же скрывается за внешней оболочкой первых впечатлений. Помню, что, когда тебя увидела, то отчётливо услышала в ушах строки известной песни: «О, Боже, какой мужчина!..» Но без сына и детей. Я вообще не планирую заводить семью, это слишком большая ответственность.
Мы познакомились в начале марта 2016, когда на кануне своего дня рождения в паршивом настроении и абсолютном отсутствии желания проводить праздник (а для меня это было чуть ли не священной традицией устраивать вечеринку в свой день), я сидела в кафе, сбежав в Лондон от всего и всех, чтобы попытаться разобраться, какая я на самом деле. Понимая, что ещё немного и начну рвать на себе волосы от безысходности и неудачных поисков хорошего настроения, я решила выйти покурить на улицу, прихватив с собой стаканчик кофе, а дальше все как в плохой комедии: столкновение, пролитый кофе и извинения… нет, извинений от меня не дождаться, я просто говорю тебе, довольно грубо, что надо смотреть под ноги, а потом поднимаю глаза и строки песни чуть не срываются с моих губ. Могла я упустить такой подвернувшийся шанс вернуться к привычной жизни, да ещё в такой компании? Конечно, нет. Ты можешь думать, что угодно, быть «главным», но только не ты меня соблазнял, а я, и с этим придётся смириться. Мне нравилось, что мы ужинали в ресторанах, ходили в кино, иногда могли просто поваляться в кровати весь день. Ты искал тоже, что и я – ничего серьёзного. Если людям хорошо вместе, то не стоит вещать ярлыки в попытке навязать какой-то статус и роли. Ты прощал мне мои капризы, я закрывала глаза на твоё высокомерие, мы не обсуждали личную жизнь, не строили планы совместного отпуска вдвоём, не знакомились с друзьями друг друга. Зачем? Не знаю, что искал ты, я же просто хотела забыться и напомнить себе о том, чего я действительно хочу от жизни. Вот только такие недоотношения долго не продержатся и рано или поздно всему наступает конец, либо надоест мне, либо тебе и кому-то придётся уйти.


Ваш пост

пост Бонни

Обожаю вечеринки! Ровно так же, как и праздники, в честь которых эти самые вечеринки можно закатить. Хорошо, что здесь мало кто знает о моих британских похождениях и еще не до конца успел разочароваться во мне как в женщине. Бог свидетель – я грешна, по всем фронтам и полям, но не ведаю что творю и делаю без злого умысла на то. Чаще всего, конечно. Хотя кого я обманываю?
Сегодня самый весёлый праздник в году, как мне кажется – день всех святых. Ряженые гости, тематические напитки, да даже дурь тащат от дилеров с «особыми» названиями – ну не прелесть? В моей галерее, само собой, я развернула увеселительную кампанию, где дресс-код – костюм на любой вкус и цвет, а обязательный атрибут – маска. Сегодня каждый сможет стать, кем он не является. И пусть эти вычурные свиньи не снимают с себя масок и в повседневной жизни, но сегодня я смогу взглянуть на них без лишнего презрения, убедив себя, наивную, что это лишь праздничная роль. Ритуал. Обряд. Да, именно так. Сегодня я не позволю им отравить моё настроение!
Так-так-так, посмотрим, что мы имеем?
Я расхаживаю по секс-шопу (а почему нет?) в поисках реквизита. И нет, это не огромный член или насадка на него – я выросла с этих школьных забав. Я ищу наряд, который выигрышно подчеркнет мою фигуру и наверняка притянет к себе с дюжину мужских взглядов. Определенно, я не намерена коротать такую фантастическую ночь в одиночку!
- То, что надо! – вдруг восклицаю я, вскидывая руки к губам в ошеломлении. Девушка за прилавком даже слегка вздрогнула от неожиданности. На меня смотрел костюм блядской Красной Шапочки: короткое, обтягивающее красное платье, с юбкой-пачкой и черными вставками на шнуровке под грудью. Под ним колготки в крупную черную сетку, поверх небольшой плащ-накидка, что завязывается на шее спереди, лишь прикрывая оголенные плечи, и обязательный элемент – корзинка. Ух, какие же весёлые «пирожки» там будут лежать! Я подпрыгнула на месте, восторгаясь представлением, как потрясно буду смотреться в этом. И мне совершенно плевать, что некоторые великозрастные дамы будут вслед шептать мне «шлюха», прикрывая этот вульгарный и оскорбительный смысл за комплиментами вроде «очень вызывающий костюм, мисс Сил». Если вы заплыли и не можете себе позволить подобное – ваши проблемы, а свою ядовитую зависть душите и лучше вообще промолчите – умнее казаться вам не мешало бы. Да, мне скоро тридцать пять, но я не считаю себя женщиной, по крайней мере – молодой женщиной, в самом соку. В примерочной я крутилась около десяти минут, периодически выходя и демонстрируя наряд то консультантам магазина, то блуждающим и краснеющим парочкам, что, очевидно, решились «разбавить» свою семейную жизнь. Одной из таких я дала совет:
- Вы лучше не шарики выбирайте со смазкой, а скромности поубавьте. Чего стесняться, когда вы и так голые перед друг другом в постели? Я не понимаю, - даже не взглянув за ответной реакцией, я снова умчалась на высоченных красных туфлях в сторону зеркала.
- Беру! – заключила я по истечению пятнадцати минут моего в нем блуждания по залу. – А заверните два, вдруг уделаю еще ненароком это чудо, - воодушевленная и довольная, я спешила к машине, где меня ждал шофер – Эрик. Бедняга, он столько со мной натерпелся, но остается мне не только водителем и телохранителем по совместительству, но еще и верным другом. Этот латинос всегда скажет мне, хорошо ли на мне сидит платье, поможет дотащить сумки, переставит мебель, сбегает за сигаретами или найдет в ночи веганский салат. В общем, находка!
До вечеринки остаются считанные часы, а я уже вся как на иголках: обзвонила своих наёмников, чтобы удостовериться в наличии оговоренного меню и выяснить, нет ли внезапно возникших «форс-мажоров» в виде заболевших официантов и неспелых манго. Заверили, что всё в порядке. Будем верить. С этой компанией я сотрудничаю не первый раз и пока что они хорошо справлялись с задачами, которые я им ставила.
- Лола, крошка, ну прекрати! – на лице полное отсутствие, а в голосе полная участливость, которая сдобрена очевидной даже идиоту порцией сарказма и насмешки. – На тебе прекрасно сядет даже сапфировая выкладка, - рисуя стрелку, я мычу в трубку своего телефона одной из молоденьких фотомоделей, что вздумали нагнать на меня мигрень в день праздника. Жаль, что эта Лола – любимица моего друга-фотографа, поэтому приходится с ней мало-мальски общаться, хотя она решительно не улавливает моей иронии и издёвки. Хоспади, дай ума этим бедняжкам! Она наконец заканчивает свои несчастные причитания и я могу спокойно закончить свой макияж.
- Дивно, - констатирует Эрик, одобрительно улыбаясь. Он видел меня и обнаженной, и пьяной, и под разным кайфом, поэтому нисколько не смущен тем, как я при нем поправляю грудь, залезая пальцами через намертво зашнурованный корсет.
- Блядь! Вроде двадцать первый век, а нормальные корсеты до сих пор не придумали!
- Се ля ви, Бонни, - ему я позволила обращаться ко мне без этой ужасной приставки «мисс», ну воротит уже. Какая я мисс?
- Последний штрих! – я высыпаю на стеклянную полость стола белый порошок и с шумом загоняю кокаин в обе ноздри. Мгновенное ощущение эйфории и прилива энергии кружат мне голову, но не как это было десять лет назад. Те ощущения не вернуть и пора с этим смириться. Пакетик с порошком я кладу в корзинку, где он соседствует с экстази и лсд. Красивые, разноцветные таблетки прекрасно гармонируют с моим образом. Посмеиваясь, я в припрыжку следую до авто, будто вживаясь в образ маленькой девочки с грязными помыслами. Время безудержного веселья!

С любезностями покончено: благо, это не отняло много времени. Тех, с кем держу связь, достаточно было поприветствовать взмахом руки с другого конца зала, а с теми, с кем вынуждена общаться, сегодня, на удивление, не так много. Я запустила руку в сторону проходящего мимо подноса с напитками, сорвав оттуда мартини с водкой. Пригубив любимого коктейля, я с наслаждением закатила глаза. Божественно! Надо бы найти укромное местечко и «подзаправить» свое настроение, а потом искать жертву, которая скрасит моё ночное одиночество.
Черт! Эта кретинка Джен здесь! И стоит, дрянь, у входа в уборную. Знаю же, если окликнет меня – будет скандал. А я вот никак не хочу портить торжество очередной сценой. И нет, не я буду в центре бурного словоизливания – она, эта громкая сука.
Не успеваю продумать план обхода этой девицы, как чувствую, что меня что-то тянет. Мой плащ. Подневольно поворачиваюсь, а тут меня встречает пара губ, что нахально лезет к моим. Растерявшись, я даже не знала, как отреагировать – на удачу наглеца поцелуй продлился мгновение, и в тот момент, как только чьи-то губы оторвались от моих, я осознала происходящее и без раздумий пустила пощечину в лицо незнакомца. Только потом я успела оценить его внешний вид и половую принадлежность: это был высокий, стройный мужчина в костюме Люцифера. Вот же банальность, решила я. Усмехнувшись этому замечанию про себя, на моем лице вырисовывалось некоторое омерзение:
- Ты совсем что ли охренел? – нахмурив брови, которые еле виднелись за маской, я пыталась вглядеться в зелень хитрого взгляда, который, казалось бы, сканировал меня и мой откровенный вид. Ох, Бон-Бон, ну стоило тебе удивляться такой попытке от мужчины? Интересно, что же скрывается там, под этой «дьявольской» личиной?..

пост Син

Моя мать любила повторять мне:
- Детка, ты сможешь выжить в этом мире лишь благодаря красивому личику, цепкой хватке и умею болтать. Мозги и образование тебе и вовсе не нужно.
Что и говорить, что благодаря этим трем качествам, моя дорогая матушка смогла несколько раз познать прелести брака, наверняка, родить не одного ребенка, хоть я и никогда не спрашивала, если ли у меня свободные братья и сестры, и разрушить не одни крепкие отношения, получая финансовое обеспечение и еще одного мужчину в свою коллекцию. И каждый раз, смотря в зеркало, я задавалась вопросом, как же много я от нее унаследовала?
Смотрю в зеркало и вижу тощую девушку с беспорядком темных волос на голове и большими зелеными глазами, в которых сложно прочитать какие-либо эмоции, кроме, пофигистичных, Острые скулы особенно четко выделялись на лице, упрямый слегка вздернутый нос, сжатые губы, внешностью я пошла больше в мать, а вот характер – тут было куда сложнее определить. Отец всегда казался мне эдаким Клаусом, что приходит гораздо чаще, чем раз в год на Рождество, одаривает кучей подарков и даже интересуется моей жизнью. Но он был таким же ветреным, как и Ребекка де Бриенн. Может, они оба и любили ее какой-то извращенной формой любви, когда нужно отмечать изредка, что – эй, вот он, я твой родитель, вопреки тому, что дитя нуждается в воспитании обоих родителей. Мама учит тому, как нужно готовить, убирать, наряжаться, водит по магазинам, отец бы научил отбиваться от особо настойчивых ухажеров, водил бы на аттракционы и покупал бы сахарную вату. Вместо всего этого обыденного времяпрепровождения, я получала лишь откуп, все, что хотела, стоило ручкой указать на куклу, украшение, дороге платье или заикнуться о карьере модели. Хорошо, наверное, когда жизнь словно в шоколаде, а ты даже не чешешься, чтобы обеспечивать себя. И именно это я пыталась найти в отражение, что я довольна таким раскладом.
А пока я могу позировать и двигаться так, как того от меня хочется молодой и симпатичный фотограф. Признаться, я думала, это опять будет какой-то надоедливый мужик, что будет на всех орать и строить из себя супер крутого фотографа, думающего лишь о том, насколько лучше он и тот противный итальяшка, у которого руки из жопы, но все считают его мировой звездой. А день складывался, как нельзя лучше, особенно, когда получилось разговорить его и даже искренне улыбнуться попытке заинтересовать ее фотографии, а потом понять, как двусмысленно звучит предложение. Я склонила голову, слегка прищурившись, мне действительно он стал интересен, как первый человек в этом дико скучном для меня городе, поэтому, когда явилась та самая «звезда», о которой я сперва подумала, я даже не удержала вздох разочарования.
Значит, Финн Кадди… Пока я на автомате выполняла команды фотографа, я обдумывала, стоит ли мне отправиться сегодня на встречу. В отличие от матери, я не бросалась, сломя голову, на симпатичную мордашку, может, поэтому предпочитала провести время чаще дома в компании телевизора, консоли и любимых фильмов, изредка пиная себя выбраться в люди и напомнить им о своем существовании, что вот она я, можете любоваться. С другой стороны – это были не Штаты, где я привыкла к магазинам, любимой пиццерии, знала, куда можно выбраться, и это будет и экскурсия, и полезное знакомство. Как я успела заметить, Финн был со мной одного роста, значит, плюс ему очко, я могу не надевать каблуки и прийти в обычных кедах, еще он забавно смущался, поэтому можно оставить перцовый баллончик в номере отеле, и, наверняка, не будет просить оплатить ужин пополам, или те же бургеры, что ассоциировались с ним лучше, чем с изысканными и безумно маленькими порциями в ресторанах. Одни плюсы и пока что, ни одного минуса. Интригует.
Ах да, минус… Название журнала. Маленькое помешательство на Испании и все, что было связано с этой удивительной страной, заставило меня ходить на курсы языка, чтобы была возможность во всей красе ощутить, так сказать, страну, города, людей. Но минус слишком незначительный и даже забавный.
- Закончили!
- Да неужели… - бурчу себе под нос и плетусь переодеваться.
Съемка закончилась в половину седьмого и в отель я не успела даже с типичным небольшим женским опозданием, потому стрельнула у ассистента сигарету, ведь я честно пыталась бросить и поэтому не покупала пачку, а одалживала, и отправилась искать пресловутый Биг Бен, по пути спрашивая дорогу. Да, американо туристо тупито, тут ничего не поделаешь, все равно или поздно оказываются в незнакомой ситуации. Получив ориентир топать все время прямо к высокой башне с часами, я слушала любимый трек на повторе, потому что предпочитала наушника в ушах больше, чем звуки в округ и докуривала вторую стрелянную сигарету по пути. Мне не нравился мрачный Лондон, я не могла найти в нем ничего прекрасного и да, может, пробежка и помогла мне, но с этим так же может справиться и экскурсия в компании начинающего фотографа, что пока был первым на моей памяти, кто не раздражал своими командами.
Обдумывая стрельнуть ли еще сигарету, я не замечаю, как в кого-то врезаюсь, пялясь в телефон в поисках того самой песенки, медленно поднимаю глаза и тут же улыбаясь, узнав своего экскурсовода.
- Я почти заблудилась, между прочим, - вытаскиваю наушники и поправлю сползающий капюшон. – Ну, какова программа, мистер Кадди? – обращаюсь на манер, как это делали в музеях, в школе нас частенько по ним таскали.

