http://co.forum4.ru/files/0016/08/ab/34515.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/95139.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/86765.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/40286.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/22742.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/96052.css

Manhattan

Объявление

Новости Манхэттена
Пост недели
Добро пожаловать!



Ролевая посвящена необыкновенному острову. Какой он, Манхэттен? Решать каждому из вас.

Рейтинг: NC-21, система: эпизодическая.

Игра в режиме реального времени.

Установлено 5 обложек.

Администрация
Рекомендуем
Активисты
Время и погода
Дамиан · Марсель · Мэл

Маргарет · Престон

На Манхэттене: декабрь 2016 года.

Температура от +4°C до +15°C.


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Manhattan » Альтернативная реальность » Это уже не "Миссия невыполнима", а "Миссия-не-мать-её-вменяема"© ‡альт


Это уже не "Миссия невыполнима", а "Миссия-не-мать-её-вменяема"© ‡альт

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

http://sf.uploads.ru/1uJtU.png
Время и дата: лето 2013-го года, пускай жаркий июнь
Декорации: как в 50-х годах: красивые холмистые пейзажи с одинокими дорогами, а дальше маленький городишко, похожий на деревеньку... романтика и все такое
Герои: наглая морда Joseph Murray в роли наркобарона Джо, бедняжка-очаровашка Kamilla Hummel в роли уже знакомой Миранды Грейсон
Краткий сюжет: вот знаете, в дружбе так бывает, что ни с того - ни с сего просыпается дикая жадность. Вот просто умопомрачительная настолько, что любимого адвоката своего лучшего друга чуть ли не силком запихивают в дорогущую машину и везут отдыхать. Точнее работать - защищать права несправедливо обиженных воров, наркобаронов и прочих гадов, судьбою обделенных на несколько круглых счетов в банке. Вот Джо. Не хороший что с виду, что в душе человек, но Дрейка любит уже лет тридцать точно, что аж в печенке тот засел. Так любит, что даже Мирочку любит и не понимает, как можно жмотить для друга профессионального адвоката, когда зад буквально горит от приближающихся неприятностей. Поэтому под видом искренней добродетели Джозеф предлагает Мире, давно забывшей слово "отпуск", выехать на судебное заседание в соседнем городе пораньше на несколько дней и полюбоваться красотами природы в путешествии на его новой, крутой, как три зарплаты Грейсон, машине, а не лететь на осточертевшием самолете. Вот кто бы отказался? МИРА! Мирочка бы отказалась, если бы только знала, что из-за этого трухлявого миллионера ей придется окунуться во всю прелесть нищебродской жизни.

[NIC]Miranda Grayson[/NIC]
[STA]ВЕНЕРА В МЕХАХ[/STA]
[AVA]http://sg.uploads.ru/v5muS.png[/AVA]
[SGN]http://sh.uploads.ru/vDlTX.gif
И в душе твоей похоронена наша будничная история ©
[/SGN]

Отредактировано Kamilla Hummel (25.09.2016 01:17:28)

+2

2

- Миранда, ей-богу, перестань дуться, словно какая-то восемнадцатилетняя соплячка! Ну забыл я, забыл предупредить тебя о том, что решил ехать вечером, а не утром! Так что, теперь нужно делать вид, что меня здесь совсем не существует?

Бесконечная лента автомобильной трассы расстилалась перед нами и, поднимаясь, уходила за изящную линию горизонта. Кроваво-красное солнце, игриво задевая окаймлённые алой канителью облака, постепенно скрывалось за верхушками раскидистых деревьев. Клубы дорожной пыли вырывались из-под колёс чёрного автомобиля, создавая видимость наличия причудливых, как у насекомых, крыльев. Редкие машины проносились мимо нас, словно разноцветные муравьи, дружелюбно сигналя друг другу, как это и было принято в Соединённых Штатах. Я никогда не обращал внимания на подобные приветствия, считая их до боли фамильярными и неуместными, но если за рулём оказывалась жгучая брюнетка или блондинка с приятными взору формами, то я без зазрения совести сигналил, словно оголтелый, чем каждый раз вызывал раздражённый взгляд Миранды Грейсон. Дьявол разберёт Дрейка, который умудрился разглядеть в этом воплощении стервозности нечто приятное и мягкое, робкое и женственное, словно невиданной красоты цветок, одиноко белеющий на поляне девственных лесов. Бесспорно, она была хороша собой в той же степени, что и речная нимфа, вплетающая в волны золотистых волос лилии и лукаво поглядывающая на заблудившегося спутника с ветвей дерева, любующегося своим отражением в зеркальной глади озера. В её глазах, казалось, затерялись осколки неба и, обрамлённые тёмной линией, ныне покоятся за поволокой густых чернильных ресниц, поражая своей чистотой и глубиной цвета. Черты лица мисс Грейсон своей утончённостью и естественной грацией напоминали о временах аристократии, когда подобного рода красота высоко чтилась мужчинами и невольно притягивала взор любого искушённого изнеженностью женского тела любовника. Я не был исключением из этого негласного правила, но предпочитал любоваться Мирандой со стороны по причине того, что считал обратное этому поведение низким и подлым. Грейсон была возлюбленной моего лучшего друга, и мой ненавязчивый флирт с ней был бы более, чем просто низким и недостойным. Насчёт этого я был непоколебим, словно стены средневекового замка: благородство, коим я был пронизан от ног до головы, словно каким-то химическим раствором, не позволяло мне совершить столь неблагочестивый поступок по отношению к человеку, который в своё время спас меня от голодной смерти и тюремного заключения по причине неуплаты коммунальных долгов. Я не любил вспоминать о тех временах, когда каждую холодную зиму замерзал, словно выброшенный на улицу щенок, и питался лишь лапшой быстрого приготовления да горьким, словно могильная земля, кофе. Мне приходилось вкалывать, как проклятому, для того, чтобы накопить жалкие гроши, которые, впрочем, заканчивались в тот же день, утекали сквозь мои пальцы подобно воде. Одному Богу известно, чем бы закончилось это, если бы в один день в дверь моей квартиры не постучал Дрейк Мавромати – возмужавший, приобрётший некий лоск и снисходительность, совсем не похожий на того паренька с водянистыми глазами, которого я знал в университете. Я не хотел промышлять тем же, чем и Дрейк, но выбора у меня не было. Не сказать, чтобы сейчас я жалел о содеянном. Мне принадлежал целый город, сам того не подозревая. Я дёргал за ниточки, словно обрюзгший паук, время от времени подтягивая к себе больших и сочных мух. Ни одна мелкая сошка криминального мира не осмеливалась поднять на меня глаза и произнести в мой адрес нечто неприятное, ибо в таком случае ему грозила участь быть найденным в ближайшей подворотне с распоротым, словно у рыбы, брюхом или надрезом на горле, безобразно алеющим, словно проведённая помадой неровная линия. Но, как бы это ни было прискорбно, всё равно находились те, кто умудрялся вставить мне палки в колёса. Собственно, это и стало причиной нашего небольшого путешествия в соседний штат. Очередная облава на Дрейка принесла свои плоды в том, что я оказался главным подозреваемым. И неизвестно, чем бы всё обернулось, если бы Миранда путём тщательно продуманных махинаций и дьявольского спокойствия не обставила всё дело так, что я оказался лишь невольным свидетелем произошедшего. И теперь я должен был присутствовать на судебном процессе, что меня никоим образом не радовало. И мисс Грейсон, судя по всему, тоже: из-за того, что я забыл её предупредить, что мы выезжаем сегодня вечером, а не завтра утром, женщина едва успела собрать небольшой чемодан и теперь, насупившись, недовольным взглядом следила за мелькающими придорожными столбами. Диву даюсь, как представительницы прекрасного пола могут брать с собой целую кипу вещей на небольшую поездку продолжительностью в несколько дней. Разочаровывающим был тот факт, что им бесполезно было доказывать, что большую часть платьев они так и не успеют надеть; главное ведь – взять с собой весь гардероб и потом возить за собой повсюду огромный чемодан, напоминая этим рака-отшельника. Поэтому переубеждать в чём-либо Миранду я не осмелился. Ей бы не составило огромного труда вышвырнуть меня из автомобиля при малейшем нравоучении, а эта перспектива вовсе не казалась мне радужной. Протянув руку к приборной панели автомобиля, я включил радио с целью заполнить вязкую, словно туман, тишину и забарабанил пальцами по кожаному рулю в такт любимой песне Depeche Mode. В глазах Миранды читалось всё: “Мюррей, ты дебил”, “Мюррей, ты кретин”, “Мюррей, ты придурок” и другие фразы, озвучить которые было бы стыдно даже мне. Ухмыльнувшись во весь рот, я притормозил на обочине и, выудив из бардачка автомобиля телефон, открыл браузер и начал лихорадочно искать в нём что-то, чем вызвал очередную волну недовольства Грейсон. Неужели я имею честь столкнуться с тем самым страшным зверем, которого все величают “предменструальным синдромом”? Надо бы уточнить у Миры. Если, конечно, это не чревато мне преждевременной импотенцией из-за оторванных… Ну вы поняли.

