http://co.forum4.ru/files/0016/08/ab/34515.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/95139.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/86765.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/40286.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/22742.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/96052.css

Manhattan

Объявление

Новости Манхэттена
Пост недели
Добро пожаловать!



Ролевая посвящена необыкновенному острову. Какой он, Манхэттен? Решать каждому из вас.

Рейтинг: NC-21, система: эпизодическая.

Игра в режиме реального времени.

Установлено 5 обложек.

Администрация
Рекомендуем
Активисты
Время и погода
Дамиан · Марсель · Мэл

Маргарет · Престон

На Манхэттене: декабрь 2016 года.

Температура от +4°C до +15°C.


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Manhattan » Флэшбэки / флэшфорварды » I've waited for you to appear... forever ‡флеш


I've waited for you to appear... forever ‡флеш

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

http://firepic.org/images/2015-04/05/1srjhrvusg2u.png

[audio]http://pleer.com/tracks/4545503ET6I[/audio]
*медляк под слезы тещи*

Время и дата: 08.08.2015
Декорации: Наша квартира, небольшая церковь, ресторан "Desert rose".
Герои: Мистер и миссис Аддерли.
Краткий сюжет: Я подобрал ей платье, туфли и даже сам я спек ей торт! Бантик! Где долгожданный бантик?!

Отредактировано Richard Adderly (07.04.2015 06:13:03)

+2

2

Своими руками приготовил пол свадьбы. Еле удержался от костюма официанта. Так буду выглядеть у алтаря.

https://pp.vk.me/c9764/u94504776/119124955/x_8c9b4709.jpg

Утро: а я небритый да с усами, вернулся с похмуром из бани.

