http://co.forum4.ru/files/0016/08/ab/34515.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/95139.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/86765.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/40286.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/22742.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/96052.css

Manhattan

Объявление

Новости Манхэттена
Пост недели
Добро пожаловать!



Ролевая посвящена необыкновенному острову. Какой он, Манхэттен? Решать каждому из вас.

Рейтинг: NC-21, система: эпизодическая.

Игра в режиме реального времени.

Установлено 5 обложек.

Администрация
Рекомендуем
Активисты
Время и погода
Дамиан · Марсель · Мэл

Маргарет · Престон

На Манхэттене: декабрь 2016 года.

Температура от +4°C до +15°C.


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Manhattan » Флэшбэки / флэшфорварды » Who's Afraid of the Big Bad Wolf? ‡флэш


Who's Afraid of the Big Bad Wolf? ‡флэш

Сообщений 1 страница 30 из 36

1

https://40.media.tumblr.com/cc7307d75fd6581483764cd1830f6ae2/tumblr_nw2axmy4iQ1ubkxrro1_400.png

https://41.media.tumblr.com/9f1bdfa55f1d253f3143566fbb31e0ca/tumblr_nw2axmy4iQ1ubkxrro2_400.png

[audio]http://pleer.com/tracks/7731466RCJW[/audio]


кто:
Рокки и Энджел

где:
где-то на тёмной стороне Денвера (штат Колорадо)

когда:
январь 2015, самый разгар зимы

Кто зимой холодной бродит злой, голодный?
У страшных сказок редко бывает счастливый конец, особенно когда их заказывают люди, не привыкшие скупиться ради качественного исполнения своих желаний. Но кто прячется под маской рассказчика? Чьи острые клыки сверкают в ночи, когда все хорошие детки крепко спят в своих постелях?
И разве кто-нибудь заметит, если лицо под маской изменится?

Отредактировано Angel Heart (19.10.2015 20:01:04)