- Вот, смотри!
http://img1.liveinternet.ru/images/attach/c/7/97/700/97700301_36007502.jpg
- Это Namaqua Rain Frog из семейства узкоротых. Так вот, ты сейчас очень похожа на неё. Может, перестанешь дуться, словно воздушный шар, и расскажешь мне наконец, какие показания я должен давать в суде? А то, знаешь, я могу что-то такое высказать, что и на голову не наденешь потом. Мисс Грейсон, мне нужна Ваша консультация. Не просто так, конечно. У меня в бардачке припасена бутылка коньяка. Твоего любимого, между прочим!

И почему с этой женщиной бывает так невероятно сложно?

+2

3

ВВ

http://sg.uploads.ru/FShap.jpg

— Предпочитаю быть самим собой, — сказал он. — Пусть хмурым, но собой. А не кем-то другим, хоть и развеселым.
Олдос Хаксли. "О дивный новый мир".

"Мог бы сказать спасибо за то, что я только делаю вид. На самом деле я была бы не против сделать так, чтобы тебя действительно не было. Вообще. Абсолютно."
Я молчу. Очень мудро и благоразумно молчу, всеми силами стараясь избежать скандала, поскольку стоит мне только начать перепалку, и я не остановлюсь. Буду добивать и добивать до тех пор, пока Джо не откинется на спину, поджав лапы и тем самым признавая мою победу, пусть даже и ссылаясь на то, что с женщинами спорить бесполезно. С адвокатами же и подавно. Меня бы уже мало волновали к концу диспута всевозможные сноски и постскриптум; главным было бы услышать признание моей правоты. Таков мой характер, и его уже не изменить. Я могу сказать это с большой уверенностью, поскольку в свое время я пыталась сделать его иным с неуемным сердечным желанием. Навскидку лет десять назад, когда была еще молода и невзначай позволила в момент застоя в карьере зародиться в душе чувству, чем-то схожему с воодушевлением от любви. Признаться, я не сильна в делах сердечных, потому могла быть как неожиданно права, так и ошибаться в то время. К нынешнему июньскому вечеру, старательно загубленному Джозефом, мои убеждения тех лет не имеют никакого значения, поскольку так ничего из призрачного волнения и не получилось. Некоторым людям просто не дано заводить хотя бы кратковременные счастливые романы, и я тому живой пример. Быть может это проклятие, быть может даже дар, благодаря которому у меня не было соблазнов повременить со своей карьерой. Не знаю. Честное слово, не знаю. И даже спустя много лет, в весьма подходящий момент, когда мне очень нужно отвлечься от желания поссориться со своим подзащитным, я не могу найти ответ на вопрос, слишком много лет мучающий меня: "Любила ли я Дрейка на самом деле или мне просто хотелось убедить себя, что и это чувство мне подвластно?"
- Джозеф, в твоей неповторимо прекрасной машине даже клаксон звучит по-особенному, но и его изысканность слушать раз в пять минут сильно надоедает. Уймись, ради Бога. Женщины и после судебного заседания от тебя никуда не денутся.
Безусловно, я преувеличивала, как и частоту звукового сигнала, так и строгость своего тона, коим не дурно было бы отчитывать вздорных мальчишек. Я всегда знала, что мать из меня вышла бы просто ужасная, но воспитательница - одна из лучших. Возможно именно поэтому - из жалости к детям - природа не наградила меня материнским инстинктом, вызывающим жажду познать таинство зачатия новой жизни. Как предполагала я, все дело в слишком образованном для женщины уме, который никоим образом не может согласиться с тем, что подобная порча тела, души и жизни есть подарок судьбы, за который ее стоит благодарить. Мою точку зрения мало кто разделял, с ней даже не соглашался мой близкий друг, не чаявший души в своих многочисленных детях, но это не мешало мне следовать своему убеждению. Быть может это различие, так резво разводящее нас по разным углам, и помешало чему-то большему и сильному зародиться в наших душах.
Я часто рассуждала в мыслях об этом прежде, как рассуждала сейчас, не отводя взгляда от проносящихся за окном холмов, деревьев и трав, залитых, будто гранатовым соком, красным отсветом заката, неминуемо манящим за собой любимые мной сумерки - прекрасное время суток, когда так остро ощутима граница между днем и ночью, когда тьма сливается со светом в мой любимый голубовато-сиреневый оттенок. Небом в эти недолгие минуты я могла бы любоваться целую вечность. Оно так красиво и так загадочно, что способно воззвать к самым потаенным чувствам. Даже к тем, о которых не знаешь. В один из таких сумеречных вечеров, кажется, мне почудилось, будто я способна любить. Нелепое такое видение, которое надолго засело под коркой головного мозга. Сейчас об этом и думать забавно, тогда же это казалось особенно важным, виделось еще одной ступенью к планкам, которые я сама перед собой воздвигла.
На деле же твердой и прочной ступенью к высоко затерявшимся среди облаков пьедесталам моего удовлетворения жизнью было судебное дело, в котором среди множества доказательств, домыслов и лжесвидетельств прослеживалась его ясная и четкая суть - подозрение Джозефа в причастности к целой сети наркоторговли в качестве одного из ее основателей. Сам процесс, не говоря уже о необходимости истину обратить в ложь, был сложным, напряженным и, я бы даже осмелилась сказать, душещипательным. В одну из первых очередей для меня - человека, защищающего не только своего клиента, не только друга, но, можно сказать, и брата своего духовного близнеца. Такие люди, как я, не разбрасываются подобными титулами, от чего одно то, что я присвоила их Джо и Дрейку, да еще и открыто, было убедительнее любого памфлета, разоблачающего таинства моей души. Тем не менее, ни один из моих друзей никогда не относился к этому серьезно, каждый раз играя не только со своей, но и с моей судьбой. Мюррею, как мне приходило в голову, точно также, как и Дрейку, нравилось играючи ввязываться в опаснейшие сделки, которые каждый раз прикрывались мной и нелепыми официальными договорами вроде поставки бесконечных партий мандарин по низкой цене. Причем даже отвратительных мандарин, которым место в мусорном контейнере, а не в вазе с фруктами, о чем я не постеснялась сказать Мавромати, когда он от глубокого душевного порыва подарил мне их целый ящик. Меня же совсем не прельщало жить в колком ожидании медленно близящейся расправы, от чего приходили в адреналиновый запой мои непокорные судьбе друзья. Потому, в отличии от них, я предпочитала строить свою жизнь, не оставляя даже шанса случайности перестроить ее на свой лад. У меня были четкие планы и проекты, множество задумок и исписанных листов со способами их осуществления, в то время как Дрейк и Джо, казалось бы, строили свою империю под действием дурманного абсента, по воле случая дарящего прозрение, которое затем постфактум становилось мне доступным, когда изменить саму причину я уже не могла, и мне оставалось только корректировать следствия на наиболее выгодные из предоставляющихся возможностей. Порой за это я своих друзей ненавидела и даже клялась всеми богами, в том числе и языческими, что мое терпение однажды иссякнет, и я, не поведя бровью, оставлю их гнить за решеткой до конца их дней. Несколькими часами ранее, когда Джозеф заявился ко мне, нарушив совершенно все планы, я высказала свое обещание в очередной раз. Иногда оно срабатывало, и мои мальчики, поджав хвосты, вели себя какое-то время паиньками или, по крайней мере, пытались так себя вести и загладить свою вину. Как вариант, пением Depeche Mode, которое вровень с пением Леди Гаги, чье творчество я не выносила даже в самом доброжелательном расположении духа, или пением Филиппа Жаруски, чей редкий голос контратенор обыкновенно вызывал у моей души вибрации, подобные звону хрустальных бокалов, ныне, когда я слишком сильно была встревожена и опустошена из-за едкого чувства злобы, раздражало меня столь же сильно, будто бы если по оголенным нервам ударили бы током с высоким напряжением. От того и взгляд мой, отнюдь не лишенный недовольства, жег без жалости Джозефа, и так, и эдак пытающегося наладить между нами мосты.
- Вот, смотри!
И ради подобной глупости мы теряем бесценные часы, о коих мне рассказывалось всю дорогу напролет, пока я второпях собирала чемодан, по ошибочному мнению Джозефа состоящий сплошь из вечерних платьев и туфель на высокой шпильке, стоя на какой-то обочине, не вызывающей ни малейшего доверия. Я поджимаю губы, дабы не сказать Мюррею что на самом деле я сейчас думаю о нем, и смотрю на гадкое земноводное, фотографией которого пытается ни то рассмешить, ни то уязвить меня Джо.
- Это Namaqua Rain Frog из семейства узкоротых. Так вот, ты сейчас очень похожа на неё.
- Я-то похожа только сейчас, Джо. А вот ты на винторогого козла из семейства полорогих смахиваешь круглосуточно вот уже много лет к ряду. И ничего же, спокойно с этим живешь, - пожав плечами, я достала из кармана пиджака мобильный, в котором парой движений пальцев по сенсорному экрану нашла необходимое мне фото. - Ты только посмотри, ты уже стал с ним практически на одно лицо. Вас даже можно спутать! Меня, к слову, посетила идея в зал суда пригласить его вместо тебя, толку будет больше.
Как я не раз предупреждала обоих своих дорогих друзей, злить меня лучше не стоит. И не только потому, что я становлюсь стервой, плюющейся ядом, и несговорчивой дрянью, но ко всему еще начинаю много говорить, чего очень не люблю. А когда под моим деловым костюмом вместо тонкого шелкового топа надета синтетическая майка от домашней пижамы, я и вовсе становлюсь придирчивой до всяких мелочей Мегерой, которой не смогли бы угодить даже совместно все боги Олимпа.
- Джозеф. Клянусь тебе, я знать не хочу с кем ты проводишь свое свободное время, но учитывая, что ты предлагаешь мне пить пусть даже мой любимый коньяк прямо из бутылки, оскорбляет не только меня, но и тебя. Если так и дальше пойдет, единственным, что ты скажешь после клятвы на Библии, будет твое чистосердечное признание. Поэтому лучше не зли меня лишний раз и вези к гостинице. Речь, которую я должна была вот сейчас, сидя дома на диване, сочинять тебе за бокалом "Кьянти", мне придется теперь придумывать мысленно, сидя рядом с тобой, потому что из-за тебя я оставила дома блокнот. И, да, ты правильно закатываешь глаза, потому что во всем виноват ты! Ты знаешь, что я люблю делать все по плану и заблаговременно, но вместо этого, как дикарь, ты врываешься ко мне в дом с воплями, что мы опаздываем на шоу конца света! Если ты хотел по-дружески устроить мне отпуск, лучше бы свозил на Карибские острова!
И тот час позабыв обо всех своих возмущениях, я достала из бардачка автомобиля бутылку с коньяком, которая с визгливым буханьем откупорилась, стоило мне вытащить из нее пробку.
- И между прочим, коньяк тебе продали поддельный. Можешь сам попробовать, - отпив глоток и покривившись, я протянула бутылку Джозефу, с неутолимым желанием оставить его виноватым и без малейшей возможности оправдаться в еще одном прегрешении.