https://pp.vk.me/c309727/v309727407/44de/JBf6_wJlBCg.jpg

Дзинь. Дзи-и-и-инь. Дзинь-дзинь. Умножаем сию какофонию на двадцать раз - результат нулевой.  Ди дрыхнет, как пожарник. Я промычал. Невразумительно даже для самого себя. Достал ключи. Блять, ну, куда я подевал эти гребаные ключи? Дзи-и-и-инь. Левый карман - ни хера. Правый карман... Дзинь! Хер. Ключи. Опаньки, так, теперь надо вставить ключ в замок. Сука, куда ж ты от меня убегаешь?! Ну хватит, блядь! Вернись, я все прощу. Рик, ты бухой в задницу, О'Нил тебя уроет прямо под этим сраным ковриком за дверью... если впустит в дом. Сука, у меня же сегодня свадьба! ТВОЮ МАТЬ! Распахивается дверь, а я все тыкаю ключом в замочную скважину... точнее, мимо нее... точнее, теперь уже в пустое пространство.
- Диииии! - пропел я и икнул, едва стоя на ногах и всем телом пристраиваясь к дверному косяку. Он - друг, он меня поддержит. - Дииии, я так тебя люблю! - делаю шаг и крепко обвиваю почти жену рукой вокруг шеи, притягивая ее к себе. Целую. От всей души целую, а она что-то фыркает. Кажется, говорит, что я пьян. Я знаю! Она думала, я не знаю? А я знаю!!! Я все, мать вашу, знаю! Я вообще, сука, царь... дивана!
- Ди, ты такая красивая! Я тебя хочу! - на самом деле я ни хрена не хочу, у меня нет сил чего-либо хотеть, мне бы только упасть на диван, но жену надо отвлечь, а то она станет вдовой еще до свадьбы. Что-то как-то она плохо отреагировала на главный комплимент. Что-то как-то она вообще ни хрена на него не отреагировала. Охренела?! Почему на мне не рвут штаны? Она меня не любит. ОНА МЕНЯ НЕ ЛЮБИТ! Вообще не понимаю, что она там сонно мямлит в свое оправдание, мне и по фиг, главное, она меня держит, пока я почти падаю. И еще она меня не любит. А я жениться решил. ДИБИЛ! Роняю хреновы ключи, пытаюсь сориентироваться в пространстве, чтобы упасть во что-нибудь мягкое и начать руководить парадом истерики. С дивана - самый удачный вариант. Но меня куда-то тащат. Меня тащат в кресло и сажают в него, и уходят. ОНА МЕНЯ БРОСИЛА!
- Хайди. ХА-А-А-АЙДИ! О'НИЛ! - ору я в стену, за которой скрылась почти жена, шепотом добавляю "сука" (какой бы пьяный не был, а знаю, что меня могут убить, и ей плевать, что это чисто для связки слов и более конкретного выражения моих чувств), продолжаю орать дальше: - О'НИЛ, Я УМИРАЮ!
После того, что я пережил этой ночью, я и правда умираю. Мальчишник. Сука. Да на хрена он мне сдался? Мне уже не двадцать! Я еле удержался, чтобы не изменить! Трижды порывался позвонить Хайди и напроситься на секс! Шесть раз готов был умолять! Меня удержали, сказали не мешать ей выспаться, чтобы была завтра красивой. Что я на свадьбе буду элегантным бомжом - никого, кажется, не волнует. Что пилить меня за это до могилы будут - тоже. Всем на меня плевать! Где мое завещание? Отпишу свои потроха и бабки какой-нибудь собаке! Блядь, это пиздец, как я пойду на свадьбу? Господи, почему нельзя было на день раньше устроить эту попойку? У меня кровь в алкоголе, а не алкоголь в крови! На мне чужие духи! У меня помада на штанах и это совсем не то, что вы подумали! Увы, не то. Грустно вздыхаю, опираясь локтем о подлокотник кресла и потирая пальцами глаза. Пьяные глаза. Сонные глаза. Глаза, которые видят полуголых баб, что терлись об меня, испортили помадой штаны, разукрасив их, а еще не пустили к почти жене за сексом. Это был не праздник, а, сука, пытка! И эти люди (нет, я не про танцовщиц) называют себя моими друзьями!
- Я слышу запах. ДИ! ЕДОЙ ПАХНЕТ! - это очень подозрительно, поэтому я решил предупредить Хайди. Кажется, к нам в кухню забрался вор. И он там готовит. Неплохо готовит. Хуйня какая-то. Только собираюсь встать на ноги и заорать снова, но тут появляется Хайди, с едой, с кофе, а моя задница тянет меня обратно в кресло. Я искренне охренел, потому что был уверен, что она вернется с бейсбольной битой или мачете. А она с едой. Мне. С вкусной. И кофе. О, да, детка, я тебя хочу!
- Ди, ты меня не убьешь? Правда же? Без жениха свадьбы быть не может, - жалобно скулю я, забирая чашку с кофе. Обжигаюсь. Матерюсь. Хорошо не уронил, а то обжигалась бы и материлась Ди. Меня ударяют чем-то по лбу (точняк не подгузники, я б признал), вручают осторожно чашку с кофе. Мою любимую. Черную. Большую. С большой ручкой. Утром я не выебываюсь с кофейным сервизом, пью как нормальный американец без всяких церемоний. Днем - совсем другая история. - Милая, родная, драгоценная, ласточка моя, солнышко мое, я такой пьяный! Но я тебя все равно люблю! И я не изменял! Тебе все подтвердят! А еще ты самая красивая! Иди поцелую, - тянусь к жене, но снова получаю по лбу, пью по приказу кофе маленькими глоточками. Я не умею пить пьяный утром кофе маленькими глоточками! Но пью. Все равно обжигаюсь. Закусываю горячим бутербродом. Ди точно надо мной издевается.
- Ты самая лучшая жена на свете! Ты знаешь об этом? А еще самая красивая. Самая умная. Ди, я не знаю, как пойду на свадьбу. Можно я на нее поползу? А еще посплю чуть-чуть. Время же есть, правда? За окном темно еще. А где окно, Ди? - спрашиваю с набитым ртом, довольный, как скотина. Оказывается, я был голодным. Оказывается, Хайди очень вкусно готовит горячие бутерброды. Даже сыр в мироволновке не подгорел. Для моей чертовки это настоящий успех. Те, кто знал ее в первое время нашего знакомства, оценили бы прорыв. Тогда она умудрялась устроить пожар, даже разогревая полуфабрикаты. Дожевал в два откуса бутерброд, с кофе такой номер не прокатит. Горячий сучонок. О'Нил что-то говорит про подарки, сетуя, что в таком состоянии я ни черта не пойму. Я лобызаюсь с чашкой, другой рукой возвожу к потолку указательный палец и, сделав еще пару глотков, ставлю с грохотом на столик чашку и причмокиваю.
- Я - первый, - говорю я и, пошатываюсь, встаю на ноги. Хайди хочет меня придержать, но я упрямо отвожу ее руку в сторону и начинаю раздеваться. Она говорит, что видела этот подарок много раз. Не сразу понял о чем речь, но потом сально ухмыльнулся и ответил, что от него всегда можно ждать сюрпризы. Скидываю рубашку - Ди медленно охреневает. - Я, честно, сам не знаю что там. Но ты же хотела. Мужики меня подбили, я был бухой и не сопротивлялся твоему счастью, - наклоняюсь к Хайди и демонстрирую покрасневшую руку*, но диван меня манит и я падаю на него рядом с почти женой. Она шокировано смотрит, трогает, изучает. Я чувствую себя симпатичной носатой подопытной крыской. - Драгоценная, тебе нравится? А то я даже не видел ее, - обнимаю ее, зарываюсь носом в облако ее прекрасных волос и целую со спины шею. Один раз. Второй. Целую плечико, отодвигая в сторону халатик, но меня снова херачат по лбу, коротко целуют и заставляют ждать. А я почти настроился. Вот так и делай женщинам подарки.
- Ну давай, - обреченно говорю я, ожидая своего полуголого портрета в технике, например, Ван Гога. И на нем вполне может быть откушено мое ухо. В последнее время Хайди усиленно мучила свою мастерскую, поэтому я даже боюсь представить что она сейчас притащит. Тихо дышу, стону, пытаюсь не отрубиться. И не забыть про второй подарок. Мне его вручать. Потом. Наверное. Не знаю. Я и этот хотел потом показать, но я же пьяный, у меня потом - это сейчас, сейчас - это потом. Сука, как я хочу спать!

Отредактировано Richard Adderly (07.04.2015 07:34:35)

+2

3

- Ри-и-ик, к нам кто-то пришёл… - сонно бормочу я, укрываясь с головой тёплым одеялом и сворачиваясь клубочком, словно домашняя кошка. Беспощадная трель звонка не умолкает ни на секунду, изгоняя из разума последние отголоски снов. Морфей трусливо забивается в самый дальний угол под кроватью, словно любовник, опасающийся внезапного появления супруга своей ненаглядной, а не соседки, пришедшей за солью. Кого принесло в такую рань – остаётся лишь догадываться. Чем именно я выпотрошу этого неожиданного визитёра – остаётся лишь планировать с недовольной миной на лице, спрятанной под подушкой. Выбрасываю ногу в сторону, дабы разбудить Аддерли и предоставить ему привилегию спустить наглеца с лестницы, но натыкаюсь на пустоту. Что за дьявол? Куда подевался этот несносный носитель безумного храпа? Какое из мест Манхэттена он ныне благословляет своим присутствием? Резко сажусь на кровати, лениво приоткрывая один глаз. На месте Ричарда – огромная панда, на тумбочке – коробочка с обручальными кольцами. Мальчишник! Неужели блудный муж вернулся с ночного бдения с друзьями и танцовщицами? Перевожу взгляд на часы: без трёх минут четыре утра. За окном ещё темно, и лишь огни ночного города тускло поблёскивают сквозь плотную материю гардин. Накидываю на плечи халат на случай, если это всё же не Рик ломает дверной звонок, и выхожу в коридор. За дверью слышна приглушённая ругань и громкий стук ключей о замок, в который они, видимо, никак не могут угодить. По какой-то причине это вызывает у меня улыбку, и желание убить благоверного до свадебной церемонии испаряется в мгновение ока. Сегодняшняя ночь была последней, которую мужчина провёл будучи холостяком, поэтому он мог позволить себе немного пьянства и веселья. Немного. НЕМНОГО, МАТЬ ТВОЮ! Брюнет, шатающийся в дверном проёме и судорожно хватающийся за фрамугу, никоим образом не напоминает человека, пропустившего бокал-другой за окончание праздного одиночества и начало новой жизни, скрашенной присутствием любимой женщины и ребёнка. Стойкий аромат кисловатых женских духов вкупе с запахом алкоголя образует невообразимый коктейль, едва не сбивающий меня с ног. Сдерживаюсь от того, чтобы устроить традиционную встречу ладони и лба, и ухмыляюсь.