+1

2

К западу от Супериора вся дорога была сплошным ледяным катком. Старенький Седан с не поменянной резиной покрышек буксовал по ней с три четверти мили, мимо заснеженных кедров, чёрно-белых и махровых, как вязаные помпоны, на фоне тёмного силуэта гор, верхушками протыкающих сбитое суфле серебристых туч, - а потом мотор натужно захрипел, на вроде издыхающего медведя, зарычал в последний раз, машина вздрогнула и пошла кривой петлей. Руль, дрожа как живое существо, рвался из рук крупного бритого мужчины, а тот всё цеплялся за баранку, судорожно пытаясь избежать лобового столкновения с ближайшим стволом, что уже маячил прямо перед ними, залитый сиянием фар, словно долбанные врата в Рай, но в голове у Клайва Роршаха, как на зло, не было ни одной подходящей молитвы.
Скорчившись на пассажирском сидении, он переломил в пальцах сигарету, которую пытался прикурить минуту назад, табачная крошка посыпалась во все стороны, разлетаясь по трясущемуся салону. На широком выпуклом, как у гидроцефала лбу водителя, не то, болгарина, не то, венгра, блестели крупные бусины пота. Даже в эту секунду Клайв испытал отвращение, когда его вытаращенные от ужаса глаза наткнулись на эту безобразную рожу, в духе Бориса Карлоффа, но это отвлекло его, иначе он сто пудово обделался бы, когда Седан бортом въехал в дерево. Водопад стеклянных осколков брызнул в салон, вперемешку со снегом, рухнувшим целым сугробом с кроны широколапого великана в момент столкновения. Машина дрогнула, охнула и стала намертво.
- Блядь, Витус, ёбанный ты гондон, какого хуя ты творишь? Ты что, бля, совсем опиздоумел?
С зажмуренными глазами, Клайв провёл ладонями по мокрому лицу, аккуратно сгребая с влажной кожи мелкие стекляшки, он всегда ужасно трясся над своими глазами, и не хотел теперь, по неосторожности, лишиться одного из них. В голове гудело, этот хрен моржовый здорово придумал подставить его под удар: если бы ветки росли чуть пониже, Клайву запросто могло проткнуть шею каким-нибудь кривым сучком, он видел такое в фильмах, и даже думал использовать в деле, но не довелось пока. Это была бы отличная сценка, - взять тупую смазливую пизду и нанизать её на куст. Правда, не так легко в исполнении: чтобы вогнать в человеческое тело деревяшку требуется порядком мускульной силы. В их тандеме руками всегда работал Витус, но в последний месяц Клайв от напарника подустал, слишком уж часто тот стал лажать, а теперь ещё вот это.
- Это каким надо быть ебланом, чтобы взять этот уёбищный кусок дерьма в такую погоду?
Витус - Клайв не был уверен, что это его настоящее имя, но ведь он и сам "на работе" звал себя по-другому, мистером Шалопаем, а не Роршахом К. С., как на карточке водительских прав, выданных три года назад полицейским управлением города Миннеаполиса - так вот, тупомордая горилла, вылезшая откуда-то из самой жопы Восточной Европы, объявилась в городе не так давно. Изначально он работал с другим парнем, но как-то так получилось, что, в один день, дорожки их пересеклись по одной и той же причине - оба лишились напарников. Рассудив, что некоторый опыт в деле лишним не будет, и оценив, за одно, физический потенциал венгро-болгарина, Клайв решил, что это будет отличная сделка. Но, видит бог, и он не всегда оказывался счастливым пророком.
До поры до времени, у него не было причин жаловаться. Витус оказался парнем покладистым и исполнительным, особой фантазией не блистал, но дело своё любил и выполнял все поручения исправно, не пытался выёбываться, не лез в то, на что у него просто не хватало мозгов. Одним словом, знал своё место, и Клайву это нравилось. Но последним заказом он крупно прокололся. Дал слабину, разнюнился, а им это никак. Нужно было решать что-то, но не сейчас. Теперь главное - выбраться из этого волчьего угла, пока мимо не проехал кто-нибудь, кто мог бы заинтересоваться происшествием. Лишние свидетели - лишняя морока.
Поморщившись от боли, Клайв потянулся к борсетке, валявшейся на заднем сидении. От резкого движения перед глазами поплыли тёмные круги, словно кто-то прожёг киноплёнку, как раз в этом кадре. Слегка, но неприятно мутило. Клайву показалось, что плечо он вывихнул, когда его швырнуло об дверцу, и поставил это в счёт напарнику, как и многое другое.
Достав сотовый, в отличие от него совсем не пострадавший, он, первым долгом, посмотрел на время. Двадцать сорок три. Сигнала не было, спутник сюда не добивал, ну конечно. Они, должно быть, где-то неподалёку от озера Маршалл. Витус продолжал возиться с зажиганием, безуспешно пытаясь реанимировать монстра, но Седан только фырчал, кряхтел и снова глох, а вот звуки из багажника раздавались куда более живые, чем Клайву хотелось бы. Он неприязненно глянул на напарника.
- Ну какого хера ты добиваешься теперь, а? Телефон умер. Слышишь, Витус? Даже телефон мертв. Только эта ебучая тварь никак не желает сдохнуть!
Он возвысил голос и, превозмогая боль, яростно, сцепив зубы, забарабанил кулаком по низкой металлической крыше, но звук тонул в мягкой обшивке, бесплодно и бесполезно. В багажнике заворочалось, заскреблось, словно стайка беспокойных крыс пыталась прогрызть себе путь на склад продуктов. Потом затихло. Клайв сунул руку за пазуху, нашарил в потайном кармане куртки рукоять беретты и зашипел, будто ошпарившись:
- Накормить бы эту суку свинцом и валить отсюда на хер. Что мы будем делать теперь, а, умник? Ты об этом подумал? Похуярим по дороге втроём, как одна большая счастливая семейка?
Свет чужих фар ударил им в окна, с той стороны, где они не были разбиты, и Клайв прищурился, закрывая глаза ладонью, чтобы рассмотреть новую опасность. Это была большая понтовая ретро-тачка ярко-красного цвета. Несколько мгновений он ещё надеялся, что кадди проедет мимо, но машина начала тормозить, прямо рядом с ними. Глухо ругнувшись, Клайв быстро вытащил пистолет и засунул его за пояс так, чтобы легко можно было выдернуть при случае. Пальцы его успели стать ледяными и с трудом гнулись, - первый шок проходил, морозный зимний воздух, наполнивший салон сквозь пустые проёмы окон, щипал за нос и за кончики ушей, дыхание вырывалось изо рта призрачными клубами пара.
- Эй, парни! Вам помощь не нужна?
Какой-то пацан, высунувшийся в приоткрытую заднюю дверцу Каддилака, приветливо замахал потерпевшим крушение затянутой в толстую перчатку рукой. Добродушный энтузиазм незнакомца не вызвал у Клайва ничего, кроме глухого раздражения. Почему, блять, ему так не прёт сегодня? Это что, пятница, мать её, тринадцатое? Он искоса поглядел на Витуса, и с ужасом заметил, что горилла раззявила своё блядский рот, и явно собирается что-то сказать. Клайв едва успел остановить напарника, с силой опустив свою ногу в тяжёлом зимнем ботинке на стопу славянина.
- Нет, у нас полный порядок. Ждём неотложку. Езжайте дальше, ребята, - со всем возможным благодушием улыбнулся Клайв
- Ну, - проклятый пацан никак не желал успокоиться. - Тогда, может быть, вы поможете нам? Мы вроде как немного заблудились... Хотели дорогу срезать, но кажется, повернули не там. Как нам к Денверу проехать, не знаете?
Взгляд у парня был нехороший, слишком уж цепкий и взрослый, хотя само лицо гладкое, смазливое, почти девичье. Клайв таких не переваривал, педики сраные. В любую другую ночь, он задержался бы, чтобы немного пошалить. Внепланово, так сказать. Но теперь было не до развлечений, да и из-за руля Каддилака на него недобро пялился довольно крупный мужик. стоит ли лишний раз нарываться ради такой фигни? Коротко раздражённо кашлянув, Клайв дёрнул плечом и со значением поглядел на Витуса - сиди, мол, не отсвечивай.
- Сейчас, я вам на карте покажу. У вас атлас есть же?
Отстегнув наконец ремень безопасности, он развернулся так, чтобы выкарабкаться наружу через зад машины, но дотошный пацан опередил его. Он уже вылез на дорогу и теперь шёл по направлению к разбитому Седану. В тусклом электрическом свете его волосы, выбившиеся из-под плотно надвинутой вязанной шапки, были длинными и красно-бурыми. Подходя всё ближе, он улыбался, так широко и приветливо, словно встретил любимую бабушку.
- Да вы не беспокойтесь, я...
И тут, в багажнике заколотилось опять. Хорошо так загрохотало, словно полковой оркестр грянул марш или кто-то проехался на самосвале по груде строительного мусора. Пацан остановился, его взгляд был пронзительным. Казалось, он даже не моргал, и это было страшно, у Клайва, на какую-то долю секунды, сердце ухнуло так, будто он увидел въяве одну из своих фантазий, воплощённую в реальность, сон наяву: бледная, почти светящаяся кожа, кончики длинных волос развеваются на пронизывающем ветру, который жутко визжит в щелях автомобильного скелета, глаза бездонные, чёрные.
Заглядевшись, он пропустил момент, когда что-то глухо толкнулось в последний раз и резко спружинило. Теперь пацан смотрел не на него, а немного в сторону. Багажник, мелькнуло в голове, и Клайв заторопился, бешено дёргая заевшую ручку.
- Рокс, ты только глянь, что тут у них! - обернувшись через плечо к своей машине позвал рыжий. - Баба без лица, офигеть можно.
И это была чистая правда. Клайв самолично содрал кожу с хорошенькой мордашки длинноногой соски. Он сделал с ней ещё много чего любопытного, пока не пресытился игрой и не устал. И, после всего этого, она продолжала бороться за свою бесполезную, никому не нужную жизнь! Кто мог знать, что эта триклятая сучка окажется такой крепкой? Вот уж никогда не угадаешь. Её любовник - не последний человек в Денвере - приказал убрать её как-нибудь красиво и стильно. Должно быть, она его здорово достала. Занимаясь художественной резьбой по телу, Клайв не особенно задумывался над тем, что это будет означать. Возможно, "Призрак Оперы" или он сделает из неё русалку. Ну а теперь, всё накрылось, и придётся поскорей заметать следы, грубо и бездарно. Он это ненавидел.
Распахивая дверцу, Клайв уже держал беретту в руке. Он уже чувствовал солёные капельки крови, которые вот-вот должны были брызнуть ему на лицо, видел перед собой перекошенное и недоверчивое лицо мальчишки, как раз перед тем, как тот навсегда закроет свои жуткие глаза.
- Не надо было тебе соваться не в своё дело, сучёныш.
Но тут... что-то пошло не так.