пост Саши

- Не переживайте, Марк, - пытаюсь растянуть губы в доброжелательной улыбке, но чует мое сердце, не слишком-то убедительно выходит, - У нас все обязательно получится. Главное - положитесь на меня и постарайтесь не нервничать.
Я продолжаю говорить какой-то успокаивающий бред, неправдоподобно улыбаться и бодро выстукивать каблуками по мраморному полу на пути в переговорную. На мне строгий брючный костюм, белая блузка, остроносые туфли и сумка, ради которой можно продать душу дьволу, мне же - удалось отхватить ее на распродаже с шедстидесятипроцентной скидкой. Признаться, это и только это придает мне уверенности в себе и заставляет идти с гордо поднятой головой несмотря на трясущиеся поджилки и желание спрятаться с темный уголок, поджав хвостик.
А все потому, что говорил мне папа не спорить с начальством и идиотами, а я взяла, дура, и послушалась. Последние пару месяцев в роли главного идиота выступает мой ведущий клиент, который однажды утром проснулся и внезапно увидел свое будущее в отельном бизнесе Соединенных штатов - ни много ни мало на другом конце полушария. "Узрел" - презрительно цежу я, изливая душу за бокалом виски со льдом моей подруге Мэлани, провожающей меня на рейс Лондон - Нью-Йорк, пока в один конец.
Мой же начальник решил, что кто, если не я, подающий особые надежды юрист с дипломом Гаврадского университета, должна помочь ему в непростой ситуации по завоеванию отельного рынка большого яблока.
- Эрик продолжает скупать их акции, так что... все будет хорошо. Все должно выглядеть, как обычное слияние, а потом... они глазом не успеют моргнуть, как окажутся поглощенными.
Именно поэтому я здесь. Откомандирована в филиал Клиффорд Ченс для оказания юридической, а временами и моральной поддержки Маркусу Уоррену, английскому миллионеру с приветом, который решил приобрести пару отелей с лучшими видами НЙ, чтобы водить туда своих очередных "долго и счастливо". А потом решил, что пара отелей - это как-то слишком мелочно, почему бы ему не приобрести целую сеть?
Нет, я-то не против, секс - это вообще отличная вещь, на мой взгляд, а секс с хорошим видом - просто прекрасно. Но маленькая Алиса внутри меня продолжает тихо поскуливать и ныть на тему "почему я".

Есть у меня такая дурная привычка - нервничать во время важных мероприятий. Кажется, это началось в младшей школе, когда я получила главную роль в спектакле. Потом - на семинарских занятиях в Гарварде, во время споров с Кристофером Рейном - как же я его ненавидела! - и во время защиты диплома. Я панически боялась начать заикаться, показать всем, как я нервничаю.
Поэтому сейчас я стараюсь выглядеть максимально расслабленно, откинувшись на спинку не слишком-то удобного стула в переговорной и лениво закинув ногу на ногу. Вся моя поза заранее выражает презрение к будущим оппонентам и где-то через пять минут я морально готова размазать по стенке того ублюдка, который заставляет меня ждать. Согласна, никто не хочет добровольно расставаться с собственной компанией, но разговоры на тему что делать и кто виноват следует оставить до приема у личного психолога.
- Интересно, они догадались нанять нормального юриста? Тот идиот из "Эрик Маршалл" сдал добрую треть акционеров, готовых к продаже на первой же встрече.
Признаться, в какой-то момент я действительно начинаю верить в то, что я расслаблена. Становится почти скучно - сейчас от нас попытаются просто откупиться, потом предложат нечто вроде "выгодной сделки", но довольно быстро сольются, не подкрепив свои позиции реальными активами. Этой сети отелей требуется свежие вложения, начинающиеся с капитального ремонта и заканчивающиеся общей сменой имиджа, а самое главное - сокращение бездарного транжиры-управляющего, у которого ну совсем нет вкуса.
Моих губ касается вполне натуральная саркастическая улыбка, которая, правда, довольно быстро меркнет, встретившись со взглядом моего нового оппонента.
Кристофер Рейн. Кристофер-мать-твою-Рейн, а ты что здесь делаешь?
Передо мной сидит моя первая неудачная любовь и первая вполне успешная лютая ненависть, когда-то давно, в прошлой жизни знающая меня как свои пять пальцев. Кажется, он увидел меня чуточку раньше и успел принять невозмутимое выражение лица, мне же потребовалось лишние пару секунд, чтобы прийти в себя от шока.
Ладони неприятно вспотели, в горле пересохло и снова отчаянно захотелось сбежать отсюда куда подальше.
Не то чтобы я боялась очередной битвы, я вообще девочка взрослая и смелая, к тому же с кем-с кем, а вот с Китом мне точно не придется привыкать спорить, но.. где-то слишком глубоко внутри кольнуло что-то неприятно напоминающее чувство вины.
Я поступила подло. Я это знаю так же ясно, как то, что этот черноглазый парень напротив действительно имеет все основания меня презирать.
- Рейн, - вместо приветствия.
Мне стыдно. Но он не должен этого знать. Так было правильно, так было нужно. В конце концов, отношения на расстоянии - это всего лишь миф из детских сказок. Лучше разрубить сразу, чем медленно уничтожать себя по кусочкам.
К тому же, вполне возможно, Рейну уже давно все равно. Сколько прошло? Пять лет?
Так, именно так. Он точно обо всем забыл.
- Какая встреча. Я смотрю, вы решили сменить юриста, мистер Адамс?
___________________

Признаться, доклад был довольно интересным. Настолько интересным, что бесит - до зубного скрежета. Иногда мне кажется, что это не подконтрольно. Он меня раздражает на генетическом уровне.
Рейн.
Я лениво упираюсь лопатками в спинку стула и, сложив руки на груди, внимательно изучаю его. Он небрежно откидывает постоянно лезущие в глаза кудри - откуда только взялась мода отращивать настолько длинные волосы? барашки что, снова в моде? - чуть прищуривается, сдержанно улыбается в ответ на комментарии наших однокурсников. Он продолжает говорить, саркастично изогнув бровь, будто этот доклад и ничего для него не стоил. Будто это не он неделю не вылезал из библиотеки, изучая практику исполнения смертных приговоров. И откуда только мне это известно?
- А что насчет ошибок судебной системы? Предвзятости присяжных? Моральный аспект проблемы Вас как всегда не волнует?
Где-то за спиной я слышу сказанное тихим шепотом "сейчас начнется". О да, сейчас действительно начнется.
Если бы я отчиталась хоть чуть-чуть более развитой способностью к самокопанию, ответ на вопрос, почему я так цепляюсь к Рейну, стал бы чуточку более очевидным. Но здесь и сейчас я думаю о том, что никто и никогда не смеет поправлять мое решение задачи по особенной части уголовного права, тем более - делать это совершенно безнаказанно. Он первый начал, всего два часа назад непредусмотрительно решив поправить мое решение.
Именно поэтому мы здесь. Я продолжаю сидеть, небрежно откинувшись на спинку стула и чуть покачиваясь на задних ножках. Внимательно наблюдаю за тем, как ты вот-вот начнешь раздражительно напрягать скулы - ты всегда так делаешь, когда тебе приходится разговаривать со мной.


Личные требования к игроку
ТЕБЯ ЖДУТ ТРИ БАБЫ, ЧУВАК!
Будь уверен, что без внимания и игр ты не останешься, графикой искупаем, слюнями-слезами не оберешься)
Ждем от тебя, свет наших влажных мечтаний, инициативности и желания развивать персонажа. Идеи, сюжеты - в этом ущемлен не будешь, но и зацикливаться на нашей четверке не стоит)
Скорость, от какого лица, объем постов для нас не слишком принципиален - сами пишем в среднем 5к, порой с завидной частотой)
Общение вне игр приветствуем и оооооочень тебя ждем!)


Связь с вами
гостевая, лс, а там уже интим

Отредактировано Bonnie Seale (28.01.2018 19:32:55)

+3

3

https://68.media.tumblr.com/a2c2c9c12cecfad3588bab6742b3ad9b/tumblr_olqjfurxIS1us77qko1_400.png

Имя персонажа: в постах было не единожды употреблено имя Джеймс Филдс (James Fields), поэтому смена крайне нежелательна.
Возраст: 38-40 лет.
Внешность: Ричард Армитедж (Richard Armitage).
Род деятельности: бывший учитель литературы в HSMSE (High School For Mathematics, Science And Engineering), г.Нью-Йорк, Манхэттен. Род деятельности на настоящий момент – исключительно на Ваш вкус и откуп.