- Смотрю, мальчишник удался на славу, - констатирую факт, пока Тейлор с пьяными воплями не вешается мне на шею, крепко прижимая к себе и целуя, дыша на меня перегаром. Невольно фыркаю, слушая признания мужчины в том, что более всего на свете он желает меня. Прямо здесь и сейчас. В чём я весьма сомневаюсь, глядя на его состояние и раскосые глаза. В ответ на прямолинейные намёки Аддерли я сонно бурчу о том, что навряд ли его разомлевший организм способен демонстрировать свою мужскую силу, и тащу на себе это пьяное и любимое тело до ближайшего кресла. Такое чувство, что по ночам Рик совершает набеги на холодильник: на мой взгляд, он слегка прибавил в весе. Глазами этого не видно, но моё плечо, ноющее от столь непосильной тяжести, вовсю горланит об этом, размахивая пипидастрами перед самым носом. Усаживаю Ричарда в кресло и сонно бреду на кухню, не обращая внимания на его вопли раненого тюленя. Всё равно далеко не убежит в таком-то состоянии. Пока кофе-машина издаёт хрюкающие звуки, подражая своему носатому хозяину, я поспешно нарезаю сыр, колбасу и помидоры для горячих бутербродов, пока хлеб подрумянивается на сковороде. Не шедевр кулинарии, конечно, но на первое время сгодится. Тем более, что позавчера Аддерли клятвенно заверял меня в том, что будет наедаться до отвала после свадебной церемонии. Наливаю кофе в любимую кружку мужчины и, водрузив на тарелку шкварчащие горячие бутерброды, плетусь в гостиную, из которой продолжают доноситься возгласы Ричарда. Тот приятно удивлён происходящему, ибо наверняка ожидал торжественного появления очередной упаковки подгузников. Но нет, сегодня такой замечательный день для нас обоих, и поэтому почётное избиение супруга (ну, почти супруга) мне кажется определённо неуместным. Тейлор тянется ко мне, держа в руках кружку с горячим кофе, и я поспешно осаживаю его полотенцем по лбу. Не хватало ещё, чтобы он обжёг объект нашей гордости, играющий главную роль в пьесе «Первая брачная ночь».

- Я тоже люблю тебя, пьянь, - с улыбкой говорю я, наблюдая за постепенно оживающим и приходящим в чувство мужчиной. – Поэтому не буду спрашивать у друзей, изменил ты или нет, и разрешу на свадьбу поползти. Главное – не забудь после этого почистить костюм щёткой для одежды. Возьми её с собой! И да, время ещё есть. Думаю, ты вполне можешь подремать часик-другой. А мне вот уже пора собираться. У невест всегда больше хлопот, чем у женихов. Ты же хочешь, чтобы твоя девочка была ещё красивее? – устраиваюсь на ручке кресла, где восседает мой носатый король, и ласково ерошу ладонью его волосы. – Жаль только, что ты настолько пьян, что не готов получить мои подарки на свадьбу…

- Я первый! – вопит Рик, вскакивая с кресла и пошатываясь на ногах. Впрочем, от моей поддержки он отказывается, и я обиженно усаживаюсь на диван, скрестив руки на груди и наблюдая за тем, как мужчина медленно расстёгивает пуговицы чёрной рубашки. О боги. Этот подарок я видела сотни раз, но всё равно не могу от него отказаться. Не удерживаюсь от того, чтобы не съязвить, но стоит Аддерли скинуть с себя рубашку, как мой рот так и остаётся приоткрытым от глубочайшего удивления. Нет. Я не верю своим глазам. Нет, Ричард не избавился от поросли курчавых волос на груди и не отрастил солидное брюшко. Мужчина плюхается рядом со мной, а я остервенело хватаю его за руку, с восхищением рассматривая татуировку-рукав. Сколько дней я подбивала на это Тейлора, подшучивая над тем, что человеку, сидевшему в тюрьме, несолидно быть без опознавательных чернильных знаков на теле, но мужчина яростно протестовал против богохульства и порчи столь идеального тела. А сейчас… Я осторожно прикасаюсь губами к покрасневшей коже на руке и прижимаюсь к груди мужчины. Чудо носатое. Моё и только моё!