+4

3

В комнате мотеля было прохладно, поэтому Рокки всё крепче прижимал к себе Энджела, словно боялся, что его украдут или рыжий замёрзнет этой холодной ночью. Жуткая выдалась зима: холодная, жгучая, голодная и злая. Иногда, сидя в каком-нибудь кафе, Рокки прислушивался к тому, как завывает ветер на улице, и пропадало всё – и любимый рыжик, сосредоточено что-то ищущий в планшете, и толстая официантка, которая два раза разлила кофе, который заказал Мун, за что получила нелестное прозвище «неуклюжая корова». Они часто оставались надолго в таких местах – по несколько часов греясь в кафешках, находящихся где-то посередине зимы: потерянные дороги вели в никуда, мёртвые леса сужали своё кольцо вокруг них, и Рокки задыхался от чувства, которому не мог дать названия. Ему казалось, что мир вокруг так хрупок и одновременно так силён, что сначала раздавит их, а потом присыплет осколками, чтобы уж точно наверняка. И Рокки будто задыхался в этом ледяном царстве, хотя всегда любил зиму, она была ему настоящим другом. Даже сейчас, обнимая ночами тёплое сонное тело рыжего, Мун спал мало и плохо, стараясь прижать любовника ближе, врасти в его тело, чтобы их никто не смог разлучить. Что-то грызло его изнутри, какое-то смутное беспокойство не давало покоя, однажды он даже сказал Ангелу:
- Мне кажется, что я вижу мертвецов. Они стоят по краям дороги, руки их безвольно висят вдоль тел, головы опущены, но я вижу – их лица изуродованы, на них живого места нет, – глаза Муна подёрнулись пеленой, словно внутри него кто-то выключил свет.
Энджел посмотрел на него обеспокоенно, но Рокс сделал знак рукой, что не хочет продолжать эту тему, пора заканчивать с философией. Даже если сама смерть встретит его однажды белозубой улыбкой, Рокки не позволит ей приблизиться: ни к нему, ни к Ангелу, сердце которого спокойно и мягко билось под ладонью Муна по ночам.
В комнате было прохладно, Рокки не мог уснуть, поэтому выбрался из объятий любимого, стараясь его не разбудить, накинул рубашку и подошёл к окну, разрисованному холодом. Пошарил по подоконнику, схватил пачку сигарет и закурил, ощущая, как от холода зуб на зуб не попадает. Это было дешёвый мотельчик, в котором даже кондиционер нормально не работал, и Рокки беспокоился, что Ангел может заболеть. Курил он долго, слушая тихое дыхание Ангела, глядя на то, как постепенно рассвет побеждает мрак, как в слабых лучах утреннего солнца вырисовываются припрошенные снегом деревья на другой стороне дороги. У Муна отлегло от сердца: он был уверен, что этой ночью что-то должно случиться, хотя толком не мог объяснить причину своих кошмаров наяву.
- Рокс? Всё в порядке? – сонный голос рыжика вернул Муна в это утро, он обернулся и кровожадно улыбнулся, медленно и коварно подбираясь к кровати.
Целуя своего ангела, Рокки чувствовал, как страхи, рождённые этой ночью, понемногу успокаиваются, как отлегает у него от сердца. «В конце концов, это просто бред», - решил он, пробираясь прохладными пальцами под резинку пижамных штанов, одетых на Энджи, чтобы приласкать его – по-утреннему возбуждённого и привычно сладко стонущего.

