http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/40286.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/95139.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/86765.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/22742.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/96052.css

Manhattan

Объявление

Новости Манхэттена
Пост недели
Добро пожаловать!



Ролевая посвящена необыкновенному острову. Какой он, Манхэттен? Решать каждому из вас.

Рейтинг: NC-21, система: эпизодическая.

Игра в режиме реального времени.

Установлено 5 обложек.

Администрация
Рекомендуем
Активисты
Время и погода
Дамиан · Марсель

Амелия · Маргарет

На Манхэттене: февраль 2017 года.

Температура от -2°C до +5°C.


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Manhattan » Нужные персонажи » Нужные персонажи. Любовь, ненависть, надежда...


Нужные персонажи. Любовь, ненависть, надежда...

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

http://s8.hostingkartinok.com/uploads/images/2016/04/bbbf78a93bf2f90e24d4847305da091b.png
Отношения и сердечные привязанности всегда были самой сложной, но и самой интересной составляющей нашей жизни, прошедшая любовь никогда не забывается, радость встреч терзает воображение, надежда на завтрашний день скрашивает будущее. Самые яркие истории, расцвеченные воображением наших обитателей ожидают своих героев. Мы непременно протянем вам руку помощи, чтобы вы могли полностью прочувствовать столь нужного персонажа, и сразу написать одну из незабываемых историй своей жизни.

0

2

http://i83.fastpic.ru/big/2016/1218/4c/c796f384af27a7d6f798d67892a65d4c.png

Имя персонажа: На ваш выбор
Возраст: 17 лет
Внешность: Дэвид Мазоуз (David Mazouz)
Род деятельности: ученик старших классов


Описание персонажа

Отношения с персонажем:
Ты моя первая любовь, тот кто заставил мое юное сердце биться чаще и носить юбки короче, тот ради кого я освоила искусство разукрашивания собственного лица не с целью поиграть в индейцев, и даже научилась ходить на каблуках.
Описание персонажа:
Ты совершенно свободен делать с персонажем все, что захочешь, у меня есть всего несколько пожеланий:
• Мне бы хотелось, чтобы у тебя была счастливая и крепкая семья, с любящими родителями, или, по крайней мере, таковой казалась со стороны;
• Я бы хотела, чтобы твой персонаж все же учился на год старше, то есть, на момент написания заявки, он учится в 10 классе старшей школы;
• Мне бы хотелось, чтобы ты был больше из круга популярных ребят, не главная звезда класса и школы, а просто из того круга, по сути недоступного для Лауры;
• И самое главное: персонаж должен быть подростком, в полном смысле этого слова. Не тридцатилетним мужиком в теле ребенка, а именно что тем самым подростком, который еще много не знает о жизни и мире, должен определиться со своим будущим и боится того, что его дома накажут родители. Вспомни, каким был ты в этом возрасте, вот такого мне друга и надо, а не из американских сериалов или аниме, где школьники спасают мир.

Конкретной истории у меня для них сейчас нет, я надеюсь, что мы придумаем все детали с тобой вместе. Я не жду, что эта история будет у них на годы, скорее это история на то время, что они учатся вместе в школе, а потом… А потом они повзрослеют и разлетятся кто куда, может и не встретятся уже никогда. Я не вижу сейчас Лауру в реальных отношениях на всю жизнь, что совсем не помешает ей строить планы и фантазировать.


Ваш пост

пост

Слова подруги рисовали передо мной яркую картину, только в главных ролях были не она и ее отец, а я и папа. Я живо представляла себе, как прихожу домой из школы, всего того дерьма, которое мне выпало в последние четыре года не было, просто не было. Нет, то, что я себе представляла себе было тем самым «А что если…», о котором так любят заставлять писать эссе на английском в школе, тем самым «А что если..», о котором снято много фильмов, тем самым «А что если…», которое было уже одним из самых избитых сюжетов.
Когда мне в конце средней школы велели написать сочинение на эту тему, я решила сильно не выделяться из толпы своих одноклассников. Все они рассуждали о том, что было бы родись они мальчиками или девочками, не брось они какой-то кружок, кто-то, насмотревшись фильмов, писал о том, чтобы бы если бы он был вампиром или трибутом. Я написала эссе на тему: «А что если бы я родилась енотом?» Меня не поняли, я получила двойку, а бабушку вызвали в школу. Одно порадовало меня поняли Джемма и Люк, а этого мне хватало. Я знала уже тогда, чего от меня ждал учитель, слезливых рассуждений о родителях, но я в какой-то момент начала пытаться выстроить между собой и тем днем стену, ту самую, которая и должна была когда-нибудь разделить мою жизнь на до и после. Пока не очень получалось, все время что-то при помощи специального шара, как в клипе Майли Сайрус, разбивало к черту мое сооружение. Мне пятнадцать, и чтобы я не пыталась говорить или делать, я безумно скучаю по родителям, я безумно завидую тем, у кого они есть. Поэтому я так поступила с глупым заданием и надеялась, что в будущем будет либо проще, либо появится учитель с чувством юмора. А в итоге подкосила меня и заставила задуматься девушка, которую я видела первый раз в жизни, но кажется знала уже целую вечность по сети.

А что если аварии не было? Какой была бы моя жизнь?

Вечер, около семи, за окном уже смеркается, а мир окрашен в оттенки золотого и оранжевого, совсем, как вокруг нас бредущих по городу в поисках мужчины, который не признавал собственную дочь. Я спускаюсь вниз из своей комнаты на кухне, чтобы помочь маме с ужином, та смеется и машет на меня рукой, мол уйди и не мешай. У меня совершенно не получается готовить, то я палец порежу, то нос обожгу. Кстати, и то, и другое со мной как-то случалось, после этого бабушка оставила попытки научить меня готовить, решив, что полуфабрикаты и микроволновка меня спасут от голодной смерти. Мама смеется мне вслед и советует пойти начать разбирать инструменты к приходу папы.
Я как раз выхожу в гостиную, когда он входит в дом. Я улыбаюсь ему и легко кивнув, подхожу к стеллажу пластинок, за последние четыре года их стало еще больше. Мы с особой любовью и азартом искали с ним редкие издания и покупали новые альбомы на виниле, как два ребенка на рождество, радовались, каждому новому приобретению. Я бережно перебираю в руках квадратные конверты из плотного картона, чтобы найти ту, которая задаст настроение на весь вечер. Поставлю что-то из Beatles, например, Let It Be, никто не пел о любви так, как Джон Леннон. По крайней мере, так думали мои родители, а это очень важно. Папа, услышав первые ноты, вопросительно и выразительно на меня посмотрит, но сначала ничего не скажет, вместо этого время до ужина мы проведем танцуя, совсем, как в детстве. Я всегда любила этот наш вечерний ритуал.
Потом мы сядем всей семьей кушать, и бабушка обязательно спросит, как у меня дела в школе. Я пожму плечами и скажу: «нормально, ничего нового». Как вообще в школе может что-то новое? Каждый день одно и тоже, уроки, перемены, ланч, уроки, перемены, кружки, домой – все. Ничего другого не бывает. Мама мягко улыбнется и спросит, как у меня дела с группой поддержки. Да, если бы родители выжили, я бы наверняка стала самой популярной девочкой в школе, капитаном чирлидеров, а еще отличницей. Интересно, а это вообще возможно? Хотя, какая разница, ведь это же только моя фантазия. В ответ на ее вопрос, я пожму плечами, скажу, что разучиваем новую программу, чтобы достойно защитить наш чемпионский титул, что Тигры, кажется так называется наша команда, тоже обязательно победят. Потом я смеясь отхлопаю в ладошках этот дурной ритма и крикну: «Вперед, тигры!»
После ужина, мы с папой пойдем в гараж продолжать собирать радиоуправляемый самолет, нам обязательно надо закончить его до Дня Благодарения, чтобы принять участие в праздничном конкурсе, а потом мы с ним будем украшать дом. Это всегда было так, весело, увешивать все-все-все в гирляндах, ставить фигурки Санты, снеговиков и оленей. Больше мне нравилось, разве что готовиться к Хэллоуину, но это было мамин праздник, мы с ней шили мне костюм каждый год. Правда, вряд ли в пятнадцать мы все еще это делали, я бы ушла на вечеринку, но туда же тоже нужен костюм, да? Забавно, я уже в старшей школе, а таких важных вещей не знаю, надо будет уточнить.
Мы будем о чем-то болтать, смеяться, папа всегда находил тему и очень интересную. Я очень сильно его любила, и то время, что мы проводили вместе всегда было самым ценным, наверное, поэтому я так и среагировала на слова Сондры о деньгах. В какой-то момент, папа мне заговорщицки подмигнет и спросит: «Кто он?» Забавно, он, кажется, всегда видел меня на сквозь и лучше мамы, а может быть она давала мне возможность прийти к ней самой, в то время, как он сразу пытался оберечь меня от всего плохого. Я пожму в ответ плечами и скажу: «Никто». Он только улыбнется и покачает головой: «Главное, не делай ничего, чего бы не сделала твоя мама». Кажется, на этом все, но я буду знать, что после этого разговора, он будет при каждой возможности всматриваться в толпу, в попытке узнать кто же тот смельчак, что решил попытаться украсть сердце его маленькой девочки.
Вечером я прихожу к маме и сажусь на пуфик, она смотрит какой-то старый фильм с Одри Хэпберн. Моя мама очень сильно его любила, наверное, мы будем смотреть Римские каникулы. Кажется, он был ее самым любимым, а может быть он только мой. Иногда, я его пересматриваю, удивляясь тому, как долго может служить двд диск. Мама будет расчесывать мои волосы, заплетать их на ночь в косу, а я буду с улыбкой следить за ней в отражение окон. Я обязательно скажу ей, что мальчик позвал меня на свидание, что я не признала папе о том, кто он, что я не знаю, что делать. Она обязательно просит почему и нравится ли он мне. Как и Сондра, я скажу, что он совсем не мой идеал, поэтому я и не знаю, что делать. Она спросит меня, а какой у меня идеал. Я тут же скажу, что он должен быть любящим, заботливым, добрым, веселым, внимательным, понимающим, совсем как… как… как Люк.
Люк. Джемма. Если бы не было аварии, то я никогда бы не познакомилась с Люком, вряд ли бы родители согласились его подпустить ко мне. Сейчас мне кажется, немного странным, что бабушка изначально его ко мне пустила, я догадываюсь почему пыталась прогнать. Но Люк, он же не такой, я точно знаю. К тому же, я краем уха слышала, что он тоже пострадал в той аварии, интересно, что ему сделала я? Такое даже и не спросишь у человека. А еще интересно, почему он решил быть так добр к дочери человека, который официально виновник? Я стараюсь не думать об этом, Люк совсем взрослый, к тому же он мужчина. Он с Марса, а я с Венеры, я не смогу никогда понять его мотивов и причин. Поэтому, наверное, лучше даже не пытаться.
Если бы не было аварии, то я и Джемма никогда не подружились бы. Наоборот, мы бы с ней оказались по разную сторону баррикад. В лучшем случае, я бы не замечала ее, а она устраивала бы мне мелкие пакости. Джемма она может, я знаю, просто так, потому что это весело. Я стараюсь, ей не мешать, но мы бы были врагами. Если бы не было бы аварии, я была бы одной из тех, кто задирал и задирает меня. Я стала бы той, кем мои родители вряд ли смогли бы гордиться…

Если бы аварии не было бы, я была бы не я.

- Я могу долго гулять, если что позвоню другу, он меня отвезет домой, я надеюсь… ну не бросит, это точно, - уверенно киваю я, стараясь отмахнуться от ведения, которое стояло перед взором. Услышав про магазин, я достаю телефон и стараюсь, незаметно, вытереть слезы. Говорили-говорили и вдруг заплакала, вряд ли Сондре было приятно это видеть. Пальцы быстро забегали, набирая текст и запуская поиск. На наше счастье антикварных вокруг было не очень много, но вот насколько далеко они на самом деле я могла только догадываться. Я протянула подруге телефон с отметками на карте. – Смотри, может быть какое-то название покажется знакомым?
- Папа?.. - я в растерянности посмотрела на девушку, пытаясь понять, как она догадалась или просто подумала, что у меня такая же ситуация. Тихо выдохнув, я еле слышно ответила. – Он умер.


Личные требования к игроку
Я хотела бы, чтобы ты был самостоятельным человеком и умел сам себе находить игры. На форуме несколько подростков, я уверена, ты обязательно найдешь с ними общий язык и игры.
Я терпелива и понимаю все, мне можно просто сказать, что ты очень занят работой/учебой/личной жизнью, и я буду ждать.
В плане размера, я подстраиваюсь под игрока, если тебе нравятся маленькие посты, будем играть маленькими, если большие, значит будем писать большие, но я противник литья воды, ради объема, всего должно быть в меру, ну, получается пост на 3-5 тысяч и ладно. Главное – это получать удовольствие от процесса, а не насиловать себя и друг друга объемами.
От тебя я так же жду адекватности и понимания, если я не могу по каким-то причинам написать пост, значит я не могу и надо немного подождать.


Связь с вами
Начнем с гостевой или лс

Отредактировано Laura Grace Clark (13.12.2016 22:45:25)

+1

3

http://i83.fastpic.ru/big/2016/1218/08/8c241445a109a332488dec9894b58f08.png

Имя персонажа: Дональд Барренс (в постах упоминалось, но если совсем не нравится, можем обсудить)
Возраст: 36-38
Внешность: Райан Бернс / Ryan Burns
Род деятельности: заместитель президента боро – Манхэттен, в чьем ведении находятся программы по улучшению жизни и сфера образования


Описание персонажа

Отношения с персонажем:
Честно говоря, я и сама слегка запуталась, кто мы друг другу. Мы однозначно не любовники – могут ли быть любовниками люди, так ни разу не оказавшиеся в одной постели или даже в любом другом месте, пригодном для занятия сексом? Мы, конечно, не друзья. Могут ли быть друзьями люди, которые знают друг о друге гораздо меньше, чем для этого требуется? Мы, разумеется, не враги. Могут ли быть врагами те, кто заключил гражданский брак? Брак преследующий единственную цель – мое участие в твоей программе передачи детей во временные семьи для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей. По факту, никаких семейных (в полном смысле этого слова) отношений у нас нет. Зато – есть брачный контракт, запрещающий разглашать подробности нашей семейной жизни и узаконивающий нашу семейную «легенду» для всех остальных. На публике – мы семья. Или должны стать таковой через какое-то время. И, кажется, я подобрала подходящее слово. Союзники. Мы союзники, создающие свою версию игры «мы будем жить долго и счастливо», не взирая на тщательно охраняемые собственные тайны.

В жизни каждого из нас есть то, что знают все. То, что знаем мы. И то, чего не знает никто.

То, что знают обо мне абсолютно все:
Рэйчел Рассел. Родилась 09 августа 1984 года
Мать: Сандра Рассел, школьный учитель (английский язык и мировая литература)
Отец: не известен.
Сбежала из дома в возрасте 15 лет (1991) , чтобы стать девушкой главаря одной из бруклинских банд – Дерека Клейтона. В 1997 году в одной из уличных разборок потеряла единственного близкого человека – свою мать.
Удивительно, но пережила период передела Бруклина и завоевания его Зейном Гектусом (без подробностей), после чего неожиданно пропала на неопределенный срок.
Вновь попала в поле зрения общественности в 2010 году, весьма неожиданно – в качестве модели, одновременно получая высшее образование (факультет … одного из Нью-Йоркских университетов).
2010-2014 – пик карьеры модели. Лицо марок Avon, Magnum, LOreal Paris.
2013-2015 – присоединение к службе эскорт-услуг. Жесткий контракт, запрещающий близость Исполнитель-Клиент в первую очередь по моей инициативе. Туда же внесен пункт об обязательном соблюдении Клиентом этого же условия путем подписания с агентством соответствующего соглашения: извещен, ознакомлен, условия приняты.
Благодаря этой работе – вхожа во многие значимые мероприятия и знаю многих людей из влиятельного и богатого круга бизнесменов и значимых людей города Нью-Йорка.
2016 – открытие собственной школы эскорт-моделей и одноименного агентства GEMS.
Особенность: Практически никого не приглашаю к себе домой. Ни при каких обстоятельствах. Теперь это уже привычка.

То, что знаем ты и я (и что можно вытащить из информации, сети, блогов, полицейских досье):
Наиболее грязные и, к сожалению, правдивые слухи – мое прошлое порноактрисы (1992-лето 2006) в фильмах по сценариям Дерека Клейтона, в связи с чем периодически всплывают то угрозы, то шантаж, то попытки подцепить меня на различных мероприятиях. Бывает и такое.
При переделе Бруклина – получила пулю в живот. Выжить выжила – но это сделало меня бездетной. И, кроме меня, знают об этом всего два человека, один из них – ты, второй – Стю. 
Прототипом главной героини одной из книг мисс Аманды Вуд тоже была я. Мы сказали об этом на презентации в конце 2015-го года.
После 2007 года – у меня практически идеальное полицейское досье и чистая биография, несмотря на несколько … «спорных моментов» и одно обращение по поводу попытки шантажа через моих высокопоставленных знакомых из числа ФБР.

То, чего о моей жизни не знает никто, кроме непосредственных участников событий:
Это благодаря мне Зейн убил Дерека Клейтона, которого я к этому моменту стала почти ненавидеть.
Это я долгих 9,5 лет (с лета 2006 по осень 2015) была любовницей Зейна Гектуса – хозяина всея Бруклина. Эта связь держалась в величайшем секрете как от конкурентов, так и от его жены (с 2013). Именно этой связью обусловлен мой неожиданный подъем и возвращение из звезды порнофильмов Дерека к нормальной человеческой жизни. Именно из-за него я связывала себя жесткими контрактами при работе в агентствах эскорт-услуг, куда устроилась после известия о его женитьбе в 2013. Именно он при расставании осенью 2015 подарил мне на прощание то, о чем мечтала – мою собственную школу моделей. Эскорт-моделей. Точнее, бумаги об этом на мое имя, куда я вольна была вписать даты и сроки – и начать. Достойная награда за 9,5 лет верности со стороны внештатного осведомителя Зейна.
Рождество 2014 года едва не стало для меня роковым – обернувшись встречей и «близким знакомством» с кланом Монтана, по причине того, что один «доброжелатель» послал старику Монтана старое видео с моим участием и его «лицом». При современных технологиях… Ну, вы понимаете. Да, я выбралась оттуда живой и относительно невредимой, но чего мне это стоило!
Бездетность стала моим бичом. Я почти смирилась с ней, точнее, с тем, что у такой, как я, никогда не будет своих детей. Слишком привыкла жить одна, слишком не однозначно мое прошлое и слишком мало желающих взять замуж такую женщину как я. Ведь я по всем параметрам – идеальная любовница… А тут ты – со своей программой «Временные семьи». Искуситель.