Описание персонажа

Отношения с персонажем:
Когда-то в прошлом Алесса уже бывала на месте Джеймса – имея семью и крепкий (как казалось со стороны) брак, она все-таки решилась на такой шаг, как измена, окунувшись с греховным удовольствием в пучину погони за адреналином и наслаждением, но на этот раз ей выпала иная роль и, честно говоря, она не задавалась целью соблазнить учителя своей дочери, нет – все случилось спонтанно, с подачи самого мужчины. Узнав позже детали его семейного положения, на какой-то миг Алесса даже почувствовала некоторый дискомфорт, но совесть ее не мучила, нет – в конце концов, она не задумывалась о том, чтобы увести мужчину из семьи и перевести их странный роман на «новый уровень». Скорее всего, об этом не задумывался и сам Джеймс, несмотря на то, что он и только он всегда был инициатором новых встреч с Алессой. В каком-то смысле они – зеркальное отображение друг друга, их во многом схожие судьбы, характеры, сокрытое от глаз знакомых различие внешнего спокойствия, открытости и внутренней жажды постоянного развития и, в некоторой степени, риска. Все это просто не могло привести их к спокойной или, что еще маловероятнее, счастливой развязке. 
Описание персонажа:
Это – среднестатистический американец, который небезосновательно считал, что его жизнь действительно удалась. Посудите сами – любимая жена, крепкий брак, здоровый ребенок, крыша над головой и прочие блага цивилизованного мира в свободном доступе и, конечно же, работа, приносящая удовольствие и удовлетворение. Но смогла ли выдержать эта идеальная картинка череду непредсказуемых и, чего скрывать, страшных событий, с которыми пришлось столкнуться лицом к лицу Джеймсу Филдсу? Увы.
История этого мужчины – это история о том, как в одночасье можно потерять все, не осознавая даже в какой именно момент все стремительно покатилось по наклонной вниз. Итак, пройдемся по пунктам, которые помогут Вам сложить перед глазами общую картинку того сюжета, который я предлагаю.
- Как уже упоминалось выше, скорее всего, Джеймс – коренной американец, ровно как и его жена (на 2018 год уже шесть-семь лет как бывшая). Наличие каких-либо семейно-детских драм будет здесь не совсем уместно, хотя это не принципиальный момент.
- Со своей женой он, скорее всего, учился вместе в старшей школе – там они начали встречаться, поступили в один и тот же университет, сыграли свадьбу и узнали, что скоро станут родителями. В каком-то роде у Джеймса с его женой история та же, что и у Алессы и ее мужа, и это сыграет немаловажную роль в их взаимоотношениях.
- До работы в школе HSMSE на Манхэттене преподавал литературу в одной из школ любого другого боро Нью-Йорка, но то была школа для проблемных детей, и этот опыт Джеймс сам называет «бесценным» по многим причинам, и, возможно, он бы остался на прежнем месте работы, но они с женой решили улучшить условия своей жизни и переехали в более просторную квартиру, в более престижный район города.
- На работу в HSMSE Джеймс пришел в 2011 году; Мэдисон, дочь Алессы, на тот момент была ученицей девятого класса, его сын – на класс младше, и вместе с переводом отца, был переведен в ту же школу.
- Мэдисон с первого урока заинтересовала мистера Филдса, и далее его интерес только разгорался сильнее – апогеем всего стал день, когда на парте своей ученицы он увидел корешок книги одного из любимых писателей, а именно – Бодлера. И это было отправной точкой, началом тонкой игры на человеческих чувствах, причем дирижировала именно маленькая (маленькая ли?) Мэдисон.
- Впрочем, на маму своей ученицы мужчина тоже обратил внимание – еще на празднике по поводу начала учебного года. Череда их официальных встреч с Алессой в конечном итоге привела к тому, что Джеймс предложил… Провести время вместе – сначала это был ужин в компании с Мэдисон, а далее… Условно это можно назвать свиданием, хотя сам Филдс до последнего отрицал наличие влечения к матери Мэдисон, но продержаться долго не смог. Спонтанная встреча в пределах квартиры Монтгомери закончилась внезапной близостью с Алессой.
- Все казалось проще некуда – роман школьного учителя и матери одной из его учениц, но ни Джеймс, ни Алесса не понимали, что на самом деле были частью идеального плана… Мэдисон. Мэдисон, которая, впрочем, в какой-то момент сама перестала видеть в мистер Филдсе учителя и потенциального отчима, и стала испытывать к нему те же чувства, что и ее мать, но пропущенные через призму ее извращенного и отнюдь не детского сознания.
- В погоне за вниманием объекта своего вожделения, Мэдисон была готова на все, в том числе на манипуляции теми, кто не имел никакого отношения к сложившемуся «любовному треугольнику», но все же от этого пострадал. Например, сын Джеймса, смерть которого (самоубийство при весьма странных обстоятельствах) помогла мужчине в каком-то смысле «прозреть», но, увы, слишком поздно.
- Развод с женой на фоне общей трагедии был лишь делом времени – сломленный и искалеченный, Джеймс Филдс исчезает из города и жизни обеих Монтгомери, и это было похоже на бегство; какого же было удивление Алессы, когда на улицах Нью-Йорка в конце 2017-го года она встретилась с ним, вернувшимся в Нью-Йорк с одной единственной целью – заглянуть в глаза своему подросшему демону и его маме. Алесса предпочла не подавать вида, что узнала мужчину, а он, в свою очередь, зациклился на идее преследования ее и ее семьи, но и в этот раз судьба внесла свои коррективы во всю их непростую историю. Подробнее, дабы сохранить интригу, расскажу при личной беседе. Кажется, и без того вышло очень много текста.

Характер:
- Открытый нрав, слегка ироничная, не слишком голливудская улыбка - все это делало Джеймса этаким идеальным учителем, лучшим другом детей и их родителей, американской мечтой в приятной обертке. Преподавание всегда было его призванием: он без труда находил язык даже с самыми проблемными, самыми закрытыми детьми.
- Впрочем, кое-какие демоны есть и были даже у него - не зря же он рискнул хорошим местом и семейным благополучием ради красивой вдовы. Стоит кому-то копнуть чуть глубже, и на поверхность покажется неуемная жажда движения, неприятие обязательств и тонкий конфликт с самим собой. Джеймс дорожил своей семьей и безмерно любил сына, но его вспыльчивый, полный какого-то отнюдь не семейного запала характер совсем не способствовал сохранению мира внутри их дома.
- Внутренний вызов, подспудная жажда конфликта, лукавые усмешки и искрящие смехом глаза - вот каким он был, но все это, конечно, не делало его маргиналом, плохим отцом или мужем. Всего лишь - «особенным», тем, кто думал, что может читать в душах людей - тем, кто ошибся.
- Этакий типичный американец, он любил баскетбол, волейбол, гордился национальными героями, но - как ни странно - питал слабость к поэзии, мрачным строкам Бодлера и вызывающей эстетике декаданса. Возможно, поэтому он уехал из Нью-Йорка, не попытавшись отомстить семье Монтгомери. Джеймс никогда не был мстителем в сияющих доспехах. Его тонкий юмор и лукавые улыбки не могли ранить вдову и ее юную дочь.