Этим же вечером они ехали в сторону Денвера, и Рокки мрачно смотрел вперёд – дорога петляла, заснеженная и молчаливая, сквозь густой лес, который, казалось, сужался, грозя сжать Миртл в своих тесных объятиях. Печка работала надрывно, словно на последнем издыхании, и Мун то  и дело ударял по ней ладонью, будто это что-то могло изменить. Что ждало их в Денвере? Рокки не знал, но это его не особенно интересовало, ведь последнее время его жизнь вертелась вокруг рыжего – куда шёл Ангел, туда же следовал Рокки. Даже убийства не так радовали Муна, как лёгкая безуминка в глазах любовника, который, казалось, всегда знал, что они будут делать – и завтра, и послезавтра, и через год… Рокки был рад, что его спутник настолько уверен во времени, которое у них было, что спокойно мог строить планы. Сам Рокс предпочитал жить сегодняшним днём, догадываясь, что завтра может и не быть.
Мун первым заметил машину, попавшую в аварию, но ему хотелось проехать мимо, потому что… он словно почувствовал что-то, словно снова увидел мертвецов с пустыми глазами. Однако Ангел недвусмысленно дал понять, что нужно притормозить и посмотреть, что там, ведь в машине могло быть и что-то полезное.
- Только не лезь на рожон, – негромко проговорил он, доставая из бардачка пистолет с полным магазином, считая, что ближний бой в такой ситуации будет не лучшим выходом.
- Рокс, ты только глянь, что тут у них! - обернувшись через плечо к своей, машине позвал рыжик. - Баба без лица, офигеть можно.
Рокс только этого и ждал. Он выбрался из машины – лениво и устало, словно бояться ему было абсолютно нечего. Выдохнул в воздух струйку дыма, кинул в снег недокуренную сигарету и только после этого пристально глянул  на их новых «клиентов» - они не оставят их в живых, это было уже решено. Рокки вскинул руку, в которой был зажат пистолет, раздалось два достаточно громких хлопка – одна пуля попала в грудь Клайва, вторая в лоб, оставив аккуратную дырку. Что-то подсказывало Рокки, что медлить им обоим нельзя.
- Не стоит медлить, я замёрз и устал, и хочу жрать, играть с новыми игрушками будем в следующий раз, – как маленькому объяснил он рыжему, подходя ещё ближе. - В машине ещё один, надо убрать его… пока он ен убрал нас, – криво улыбнулся Мун. - Сделаешь это? – он протянул пистолет рыжику.