Не скрою, ты мне интересен. Интересны наши игры и роли… Каждая наша игра, начавшаяся с одной из встреч, где я исполняла обязанности эскорт-модели, сопровождая не-тебя на – как обычно - пафосном мероприятии. А затем - тебя. И снова - тебя. И еще не раз - тебя.
Описание персонажа:
Образование: Колумбийский университет в Нью-Йорке, два факультета, на которых Дональд обучался параллельно – социологии и политологии. Дополнительно углубленно изучал психологию и философию, начинал с собственных старт-апов по поддержке образовательных проектов и проектов социальной сферы.
Политические взгляды: демократ (партия «ослов»)
Амбиции: кресло президента боро, затем пост мэра города Нью-Йорка.
Семейное положение: женат (брак зарегистрирован маем 2016 года в присутствии двух свидетелей – твоей помощницы мисс Сьюзан (имя не менябельно) и моего давнишнего друга Стю).
Дональд очень-очень-очень умный человек. Будучи психологом, что называется, «от природы» - верно видит и прочитывает поведение и мотивы абсолютного большинства людей, любит срывать с них маски, играть в игры и «держать роли» - получая от этого удовольствие. Обладает широчайшим кругозором в различных областях знаний (от современных технологий до политики, моды и искусства сегодняшнего дня), а также редкими аналитическими способностями – особенно по части  расстановки сил на внутренней политической арене США. Умеет договариваться, но редко идет на компромиссы, стремится получить «всё» - если этого хочет, неважно, сколько времени при этом может потребоваться. Готов пойти на риск – однако рискует взвешенно, продуманно – после всех «за» и «против». Его программа «Временные семьи» - из серии таких именно «рисков», расколовших общество на две противоборствующие во мнениях стороны. И пока все после презентации/благотворительной акции обсуждают достоинства и недостатки «семьи напрокат», в июне 2016 Дональд все-таки запустил «пробный камень», решив опробовать реализацию программы и посвятив в подробности всего четырех человек: меня – как исполнительницу главной роли,  свою бессменную помощницу мисс Сьюзан (держу пари, она влюблена в тебя, как кошка!) и непосредственных участников программы – Джордан и Дилан Роуз, сестру и брата. 
И этот шаг так же обдуман, как другие в великом плане по завоеванию Рэйчел Рассел.
Все дело в том, что настолько рациональному человеку, как Дональду, крайне сложно завести семью. Счастливые домохозяйки вгоняют его в тоску. Прожженные стервы никогда не были интересны. Девочек на одну ночь всегда хватает, а карьера политика и кресло мэра требуют крайне обдуманной женитьбы. И да, у будущего мэра должна быть своя идеальная семья – идеальная женщина – и дети.
Еще увидев Рэйчел в первый раз, в эскорте весной 2014-го года, был поражен широтой ее кругозора и наличием собственного мнения у красивой, ухоженной до кончиков пальцев, умной женщины. Собрав о ней кое-какие справки, взял как-то раз в эскорт к себе – и с тех пор «заказывал» Рэйчел в эскорт постоянно. Любое мероприятие с участием Дональда со знаком «плюс один» - оборачивалось приглашением для мисс Рассел (при отсутствии накладок в ее плотном графике и расписании). Безусловно, Дональд ознакомился с условиями ее контракта по оказанию эскорт-услуг. И это еще больше укрепило позиции Рэйчел, о чем она, разумеется, не знала. Каждый эскорт – по сути, маленькое представление на публику, не так ли? И одна большая роль.
Фактически, это Дональд спустя год после знакомства, весной 2015-го, вложил идею создания собственной школы эскорт-моделей в голову Рэйчел, направив ее энергию именно в это русло. И был крайне удовлетворен тем, что у нее получилось. Раз так… она должна идеально подойти на роль союзницы в нелегкой политической карьере. Наступила пора второй части плана – создание семьи.
Узнав о маленькой тайне Рэйчел – не может иметь детей, бывает – разумеется, немного огорчился, но, поразмыслив, решил, что в конечном итоге… ребенок у него может быть и от другой женщины, если захочет. В конце концов, сейчас модно суррогатное материнство, а мисс Рассел всё же идеально подойдет на роль спутницы жизни. В открытую ей об этом, разумеется, лучше не говорить. Вот поэтому Дональд повел себя крайне осторожно, проявив себя как настоящий стратег.
Шаг первый. Благотворительное мероприятие/акция/презентация проекта программы «Временная семья» (апрель 2016).
Шаг второй. Вовлечение в эту программу Рэйчел – с соблюдением всех формальных условий, включая наличие «полной семьи», а значит – заключение брака (май 2016). Пока исключительно на бумаге, однако же – он подождет. Дональд всегда умел ждать, чтобы получить то, что хочет.
Шаг третий. Наблюдение за развитием эксперимента (конец мая-июнь-июль 2016) и освоение Рэйчел в роли матери. И если у нее получится… Если получится – то добро пожаловать на борт, мисс Рассел, в качестве полноценной супруги и матери семейства после официального усыновления детей, принять которых будет уже несложно. И добро пожаловать в кресло президента боро – Манхэттен для него, поскольку успешная реализация программы определенно добавит нужное количество очков к следующим выборам на эту должность.
P.S. Я знаю, это довольно странные отношения. И тем не менее, хотела бы попробовать создать семью между двумя людьми, которые не только друг друга не любят, но далеки от этого как никогда. Далеки в принципе от самого понятия – «любовь» - в ее первейшем и чистейшем смысле слова. Да, между ними есть симпатия и доля понимания, есть игры и роли, есть видимые и скрытые события и мотивы (ведь я по факту ничего не знаю о жизни Дональда и о нем самом, как человеке, питаясь исключительно «рабочими» моментами и впечатлениями), между ними возможен отличный секс, но вот появится ли та самая любовь? Именно это я и хочу выяснить.


Ваш пост

здесь мой пост с участием Дональда

- Ты же понимаешь, что это полное безумие, Барренс? - мягкий и спокойный голос Рэйчел противостоял не менее мягкому и и спокойному голосу Дональда Барренса, патокой льющемуся в уши. Собственно говоря, именно он и затеял всю эту авантюру. Не так давно вступив в должность заместителя главы организации для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, Дональд еще горел энтузиазмом и желал бы сделать больше, чем то позволяли узкие рамки его должностных обязанностей и полномочий.
Не кто иной, как он являлся автором и основным разработчиком абсолютно новой для Нью-Йорка специальной программы "Временная семья", которую в блогах и средствах массовой информации окрестили более коротко - "Ребенок напрокат".
Мужчина откинулся в кресле, окидывая женщину взглядом оценивающим и самую толику - лукавым. Всему виной этот хитрый прищур и обаятельная бесовская улыбка, которая так ему подходит. Черт! Ни одна женщина в здравом уме и твердой памяти обычно не могла Дональду отказать.
- Сколько тебе лет, Рэйчел? - выразительно соединив пальцы домиком, он наблюдал за ней. Не пропускал ни одной реакции, чтобы не упустить ни единой детали. Рэйчел всегда кожей чувствовала такие вещи. - У тебя есть дети?
Всего лишь мгновение, и не понять, показалась ли та крохотная, черная, пробежавшая по дну глаз Рэйчел тень.
- Это удар ниже пояса, Дональд, - отозвалась с легкой прохладой и даже отстраненностью. Впрочем, враждебности или "неудобств" не показала... - Ты прекрасно знаешь, что я не могу иметь детей.
Женщине всегда была сложно говорить на эту тему, однако же она придерживалась мнения, что если не будет говорить она - будут судачить другие... Так пускай лучше она. По крайней мере, это оружие хотя бы не используют против неё. Рэйчел вновь улыбается, спокойно и ровно. "Мужчине выгодно иметь именно такую любовницу. И тебе это известно не хуже других, правда?"
- И ты никогда не думала о себе как о чьей-то подруге, сестре или матери?
- Только как о любовнице, - чуть наклонив голову, Рэйчел с легкой иронией улыбнулась. Никому она не позволит лезть себе в душу по этому поводу. Особенно грязными руками. "Хотя, пожалуй, такими руками, как у него..." Скользнула взглядом по холеным пальцам, поднялась до плеча, приласкала коротким невесомым "прикосновением взгляда" шею, "погладила" линию подбородка... и поняла, что он смеется. Поняла по его заразительной улыбке и потому, что слишком увлеклась своими мыслями, мягко говоря, далекими от совершенства.
- О, Рэйчел, ты неподражаема, - со всей ироничной серьезностью ответил Дональд, все более и более убеждаясь в том, что эта его знакомая более, чем просто подходящий вариант. - Но ты уже начала участвовать в моей программе. Ты подготовила и организовала замечательный модельный косплей, провела лотерею и потрясающую фотосессию с детьми. А сейчас хочешь остановиться на половине пути и сказать мне "нет"? У тебя не получится. - Мужчина по-деловому пригубил чашку стремительно остывающего кофе. - Ты видела тот детский дом и его воспитанников. Неужели же ни один из них не тронул твое женское сердечко?
И тут Рэйчел задумалась. Задумалась всерьез и, кажется, надолго. Она всегда держала свое сердце за семью запорами, особенно с тех пор, как ушел Зейн, но...
- Вообще-то, есть одна.
Жила одна девочка в ее памяти, взгляд которой Рэйчел настойчиво не могла забыть.

конец мая 2016 года
Имея стольких знакомых среди сильных мира сего, сколько Рэйч, любое дело перестает быть проблемой и фактически переходит в разряд задач, пусть сложных, но решаемых и разрешимых. Адвокаты, юристы, справки, службы "охраны детства" и попечительства, полное психологическое и медицинское обследование ее, как человека, которой вверяли на время ребенка, пара весомых, замолвленных за нее слов, экспериментальная программа "Временная семья" - и она сидит в кресле напротив работника социальной службы в ожидании Джордан, сама не до конца веря в то, что делает.
На лице - спокойствие и доброжелательность. В голове... полный хаос и сумбур. "Поверить не могу. Как Дональд уговорил меня в этом участвовать? Ребенок напрокат... Хотя... в нашем мире все продается и все покупается, чему удивляться? Да и ему, конечно, нужны "очки" в карму. Долго на этом кресле он не задержится, дальше пойдет... И когда пойдет - ему нужно успешное прошлое, творческие идеи, оригинальные эксперименты. Правда, боюсь, конкретно этого эксперимента общество долго не сможет ему простить. Впрочем... никто никого не неволил. Ни меня. Ни тем более, его. Его вообще сложно к чему-то "приневолить"". Эта мысль отчего-то вызвала в Рэйчел улыбку. "Дональд Барренс. Мой официально неофициальный "муж"".
О, да. Он хотел, чтобы об этом эксперименте пока знало как можно меньшее количество людей, и даже более того: желал лично наблюдать за его результатами. Сделать это можно было единственным безопасным способом - фиктивный брак. С необычайно жестким брачным соглашением, удовлетворяющим обе деловые стороны. И "миссис Барренс" Рэйчел все-таки не стала, сохранив за собой свою фамилию. Рассел.
И речи социального работника не занимают ее до такой степени, как девочка, которую она ждет. У которой есть брат. И которые живет в этом же самом приюте. Как там его зовут? Дилан?
- Она, конечно, бунтарка, но все они такие в этом возрасте, - разглагольствовала между тем мисс Сьюзанн, и слава богу, что ее прервал стук в дверь. - А вот и наша Джордан, - расплылась в слащавой улыбке представительница социальной службы, вызывая у Рэйчел стойкий рвотный рефлекс. Слишком много "сахара".
Рэйч повернулась отточенно-модельным жестом, наиболее выгодным ракурсом, как если бы перед ней вместо девочки стоял фотограф. И вышло это, разумеется, чисто автоматически... хотя естественности позы в целом это отнюдь не отменяло.
- Здравствуй. - Сейчас они составляли друг другу разительный контраст: практически наплевавший на себя, на свой собственный внешний вид, подросток и одетая с иголочки, в дорогую и качественную одежду, до кончиков пальцев ухоженная Рэйчел, никак не выглядевшая на свои почти тридцать два года. - Меня зовут Рэйчел. Можно Рэйч или Риччи, как тебе больше нравится.
"Это безумие. Что я буду с ней делать?" На этом фоне блекли разговоры о том, что Рэйчел может "перескочить" через пеленки и бессонные ночи, и приступить сразу к хорошему: ко дням рождения, например. Господи, никогда она не увлекалась "мамочкиными" форумами, никогда не ворковала с детьми. Она даже не знала, как с ними общаться, и, видно, поэтому, пытаясь проглотить панику, говорила, как со взрослой. Без жалости или ненужного сочувствия. В рамках формальной вежливости, но тепло. Точнее, благожелательно и как-то так "открыто".
- Тебе, наверное, уже говорили, но в таком случае повторюсь еще раз: тебя выбрали в качестве участницы новой программы "временная семья", и я... в каком-то смысле, приглашаю тебя к себе в гости на пару месяцев. - И почему нельзя вести разговор без социального работника в этом кабинете? От ее взгляда хотелось спрятаться куда-нибудь в нору, поглубже и подальше, и прихватить девочку с собой, чтобы не мешали разговаривать. - Разумеется, без твоего согласия я сделать это не могу, поэтому... как ты - на это смотришь?
Наконец сформулировала свой вопрос Рэйчел, ожидая ответа, кажется, с замиранием сердца даже. В жизни не подумала бы, что будет так волноваться.


Личные требования к игроку
-  интерес к персонажу и готовность его развивать;
- полная анкета и развернутый характер на основе поданной заявки;
- общая грамотность и адекватность;
- пост хотя бы раз в 10 дней (за вычетом реала);
- не пропадать без предупреждения;
- умение обсуждать и находить пути развития для нашей ветки вместе;
- если кто-то хочет взять его вторым профилем – милости прошу, если вы уверены в своих силах и выполнили для этого все правила и условия форума;
- не имею ничего против кросспола и да – на форуме уже есть потенциальная приемная дочь (и ее брат, НПС), мы как раз играем начало «активной фазы» вашей программы, мистер Дональд.


Связь с вами
Через Гостевую и ЛС

Отредактировано Rachel Russel (07.12.2016 20:06:08)

+1

4

http://i83.fastpic.ru/big/2016/1218/bc/4a94dba2c95c7612ccf737d4621be5bc.png

Имя персонажа: (известные мне имена)
Кристофер МакКейб | Терренц Эмерсон
(Терри Эм)
Возраст: 39 лет
Внешность: Ryan Eggold
Род деятельности: наёмный оперативник, информатор, также студент, телохранитель, писатель и т.д.


Описание персонажа

Отношения с персонажем:
Кристофер МакКейб - с этим образом мистера N Ирэн познакомилась в 1998-м году в Беркли, Калифорния. Отщепенец, активный социопат, манипулятор и явный лидер из неблагополучной семьи. Короче говоря, тот самый плохой парень, от которого сходят с ума все девицы, а в особенности те, что считаются хорошими, и который вгонит в ужас любых здравомыслящих родителей. Учился в колледже на одном потоке с Ирэн и её подругой Памелой, которая стала вторым его заданием. В тайне от Пэм Кристофера по рекомендации нанял её отец (криминальная личность средней руки) в качестве телохранителя и оплатил его образование. В тайне же от отца Пэм его конкуренты наняли МакКейба для сбора всей возможной информации о нём, его деятельности и контактах. Вместе с Ирэн и ещё парой учеников Крис снимал домик в студенческом городке, старательно превращая жизнь соседей в ад: заставить сожителей по дому ходить на цыпочках для Кристофера не составило труда - Бекки и Том в его присутствии даже не рисковали выходить из комнат. Поначалу Ирэн придерживалась той же политики, однако вскоре вынужденное затворничество взбесило юную студентку, что привело её к громогласной ссоре с соседом: незаметно шпильки в адрес друг друга перешли на претензии, следующие в свою очередь перетекли в оскорбления, карусель их взаимного негодования крутилась всё стремительнее и быстрее, и уже через четверть часа из окна гостиной на лужайку перед домом вылетел утюг, которым Вальтер грозилась сжечь морду Кристоферу, если тот не перестанет быть скотиной. МакКейб едва сдержался, чтобы не убить её на месте, и свалил из дома на несколько суток, одновременно возненавидев и зауважав щуплую и мелкую соседку - на его памяти она была первой из однокурсников, кто рискнул вступить с ним в конфронтацию. Однако не будь она подругой Пэм, с которой Кристофер искал любые пути сближения, Вальтер наверняка не досчиталась бы парочки зубов - принципы и мораль для МакКейба не более, чем пустой звук. В те трое суток, что он отсутствовал после скандала, МакКейб ошивался по всем барам и клубам, куда ходила Пэм, надеясь так или иначе привлечь её внимание, попутно глуша алкоголь, наркотики и сигареты, однако все его способы обольщения не вызывали отклика у Памелы и завершились тем, что из последнего бара его позорно вышвырнули за шкирку, попути хорошенько приложив обо все попадающиеся стены, кулаки и асфальт. Вернувшись домой и разогнав в очередной раз соседей, МакКейб следом получил по морде мокрым полотенцем и упаковкой обезболивающего, что стало закладкой крепкого фундамента для их дружбы. Через пару недель по-прежнему безуспешного налаживания отношений с Памелой и Ирэн, претензией отца первой и угроз со стороны нанимателей за отсутствие интересующей их информации, Кристофер вступился за Вальтер, как обычно нашедшую с кем пособачиться, тем самым возвращая ей должок за её щедрую "заботу", и этот неожиданный фокус оказался ему на руку - и Пэм, и Ирэн синхронно заинтересовались им и впустили его в свой тесный круг, хоть и не без скрипа сердца предоставляя шанс стать их другом. В течение последующих двух лет до отъезда Ирэн из Беркли они так и сохраняли тесные дружеские (и не только) отношения: воплотив "хитроумную" идею Памелы, Ирэн и Крис встречались на протяжении года, вызывая недоумение у сокурсников и дикий восторг у Пэм. За это время также они стали желанными и, стоит заметить, постоянными гостями в доме подруги, что позволило МакКейбу в целом без труда осуществлять свою работу. После того, как Вальтер вернулась в Нью-Йорк, её отношения с Кристофером и Памелой вскоре сошли на нет.
Терренц Эмерсон (Терри Эм) или Кристофер МакКейб версия 2.0 - с этим отражением мистера N Ирэн повстречалась год назад на презентации своей первой книги, где Терренц объявился совершенно неожиданно - в незваном госте и популярном современном писателе Терри Эм, немного постаревшем с последней их встречи и отрастившем львиную гриву, Ирэн далеко не сразу признала бывшего любовника, добродушно поздравившего её с дебютом и сделавшего ей отличную рекламу своим присутствием. После презентации они засели на несколько часов в кафе, где он поведал Вальтер невероятную историю своего перерождения после неудач в жизни и изучения Буддизма, превратившего его из премерзкого типа в приличного и интеллигентного человека, которому есть что сказать этому миру в своих кровавых детективах и мистических романах. Разумеется, по большей части вся история Терренца есть ни что иное, как ложь, хотя некоторые факты достоверны (к примеру, тоже исповедание Буддизма). Однако весь образ Терри Эм был и остаётся искусственно созданным специально для его влиятельной любовницы, за которой Эмерсон методично следит на протяжении полутора лет - за этот заказ он взялся сразу после разрыва отношений со своей собственной семьёй. Встреча с Вальтер, само собой, тоже была далеко не случайна и совсем не навеяна призраками прошлого - истинной причиной послужило родство Ирэн с Джозефом Мюрреем, с помощью которого Терренц планирует попасть в клан Корса и настроить против своего отца и брата, тем самым вернув себе всё то, что у него отняла семья. Так спустя много лет разлуки они вновь стали любовниками, хотя, разумеется, свои отношения не афишировали, и, собственно, по существу в коих они не состоят. Со временем их связь стала довольно крепкой и доверительной, что приближало Эмерсона к следующему этапу его плана, однако в самый неподходящий момент Терренцу спутали все карты бывшие заказчиками, с которыми он знатно не поладил, и, как и полагается во всякой порядочной истории, влиятельная любовница. Когда Терри "сели на хвост" бывшие коллеги, убив его редактора и по совместительству подельника, Эмерсон скрылся из виду, спрятавшись на квартире у Вальтер. Однако буквально в тот же день под действием наркотиков и бушующей ревности за ним установила слежку любовница, которая, едва тот покинул апартаменты, наведалась к Вальтер и закатила той скандал, непредсказуемо перетёкший в драку - к своему возвращению мужчина обнаружил на квартире труп своей жертвы и обескураженную Ирэн. С того дня они оба находятся в бегах, ища способы выйти сухими из воды.