Портрет Джозефа Мюррея, почти что Дориана Грея

http://tambov-zoo.ru/alfaident/data/V/Vintorogii-kozel/adFotoBig/Vintorogii-kozel.jpg

[NIC]Miranda Grayson[/NIC]
[STA]ВЕНЕРА В МЕХАХ[/STA]
[AVA]http://sg.uploads.ru/v5muS.png[/AVA]
[SGN]http://sh.uploads.ru/vDlTX.gif
И в душе твоей похоронена наша будничная история ©
[/SGN]

Отредактировано Kamilla Hummel (29.06.2015 20:34:30)

+1

4

К моему глубокому сожалению, Миранда всего лишь усмехается, глядя на прелестную лягушку с выпученными и блестящими, как у чучела, глазами, и выуживает из кармана тёмно-синего пиджака мобильный телефон, бесцеремонно уткнувшись в него взглядом. Вынужден признать, моя попытка разрядить обстановку с треском провалилась, и сейчас эта неугомонная женщина наверняка строчит очередное смс-сообщение мистеру Мавромати, чтобы тот приструнил своего друга, чей юношеский задор и чувство юмора не угасли и через столь значительное количество прожитых лет. Но, как оказалось, я недооценивал мисс Грейсон: блондинка, саркастически хмыкнув, протянула мне телефон с найденным в Интернете изображением винторого козла и с выражением святой простоты на лице заявила, что сие животное стало бы достойной и более полезной альтернативой Джозефа Мюррея в городском суде. Я тихо засмеялся, переведя взгляд на Миру, и заметил, как её цикламеновые губы дрогнули в лёгкой улыбке. Несмотря на то, что мгновение назад женщина злилась на меня, словно я разбил её любимую вазу, подобный обмен любезностями и метафоричными сравнениями, несомненно, слегка разрядил атмосферу, которая накалялась с каждой минутой преимущественно из-за кислой мины Миранды Грейсон. А я что? Я вёл себя весьма подобающим образом, как, впрочем, и всегда. И лишь эта несносная женщина умудрялась в каждом моём действии разглядеть недостаток. Да, порой я был склонен к опрометчивым решениям, но в этот раз я всё продумал до мелочей: вставать в несусветную рань мне более, чем не хотелось, мои вещи были давно сложены в небольшую дорожную сумку, и поэтому внезапно озарившая меня мысль о том, что ничего не может быть лучше вечерней дороги, показалась мне самым лучшим вариантом, который только мог быть. К сожалению, я забыл учесть одну небольшую, но такую назойливую деталь. Деталь по имени Мира. Уж не знаю, собралась ли она впихнуть в мой любимый Lamborgini огромный шкаф-купе в стиле модерн, но явное отсутствие нормального чемодана и определённого количества вещей, зашкаливающего за сотню, выбивало женщину из колеи. Впрочем, Грейсон уже не выглядела такой раздражённой. В её голубых глазах плескался целый океан с лукавыми барашками пены, и в нём отражался окружающий мир во всей своей полноте красок и ощущений. Даже я в этих маленьких зеркалах зрачков выглядел весьма презентабельно и элегантно. Хотя, собственно, я и без этого был мужчиной хоть куда!

- Один-один. Добавляю очко за твой остроумный подкол, но вынужден заметить, что идея с животными является самым наглым плагиатом, который я когда-либо видел. Знаешь, даже Джастин Бибер плагиатит песни других исполнителей не так заметно! – предвзятое отношение к современной поп-музыке сразу чувствуется, не так ли? – Ты хотя бы показала мне этого козла через несколько минут, когда мой старческий рассудок забыл бы о начатой перепалке… Всё-всё, я молчу, - на секунду отпустив руль, поднимаю руки вверх, словно сдаюсь на милость победителю. – И я всё ещё жду Вашей консультации. А то и впрямь от винторого козла пользы на суде больше будет, чем от вашего покорного слуги в лице меня, мисс Грейсон! И потом именно Вам придётся объяснять Дрейку, по какой причине дело о покушении до сих пор не закрыто. Do manus! [1]

Миранда, сделал глубокий вдох, разражается продолжительной тирадой, словно она всё это время сдерживала бурлящий внутри пар и, наконец, решила выпустить его наружу. Так оно и было: женщина, бурно жестикулируя, упрекала меня во всех смертных грехах, начиная тем, что она забыла дома свой любимый блокнот (“…интересно, а  она хранит там фотографию голого Мавромати?..”), и заканчивая моей манерой закатывать глаза при разговоре с ней. Видит Господь, не закатить глаза было просто невозможно: вместо того, чтобы, в конце концов, получить развёрнутый ответ на свой чёртов вопрос, который я задаю уже второй раз, я нарвался на словесный поток обвинений, что, казалось, не закончится никогда. Впрочем, едва до сознания Грейсон дошёл тот факт, что в нескольких сантиметрах от неё покоится бутылка так любимого ею коньяка,  как она тут же достала её из бардачка и умелым жестом пьяницы со стажем откупорила её. Я усмехнулся, благодаря небо за то, что янтарная жидкость на время завладеет вниманием Миранды, и облегчённо выдохнул, ликуя тому, что избавился от нравоучений и безосновательных упрёков. Но не тут-то было.

- И между прочим, коньяк тебе продали поддельный…

О Всевышний, даруй Дрейку рай на земле, ибо для того, чтобы терпеть эту женщину, нужно обладать неистовым терпением и всепрощением, достойным благородного христианина! Я едва сдерживаюсь от язвительного комментария в адрес своей подруги и перевожу взгляд на мелькающую передо мной дорогу, стараясь сосредоточиться на умиротворяющем звуке шороха автомобильных шин о её причудливую шероховатость. Мимо проезжает красный кабриолет, в котором сидит роскошная брюнетка, и я не упускаю возможности в очередной раз посигналить, в глубине души надеясь, что громкий сигнал клаксона заглушит Грейсон. Но стоило мне убрать руку с гудка, как Миранда резко вскинула руку с бутылкой в сторону, едва не выбив мне правый глаз, и попросила меня убедиться в низком качестве коньяка. Я ошарашено взглянул на неё.

- Ты с ума сошла, женщина! Ты мне чуть голову не снесла этой бутылкой! Можно же попросить не с такой отчаянной жестикуляцией? Я нисколько не сомневаюсь в том, что ты можешь махать руками аки ветряная мельница, но, будь добра, осторожнее, иначе мы точно куда-нибудь врежемся. А вот коньяк попробую. Только если нас арестуют за вождение в пьяном виде, взятка копам будет выплачена из кармана твоего пиджака! – придерживая руль левой рукой, тянусь к гранёной бутылке и делаю несколько глотков. Грейсон, как бы мне ни хотелось этого признавать, оказалась права: напиток показался мне каким-то разбавленным. Но ей ведь необязательно знать правду о том, что я купил его в магазине на заправке автомобилей, где имел честь заправлять своего зверя высококачественным бензином? Думаю, и без этого малейшего уточнения Мира прекрасно проведёт остаток дня.