- Неужели ты всё-таки решился на это, любитель виски и стриптизёрш? – со смешком произношу я. – Она прекрасна!!! У твоих друзей определённо замечательный вкус! Напомни, чтобы сегодня я пожертвовала им по дополнительному куску свадебного торта. Если ты не такой жадный, то они даже могут снять с меня подвязку… Шучу-шучу! – миролюбиво поднимаю руки я, заметив недовольный взгляд Рика. – Но татуировка бесподобна, Чудовище! Правда, Сальвадор Дали на ней чертовски напоминает тебя. Признайся, это твоя инициатива, чёртов Нарцисс?! – тихо хихикаю, уткнувшись лицом в белую майку и слушая недовольное бурчание Аддерли. И вправду, сюрприз удался! И пусть это такая мелочь, из-за которой любая другая девушка закатила бы немыслимую истерику. Помня, какую сумму брюнет потратил на организацию свадьбы, я вообще бы позволила ему не дарить мне ничего… Наверное, позволила бы.

- Ты замечательный, Рик… Просто самый замечательный. И потому заслужил свадебный подарок. Теперь окончательно заслужил! – приказываю Тейлору оставаться на своём месте и, стремительно соскользнув с дивана, иду в спальню, где под кроватью ещё вчера оставила три коробки, заботливо обёрнутые в бумагу и украшенные лентой. Водрузив их друг на друга и пыхтя от неудобства, возвращаюсь к мужчине и с чувством выполненного долга ставлю их рядом с ним. Мне хочется верить, что ему понравится сюрприз. Очень хочется. И поэтому я предоставляю ему возможность распаковать первой самую большую и привлекательную коробку. А за ней – и вторую по размеру. Третью я продолжаю держать в руках, ибо на неё у меня свои планы.

- Как ты понимаешь, всё сделано своими руками… - смущённо бормочу я, когда Ричард поочерёдно выуживает из коробок огромную картину и альбом для фотографий. – Но я не знаю, что можно подарить человеку, у которого есть почти всё! Поэтому выкручиваюсь как могу. А это – даже не столько подарок для тебя, сколько для использования мной. Но я уверена, что ты не будешь возражать… - протягиваю всё ещё не оправившемуся от шока брюнету третью и последнюю коробку с кружевным бельём. – Я люблю тебя, муж! Безумно люблю… И плевать, что мы ещё не расписались, не ворчи! Сегодня я имею полное право называть тебя так.

Отредактировано Heidi Adderly (10.04.2015 01:59:58)