Описание персонажа:
Таким людям, как Кристофер/Томас/Джейкоб/Райн/Дилан, проще говоря мистер N, господин Станиславский при жизни всенепременно прокричал бы во весь голос "Верю!" и ни на миг не покривил душой, рукоплескав природному таланту. Мистер N - самый настоящий "чистый лист" или, другими словами, актёр от Дьявола, что делает его очень успешным специалистом с богатым и значительным опытом работы в своей сфере, а именно (по большей части) в сборе информации. Расчётливый, педантичный, сдержанный человек, посвященный в тонкости разведки, рукопашного боя, владения холодным и огнестрельным оружием и, что особенно важно в его деле, работы под прикрытием. Это мужчина, который никогда не скажет лишнего, не произнесёт ни единой фразы просто так ради красного словца или не не обратит внимания на слова или действия своего субъекта слежки. Каждый его поступок и слово продуманы наперёд и безусловно с целью получения определённого результата. Особенно он хорош именно в долгосрочных "играх", но в силу специфики работы обучен также действовать экспромтом по ситуации. Отличный психолог, мастер слежки и допроса, скрытый манипулятор. Напрямую ввязывается в схватку только при вынужденных обстоятельствах, предпочитая действовать издалека, дёргая за правильные ниточки и сталкивая врагов лбами, впоследствии ожидая когда куш сам упадёт к его ногам рядом с трупами бывших обладателей. Когда же дело "пахнет жареным" скорее отступит, затаится, дабы напасть позже, неожиданно, и завершить своё дело раз и навсегда (если того требует заказ), чем бросится в гущу разборок при первой же возможности. Однако при прямой и неотвратимой угрозе разоблачения или жизни без тени сомнений устранит нападающего любыми доступными способами. При этом же он сам считает убийство исключительно крайней мерой, потому всегда оттягивает его до последнего - приверженец мнения, что даже с вшивой овцы рано или поздно можно содрать ни один клок шерсти. Верит в полезность даже самых жалких и никчёмных человеческих ресурсов, которую нужно уметь раскрыть и для чего необходимо время и определённые условия. Склонен к рефлексии и анализу своих поступков. Дабы не перейти черту, выступает сам для себя психологом или в некоторых случаях в скрытой форме открывается своим жертвам, одновременно убивая двух зайцев - заполучая доверие и привязанность и поддерживая психическую стабильность. Имеет привычку вести дневник, страницы из которого после написания и прочтения сразу же вырывает и сжигает.
Говоря о его актёрской стороне работы стоит отметить, что он не просто играет свою роль, а вживается в неё. Примеряя на себя тот или иной образ, мистер N буквально становится тем человеком, чьё имя прописано в его очередном поддельном паспорте, не просто выполняя работу за выдуманного героя, а начиная жить и думать как он, почти всецело становясь им, благодаря чему его актерская работа является естественной и безупречной. Грубо говоря, всю свою сознательную жизнь он ходит по лезвию, балансируя между сознаниями вымышленных людей и своим собственным. Можно сказать, что в некотором роде у него своеобразное раздвоение личности, между отражениями которой он может легко переключаться, если на то будет необходимость. К каждому амплуа он готовится заранее, не только создавая идеальную легенду, манеры и привычки, специфику мировоззрения и логики личности в уме, а в том числе прорабатывая, проживая их наедине с собой до вступления в дело.
В плане биографии известно, что он является первенцем далеко не последнего человека в криминальной сфере. К преемничеству его готовили с детва, обучая всем тем навыкам, которыми он обладает ныне в усовершенствованной опытом форме. Мистер N получил одно из лучших общих образований, что делает его человеком культурным, интеллигентным, эрудированным, с хорошо развитыми коммуникативными навыками. Также с детства развивали и его талант к лицедейству - его главному оружию, которое и послужило дальнейшим ориентиром в его будущей деятельности. Так как к первой четверти века его жизни стало определённо ясно, что мистер N более полезен для семейного дела в теневой игре нежели на главной сцене, в сентябре 2001-го года была сфальсифицирована его смерть в результате террористического акта в ВТЦ. С тех пор по официальным данным его настоящая личность числится среди погибших. По договору между отцом и сыном вместо него ради успокоения общественности, укрепления положения семьи и лучшего сокрытия его персоны приемником отныне считается младший брат мистера N, тогда как последний все эти годы тайно зарабатывает авторитет и занимает свою нишу в криминальном мире, играя за кулисами и ожидая момента когда появится возможность выйти из тени, т.е. взять в свои руки дела отца. Однако с течением времени взгляды пращура изменились и при последней встрече со старшим сыном он категорично заявил, что их договор расторжен и место мистера N займёт младший наследник. Было ли такое решение проверкой на преданность и послушание или же истинной переменой курса неизвестно, так как этот разговор стал для них последним и вместе с тем отправной точкой для нового витка событий, а именно последствий разыгравшегося у тщеславной натуры мистера N "синдрома Люцифера" и его работы отныне только на себя и против своей семьи.


Ваш пост

пост

"Поздно ты разочаровался в жизни, братик, слишком поздно, соболезную, теперь тебе пиздец."
Как юный златовласый Будда я сидела рядом с братом, упираясь локтем в колено и держа в руке треугольник пиццы с оттяпанным куском, который с упоением пережевывала - засушенное колечко пеперони приятно царапало нёбо и отдавало легким жжением, от чего я только что не ловила оргазмы. Крошки теста на подушечках пальцев, приятное тепло, передающееся коже, обжигающее язык смесью жара и остроты соуса - с голоду рецепторы в десятки раз сильнее воспринимали вкус пиццы и больше обычного она казалась мне пищей богов. Вкушая ее, я не представляла, как жизнь может не казаться безупречной и прекрасной, по крайней мере в эти чудные мгновения наслаждения ею. Однако брату, поздно разочаровавшемуся в жизни, а что еще хуже -  в женщинах, не помогала придти в себя даже главная итальянская "изюминка", что меня несколько разочаровало. Другое дело я, давно прозревшая и проникшаяся презрением ко всему сущему и ссущему! Поняв, что мир дерьмо и его не исправить, я забила на него детородный орган и просто стала наслаждаться тем, чем еще можно весь срок мучительного брожения по земле грешной, что мне отведен добрым Боженькой. А что Жо-Жо? Жо-Жо страдал.
Мой кузен всегда был неподражаем в своем актерском мастерстве. Любая эмоция, любое душевное ощущение он отражал непревзойденно и учитывал каждую мелочь вплоть до нервно подрагивающих уголков губ, что замечала и отмечала даже я, на многое в этом мире забивающая тот самый любимый всеми детородный орган. Глядя на то, как искренне и неповторимо он (в смысле братец) передает мимикой всякое чувство, я не раз говорила Джозефу, что дорога ему на театральные подмостки, но, увы, он избрал другой путь, лишив меня частого созерцания его несчастных щенячьих глаз, терзаемых муками любви, в кадрах какой-нибудь мелодрамы, будоражущей душу или в моем случае вызывающей руколобство и стоны боли. Правда, если говорить откровенно, какую именно дорогу кроме печальной, горюющей брошенки избрал мой любимый Жук, я не знала точно до сих пор. По большей части именно потому, что явно этим не интересовалась и не вдавалась в подробности, довольствуясь его амплуа домашнего актера.
Вообще, по правде говоря, не будь я его сестрой и не выпади на мою долю роль жилетки, я бы давно перестала слушать брата и принялась любоваться отблесками всех полутонов ощущений, что выражали его глаза, вздохи и даже тональности сопения его носа. Картина достойная лучшего режиссера, но, увы, под боком такого нет и некому, кроме меня любимой, заценить всю коллекцию масок Мюррея, что были с ним с самого рождения. Однако и для меня любование ими под запретом - я смотрела на стену, дабы его не смущать, жевала пиццу, чтобы не сказануть лишнего, и очень старалась не смотреть на экран телевизора, крутящего клип с Ашером, чью голову упаковали в презерватив. Ну, то какая-то дебильная шапка, конечно, но ассоциации она вызывала именно такие, особенно после просмотра захватившего на миг мой взор голого торса под оранжевой рубашкой. Блядские мужики, даже поддержать брата толком из-за них не получается! От греха подальше хотела отрубить телик полностью, но там была шикарная мужская попа - рука не поднялась.
"О, пошла философская тоска. На хрен актерскую стезю, ему надо писать романы - бабы заценят. Драма квин просто. Ну или кинг в его случае."
На миг я пожалела о том, что звук отключен не только у музыкального центра, но и у телика - сладкий голосок Ашера и рыбки в аквариуме отлично подошли бы фоном к тоске и боли брата, с чем он бы согласился, не коснись трагедия его судьбы. Облизнув поочередно все пальцы пока не видит Джо, пялясь куда-то вдаль и затмевая речами Шекспира, я схватила свой стакан и запила жгучую пиццу еще более жгучим виски, вздрогнув от окатившего меня резкого ощущения и пропустив мимо ушей половину трагических реплик, пока родственничек наконец-то не подошел к сути - иногда за эти километровые вступления мне хотелось настучать ему по голове лопаткой, но знала, что бесполезно, а сейчас так подавно. Лучше пусть несет ахинею, чем молча пьет - проверено.
- Ну да, если ты не разглядел коленки стюардессы - дело и вправду труба, - подытожила я, делая очередной глоток. - Ты больше пьян, мой милый, чем опустошен, но продолжай.
Подливая нам обоим виски в стаканы, я вскользь взглянула на экран - мальчики там неплохо танцевали и гораздо лучше раздевались. Ох уж эти шальные девяностые - в мое детство такого по телику не показывали, о чем я искренне сожалею, ибо тогда раньше познала бы всю суть прекрасного и была бы гораздо счастливее. Я сетовала на несправедливость судьбы и исключительно мысленно, но внезапные слова Джозефа заставили меня отвлечься от страданий и переключить все внимание на него - я отвлеклась и переключилась. Мои прекрасные глаза смотрели дотошным взором на бедолажку брата пока уставшие от трудов руки закупоривали бутылку, а обоженный язык задумчиво проводил по зубам, выискивая там ни то застрявший кусочек сыра, ни то ответы на его вопросы. Время шло - ответы не находились.
- Объявилась что ли какая-то твоя бывшая баба с ребенком на руках? Типа он твой и ты ей должен? - выдала я через несколько мгновений вполне логичное заключение, которое определенно могло побудить Кимберли закатить скандал и уйти от Джо вместе с детьми. - Только не говори, что это была какая-то из проституток, оргией с которыми вы заканчиваете все свои сделки по бизнесу?
Мюррей эмоционально отпирался и смотрел на меня так гневно, что мне пришлось выставить перед собой в примирительном жесте руки, пытаясь его успокоить и вроде как признать, что сморозила глупость, хотя это не так. Пицца в моей руке, с которой чуть не упал кусок колбасы, заставила Джо тот час успокоить свой гнев и продолжить, меня же - задуматься о великом и доесть свой кусок.
"Вот странные мужики однако. Блядуют пол жизни, а потом удивляются, почему о них думают подобным образом. Секс - тот же наркотик, как героин или виски. И, честно говоря, сложно поверить, что вот так легко им с него соскочить и начать довольствоваться одной женщиной. Когда подозрительно смотрят на бывших наркоманов и алкоголиков с косячком или бухлишком в руках - никто не удивляется. А когда подозревают мужика в изменах - так все, капут, святотатство. Хотя, в общем-то, подозревать и баб надо, че уж греха таить, - мы не менее зависимые наркоманки, а то и более. В общем, жизнь - боль и сплошное недоверие. А брат мой определенно дурак..."
- Джо, ни одна нормальная мать не оставит детей - странно ожидать иного. Твоя Кимберли, конечно, не мисс Вселенная и не мать года, но все-таки более или менее женщина нормальная. Вы не ругались? Может ты ее ударил в порыве гнева? Мне можешь сказать - я пойму. Я б многих баб вообще битой отпиздила и даже не скрываю этого.
Он твердо отрицал интересный поворот событий - я вздыхала. Еще одна занимательная история оборвалась, едва начавшись. Нда, все оказалось гораздо хуже, чем я ожидала. Сплошная банальность и примитивизм.
- Ну, то зависит от того, насколько она продвинутая баба и сколько у нее денег. Искать можно у ее мамы, у подружек, если она очень спонтанно свалила, а не продумала все заранее. Если же продумала, то наверняка отправилась куда-то, где уже была - навряд ли она попрется с детьми в незнакомое место. У тебя, кстати, наверняка тьма знакомых, которые окажут тебе услугу, - ты же влиятельный дядька! Подними историю звонков с домашнего телефона, записочки в ее вещах всякие посмотри, как делают в детективах. Еще вариант - проверить, не улетала она или не уезжала ли из города. Ну или еще можно заблокировать карточки и подождать пока у нее деньги кончатся. Тогда она сразу даст о себе знать - хотя бы документами о разводе, а затем ты ее легко отыщешь.
Пожав плечами, я неуверенно улыбнулась и  взъерошила волосы брата, как делала в детстве. Кажется, Жо-Жо был очень даже не против - может еще обнять, убаюкать да колыбельную спеть? Сестра я все же или где? Главное только держать себя в руках и  не предлагать сиську, а то навряд ли он сейчас поймет мой тонкий душевный юмор. А поюморить охота, глядя на эту несчастную морду. А нельзя. Вечно так с мужиками! И что только кайфового находят бабы в том, чтобы утешать эти несчастные двухметровые лбы?
- Пошли покурим. Там еще светит солнышко - сожжет тебя нахрен и легче сразу станет. Идем-идем, - отпихнув подальше на диван свой стакан, я поднялась на ноги и перешагнула через Мюррей, спрыгивая на пол. Как ни странно, он завопил, что делать так нельзя - плохая примета. Я аж обернулась и уставилась на него во все глаза, как на идиота. - Ты где надеешься еще вырасти? Вверх или в штанах? Могу с уверенностью сказать, что светит только вширь, но тут и перешагивания мои не спасут. Поднимай свой ленивый зад и айда за мной! - шлепая босыми ногами по полу и периодически к нему прилипая (по-моему, как я переехала сюда, так еще ни разу его и не мыла), я взяла со столика пачку с сигаретами и достала себе одну, наблюдая за тем, как едва поднимается на ноги трухлявый братец, придерживаясь рукой за подлокотник. Швырнула ему пачку - подкурила сигарету, одной рукой открывая дверь на балкон и впуская в квартиру душный и знойный летний воздух.
- Джо, а если серьезно, что за херня у тебя стряслась в прошлом, что может навредить семье? Ты что ли грабанул мафию или убил кого, а теперь тебе мстят?
Застывший с сигаретой в руках брат и его шальные глаза заставили меня насторожиться. Я почесала кончик носа, коротко вздохнула пару раз и громко чихнула, протягивая затем что-то нечленораздельное, когда шмыгала раздраженным носом и щурила глаза от сигаретного дыма, неудачно решившего заставить меня поплакать, ну или хотя бы пустить пару скупых Вальтеровских слез - чертов Жук, не нытьем, так катаньем, но получил от меня полный комплект сострадания - просто наглый гад.
- Еще скажи, что ты сам гребаный мафиози.


Личные требования к игроку
Во-первых, признаюсь сразу, что я ужасный слоупок. Потому если вы любите мгновенные ответы и постоянные потыкивания палочкой с проверкой живали я - нам не по пути.
Во-вторых, обыкновенно я пишу большие и очень большие посты. Того же от вас не требую, но и прошу меня понять/простить. Если мысль поскакала в гору, то её уже даже русская баба с горящей избой не остановит, а это значит, что на пост мне понадобится далеко не пять секунд, се ля ви, т.е. снова понять/простить. Мгновенных ответов хоть небольших, хоть подавно километровых я не требую. Как муза подскажет - так и будет, главное, чтобы персонаж отыгрывался с душой.
В-третьих, прошу не видеть в мистере N Супермэна в стиле гранж, тощего Бэтмэна или чувственного Терминатора. В общем, Марти Сью - это не по-нашему. Роль не простая, мудрёная, требующая определённых знаний, потому с ней придётся помучиться, что-то изучить, к тому же в конце будет хэппи энд в моём специфическом представлении (вероятнее всего мистер N эпично сдохнет), так что подумайте, готовы ли вы к такой мороке. Я не планирую писать романтическую историю Бонни и Клайда. Это скорее будет история о том, как кучей проблем и угрозой жизни Ирэн к этой самой жизни и вернули, ибо она давно уже живёт согласно второй части девиза табачной компании "Данхилл".
В-четвёртых, я готова к диалогу и обсуждению роли. Не возбраняются новые идеи, какие-то редактирования, но и сразу говорю, что прям с порога всё менять я тоже не буду. Так что готовимся к дискуссиям и дебатам.
В-пятых, я, конечно, буду очень рада опытному новичку (ох, как звучит-то), но было бы предпочтительнее, если образом заинтересуется кто-то из старожилов - преданность острову, сами понимаете, дорогого стоит.
В-шестых, всегда помогу с графикой, с удовольствием обдумаю с вами какие-то моменты касательно персонажа, игры, возможно, даже вместе что-то поизучаем для создания большей достоверности образа. К слову, знания о навыках и умениях мистера N только приветствуются.
В-седьмых, понимание и терпение и ещё раз понимание и терпение к наличию реальной жизни и её трудностей.
В-восьмых, по моим предположениям мистер N будет взаимодействовать с мистером Мюрреем, так что вполне может быть актуальна игра с ним или еще с кем-то из родственников - будьте морально к этому готовы. Также совсем не возбраняется развитие персонажа в игре с другими игроками - многогранность и обширность образа меня будут только радовать.
В-девятых, мои безграничные запасы кофе, марципана и сигарет - ваши безграничные запасы кофе, марципана и сигарет. Сарказм, ирония и душевная теплота с сахаром идут в качестве бонуса, так что скучно не будет точно.)


Связь с вами
Для начала ЛС, а дальше определимся.

Отредактировано Irene Walter (29.11.2016 11:17:02)

+3

5

http://funkyimg.com/i/2mqSy.png

Имя персонажа: не ограничиваю в выборе(в единственном посте который был написан, я называла тебя Дэмьен, точнее ты сам представился)
Возраст: 30+
Внешность: с учетом моих препочтений выбор среди "сладких" внешностей слишком велик, так что решать взявшему заявку(в одной из игр взята внешность Джареда Лето, но не принципиально)
Род деятельности: тут 100% ресторанный бизнес и чем выше должность тем лучше


Описание персонажа

Отношения с персонажем:
Я не могу сказать, что мы любовники или даже больше того, что мы пара(если только как два сапога). С мая 2016 года мы переспали (предположительно) всего-то один раз с этого и началось наше знакомство. Предполагалось, что ты свалишь утром из моей квартиры еще до того как я проснусь и обнаружу тебя, но ты решил, что нам необходимо познакомиться. Собственно твое имя, место работы и номер телефона я знала буквально через десять минут с момента начала беседы, хотя всем своим видом показывала, что мне это ни капли не интересно. Возможно до встречи со мной ты уже встречал в своей жизни похожую по характеру девушку, потому что на все 100% знал как я поступлю и что отвечу тебе, а главное ты точно знал, что мы снова устроим "несвидание".
Хотелось бы чтобы в будущем ты стал мне родным человеком, возможно именно тем, кто наконец-то сможет излечить меня от мысли, что нет на свете никого лучше моего сводного брата. Возможно ты станешь тем человеком за которого я без страха и мысли, что снова испорчу свадьбу, захочу выйти замуж.
Я не обещаю простых отношений, но я обещаю что будет интересно, что сюжет будет закручиваться снова и снова, как вокруг нас, так и вокруг всего чем мы живем и дышим.