- Ты сомневаешься в том, что я умею выбирать хороший коньяк? – знамя упрёков теперь перешло ко мне, и я не упустил шанс воспользоваться этой привилегией. – Я купил его в проверенном месте, где всегда покупаю алкоголь для светских раутов и задушевных бесед с Мавромати. Можешь у него спросить, я не пью дешёвую бурду, ибо это я делал ещё будучи бедным зелёным юнцом с плакатами Памелы Андерсон под кроватью в кампусе колледжа. Кстати, раз ты всё равно не хочешь дать мне пару советов по поводу того, что я должен говорить, торжественно положа руку на Библию, то займи, пожалуйста, себя поиском хорошего отеля, в котором мы остановимся. Горячая вода, спутниковое телевидение, скоростной Wi-Fi и бесплатный мини-бар являются обязательными условиями номера! И да, ищи двухместный: хотя ты и моя обворожительная подруга, я вовсе не горю желанием спать с тобой в одной кровати. Уверен, ты брыкаешься во сне и пускаешь слюни на подушку! Что за безобразие!


[1] Даю руки, то есть ручаюсь.

Отредактировано Joseph Murray (14.12.2014 07:13:03)

+1

5

- ... Знаешь, даже Джастин Бибер плагиатит песни других исполнителей не так заметно!
А сколько самодовольства в тоне Джо, боже мой, мой бедный друг уже не знает что придумать, чтобы уязвить мое самолюбие! Не вышло с женским, так он принялся за профессиональное. Джо-Джо, ты прожил пол века, ты меня знаешь лет пятнадцать к ряду, а все никак не привыкнешь к тому простому факту, что я скорее умру, чем позволю себе показать, что ты, заносчивая наркобаронская задница, можешь меня задеть. К моей радости, у него это выходит редко и сегодняшний день не вошел в число исключений. Но если бы я вдруг решила с ним разоткровенничаться и выдать на-гора свои мысли, я бы похлопала Джозефа по плечу и утешила тем, что злить меня у него выходит куда лучше, его талант в этой области превосходит даже успехи Дрейка, потому жизнь свою он может считать прожитой не зря. В его истории в пятьдесят с лишним лет длинною это по истине великое достижение.
- Кто бы мог подумать, что ты увлекаешь творчеством сопляка, похожего на плюшевого медведя. Да ты просто открываешься с новой стороны! - издевающимся протяжным тоном отозвалась я на заявление моего подсудимого, на которого даже не удосужилась посмотреть, отдав все свое внимание зеркальцу на опущенном мной солнцезащитном козырьке, глядя в которое я безуспешно пыталась ровно уложить завитую еще с утра крупной волной челку, ныне выглядящую совершенно не так безупречно, как часами двенадцатью ранее. Этот творческий беспорядок на голове меня просто выводит из себя, что частично тоже является причиной моих язвительных подколок в адрес Джо. Ненавижу когда срывают мои планы, просто ненавижу! Неужели так сложно запомнить, что экспромту я отдаю предпочтение лишь в зале суда, когда отвратительный шепелявящий прокурор Фостер с видом фокусница на детском празднике достает из рукава неведомо откуда взявшихся свидетелей, в последний миг у которых проснулась совесть; или когда мне приходится вести безостановочные пререкания с адвокатом Роджерс, прозванной однажды Крольчихой Роджер за огромные невинные голубые глаза и начес огненно-рыжих волос в духе восьмидесятых годов. В остальном же я любила все делать по плану, особенно когда речь шла о редко выпадающем на моем веку почти свободном вечере. Но разве этот пройдоха может понять, как тяжела и неказиста жизнь адвокатного юриста?
- Не стращай меня Дрейком, дорогой. Я перестала его бояться с тех пор, как в пижаме под его чутким руководством в три часа ночи убеждала Дану, что он со мной в Аргентине готовится к судебному заседанию и в перерывах ловит сачком колибри, - надавив пальцами на виски, я прикрыла глаза и невольно вспомнила, как будучи еще довольно юной, я смущенно ходила из стороны в сторону перед Дрейком, сурово смотрящим на меня, сидя на подлокотнике дивана, как филин на крепкой ветви дуба, и сдержанно и довольно мягко беседовала с матерью его дочки, то и дело в ужасе поглядывая на него, когда приходилось нести откровенную чушь в телефонную трубку и убеждать женщину, что я говорю вполне серьезно.
- Джозеф, все просто. Для начала постарайся быть перепуганным паинькой, торгующим мандаринками и не понимающим с какого числа их занесли в реестр запрещенных препаратов. Можешь даже похлопать ресницами, как делают это твои любовницы, выпрашивая очередные побрякушки. Дальше советую не делать чистосердечных признаний, даже если тебе пообещают загнать кол в задницу. Если я не буду отчаянно трясти головой в подтверждающем жесте слов прокурора, значит, твоей заднице колья не страшны. Не язви, не остроумничай, помни, что ты невинный винторогий козлик, которого силком вытянули с горных лугов. Максимально старайся отвечать односложными предложениями. Если я кричу "протестую", а меня посылают к черту, значит, дело не чисто и слова надо подбирать основательно. Главное, не признавайся в том, что по твоей вине банки переполнены деньгами, а кладбища могилами наркоманов и все будет чудесно.
Наверное, я зря сказала последние слова, не смотря на то, что они чистая правда. Впрочем, это могло бы зацепить только людей с совестью, а разве она есть у нас? Сделав короткий и резкий вдох, я обернулась на Джо и приценилась к его виду, пытаясь понять, что почувствовал он от моих слов. Эдакий эксперимент на душевность, который я невольно затеяла, сама того не ожидая. На мгновение меня саму покоробило от моих слов. Вроде бы так живешь себе спокойно, выполняешь четкие установки работы, не задумываясь о ее моральных ценностях, а потом в такой непринужденной обстановке подобные слова бьют обухом по голове и как-то не по себе становится. Услышав подобное в офисе, я бы не отрывая глаз от кипы бумаг отпарировала целую речь о человеческом выборе, несовершенстве мира, отсутствии жизненных приоритетов, а здесь... вдруг чувствуешь себя полнейшей сволочью без души. По большому счету такая я и есть, к этому я стремилась всю жизнь, пытаясь всеми силами достичь желанного образа, но у любой медали две стороны. И когда она неожиданно поворачивается хотя бы боком, начинаешь чувствовать, как ноют рубцы там, где когда-то было сердце и душа. Тут-то рука и тянется за бутылкой, а мозг отчаянно ищет единомышленников, способных разумными доводами заглушить рвущие в клочья чувства.
- Мюррей, не разыгрывай из себя неженку. Тебя не убьешь арматурой, ни то что хиленькой бутылкой. Дрейк меня предупредил и разрешил отрабатывать на тебе удар с левой, так что не ной, на меня это не действует, - вернуться к привычной язвительностью было проще всего. Словно поставить подпорку падающей стене. - Я не сомневаюсь, дорогой, я знаю это, просто молчу, чтобы не портить твою репутацию. И, видимо, гости раутов и твой задушевный друг тоже в нем ничего не понимают. Кого я только спасаю? - прицокнув языком, я облокотилась о ручку на дверце машины Мюррея и печально воззрилась на него, как на скулящую дворняжку, мечтающую стать весомым и ленивым сенбернаром, которому для устрашения даже гавкать совсем ни к чему. - Девочек по вызову заказать не надо? Я могу организовать, если ты мне доплатишь за услуги секретаря и сутенера, - едко улыбнувшись, все же достаю телефон и пытаюсь отыскать в поисковике хоть один более-менее сносный отель в этом маленьком городишке. Страшная у меня карма - могу язвить, могу ругать, могу даже уйти, хлопнув дверью, но все равно помогаю этим мерзавцам. Дрейк и Джо, ей богу, порой они как два младших брата, навязанных не терпящей протестов матерью. И придушить вроде бы безумно хочется, и тут же так посмотришь - свои же все-таки, родные, приходится жалеть. А им это разве на пользу? Оба старше меня и повидали в этой жизни столько всякой мерзости, что серьезности должно быть в них на сотню мудрецов, а они все как малые дети. Не могу ни понять - ни примириться с этим. Я этого, конечно, не скажу никогда и ни за что не провялю в речах своих или действиях, но оба они стали мне слишком дороги. Все то, что дорого, всегда страшно потерять, и когда они берутся за новую затею, мне хочется приковать их цепями и спрятать в каком-нибудь подвале, чтобы только отвести от них грозу подобную той, которая грянула на нас с облавой на Дрейка. Я всегда боялась чего-то подобного, всегда ждала подобной развязки событий, но молчала, с непоколебимой миной на лице следя издалека за всем хаосом, который они наводили. Они же от года к году только набирали обороты, и только природный светлый тон да постоянная покраска волос спасали меня от предательских седин, которые из-за переживаний об этих двух гиблых душах появились у меня раньше времени.
- Моника, - в никуда произнесла я и обернулась к Джо, непонимающе на меня воззрившемуся. - Моника - судя по аннотации, респектабельное кафе в паре кварталов от гостиницы "Галеон", где есть ванная комната прямо в номере и твой бесценный вай-фай. И, ты не поверишь, даже раздельные номера есть, так что можешь не переживать за свои сонные бормотания о плюшевом Джастине Бибере, я нашла спасение от твоего позора. Только сначала ты утолишь свое алчное желание напоить меня кофе. Намек понятен?
[NIC]Miranda Grayson[/NIC]
[STA]ВЕНЕРА В МЕХАХ[/STA]
[AVA]http://sg.uploads.ru/v5muS.png[/AVA]
[SGN]http://sh.uploads.ru/vDlTX.gif
И в душе твоей похоронена наша будничная история ©
[/SGN]

Отредактировано Kamilla Hummel (29.06.2015 10:05:20)

+1

6

- Мандаринками, говоришь? А если я хочу торговать баклажанами? Для этого нужна специальная лицензия?