Ваш пост

пост с участием Джеймса

- Уж простите, что я так сразу, мистер Филдс, но я весь вечер гадала: о чем же Вы хотели поговорить со мной? – Алесса все еще старалась как можно реже встречаться с мужчиной взглядом, чувствуя, как ее переполняет легкое необъяснимое смущение. Ей казалось, что он запомнил, как эта женщина буквально не сводила с него глаз на концерте, посвященному началу нового учебного года, и, если так оно и было, то в данный момент ситуация могла перерасти из разряда «приятно-интригующей» в «неловкую». Волнение, которое, впрочем, для глаза стороннего наблюдателя и того, кто с Монтгомери ранее не имел возможности общаться довольно близко, было неуловимым, она предпочитала прятать за легкой тенью улыбки, намертво приклеившийся к ее губам – как много можно в нее вложить! И уважение, и приподнятое настроение, и исключительное внимание, вместе с готовностью прислушиваться к каждому сказанному слову. Филдс, кстати говоря, тоже улыбался, хотя Алесса полагала, что иначе ему просто недозволенно вести себя с родителями учеников этой школы – для своего ребенка они с Эйданом, вне всяких сомнений, выбирали такое учебное заведение, в котором от сдержанного лоска и изящной роскоши в пору почувствовать, как сводит судорогой скулы; для своего ребенка они с Эйданом, вне всяких сомнений, выбирали только лучшее из той «продукции», что представлял им современный мир, и это касалось не только одежды, обуви и прочих материальных благ, предметов первой необходимости, но и всего остального, что имело хоть какое-то отношение к Мэдисон, и, если бы была воля Алессы, она бы потратила столько свободного времени, сколько потребовалось, чтобы побеседовать с каждым из преподавательского состава школы и сделать вывод о том, пригодны ли они для работы с ее дочерью. Наверное, это было бы очень кстати, но отнюдь не для сохранности психики Медисон (ведь в ее милой, темноволосой головушке уже давно не осталось того, что можно и нужно было бы сохранить, только откуда это знание у Алессы?..), а для того, чтобы сохранить ее молодым специалистам – они не виноваты в том, что в современное общество и некоторые семьи отлично выполняют роль инкубаторов для настоящих чудовищ; их в толпе сразу и не разглядишь, потому что, если верить страшным сказкам, чудовища больше всего на свете любят прятаться в детских шкурках, принимая облик того, на кого сразу и не подумаешь.
- Можете называть меня просто Джеймс, - мужчина улыбнулся в сторону Алессы через плечо, пока ловко справлялся с ключом в замочной скважине двери, ведущей в кабинет – золотистая табличка с выгравированными инициалами ослепляла своей глянцевой чистотой, играя одновременно и роль зеркала, в отражении которого Монтгомери впервые встретилась взглядом с Джеймсом – они замерли на мгновение, смотря друг на друга посредством чертовой таблички, а потом синхронно усмехнулись, понимая, что на этом все неловкости первой встречи остаются позади. – Прошу Вас, миссис Монтгомери, -  подчеркнуто официально и вежливо, создавая контраст между своей фамильярной просьбой обращаться к нему по имени, Джеймс жестом пригласил женщину пройти внутрь, пропуская ее вперед, а затем осматриваясь, безлюдны ли коридоры или их с Монтгомери уединению нашлись внезапные свидетели. Алесса внимательно наблюдала за тем, как маячит на периферии ее зрения фигура преподавателя и отмечала про себя, что в его мотивах есть что-то личное, никак не касающееся Мэдисон или ее успехов (о неудачах и речи не было, поскольку даже будучи матерью, не знающей почти ничего об увлечениях своего ребенка, Алесса точно помнила о страсти Мэдс к чтению и литературе, которую мистер Филдс и преподал). Оставалось только суметь распознать их верно, не «покупаясь» на ту ширму, что с минуты на минуты выстроит перед ней мужчина, ссылаясь на какие-то рабочие моменты.
- Я рад, что Вы смогли найти время для визита, миссис Монтгомери, - Джеймс обошел стол и занял полагающееся ему место, надевая очки и раскрывая лежащую перед ним записную книжку. Помимо стопки тетрадей и листов, исписанных сплошь и поперек мелким, похожим на рассыпанный бисер почерком, явно принадлежащим взрослой уверенной руке, которой в жизни приходилось много, часто и быстро писать, а не детской, ведь дети либо выводят каждую букву, будто бы вырисовывая ее на холсте масляными красками, либо не стараются вообще, на столе лежали так же и книги – Алесса сразу же обратила на них внимание; мистер Филдс, судя по всему, был страстным поклонником французской поэзии.
«Интересно, это образовательная программа предполагает ознакомление на уроках с творчеством Гюго и Бодлера или же это инициатива исключительно преподавательская?..», - у Алессы и мысли не было, что эти издания лежат здесь для личного пользования, а потому она неодобрительно сощурилась, понимая, что, возможно, ровесникам ее дочери еще слишком рано приобщаться к французскому лирическому декадансу.
- Это было нетрудно, - отмахнулась Алесса, переводя свой изучающий взгляд с книг на мужское лицо. Джеймс крутил между пальцев ручку и не сводил с сидящей напротив него женщины глаз. – Так о чем Вы…
- Ах, прошу прощения, - он легонько прихлопнул по столу, будто бы неожиданный громкий звук помог ему вернуться «в реальность», - Я даже не знаю, с чего стоит начать, - усмехнулся Джеймс и потер переносицу, собираясь с мыслями, - Обычно я не начинал беспокоиться об этом так рано, ведь семестр только начался, и, признаться, я еще не успел даже запомнить всех своих учеников поименно, - он повел плечами в извиняющемся жесте, а Алесса рассмеялась, зажмурившись.
- Могу представить – в этом году, насколько я поняла, у школы стопроцентное заполнение классов, особенно – старшего звена, - их беседа напоминала переливание из пустого в порожнее, что начинало немного напрягать Монтгомери, не любящую напрасно тратить время, которого и без того вечно не хватало, но ей совершенно не хотелось показывать своей тлеющей незаинтересованности в разговоре, поэтому все, что оставалось делать – отшучиваться и кивать головой, – Но вы все же пригласили меня сюда, - она снимает пиджак и кладет его на колени, а затем придвигается чуть ближе; переводить взгляд на мужчину и вопросительно выгибает бровь: - Мне есть о чем волноваться… - секундная пауза, - Мистер Филдс?
Он усмехается, подмечая, что эта женщина достойна искреннего восхищения хотя бы за то, что неуклонно следует собственным принципам.
- Вам есть, за что быть гордой, - мужчина так же делает паузу и отвечает Монтгомери взглядом в упор, - Алесса, - идет ва-банк с целью, по всей видимости, обезоружить. Удивление на лице женщины говорит само за себя. – А точнее, за кого быть гордой… Как Вы думаете, Мэдисон согласится принять участие в городском конкурсе чтецов?
- Зависит от того, что Вы предложите ей зачитать… - задумчиво ответила Алесса, откидываясь на спинку кресла, - У моей дочери довольно специфический вкус в литературе.
- Я знаю, - Джеймс аккуратным движением руки подталкивает вперед, по направлению к Алессе, лежащую на столе книгу, на корешке которой выведено: «Les Fleurs du mal».
Монтгомери усмехается, но книгу берет – для того, чтобы освежить память, не для ознакомления. Когда ей было восемнадцать и под сердцем она носила свою дочь, то впервые прочла «Цветы зла» - если бы Алесса верила в тонкие материи, карму и то, что все предопределено судьбой, то сочла бы интерес Мэдисон к подобной литературе знаком, при том, к сожалению, дурным.
- Две тысячи одиннадцатый объявлен годом французской культуры, - продолжил Джеймс, - Поэтому увидев, что Мэдисон тяготеет к поэтам, вроде Бодлера, то подумал, что лучшего кандидата для участия в конкурсе мне не найти.
- А как же выпускники?
- А им это уже не интересно.
- С чего Вы решили, что это будет интересно Мэдисон? -  усмехнулась Алесса.
- Я видел записи на полях в ее тетради, - Джеймс поднялся со своего места и обошел стол, опираясь о него ладонью, а вторую отправив в карман брюк, - …Демон мой; ты - край обетованный, - небольшая пауза, взгляд, который, кажется, мог бы просверлить на кудрявой макушке Монтгомери дыру насквозь. Взгляд, настойчиво требующий, чтобы женщина продолжила строку, - Где горестных моих желаний караваны…
-…К колодцам глаз твоих идут на водопой, - хором заканчивают Джеймс и Алесса; та поворачивается в сторону мужчины и в ее глазах плескается непонимание, смешанное с неприкрытым уже интересом.
- Sed non satiata.
- Немного не по возрасту, не находите? – усмехается Филдс, и Алесса хмурится, готовая уточнить, скрывается ли в этом вопросе обвинение, которое она считает совсем не уместным из уст человека, пусть и педагога, которого едва знает, но в этот момент раздается стук в дверь.
- Войдите, - несколько раздраженно отвечает Джеймс и отходит от стола, скрещивая руки на груди.
- Мистер Филдс, у нас… - на пороге стоит девочка, трясущаяся, как осиновый лист на холодном ноябрьском ветру, - М-мел кончился… Не одолжите?..
- Мэнди, ну что за вопрос! Пройди, возьми его вон там, на полках, в коробочке, - показывает рукой по направлению к доске за своей спиной и небольшого шкафа рядом с ней. Девочка кивает и семенит в ту сторону, с опаской почему-то оглядываясь на сидящую Алессу. Та почти не обращает на маленькую гостью никакого внимания – ее интерес всецело отдан Джеймсу и книге, лежащей теперь на ее коленях.
- Не знаю, на что Вы намекали, мистер Филдс… - несколько агрессивно начала Алесса, листая «Цветы зла», но ее снова перебили.
- Я намекал лишь на то, что любовь к хорошей поэзии у вас, судя по всему, семейное, миссис Монтгомери, - ему лучше бы прекратить улыбаться так ненавязчиво, но притягательно, потому что Алесса в который раз ловит себя на мысли о том, что теряет от этого выражения мужского лица концентрацию.
- Спасибо… - смущенно отвечает, распознавая в последней фразе Филдса комплимент уже не дочери, а ей самой, - Что касается участия Мэдисон…- она не договаривает, потому что в ушах раздается противных, глухой, скрипящий звук. Звук мела, скользящему по неровной поверхности доски. Алесса легко встряхивает головой и продолжает; ее пальцы напряженно впиваются в подлокотники кресла, - Я думаю, что Вам стоит поинтересоваться о мнении самой… - звук повторяется снова; женщина поднимает свой взгляд в сторону той самой Мэнди, которая стоит спиной около доски и медленно проводит крохотным кусочком по доске и от того, что она скользит по поверхности еще и собственными ногтями, весь кабинет наполняется противным скрежетом. Монтгомери сдерживается от того, чтобы повысить голос на девочку, всем своим присутствием здесь и сейчас мешающуюся, но мысленно явственно представляет, как встает, за несколько быстрых шагов сокращает расстояние между ними до минимума и, хватает маленькую паршивку за волосы на затылке, прикладывая ту пару-тройку раз виском о выступающий угол стола, чтобы она больше никогда, ни-ког-да не издавала этих отвратительных звуков. Внешне Алесса только чуть сжимает губы, - О мнении самой… - но по ушам снова проходит будто бы электрический разряд от скрипа, - Да сколько можно-то! – срывается женщина, яростно скидывая одну свою ногу с другой и тем самым топая каблуком по деревянному полу. Мэнди от неожиданности подпрыгивает на месте, а Джеймс разворачивается в сторону девочки и мягко дотрагивается до ее плеча, подталкивая к выходу:
- Мэнди, возьми несколько мелков и проверь их в классе, где у вас идет урок. Ну, давай, иди, тебя ведь все ждут, - и когда дверь за ней закрывается, то Филдс вновь обращается к своей гостье, -  Дети…
- О, да… - кривит губы в усмешке Алесса, разжимая пальцы, которые до отметин сжали кожу дорогой офисной мебели, - Так вот… Я совершенно не против участия Мэдисон в конкурсах и других мероприятиях, но последнее слово – за ней. Уж простите, - пауза, - Джеймс, - Алесса сдалась, - В этом случае я настаивать не буду.
- Мне кажется, что настаивать не придется, - Джеймс внимательно наблюдает за тем, как Монтгомери поднимается со своего места. Она кажется ему слишком хрупкой, особенно для женщины своих лет – единственное, что выдает ее с головой, это уверенность в движениях; молодые и неискушенные особы зачастую ведут себя куда-более «дерганнее», в их привычках и жестикуляции нет выдержанной со временем грации.
- Что ж, в таком случае – была рада встретиться с Вами, - Алесса протягивает руку для прощания.
- До скорой встречи, миссис Монтгомери, - Джеймс легко сжимает женскую ладонь и подмечает, что она чуточку влажная; быть может, от волнения.
Он почти сразу же закрывает за Алессой дверь, но не отводит взгляда от окна, где внимательно следит за каждым ее шагом – за тем, как спускается по лестнице, за тем, как вспоминает, что оставила пиджак в кабинете и уже было решает вернутся, но… Что-то останавливает ее, и она скрывается за школьными воротами, бросая через спину беглый взгляд – чувство, будто бы знает, что Джеймс следит за ней, и это, если верить улыбке, тронувшей женские губы, кажется ей забавным.
***
Этим же вечером Алесса решает встретить дочь после школы – она ждет ее около парадного входа, сидя в машине и не отводя глаз от монотонной толпы, заполняющей крыльцо и школьный двор; возможно, она кого-то выискивает, а возможно, наоборот, надеется не увидеть. Впрочем, когда Мэдс садится в машину, это стает уже не столь важным.
- Как прошел твой день? – интересуется между делом женщина, целуя дочь в макушку. Они нечасто делятся друг с другом тем, что твориться у них в жизни, но сегодня без разговора не обойтись. В частности, уже около дома, прежде чем заглушить мотор и покинуть салон машины, Алесса озвучивает то, что гложет ее с момента, когда она вышла из кабинета мистера Филдса, - А как ты относишься ко французской поэзии, м?..
Но мозаика складывается воедино только вечером, когда Монтгомери, воспользовавшись тем, что дочь принимает душ, перебрала все тетради Мэдисон и ни в одних не нашла никаких записей на полях, и уж тем более – цитат Бодлера. И телефонный звонок с номера Джеймса теперь уже не кажется столь неожиданным.
- Да?.. -  отвечает Алесса.
- Добрый вечер, я не разбудил Вас? – интересуется Филдс, и от его голоса у Монтгомери пробегают мурашки по спине, - Вы забыли пиджак…
- Да, я заметила это только тогда, когда была уже дома, - как можно серьезнее говорит Алесса, но скрыть проступающую и совершенно дурацкую улыбку у нее не получается.
- Завтра на школьном стадионе будут проходить соревнование по волейболу – приходите, - но, чтобы это не звучало, как завуалированное приглашение на свидание, Джеймс добавляет, - Там и отдам Вам пиджак.
- Я постараюсь.
***
Перед тем, как пойти спать, Алесса решила пожелать добрых снов и дочери. Она появилась на пороге ее комнаты со все той же странной улыбкой на лице – такой свою мать девочка не видела черт знает сколько времени.
- Мэдс, а ты случайно не знаешь, во сколько завтра у вас будут соревнования по… Волейболу, кажется… А то Джеймс… - она осеклась и рассмеялась, смущаясь собственным мыслям, ведь весь вечер только и думала о том недавнем звонке; чувство, что ее втягивают в увлекательную и интригующую игру воодушевляло и заставляло думать о чем-то, помимо работы, которой жила последние годы, - Мистер Филдс, я имею ввиду… Он должен передать мне пиджак, поэтому я должна понять, во сколько нужно будет быть завтра в школе. – Алесса взглянула на дочь, устроившуюся на кровати, и подумала о том, что неплохо было бы понимать, как Мэдисон относится к Джеймсу. Впервые в жизни Монтгомери было не все равно на мнение дочери. А это значит, что… Их всех ждет что-то интересное в обозримом будущем.


Личные требования к игроку
Я жду этого героя очень давно. К сожалению, углубиться в историю и полноценно отыграть тот самый «треугольник», о котором упоминалось выше, не получится ввиду отсутствия на острове Мэдисон, но у меня есть идея, которая может это компенсировать. В настоящем Джеймс сыграет важную роль в жизни Алессы, поэтому я надеюсь, верю и жду, что ты найдешься и придешь. Остальные требования довольно стандартны – стабильность, активность, желание развивать персонажа и быть при этом самостоятельным. Графика, любовь, идеи – все это у меня имеется, все это есть. А вот вас, мистер Филдс, все еще нет – не порядок;)


Связь с вами
Гостевая, а дальше будет видно.

+2

4

--

Имя персонажа: Джон Голт - любое на ваш выбор
Возраст: 20-25
Внешность: Павел Табаков/обсуждаемо, но близок этот типаж
Род деятельности: артист театра, танцор, хоть интерн в аудиторской фирме


Описание персонажа

Отношения с персонажем:
Полюбовные. Хочется отыграть болезненную привязанность между человеком, который смотрит на любовника и видит в нем другого, и мальчишкой, который, возможно, в первый раз влюбился.
Описание персонажа:
Доу, давай-ка дернем на юго-запад.
К каким-нибудь солнечным рощам и налегке.
К женщинам, от которых жасминный запах,
кислинка имбирная тает на языке.
Возьмем только пару пижам из восьмидесятых,
удачу повесим на шею, а не ярмо.

Напишите мне мальчика. Теплого, умного, адекватного. Легкомысленного - в меру. Приходящего обнимать по утрам и отогревать собой.
Мальчишку, выгорающего рядом, еще почти не умевшего ничего толком до встречи.
Мне не важно, чем Вы его наполните. Только не делайте бесхребетным дамой в беде. Пусть у него будут прошлое, характер, цели.

Приходи. Буду греть, любить и заботиться. И мозги вытрахивать.


Ваш пост

пост

Люди никогда не бывают настолько далеки, чтобы не найти друг друга.

Море и свежий воздух, точно, как прописывают истеричным любовницам и неугодным женам. Яксли показаны свежий воздух и море. Выписан из Лондона на неопределенный срок, без права въезда обратно. Просто уезжай, растворись, исчезни - не позволяй никому заметить, что что-то пошло не так или в чем-то можешь быть замешан. И он растворился. Маг, привыкший сбрасывать мантию в руки домовиков, не глядя; британец в щеголеватом костюме-тройке; отпрыск рода из двадцати восьми, безупречный от вихров на макушке до носков белых конверсов. Растворился, исчез, обратился мужчиной - молодым и обычным, в светлых брюках и расстегнутой на две пуговицы рубашке с закатанными рукавами, бредущим следом за женщиной, оставляющей маленькие ровные следы на песке.
Превратился в того, кто слушает и молчит. Из вечного балагура и насмешливого паяца. В того, в чьих глазах еще мерцают искры смеха, но пока он слушает. Женщину, море, ветер. Слушает и пытается понять, что же изменилось и что же он упустил. Что-то между Британией и Германией, протянувшееся тонкой нитью, не алой - сине-зеленого сукна.
Что-то он различил в том, как письма ее становились все тоньше, прозрачнее: не короче, то, как из них понемногу уходила жизнь. Будто весь запал Ады Борджин погас однажды, не в бурю, после нее - на неосторожном ветру.
Он писал ей о тех, кого она знала: о новой гостиной Нарциссы Малфой, об очередной выходке Гойла, о том, как Люциус ненароком нашел еще одно крыло в подземельях под замком, о том, как атаковали девицы Розье, покуда тот забывал их заметить. И в чем-то он просчитался, когда-то он ее потерял. Теперь же отыскивает, пытается рассмотреть в той женщине, которую поддерживает за спину.
И просто не верит ушам своим, когда слышит то, что она произносит.
Когда-нибудь не станет нас, наших детей, а потом и внуков...а море останется, и все так же будет выбрасывать на берег останки затонувших сотни лет назад кораблей. Оно никогда не закончится...Как думаешь, есть в жизни еще что-то такое...вечное...фундаментальное?
- Виски, - безапелляционно и твердо, глянув на нее нахмурившись и усаживаясь у ее ног, прямо на песок. Запрокидывает голову к ведьме, чтобы так смотреть ей в лицо.
- Ада, что заставляет тебя думать о вечности? И, фоморы бы их побрали, кораблях? - он едва не смеется, но это обманчиво, смотрит маг на ведьму донельзя пристально. - Если ты думаешь, что умрешь, от этого не умирают, - больше нет; впрочем, в это он вовсе не верит. Тогда что же? - И почему я должен думать о чьих-то внуках, когда еще не все вино выпито на моем веку? - вот уже третий день он зовет ее на танцы, она же все отнекивается. - Между прочим, фестиваль в соседней деревне того действительно стоит, мы же сидим тут и меланхолично смотрим на море в ожидании того, как принесет волнами мачту с корабля моего прапрадеда?