Описание персонажа:
Гений.Миллионер.Плейбой.Филантроп. Шучу. Даже если это и встретится в тебе то в малом количестве. Да ты гениален в том как ведешь свой бизнес, главное не переборщить и не быть гением абсолютно во всем. Миллионер? Нет, точно нет. У тебя есть (немного, возможно было больше) денег, но они имеют свойство заканчиваться, хотя ты всячески стараешься развивать свое дело, ты горишь своей работой тебе нравится возиться с едой и ты бы непременно хотел, чтобы это было не только увлекательно для тебя, но и так же приносило доход. Плейбой. Я бы хотела чтобы в тебе было немного от плейбоя, я даже не стала бы связывать тебе руки, но давай оставим это в прошлом или хотя бы попытаемся с развитием наших отношений избавиться от этого? Если ты согласен, то я очень рада. Насчет последнего пункта решай все же сам, если хочется помогать бедным и нуждающимся, разве я могу тебе это запретить? Но, все-таки мне кажется, что это не совсем в твоем характере.
У тебя отличное чувство юмора, я бы даже сказала, что это твое главное оружие, которое ты уверенно пускаешь в бой, если пытаешься завоевать чье-то расположение или выкрутиться из не особо приятной ситуации.
Ты в меру строг к себе и так же в меру строг к окружающим, не могу увидеть в тебе раздолбая, увы такие люди только губят свой бизнес, но возможно ты бы хотел казаться таким тем, кто встречает по одежке, хотя бы потому что любишь отдыхать от пристального внимания к себе.
Тему ревности не затрагиваю, тут уже будем решать тет-а-тет.
Моменты жизни до меня - семья, учеба, начало карьеры, любовь - все это на твое усмотрение, но хотелось бы видеть при подачи анкеты, что все-таки у тебя было прошлое, а не просто белый чистый лист до встречи со мной.


Ваш пост(обрати внимание, в этом посте наше знакомство)

пост

Все новые страницы историй начинаются одинаково – с чистого листа. Летиции тоже представился такой шанс, правда шла она к этому достаточно долго и с явной неохотой. И все же это было необходимо. Прошел почти год с момента, как ее свадьба с Эндрюсом не состоялась по вине сбежавшего жениха, а все друзья и дальние родственники перестали присылать подарки и свои поздравления. Это было в некотором роде насмешкой над итальянкой – высылать по ее адресу яркие упакованные коробки с привязанными к ним открытками в которых были тонны пожеланий счастья, уюта в доме и красивых детей. Но не это было самым печальным из того что случилось, из того, что было откликом прошлых ошибок. Себастьян –отец итальянки, поставил свою дочь перед выбором. Он предложил ей помочь с открытием своего бизнеса, но с условием, что она будет как можно меньше мелькать в делах семьи. Кажется, он был так расстроен разрушенным счастьем дочери, что и сам не понимал, как пытался оградить оставшихся своих детей от участи Летти. Это проклятие, каким оно виделось отцу семейство не в коем случае не должно было затронуть счастье Лео или Ланы, поэтому общими усилиями было решено, что Летти начнет жить своей жизнью, по возможности навещая свою семью, но не так часто, как ей бы этого хотелось.  Одним словом – дом родителей перестал быть для нее крепостью, теперь она большую часть времени была сама по себе, но зато с внушительным счетом, на котором были деньги на развитие своего бизнеса. Вот только Летти не знала, чем заниматься. Ее путь пекаря был перечеркнут жирной полосой, без семьи и семейного дела она не способна была выплыть в таком городе как Нью – Йорк, к тому же скорее всего ее потопили именно такие заведения как те, что принадлежали ее семье, у них был опыт, деньги связи, у Летти не было ничего кроме начальной суммы. Модельный бизнес, как оказалось, тоже был не совсем таким, каким его видела Конте в своей уютной Болонье. Все решения сводились к постели и тому, чтобы со временем стать чьей-то куколкой. Настолько низко итальянка не готова была пасть.
Личная жизнь, кстати, после Троя, как-то тоже казалась скучной и однообразной, словом ее либо не было, либо все происходило вспышками. Вот и сейчас одна из таких вспышек, едва ли, не навернувшись через штанину, которую натягивала на свои подкаченные ноги направилась куда-то предположительно в сторону кухни. Итальянка лениво наблюдало за этим сквозь припущенные ресницы, искусно делая вид что все еще находится в объятиях Морфея. После очередного чертыханья вслед за гремящими кружками и шипением кофе машины, Конте не выдержала. Она села в кровати, пригладила свои волосы так чтобы выглядеть хоть чуточку человечнее и кутаясь в простыню, направилась на шум.
- О, - ее ухажер застыл на месте с приоткрытым ртом, держа навесу любимую кружку Летти, о чем конечно же не знал. – Не предполагал, что разбужу.
Летти прикрывая рот ладонью, зевнула, качнула головой и наконец-то более-менее разлепив свои голубые глаза, взглянула на парня.
- Ты первый, кто не смог уйти утром тихо. Выбиваешься из графика.
- Ты спишь с мужчинами по графику? – Нагло усмехнувшись поинтересовался молодой человек, поднося к губам кружку с дымящимся кофе. Аромат уже настойчиво наполнял кухонную зону, заставляя крылья ноздрей Летти трепетать.
- Полагаю, что ты суешь нос не в свое дело, - огрызнулась итальянка, наконец-то разглядев в своем собеседнике то самое, что ее всегда раздражало в Трое – наглость, желание действовать наскоками, вечный призыв идти в атаку. Сейчас для нее это было больной и цепляющей темой, как когда-то причиной ее злости бывал Лео, теперь вся злость от неудач сыпалась в адрес сбежавшего горе-жениха.  – Тебе пора. Помнишь, как вошел-то?
-Что, даже не поинтересуешься как меня зовут?
Конте медленно закипала. По утрам она не была человеком в боевом расположении духа, чтобы вести долгие словесные баталии.  Ее молчание послужило сигналом к определенным действиям молодого человека, имени которого она действительно не помнила, либо просто забыла спросить. Мужчина направился в сторону выхода, с явной неохотой прощаясь с полюбившейся ему кружкой, в которой видимо еще оставался недопитый кофе. Его шаг был размерным, достаточно медлительным, словно бы дающим возможность итальянке передумать и не прогонять гостя. Но Конте уже достаточно твердо была уверена в том, что ей дальнейшее знакомство абсолютно не нужно.  Уже остановившись в дверях, парень некоторое время рассматривал провожающую его Летти с явным желанием запомнить некоторые детали, типа тех что вместо привычной одежды она так же куталась в простыню, а ее волосы не были собраны в замысловатую прическу, свободно рассыпаясь по плечам.
- Меня зовут Дэмьен. – Вместо долгих прощаний произнес он. – Хочешь оставлю визитку? – И он действительно в этот момент вынул картонный прямоугольник из своего бумажника. Когда Летти одной рукой выталкивая его из своей квартиры, второй держала простыню, чтобы та не сползла ниже груди, он смеялся, слегка запрокинув голову, но шел, почти что сам, особых усилий прикладывать не пришлось.  Конте захлопнула перед ним дверь, видя, как ее ночной гость разворачивается к ней лицом, явно с целью сказать, а возможно и сделать что-то сверхнаглое и глупое. Она достаточно тяжело дышала после этой бессмысленной борьбы, но почему-то улыбалась своим же мыслям. В ней будто бы что-то наконец-то пробудилось после долгой спячки. Она сползла вниз, прижимаясь спиной к двери и тут обнаружила, как сначала кончик, а потом и вся прямоугольная визитка Дэмьена была протолкнута в щель между дверью и полом. Теперь уже не сдерживаясь Летиция рассмеялась, подбирая предмет с пола.  На визитке замысловатым шрифтом было выведено имя владельца, его фамилия, сфера деятельности и конечно же личный номер телефона. Новый знакомый итальянки оказался владельцем ресторана европейской кухни.
- Забавно, - Конте поднялась с пола, направляясь к окну. В ее руке продолжала мелькать визитка нового знакомого, картонным кончиком ее она водила по своим приоткрытым губам. За тонкими шторами, которые она потревожила, открывалась живущая в диком темпе города, улица. Дэмьен стоял на тротуаре, докуривая сигарету. Итальянка наморщила свой нос, она не переносила запаха табака, тем более дешевого, который намертво въедался в одежду и кожу курящего человека, становясь его вторым запахом. Словно бы почувствовав, что за ним наблюдают, молодой человек обратил свое внимание на шевелящиеся шторы верхних этажей, сначала помахав окнам, а после в жесте продемонстрировав как прикладывает к своему уху телефон. Он ждал ее звонка.  И она позвонила, буквально в тот же вечер.

Дэмьен

http://sh.uploads.ru/5WapJ.gif
аватар by NO PORN.


Личные требования к игроку
- В первую очередь активность на проекте. Я не привязываю тебя к себе, мы не играем только личные отношения. Я поддерживаю тебя, помогаю освоиться, но ты так же волен заводить друзей и игры с другими игроками с острова.
- Разделение жизни на форуме и в реале. Я не могу 24/7 находиться онлайн, но это вовсе не значит, что ты переступишь порог и останешься один.
- Сразу скажу, что необходимо учитывать тот факт, что мы играем на реал - лайф, значит я не жду по своей заявке Марти Сью.
- Не пугайся, но я всегда пишу большие посты, это вовсе не значит, что тебе необходимо будет "сделать" меня в количестве страниц ворда, но я хотела бы видеть постепенное раскрытие персонажа именно в наших играх, его чувства, мысли, поступки.
- Если ты идешь ко мне в соигроки, то я бы хотела видеть инициативного игрока. Я обожаю развивать истории своих персонажей, но это вовсе не значит, что я всегда буду приносить тебе 10 вариантов развития сюжета, а ты будешь выбирать между ними. нашу историю мы будем строить вместе.
- Обещаю от себя графические подарки и приятное общение :3


Связь с вами
гостевая

+1

6

http://s8.uploads.ru/t/sm2ur.png

Имя персонажа: Эд (Эдриан) Басс, имеет прозвище "Лис".
Возраст: 28 - 30 лет
Внешность: Эд Вествик/Ed Westwick  only*
Род деятельности: Работа под прикрытием в школе, основная работа - киллер


Описание персонажа

Отношения с персонажем:
Ты моя первая и единственная любовь. Ты же в последствии стал и моим первым мужчиной. Но наши отношения можно сказать только начинаются. Наше первое знакомство хоть и привело к моей любви, но мы же с тобой только препирались и кидались острыми словцами, не смотря на то, что по статусы ты был, как преподаватель, я же ученица, но когда мы вместе, эти границы будто всегда стирались. Но прошло лето, и как бы я не мечтала встретить тебя вновь, ты не появился в школе и пропал на четыре года. Где ты был и чем занимался, так и не смогла узнать. Только в настоящем у нас начнутся отношения. А точнее прошлой весной мы с тобой случайном встретились в ночном клубе. Ты быстро понял, что мне здесь не то, что не место, но и пускать меня не должны были. Но ты легко закрыл глаза на это и впервые посмотрел на меня, как на девушку, а не на ребенка. И хоть мой наряд в этом помог, и все же именно разговор, подсказал кто я. А потом произошло то, что изменило всю нашу жизнь. Это мне так кажется, а может и тебе тоже. Не успела я выйти из клуба, как на меня напали, и пытались затащить в машину. В какой момент появился ты - не поняла, то, что ты спас мою жизнь - однозначно. И не впервой, в будущем будем еще один момент. Но перед этим я тоже смогу отдать должок. Не смотря на всю твою неприступность, именно ты начал за мной ухаживать. Твои родители, в частности твой отец сделал мне повторную операцию и мы провели неделю на их вилле. А потом была поездка в Россию, на недолгий период мы  просто живем в тишине, пока "не грянет новый гром".

немного визуализации


Еще немного о нас

https://cs7050.vk.me/c638125/v638125114/13322/5okEpdJPMJc.jpghttps://cs7050.vk.me/c638125/v638125114/13319/jc13_0m8cQA.jpg

Описание персонажа:
Несколько фактов о тебе, мой дорогой. Первое - ты служил в армии, и добился хороших успехов. И именно эти четыре года, что тебя не было после нашего знакомства ты провел во службе своей родине. Второе - твои родители хирурги. Они работают в Лос-Анджелесе, известны в медицинских кругах и именно в его руках были исправлены ошибки при первой операции ног. В-третьих, ты любишь женщин и еще тот повеса. Но я надеюсь, что встретив ту единственную ты обо всех забудешь. В-четвертых, ты знаешь цену роскоши, умеешь одеваться, следить за собой. В-пятых, ты человек слова, человек чести. И что тебя толкнуло стать киллером? В-шестых, ты скрываешь свое темное. Я ни чего не знаю о твоем прошлом, да и настоящем не много, но рада, что ты познакомил с родными, ввел в семью. И я тебе верю, но самое страшное для тебя сказать мне о твоей настоящей работе, ты почти уверен, что я это не приму. Но как ты можешь знать, скрывая от меня? Остальное оставляю на вашу совесть, мистер.


Ваш пост

пост

Тишина. Необычна для дневного света. Тишина, ту что называют "смертельной" и в этом месте это слово будет более, чем уместным. Ведь кладбище состоит из одних трупов. И лишь один живой человек, старенький дедушка - смотритель, что живет в домике при главном входе на городское кладбище. Тишина, что разрывает душу, но не мою, разрывает не она. Тишина, совсем не похожая на ту, что была в одиночной палате госпиталя. Тишина, не та, что бывает каждый вечер дома, оставаясь одной.
Одна из тех, кого этот старенький старичок уже знает меня, и такая старческая печаль появляется в его глазах, когда видит на горизонте меня. Да, уже не раз слышала, что молодым людям не место в этом месте, что по предсказанием, лишь забирает жизнь. Может быть раз в год - почтить память усопших. А я за неделю, как меня выписали из больницы уже пятый раз здесь, оставаясь на долгие и долгие часы. Я говорила, кричала, молилась, умоляла - терзала саму себя. Могла себе это позволить, когда ни кто не видит. Почти. 
С тех самых пор как я пришла в себя, после комы и мне сообщили, что мама не выживала в автокатастрофе - мозг не хотел воспринимать эту информацию. Нет. Это не правильно. Бог не мог оставить меня одну. Даже если я почти взрослая. Так не бывает... Хотя понимание, что такое бывает и относительно часто, было. Но самой поверить в подобное - отказывалась. Мне говорили радоваться, ведь мне дан второй шанс. Я смогла выжить в страшной аварии. Еще так молода и у меня вся жизнь впереди. Но... я не умею жить для себя. Ведь в моей жизни было главным, это семья. И пусть в последние годы нас было двое, но наша семья была. Семья. Оно начинает терять смысл, когда в нем один человек. Нет, я совру, что совсем не жила для себя. Танцы. Они мой воздух. Но врачи на строго зареклись, что больше не встану на пуанты и туфли для классических танцев, да и вообще лучше отказаться от каблуков. Я все еще хромала, все еще шла на пути реабилитации. Я посещала, точнее должна была посещать некоторые процедуры. В том числе и массаж, и бассейн, и лечебную физкультуру. Но бассейн пока отошел на второй план - боязнь воды, отталкивала меня. Я не умела плавать, и земля была мне ближе, здесь хотя бы чувствуешь обе ноги, на которых твердо стоишь. Хотя именно в это время я в них не уверена и, которые впрочем уже не нужны, если не танцуешь...
Когда в тишине, образовавшийся после всхлипов раздался голос, даже сам не поверила, что он мой. Что я все же решилась позвонить. Даже не понятно, почему решила позвонить в службу доверия. И ведь даже не помню, как набирала номер. Не слышала гудки. И лишь чудом разобрала голос на той стороне. Но сказали ли: "Мы вас слушаем, говорите" или что-то еще, не смогу сказать.
- Я... не... хочу... жить...
В голосе нет самоуверенности и некого пафоса, что присуще девочкам-подросткам, которые считают, что "смерть в эфире", это  весело и прикольно, или какие там мотивы их посещают. И это точно не похоже на девушку, которая решилась на самоубийство из-за несчастной любви. Нет, этим я была пока обделена. Наверно.
В голосе нет той печали или некой боли, когда человек решает покончить со своей жизнью, когда не видит выхода из-за проблем: долги, кредиты, может быть алкоголь или наркотики, что там еще может с подвигнуть на подобный путь.
И в голосе нет ноток, что слышно у человека запутавшего и, который впал в депрессию. Здесь скорее отчаянное решение. Будто смертельно больной принимает свою участь. Это похоже на смирение.
Голос дрожит, но из-за того, что каждое слово четко, раздельно, с расстановкой произнесено, то этого почти  не заметно. Почти. А еще как никогда слышен акцент. И слезы. Горькие. Любой человек, что разбирается в людях поймет, что я много плакала перед тем, как решила позвонить.
Я вновь провела на кладбище несколько часов. И сейчас сидела на скамеечке, ничего не видя перед собой. Это я ни кого не видела, сама же находилась в поле зрения своего водителя. Он теперь всегда был поблизости. С тех пор как около недели назад потеряла сознание и была на грани сердечного приступа. Все понимали, что довожу себя сама. Только сама не собиралась увидеть картину во всей ее "красе". Может и сама понимала, но подумать об этом не имела возможности. Так как мне не могли запретить ездить на могилу к маме, не могли, хотя пытались, хотя бы ограничить. Но я всегда была своевольной, и в этом вопросе была более упертой, чем любой баран. Меня просто стали контролировать: состояние мое, количество проведенного в этом месте, время и градус давления. И дай возможность подумать, то поняла бы, что меня должны вот вот увести домой. Но я отчего то решила позвонить на линию доверия. Зачем? Почему? Да, когда я в последнее время делала что-то обдуманно? Все рефлекторно, на автомате.


Личные требования к игроку
* Можно изменить внешность, и все же сложно меня убедит убедить в этом, я привыкла уже к этой внешности.
Я хочу знать, выбирая эту заявку, роль и приходя ко мне, буду уверена, что не бросите меня через пару месяцев, оставив игру на полпути. Мне важен этот персонаж, я его искренне люблю и прошу не разбивать мне сердце.


Связь с вами
лс, если сойдемся могу дать вк

0

7

http://sg.uploads.ru/t/x5YRk.png

Имя персонажа: что-то чисто американское, мистер
Возраст: 30-35 лет вам на вид
Внешность: мне бы хотелось видеть Даниила Страхова
Род деятельности: я почти уверена, что это связано с адвокатурой или юриспруденцией.


Описание персонажа

Отношения с персонажем:
А сейчас расскажу нашу встречу и предысторию отношений. Так как у нас их... нет. Мы встретились в Англии, в моем родном городе - Лондоне. Около пяти лет назад - начало лета 2012 года. Честно говоря, я очень мало о тебе знаю. Как ты впрочем обо мне. Ты случайно узнал, что я журналист, так что ты в преимуществе надо мной. Просто мы не говорили о работе, мы предавались греху. Наверно, это можно сказать "курортным романом". Мне нужно было "отвлечься" что ли - были свои проблемы. Ты меня заинтересовал меня, привел в постель. Но мы оба были не настроены на отношения. Или может не успели их создать. Две недели страсти, ярких ночей и ты улетел. Знаю, что в Америку. Ты мне не отзвонился, а я и не опечалилась. Но оба понимаем где-то в глубине души, нас тянет друг к другу. Ты знаком с братом, и честно у вас не очень отношения. Уж почему ты так ему не понравился - мне не ясно. Может братская ревность? Может он первый понял, что между нами, что-то есть, да мы дураки не хотим этого видеть, вот ему и не нравится, что ты "использовал" его маленькую сестренку.
На этом бы наша история могла и закончиться. Но случай, судьба или что там еще решает, задумала по другому. Я забеременела. Вроде все было безопасно, это было обоюдным решением. Но осечка бывает всегда, с учетом, что иногда страсть накрывает без преднамеренной "подготовки". Я даже не пыталась найти тебя и сообщить. Честно, даже не знаю почему. Но ты же обязательно спросишь, может устроишь "полет разборов" и тогда раскроются карты. Просто приезд к брату, был неожиданным для нас обоих. Как-то гуляя с дочерью, мы встретились. Что девочка рядом со мной твоя дочь не сложно догадаться. И возраст совпадает, да и похожа она на тебя больше, чем на меня. Глаза, волосы, ямочки на щечках все твое.
А вот тут решим сами. Начнем ли мы строить отношения ради дочери, или начнем вновь встречаться, ведь, что не говори, а секс у нас хорош. Когда мы осознаем и примем свои чувства, так же зависит от нас самих. Будет ли это стремительно, или потребуется время? Приходи, безумно жду. Не просто так, мы вновь встретились. Только боюсь брат не будет рад, ведь он до сих пор грозится с тобой разобраться, что ты "обрюхател" и улетел. Но я уверена вы подружитесь. У вас безусловно есть что-то общее - любовь ко мне.