Небрежно придерживая руль одной рукой, я потянулся к магнитофону, чтобы переключить нужную радиостанцию. Краем уха прислушиваясь к навязчивым музыкальным ноткам, я слегка встряхнул головой, отчаянно пытаясь оценить свои возможности вжиться в предлагаемую Мирандой роль. Род моей деятельности, несомненно, предполагал подобную модель поведения: изворотливость на изворотливости сидит и изворотливостью погоняет; я же, признаюсь, предпочитал абстрагировать внимание окружающих и запудрить им мозги утончённым, но оттого не менее ироничным юмором. Односложные ответы не входили в список излюбленных мной клише, но, к сожалению, другого варианта не было. Грейсон права: вжиться в роль безобидного козлёнка, заблудившегося в трёх соснах, - какая ещё стратегия на поле брани под эгидой грозной Фемиды окажется наиболее подходящей? Мне стоило бы довериться профессиональному чутью Миранды: пусть женщина она и невыносимая, но как юрист определённо хороша (человек, являясь одной из наиболее развитых форм живых существ, всё же не может быть мастером на все руки). Впрочем, мисс Грейсон вполне могла быть и сутенёром: изогнув карминные губы в ядовитой ухмылке, блондинка типичным деловым тоном предложила заказать девочек и уткнулась взглядом в экран телефона, видимо, всё же решив благословить меня безукоризненным исполнением просьбы.

- Мира, душечка, мы и так платим тебе более, чем достаточно: на помаду, чулки и нижнее бельё точно хватать должно – а другим, как я погляжу, женщины не интересуются, - фыркнул я, припомнив на мгновение прежнюю когорту моих любовниц, что беспощадно совершали набеги на мой кошелёк подобно монгольскому игу, дабы потом оставить вырученную дань в кассе одного из торговых центров. – Поэтому я буду уповать на то, что элитные путаны станут подарком с барского плеча… С твоего плеча, Грейсон! – громко хохотнув, перевожу взгляд на пустынную дорогу, мысленно подсчитывая, когда мы, наконец, достигнем пункта назначения. Миранда умолкла, полностью поглощённая поиском пристанища для наших грешных душ, и я искренне наслаждаюсь благодатными мгновениями тишины, коими эта женщина столь редко меня одаривает. Несомненно, Грейсон могла встать поперёк горла любому мужчине, но со мной и Дрейком блондинка вела себя достаточно дружелюбно, хотя порой не могла сдержать своего несносного характера, под опалу которого преимущественно попадал я: у Мориарти был весомый аргумент против сарказма Миранды, коим я, к сожалению, не обладал. На несколько минут, сосредоточившись на извилистой по-змеиному дороге, я забыл о существовании своей соседки, однако её властный голос тотчас вывел меня из своеобразного транса, заставив вздрогнуть и слегка крутануть руль автомобиля влево.
- Моника.

Кажется, преподнесение Грейсон в дар бутылку с дорогим и выдержанным виски было определённо плохой идеей: юрист, видимо, утратила последние крупицы здравого смысла и теперь видит во мне какую-то давнюю знакомую с буклями на голове и очками в роговой оправе, не возвратившую долг в несколько тысяч долларов. Удивлённо взглянув на женщину, фыркаю: что за фамильярность?! Мы с Мирой ещё не перешли на следующий этап отношений для того, чтобы она могла называть меня Моникой!

- Мы же не в кабриолете едем, Миранда! Солнышко в голову тебе никак не могло напечь. Я не Моника, я Мюррей. Ну попутала немного, с кем не бывает! – произношу я ласковым голосом, которым по обыкновению разговаривают с душевнобольными. Блондинка взглядом заставляет меня умолкнуть и, дерзко закинув ногу на ногу, вовсю разглагольствует о том, что презентабельное кафе со странным названием «Моника» как нельзя лучше подойдёт для того, чтобы перекусить перед заседанием и, пройдя пару шагов, забронировать один из номеров в отеле «Галлеон». Или два. Раздельных. Дабы Грейсон не смогла стать свидетелем моего тайного восхищения Бибером. О боги, эта женщина умудряется умело ввернуть тонкий подкол даже в столь безобидное повествование!

- Очень смешно, ха-ха-ха! – закатив глаза, фыркаю я, изредка переводя взгляд на GPS-навигатор. – Смотри, милая, чтобы ты не проболталась о своём тайном друге. У меня-то он хотя бы плюшевый, а у вас, женщин, сплошь резина да латекс! В твоём случае это ещё и кофе, которым, учти, я угощать тебя не буду! Тебе виски не приглянулось, а кофе за мой счёт наверняка покажется отравой! Ты нужна нам живой… Пока… - лукаво улыбаюсь в ответ на сильный тычок локтем. Гендерная дискриминация и здесь имеет место: отчего-то Грейсон считает, что она обладает привилегией подначивать меня по поводу и без; мне же это непозволительно. Несправедливость да и только. Сумасшедший мир. Сумасшедший я, раз выбрал в попутчицы эту стерву. Сумасшедшая Миранда… Впрочем, здесь и объяснений не требуется.

- И это, по-твоему, «респектабельное кафе»? Боюсь представить, на что же похож «самый лучший отель» этого захолустья!

С трудом припарковав автомобиль напротив небольшого здания с пыльными окнами, я с пренебрежением наблюдаю за входящими и выходящими посетителями сего злачного места в попытках углядеть хотя бы в одном из них равного себе и понять, что эта пародия на кафе всё же достойна принять нас с распростёртыми объятиями. Никого подходящего не обнаруживается, и оттого я испытываю большее раздражение. “Пустил козла… эм-м-м… точнее, козу, в огород. Вот так и поручай женщинам важные дела!”

- И почему же мы не бежим атаковать столик у окна и требовать горячего кофе? – саркастически ухмыляюсь, заметив по лицу Миранды, что её ожидания, впрочем, тоже не оправдались. – Неужели Вы, мисс Грейсон, вовсе не желаете скорее познакомиться с обслуживающим персоналом этого роскошного увеселительного заведения для досуга столь важных лиц, коими являемся мы? Кишка тонка?

“Готов поспорить: она тут же пошлёт меня куда подальше…”