+1

4

- Не спать. Не спать, бля. Ричард, будь мужиком, - потирая пальцами глаза, я в мыслях перебирал список приготовленных мной в последний день работы в ресторане блюд. Ни хрена, блядь, не помню! Все, вот оно, пожалуйста, склероз! Скоро еще сдохнет младший брат и можно следом отправляться на кладбище. Я старею!!! А мне только тридцать семь! Как несправедлива жизнь! Готовься Ди - ты скоро станешь вдовой! Обидно. Черт подери, пиздец как обидно, ведь я только сделал эту проклятую татуировку и еще даже не женился! Тяжело вздыхая, я рассматривал свою руку, на которой якобы нарисован Сальвадор Дали. Вот суки, он и правда на меня похож, по крайней мере вверх ногами. А чешется как зараза! Нет, чтобы череп выбрать или крест какой - теперь я всю оставшуюся жизнь буду ходить с почти своей рожей на плече. Бля-я-я-я, убью их на хуй! Если не усну.
- Ты решила подарить мне пирамиду Хефрена? - глядя на коричневый странный треугольник, я чуть наклоняюсь вперед, упираясь локтями о колени. Ан нет, это какие-то коробочки. С бантиками. Хорошо, что не розовыми. Коробочки совершают пасадку рядом со мной, не давая совершить коварный план "все, я упал - я буду спать". Шмыгая носом, беру самую большую коробку (даже не промахнулся!) и слегка трясу ее. Ничего внутри не барахтается, но что-то определенно там есть. Нахмурив брови, тяну за хвостик бантика и лента распускается, падая на пол. Сняв крышку, кладу ее рядом с собой, но сволочь тоже валится вниз. Видимо, пережитый шок на нее сильно повлиял. Видимо, следом за крышкой свалюсь и я.
- Ни хрена себе, - присвистнув, еле-еле достаю застрявшую в коробке огромную картину, на которой (нет, там не мое откушенное ухо или я без него), та-дам, голая Ди. Особенно хорошо заметна ее голая аппетитная попа, которую при одном взгляде хочется сожрать, ни то что... ну, все меня поняли. Скинув на пол и саму коробку, я кладу на колени картину и пытаюсь внимательно ее разглядеть, хотя все в глазах плывет. Нежно провожу пальцами по контурам ее тела на холсте и особенно ласково поглаживую нарисованный зад. Ухмыляюсь. Очень пошло ухмыляюсь.
- Задница фиолетовая, так понимаю, от того, что я ее хорошенько отшлепал, - облизнув верхнюю губу, перевожу взгляд на будущуюю жену и улыбаюсь, перекладывая на столик картину. - Великолепная работа. Теперь я действительно признаю, что толк в твоей учебе есть. Но вот эта задница, - потянув за руку О'Нил к себе, я поворачиваю ее и, шлепнув по заднице, усаживаю к себе на колени, - на столько обворожительна, что даже Да Винчи не смог бы отразить всю ее красоту.
Крепко обвивая Хайди обеими руками, целую ее в шею и слегка прикусываю мочку уха, глубоко вдыхая воздух и ее неповторимый запах. Господи, эта женщина прекрасна и невероятно сексуальна даже заспанная и в халате. Запустив руку в ее волосы, привлекаю ее к себе и нагло целую, другой рукой обнимая так крепко, что ее ребра буквально трещат и у нее нет ни единого шанса вырваться.
- Ты знаешь, что ты самая неповторимая женщина на свете? - с улыбкой глядя на нее, я тянусь за следующей коробкой и искоса поглядываю на ту коробку, что у нее в руках - она особенно меня волнует. Зная Хайди, более, чем уверен, что там нечто особенно ошеломляющее. - И ко всему еще главная интриганка.
Еще одна лента в сердечках и полосатая крышка летят на пол, и внутри второй коробки я нахожу альбом, который заставляет меня заржать. Блять, ну вот она правда надо мной издевается. - Цветочки? Серьезно? - получаю затрещину, но все равно ржу, еще больше умиляясь надутой мордашке своей любимой. Когда она так обижается, она чертовски похожа на маленького хомяка, о чем я ей никогда не скажу, иначе меня закопают живьем. Развязывая темно-коричневую ленту, открываю альбом, чтобы действительно сильно ее не обидеть. Пока что он пустой и, так полагаю, предназначен для того, чтобы я туда запихнул фотографии с нашего медового месяца (учитывая, как я люблю носиться с фотоаппаратом, дай боже, чтобы его хватило). - Любимая, ты у меня настоящая рукодельница. Этими цветочками, правда, все мужики меня стебать будут, но ради тебя я все вытерплю, - подергав их, в надежду что вдруг случайно отвалятся, я вновь чмокнул Хайди в щеку и вздохнул. - Честно говоря, удивлен, что ты его так мило и по-девчачьи оформила, а не приклеила фотки в стиле БДСМ, - явно развеселившаяся, но не утратившая азарта меня побить, Ди вновь замахивается на меня, но я успеваю словить ее ручку и нежно коснуться губами  тыльной стороны ладони. Моя маленькая, дикая, невероятно милая и страстная кошка. Как же сильно я ее люблю!
- Давай ее уже скорее сюда, - выслушав вступительную речь к третьему подарку, я вконец утратил терпение и в две секунды распаковал коробку под пристальным взором любимой. Она крепко прижималась ко мне, искренне пытаяясь скрыть свое волнение, на которое я искренне старался не обращать внимания (бедняжка Хайди даже не представляет, как сильно она меня заводит, когда выглядит такой неуверенной и смущенной). Буквально потеряв дар речи, я выудил двумя пальцами кружевную маску, а затем крайне сексуальное нижнее белье, в котором тут же в моих фантазиях оказалась О'Нил. Какая на хер свадьба?! Да я после такого готов забить на нее и весь день и всю ночь не выпускать жену из кровати. Благо, у меня есть в комоде наручники и даже не одни.
- По-моему, ты свадьбу решила отложить, - громко выдохнув, будто решил залпом осушить стакан водки в четверть литра, я очень пристально посмотрел на сидящую у меня на коленях женщину и мысленно провернул с ней массу всяких приятных вещей. - Красавица, у меня нет слов. Это замечательные подарки. Мне они очень нравятся, даже этот девчачий фотоальбом, но, - усмехаясь, я расправил пальцами нахмуренную складку кожи между тонких бровей девушки и провел вдоль одной из них линию, спускаясь к щеке и слегка поглаживая ее тыльной стороной, - но самый лучший подарок, какой ты мне могла подарить и подарила - это ты сама, моя любимая. И наш маленький Ри, - поцеловав ее в лоб, я прижал Ди к себе и вновь зарылся носом в ее роскошные волосы. - Когда у меня появились вы, я действительно стал человеком, у которого есть все.
Она стала такой прекрасной, по-неземному красивой, будто Венера, спустившаяся с полотна Боттичелли, что у меня перехватило дух. Я не мог налюбоваться такой естественной, светящейся изнутри красотой моей женщины, - она меня просто околдовала. И несколько мгновений я молча любовался ей, пытаясь своим все еще пьяным разумом запомнить этот миг, эту невероятную красоту, которая исходила от каждой клеточки ее кожи.
- Идем со мной, - поставив на ноги Хайди, я кое-как поднялся сам и поплелся, держа ее за руку, в нашу спальню, не забыв захватить повязку из подаренного мне (а точнее ей самой) комплекта. Усадив девушку на кровать, я повязал ей глаза и заодно приказал их закрыть. Убедившись, что она меня послушалась, я подошел к комоду, еще раз обернулся на девушку, и достал оттуда ключ с небольшой запиской, привязанной к нему на нитке. Пряча его за спиной, я сел на кровать чуть позади Хайди и развернул ее ручки ладонями вверх, куда и положил ключик.
- Можешь открыть глаза, - прошептал я на ухо Ди, снимая повязку и целуя ее за ушком. Затем с радостным лицом плюхнулся спиной на подушку и подтянул ее за голову. О'Нил, развернувшись в пол оборота ко мне, открыла записку и принялась читать, а я с удовольствием смаковал момент, улыбаясь еще шире оттого, как она выпучила глаза и прибалдевши на меня посмотрела. - Маленький Лувр для моей маленькой миссис Аддерли, - процитировал я написанное в записке. - Не забудь возглавить свою выставку моим портретом. Люблю тебя, моя дьявольская Красавица.

Отредактировано Richard Adderly (09.06.2015 16:38:17)

+1

5

[audio]http://pleer.com/tracks/442359620eC[/audio]
Преподнесение подарков всегда виделось мне неким священным ритуалом, который зародился прежде во времена кудесников-волхвов, а сейчас продолжает старую добрую традицию отмечать родных и близких по духу людей торжественным вручением небольшого, но памятного дара, что отражает истинную любовь к своему обладателю. Выбор подарков не должен быть спонтанным и сумбурным, словно последняя попытка успеть на уходящий поезд; напротив, в него следует вложить хотя бы мельчайшие крупицы своей души, флюиды которых наверняка почувствуются в грязи и смраде сгущающего краски мегаполиса. Признаюсь, ни для кого я столь тщательно не подбирала приятные и символичные дары, как в этот раз делала для Ричарда. В моём распоряжении было около двух недель – и, поверьте, нарисовать картину достаточно большого размера и своими руками сшить листы для будущего альбома с фотографиями за это время представляется практически невыполнимой миссией. Я до сих пор пребываю в состоянии крайнего удивления от того, что всё же умудрилась выполнить задуманное точно в срок,  – и теперь с улыбкой наблюдаю за тем, как мужчина с коварной ухмылкой проводит пальцами по запечатлённым на картине бёдрами, вслух размышляя о столь удачном и многозначительном подборе цветовой гаммы для них. Как говорится, кто о чём, а вшивый – о бане; кто о чём, а Аддерли – о моей умопомрачительной филейной части. Ричард притягивает меня к себе резким рывком и, крепко обвив мою талию руками, ласково прикасается губами к обнажённой шее и затем легонько прикусывает мочку уха. Он делает глубокий вдох, желая унять разгорающееся в груди пламя; чувствуя его срывающееся в бешеном ритме сердцебиение, я лишь сильнее прижимаюсь к брюнету, зажмуриваясь и фыркая, словно нежащийся в лучах утреннего солнца котёнок.