Описание персонажа:
Биографию полностью оставляю на тебя. Твой персонаж, твоя история. Главное, чтобы было желание. Единственное, чтобы мне хотелось видеть:
1) Профессия, как и было сказано вверху, что-то связанное с адвокатурой, желательно. Могу обсудить и выслушать вас.
2) Что-то про семью? Хотелось бы видеть маленькую сестренку. Правда маленькую, с разницей лет в 20. Но это просто мое желание... намек на мистера Дарси и его младшую сестру.
3) Предпочтения? Может вы любите за завтраком читать газету? А вечером выпивать бокал виски?
4) Мне хотелось бы видеть тебя увлеченным каким-то спортом. И я не против гольфа, но не считаю его спортом.
5) Что еще добавить? Мне нравилась твоя манера говорить, с легкой примесью сарказма.


Ваш пост

пост

Время ни когда не стоит на месте. День сменяет ночь, сутки проходят. И жизнь не прекращает свой бег. Мы вполне обжились с Италией на новой земле вдали от дома, за океаном. И пусть не сразу, но начала приспосабливаться к новой жизни. С Алексом мы отпраздновали день благодарение, как он и обещал. Но в начале декабря, он вновь улетел, он хотел успеть все закончить до Рождества и вернуться в двадцатых числах. Мой отпуск еще продолжался и мы с дочкой продолжали обследовать страну на примере Нью-Йорка, а точнее его района или как тут зовется "боро" - Манхэттен, где и обосновался братишка. Пока мы в основном изучали парки и улочки города, пробовали кухню в местных кафе и ресторанчиках. Но сегодня решили посетить выставку. Для этого мы даже сходили в магазин и прикупили нам с дочерью по платью по такому случаю.
Италия была настолько поглощена выбором своего наряда, что оказавшись в отделе, где полно различных нарядов даже растерялась и забыла цель для которого мы покупаем платья, остановив выбор на пышном розовом платье, представив себя принцессой. И все же с помощью девушек-консультантов мы смогли найти платья для первого официального выхода в общество. Для моей малышки мы подобрали платье насыщено синего цвета с туфельками в тон.  Себе же я нашла на первый взгляд не броское черное платье чуть выше колена. Но мне оно понравилось и посчитала его уместным для посещения выставки.
Мы обе были слегка возбуждены, так как и сама уже давно ни куда не выходила на люди, чего уж говорить о девочке, которая только набирается опыта, и для нее ситуация больше чем поход в магазин уже считается масштабным, а тут взрослое мероприятие до которого и ее пустили. Но у меня даже и мысли не было, чтобы ее оставить на приходящую няню или просто одной сходить. И даже если не брать в расчет в то, что я как то не очень любила нянь, можно всегда было попросить о помощи Джереми, который просто клялся, что всегда готов помочь и в том числе посидеть с дочерью. Но мне самой хотелось с ней сходить. Хотя если быть с собой откровенной до конца то я бы еще и Джера к нам в компанию позвала, что и сделала, но он был занят, именно поэтому мы с дочерью были в привычной для нас компании друг друга. А то, что друга всегда можно найти ни кто не отменял подобного и поэтому мы решили отдохнуть, и развлекаться в свое удовольствия.
Я отказалась от бокала шампанского так как не люблю эту кислую для меня шипучку и предпочла сок, такой же, что пила Италия. Мы медленно переходили от одного экспоната к другому, строя из себя особых ценителей искусства. И если честно даже не знаю у кого это выходило мило_смешно смотря на нас со стороны. Но я ловила себя на мысли, что сдерживаю смех при дочери, смотря на нее, но понимая, что выгляжу далеко не лучше.
В какой момент нашего путешествия я налетела на девушку, даже не поняла, почувствовав резкую преграду и чудом удержав бокал в руках и почти целым напитком, лишь пару капель упали мне на ладонь от небольшой бури, что создала своим столкновением.
- О, прошу, простить меня... - с довольно заметным британским акцентом проговорила, оборачиваясь и поднимая зеленые глаза на эффектную блондинку. - Добрый день, кажется, я увлеклась, рассматривая экспонаты и не заметила живых людей... - мягко улыбнулась.
- Мамочка, ты в порядке? - выглянула из-за моей ноги Италия, взирая со своего роста на незнакомку.


Личные требования к игроку
Мне нужна пара для Надин. Очень давно жду и ищу. И хотелось бы яркой и продолжительной игры.


Связь с вами
лс, далее вк

0

8

кто не успел, тот опоздал

https://68.media.tumblr.com/308648f2b858698be6050de5ae9881a5/tumblr_okloflvVR41st6b6vo1_400.png

Имя персонажа: Винсент. фамилия обсуждаема. в принципе, и имя тоже.
Возраст: 30. навскидку.
Внешность: Райан Гослинг
может, хоть после нашумевшего Ла Ла Лэнда мне повезет
Род деятельности: коп в отставке


Описание персонажа

Отношения с персонажем:
Надежда.. Довольно чуждое слово и для него, и для Джейн. Но как нельзя более емкое для описания их отношений.
Для него эта маленькая заблудшая душа - какой-то нелепый, несообразный, но все же смысл жить. Становиться лучше. Как прежде за волосы тащить себя из болота, семимильными шагами через свое Я. Он, может, и не понимает полностью, не отдает себе отчет, что все его планы и карты ведут сейчас к истинному себе. К настоящей жизни и примирению с сбой. Но чувствует это на интуитивном уровне. Чувствует необычайно твердый грунт под ногами. Видит незримые указатели. Знает, что это его путь – оказаться рядом в нужный момент. Коснуться пламени безумия и не обжечься. Уже закален. Уже все знает.
Для нее это тусклый свет в конце тоннеля. Такой призрачный, но ради которого хочется иди. Бороться и стараться, что с ней вообще впервые. Она не верит до конца, что это случилось именно с ней. Не знает за что ей это. Такое тепло и вера. Костер, о который не опалит крылья. Как дворняга, она тянется к протянутым ладоням, холодным носом утыкается, тонет в нежности. Но любой шорох, движение, незнакомый звук, и она отбегает на несколько шагов. Смотрит обиженно и недоверчиво. Только помнить надо, что с каждым разом подходит она все неохотнее, все трусливее.
Это взаимодополняющие отношения. Развивающие отношения. Это бесконечный простор для изменений, благодатная почва, мягкий климат. Это отражение самых острых потребностей для каждого из них. Это самая крепкая связь.

Описание персонажа:
Прилежный ребенок, усердный трудяга. Радость отца-одиночки. Гордость слишком рано умершей матери. Он всегда шел к цели без оглядки. У него всегда был план. Будь то поход в магазин за хлебом или далекое будущее, то, что мерещится после окончания школы.
Так сложилось в его жизни, что чувства мировой справедливости отсыпали ему сполна, как будто толкнул кто-то раздающего под руку. Загнанный на дерево хулиганами котенок, забитый одноклассник, ограбленная пожилая женщина – в каждом возрасте он находил себе применение. Переживал за униженных и оскорбленных. Раскачивал усердно чашу весов, спорил с законами жизни. Учил законы США.
Пожалуй, у него не было особой дилеммы с выбором профессии. Законченная с отличием школа, полицейская академия, патрули, детективное агенство. Вся эта карьерная лестница в несколько лет показалась лишь мгновением. Недлинной прямой к заветной цели.
Хотя, на деле, прямая оказалась финишной.
Сложное задание, трое коллег, двое из них его хорошие приятели. Что случилось там на самом деле знает только он (и, конечно же, вы). Да и кому еще знать - из той перестрелки он единственный вышел живым. Живым, но не способным к жизни. Выломанный, раскрошившийся сустав, дыра в легком, вырванный с пулей кусок печени – малый перечень его чудом совместимых с жизнью увечий. Двое умерли на месте. Третий в больнице. И с тех пор он считает, что коллегам, пожалуй, повезло куда больше, чем ему.
Страховка покрыла все операции и реабилитацию, покрыла психолога и тренеров. Но пройти комиссию, снова вернуться в строй, это не помогло. Красный крест, то ли скорой помощи, то ли конца жизни. Отставка, пособие, четыре стены. Орден за отвагу.
Сложно сбросить со счетов все, что преподнесла ему жизнь. Божественный промысел, враждебный человеку. Начиная с умершей матери, заканчивая умершим стремлением к жизни. И проблема не только в том, что больше нет ни работы, ни цели, ни здоровья. Ему обязательно эту трагедию нужно преобразовать в вину. Не бывает судьбы, бывает расчет. И он просчитался. Погибли люди.. Почему? Бессмысленно, случайно, абсурдно, трагично – нет, этого не достаточно. Он ищет ответов, ищет подоплеку, ищет более глубинную причину, этот мученик, этот маньяк «почему?». Почему его друзья и коллеги? Почему не он? Он находит ответ. Не в боге, нет, для этого недостаточно набожен, достаточно агностичен. Он находит причину в себе. Он послужил всему причиной. Он всех подвел. И никак иначе, он не поверит в это. Не захочет или не сможет – решать вам. Главное увидеть в этом часть той детской заносчивости, которой не хватило тихоне в школе.
С женщинами у него никогда не ладилось. Сначала не было интереса у сверстниц, потом, вслед за гормонами, угас и его интерес. Выросший без матери, он с трудом представлял себе этот загадочный женский внутренний мир, ждал от всех них мужской прагматичности и безукоризненной логики. Но разочаровывался снова и снова.
Первые и последние его серьезные отношения длились полтора года. Дело шло к свадьбе, все привыкли уже к этой паре, в которой он со спокойным безразличием воплощал в жизнь её капризы, а она не давала ему поводов усомниться в том, что это и есть судьба, в том, что так и должны жить взрослые люди. Ее родители были довольны - карьерные перспективы видны были невооруженным глазом, дочь сияла, как начищенный таз. Но после перестрелки Винсент выгнал ее из больницы. Не брал трубку. Может, осознал всю фальшь такой жизни. Может, наконец устал от требований, которых теперь он выполнить не смог бы. Но это не была обида, это была жертва. Он отправил ее искать лучшей жизни, лучшего для себя мужчины, считая её как никого другого достойной счастья.
Итак, он закоренелый одиночка, все еще не позволяет себе выйти неряшливым на улицу. Он все еще не может просто гулять без цели и плана. Но в остальном – совершенно отчаявшийся человек, переполненный сосуд вины. От взгляда до кончиков пальцев.


Ваш пост

пост

За окнами холодает. Фонарь стучит в стекла неровным светом, дробью, дрожит под листвой, ежится. На железной крышке его сидит сизый силуэт, глазами сверкает, греется. Он видит дальше, сквозь плотно задернутые шторы. Сквозь наглухо закрытые окна. Он колышется неестественной рябью, не в такт с листьями, не в ритм с порывами.
Джэйн знает, он там. Чувствует это не на подкорке даже, еще глубже, в самом жерле души. И дрожит так же, не в такт, сжимая белеющими пальцами штору.
По всей квартире громыхает седьмая симфония, громыхает так, что в пору по батареям стучать. Но соседи молчат, соседи привыкли к отголоскам эмоций с верхнего этажа. Да и она проложила звукоизоляцию, чтобы не трогали ночами чуждые звуки, не тревожили чужие вздохи. По крайней мере людские.
По квартире громыхает симфония, а она уже знает ее наизусть. Слышит лишние ноты, фальшивые трезвучия в строгом знакомом мотиве. И она бросается в темноту квартиры, распахивает шторы, включает каждый светильник, каждую лампочку. Прогоняет электрической люминесцентной метлой клубы вечерней мглы из углов. Она одна здесь. Она должна быть одна.
Фонарь, только было проникший внутрь, бросивший клетку теней на пол, шипит и прячет цепкие свои лапы. Как будто обожгли кислотой. Как будто тяжелыми каблуками прошлись по нежной коже.
Флейты осторожно тянут мотив, впускают в мир капельку просветления. Но музыка вновь громыхает. Литавры и виолончели бьются о стены, как тяжелые хищные птицы.
Она ведет пальцами дрожащую линию по стене. От выключателя до дверного замка. Касается пальцами ключа, но не успевает его повернуть. Шарканье шага на лестничной клетке. Глухие удары кулака в дверь.
Она замирает, как выслеженная добыча. Не знает, броситься ей прочь или не шевелиться - так точно не приметят. Почти детский ужас и сердце в пятки - одна дома, а к родителям кто-то пришел. Но она уже совсем не девочка. Да и родителей дома нет слишком давно.
Ей не нужно заглядывать в глазок, таить дыхание и прислушиваться. К ней никто больше не заходит, никто не поднимается так высоко, под самую крышу. Здесь только ее входная дверь, только ее кнопка звонка с торчащими перерезанными проводами. Но стоящего за дверью здесь вовсе не ждали.

-Джейн, открой! - наверное, он стучит уже каблуком, настолько резко и отчетливо вонзаются звуки в больное сознание. Она сидит, прижавшись спиной к двери, и сжимает виски в такт пульсирующей боли. Она молит его уйти прочь, не лезть к ней. Но чувствует уже, как сквозь ломаные щели замков тянутся его пальцы. Жаждут раскромсать грудную клетку, выставить напоказ, все, что прячет. - Открой же, я просто хочу помочь.
Что он знает о помощи. Повелитель человеческих душ и чувств. Против двадцатилетней девочки, грызущей подвеску с лисьим клыком на шее.
Он ударяет еще раз, она вскакивает и кричит навзрыд, чтобы он убирался. Отшатывается прочь - ей кажется, что дверь уже распахнулась. Что в руках уже сверкает скальпель. Сеанс душевного эксгибиционизма начался.
- Ты делаешь мне больно, уйди, - молит одними губами, отшатываясь все дальше в комнату, пока не касается спиной холодного стекла, пока не упирается поясницей в подоконник. Вот ты и в ловушке, Джэнни Салливан. Больше некуда отступать.
Она задевает ногой нечто холодное. Глухой стук чего-то тяжелого, упавшего на пол. Мгновенная реакция - секунда и бутылка уже летит в так и не открывшуюся дверь. Разбивается вдребезги, окропляет багровым стены и пол. Она в ужасе бросается вперед, просит прощения. Только когда касается мокрой и горькой от вина двери, находит грань новых видений. Чудом минует босыми ногами стекла. Уходит вглубь квартиры и выключает за собой свет. А за дверью все замирает, как будто и не было.

Она молчит. За ее бесполезным щитом шелест и шорох, тяжелый вздох. Кажется, он садится под дверью, как садился всегда. Кажется..
Джейн опускается неслышно на колени. Трогает неуверенно пол под собой, вдыхает поглубже воздух. Симфония снова стихает, робкие флейты поют о своем. Она хотела бы коснуться твоего плеча, Мэтт. Ты же знаешь. Но ей лучше здесь. Она бы хотела утешить, но все, что может - принимать твои кровью и потом заработанные деньги. Как будто спускаешь их в мусоропровод, правда?
Чудится, он говорит что-то. Рассказывает так, будто она может услышать. Джейн лишь поджимает губы - в ее берлоге отовсюду слышно стук часов, и только. Музыка стихла, шуршание иглы по неровным дорожкам пульсом бежит прочь в осенний вечер. Она встает и идет на кухню, заливать лед резким, хвойным джином. Разговор окончен даже не начавшись, как и всегда. И с первым глотком отступают все сомнения и страхи. Сегодня ей снова хватило силы и обиды не открыть собственному брату. Сегодня снова хватило страхов уйти от двери как будто ничего и не заметив. Еще одна победа несуществующей воли.
Кажется, где-то на пластинке затерялись аплодисменты.


Личные требования к игроку
Я не буду сильно распыляться на тему обязательности, ответственности и прочего. Конечно, роль не на один день. Роль для небыстрой игры (хотя, если попрет, я пока могу строчить ежедневно). Для второй по важности (но не по значению) ветки в сюжете, которая имеет все шансы стать первой. Поэтому основное мое требование, просьба даже – почувствуйте. Пропустите сквозь себя этот упадок, это дно жизни, из которого предстоит выбираться именно вам.


Связь с вами
начнем с гостевой или лс

Отредактировано Jannie Sallivan (24.02.2017 16:29:37)

+8

9

http://s8.uploads.ru/h5cQt.png

Имя персонажа: Ричард "Jocker" Фланнаган
Возраст: 30+
Внешность: Travis Fimmel
Род деятельности: байкер, дорожный капитан DEVILS MG


Описание персонажа

Отношения с персонажем:

ох, все будет сложно и тяжко, и только от вас зависит, какими они будут, эти отношения. Cтартуем с ненависти, ведь так сложилось, что я - последний живой человек, знающий кто "нарисовал" тебе улыбку Глазго.

Описание персонажа:
Байкерские войны начались не с нас, и закончатся не нами. Когда созданные после Вьетнамской войны первые клубы начинали делить территории, было уже изначально понятно, что извечный мужской дух соперничества, не даст им сосуществовать мирно друг с другом, и это не прекращалось никогда. Затихало, уходило в подполье, что бы потом снова взорваться яркой бомбой на улицах городов, от случайно брошенного слова, от единого взгляда или жеста. Словно что-то все время ломалось, превращая в осколки жизни тех, кто оказывался в этой мясорубке, оставляя горы трупов и ряды могил.
Знакомьтесь - Джокер, дорожный капитан... нет, не Sons of Anarhy (он, кстати, терпеть не может этот сериал, считая что все переврали и смягчили), а DEVILS MG - крупной 1% мотобанды, промышляющей продажей наркоты и оружия.
Он родился в Нью-Йорке в семье потомственных ирландцев, живущих и на чужой земле по законам народа Дану. В четырнадцать лет, после смерти матери,оказавшись не нужным в новой семье отца, где и "заболел" мотоделом, а после - байкерской разудалой жизнью. Он - один из тех, для кого Дьяволы - это не просто семья, это вся его жизнь - с того момента, как он впервые сел на первый свой мотоцикл. Единственная поездка на историческую родину, в Ирландию, закончилась не слишком приятно - в Белфасте Джокер получил примету, за которую в принципе и получил свое прозвище - улыбка Глазго прячется под его густой бородой, и все же ее жутковатые кончики выглядывают, как напоминание о жестокости и непримиримости.
Говорили, что это увечье сделало его жестоким и циничным, молчаливым, и безразличным ко всему, кроме братства и мотоциклов. Но это не так - он всегда был склонен к созерцательной жестокости и отсутствию милосердия. Он всегда помнил, кто он есть, и не собрался преклонять колени ни перед кем, кого бы он сам не посчитал достойным такой чести. Впрочем, дорожный капитан DEVIL'S MG никогда и не перед кем не преклонял колени, и даже в том темном переулке, где держа нож у его горла, уродовали его лицо, он оставался стоять до последнего, не позволяя ублюдкам увидеть его слабость и боль. Это не мешает ему быть разудалым бабником, воякой и расчетливым бизнесменом, ворочающим клубным трафиком оружия с такой ловкостью, что за шесть лет его управления, клуб из общества оборванцев очень сильно поднялся.