+1

7

- Я тоже надеюсь, что не на сарай, - изогнув бровь, незамедлительно ответила я, вновь посмотрев на экран телефона и сверяя адреса. Увы, они совпадали. - Я на каблуках, Мюррей, и среди нас двоих винторогий козлик - ты. Так что, дорогой, поднимай свой зад с сидения и прыг-скок атаковать столик, - как ни в чем не бывало отпарировала я ответ Джо и отложила телефон на приборную панель автомобиля. Настроение и так было не самым сладким, теперь же и вовсе летело к чертям, что, уверяю, первым делом скажется на Мюррее - к тому моменту, как мы попадем в зал суда, он и вправду станет милым обаяшкой, еле связывающим пару слов, ибо я вынесу ему за эту поездку весь мозг. А там, гляди, может быть удастся сыграть на его недееспособности и все наказание сведется к лечению в психиатрии. По-моему, ему будет полезно.
- Еще остались сомнения? - поинтересовалась я у мужчины, отвесив ему подзатыльник и всем видом показывая, что у меня неприкосновенность и крутизна куда весомее, чем у министров. Сами посудите, кому еще повезет врезать далеко не последнему лицу в мафиозной кухне и остаться безнаказанным?
- Идем, дорогой, может быть найдем тебе хотя бы путану-альбиноску. Хотя навряд ли и в этой сфере сервис сего города обойдет Амстердам, - наигранно печальным тоном проскандировала я и вышла из автомобиля с пустыми руками. Хватит с меня! Захочет что-то найти - пускай ищет сам. И тем более я не собираюсь платить за кофе! Джо не разорится, а мне лишние чулки, помада и нижнее белье, о которых с большим энтузиазмом говорил мой спутник, никогда не помешают.
- Надеюсь, что у них хотя бы кофе не растворимый, - тихо сказала я Джо, войдя вместе с ним в кафе и сев за тот самый столик у окна, который так ему приглянулся еще в машине. Солнце уже клонилось к закату и я невольно уставилась на него сквозь большое и несколько пыльное окно заведения. Хоть местечко это ни шло ни в какое сравнение с Манхэттеном, природа здесь все же была живописной и даже старый, скорее больше старинный, покрытый по углам тиной фонтан был по-своему великолепен. В этом маленьком городе словно смешались два времени: слишком далекое прошлое и не совсем близкое настоящее. Он словно застыл во время перерождения, не решившись ни шагнуть вперед - ни отступить назад.
- Добрый вечер. Что-нибудь желаете?
Я не стала отвлекаться на официантку и по-прежнему смотрела на вид за окном, позволив Мюррею самостоятельно сделать заказ - он прекрасно знал, что из кофе я предпочитаю только двойной эспрессо без сахара, а сладкое всегда ем только после ужина, которым здесь мы, как я надеялась, питаться не будем. И все же, как бы мне не хотелось, от части я была соучастницей разговора, потому как никогда не могла совсем отвлечься от реальности, и мне против воли пришлось слушать, как мужчина флиртует с молоденькой, но вполне обыкновенной девушкой. Бьюсь об заклад, она робко прятала взгляд за блокнотом, куда записывала наш заказ, и широко улыбалась небрежному блеянию винторого козлика, что мне совсем не хотелось проверять, потому обернулась я к спутнику лишь тогда, когда мы вновь остались вдвоем.
- Ты со всеми женщинами говоришь так, будто даришь им редчайший шанс переспать с тобой? - по традиции после моих слов на губах появилась ухмылка. Я взяла салфетку и протянула ее Джо с большой заботой: - Не забудь номер оставить, а то вдруг захочешь с ней провести уикенд или целую жизнь.
Девушка вновь вернулась к нам, но уже с подносом и без очаровательной улыбки. Она явно расстроилась, что я не продолжила считать порхающих над площадью голубей и мешаю теперь ей заигрывать с Джо. Мысленно закатив глаза, я сказала "спасибо" и отвернулась к окну, дабы не лишать бедняжку удовольствия. В самом деле, когда еще ей представится случай встретить старого занудного блядуна, который после одной проведенной ночи разобьет ее хрупкое и нежное сердечко?
Тем не менее мои благие намерения пришлось свернуть тот час, как я перевела взгляд на окно. Будто в красивой сцене фильме, где под лучами заходящего солнца двое влюбленных уезжают навстречу новой жизни, роскошный автомобиль Мюррея также уехал навстречу неведомым приключениям, помигав нам на прощание фарами.
- Джо, боюсь твою любимую девушку только что увели. В самом прямом смысле, - указав ногтем в сторону, где Джо оставил автомобиль, я другой рукой облокотилась о столик, подпирая подбородок, и широко улыбнулась мужчине. Как и всегда, это означало, что я собираюсь с душевными силами, чтобы устроить фееричный и неповторимый скандал в строгой манере, после которого Джозеф будет чувствовать себя сопливым нашкодившим мальчишкой. - Мои поздравления, дорогой, теперь ты точно сядешь за решетку!

[NIC]Miranda Grayson[/NIC]
[STA]ВЕНЕРА В МЕХАХ[/STA]
[AVA]http://sg.uploads.ru/v5muS.png[/AVA]
[SGN]http://sh.uploads.ru/vDlTX.gif
И в душе твоей похоронена наша будничная история ©
[/SGN]

Отредактировано Kamilla Hummel (29.06.2015 20:30:41)

+1

8

Гендерная дискриминация – она везде, в каждом моменте нашей сумасшедшей жизни, в каждой секунде вяло текущего времени, за которое невозможно ухватиться руками. Большинство женщин, что априори должны быть слабыми и беспомощными подобно невинно цветущим в террариуме орхидеям, сейчас с яростным остервенением выступают за собственную значимость и силу, не осознавая того, что и без громких лозунгов и ярких транспарантов – зачастую нарисованных прямо на обнажённых телах феминисток – имеют над нами преимущество. Их сила – в их слабости. Опасные женщины привлекали меня в той мере, в которой по своему обыкновению огромные волны привлекают незадачливого паренька-серфингиста. Общение с ними напоминало прогулку по минному полю: неверный шаг в сторону – и смерть, незадачливое слово в их адрес – и голова с плеч. Такие женщины всегда стараются казаться сильными и независимыми, но при первой же возможности сваливают всё бремя вины на мужские плечи. Яркий пример – Миранда Грейсон, которая, продолжая язвить в мой адрес, всё же временно передала бразды правления в мои руки, предложив поскорее занять столик возле окна, воспользовавшись ускорением винторого козла. О боги, отчего она вообще вспомнила об этой Божьей твари? Закатываю глаза, на мгновение представив, что отныне это прозвище будет преследовать меня до конца жизни, и однажды лежащая на смертном одре Мира, сжимая в руках фото в рамочке с запечатлённым на нём обнажённым Дрейком, прохрипит на прощание, что я остался всё таким же винторогим козлом – и даже могила этого не исправит. Стерва. Что привлекло в ней Мавромати – кажется, ответ на этот вопрос неизвестен даже ему. Осмелюсь предположить, что за всем этим стоит какой-то неизвестный мир наркотик – и, конечно же, божественная грудь Грейсон, привлекающая даже мои косые взгляды заманчивой ложбинкой в декольте. Женщина, словно прочитав мои мысли, отвешивает мне лёгкий подзатыльник, после чего выбирается из автомобиля с видом обиженной добродетели.

- Зачем мне путана-альбиноска, когда мне и ты можешь иметь мозг? – пожимаю плечами я, вытянув из бардачка автомобиля несколько купюр и выбираясь следом за Мирандой. – Конечно, тебе далеко до альбиноски, но путана из тебя выйдет хоть куда, дорогая. Так уж и быть, закажу тебе кофе и обязательно попрошу растворимый. Всё для тебя же! Ты просто незаменимый человек для меня и Дрейка… Особенно для Дрейка, - в духе истинного джентльмена открыв перед Грейсон дверь, расплываюсь в хитрой улыбке, в глубине души ожидая очередного подзатыльника, который отчего-то не воплощается в реальность. Срочно кофеин, медсестра! Мы её теряем! Обогнав Миру на повороте в другой зал, поспешно направляюсь к столику, который я облюбовал ещё при парковке автомобиля. Лепота. С наслаждением приземляюсь на оббитый бордовой кожей диванчик, жестом подзываю стоящую у барной стойки официантку. Девушка, не торопясь, подходит к нам и протягивает меню, глядя на нас равнодушным взглядом человека, слушающего унылую лекцию преподавателя ростом в один метр сорок сантиметров.

- У нас нет растворимого кофе, - что же, отрицательный ответ весьма разочаровывает меня, а плохо скрываемый триумф на лице Грейсон – раздражает. Мой коварный план не удался – но печалиться насчёт этого я не имею права: зачем доставлять юридической стервозине удовольствие сродни продолжительному оргазму? Пробегаю глазами по напечатанным строкам меню, выискивая что-нибудь съедобное для меня… Ладно, сжалюсь над Мирандой и закажу ей маффин: женщин, говорят, успокаивает сладкое? Интуиция подсказывает мне, что блондинку вряд ли успокоит и осиновый кол в сердце, но рискнуть всё же стоит.

- Двойной эспрессо без сахара для девушки и корретто для меня, пожалуйста. Что касается десерта – мне, пожалуйста, чизкейк, а мисс Грейсон – вот эти очаровательные эклеры, - указываю пальцем на изображение продолговатых колбасок с кремом, - но, пожалуйста, только низкокалорийные – не хотелось бы, чтобы такая очаровательная блондинка превратилась в бесформенный шар на ножках. Хотя без разницы – несите любые: если она откажется съесть десерт – я помогу ей… Да-да, спасибо.

Странно, что Мира не реагирует на мои подначки должным образом. Комментарий насчёт официантки – да ладно, это и всё, на что ты способна? Небрежно отмахиваюсь от женщины, решив, что подобный жест выглядит куда благороднее бессмысленных пререканий, и с едва сдерживаемым восторгом наблюдаю за тем, как изящная девушка несёт поднос, на котором покоится наш заказ. Проявляю неожиданную заботу, ставя чашку с латте напротив Грейсон, но та, равнодушно взглянув в окно, грустно констатирует тот факт, что мою любимую девушку только что увели. О ком это она? С любопытством смотрю в окно, куда указывает Миранда, и издаю громкий вопль ярости. Машина. МОЯ, МАТЬ ТВОЮ, МАШИНА!