Личные требования к игроку
Адекватность, грамотность, умение вести персонажа. Может быть, еще отсутствие ожиданий от меня неба в алмазах. Пару по заявке, не зная друг друга, играть всегда казалось мне сложным. Но можем попробовать.


Связь с вами
стучитесь в гостевой на форуме, не потеряемся.

+1

5

http://funkyimg.com/i/2J67A.png

Имя персонажа: Обсуждаемо. Рассмотрим варианты вместе.
Возраст: 35+
Внешность: Eva Green
Род деятельности: врач( не рассматриваем психологов и психиатров)| юрист| (посложнее) архитектор, судья.


Описание персонажа

Отношения с персонажем:
Я думаю, что это будет взаимный интерес. Служебный роман? В зависимости от выбранной профессии решим по какому вопросу я бы мог обратиться к вам (или фирму в которой вы работаете), чтобы решить возникшую проблему. Однозначно познакомимся в Англии. Деловая поездка на родину, что может быть интереснее? Я вижу стремительное развитие отношений, к которым мы оба будем не готовы изначально. Возможно ваш персонаж будет замужем или в процессе развода. Мой персонаж женат, причем дважды и обе женщины все еще часть его жизни, хотя изначально (заинтересовавшись вами), он не расскажет о себе таких интимных подробностей. Зато расскажите вы. Почему? Решим в процессе. в Великобритании я не так популярен, как в НЙ, поэтому достаточно легко смогу скрыть свою личность, если потребуется. Нам придется, да и мы будем скрываться от посторонних глаз, что наведет вашего персонажа в определенный момент на определенные мысли и тогда захочется знать, как можно больше о человеке, что неожиданно появился в вашей жизни так внезапно и перевернул ее. Может быть вы начнете шпионить за мной? Я очень не люблю слежку и определенно последствия этой «игры» вам не понравятся или понравятся настолько, что вы попросите еще.
Описание персонажа:
Я думаю она чертовски сильная женщина. Внешне несгибаемая, волевая, не признающая компромиссов. И все же ее такой сделали. Работа и муж(возможно), те, кто окружал ее последние пять-десять лет и всячески изводил. Она забыла, что значит быть по-настоящему женщиной, что значить надеть то платье, которое нравится именно ей. Она должна соответствовать чужим ожиданиям и забыть о собственных желаниях. И это сильно ее злит, так сильно, что иногда она срывается в ночь и оказывается в лапах такого мерзавца как мой персонаж. И, они оба понимают насколько это неправильно, дико (или делают вид, что понимают), но все равно ни у одного из них нет столько сил, чтобы пресечь все происходящее (Мотивация? Алистер в погоне за ощущениями из прошлого, а вашей героине просто нравится хотя бы на короткий срок становиться женщиной, которую желают заполучить).  Что я хочу в конечном итоге? Наверное, увидеть образ уставшей от рутины и брака женщины, которая довольно легко согласится на короткий роман с незнакомцем, признав в нем своего «спасителя». Последствия очень сильно могут нас потрепать, так что драму и эмоции я вам гарантирую. 
По биографии тоже следует указать некоторые желательные детали. Как уже упоминалось выше, приму к рассмотрению только женского персонажа у которого британские корни, и которая будет всем сердцем и насколько ей это доступно любить свою родину. Несмотря на то, что в Великобритании куда не наступи везде попадешь в персону с титулом и замком, я не соглашусь на нескромное наследство от покойного дедушки и чиновничью семью, где каждый мужчина имеет доступ в парламент, а каждая женщина хотя бы раз в своей жизни пожимала руку самой Елизавете.  Я буду более заинтересован персонажем, у которого будет прописано в анкете, что он во многом тому, что имеет, обязан сам себе и быть может воспитанию родителей.
Полагаю, что основное я уже указал, а в остальном не вижу смысла ограничивать вашу фантазию, разве что читая анкету, не хочу увидеть раздвоение-троение личности вроде тех, когда в одном человеке по описанию характера уживается и ангел, и бес, причем они могут говорить одновременно. Найдем баланс – найдем друг друга.


Ваш пост

пост

Слишком долго. Слишком долго. Его мысли двигались по кругу. Слишком долго она пролежала в воде, без оказания помощи. Слишком долго добирался до нее Алистер. Слишком долго на вызов ехали медики. Слишком долго. И вновь это ощущение, что его заманили в ловушку. Только вот для Голда наживкой никогда не был пресловутый сыр. Он проводил взглядом медика в халате, который вынес бездыханное тело Алессы из тесной ванной. Над ней кружились люди в белых халатах, а все что в эту минуту делал Алистер – сидел, уставившись на наполненную розовой от крови водой ванную. Голоса доносили до него обрывками фраз, волнуя и заставляя злиться все сильнее. Потеряла. Алистер сдавил руками голову. Cлишком. Его трясло. Много крови. Он вскочил на ноги, поскользнувшись на мокром полу, ухватился за края ванной, угодив рукой в уже холодную, окрашенную кровью Алессы воду, выдернул свою руку и заорал. Заорал так громко, надрывно, что его связки не выдержали, и он закашлялся, привлекая внимание одного из санитаров. Как же он ее за это ненавидел. Ненавидел себя: за то, что всегда оказывался в такие моменты рядом, принимая, по сути, второй удар на себя, эгоистично, точно желая отомстить, принимал решение, что ей необходимо жить. А все почему? Не потому ли, что сам он без нее жить не мог? Он отмахнулся от протянутой руки помощи и вышел из царства душащей его влаги, но прежде чем выйти, он с силой рванул на себя цепочку, которая откупорила полную красной воды ванную, и теперь вода уходила в черную дыру канализации, унося с собой все доказательства неудачного суицида.

Декабрь 2015 года.
Офис «Umbrella Corp.».

Было время, когда он действительно считал необходимостью ее присутствие и объяснение словами без помощи бумаг упрятанных в конверт, и в тот момент ее не оказалось рядом. Наверное, стоило ей сейчас об этом сказать, прежде чем она бы нашла в его сердце отклик своим запоздалым раскаянием. Но Алистер промолчал. Теперь, когда его глаза были широко открыты, и он знал, что за каждым ее словом может таиться ложь, которую эта женщина оправдывает не иначе, как ложью во благо, он не верил ей. Не верил ни единому слову, что давались ей с таким трудом, будто он уже сдавил своими руками ее шею, лишая возможности говорить с ним, дышать, трепыхаться. Голд не торопясь прошел вглубь своего кабинета, и, скрестив руки на груди, наблюдал за Алессой. Ничего другого ему не оставалось, говорить с ней он не хотел, но и говорить ей запретить не мог. Это было чем-то новым, возможностью понять, каково это наблюдать за женщиной, не испытывая при этом никакой эйфории. Эйфории, охватывающей его всякий раз, когда он находил в этой женщине что-то притягательное, манящее, сигнализирующее о том, что для него она - необходимость, что он должен заполучить ее любой ценой. Он гадал, чем это все может обернуться - ее приход, ее желание расставить все точки на «i». Теперь все, что говорила Алесса, делала, чем дышала и жила, все могло оказаться ложью, и в какой-то упущенный им момент, она настолько срослась с ней в единое целое, что возможно даже сама не понимала, где ложь, а где уцелевшая правда. Алистер медленно погружался в свои мысли, давая понять, что радости от встречи он не испытал и что для него по нынешним меркам слишком затратно по усилиям, создавать иллюзорность интереса к Монтгомери, иллюзорность того, что он испытывает ранее чувство нужды в ее присутствии рядом. При взгляде на нее, хотя Голд старательно избегал этой изощренной пытки смотреть глаза в глаза, он вновь окунулся в прошлое, в их воспоминания, которые все-таки были у них общими. Его плечи медленно расслабились, и он опустил свои руки, словно готовился принять ее с горькой правдой обратно, стоило ей только преодолеть это расстояние в несколько шагов.
Ольга появилась неожиданно. Настолько неожиданно и вовремя, что Голд даже не подумал о том, чем же это может закончиться. В последнее время лишь она одна беспокоилась о том, чтобы сделать все для Алистера простым и понятным. Она одна готова была броситься со скалы вниз головой, если бы Голд счел это необходимостью. Нет, сама Баум об этом не говорила напрямую и не клялась в преданности, как Монтгомери. Но это было как недосказанная мысль, остающаяся после каждого ее появления в нужный момент, сказанной вовремя фразы, правильно высказанной мысли. Он отметил ее появление легким одобряющим кивком.  Ему хватило обвести взглядом свой кабинет всего раз, зацепив силуэты обеих женщин, чтобы понять одно - невзирая на внешнюю непроницаемость их лиц и попытку держаться в рамках сдержанной вежливости, они обе явно были на пределе. И он, Алистер, по собственной неосмотрительности, угодил в самый эпицентр этого столкновения стихий. Действуя скорее по отработанной привычке, он принял документы из рук Баум, как делал это всегда, но в этот раз не принялся их изучать, вместо этого задержав свой взгляд на женском лице. Ольга готовилась атаковать, это было так же очевидно, как атака кобры, когда она раскрывает своей кожистый капюшон и трясет погремушкой на хвосте. Губы Голда сжались в линию, он поспешил освободить свои руки и отложи переданную ему папку с бумагами на рабочий стол. В некотором смысле он понятия не имел, каким образом может помешать двум женщинам вцепиться друг в друга, в его жизни не было моментов похожих на этот, так что чувство некоторой потерянности было вполне себе обоснованным. Может именно поэтому он предпочитал не вмешиваться до определенного момента, но когда Ольга чуть было не разболтала абсолютно все, пьянея от окончательной победы над Монтгомери, Голд пресек ее попытки. Его пальцы так сильно сжали ее руку, призывая замолчать, что уже сегодня вечером она будет демонстрировать ему очередную отметину, которую он имел неосторожность оставить на ее теле. Баум не нравилось это не потому, что ей было трудно скрывать подобные «дары» от своего супруга, а потому, что она в принципе была противоположностью Монтгомери, не из тех, кто стерпит такое и примет как заслуженное.
- Ольга… - сквозь стиснутые зубы произнес ее имя Алистер, встречаясь с поистине злым взглядом Баум. Возможно, она могла бы накинуться и на него, хотя бы за то, что он встал на защиту той, кто этого не заслуживала. В одной мысли она была бы права, если бы сейчас ее озвучила – Алистер никогда бы не принял подобный удар на себя, если бы на месте Алессы была Баум. Все его тело было напряжено, рука, которой он перехватил руку, напряженнее всего прочего, словно он пытался удержать на месте не женщину, а буксирующую нефтяную баржу, идущую полным ходом по Ист-Риверу. Это не было попыткой усмирить и заставить подчиниться его желанию, скорее, как попытка сдержать равного себе по силе человека способного уничтожать других взглядом и словом. Он-то понимал, что опять вынудил Ольгу упустить из рук желанную победу над кем-то крайне раздражающим ее. Алистер перевел взгляд на Алессу.
- Я взгляну, как только найду на это время. – Он не переменился в лице, не сжалился над Алессой, сделал вид, что абсолютно ничего не произошло и тон его при этом остался совершенно беспристрастным, сухим и даже немного высокомерным. Его губы при этом, будто бы и не шевелились вовсе. Они оба знали о его чрезмерной занятости и это не было наигранностью или ложью, но вот не солгал ли он, обещая взглянуть на бумаги после их встречи? Никто не мог дать должно гарантии. Взгляд, каким он смотрел на женщину, не выражал ничего, разве что подсказывал и без того очевидные вещи – ей пора уйти, она мешает.
При словах о красном цвете, Голд, не сдержавшись, передернул плечами. Это было крайне неожиданно, как и цепляющее. Он переменился в лице, помрачнел в одночасье, в то время как Ольга точно была застигнута врасплох и не знала, чем парировать. Алистер поспешил закрыть дверь за сбежавшей из его кабинета Алессой, попутно объясняя Баум, что именно имела в виду Монтгомери.