- Стараемся, - сонно бормочу в ответ на незаслуженный комплимент Аддерли, наблюдая за тем, как он с нетерпением разворачивает второй подарок и тут же начинает смеяться над обложкой альбома а-ля «Меня зовут Сара, мне пятнадцать лет, я люблю ленточки и цветочки». Обиженно отвешиваю наглецу затрещину и надуваю губы: по мне, альбом получился достаточно праздничным и милым. Носатые члены общества ни черта не смыслят в современном дизайне, ей-богу! Археолог открывает альбом и, задумчиво пролистав пустые страницы, интересуется со всей невинностью, на которую способен, отчего же я не оформила обложку в стиле БДСМ, приклеив туда замечательные коллажи из Интернета и распечатанные скриншоты home-видео. Наивный. Захихикав, я в шутку замахиваюсь рукой на Ричарда, но тот успевает перехватить её в воздухе и нежно поцеловать разгорячённую кожу, с нежностью взглянув на меня.

- Согласись, что неинтересно помещать и на обложку, и в альбом фотографии одной и той же тематики, - лукаво ухмыляюсь и, проворно скользнув кончиком языка по приоткрытым лепесткам своих губ, многозначительно кошусь в сторону спальни. – Да и вдруг Ри однажды найдёт этот альбом и получит глубокую психологическую травму? Я мать, я не могу допустить этого! И ты не должен допустить!

Аддерли, впрочем, особо не вникает в смысл последней фразы, шокировано глядя на выуженную из третьей коробки кружевную маску, а затем – и нижнее бельё. Отчего-то эта картина вызывает у меня невероятное смущение, и я поспешно прячу лицо, дабы мужчина не заметил моих заалевших маковым цветом щёк. Но тот даже не обращает внимания на внезапный проблеск совести, которой у меня априори не было, и, сдавленно выдохнув, искренне благодарит меня за столь замечательные подарки. Его пальцы нежно разглаживают образовавшуюся между бровями складку кожи, а губы осторожно прикасаются к покрытому испариной лбу. Мужчина говорит и говорит, не находя в себе сил остановиться, а я лишь слушаю, не желая прерывать столь чувственный и эмоциональный порыв, источаемый, казалось, самой душой Ричарда. Он вновь благодарит меня за сына, за то, что я простила его, за то, что осталась с ним, невзирая на причинённую разлукой боль. И сегодня, спустя несколько часов, мы поженимся – вопреки недовольству моей матери, вопреки осуждениям соседей, находивших наш союз чем-то пагубным и порочным, вопреки зависти остальной женской половины Нью-Йорка, потерявшей на поле боя очередного завидного холостяка. Наша семья станет более чем полноценной; она станет божественным союзом двух людей, которые не могут существовать друг без друга. Рик осторожно ставит меня на ноги и, прихватив кружевную маску, ведёт за руку в спальню. Отшучиваюсь, предлагая дотерпеть хотя бы до первой брачной ночи, но всё же покорно следую за мужчиной, как по обыкновению за мустангером шествует укрощённая им дочь диких прерий. Мужчина повязывает мне маску на глаза и просит прикрыть их, дабы я не увидела сюрприз раньше времени. До моих ушей доносится тихий шорох открываемого ящика комода, а затем – лёгкий хлопок, с которым он закрывается. В мою руку неожиданно ложится нечто небольшое и холодное, отчего я вздрагиваю подобно испуганной внезапным порывом ветра птице. Я заинтригована -  но всё же терпеливо жду, когда Аддерли разрешит мне открыть глаза и взглянуть на его подарок. Длинные пальцы брюнета осторожно снимают с меня маску, что я расцениваю как призыв броситься на амбразуру. Опускаю глаза вниз… на лежащий на руке ключ с прикреплённой запиской. Дрожащими пальцами переворачиваю её, дабы прочитать написанное размашистым почерком мужчины «Маленький Лувр для моей маленькой миссис Аддерли». Я не могу поверить своим глазам – и оттого, жадно хватая воздух губами, словно выброшенная на берег рыба, оборачиваюсь на мужчину, не зная, что и сказать в ответ. Тот с присущим лишь ему коварством просит озаглавить мою первую выставку своим портретом (не сомневаюсь, что обнажённым) и с наслаждением взбивает руками подушку. С моих уст срывается радостный вопль, когда я, наконец, осознаю, что получила в дар от Рика. Стремительно спрыгиваю с кровати и, сжимая в руке вожделенный ключ, начинаю исполнять нечто вроде танца жрецов перед жертвоприношением… По крайней мере, издаваемые мной крики навевают мысль именно на подобного рода ассоциации. Брюнет, удивлённо изогнув бровь, с недоверием наблюдает за мной, видимо, в голове прокручивая номера телефонов ближайших лечебниц для душевно больных, куда планирует сдать свою неадекватную жену. Мне плевать. Сейчас я готова хоть куда угодно, если Аддерли попросит меня об этом. И я сейчас говорю не только об оббитой мягким палате в психбольнице…