- СТОЙ, СУКА! – едва не сбив с ног входящую в кафе пару, выбегаю на улицу, но уже слишком поздно: моей девочки, моей сладкой Lamborgini и след простыл. Со злостью пнув мусорный бак, стоящий возле фонарного столба, возвращаюсь в кафе, насупленный и разъярённый – точь-в-точь винторогий козёл, ей-богу! Бесцеремонно хватаю проходящую мимо официантку за фартук и приказываю ей вызвать полицию, после чего поворачиваюсь к Мире.

- И что мы теперь будем делать?! Давай, ты же у нас мозг всея Нью-Йорка, вот и подскажи, блядь, что-нибудь! И только попробуй съязвить – я тебя утоплю в твоём же чёртовом кофе, Грейсон!

+2

9

Сложившаяся ситуация была настолько патовой, что, честно говоря, я не знала - смеяться мне или плакать? В идеале, конечно, созерцать реальность с видом утратившей вкус к жизни малолетки, сидящей на подоконнике с чашкой кофе, смотрящей вдаль отрешенным, пустым взглядом, и медленно курить, молча лицезреть во всех красках простирающийся перед моими ясными глазами неописуемый пиздец, однако даже мои чертовы сигареты растворились в лучах закатного солнца вместе с дамой сердца Мюррея. Ну что за твою мать, как говорится? И что мне оставалось, кроме как с меланхоличными мыслями попивать эспрессо из большой круглой чашки и наблюдать за психопатством моего клиента, друга, идиота и винторогого козлика души моей? Только думать о том, что еще своровали малолетние или не очень придурки, которых, я была более, чем уверена, Джо, когда разыщет, пустит на ремни безопасности для своей "крошки".
И вот под немного горьковатый вязкий привкус третьесортного кофе я вспоминала весь свой утерянный багаж: драгоценный органайзер, за который я сама порешу Джо, чемодан с одеждой, где жалобно молил меня о помощи любимый костюм, мобильный телефон с компромитирующими фото забавных рожиц моих дорогих друзей, и, самое главное, целая тележка документов по делу моего дорогого Джозефа, без которых нам в суде делать совершенно нечего. Впрочем, учитывая обстоятельства, к завтрашнему дню мы в любом случае оказаться там не успеем, за что судья по головкам нас не погладит. Даже по одной головке, но это так, не важно, чисто всплески моего сарказма. И что имеем мы в итоге? Ни средств, ни связи, ни одежды. Что нас ждет? Холодная и голодная ночь на улице, а то и следующее утро, если не меньше, при условии, что нам удастся связаться с Дрейком, а тот не поленится поднять свою задницу и нас спасти. Финита бля комедия да и только. Безусловно, в моей голове уже возникли идеи на счет спасения, хотя, если быть честной, всего одна - Мюррей на панели, но, глядя на настроение, с которым он вернулся, мне показалось, что цеплять девиц своими волосатыми ногами он будет просто не в состоянии.
- Какой сарказм, милый? После него мне придется тогда утопить тебя в женском туалете, - протяжно отозвалась я и завершила высказывание глотком остывающего кофе. - С судом, боюсь, мы сделать уже ничего не сможем - тебя ждет временный пиздец, пока я не прочищу мозги блядям порядка, что мы действительно попали в неловкую ситуацию, а не попытались от них улизнуть. Кстати, серьезно говорю, возьми номер телефона этой милочки, она свидетель и ее показания нам пригодятся, чтобы тебя точно не засадили за решетку за отсутствие на судебном слушании, - еще глоток кофе и скользящий взгляд по присутствующим, у которых можно было бы "стрельнуть" сигарету, - а дальше советую поворковать подольше с официанткой и уломать ее на междугородний звонок. Позвонить советую не красотке, которая не дождется тебя в номере, а Дрейку. О том, что у тебя какие-то ссыкуны увели машины лучше промолчать, а то все время разговора уйдет на ржач и его подколы. Так что кратко, четко и по-мужски скажи, что нужно вытаскивать твою старую задницу и мою очаровательную попку из этого... кхм, городка, потом попроси свою новую подружку упаковать нам еду с собой и постарайся не расплачиваться натурой, а я тем временем постараюсь раздобыть сигареты, иначе я точно сверну тебе шею, мой милый Джо, - послав воздушный поцелуй своему другу, я поднялась с места и быстрым шагом направилась к выходящему из кафе мужчине, который на ходу закуривал сигарету.
Что было удивительно, представители мужского пола здесь весьма любезны. Возможно потому, что не избалованы, как Джо, вниманием женщин и относятся к нему с должным уважением. Что ж, если соберусь замуж, то обязательно буду искать себе супруга в таком скромном городке, возможно, даже найду и завербую этого симпатичного седеющего мужчину, который после моего красочного рассказа отдал мне почти целую пачку "Винстона" и простенькую зажигалку вместе с сочувствием и желанием помочь, которое, как мне показалось, внезапно иссякло вместе со спасителем, стоило только моему названному свояку выползти из кафе с грозным видом и контейнерами с едой в руке.
- Ты только что отпугнул моего новоявленного ухажера, негодник, - выдыхая уголком рта сигаретный дым, пожурила я друга, обернувшись к нему и подпирая одной рукой другую, - ну что, хороша девочка в интиме или совесть не позволила разбивать ей сердце? Пошли к фонтану, расскажешь обо всем, а я, возможно, поделюсь с тобой сигаретами.


[NIC]Miranda Grayson[/NIC]
[STA]ВЕНЕРА В МЕХАХ[/STA]
[AVA]http://sg.uploads.ru/v5muS.png[/AVA]
[SGN]http://sh.uploads.ru/vDlTX.gif
И в душе твоей похоронена наша будничная история ©
[/SGN]

Отредактировано Kamilla Hummel (13.10.2015 20:58:45)

+1

10

Весь мир катится к чертям – для того, чтобы прийти к такому исключительному выводу, не стоит быть кандидатом наук, что в поте лица перебирает пальцами по клавиатуре для того, чтобы очередная строчка, завуалированная многочисленными научными терминами, появилась на белоснежном полотне электронного документа. В сознании прочно укореняется мысль о том, что нам с Мирандой выпала уникальная возможность стать первыми и последними участниками реалити-шоу «Как стать идиотами за пару минут?» Только какого же обвислого Мерлина мы стали ими таким образом?! Ответ на этот вопрос, к сожалению, давно скрылся из поля моего обозрения вместе с блестящими боками белоснежной Lamborgini, оставив напоследок прощальные клубы тёмно-серебристой пыли. Я сжимаю руки в кулаки до болезненного состояния, на мгновение представив, что спёртый воздух между складками кожи медленно трансформируется в жилистые шеи подонков, которые осмелились поднять руку на святое – на мою красавицу! Лучше бы они похитили Грейсон. Тогда я, склонив голову в неукротимой печали, поднял бы в её честь чашку с уже остывшим кофе и заел собственное горе последним эклером, что притягивал взгляд не хуже обнажённой куртизанки. Но нет, мне не повезло даже в этом, поэтому приходится наблюдать за тем, как бесцеремонно восседающая на престоле нравоучений Миранда раздаёт ценнейшие указания, которые не только раздражают, но и вгоняют в ещё больший ступор непрерывно фонтанирующими словами. Воистину: женщина, удостоверившаяся в собственной правоте, хуже испуганной курицы-наседки, что громким криком оглашает окрестности всех местных деревень. Юрист, стоит признать, отнюдь не напоминала домашнюю птицу, но в настоящий момент я был готов пустить её на жульен с грибами, лишь бы прервать эту пытку для моего весьма изнеженного классической музыкой слуха.

– Дражайшая моя Мира, сделай одолжение: замолчи и иди, мать твою, за сигаретками! – не выдержав, подаю голос я, с раздражением заняв своё прежнее место на мягком диванчике возле окна. – От твоего назойливого жужжания у меня плавятся мозги! Вот только не надо сейчас говорить, что в моей голове, кроме черепной коробки, и плавиться-то нечему, – подняв руку в предостерегающем жесте, заранее избавляю себя от очередной порции ироничных комментариев из уст собеседницы; её поведение в ситуациях подобного рода я изучил так же кропотливо, как и каждую деталь своего любимого автомобиля. От болезненной ностальгии защемляет сердце, и я поспешно заглушаю его надсадный стук большим глотком охладевшего корретто. – Признаться, у меня нет ни малейшего желания вступать с тобой в словесную конфронтацию, а промолчать я, увы, не смогу. Ты же не хочешь потратить драгоценные минуты на то, чтобы выяснять со мной отношения? Уверяю, дорогая, это может подождать. Ноги в руки – и вперёд, я присоединюсь к тебе, как только управлюсь со всеми делами, которые ты столь благодушно взвалила на мои крепкие плечи, за что тебе отдельная благодарность от старика Мюррея.