+3

4

В Техас суровая долгая зима, с пронизывающими ледяными ветрами, с трескучими морозами заглядывала так редко, что Энджелу, за всю его жизнь, всего дважды довелось видеть настоящее Белое Рождество. Впервые это случилось в далёком детстве, ему едва исполнилось пять, и Энджи навсегда сохранил то чувство восторженного удивления, которое буквально ошеломило его когда, в середине декабря, он вышел на длинный общий балкон, опоясывавший весь второй этаж мотеля на Вако-стрит, и увидел тонкий белый ковёр на земле, хрустящую колючую карамель на ветках деревьев и хрустальную траву, зелёную, под тонким слоем льда, тяжело клонившуюся к промёрзшей окаменелой земле, издавая чуть слышный звон под резкими ударами ветра. Было ужасно холодно – это он запомнил тоже. И то, как все праздники стучал зубами, кутаясь сразу в три тонких мотельных одеяла, пока мать со своим тогдашним хахелем заливались дешёвым пивом и палёным бурбоном, чтобы не закоченеть насмерть. Кондиционер в их номере не работал (как, наверное, и во всех остальных комнатах), а стены были тонкими словно листы картона, - в жарком субтропическом климате штата хозяева не считали нужным разоряться на прочные кирпичные постройки. Сойдёт и так.
В другой раз они уже жили в добротном доме Ричардса, и отчим не скупился на отопление. Тот год был, пожалуй, самым счастливым до встречи с Рокки. Их маленькое семейство проживало свои золотые деньки: Эмили не успела остыть к новому супругу, ещё не начала тихо и яростно ненавидеть его за смиренную доброту сдержанного стойкого характера, а между Мэтти и Энджелом ещё царила братская близость и привязанность. Им не нужно было больше скитаться, меняя одну безликую неуютную комнату на в точности такую же, только с другими картинками на стенах, в другой части городка. У мальчиков, впервые, были именно те подарки, о которых они мечтали, и так же, непривычно, они сидели со взрослыми за праздничным столом. В последствии Энджелу казалось, что всё это приснилось ему, годы под игом Сэма стёрли и погребли под собой прошедшую радость, однако, во сне или наяву, но он запомнил разноцветные блики гирлянд, отражавшиеся от небольших сугробов, которые ему казались настоящими горами, и игру в снежки, и снежных ангелов, что Мэтью рисовал у них под окнами, не то, в шутку, не то, всерьёз. В любом случае, Рождество Энджел так и не полюбил. Как и холод.
Его тело корчилось, потея под слоями плотной одежды, нанизанными друг на друга, как лепестки артишока, но он всё равно не ощущал тепла. Это была первая зима Энджела, которую он встречал не дома, если не считать прошедшего февраля. Но тогда они сразу поехали к югу, и следовали вдоль побережья, избегая забираться в самое сердце страны, туда, где смена сезонов была более резкой, а ртуть в термометре опускалась так же низко, как и взлетала вверх по шкале в середине июля. На этот раз, он ощутил ледяное дыхание зимы на своих щеках уже в октябре. Они ненадолго обосновались в Мэне – они никогда и нигде не задерживались надолго, но когда лужи во дворе очередного мотеля начали покрываться по утрам корочкой льда, таявшей лишь к полудню, Энджи упросил Рокки поехать к океану. Туда, где солнце не остыло, и где тёплый прибой всё так же ласково и преданно лизал пятки, ступавшие по золотистому песку.
Сезон выдался на редкость суровым, и в ноябре, даже вечно голубое небо над Лос-Анджелесом потемнело, а пляж стал серым и неуютным. К тому же, они, по беспечности, вляпались в неприятности, и им пришлось покинуть штат так же внезапно и скоро, как они явились, оставляя за спиной несколько разбитых сердец. Некоторые из них – в самом прямом смысле. Их кровавые забавы не приедались любовникам, напротив, чужая кровь грела руки в это холодное и неуютное время. Жаль, что они не могли так же получать за это деньги. Энджел обдумывал возможные варианты применения их особых талантов, но ни нашёл ни одного удовлетворительного решения: для какой-нибудь банды или мафиозного клана они были слишком дикими и непредсказуемыми, да и не любили сидеть на одном месте или слушаться чужих приказов. Для наёмных киллеров – не хватало профессионализма и холодной беспристрастности мизерикорда, наносящего жертве точный и фатальный удар. Им не нужно было несметных богатств, хватало того, что хранилось в салоне Миртл, но они должны были есть и заправлять машину, и, время от времени, где-то ночевать, чтобы дать роздых усталым спинам и задницам, промявшим все сидения Кадиллака. Именно попытки раздобыть деньги становились для них самыми рисковыми и опасными предприятиями. Забавное дело, но за свою собственность люди радеют куда больше, чем за чужие жизни.