- Ричард! – запрыгиваю на кровать и, крепко обвив брюнета руками, изо всех сил прижимаюсь к нему, чувствуя, как по щекам струятся горячие потоки слёз счастья. – Это не просто подарок… Ты осуществил мою мечту, которой я грезила с восемнадцати лет! Ты даже не представляешь, как я удивлена, шокирована этим и, конечно же, безумно рада! Вот прям безумно-безумно! – торопливо покрываю поцелуями лицо Аддерли, не упуская ни единого миллиметра. – Ты самый лучший мужчина. Самый-самый лучший! Спасибо тебе, носатая отрада моей души! Я просто не знаю, как тебя благодарить! – в объятиях Рика я постепенно успокаиваюсь и более не напоминаю выжившего из ума фанатика. – Я даже не ожидала такого! Как я люблю тебя, ты бы только знал. Хочешь – устрою целую выставку с твоими портретами? У каждого нью-йоркца должен быть свой нос! Но чур Аддерли-младший остаётся только мне! Никто не будет любить его так, как это делаю я, ведь правда?

Брюнет заливисто хохочет, умоляя меня остановиться и не пороть забавную чепуху, побуждающую в нём желание душить меня ещё сильнее в объятиях. Я выскальзываю из его рук и сажусь под стенку, а Ричард поскорее устраивает свою голову у меня на коленях и закрывает глаза, намереваясь поспать часок-другой перед самой важной в нашей жизни церемонией. Ласково глажу мужчину по волосам, мурлыча под нос одну из колыбельных, которая усыпляет и нашего сынишку. Не проходит и нескольких минут, как в квартире раздаётся громкий и раскатистый храп. Улыбнувшись, я осторожно выскальзываю из-под головы любимого и, заведя будильник на то время, когда и Рику не помешало бы начать готовиться к бракосочетанию, выхожу из комнаты, плотно притворив за собой дверь. Пускай спит. Теперь ему придётся терпеть меня пожизненно – покажите мне человека, который не захотел бы сбежать от такого в сладостный мир грёз и сновидений. Собрав необходимые мелочи в сумку и переодевшись, выхожу из квартиры, тихо проворачивая ключ в замке. Мой список дел всё ещё весьма внушительный. Стоит поторопиться.
I give you everything I am
And everything I want to be,
I put it in your hands...

Отредактировано Heidi Adderly (21.07.2015 00:25:14)

+1

6

СВАДЬБА-СВАДЬБА! КОЛЬЦА-КОЛЬЦА!
- Да еб твою, - я подскакиваю на кровати, точнее на ее углу, где спал, и падаю. На пол. С грохотом. Больно, черт подери.
СВАДЬБА-СВАДЬБА! КОЛЬЦА-КОЛЬЦА!
"Когда я успел умереть? Исида, что происходит?"
СВАДЬБА-СВАДЬБА! КОЛЬЦА-КОЛЬЦА!
- Да что за? - продирая глаза, лежу на полу в позе охреневшего ежика и смотрю по сторонам, пытаясь понять, что за херня меня пугает пискливым воем.
СВАДЬБА-СВАДЬБА! КОЛЬЦА-КОЛЬЦА!
Мой нос, будто стрелка компаса, поворачивает голову в сторону прикроватного столика, где вертится, будто юла, мобильник, вибрируя и сверкая белым светом. "Будильник," - доходит до меня чуть погодя.
СВАДЬБА-СВАДЬБА! КОЛЬЦА-КОЛЬЦА!
Со стоном и скрипом всех костей, а так же ужасным головокружением, сажусь на задницу и дотягиваюсь до мобильного. Спасибо Осирису, что эта сенсорная херня отключается одним прикосновением пальца - я счастлив. Херня заткнулась - вокруг воцарилась тишина. Мне очень хочется лечь обратно и уснуть, но, как истинный супермэн, я протираю пальцами глаза и пытаюсь понять что происходит. Какая свадьба? Какие кольца? Кому в голову пришло поставить на будильник такую идиотскую мелодию? Ответы находятся тут же, когда мой сонный взор нашаривает парадный костюм, приготовленный заранее. "СВАДЬБА! У МЕНЯ СЕГОДНЯ СВАДЬБА! Ну твою мать..."
Тот час приходит смс от друга со словами "Ты сегодня женишься, чувак. Соболезную. Страшнее жениха мир еще не видел". Чуть позднее, когда я посмотрю на свою морду в зеркало, я соглашусь с этим заявлением без всякого сопротивления. То, что я увижу, это просто пиздец.
Но пока что я поднимаюсь на ноги, как старенький дедуля придерживаясь рукой за край кровати, и смотрю на часы. Время еще есть, а вот трезвости ноль - меня штормит. Как несчастную березку в ураган, как малюсенькую лодочку посреди бушующего океана. Бля-я-я-я... Ди меня угрохает. Приходит поздравительное смс от племянницы, которая Кэт, которая кекс, которая у меня всего одна - обещает быть красивой, радоваться за меня и причесать, если я приду лохматый. А еще захватить текилу для возвращения трезвости. Сразу видно, что родная кровь. Впрочем, тоже самое мне обещают все друзья, что споили меня на мальчишнике. Паскуды неблагодарные. Нет, чтобы отговорить - хрен там, только подливали и подливали. И как мне теперь? Они будут свежие и красивые (вранье, конечно, страшилы еще те припрутся, но себя надо пожалеть), а я? Главный мужик праздника - какой я буду? "Пиздец какой страшный ты будешь, мужик," - подсказывает мне мой внутренний голос, когда я смотрю в зеркало туалетного столика Ди. Бедная моя девочка, она такого не заслужила.
- Душ, сукин сын, ты и "Джонсонс Бейби" должны спасти меня!