От общей толпы Алистер отгородился стенами незнакомой ему комнаты с наименьшим количеством захламленности. Возможно, в ней еще был не доделан ремонт. Наверняка он знать этого не мог. Все-таки вычеркнуть из жизни кого-то очень важного означало и полное безразличие к тому, чем этот человек занимался в сводное время, и закончил ли он начатый ремонт в своей квартире или все-таки не довел дело до конца, как, впрочем, и с десяток других дел, за которые в свое время брался. Люди, насколько бы незнакомы они ему были, точно поняли его желание и постарались держаться особняком где-то поблизости, негромко переговариваясь между собой. Их голоса доносились из-за прикрытой неплотно двери. Но Голд их почти не слушал.
Нью – Йорк медленно тонул в сумерках и в надежде спастись постепенно зажигал свои самые яркие огни. Алистер распахнул окно, совершенно забыв о том, что вымок до нитки. Морозный воздух обжег кожу и легкие стоило ему только сделать вдох. Февраль сковал холодной, закостеневшей вмиг одеждой. Он простоял так несколько минут, выдыхая белый пар; возбуждение, что охватывало его, стало постепенно сходить на "нет" и Голд остро ощутил, что все-таки замерз, дрожь в теле от холода он уже контролировать не мог. Он закрыл окно. Отступил на шаг назад, развернулся спиной к свету желтых фонарей, освещающих улицу, и оглядел комнату в очередной раз. Каждый предмет в ней был охвачен подступающими февральскими сумерками. И почему-то именно в этот момент его не посетила никакая другая мысль, кроме той, что его возможности всегда были безграничны. Иногда смотря на него, на его успех, можно было подумать, что он не просто добился всего, а способен по собственному желанию раскрутить Землю в обратном направлении. Думать об этом, осознавать это, было так эгоистично и поистине приносило удовольствие. Он испытывал удовлетворение, когда понимал, что прав во всем, что силен, и сила его вовсе не заключена в руках или ногах, она сокрыта от чужих глаз и не выставлена напоказ – это сила ума, какой хвастаться он не привык из опасения потерять столь ценный дар.
Он наполнил себе бокал крепким алкоголем, на ощупь найденным на одном из антикварных столиков и осушил тот залпом. Люди в соседней комнате затихли. Голд обернулся на полоску света, прислушался. В квартире постепенно не оставалось никого, кроме спящей в своей кровати Алессы и Голда. Он отставил пустой бокал на столик и постоял так, чуть склонившись вперед, еще мгновение, задумавшись над возможностью последующего выбора.
У него был выбор – уйти, как он сделал в прошлый раз, оставив ее в окружении врачей, потому что был уверен, что так ей станет лучше намного быстрее; и у него был выбор –  остаться, чтобы поговорить с ней, убедиться в том, что это был последний раз, когда ему было необходимо вернуть ее назад в реальность, как бы она не пыталась от нее бежать.
Его шаги затихают, он останавливается у двери ее спальни и прислушивается к звукам. Алистер прислушивается к ее дыханию, желая услышать еле слышный вдох, чуть погромче — выдох, но слышит всхлип и тихий стон. Его пальцы сдавливают дверную ручку и, немного выждав, он открывает дверь перед собой, входит в комнату Алессы. Мысленно он произносит про себя, что ему не на что сердиться, что она есть живое воплощение его вины, его наказание за проступки и злые дела, на которые был способен и которые еще может совершить. Это почти не помогает ему, когда он переводит взгляд с ближайших предметов на женское тело, погруженное в барханы одеял.
- Не бойся, - он остановился в шаге от ее постели, понимая, что своим желанием держаться от него как можно дальше, Алесса может только навредить себе. – Не бойся меня, - повторил Алистер нежнее, добавив, - Алесса.  Ты можешь повредить швы. - склонился над ней, помогая принять исходное положение, в котором Алессе ничего не угрожало, и не удержался от желания прикоснуться к ее волосам рукой. Он аккуратно провел ладонью по ее вспотевшему лбу, убирая налипшие пряди.  В глубине души он продолжал чувствовать себя все так же преданным ею. Но всякий раз, когда ему одному было не плевать на ее жизнь, когда он спасал ее, всякая мысль о том, что сделала эта женщина, растворялась в той боли и отчаяние, какое переполняло его, ведь Алистер один никогда не хотел, чтобы она страдала в одиночестве. Он боялся прикасаться к ее порезанным рукам, поэтому его ладонь коснулась ее мокрой от слез щеки, второй он упирался в постель.
- Я знаю, почему ты это сделала, Алесса. – Он отчетливо ощутил, когда она вздрогнула от его слов. – Посмотри на меня, прошу. Алесса, - в его голосе было столько печали, сколько не было никогда прежде. – Я не хочу, чтобы это повторилось, прошу тебя, не заставляй меня переживать это снова.  – И он не выдержал, он сломался, задрожал и не смог сдержать слез. И Алесса была первой и единственной женщиной, которая увидела, что этот мужчина плачет. – Ты должна была рассказать мне, Алесса.– Он утер ладонью свое лицо и перевел взгляд куда-то в бок. – Я не должен был узнавать это от Хельги. – Их взгляды снова встретились. В горле все пересохло, слова кололи язык и нёбо. – Я знаю, чей это был ребенок.   – Его лицо исказила гримаса боли и сожаления, все это было настоящим. Он с трудом сглотнул. – Он был моим. Он был нашим. Мне так жаль, Алесса. – От произнесенного так быстро и так резко, на одном выдохе, закружилась голова.


Личные требования к игроку
Все согласно стандартам – грамотность и адекватность, желание играть само собой разумеющееся. Самостоятельность и общительность приветствуется. Лишаю сладкого и графики, только в случае, если взяли роль, обсудили сюжет, открыли тему и ушли в лоу, потому что в реале умер хомячок, на вашей улице случился зомбиапокалипсис и вообще у вас лапки. На меня тоже находит лень, и я тоже бывает торчу посты. Но, если честно, моя активность напрямую зависит от вашей. Это значит, что ответные посты, да и вообще посты, вы будете получать с завидной регулярностью, а игры уносить в завершенные мы будем, как минимум, раз в пару недель. Поэтому улиточный темп – это немного не то чего я жду от идущего по заявке.
Из проблемного могу так же отметить, что люблю объемные посты, где не только идет ответная реакция на мои действия, но и развивается сюжет. Если этого нет, скорее всего мой интерес очень быстро лопнет подобно мыльному пузырю. Повествование в моих постах идет обычно либо от первого, либо от третьего лица, я умею подстраиваться под соигрока (за исключением повествований от второго лица, тут моя магия не действует и вообще, мы не договоримся).
Я дам вам волю выбирать для себя отношения и сюжеты с островитянами, желающие наверняка найдутся. Помогу освоиться и буду дарить вам вместо цветов графику.  Приходите.


Связь с вами
Гостевая

Отредактировано Alistair Gold (01.07.2018 13:08:42)

+4

6

https://i.imgur.com/1WGSZQZ.jpg

Имя персонажа: Кайл / Kyle
Возраст: 31 год
Внешность: Iwan Rheon (рассматриваются и другие варианты)
Род деятельности: коп (возможно музыкант)


Описание персонажа

Отношения с персонажем:
- Бл*ть, Кайл, отъебись! - рыжая шипит ему в губы, вырывая руки из его мёртвой хватки, бьётся в истерике и лбом метит в его нос.
- Я никуда тебя не отпущу, ты снова спустишь все деньги на новую дозу, - сдерживая свою агрессию, мужчина скручивает её и руки оказываются у Моники за спиной.
- Нахрена ты вообще объявился? - голова пленницы мирно опускается ему на плечо, Кайл усмехается.
- А то есть мы уже забыли, как скулили под моим окном с бутылкой мартини наперевес?
- Но это ты стал мозолить мне глаза ежедневно. Это ты зашёл тогда в подсобку. Это ты снова пытаешься вернуть меня к жизни, мне нужен от тебя только секс.
Рыжая получает пощёчину, резко поднимая взор на него. Ярость, бегущей строкой читаемая у него в глазах, пугала. Но не сильнее, чем те ощущения, которые остались у неё после смерти той, кого она считала своей единственной и неповторимой любовью. Одна попытка к суициду, слухи дошли до Кайла. Он был её первым, настоящим мужчиной. Девушка не особо умела налаживать отношения романтического характера с противоположным полом, не смотря на отличные взаимоотношения с отцом. Видимо, ей не хватило именно материнской любви и такую она искала в закадычной подруге, которой положила весь свой мир к ногам.
- Ничего, сейчас мы выбьем из тебя эту дурь, - Моника лицом плюхается в подушку и чувствует, как её лишают "лишней" одежды.
****
Скажем так, зарисовка спонтанно возникла в моей голове, но она довольно неплохо отражает их нынешние отношения. Прототипом можно посчитать Эффи и Фредди или Эффи и Кука из молокососов. Моя героиня и до смерти своей возлюбленной (которую добивалась, к слову, около десяти лет) не отличалась нормальностью. Она баловалась наркотиками, а Кайл же отрицательно относится к алкоголю и к запрещённым веществам. Они были вместе, когда Мон было лет 18-20. Твой герой только познавал все прелести жёсткого секса, подсадив на него и её. Пожалуй, по мнению Льюис это единственное, что их связывает. Но на самом деле, это далеко не так. Она бросила учёбу, он же получил образование и получает истинное удовольствие от своей работы. Они разные, но он необходим моей Монике, чтобы не сойти с ума и не повторить попытку суицида.

Описание персонажа:
Он умён и если сесть с ним, попытав своё счастье в шахматной игре, то вы вероятнее всего потерпите поражение. Если выберете профессию полицейского, то его можно будет связать с отцом рыжей. Ей сто процентов будут прочить его в женихи. Кайл любитель видеоигр. В его крови течёт кофеин. Неравнодушен к собакам и мечтает о доме с двумя хаски. Жить не может без музыки. Из бурной студенческой жизни у него осталась любовь к клубам и ночным сменам. Семья у мужчины совершенно обычная и типичная: на все праздники они собираются вместе, пилят его по поводу невесты и внуков. У него есть племянники и замужняя сестра. Очень любит выпечку, особенно круассаны. Умеет играть на гитаре. Не обделён чувством юмора, хоть и своеобразным. Смелый и независимый. С возрастом этот человек приобретает качества, позволяющие ему занимать лидирующие позиции в коллективе: решительность, ответственность, находчивость, быстрота реакции. Он редко нуждается в чьей-то поддержке, но и сам оказывает ее лишь тем, в ком видит реальный потенциал. Счастливым числом считает девятку, потому как с ней связано одно событие. (Какое, расскажу лично хд)


Ваш пост

пост

Скорлупа не соберётся заново. Осколки разбитой чашки не склеятся вместе сами собой. Это второй закон термодинамики. Это жизнь. Вещи редко собираются воедино, но всегда распадаются. Так и мы с Бонни, распались на две полноценные половины, чтобы никогда не пытаться подобрать необходимые комбинации и воссоединиться. Правда, в обратном случае непонятно, зачем нам было бы это нужно. Насколько знаю, у нас обоих жизнь в отсутствии только улучшилась. И за неимением таковой надобности, мы были удалены аки рудименты от эволюционирующего тела.  Мы обе использовали друг друга, обе в определённый момент времени поняли, куда идём и продолжали постигать новые уровни глубины вместе... И я не винила никого. Я плохой пример для подражания. Плохая девушка. Нет, сейчас меня могут знакомить с родителями, могут представить и как будущую жену. Однако, кто сказал, что я этого жажду? Я бы на месте любого родителя не особо обрадовалась такой вот невестке, поэтому с моей стороны нежелание заводить здоровые отношения - подарок для всех мамочек и папочек. Самой бы мне было неприятно, будь со мной человек без любви. Но что же тогда было между мной и Бонни? Страсть, похоть, безумство и... блеф. Судить об этом трудно, тем более спустя столько времени после нашего разрыва и недоотношений.
Пятница не задалась с самого утра. Порывы самобичевания я душила работой. А плохое настроение лечила едой. После предложения знакомого сходить вместе с ним на выставку, я скривилась и постаралась отмазаться от этой глупой затеи. Нет во мне жилки к положительной оценке чужих работ. Признаться, я в этом ровным счётом ничего не понимаю. Но тот факт, что на выставке будет бесплатная выпивка и моё любимое красное полусладкое, капитулирую, обещая быть в положенном месте, в назначенное время.
— Обратите внимание! У вас на руке кровавое пятно.
— Это пустяки! Важно, что у меня на губах улыбка.