С негласного одобрения Рокки, маршрут выбирал Энджел. Очень скоро это перестало удивлять его и вошло в привычку. Теперь их день часто начинался с того, что он развёртывал у себя на коленях карту и вёл по ней пальцем, от одного крохотного населённого пункта до другого, минуя большие города. Всё дальше и дальше на север, в самое сердце зимы, приветливо распахнувшей двоим убийцам свои объятья, только чтобы медленно и неумолимо сжать их, оставляя на коже синие следы морозных ожогов. Энджи дрожал и стучал зубами, тщетно пытаясь скрыть, насколько стужа сурова к нему, уроженцу юга. Рокки понемногу уходил в себя. Его озабоченный вид начинал пугать Энджела, теперь частенько просыпавшегося ночами, чтобы успокоить мечущегося в сетях кошмара любовника. Рокс смотрел хмуро и отчуждённо. Порой слова его смущали Энджи, неясные и полные скрытого предостережения, как будто Рокки пытался донести до него, что этот холод не погодное явление, это приближение смерти.
Но Энджел не верил в смерть. Только не в свою собственную. В свои семнадцать, здоровый и полный сил, он так далеко отстоял от могилы, что она казалась ему каким-то сказочным чудовищем, бессмысленным и нелепым. Неуклюжей тварью, которой не поспеть за ним, которую он укротил и посадил на цепь. Ему не снились глаза покойников, их последний застывший оскал, почерневшие от огня черепа, вспоротые животы, лёгкий парок, поднимающийся морозным утром от ещё тёплой кучки дерьма и внутренностей. Он смотрел на всё это как на картины, которые они с Рокки создавали вместе, иногда удачно, иногда – не очень. Иногда медленно, тщательно продуманно, смакуя каждую деталь, иногда – на скорую руку, небрежно.
Как сегодня.
- Ты погляди, что это за бабища, Рокс. Не каждый день такое встретишь – ободранная девка в багажнике разбитой колымаги. Прям заголовок для первой полосы.
Энджел взял протянутый ствол и сквозь ткань перчатки ощутил, какой он горячий. Обхватив пальцами рукоять, он толкнул ногой мешавшее ему тело незадачливого гида, быстро глянул на запрокинутое к небу лицо: густая струя крови, сочившейся из раны во лбу, заливала стремительно сереющую кожу, распахнутые глаза уже скрылись под слоем алой жижи, и две толстые полоски скатились ко рту по бороздам первых неглубоких морщин. На вид мужику было лет тридцать пять, или около того. Но рассуждать об этом было некогда, здоровяк на переднем сидении всё ещё сражался с заклинившей дверью, но Энджел не сомневался, что такой детина запросто может вырвать её с мясом, при желании.
Дожидаться, пока это произойдёт, чтобы проверить свою теорию, Энджи не стал. Он заскочил в салон, приставил дуло магнума к затылку шофёра и нажал курок. Всё это заняло чуть меньше минуты, но здоровяк успел сообразить что к чему, он начал оборачиваться, и Энджелу, не какую-то долю мгновения, показалось, что тот успеет протянуть руку и выбить оружие из его руки. А в следующий миг мозги гидроцефала уже украшали собой треснувшее ветровое стекло. Огромная голова свалилась прямиком на руль, прижимая собой клаксон, как в каком-нибудь фильме, Энджелу пришлось наклониться вперёд, между спинок кресел, чтобы столкнуть труп в сторону и прекратить этот истошный вопль. Повернув голову, он заметил на пассажирском сидении небрежно брошенный сотовый и, действуя почти машинально, сгрёб его, выпрямляясь. Выскочив наружу, он показал находку Рокки, взмахнув ею в воздухе.
- Как думаешь, они действительно вызвали аварийку? Что-то я сомневаюсь, - он глянул на плоский экран смартфона. – Сигнала нет. А врать нехорошо, мистер, - Энджел коротко пнул валявшийся у его ног труп, и тело чуть сдвинулось, оставляя за собой кровавый след на белом снегу. – Надо тут прибраться, - констатировал он, скептически обозрев беспорядок, и сунул телефон в карман куртки.