Все еще пьяный, но свежий, через десять минут я стою в кухне, варю кофе и развожу указательным пальцем оставшиеся на теле капли - щекотно. Запах кофе вселяет в меня надежду на то, что я еще могу воскреснуть, а желудок орет, что ни хрена, пока я не пожру. Холодильник с ехидством показывает мне, что жрать нечего - только сэндвичи. Почти плачу. Опять приходит смс. От любимой. Переживает, встал или не встал. ВСТАЛ! А ее рядом не было, стерва. Все бабы одинаковые, им лишь бы напялить платье, а о мужчине, бедном и несчастном, никто не думает. Хоть садись и плачь! Поэтому я сажусь и ем сэндвич с ветчиной, измазываясь соусом "Цезарь". Может, он поможет мне стать королем на этой вечеринке? Хотя, по идее, спасти меня может только Геракл, ибо Мегера, которая мать жены моей будущей, наверняка попытается превратить меня в камень. Труба, в общем, жру сэндвич с горя и печатаю смс Хайди. Типа что все о'кей, не блюю, хожу на двух ногах и еду воспринимаю нормально. Чешу плечо - сука, болит. Вспоминаю о тату, взглянув на все еще покрасневшую кожу, и фейспалмлю. Скажи мне кто ты, и я скажу кто твои друзья - это история про меня. Одна из таких неадекватных друзей сегодня станет моей женой. Берегись, чувак, у тебя на теле еще куча свободного места для роли холста. Бедный я.

Кофе с коньяком привели меня в чувства. Минут спустя сорок после душа я уже стою красивый, еще маленько пьяный, и принимаю, кажется, тысячное поздравительное смс. Слава Осирису, что еще ни одного не прислала мама Ди - я б точно умер. Мужики поздравляют и со слезливыми смайлами шлют мне фото порно-актрис; знакомые женщины присылают кучу букетиков, радостных смайликов, желают мне и Ди счастья и любви, приправленные сердечками. В общем, в окне сообщений творится оргия из шлюх и романтики - аж страшно. Поправив галстук, закуриваю. Сукин сын меня бесит - как удавка, честное слово. Даже курить тяжело. Но я героически хожу с ним по квартире, протаптывая дорожки босыми ногами - привыкаю. Получается хреново. Звоню жене.
- Как идет подготовка, драгоценная? - я внимательно прислушиваюсь к звукам по ту сторону трубки, стоя на балконе и выдыхая табачный дым на оживленную улочку Манхэттена. После "привет, любимый" звучит пара матов и криков "мне больно".
- Эпиляция в зоне бикини?
- Пошел на хер.
- Глубокое сделала?
- РИЧАРД!
- Прости, я еще пьян.
- Да ты всегда идиот. Не затягивай так сильно!
- Почему? Тебе обычно нравится.
- Рик, ты знаешь, что я с тобой сделаю, когда увижу?
На несколько мгновений я задумался, сбрасывая пепел в банку из под маринованных огурцов.
- Поцелуешь? Запрыгнешь на меня, как на пальму? Изнасилуешь? Выйдешь замуж?
- УБЬЮ!
- Некрофилка. Просто некрофилка. Кому только я отдаю в священной клятве своего лучшего друга, - со вздохом произношу я, качая головой и делая затяжку. - Хотя, думаю, я и вправду буду похож на трупа. Не прогляди меня! Синюшный и развратный у алтаря буду я.
- Ты будешь самым красивым...
- Помершим от алкогольного опьянения женихом. В точку. Собирайся. И чулки не забудь. И поясок. Мне нравится. И, да, СЫНА НЕ ЗАБУДЬ! А то увлечешься своими платьями...
- Пошел ты знаешь...
- И я тебя люблю, - разоржавшись, прерываю разговор. Что сказать, жена всегда поднимает мне настроение во всех важных места. К ебеням галстук! Пойду по-настоящему красивым!

Как все-таки хорошо, что я это сделал. В смысле, снял галстук и оставил дома. С расстегнутым воротником рубашки нервничать под пристальными взглядами гораздо проще. На голове шухер, нос (сверху) весь в испаринах, губы пересохли. Кэт, пока мои друзья отвлекают публику, тайком вливает мне в рот бокал шампанского - фух, теперь хотя бы в горле не першит. Собственно, видя мое бледное лицо, она только что меня на руках не держит, от чего мне стыдно. Нет, я не боюсь жениться. Я уверен, что люблю Ди (уж запроверялся тысячу раз в своих и наших чувствах). На нервной почве я даже почти люблю ее маму, которая то и дело фыркает на моих друзей и тайком поглядывает на меня. Видать ждет, что я прямо на глазах у всех трахну какую-нибудь мулатку. Обломись, стерва, их тут нет! Есть только негритянка, работница моего ресторана, но Тэсс я слишком уважаю, чтобы тащить ее в постель. Все-таки она мать троих детей и любит своего мужа. Ладно, не в этом дело, просто на нее у меня не стоит, хотя человек хороший. Ну бывает, что тут скажешь. Все равно обломись, стерва! Я твою дочь люблю и не хрен тут придумывать инсинуации! Так хочется проорать это в микрофон, но нельзя. Не потому что неприлично, а потому что микрофон окупировал Хит и поет какие-то песни. Ебать, как мне страшно. Они все будут на меня смотреть. Как на выпускном экзамене в музыкальной школе. Осирис, Исида, за что? Где Ди? Мне нужно пощупать ее попу для моральной поддержки! Но ее нет. Кэтрин, уловившая какой-то тайный сигнал от других баб, сообщает мне, что невеста на подходе. Ну, все, теперь я точно умру. Прости меня, Ди-Ди, я тебя любил!

Отредактировано Richard Adderly (30.09.2016 22:11:08)

+1


Вы здесь » Manhattan » Флэшбэки / флэшфорварды » I've waited for you to appear... forever ‡флеш