Ваш пост

пост

- Самуэль Маркез... - его голос гулко и неприятно звучит в пустом колодце узкой улочки. На его лице навечно застыла улыбка, и ему даже не надо шевелить губами - кажется это называется Улыбка Глазго - длинные шрамы, как у Джокера в марвеловском комиксе, возможно за это он получил свое прозвище. А возможно - и нет. Он загадочен и совершенно непредсказуем, как единственная карта в колоде, которая бьет все и всех.
- Ричард Флэннаган. - ухмыляюсь, вставая с мотоцикла и вешая шлем на руль. Он - процентник, и ездит без шлема, но почему-то внимание привлекает совершенно не темная грива с проседью, а сильные руки, загорелые, с мелкими шрамами и сильными, узловатыми пальцами, спокойно лежащими на хроме руля его байка. Джокер не торопится вставать мне навстречу. Его поведение невозможно было понять или угадать. Как и причину этой встречи. Назначенной внезапно,  в странном месте, в неурочное время, и вдалеке от территорий обоих клубов.  Игра в гляделки продолжается довольно долго, и все это время он довольно откровенно рассматривает меня, и кажется мне, что вовсе не бренды моей одежды ему интересны, как и не мои цвета, надетые прямо поверх черной футболки.
Наши интересы еще не пересекались с момента существования Сов, и мне даже интересно, какого черта понадобилось от меня дорожному капитану Дьяволов, уж точно не просто так познакомиться.  Говорят, что он может молчать очень долго, а потом, когда открывает рот, начинаешь понимать, что лучше бы он молчал дальше, слишком режет слух тяжелый, глухой голос, создающий отвратительно красивое впечатление, вместе с кожаной жилеткой, мощным байком, темными патлами с благородной патиной проседи, и этой чертовой улыбкой Глазго. И когда тебя успели ею наградить, загадочный козырь?
- Лучше одень свой шлем. Нам с тобой надо проехаться. - Удивленно приподнимаю бровь. Совершенно не понимая, зачем и куда он собрался со мной ехать.  - Хоук, не корчь из себя дуру, это не твоя маска. Здесь не место для разговоров. - Он слегка морщиться, но взгляд не отводит - кажется ему не слишком нравится, когда его дурачат. Впрочем, он и сам выставляет себя дураком, но похоже, его это как раз не слишком смущает - странная такая игра в подкидного дурачка, где мои карты  - всего лишь карточный мусор.
- Я, надеюсь, не в клабхаус твоего клуба. - Ехидную ухмылку с трудом скрывает  тонированный визор шлема, но Джокер успешно делает  вид, что ничего не услышал, первым покидая темный переулок, который, мне, в принципе, представлялся вполне удобным местом для разговора.
Мотоциклы шумными тенями скользят по городу, и меня слегка раздражает, что чоппер Джокера двигается в едва ощутимом темпе, чуть больше восьмидесяти - скорость, которую я держу обычно только тогда, когда веду колонну.  Когда же езжу сама, то меньше ста пятидесяти и не выходит, а порой и шкалит  за двести - к сожалению ничего с собой поделать не могу - адреналиновая наркомания требует новых ощущений.  Вздыхаю, вместо того, что бы ехать непонятно куда с полусумасшедшим представителем Дьяволов, я предпочла бы сейчас сидеть в клабхаусе, у камина, под пледом и шоколадом заедать те самые женские дни, когда даму лучше не кантовать и не дергать. Слегка еложу в сидении мотоцикла, чертов Джокер - если бы не намечающийся конфликт с Дьяволами, черта с два бы я в такой период выехала куда либо без особой надобности. Но тут каждый поступок надо обмозговать, иначе последствия могут быть куда хуже, чем представлялось изначально.
Отмечаю про себя, что Джокер следит  за тем, как  я еду за ним, словно боится, что я куда-нибудь не туда сверну. Или вовсе решусь сбежать от него - совсем за малолетку глупую держит. Впрочем, он не намного младше моего отца, насколько я знаю, а может и ошибаюсь  - по его лицу вообще сложно понять, сколько ему лет, а шрамы, переходящие в морщины - не добавляют ему моложавости. Да он  не особо и стремится - не удивлюсь если свои темные волосы с проседью он моет раз в год горчичным мылом, которым вымывают блох у собак и кошек. Эта мысль меня забавляет, заставляя слегка отвлечься, и едва не пропустить поворот , в который плавно уходит  чоппер Джокера. Мысленно ругаюсь за то, что он даже не соизволил показать рукой поворот и на последних метрах ныряю  за ним. Вот  за эту мягкую маневренность  я и  люблю своего гибридного Россинанта, на которого с таким презрением смотрят "классические байкеры".
Маленький дворик домашней гостиницы, спрятавшейся в скоплении современных домов, был уютно освещен небольшими фонариками, прячущимися в гуще ветвей цветущей акации. Вот  уж никогда бы не подумала, что  в Нью-Йорке остались такие уютные и совершенно не урбанистические места. Даже как-то неприятно оскорблять эту уютную тишину шумом мотора мотоциклов.
- Чего ждешь? Это конечная точка нашего выезда. - В грубости Джокера мне слышится наигранность - да и в свете желтоватых фонарей, он не смотрится столь устрашающе, как в обычной жизни. - Пойдем, здесь нас никто не подслушает. -  Вижу его спину, с рисунком дьявола, выходящего из пламени со шлемом в руке, и надпись "DEVILS MC", а под мишенью - "NEW-YORK". Одеть чужие цвета не смеет никто - это равноценно тому что бы взять и примерить тиару Папы Римского или королевскую корону. За такое могут  легко убить - и убьют, если на тебя их не одел их владелец по собственной воле - тогда уж отвечать ему самому. Но опытные старухи байкеров, сами никогда не возьмут, даже если им предложат. Да и не один байкер в  своем уме никогда этого не сделает.


Личные требования к игроку
Очень хотелось бы игрока, понимающего, что он играет, желающего развивать персонажа, а не оставить его после пары постов. Не факт, что чувства будут, и какими они будут, но будьте готовы играть как эмоции на грани, так и 18+ (и не только  в плане интима, кровавые бани я тоже не исключаю). Имя персонажа и фамилию можете менять на свое усмотрение, но желательно в ирландском стиле, прозвище и внешность - не обсуждаемы, как и улыбка Глазго на лице персонажа. Посты я пишу в среднем не слишком большие - 3000-3500, по вдохновению бывает больше, но стараюсь делать это часто. Графикой и игрой обеспечу на все 100%. Любые специфические детали байкерской темы я могу подсказать.


Связь с вами
493672484, ЛС, гостевая

+1

10

http://i11.pixs.ru/storage/7/6/0/MariaBrink_5148018_25242760.jpg

Имя персонажа:  Алекс
Возраст: 23+
Внешность:  Maria brink lua p
Род деятельности: официантка, танцовщица, вокалистка в баре, парикмахер, проститутка?


Описание персонажа

Отношения с персонажем:
Я просто "мастер" писать заявки XD Ты моя девушка, умная, роковая и красивая девушка женщина. Которая терпит и любит меня со всеми тараканами и загонами.
Не только я буду ждать тебя)
Очень жду, пиши в лс, всё объясню.

что касается внешностей
мария

https://www.tumblr.com/search/Maria+Brink
https://68.media.tumblr.com/46ac001d349d3cc7413eaefdf34250d3/tumblr_o7hxgeDJ3J1vrp6too7_400.gifhttps://68.media.tumblr.com/022abe0ead903014c6e429553870b956/tumblr_o7hxgeDJ3J1vrp6too1_400.gif


Описание персонажа:
Мы встретились с тобой на одном из концертов нашей группы и так получилось, что мы начали встречаться, но кто же знал, что со временем всё станет сложнее, когда в один из дней мне прострелят ногу, а потом я и вовсе заявлюсь домой в жутком состоянии и буду рассказывать всё, о чём думаю.

Ночь с 13 на 14 августа.
Поворачиваю ключ и вваливаюсь в свою квартиру. По пути скидываю обувь и не раздеваясь вхожу в спальню. Сажусь  на кровать, чем бужу свою девушку, Алекс. Милое создание, так сладко спит.
- Нам надо поговорить. Я так рад тебя видеть. Я хочу, чтобы мы поговорили. - Я не замолкаю не на секунду, так что сразу понятно, что что-то не так, и Алекс замечает это. Замечает мою бессмысленную болтовню, расширенные зрачки и и странное поведение в два часа ночи. - Я ехал в такси, потом шёл по аллее, и вдруг понял, что должен с кем-то поговорить. Меня переполняют странные чувства к тому, к кому их не должно быть. Всё вокруг было так красиво. Чёрт, мне так хорошо, но я просто обязан всё сказать. 
Ты что, под экстези? - Спрашивает Алекс, перебивая мою быструю речь. Она догадливая, но стервозная, но сейчас мне всё равно. - Какая разница. - Обнимаю её, и продолжаю тараторить. Я с самого начала не чувствовал к Алекс ничего кроме сильной привязанности. Она замечательная, вот только я неправильный.
-Кай такой... не понимаю, не знаю, почему меня так тянет к нему. Может я влюбился? Не знаю, Ал, я... - Она вновь перебивает меня. -  Давай поговорим завтра. А сейчас иди и поспи. Я могу заварить тебе чай, чтобы легче было уснуть.

Мы всё ещё в хороших отношениях, но не простых.


Ваш пост

пост

Опасность живет рядом с нами, вот только мы не замечаем, или стараемся не замечать этого, но она окружает нас. Есть те, кто всячески пытается меня перевоспитать, но как же ничтожны их попытки, ведь нельзя исправить не сломанное. Это просто невозможно. 
Я очнулся в совершенно незнакомом мне месте. Нельзя сказать, что пробуждение было радостным: казалось, что места мрачнее не найти. Дымка начала рассеиваться, когда я открыл глаза. Я не понимал, что происходит и где я нахожусь, всё было, как в тумане. Я пытался сказать, хоть слово, но почему-то не мог, это паника. Около минуты я пытался выдать хоть звук, но в скором времени у меня получилось издать шёпот. Я был рад даже этому. Что же такого могло произойти, что я очнулся в месте, откуда всю радость выкачали. Неужели где-то рядом дименторы? 
Жуткая головная боль сжала голову с тисках. Мерзкое ощущение не покидало меня, будто в голову что-то вонзили. Картинка перед глазами начала собираться по кусочкам, как и память. Знаете это ощущение, когда просыпаешься в незнакомом месте, а думаешь что дома, пока не открыл глаза? Так вот у меня началась паника, когда я открыл глаза и вспомнил, что не дома, а в тюрьме. Тело словно онемело. Я сфокусировал взгляд и огляделся. Угнетающе, но я в месте, которое безумно напоминает знаменитую тюрьму - Азкабан.  Никаких удобств. Я всячески отрицал увиденное, надеясь, что это только сон и не более того. Закрываю глаза и пытаюсь успокоиться. Представляю, как  вдыхаю в лёгкие свежий запах деревьев. Вокруг туман и шелест листьев. Тёплый воздух приятно обдувает, заставляя длинные волосы трепаться, но не сильно, как зимой, или при урагане, конечно нет, но всё равно приходиться периодически их поправлять. Кстати, я незаметно засунул пачку сигарет и зажигалку в карман, так что сейчас могу спокойно наслаждаться тем, что вдыхаю табачный дым в лёгкие и потом вновь заполняю им окружающий мир. Я именно там, где и должен быть, вокруг красота и природа, но грёбаный сигнал подъёма заставляет отвлечься от приятного и закрыть уши. Слишком громко и отвратно.
Меня бесит эта камера, эта тюрьма и эти общие душевые. Просто пиздец как бесит всё, что меня здесь окружает, я на пределе, а точнее, на пределе мои нервы.
- Эй, Паркер, - ко мне обращается полицейский и подзывает к себе. И что ему нужно от меня? - К тебе пришёл посетитель. - Я сначала хотел сказать, что не хочу никого видеть, а потом решил, что поговорить с кем-нибудь мне не помешает. Шутка. Полицейский сказал, что ко мне пришёл Таддео Веспа, вот я и обрадовался, и согласился на встречу. У вас есть ровно пять минут На меня вновь нацепили наручники, будто я через стекло смогу что-то взять у Теда... Глупость какая, а они называют это предусмотрительностью. Стул корявый, на нём и не усидишь спокойно, приходится держать спину по ровнее, чтобы не навернуться. И чего я мог ожидать от этой встречи? Радостные объятия точно не вариант, но я понимаю парня. Я и правда обещал ему завязать, но как-то не удалось, а теперь расплачиваюсь за это. Ожидаю суда, а адвоката как не было, так и не будет судя по всему, либо старого алкаша с нулевым % спасённых от тюрьмы дадут.
- Тед, я в жопе. И я понимаю, что обещал, но... - пять минут, пять минут. Не думаю, что именно сейчас время обсуждать моё не сдержанное слово, которое я дал несколько лет назад. - Как ты вообще нашёл меня? И я рад, что нашёл - Я скучал по этому высокому парню с шипованной перчаткой, который вытащил пулю из моей ноги. - Тот мужик, который стрелял мне в ногу, он позвонил и... не смог я от него скрыться по человечески. Вот такой я идиот без адвоката и шанса на скорое освобождение. -  Пытаюсь шутить, но получается не очень. не получается ни хрена хд Смотрю на время и понимаю, что оно неумолимо бежит, скоро тот амбал вновь потащит меня в камеру или в допросную...или ещё куда-нибудь.
- А вообще, Тед, мне пиздец как стрёмно тут оставаться, я так свихнусь быстро, я даже спать нормально не могу, у меня паранойя разыгралась! Мне постоянно кажется, что что-то вот вот произойдёт. А ещё у меня кошмары, И...чёрт, надо было слушать тебя, уехать подальше и переждать. А ещё, пять минут это слишком мало. - вновь запаниковал я понимая, что временный изолятор херня по сравнению с настоящей тюрьмой, а что если отправят далеко, на долго и в стрёмную камеру к убийцам?


Личные требования к игроку
На самом деле требований практически нет. Главное чтобы было желание играть и идеи для трэш сюжетов)


Связь с вами
лс, гостевая, а там посмотрим

Отредактировано Teddy Parker (20.02.2017 19:47:15)

+2

11

https://68.media.tumblr.com/a2c2c9c12cecfad3588bab6742b3ad9b/tumblr_olqjfurxIS1us77qko1_400.png

Имя персонажа: в постах было не единожды употреблено имя Джеймс Филдс (James Fields), поэтому смена крайне нежелательна.
Возраст: 37-39 лет.
Внешность: Ричард Армитедж (Richard Armitage).
Род деятельности: бывший учитель литературы в HSMSE (High School For Mathematics, Science And Engineering), г.Нью-Йорк, Манхэттен. Род деятельности на настоящий момент – исключительно на Ваш вкус и откуп.


Описание персонажа

Отношения с персонажем:
От Мэдисон:
Учитель, вернувший ей сборник стихотворений Бодлера, украденный у учительницы французского языка, навсегда стал для Мэдисон тем, кто непоправимо разрушил хрупкие границы, отделяющие стремительное взросление от полной зрелости. После смерти отца Мэдисон, хотя и осознавала, что вряд ли уже сможет быть счастливой и любящей дочерью, отчаянно хотела воссоздать потерянную семью. Джеймс был ее шансом, ее надеждой на искупление, путем к прощению Алессы, лазейкой к исцелению и счастью. За несколько недель она возвела его в абсолют, в титул бога и спасителя, помеченного, сберегаемого «для себя». Тогда она просто желала приблизить его к себе, неважно в каком качестве. Надежда на то, что он сможет понять весь ужас ее положения, была ослепляющей, и Мэдисон решила, что не отпустит его - первого человека, которому захотела дать шанс увидеть умирание своей души.
Что же касается самого Джеймса, он, вероятно, никогда по-настоящему не понимал, что происходит в семье Монтгомери. Ни слухи, ни затравленные взгляды одноклассников Мэдисон, ни пересуды о произошедших в школе несчастных случаях не внушили ему желания опасаться этой трогательной хрупкой девочки и ее матери. Он был тем самым катализатором, по вине которого Мэдисон почувствовала себя женщиной, равной ему - и женщиной жестокой, способной на самую ужасную подлость и убийство. После произошедших событий он впервые увидел в ней монстра. Она стала его демоном, его виной, его ночным кошмаром. Спустя годы часть его жаждет увидеть в подросшем ребенке следы того безумия, что разрушили его жизнь, и потому, возвращаясь в Нью-Йорк, Джеймс надеется на то, что обстоятельства дадут ему моральное право ненавидеть юную женщину, которой стала девочка с горящими безумием глазами из его воспоминаний.

От Алессы:
Когда-то в прошлом Алесса уже бывала на месте Джеймса – имея семью и крепкий (как казалось со стороны) брак, она все-таки решилась на такой шаг, как измена, окунувшись с греховным удовольствием в пучину погони за адреналином и наслаждением, но на этот раз ей выпала иная роль и, честно говоря, она не задавалась целью соблазнить учителя своей дочери, нет – все случилось спонтанно, с подачи самого мужчины. Узнав позже детали его семейного положения, на какой-то миг Алесса даже почувствовала некоторый дискомфорт, но совесть ее не мучила, нет – в конце концов, она не задумывалась о том, чтобы увести мужчину из семьи и перевести их странный роман на «новый уровень». Скорее всего, что об этом не задумывался и сам Джеймс, несмотря на то, что он и только он всегда был инициатором новых встреч с Алессой. В каком-то смысле они – зеркальное отображение друг друга, их во многом схожие судьбы, характеры, сокрытое от глаз знакомых различие внешнего спокойствия, открытости и внутренней жажды постоянного развития и, в некоторой степени, риска. Все это просто не могло привести их к спокойной или, что еще маловероятнее, счастливой развязке. 
Описание персонажа:
Это – среднестатистический американец, который небезосновательно считал, что его жизнь действительно удалась. Посудите сами – любимая жена, крепкий брак, здоровый ребенок, крыша над головой и прочие блага цивилизованного мира в свободном доступе и, конечно же, работа, приносящая удовольствие и удовлетворение. Но смогла ли выдержать эта идеальная картинка череду непредсказуемых и, чего скрывать, страшных событий, с которыми пришлось столкнуться лицом к лицу Джеймсу Филдсу? Увы.
История этого мужчины – это история о том, как в одночасье можно потерять все, не осознавая даже в какой именно момент все стремительно покатилось по наклонной вниз. Внимание потенциального игрока мы, прежде всего, хотим сосредоточить на той части его биографии, которая имела место быть в 2011 году, и будет развиваться далее после продолжительной паузы уже в режиме реального времени (или флэшбеками, в зависимости от скорости отклика на заявку). Итак, пройдемся по пунктам, которые помогут Вам сложить перед глазами общую картинку того сюжета, который мы предлагаем.
- Как уже упоминалось выше, скорее всего, Джеймс – коренной американец, ровно как и его жена (на 2017 год уже пять-шесть лет как бывшая). Наличие каких-либо семейно-детских драм будет здесь не совсем уместно, хотя это не принципиальный момент.
- Со своей женой он, скорее всего, учился вместе в старшей школе – там они начали встречаться, поступили в один и тот же университет, сыграли свадьбу и узнали, что скоро станут родителями. В каком-то роде у Джеймса с его женой история та же, что и у Алессы и ее мужа, и это сыграет немаловажную роль в их взаимоотношениях.
- До работы в школе HSMSE на Манхэттене преподавал литературу в одной из школ любого другого боро Нью-Йорка, но то была школа для проблемных детей, и этот опыт Джеймс сам называет «бесценным» по многим причинам, и, возможно, он бы остался на прежнем месте работы, но они с женой решили улучшить условия своей жизни и переехали в более просторную квартиру, в более престижный район города.
- На работу в HSMSE Джеймс пришел в 2011 году; Мэдисон на тот момент была ученицей девятого класса, его сын – на класс младше, и вместе с переводом отца, был переведен в ту же школу.
- Мэдисон с первого урока заинтересовала мистера Филдса, и далее его интерес только разгорался сильнее – апогеем всего стал день, когда на парте своей ученицы он увидел корешок книги одного из любимых писателей, а именно – Бодлера. И это было отправной точкой, началом тонкой игры на человеческих чувствах, причем дирижировала именно маленькая (маленькая ли?) Мэдисон.
- Впрочем, на маму своей ученицы мужчина тоже обратил внимание – еще на празднике по поводу начала учебного года. Череда их официальных встреч с Алессой в конечном итоге привела к тому, что Джеймс предложил… Провести время вместе – сначала это был ужин в компании с Мэдисон, а далее… Условно это можно назвать свиданием, хотя сам Филдс до последнего отрицал наличие влечения к матери Мэдисон, но продержаться долго не смог. Спонтанная встреча в пределах квартиры Монтгомери закончилась внезапной близостью с Алессой.
- Все казалось проще некуда – роман школьного учителя и матери одной из его учениц, но ни Джеймс, ни Алесса не понимали, что на самом деле были частью идеального плана… Мэдисон. Мэдисон, которая, впрочем, в какой-то момент сама перестала видеть в мистер Филдсе учителя и потенциального отчима, и стала испытывать к нему те же чувства, что и ее мать, но пропущенные через призму ее извращенного и отнюдь не детского сознания.
- В погоне за вниманием объекта своего вожделения, Мэдисон была готова на все, в том числе на манипуляции теми, кто не имел никакого отношения к сложившемуся «любовному треугольнику», но все же от этого пострадал. Например, сын Джеймса, смерть которого (самоубийство при весьма странных обстоятельствах) помогла мужчине в каком-то смысле «прозреть», но, увы, слишком поздно.
- Развод с женой на фоне общей трагедии был лишь делом времени – сломленный и искалеченный, Джеймс Филдс исчезает из города и жизни обеих Монтгомери, и это было похоже на бегство; ни Мэдисон, ни Алесса никогда не задумывались о том, что когда-то встретятся с этим мужчиной снова. Но 2017 год преподнес им несколько сюрпризов, в числе которых была и встреча с одним старым знакомым, вернувшимся в Нью-Йорк с одной единственной целью – заглянуть в глаза своему подросшему демону и его маме.
*Все детали и более подробный рассказ о взаимоотношениях внутри треугольника – лично тому, кто захочет попробовать себя в шкуре мистера Филдса, ровно как и планы на сюжет в настоящем времени.