Впервые посещаю такие места. Но веду себя так, будто от рождения обязательным для меня мероприятием были чужие выставки и изучение человеческих грехов, запечатлённых на фото или картинах. Отчасти так оно и есть. Не смотря, на мою яркую внешность, я часто была серой мышью, лишними ушами, той, кого не замечали и могли вслух обсуждать свои планы, секреты, тайны. В такие моменты подмечаешь каждую черту, каждую эмоцию и проявление человеческой натуры. Как бы не старались они заявить, что мы давно шагнули далеко вперёд от низменных порывов, смогли победить животные инстинкты, они ошибались. Мы тщеславны, мы гонимся за славой и признанием, за властью. Не обязательно властью над целым городом. Над другими людьми, считающими нас своими близкими, над самими собой. Но как водится, люди не в состоянии контролировать то, что бурлит у них внутри. В высшем обществе, которое собралось в галерее, на все их жалкие лица словно нанесли золотое напыление, дозволяя этим самым оправдывать любое своё действие. Наблюдать за столь искусными врунами мне доставляло особое удовольствие. За теми, кто наиболее близок к совершенству самоконтроля эмоций, как внутри себя, так и их проявлений на лице. Существует столько способов, чтобы понять, что человек перед тобой лжёт. Но проще всего это удаётся тем, кто обладает способностью к эмпатии. Мне такие читерские способности и не снились. И пока друг в привычной ему, скучной манере, повествует об очередном шедевре современного искусства, я краем глаза замечаю знакомую светлую макушку. Не хочу её видеть. Прошлое порой так беспощадно, ведь живёт в нашей памяти. Но когда прошлое предстаёт перед тобой, хочется броситься в бега. Какой бокал вина я пью? Третий, четвёртый? Так и подмывает подойти. И почему кажется, что меня накроет разочарованием, окажись передо мной другая девушка?
Деньги. Их ненавидят, их вожделеют. Ими кичатся в богатстве, их проклинают в недостатке. Они порабощают нас, превращая в скряг и зависимых от достатка людей. Обязательным условием выживания становится наличие работы. Некоторые в погоне за "зелёным" счастьем прозябают в офисах-подвалах, теряют здоровье в угоду статусу, наращивая нули на банковском счету. Властители мира сего говорят о том, что никогда не стремились к деньгам. Я читала биографию Стива Джобса, мечтала увидеть его когда-нибудь, ибо считала интересным и умным человеком, сколотившим состояние из ничего, если верить всему тому, что было о нём написано. Считала денежное благополучие почти всегда заслугой не самого человека, а заслугой его родителей. Хотя с Бонни до сих пор не было понятным, как ей удавалось наслаждаться жизнью, быть такой неземной и простой, в тоже время умудряясь не терять положения в обществе. О себе, своих талантах, возможностях, работе я рассказывать не любила. Всё же отсутствие образования и престижной профессии вместе с достойным заработком - не повод для хвастовства. Тем паче с той, кто имеет всех и вся. Некогда финансовый вопрос висел надо мной как Дамоклов меч. Помогла одна из девиц, с которой я, скажем так, была довольно близко знакома. За пультом диджея я получала не так много, но зато хватало на беззаботные выходные раз в месяц. Вместе с этой подработкой я заимела знакомого дилера и даже иногда получала процент от продаж, если присылала к нему людей. И меня совсем не волновал тот факт, что кто-то мог съесть слишком много радужных таблеток и отбросить коньки. Каждый выживает так, как может.
- Улыбка у модели очень красивая, озорная. Но мне всегда больше нравилась твоя. Никогда не знаешь, что за ней скрывается. Желание позабавиться или стукнуть тебя по голове, - подхожу к Бонни со спины, избавившись от назойливого приятеля, - Всегда так заводила эта неопределённость, - становлюсь подле неё, цокнув языком.
Спросить о том, с кем здесь Бонни и не помешаю ли я ей, не даёт мне гордость. Она всё также красива, всё также притягательна. По-своему. Это я никогда не отличалась особой женственностью, облачаясь чаще в штаны, как и сейчас. Чёрные, узкие и облегающие. Сверху белая блузка, не просвечивающаяся, но на голое тело. Мне нравится думать, что я эпатирую публику даже тогда, когда она об этом не подозревает.
"Интересно, зачем на этот раз нас столкнул случай нос к носу?" - задаю себе мысленно вопрос и получаю ответ от подсознания, - "Глупышка, ты могла бы не подходить к ней, но сделала это. Твой выбор".


Личные требования к игроку
Мне параллельно кросспол у вас или нет, если вас зацепила задумка. Да, скорее всего, тут будет много нцы. По согласованию с игроком можем убавить, можем прибавить. Я лояльна на счёт размеров постов. Сама пишу от 3к до 7к. Темп мы можем выбрать сами. Но меня устроит пост раз в неделю, потому что очень хочется игры, которая расшевелит сюжет персонажа. Начнём мы хоть с флешбека, хоть с реальности. Для связи с радостью дам асю, скайп. Из альтернативных внешностей Крис Эванс, Тео Хатчкрафт. В любом случае, мы можем это обсудить, скорректировать детали их знакомства/общей истории. Если у вас возникает вопрос, в пару ли персонаж, то хотелось бы в пару. (Если моя героиня не шизанётся окончательно и не умрёт у него на руках, знаю, не смешно) Однако, сюжет больноватый и довольно ненормальный. Поэтому я жду такого же чудесного маньяка, которым являюсь сама :з


Связь с вами
Пока гостевая и лс.

+2

7

http://sg.uploads.ru/t/wtf9R.jpg

Имя персонажа:Jay Mehra|Джай Мехра 
Возраст: 38 y.o.
Внешность: Salman Khan|Салман Кхан
Род деятельности: бизнесмен


Описание персонажа

Отношения с персонажем:
Можно ли назвать любовью то, что между нами происходит? Сейчас наши отношения походят на сильную и глубокую привязанность, с проявлением заботы, искренности и доверия. Мы знаем о друг друге все, не имеем друг от друга никаких тайн – ты не приветствуешь лжи в отношениях, а меня «читаешь» как открытую книгу. Иногда они напоминают безумное собственничество с проявлением ревности, ведь ни один из нас не готов отпустить друг друга из своей жизни или вручить другому претенденту. Скандалим ли мы? Отнюдь, просто резко замолкаем и расходимся в разные стороны. Однако потом каждый из нас неуклюже пытается извиниться перед друг другом. Что же все - таки между нами происходит? Давай разберемся вместе.
Как же мы появились в жизни друг друга? Она произошла неожиданно и внезапно в Центральном Парке на Манхэттене – я … кхм… мягко говоря, «затормозила» об тебя во время катания на роликах квадах. От этой встречи у тебя на затылке до сих пор имеется слабо заметный шрам. После происшествия в парке мы исчезли из жизни друг друга, пока однажды ты не привел на прием жену своего брата с сынишкой. Несмотря на то, что мы старательно пытались сделать вид, что не знаем друг друга, но таки обменялись парой едких фраз. Прием закончился, ты постарался скорее ретироваться, пытаясь вытащить из моего кабинета невестку с племянником. Однако наше знакомство продолжилось в тот же вечер – начался сильный ливень, я караулила хоть какой – нибудь транспорт на остановке около больницы и тут появился ты, точнее подъехал с предложением подвезти до дома. Слово за слово, обоюдные шутки – прибаутки с вежливым обменом визитками.
Утром следующего дня я получила первое сообщение от тебя, ответила… Незатейливая переписка стала началом нашей истории, которая продолжается уже больше года, приобретающей различные эмоциональные оттенки и углубляющейся в неизвестность.

Описание персонажа:
Джай Мехра –  один из сыновей богатого индийского ювелира Мехры, салоны которого очень популярны в восточном мире. Благодаря ему, семья имеет также несколько крупных магазинов в Европе, где Джаю приходится проводить большую часть времени, чтобы постепенно ликвидировать разрастающийся конкурирующий рынок. На данный момент господин Мехра  проводит активную торговую компанию на землях Манхэттена.
С пеленок  был окружен достатком, получил достойное образование за рубежом. Любитель животных, хотя по строгому и брутальному виду не скажешь, обладает неплохими способностями к фотографии, а ещё жуткий трудоголик. Но так было не всегда.
В молодости Джай отличался балагурным нравом и страстностью натуры. Имея высокий коэффициент популярности среди женского пола, среди этих птичек парень нашел ту, которая казалась ожившей мечтой. Однако воздушные замки рухнули и  пришлось узнать жестокую правду – она изменяла ему в с его лучшим другом, при этом «опустив» на деньги. Глубокая депрессия, алкоголь… Бог весть до чего бы дошло, если бы не связи отца, длительное лечение в клинике… Сейчас прошлое кажется просто дурным сном, от которого остался привкус горечи и сложности в общении с противоположным полом
Закалившийся характер, внешняя суровость, немного угрюмой строгости в сочетании с врожденными  талантами сделали из Джая Мехры серьезного человека не только в деловых кругах, но и среди своих. Мужчина тверд в своих убеждениях, всегда достигает поставленных задач и ловко манипулирует людьми, если в результате будет так, как ему надо. И лишь только в обществе нелепой девчонки на роликах, которая врезалась  в него однажды летним днём в парке, он раскрывается с лучшей стороны.


Ваш пост

пост

Вы когда – нибудь делали что – то в первый раз, наслушавшись других о том как это здорово, круто и так далее? Наверняка. Вот и доктор Кхурана решила, что хочет научиться кататься на квадах после долгих рассказов коллег на работе. И правда, что тут сложного? Надел ролики, оттолкнулся и поехал.
В ближайшие выходные Танви нагрянула в спортивный магазин, где с помощью консультанта отыскала очаровательную пару белых квадов. Пока примеряла обновку, где – то неподалеку жужжала какая – то тетка, убеждая дочурку в том, что ролики это опасно, можно сломать руку или пробить голову. И вообще, пусть эти активные времяпрепровождения останутся для экстремалов, не боящихся ни Бога, ни черта, ни травматизма. Нудный голос наконец – то начал удалятся вглубь магазина, а доктор Кхурана задумалась и таки попросила подобрать по размеру шлем и щитки для локтей и коленей. В чем-то вредная тетка права. Хоть черепушку не смогу повредить, если вздумаю встретить головой тротуар в парке. Расплатившись за покупки, довольная Танви поспешила домой. Желание начать учиться кататься вот прям сию секунду было сильно, но где – то в глубине сознания трусливо прогуливалась мысль о том, что лучше повременить и посмотреть пару – тройку обучающих видео. Приготовив себе порцию какао, Танви включила ноутбук и погрузилась в изучение теоретических основ.
На следующий день девушка решительно направилась в парк, чтобы претворить полученные знания в практический опыт – надела ролики, закрепила защитное «обмундирование» и поехала. Первые шаги дались с трудом, но через полчаса долгих и старательных попыток Тану наконец – то научилась правильно балансировать и держать свои ягодичные мышцы подальше от асфальта и ближайшего газона. Спустя час девушка освоилась в новом качестве и решила, что кататься в под свое бурчание в адрес себя довольно утомительно, поэтому стоит разбавить прогулку музыкой. Сказано – сделано. И вот в наушниках уже любимые сердцу мелодии, погода чудесная. Просто благодать!
Танви решила сделать кружок по парку и отправиться домой. На очередном повороте девушка решила прибавить скорость да вот незадача – тормозить ведь так и не научилась. В животе начал нарастать напряженный ком, а паника начала сбивать сосредоточенные мысли в  пучок нелепостей. Спокойствие, Танви, только спокойствие, - доктор Кхурана старательно пыталась избавиться от возникшего чувства, когда посреди дороги возник мужчина. Точнее его спина. И нервы девушки не выдержали.
- Осторожно! Уйдите с дороги! В сторону! – паника навела такой кипиш в девичьей голове, что английская речь смешалась с родным хинди, выдавая просто дичайшие выражения. В ушах по – прежнему были наушники, отчего Танви пришлось перекрикивать слова песни. Кажется именно это привлекло внимание мужчины, который решил повернуться навстречу источнику шума.
Нда… Возможно со стороны их тесное знакомство выглядело симпатично – вот девушка врезается в мужчину, вместе падают в траву… Только вот в действительности все было не столь романтично – от страха Танви закрыла глаза и на всей скорости врезалась в незнакомца, больно ударившись об него лбом и плечом. 
- Девушка, ау! Я к вам обращаюсь – кажется на мгновение разум покинул Тану и вернулся лишь только когда мужчина попытался скинуть наглую особу с себя, решившую использовать его как мягкий матрас для подстраховки. Плеер валялся где – то в траве вместе с порванными наушниками. Внезапно возникшая тишина стала первоисточником возвращения мисс Кхураны в реальный мир.
- Ох, простите меня, - лицо Танви стало пунцоветь, девушка пыталась поскорее отползти куда – нибудь в бок. – Я… Это все вышло случайно, клянусь! – Тану пыталась подобрать слова, но каша из двух языков выглядело безумно нелепо.
- Ты что, индианка?! – мужской голос был полон удивления да и фраза на хинди заставила девушку встретиться лицом к лицу с говорящим. Танви подняла голову и была очарована глубиной темных карих глаз.
- Я… Да… - еле слышно пролепетала девушка. – Танви, доктор Танви Кхурана, - она рефлекторно протянула мужчине руку.
- Джай Мехра, - усмехнулся мужчина, пожимая её руку. -  Не сказал бы, что знакомство было приятным, но определенно запоминающимся, - от сказанных слов Тану ещё гуще залилась краской, пытаясь подняться на разъезжающиеся в стороны ноги, по – прежнему обутые в ролики.