Воздушный поцелуй Грейсон вызывает у меня небрежное подобие улыбки, которая тотчас сползает с лица, едва официантка извещает меня о том, что дежурный полицейский прибудет к месту преступления лишь через сорок минут. Это время, насколько я понимаю, может плавно перетечь в час, а то и в два, если мужчина в форме, остановившись на светофоре, блеснёт своим обаятельным шармом для того, чтобы завести разговор с роковой красоткой, припарковавшей свой новенький автомобиль в неположенном месте. Автомобиль, автомобиль… Это слово уже начинает преследовать меня. Глубокий вдох, а затем выдох. Не помогает: едва сдерживаемая ярость всё так же продолжает пульсировать где-то в глубине души.

– Вы позволите мне сделать один междугородний звонок за символическую плату? – улыбнувшись как можно обаятельнее, произношу я, искренне уповая на то, что и в этот раз мой животный магнетизм одержит верх над неокрепшей психикой юной девушки. Ожидания воплощаются в реальность с молниеносной скоростью, чем безмерно радуют: девушка, расплывшись в не менее широкой улыбке, указывает на небольшую подсобку, в которой находится обшарпанный телефон тёмно-зелёного цвета, и соглашается упаковать наш скудный обед в контейнеры. На другом конце провода Дрейк, едва сдерживая громкий смех, обещает помочь выпутаться из той передряги, в которую мы в Мирандой вляпались по уши, словно в навоз. Ещё одна новость, которая приносит мне моральное облегчение. Платить за звонок нечем – даже символически, поэтому я жестом фокусника извлекаю из кармана пиджака невесть как завалявшуюся визитку собственного магазина антиквариата и протягиваю её девушке, которая явно ожидала большего.

– Здесь указан мой номер телефона. Позвоните по нему завтра, и мы решим, как я смогу компенсировать Вам несанкционированное использование телефона. Хорошего Вам дня! – стремительно выхожу из кафе прежде, чем официантка отойдёт от вежливого недоумения и примется требовать более весомую плату. В пакете, помимо контейнеров, виднеется клочок бумаги с написанными на нём цифрами. Что же, весьма предусмотрительно со стороны очаровательной леди оставить мне свой номер мобильного при условии того, что я всё-таки забыл попросить о нём. В противном случае Грейсон убила бы меня. Всенепременно нужно позвонить официантке завтра и выразить ей благодарность за героически спасённую жизнь.

– Из этого почтенного старца такой же ухажёр, как из меня – актёр порнографических фильмов! – протягиваю Мире вожделенный пакет с единственными съестными запасами, которыми мы располагаем, и присаживаюсь на парапет неработающего фонтана, предварительно стряхнув с него песок. – Совесть одержала верх над тем, о чём ты сейчас подумала, поэтому мы просто обменялись с ней номерами. Дрейку позвонил, он обещал прислать нам помощь через несколько часов. Если мы не дождёмся её, то придётся искать ночлег. Ах да, полиция тоже обещала подъехать, поэтому дай мне обещанную сигаретку, я хочу успокоить свои нервы. Ох, надеюсь, что Мавромати не опоздает к тому времени, когда ты вынесешь мне мозг. Миранда, кто же знал, что так получится? Не смотри на меня так! Я такая же жертва обстоятельств, как и ты.

+1

11

Положа руку на сердце и сжав свой все еще весьма неплохо выглядящий (особенно в лифчике) бюст, откровенно заявляю, что я обожаю Мюррея... бесить. Ну и просто тоже обожаю, но это лишняя информация, которую ему знать ни к чему, так что это останется моей тайной. Честное слово, как он - мало кто реагирует на мой сарказм, иронию, извиняюсь, подъебы. Вообще нецензурную лексику от меня можно услышать не часто, но в интимных беседах о великом - как добрый день. Так вот, я обожаю Мюррея злым и отвечающим мне в ответ сарказмом - он так тонко совмещает свое негодование и едкие ответы, что моя душа буквально упивается наслаждением, словно ее поместили в джакузи и подали бокал отменного шампанского. И сразу такое чудесное ощущение: с одной стороны хочется врезать ему кулаком в нос, с другой - настолько приятно поддерживать с ним битву колких фразочек, что даже мысли о полном апокалипсисе, в который мы угодили, отходят на второй план. Ну, или становятся менее заметными. Окажись я в подобной ситуации с другим человеком, я совсем бы не поиском сигарет занималась, уж поверьте. Облачившись в экипировку из прожигающего взгляда и уничтожающего все самоуважение тона, я бы "подняла на уши" всех, кого только смогла бы, и принялась разгребать заваруху, попутно ненавидя мир и обещая и себе, и созданию, из-за которого случился эксцесс, это самое создание жестоко четвертовать. С Мюрреем же наше бедствие больше виделось мне забавной ситуацией из какой-нибудь доброй и глуповатой комедии, которая завершится вне всяких сомнений исключительно благополучно. Проще говоря, я наслаждалась моментом, а не отчаянно пыталась избежать предстоящих нам проблем, которые, как ни крути, все равно нас ожидают через каких-то пару десятков часов. Подобное отношение к происходящему с моей стороны, как я недавно заметила, представляло собой огромную редкость. Вопиющую исключительность. И мне, черт подери, нравится эта новизна. Нет, вовсе не то, как завтра я буду воевать со всем судом, а именно нынешний момент - мной овладевают такие странные ощущения, что мне даже трудно их описать. Хотя, кажется, я знаю, как называется это редкое для меня чувство - определенность. Не удивительно, что в начале я растерялась, ведь само по себе меня оно посещает крайне редко, как и сопутствующие ему покой, умиротворение и легкость. Смотря в будущее, даже самое близкое, я вижу только огромную кирпичную стену, за которую не заглянуть, даже если я подпрыгну на батуте. Я просто знаю, что чтобы там ни ожидало меня, я все равно увижу только непроглядную тьму - увы, пророческий дар мне не достался. Но с каждым совершенным мной вдохом эта стена немного отодвигается - иногда быстрее, иногда медленнее. Именно потому я так тяготею к планам и конкретике - с ними мне удается хотя бы в полумраке взглянуть на то, что будет завтра. Жить моментом, сегодняшним днем, просто наслаждаясь каждой минутой существования, увы, мне не под силу. Я всегда буду тревожиться о том, что будет там, за следующим поворотом. Кроме сегодня. Каким-то необъяснимым мне образом, не имея ни стабильного плана, ни четкого знания того, что меня ожидает, я ощущаю на редкость умиротворенное состояние души, благодаря которому мне так легко и даже весело, наплевать на то, что будет завтра. Определенно, это особенная магия Джозефа, о которой раньше я ничего не знала. Да уж, этот винторогий козлик умеет удивлять.
- Ты намекаешь, что плох в постели? Мы перешли уже на такие откровения? Ну, что ж, я не против, продолжай, может я смогу тебе что-нибудь посоветовать для улучшения твоей порнографической карьеры, - ласково скалясь в ответ, я вновь затягиваюсь, смакуя вкус дешевых, но таких приятных мне в этот миг сигарет. Мюррей, как истинный джентльмен, отдал мне все запасы провизии в бумажном пакете, который плюхнулся рядом с ним на парапет - обниматься с едой, потягивая сигарету, у меня нет совершенно никакого желания. - Ты жертва чего угодно, мой милый, но только не обстоятельств, - со всем свойственным мне благородством я отдала Джо сигареты и зажигалку и начала прохаживаться перед ним вперед-назад, продолжая курить и начиная рассуждать на тему тех фактов, которые он мне сообщил. - Скажи мне кто твой друг, и я скажу кто ты, поэтому на Дрейка лучшего всего не надеяться - опоздает. Полиция уж подавно, сам знаешь, что у них всегда есть более важные дела. Так что подыскать на всякий случай ночлег будет самым лучшим вариантом. Я готова поспорить, что Мавромати о нас не позаботится - он же не Сейлор Мун, как я, так что рассчитываем на свои силы. - Остановившись напротив Джо, я выдохнула струйку дыма над его головой и улыбнулась - Джозеф посмотрел на меня с подозрением. - Мне почему-то смешно от того, что мы оказались в такой дебильной ситуации. Это даже забавнее, чем залететь после единственного скоростного секса. Честно слово, Джо, до появления тебя и Дрейка в моей жизни я свято верила, что это исключительно особые приемы для фильмов. Но теперь понимаю, что они основаны на реальных событиях. Все-таки светит тебе, мой друг, слава звезды порно. Сюжет идеально подходит! Задерика рубашку - я посмотрю на какой срок дарить тебе абонемент в спортивный зал.
[sign]http://sh.uploads.ru/vDlTX.gif[/sign][icon]http://sg.uploads.ru/v5muS.png[/icon][status]венера в мехах[/status][nick]MIRANDA GRAYSON[/nick]

Отредактировано Kamilla Hummel (25.09.2016 03:54:38)

+1


Вы здесь » Manhattan » Альтернативная реальность » Это уже не "Миссия невыполнима", а "Миссия-не-мать-её-вменяема"© ‡альт