Характер:
- Открытый нрав, слегка ироничная, не слишком голливудская улыбка - все это делало Джеймса этаким идеальным учителем, лучшим другом детей и их родителей, американской мечтой в приятной обертке. Преподавание всегда было его призванием: он без труда находил язык даже с самыми проблемными, самыми закрытыми детьми.
- Впрочем, кое-какие демоны есть и были даже у него - не зря же он рискнул хорошим местом и семейным благополучием ради красивой вдовы. Стоит кому-то копнуть чуть глубже, и на поверхность покажется неуемная жажда движения, неприятие обязательств и тонкий конфликт с самим собой. Джеймс дорожил своей семьей и безмерно любил сына, но его вспыльчивый, полный какого-то отнюдь не семейного запала характер совсем не способствовал сохранению мира внутри их дома.
- Внутренний вызов, подспудная жажда конфликта, лукавые усмешки и искрящие смехом глаза - вот каким он был, но все это, конечно, не делало его маргиналом, плохим отцом или мужем. Всего лишь - «особенным», тем, кто думал, что может читать в душах людей - тем, кто ошибся.
- Этакий типичный американец, он любил баскетбол, волейбол, гордился национальными героями, но - как ни странно - питал слабость к поэзии, мрачным строкам Бодлера и вызывающей эстетике декаданса. Возможно, поэтому он уехал из Нью-Йорка, не попытавшись отомстить семье Монтгомери. Джеймс никогда не был мстителем в сияющих доспехах. Его тонкий юмор и лукавые улыбки не могли ранить вдову и ее юную дочь.
- Причина того, почему в настоящее время Джеймс может находиться на грани слома, в том, что он до сих пор винит себя в смерти сына. И еще - хотя это заставляет его ненавидеть себя еще больше - винит Мэдисон.


Ваш пост

пост от Алессы (с участием Джеймса)

- Уж простите, что я так сразу, мистер Филдс, но я весь вечер гадала: о чем же Вы хотели поговорить со мной? – Алесса все еще старалась как можно реже встречаться с мужчиной взглядом, чувствуя, как ее переполняет легкое необъяснимое смущение. Ей казалось, что он запомнил, как эта женщина буквально не сводила с него глаз на концерте, посвященному началу нового учебного года, и, если так оно и было, то в данный момент ситуация могла перерасти из разряда «приятно-интригующей» в «неловкую». Волнение, которое, впрочем, для глаза стороннего наблюдателя и того, кто с Монтгомери ранее не имел возможности общаться довольно близко, было неуловимым, она предпочитала прятать за легкой тенью улыбки, намертво приклеившийся к ее губам – как много можно в нее вложить! И уважение, и приподнятое настроение, и исключительное внимание, вместе с готовностью прислушиваться к каждому сказанному слову. Филдс, кстати говоря, тоже улыбался, хотя Алесса полагала, что иначе ему просто недозволенно вести себя с родителями учеников этой школы – для своего ребенка они с Эйданом, вне всяких сомнений, выбирали такое учебное заведение, в котором от сдержанного лоска и изящной роскоши в пору почувствовать, как сводит судорогой скулы; для своего ребенка они с Эйданом, вне всяких сомнений, выбирали только лучшее из той «продукции», что представлял им современный мир, и это касалось не только одежды, обуви и прочих материальных благ, предметов первой необходимости, но и всего остального, что имело хоть какое-то отношение к Мэдисон, и, если бы была воля Алессы, она бы потратила столько свободного времени, сколько потребовалось, чтобы побеседовать с каждым из преподавательского состава школы и сделать вывод о том, пригодны ли они для работы с ее дочерью. Наверное, это было бы очень кстати, но отнюдь не для сохранности психики Медисон (ведь в ее милой, темноволосой головушке уже давно не осталось того, что можно и нужно было бы сохранить, только откуда это знание у Алессы?..), а для того, чтобы сохранить ее молодым специалистам – они не виноваты в том, что в современное общество и некоторые семьи отлично выполняют роль инкубаторов для настоящих чудовищ; их в толпе сразу и не разглядишь, потому что, если верить страшным сказкам, чудовища больше всего на свете любят прятаться в детских шкурках, принимая облик того, на кого сразу и не подумаешь.
- Можете называть меня просто Джеймс, - мужчина улыбнулся в сторону Алессы через плечо, пока ловко справлялся с ключом в замочной скважине двери, ведущей в кабинет – золотистая табличка с выгравированными инициалами ослепляла своей глянцевой чистотой, играя одновременно и роль зеркала, в отражении которого Монтгомери впервые встретилась взглядом с Джеймсом – они замерли на мгновение, смотря друг на друга посредством чертовой таблички, а потом синхронно усмехнулись, понимая, что на этом все неловкости первой встречи остаются позади. – Прошу Вас, миссис Монтгомери, -  подчеркнуто официально и вежливо, создавая контраст между своей фамильярной просьбой обращаться к нему по имени, Джеймс жестом пригласил женщину пройти внутрь, пропуская ее вперед, а затем осматриваясь, безлюдны ли коридоры или их с Монтгомери уединению нашлись внезапные свидетели. Алесса внимательно наблюдала за тем, как маячит на периферии ее зрения фигура преподавателя и отмечала про себя, что в его мотивах есть что-то личное, никак не касающееся Мэдисон или ее успехов (о неудачах и речи не было, поскольку даже будучи матерью, не знающей почти ничего об увлечениях своего ребенка, Алесса точно помнила о страсти Мэдс к чтению и литературе, которую мистер Филдс и преподал). Оставалось только суметь распознать их верно, не «покупаясь» на ту ширму, что с минуты на минуты выстроит перед ней мужчина, ссылаясь на какие-то рабочие моменты.
- Я рад, что Вы смогли найти время для визита, миссис Монтгомери, - Джеймс обошел стол и занял полагающееся ему место, надевая очки и раскрывая лежащую перед ним записную книжку. Помимо стопки тетрадей и листов, исписанных сплошь и поперек мелким, похожим на рассыпанный бисер почерком, явно принадлежащим взрослой уверенной руке, которой в жизни приходилось много, часто и быстро писать, а не детской, ведь дети либо выводят каждую букву, будто бы вырисовывая ее на холсте масляными красками, либо не стараются вообще, на столе лежали так же и книги – Алесса сразу же обратила на них внимание; мистер Филдс, судя по всему, был страстным поклонником французской поэзии.
«Интересно, это образовательная программа предполагает ознакомление на уроках с творчеством Гюго и Бодлера или же это инициатива исключительно преподавательская?..», - у Алессы и мысли не было, что эти издания лежат здесь для личного пользования, а потому она неодобрительно сощурилась, понимая, что, возможно, ровесникам ее дочери еще слишком рано приобщаться к французскому лирическому декадансу.
- Это было нетрудно, - отмахнулась Алесса, переводя свой изучающий взгляд с книг на мужское лицо. Джеймс крутил между пальцев ручку и не сводил с сидящей напротив него женщины глаз. – Так о чем Вы…
- Ах, прошу прощения, - он легонько прихлопнул по столу, будто бы неожиданный громкий звук помог ему вернуться «в реальность», - Я даже не знаю, с чего стоит начать, - усмехнулся Джеймс и потер переносицу, собираясь с мыслями, - Обычно я не начинал беспокоиться об этом так рано, ведь семестр только начался, и, признаться, я еще не успел даже запомнить всех своих учеников поименно, - он повел плечами в извиняющемся жесте, а Алесса рассмеялась, зажмурившись.
- Могу представить – в этом году, насколько я поняла, у школы стопроцентное заполнение классов, особенно – старшего звена, - их беседа напоминала переливание из пустого в порожнее, что начинало немного напрягать Монтгомери, не любящую напрасно тратить время, которого и без того вечно не хватало, но ей совершенно не хотелось показывать своей тлеющей незаинтересованности в разговоре, поэтому все, что оставалось делать – отшучиваться и кивать головой, – Но вы все же пригласили меня сюда, - она снимает пиджак и кладет его на колени, а затем придвигается чуть ближе; переводить взгляд на мужчину и вопросительно выгибает бровь: - Мне есть о чем волноваться… - секундная пауза, - Мистер Филдс?
Он усмехается, подмечая, что эта женщина достойна искреннего восхищения хотя бы за то, что неуклонно следует собственным принципам.
- Вам есть, за что быть гордой, - мужчина так же делает паузу и отвечает Монтгомери взглядом в упор, - Алесса, - идет ва-банк с целью, по всей видимости, обезоружить. Удивление на лице женщины говорит само за себя. – А точнее, за кого быть гордой… Как Вы думаете, Мэдисон согласится принять участие в городском конкурсе чтецов?
- Зависит от того, что Вы предложите ей зачитать… - задумчиво ответила Алесса, откидываясь на спинку кресла, - У моей дочери довольно специфический вкус в литературе.
- Я знаю, - Джеймс аккуратным движением руки подталкивает вперед, по направлению к Алессе, лежащую на столе книгу, на корешке которой выведено: «Les Fleurs du mal».
Монтгомери усмехается, но книгу берет – для того, чтобы освежить память, не для ознакомления. Когда ей было восемнадцать и под сердцем она носила свою дочь, то впервые прочла «Цветы зла» - если бы Алесса верила в тонкие материи, карму и то, что все предопределено судьбой, то сочла бы интерес Мэдисон к подобной литературе знаком, при том, к сожалению, дурным.
- Две тысячи одиннадцатый объявлен годом французской культуры, - продолжил Джеймс, - Поэтому увидев, что Мэдисон тяготеет к поэтам, вроде Бодлера, то подумал, что лучшего кандидата для участия в конкурсе мне не найти.
- А как же выпускники?
- А им это уже не интересно.
- С чего Вы решили, что это будет интересно Мэдисон? -  усмехнулась Алесса.
- Я видел записи на полях в ее тетради, - Джеймс поднялся со своего места и обошел стол, опираясь о него ладонью, а вторую отправив в карман брюк, - …Демон мой; ты - край обетованный, - небольшая пауза, взгляд, который, кажется, мог бы просверлить на кудрявой макушке Монтгомери дыру насквозь. Взгляд, настойчиво требующий, чтобы женщина продолжила строку, - Где горестных моих желаний караваны…
-…К колодцам глаз твоих идут на водопой, - хором заканчивают Джеймс и Алесса; та поворачивается в сторону мужчины и в ее глазах плескается непонимание, смешанное с неприкрытым уже интересом.
- Sed non satiata.
- Немного не по возрасту, не находите? – усмехается Филдс, и Алесса хмурится, готовая уточнить, скрывается ли в этом вопросе обвинение, которое она считает совсем не уместным из уст человека, пусть и педагога, которого едва знает, но в этот момент раздается стук в дверь.
- Войдите, - несколько раздраженно отвечает Джеймс и отходит от стола, скрещивая руки на груди.
- Мистер Филдс, у нас… - на пороге стоит девочка, трясущаяся, как осиновый лист на холодном ноябрьском ветру, - М-мел кончился… Не одолжите?..
- Мэнди, ну что за вопрос! Пройди, возьми его вон там, на полках, в коробочке, - показывает рукой по направлению к доске за своей спиной и небольшого шкафа рядом с ней. Девочка кивает и семенит в ту сторону, с опаской почему-то оглядываясь на сидящую Алессу. Та почти не обращает на маленькую гостью никакого внимания – ее интерес всецело отдан Джеймсу и книге, лежащей теперь на ее коленях.
- Не знаю, на что Вы намекали, мистер Филдс… - несколько агрессивно начала Алесса, листая «Цветы зла», но ее снова перебили.
- Я намекал лишь на то, что любовь к хорошей поэзии у вас, судя по всему, семейное, миссис Монтгомери, - ему лучше бы прекратить улыбаться так ненавязчиво, но притягательно, потому что Алесса в который раз ловит себя на мысли о том, что теряет от этого выражения мужского лица концентрацию.
- Спасибо… - смущенно отвечает, распознавая в последней фразе Филдса комплимент уже не дочери, а ей самой, - Что касается участия Мэдисон…- она не договаривает, потому что в ушах раздается противных, глухой, скрипящий звук. Звук мела, скользящему по неровной поверхности доски. Алесса легко встряхивает головой и продолжает; ее пальцы напряженно впиваются в подлокотники кресла, - Я думаю, что Вам стоит поинтересоваться о мнении самой… - звук повторяется снова; женщина поднимает свой взгляд в сторону той самой Мэнди, которая стоит спиной около доски и медленно проводит крохотным кусочком по доске и от того, что она скользит по поверхности еще и собственными ногтями, весь кабинет наполняется противным скрежетом. Монтгомери сдерживается от того, чтобы повысить голос на девочку, всем своим присутствием здесь и сейчас мешающуюся, но мысленно явственно представляет, как встает, за несколько быстрых шагов сокращает расстояние между ними до минимума и, хватает маленькую паршивку за волосы на затылке, прикладывая ту пару-тройку раз виском о выступающий угол стола, чтобы она больше никогда, ни-ког-да не издавала этих отвратительных звуков. Внешне Алесса только чуть сжимает губы, - О мнении самой… - но по ушам снова проходит будто бы электрический разряд от скрипа, - Да сколько можно-то! – срывается женщина, яростно скидывая одну свою ногу с другой и тем самым топая каблуком по деревянному полу. Мэнди от неожиданности подпрыгивает на месте, а Джеймс разворачивается в сторону девочки и мягко дотрагивается до ее плеча, подталкивая к выходу:
- Мэнди, возьми несколько мелков и проверь их в классе, где у вас идет урок. Ну, давай, иди, тебя ведь все ждут, - и когда дверь за ней закрывается, то Филдс вновь обращается к своей гостье, -  Дети…
- О, да… - кривит губы в усмешке Алесса, разжимая пальцы, которые до отметин сжали кожу дорогой офисной мебели, - Так вот… Я совершенно не против участия Мэдисон в конкурсах и других мероприятиях, но последнее слово – за ней. Уж простите, - пауза, - Джеймс, - Алесса сдалась, - В этом случае я настаивать не буду.
- Мне кажется, что настаивать не придется, - Джеймс внимательно наблюдает за тем, как Монтгомери поднимается со своего места. Она кажется ему слишком хрупкой, особенно для женщины своих лет – единственное, что выдает ее с головой, это уверенность в движениях; молодые и неискушенные особы зачастую ведут себя куда-более «дерганнее», в их привычках и жестикуляции нет выдержанной со временем грации.
- Что ж, в таком случае – была рада встретиться с Вами, - Алесса протягивает руку для прощания.
- До скорой встречи, миссис Монтгомери, - Джеймс легко сжимает женскую ладонь и подмечает, что она чуточку влажная; быть может, от волнения.
Он почти сразу же закрывает за Алессой дверь, но не отводит взгляда от окна, где внимательно следит за каждым ее шагом – за тем, как спускается по лестнице, за тем, как вспоминает, что оставила пиджак в кабинете и уже было решает вернутся, но… Что-то останавливает ее, и она скрывается за школьными воротами, бросая через спину беглый взгляд – чувство, будто бы знает, что Джеймс следит за ней, и это, если верить улыбке, тронувшей женские губы, кажется ей забавным.
***
Этим же вечером Алесса решает встретить дочь после школы – она ждет ее около парадного входа, сидя в машине и не отводя глаз от монотонной толпы, заполняющей крыльцо и школьный двор; возможно, она кого-то выискивает, а возможно, наоборот, надеется не увидеть. Впрочем, когда Мэдс садится в машину, это стает уже не столь важным.
- Как прошел твой день? – интересуется между делом женщина, целуя дочь в макушку. Они нечасто делятся друг с другом тем, что твориться у них в жизни, но сегодня без разговора не обойтись. В частности, уже около дома, прежде чем заглушить мотор и покинуть салон машины, Алесса озвучивает то, что гложет ее с момента, когда она вышла из кабинета мистера Филдса, - А как ты относишься ко французской поэзии, м?..
Но мозаика складывается воедино только вечером, когда Монтгомери, воспользовавшись тем, что дочь принимает душ, перебрала все тетради Мэдисон и ни в одних не нашла никаких записей на полях, и уж тем более – цитат Бодлера. И телефонный звонок с номера Джеймса теперь уже не кажется столь неожиданным.
- Да?.. -  отвечает Алесса.
- Добрый вечер, я не разбудил Вас? – интересуется Филдс, и от его голоса у Монтгомери пробегают мурашки по спине, - Вы забыли пиджак…
- Да, я заметила это только тогда, когда была уже дома, - как можно серьезнее говорит Алесса, но скрыть проступающую и совершенно дурацкую улыбку у нее не получается.
- Завтра на школьном стадионе будут проходить соревнование по волейболу – приходите, - но, чтобы это не звучало, как завуалированное приглашение на свидание, Джеймс добавляет, - Там и отдам Вам пиджак.
- Я постараюсь.
***
Перед тем, как пойти спать, Алесса решила пожелать добрых снов и дочери. Она появилась на пороге ее комнаты со все той же странной улыбкой на лице – такой свою мать девочка не видела черт знает сколько времени.
- Мэдс, а ты случайно не знаешь, во сколько завтра у вас будут соревнования по… Волейболу, кажется… А то Джеймс… - она осеклась и рассмеялась, смущаясь собственным мыслям, ведь весь вечер только и думала о том недавнем звонке; чувство, что ее втягивают в увлекательную и интригующую игру воодушевляло и заставляло думать о чем-то, помимо работы, которой жила последние годы, - Мистер Филдс, я имею ввиду… Он должен передать мне пиджак, поэтому я должна понять, во сколько нужно будет быть завтра в школе. – Алесса взглянула на дочь, устроившуюся на кровати, и подумала о том, что неплохо было бы понимать, как Мэдисон относится к Джеймсу. Впервые в жизни Монтгомери было не все равно на мнение дочери. А это значит, что… Их всех ждет что-то интересное в обозримом будущем.