Личные требования к игроку
Давай постараемся сделать совместную игру не в тягость, а в радость? Я не гонюсь за количеством, лучше сделать акцент на качестве. Не пропадай в небытие, пожалуйста. Не требую ежесуточно сидеть на ролевой и строчить посты каждый день, но и в апатичный овощ не превращайся. 
Помогу с адаптацией к индийской культуре, отвечу на любые вопросы во внеигровом пространстве. Со своей стороны обещаю также не пропадать в неизвестность, старательно отписываться и всегда отвечать на личные сообщения. Гарантировано позитивное настроение и доброе отношение к тебе, если решишься взять персонажа.


Связь с вами
ICQ: 635 – 397 – 021

Отредактировано Tanvi Khurana (05.07.2018 14:45:58)

0

8

http://funkyimg.com/i/2JQGx.png

Имя персонажа: на ваш выбор, мне на ум идет Лаура, но можно что-то другое, главное чтобы сочеталось с итальянской фамилией.
Возраст: 35+
Внешность: Laura Pergolizzi (only!)
Род деятельности: певица, автор песен.


Описание персонажа

Отношения с персонажем:
сильная эмоциональная связь, которая в какой-то момент перейдет границы допустимой дружбы (или нет)
Описание персонажа:
Возможно это прозвучит довольно комично, но данная заявка – результат моего сна. Проснувшись посреди ночи с блаженной улыбкой, я поняла, что этот персонаж мне необходим как воздух, что он привнесёт что-то новое в жизнь моей героини. Я, конечно, сомневаюсь, что найдется еще один такой же сумасшедший, как я, да еще и согласится играть такой специфичной внешностью, но я буду ждать, надеется и верить, потому что ты мой человек.
Как я уже сказала выше, внешность – основа, и ее я не соглашусь заменить, даже если очень попросить. Лаура настолько меня вдохновляет своим клипом «when we're high» что ее голос, внешность и улыбка, стали для меня своего рода наваждением.
Переходя непосредственно к заявке, первое о чем скажу – она из Италии (да, моя оригинальность оставляет желать лучшего, но что поделать). Что именно с ней произошло, и почему в какой-то момент она оказалась в Нью-Йорке и начала писать песни, а потом и сама их исполнять – все на ваш откуп. Здесь препятствовать не буду и во всем поддержу.
У меня есть зарисовка на наше знакомство, я для этой цели даже придумала себе кузину, на чьей вечеринке в честь ее помолвки мы познакомимся. Мое воображение рисует четкую картинку выступления Лауры, танцы гостей и мое одиночество, которое я буду топить в бокале красного вина. Именно в момент исполнения той же «when we're high» я настолько растворюсь в тексте песни, что не замечу налетевшего на меня официанта, который заденет меня плечом и вино окажется на платье. Пересечемся в уборной, где я буду яростно оттирать пятно, а ваше предложение оставить эту работу для тех, кто работает в химчистке и переодеться в запасной комплект будет кстати. Но у меня под рукой не будет ничего другого, в отличие от вас, ведь в вашей гримёрке всегда найдется запасная рубашка и возможно пара потертых джинсов.
Лауру не будет интересовать мое положение и мои деньги, даже то, что у меня есть отношения. Мы будем друзьями, в понимании моего персонажа и немного больше чем друзьями в ее понимании. Я представляю ее все же той, кто любит красивых женщин, восхищается ими и готова посвящать им свои песни.
В ее доме меня всегда будет ждать чашка чая с каплей меда или согретое вино с добавлением корицы. Именно Лаура приучит меня просыпаться на рассвете в ожидании ее звонка, когда она своим хрипловатым голосом будет рассказывать мне о том, что сидит на своем балконе, потягивает вино в ожидание рассвета, перебирает гитарные струны и кажется нашла вдохновение на новую песню.
Я хочу отыграть уютные отношения, которые не поймет никто из тех, кто наполнял жизнь моего персонажа событиями до появления этой необычной женщины. В ее объятиях я смогу отыскать то тепло и заботу, которую не получила от матери, которую потеряла со смертью мужа. Возможно, даже излечусь от той злобы, которую в мое сердце гвоздями когда-то вколотила другая моя итальянская любовь. Я вижу, как буду дарить ей подарки за то, что она такая чудесная, а она смущаться и говорить, что это лишнее. Мы будем кататься по городу в кабриолете, взятом на прокат и, именно она научит меня оглушительному, пробирающему до самых костей свисту.


Ваш пост

пост

Я была смелой, но очень слабой. И это было заметно невооруженным глазом, я и раньше имела привычку резко оборачиваться на любой звук, а сейчас боль от потери и осознание того, что я осталась совершенно одна, придавали мне сил и изворотливости. Я повинуюсь инстинкту загнанного зверя, делаю шаг назад, чтобы отыграться двумя в реванше. Я боюсь открыть рот, потому скорее всего захлебнусь собственными словами, точнее говоря проклятьями и угрозами в адрес стоящего напротив меня человека. Под подошвой лодочек захрустела кирпичная крошка. Я почти не среагировала на его слова о помощи, словно бы не слушала и вовсе. Я бы хотела внушить этому человеку без слов совет ретироваться пока у него была возможность уйти целым. Ожидание хоть какой-то моей реакции длинной в половину выкуренной сигареты. Я сдаюсь первой, потому что не вижу иного для себя выхода и протягиваю в его направлении свою зиппо. Я прикусываю щеку изнутри, когда он говорит о репортерах.  Странно, конечно, что думаю о них, ведь это работенка скорее для моей матери, что печется о своем статусе даже в «такой» день. Неотвязное чувство стороннего наблюдения не покидало меня. Я оглянулась через плечо, но никого не увидела и мой взгляд вновь был устремлен к мужчине, что стоял напротив меня.
- А вы значит из числа тех, кто уважает личное пространство других людей, - мой взгляд сбегает по мужской фигуре вниз до самой подошвы его ботинок и буквально в миллиметрах от мысков тех мысленно рисует белую жирную линию. - И оказались здесь совершенно случайно. – Я отступаю к кирпичной кладке, что находится на одном уровне с моей талией и тушу наполовину выкуренную сигарету об отсыревший камень. Говорю с ним сквозь сцепленные зубы, потому не имею ни привычки доверять вот таким вот «союзникам».
- Что? – Не сразу понимаю я. И мне не удается скрыть свое удивление и проявившийся интерес, он так ловко цепляет меня на свой крючок, что я смотрю в указанном направлении. Именно направление моего взгляда выдает во мне человека, который отнесся к сказанному с недоверием.  Качаю головой. – Это не мой метод. Я не бегу. В моих словах ни грамма вранья, я о многом не договариваю и извращаю факты, но все, что касается моих привычек, никогда. Особенно если мне нужно предстать перед человеком женщиной с несгибаемой волей. Я снова думаю о своем покойном муже, потому что именно он научил меня не бежать, даже когда у меня не оставалось другого выхода. При мысли о Станиславе подступают слезы, и я поспешно сглатываю их. Нельзя отвлекаться: слишком многое сегодня поставлено на карту. Украдкой смотрю на своего собеседника: только бы не догадался, что у меня нервы на пределе. При словах об убийце, я слегка подаюсь вперед. Его вульгарная манера, с которой он это произнес свои слова, выбила из легких весь имеющийся в них воздух. Мои щеки опалило огнем, а взгляд холодно и гневно блеснул. Я открываю рот, но не произношу ни звука и снова закрываю его. Выгляжу униженно и соответственно глупо. Они все, каждый из присутствующих только и делают, что пытаются разозлить меня. Мне хорошо известна эта уловка, если человека вывести из себя, как следует разозлить он перестанет контролировать себя, а значит и то, о чем будет говорить. Я понимаю, что слова нужно подбирать аккуратно.
- Умно, - мои слова больше похожи на предостерегающие шипение королевской кобры. Его слова еще какое-то время тикают в моей голове как механизм бомбы, примерно такой же на которой подорвался наш автомобиль.  – Без комментариев. – Мой взгляд стекленеет, а фраза до того шаблона, что скрипит на зубах. Лицо горело, словно от пощечины. – Кем бы вы не были, - я смерила своего оппонента взглядом, стараясь игнорировать мысль о том, что его внешний вид и нагловатая манера общения меня увлекают. Я с огромным трудом справляюсь с желанием послать его в долгое пешие путешествие. Мы сталкиваемся взглядами, как тектонические плиты, и разрушаем пространство вокруг нас. Моему собеседнику на вид чуть больше двадцати пяти, отсюда и пренебрежительно отношение к окружающим, несоблюдение личных границ. Он высок, я могу лишь предположить, что ростом он примерно метр восемьдесят. И еще у него очень глубокий взгляд, смотрит и будто бы каждую мою мысль перебирает в своих пальцах, пытаясь предугадать следующий мой ход. Меня охватывает чувство неловкости, словно бы раздели и выставили на всеобщее обозрение.
- Я ухожу. – Отвожу взгляд первой, потому что знаю, что заведомо проиграю и обиднее будет, если потрачу на это слишком много времени. Я беру курс на указанный ранее угловой вход, ухожу, не оборачиваясь и не ищу причин остаться и излить душу. В дверях буквально врезаюсь в незнакомую молодую женщину и от внезапно охватившего меня панического страха, отступаю на несколько шагов назад. В ее руке маячит прямоугольный предмет, скорее всего диктофон. Я редко ошибаюсь, взгляд все еще прикован к тому, что сжимает в руке незнакомка, а она уже и рада сунуть мне под нос свой диктофон.
- Вероника не могли бы вы прокомментировать случившейся с вашим мужем?
Я наотмашь отбиваю женскую руку, она вскрикивает и разжимает пальцы и ее «маленький помощник», выбитый из рук, летит на вымощенную камнем дорожку, что ведет к угловому входу в церковь. Дамочка обиженно вскрикивает:
- Чокнутая сука, ты хоть знаешь сколько он стоит? – она бросается к разбитому диктофону и подбирает с земли его части. Еще пара секунд и на ее визг сбегутся остальные.  Споткнувшись, я разворачиваюсь корпусом в направлении того парня, что нарушил мое уединение и натолкнувшись на взгляд серо-голубых глаз, резко меняю направление. Я быстро шагаю в неизвестном мне направление и перехожу на бег. Некоторое время мне удается бежать по проседающей мягкой кладбищенской земле, но в скором времени каблуки все больше проваливаются при шаге, а влажные комья налипают на подошву и каблук. Где-то там позади я оставила назойливых репортеров, свою охрану и того парня, чей взгляд совершенно не был сочувствующим, но все равно оставался таким манящим. Я обвожу взглядом местность в которой оказалась, взгляд скользит по верхушкам памятников, что молчаливо выстроились в аккуратные ряды. В конце концов вижу рабочих, что копают очередную могилу и направляюсь к ним.  Я замираю почти на самом краю и ко мне уже прикованы взгляды всех присутствующих.
- Вам чего, леди? – один из мужчин утирает рукавом, выступивший на лбу пот и звучно сплевывает себе под ноги. И что-то внутри меня вздрагивает от звука его хриплого голоса.
- Мне нужно выпить. – Покопавшись в прихваченном с собой клатче, нахожу в его недрах пару скомканных купюр. – Я готова купить всё, что вы предложите. Рабочие переглядываются между собой и один из них пожимает плечами. Один из них выбирается из могилы и отряхивая руки от налипшей земли идет к брошенным пожиткам.
- На вот, - он протягивает мне запотевшую бутылку с мутной, отдающей янтарем, жидкостью внутри. Мы совершаем обмен – мятая сотка на выпивку, в качестве которой я не уверена.
- Спасибо, - даю отмашку свободной рукой и отхожу на безопасное расстояние, удерживая в руке бутылку так, чтобы в случае преследования со стороны хоть одного из тех, кто копал могилу, иметь возможность разбить ее об голову преследователя.


Личные требования к игроку
В идеале мне бы хотелось видеть рядом с собой игрока адекватного и самостоятельного, опыт и наличие долгих перерывов не имеет особого значения для меня. Еще бы хотелось верить в твою инициативность, желание развивать сюжет и привносить в мои задумки что-то свое. О размерах игровых постов и темпе игры всегда можно договориться, но заранее предупрежу о том, что размеры моих постов превышают 5к и в дальнейшем могут расти, все зависит от вдохновения.
Могу, умею и практикую в графику, так что с «одеждой» проблем не будет. Вниманием не обделю, с нужными людьми познакомлю и вообще сделаю все, чтобы на проекте тебе понравилось. Приходи скорее.


Связь с вами
гостевая, лс

Отредактировано Veronica von Horst (28.07.2018 15:15:41)

+1


Вы здесь » Manhattan » Нужные персонажи » Нужные персонажи. Любовь, ненависть, надежда...