пост от Мэдисон (с участием Джеймса)

Вы не замечали? У некоторых людей, стоит только им ощутить волнение - стоит только адреналину влиться в их кровь - ощутимо меняются лица. И тем зримее, тем заметнее эти изменения, чем охватывающий несчастного трепет сильнее. Лицо Мэнди, когда она вышла из кабинета - вышла, слегка подволакивая ноги, словно пол под ней был плавающим, а где-то вблизи раздавались сильнейшие вибрации - было похоже на расписанную чьей-то нетвердой рукой эмаль. Молочная бледность разлилась по ее щекам, все еще сохраняющим следы детской припухлости, и веснушки, в обилии усеивающие их, стали похожи на оставленные человеком пятна краски - или осколки некогда целостной и гармоничной структуры, словно следы шрапнели на стенах ранее мирного города. Мэдисон ждала ее там же, на лестнице, малоподвижная, инертная, напоминающая чем-то - возможно, очертаниями местами напряженного, будто бы схваченного некой привередливой болезнью тела - деревянную статую ребенка, запечатленного в ожидании чего-то за краем композиции. В руках Мэнди несла несколько мелков. Ее пальцы сжимали их лишь благодаря тому, что она до сих пор не решилась пошевелить чем-то, кроме несущих ее по направлению к Монтгомери ног. Поравнявшись с Мэдисон, она досадливо поморщилась, будто пронзенная внезапной остаточной болью, и бросила мелки на лестницу; в тишине коридора, замершего в ожидании очередного звонка или скрипа выпускающих учеников дверей, глухой дробный звук, с которым они приземлились на ступени, прокатился в разные стороны и ухнул вниз, чтобы затихнуть у ведущих на улицу дверей. На испещренных посеревшими от волнения веснушками щеках выступили красноватые пятна, свидетельствовавшие, возможно, об испытываемом ею стыде - мучительном и все еще явном. Мэдисон видела его в глазах Мэнди так хорошо, что вполне могла испытать полузабытые, почти полностью атрофировавшиеся, отпавшие за ненадобностью чувства, передающиеся как бы из рук в руки или же из уст в уста, будто по настроенному на определенную волну приемнику - поломанному и несовершенному.
- Как твои успехи? - спросила Мэдисон, улыбнувшись своей обыкновенной улыбкой. Ее маленькие, по-паучьи ловкие пальчики поправили выбившуюся из косы прядку. Мэнди отрывисто дернула плечами.
- Я взяла мел, - и она, как бы оправдываясь, показала на брошенные ею же, раскрошившиеся от столкновения с полом кусочки, обдавшие Мэдисон несколькими секундами ранее невесомым белесым облачком.
- Прекрасно. Что еще?
- Та женщина… и мистер Филдс… они говорили, - запнувшись и увидев в немигающих, скрытых тенью глазах Мэдисон закономерный вопрос, она торопливо, явно желая покончить с этим как можно скорее, продолжила, - Говорили, что тебя... что тебя, М-мэдисон, нужно о чем-то попросить. Спросить о мнении или что-то… что-то в этом духе.
На лицо Мэдисон легло странное, отдаленно напоминающее улыбку выражение, затронувшее не то одни только губы, не то все мимические мышцы до единой сразу. Знай вы ее лучше, вам определенно удалось бы проследить в этом выражении черты удивления, удовлетворения и любопытства, настолько сильно видоизмененные, что любые их признаки стали совершенно неузнаваемыми. Она беззвучно шевельнула ртом, похожим на широкую черную прорезь, и наконец кивнула.
- Иди, Мэнди. И не забудь мел. Нельзя, чтобы кто-то на него наступил и разнес грязь по нашей чистой школе.
Дважды просить, как правило, не приходится никогда. Все ученики, знакомые Мэдисон, в сущности, так или иначе желали одного и того же: никогда с ней не сталкиваться. Возможно, в ином месте все было бы иначе, но здесь, где в каждом детском лице - принесенное ленивым ветром благополучной жизни семечко очередной Мэнди или любого другого похожего на нее ребенка, она, Мэдисон Монтгомери, - единственное по-настоящему темное пятно на холсте.
В ту или иную сторону ее влекло отнюдь не течение школьной жизни. Потерянная в потоке учеников, она следовала всем его излучинам совсем не потому, что они совпадали с ее собственным маршрутом. Отклониться в какой-то момент - не так уж сложно, и вовсе не из-за того, что в кабинет литературы ее и ей подобных ведет расписание. Вокруг двери этого кабинета, вокруг блестящего номерка и резных очертаний имени реальность как бы изгибается, позволяя взгляду упасть на пространство грядущих событий, помогая воспроизвести в памяти голос, взгляд и даже лицо, с нуля построить картину, мельком подсмотренную чужими глазами. Когда несколькими часами позднее Мэдисон занесла руку, чтобы, как и подобает вежливой ученице, постучаться, ей казалось, что нет ничего, что могло бы заставить ее разделить созданную в воображении картину столь необходимого ей тройственного союза на несколько частей. Она впервые за несколько лет чувствовала себя настолько цельной, способной на созидание - и не могла отрицать, что ей это действительно нравится.
В кабинете литературы было шумно. Там, за плотным коконом отстраненности и равнодушия, существовали люди, плотной толпой, словно волны, накатывающие со всех сторон, окружившие единственного человека, способного не обмануть ее ожиданий - человека, необходимого ей самой куда больше их всех. Стайка старшеклассниц, почти сравнявшихся ростом и сложением со взрослыми женщинами, обступила мистера Филдса так плотно, что невысокой, хрупкой девочке, какой была тогда Мэдисон, осталось лишь следить за тем, как исчезают и появляются из-под век белки его глаз, словно отражения замутненной тучами луны, то и дело ухающей в штормящее небытие людских масс. Будь на его месте кто-то другой, натренированный, жестокий взгляд Мэдисон вскрыл бы его как жестянку, чтобы определить, как скоро он разочаруется в новой работе и устанет от внимания только-только осознающих свою женственность девочек. Но Джеймс Филдс не был «кем-то другим». Пойманный в фокус, он имел такие четкие очертания, что Мэдисон почти не видела ни окруживших его школьниц, ни чего-либо другого - одно лишь свечение и упорная, созидательная работа похожего на ее собственный разума. Прогремел звонок. Девушки встрепенулись, словно встревоженные голубки, и нехотя вспорхнули к двери, оглашая и без того до предела напоенный звуками воздух хихиканьем и прерывистыми вздохами. Проводив их рассеянным взглядом, учитель потер переносицу и, будто не узнавая, взглянул на Мэдисон. Она смотрела на него внимательным немигающим взглядом - и молча, почти неуловимо улыбалась.
- Вы с моей мамой успели договориться насчет моей книги? - спросила она быстро. Он возвратил ей улыбку - на этот раз чуть более лукавую, чем та, которая возникала на его лице словно в ответ на безмолвные просьбы очарованных новизной и молодостью учениц.
- Твоей книги, Мэдисон? - с нажимом переспросил он.
- Но вы не сказали ей, что я позаимствовала ее, - улыбка Мэдисон стала шире. Она могла бы и не спрашивать вовсе, потому что знала ответ на любой из своих вопросов еще до того, как переступила порог кабинета. Знала так же, как и то, что он не разочарует ее.
- Не сказал, - нехотя кивнул мистер Филдс. - По правде говоря, я хотел поговорить с твоей мамой совсем не о том, что ты… позаимствовала эту книгу. Скажем так, я ведь учитель литературы, а не следователь, верно? Думаю, ученикам неплохо было бы научиться различать кое-какие оттенки. Я хотел поговорить с твоей мамой не о том, что ты позаимствовала книгу - а о том, какую книгу ты позаимствовала.
- Это всего лишь поэзия, - помедлив, бросила Мэдисон, намеренно придавая своему голосу равнодушные нотки и буквально вырезая из своей памяти ту сладкую дрожь, которая охватывала ее при малейшем прикосновении к давно утратившей шик новой типографской печати обложке сборника. - В ней нет ничего страшного.
- Это не «всего лишь поэзия». Это Бодлер. Было неожиданно увидеть, что девочка вроде тебя уделяет внимание такой поэзии… да и твоя мама тоже была немало удивлена, - брови Мэдисон медленно сошлись на переносице, как если бы она на один шаг приблизилась к обрыву и не была уверена в том, что сможет предотвратить падение. - Но знаешь, что? Это замечательно. Вот, - он обошел стол, наколотый на внимательный, по-звериному настороженный взгляд Мэдисон, и извлек из ящика Книгу. - Я отдам ее тебе, если ты пообещаешь мне две вещи. Идет? Во-первых, не пытайся обмануть меня. Я не дурак, и умею различать, когда люди говорят о «всего-лишь» вещах и о том, чем одержимы.
Улыбка, вернувшаяся на губы Мэдисон, была в разы более жесткой, нежели та, с которой она пришла к нему несколько минут назад. Она сжала пальцами край парты и подалась вперед, с заинтересованностью и ожиданием рассматривая что-то, ведомое только ей одной, на самом дне покрасневших учительских глаз.
- А второе?
- Какое стихотворение твое любимое?
Мэдисон замешкалась. Ее взгляд, быстро брошенный на унизанный шипами уродливый цветок на обложке книги остекленел, и она замолкла, перебирая в памяти выученные некогда строки. На звездной карте восхищавших ее вещей тут и там отпечатались созвездия Бодлера - так много, что она и сейчас, наиболее приближенная к частицам его гения, разнесенным тончайшим слоем по страницам старого издания «Цветов зла», видела лишь искаженную картину, раздробленную на множество частей. Пытаясь собрать разбитое зеркало, никогда не угадаешь, какой осколок первым вопьется тебе в пальцы.
- Может быть, «Сплин». Не помню, какой по счету. Я - кладбище, чей сон луна давно забыла… - пробормотала Мэдисон, все еще глядя на обложку книги. Она не видела лица мистера Филдса, но кожей чувствовала всплеск его удивления и чего-то, отдаленно похожего на сочувствие.
- Интересно. Впрочем, что бы ты ни выбрала, это все равно Бодлер, - он вновь обошел стол и сделал шаг к Мэдисон, протягивая ей книгу. Не мучая себя сомнениями, она взяла ее и машинальным, вряд ли полностью осознанным жестом притянула ядовитый цветок к самому сердцу, как иной раз ребенок притягивает к себе любимую игрушку. - Ты не хотела бы познакомить с ним остальных учеников? Я не стану настаивать на твоем участии в конкурсе чтецов, но у тебя есть все шансы победить.
- Вас осудят. Это ведь школа, а мне даже пятнадцати нет. Организаторам может не понравиться, что вы знакомите детей с подобными книгами. И потом, я ведь ребенок. Ребенок не может понять то, что вы предлагаете мне зачитать. Заставить попугая выучить несколько слов и ждать, что он начнет понимать человеческую речь - не одно и то же.
- Ты и сама в это не веришь, - он усмехнулся. - И потом, я уже договорился о выступлении. Они поверят тебе, не сомневайся.
Под взглядом Мэдисон он напоминал великовозрастного мальчишку, совершившего шалость и крайне ею довольного: вокруг его глаз расползлись лукавые морщинки, свидетельствовавшие скорее не о возрасте, а о добродушном нраве, а по углам губ легли две мягкие тени. Помедлив, она кивнула. Книга у ее сердца едва уловимо - почти воображаемо - подрагивала вместе с каждым его ударом, словно живое существо, пригретое теплом человеческого тела.
- Ладно. Но… могу я выбрать другое стихотворение? Им ведь будет все равно, любимое оно или нет.
Учитель задумался. Ненадолго - на секунду или около того. Казалось, он ждал ее сомнений еще до того, как она заговорила о них, ждал больше, чем удивления по поводу того, что на юношеском конкурсе чтецов маленькая девочка вдруг сильным голосом начнет декламировать Бодлера. Смягчившимся лицом, на котором следы усталости были не более чем занесенными песком отпечатками человеческого присутствия, он обратился к ней и медленно кивнул.
- Поговори об этом со своей мамой. Может, вы придумаете что-то вместе.
Губы Мэдисон тронула улыбка.
- До свидания, мистер Филдс. Спасибо за книгу. И за предложение тоже спасибо, - произнесла она наконец, отходя от парты к двери. Нити, которыми она прошила свою кожу - нити, сплетенные для того, чтобы привязать ее к живому человеку, натянулись - за эти несколько минут они стали во много раз толще и прочнее, чем те, которые она вдела в иглу совсем недавно. Этим вечером, садясь в машину матери - в машину, насквозь пропахшую ее духами, набитую, словно чучело, тяжелыми мыслями - она будет чувствовать, как натяжение, связывающее ее с реальным миром, отпускает, превращается в чувство уверенности и спокойствия, претерпевая томительно прекрасные метаморфозы. Дежурный поцелуй Алессы еще никогда не был таким терпимым, как тогда, в тот вечер, когда Мэдисон уносила в своей школьной сумке украденную, конфискованную и возвращенную книгу, впитавшую память о человеке, которого она рано или поздно заставит понять. Вам стоит запомнить одну вещь: понимание - совсем не то благо, которым мы все обладаем с рождения. Бывает так, что его необходимо выстрадать. Она будет терпелива: терпима к поцелуям матери, ее слабости и слабовольному разуму, к мистеру Филдсу и шорам на его глазах. Она срежет все наносное, соскоблит кожу этой утомительно мерзкой жизни, чтобы открыть взгляду плоть, кровь и внутренности тела, называемого будущим. Когда Алесса задаст первый выбивающийся из стройного ряда ничего не значащих проявлений материнской заботы вопрос, Мэдисон улыбнется, прижимая к себе портфель, и ответит:
-Прекрасно. Все, что ты хочешь узнать. Все прекрасно.
Она не думала, что Алесса поймет - да это и не было нужно. Маятник завис в крайней точке своего путешествия, отсчитывая секунды до того, как пустится в обратную сторону. Случится ли что-то, когда он достигнет середины, или чуть позже? Мэдисон не знала. Иногда она просто наслаждалась чувством того, что что-то может идти и без ее участия: мир за пределами черного кокона, там, где не было шепота ее черных, как сажа, мыслей, редко казался ей таким живым, как в тот день, когда она вдруг решила, что может измениться.

* * *

Конечно, Мэдисон знала, что порой Алесса проявляет к ее жизни полярное обычному равнодушию любопытство, столь же нездоровое, как и упрямое пренебрежение. Однако тогда, увидев свои неровно, явно наспех сложенные тетради - те, в которых мать наверняка рылась - она пришла в необъяснимый восторг. Алесса напоминала собственной дочери растревоженное живое существо: в ее голове скрывался медленно увядающий улей с зачахшей королевой и тысячами мертвых пчел, и если ранее Мэдисон наблюдала за его жизнью с интересом пчеловода, пытающегося угадать, когда движение этого единого организма прекратится полностью, то теперь, обманутая в своих предположениях, она радовалась как ребенок, которым, кажется, некогда и была. Медленно ворочавшиеся в затуманенной голове мысли Алессы Монтгомери пришли в движение, больно жаля ее любопытство и придавая ей неуловимое, почти призрачное сходство с собственной дочерью - гипертрофированным вариантом одного из возможных путей ее развития. И Мэдисон не могла подавить в себе сдержанную радость.
Улыбка, заморозившая губы Алессы в одном положении на целый вечер, была первым предвестником происходящих в их доме перемен. С ней она вошла в комнату Мэдисон, когда та уже была в постели, задумчиво обводя своими маленькими, все еще детскими пальчиками контуры напечатанного на обложке «Les Fleurs du Mal» шипастого цветка. Появление матери в ее комнате, кажется, ничуть не потревожило ее: она не попыталась ни спрятать, ни убрать книгу со своих колен, ни даже прикрыть название ладошкой. На заданный матерью вопрос Мэдисон лишь безмятежно улыбнулась и пожала плечами, всколыхнув блестящий поток вьющихся черных волос.
- Ты ведь знаешь, я не очень спортивна. Но нас действительно завтра ведут по… - она, очевидно, хотела произнести слово «поглазеть», но в последний момент, взглянув на улыбающуюся мать, отчего-то исправилась, -…поболеть за старшеклассников на волейболе. У них завтра первая игра. Мистер Филдс тоже будет там. Я могу помочь тебе найти его, - взгляд Мэдисон, направленный прямиком на мать, все еще был непроницаемо-черным: полумрак погруженной в полудрему детской спальни изменил их до неузнаваемости, но теперь, помимо меланхоличного равнодушия, в них было нечто осознанное, лежащее прямо на поверхности - некий вопрос, предложение, сделка, многоликое «что-то», предлагаемое этой маленькой хрупкой девочкой своей воодушевленной, но все еще растерянной матери. Здесь, за закрытой дверью, в абсолютной тишине пустующего дома, в первый раз - а будет это не единожды - решилась судьба Джеймса Филдса.
Мэдисон улыбнулась и взяла Алессу за руку, будто впервые за эти годы смягчившись. Заключенная между ними - и Мэдисон с самой собой - сделка скрепилась слабым давлением детских пальчиков на холеную женскую ладонь.
- Все будет нормально, - она на секунду выпустила руку матери и вновь положила пальцы на обложку книги. - Останься на игру, многие родители так делают. Тебе понравится. У нас сильная команда. А пока вот, - Мэдисон вложила сборник в ладонь Алессы и настойчиво сжала ее пальцы вокруг корешка. - Выбери то, что понравится больше всего.
Ей не требовалось - да и, будем честны, не хотелось - говорить что-либо еще. Та близость, которая воцарилась между матерью и дочерью на эти мгновения, не была похожа ни на что, связывавшее их сих пор, и Мэдисон вовсе не желала портить ее пустыми словами.
Когда Алесса ушла, девочка приподнялась, а затем медленно выпрямилась, напряженно вглядываясь куда-то в темноту своими угольно-черными глазами. Злость и - отчасти - безумие придали ее лицу почти пугающую, неуместную зрелость, а исказившее их после жестокое веселье, казалось, принадлежало совсем другому человеку. Упершись в матрас сжатыми в кулаки руками, Мэдисон тихо, раскатисто рассмеялась.
- Слышала? - прошептала она в пустоту. - Я сделала это сейчас, и сделаю это завтра и послезавтра, и через неделю, и через месяц. Ты - не я. Я другая, и он другой, он понимает это. Все изменится, все уже меняется. Уходи. Убирайся.
Она замолкла, бессильно откидываясь на подушку. Болезненно сухие глаза моргнули, и темнота, сквозь которую Мэдисон так хорошо видела лишь секунду назад, схлопнулась, как вода в колодце, отрезая ее от того, что находилось там, на противоположной стене, где, все еще целое даже после того, как она много раз порывалась его разбить, висело зеркало.


Личные требования к игроку
От Мэдисон:
Частично за основу моего персонажа был взят образ Юленьки из одноименного русского ужастика. Изначальная идея, конечно, уже давно переросла себя и вылилась в любимого мной самодостаточного персонажа, но история со школьным учителем все равно была и остается знаковой, переломной в истории Мэдс. Я думаю, будет интересно увидеть, во что смогут вылиться отношения мистера Филдса и его бывшей ученицы спустя много лет. Вы вольны возненавидеть меня (теперь уже с чистой совестью) или возжелать, попытаться убить или упечь за решетку за все мои недоказанные грехи - вариантов развития событий много. Одного прошу - не делайте из Джеймса мстителя и супер-солдата. Он - всего лишь человек, школьный учитель, решивший встретиться с мучившими его многие годы призраками прошлого. Ничто не мешает вам посвятить его жизнь мщению за сына, немного повредить в уме или же и вовсе исправить учиненные Мэдисон ошибки и создать Джеймсу новую семью.
Из плюсов: мы с мамулей умницы, красавицы и рукодельницы. Оденем, обогреем, окружим любовью, заботой и вниманием, все покажем и расскажем. Нафотошопим столько, что не сносить. Из минусов: ну, мы немного… кхм… совсем немного слоупоки. И графоманы. Но! Пугаться нас не надо, мы не кусаемся и не требуем огромных постов. Лично я от себя прошу какую-никакую грамотность и средние размеры постов. В остальном - пишите как, когда и сколько угодно, я буду рада уже тому, что вы придете.
И дополнения от Алессы:
Они будут довольно стандартны – стабильность, активность, желание развивать персонажа и быть при этом самостоятельным. С удовольствием рассмотрим кого-то из островитян, если при прочтении у Вас возникло желание попробовать себя в этой роли. Мы пишем объемные посты, но не заостряем внимание на количестве символов. Терпеливо ждем ответа и не дергаем за рукав каждый день. Графикой и любовью обеспечим.


Связь с вами
Гостевая, а дальше кто-то из семьи Монтгомери обязательно подхватит и даст координаты для более удобного способа связи.

+8


Вы здесь » Manhattan » Нужные персонажи » Нужные персонажи. Любовь, ненависть, надежда...