+2

5

Со временем смерть начинала восприниматься как нечто само собой разумеющееся, будто так и должно быть: чем боль Рокки убивал, тем спокойнее он становился. Ничто его больше не удивляло, ничто не пугало, мир вокруг постепенно темнел, оставляя лишь слабый круг света, который шёл от медного огня волос Ангела. Этого света ему никогда не было много, им Рокки наполнял себя, когда темнота внутри начинала сжигать его тело, пробираясь сочными тёмными каплями наружу, скатываясь невидимо по щекам. Это мог бы быть дождь, но ведь всегда есть подвох, не так ли? Рокки знал, что это – не капли дождя, он был уверен в этом более чем. Ему нужно было встряхнуться, скинуть оковы безумия, которые лишали его возможности двигаться. Поэтому Рокки, настолько привыкший к тому, что Ангел всегда устраняет мусор, спокойно ждёт выстрела… и спокойно кивает, как только слышит его. Так и должно быть, это естественный ход вещей, он бы больше удивился, если бы Энджел оставил мужика в живых. Главное, что теперь снова тихо, и напряжение, которое порядком сковало его, потихоньку начала отступать. Он без особого интереса глянул на девушку и особо не удивился – они с Ангелом порой шутили куда жёстче, но больше его заинтересовало: кто мог такое сотворить с девчонкой? Это, видимо, были не просто застрявшие в машине путники, и эта мысль заставила Рокса выйти из состояния коматоза, в котором он пребывал всё это время. Мун глянул на экран мобильного телефона, понимая, что Эндж прав – связи не было, никакую аварийку вызвать было нельзя.
- Вот псы бздливые, – выплюнул он, прослеживая путь исчезновения мобильника. - Хорошо, что мы их хлопнули, Энджи. Я сейчас обыщу машину, а ты достань из багажника канистру с бензином, нам надо убраться, не оставляя следов.
Устроить пепелище – это всегда пожалуйста, Рокки испытывал особую страсть к огню. Этого, конечно, он не признавал во всеуслышание, не страдал пироманией, но при случае старался утилизировать мусор посредством сжигания. Сейчас Рокки собирался хорошенько попировать, хотя понимал, что это привлечёт внимание, но вряд ли огонь пойдёт дальше – всё вокруг оледенело, пожар потухнет быстро.
- Раз, два, три, четыре, пять - я иду тебя искать. Как найду тебя - беги: вырву печень и кишки, – замурлыкал Рокки, принимаясь за обыск, будто ища что-то, за что можно будет зацепиться. – Шесть, семь, восемь, девять – закрывай покрепче двери, если я войду опять – то беде не миновать, – его лицо озарила поистине зверская улыбка, когда он всё-таки нащупал сумку, в котором нащупал ноутбук и простой бумажный ежедневник. – Бинго, рыженький, я нашёл то, что развлечёт нас этим вечером… что-то, кроме нас самих, конечно, – Мун вынырнул на улицу, вдыхая свежий морозный воздух, от которого всё внутри сводило странной нестерпимой болью. – Раз, два, три, четыре, пять – я сожгу тебя сейчас, ты беги иль не беги – будут только красные огни, – он передал Ангелу сумку и забрал из его рук канистру, в которой ещё оставался бензин. Рокки слышал, что девица-в-багажнике ещё живая, пусть и наверняка съехавшая с катушек, но дарить ей лёгкую смерть не собирался.
В любом случае, на улице было чертовски холодно, а у Рокса снова начинало портиться настроение, а значит, им снова пора в путь. Рокки вздохнул, бросая взгляд за спину Ангела, дрожь проскользнула по его телу, когда ему показалось, что среди деревьев скользнула тень, хотя это всего лишь иллюзия – всё-таки было уже достаточно темно.
- Сейчас я подожгу, и отправимся дальше, а ты сможешь порыться в найденном оборудовании… – Мун сунул в зубы сигарету, но пока не стал её поджигать.
Рокки открутил крышку у канистры и с удовольствием вдохнул резковатый запах бензина, от которого чуть потемнело в глазах. Он неторопливо обрызгал машину, а на бабёнку вылил остатки, бережно закрыл канистру и отнёс её в кадиллак. После этого Рокс вернулся и вынул из кармана спички, которыми пользовался последнее время, зажёг сигарету и… и кинул горящую спичку на политую бензином машину, не собираясь, однако, наблюдать за тем, как огонь торопливо подхватывается.
Миртл тяжело дёрнулась, когда в неё уселся Рокс, дымящий сигаретой, не вынимая её изо рта, выпуская дым из ноздрей.
- Поехали, пока тут не жахнуло, – он глянул на рыжика, подумал и включил печку, которую выключал незадолго до их остановки. - Следующая остановка – какой-нибудь ебучий мотель по дороге к Денверу.
Миртл послушно рванулась вперёд, и Рокки представил, что сзади - огненный дракон, который вот-вот настигнет их. Одно хорошо - мертвецов, стоящих вдоль дороги, он сожжёт за компанию с ними. Рокки докурил сигарету, но не стал выбрасывать окурок в окно, а вдавил его в и без того переполненную пепельницу.

Отредактировано Rocky Moon (29.10.2015 20:26:05)

+2

6

Фанатичное пристрастие любовника к огню казалось Энджи чем-то естественным, само собой разумеющимся. Когда красный петух взмывал к тёмным небесам, когда его пламенеющие крылья, рассыпая по сторонам снопы искр, отражались в бездонной черноте зрачков, по губам Рокки расплывалась неповторима ухмылка, сочетавшая в себе самодовольство и сладострастие, и лёгкий привкус старого затаённого страха, будто запах можжевеловых почек в джине, а ещё - поверх всего и всего превыше - неизъяснимый детский восторг. И сам Энджел не мог отвести взгляда от лица своего спутника, понимая, что безо всяких колебаний спалил бы весь мир, если это могло принести радость его возлюбленному.
Но они предпочитали отщипывать от угощения по кусочку, там и тут, врезаясь словно червь в подгнившую плоть, в гнусную изнанку мира, в его сладкое и порочное податливое чрево, уходя дальше и глубже, оставляя за собой чёрный выжженный след, чернильную полосу, и зарево полыхающего пламени на горизонте (красота ядерного взрыва, необъяснимая для тех, кто способен видеть только светлую сторону солнца). В фанерных ящиках облезлых тумб в номерах придорожных мотелей Энджи подбирал тонкие книжечки спичек с картинками и надписями на лицевой глянцевой стороне: Техас, Алабама, Мэн - он раскладывал их на карте, собирая ему одному понятный маджонг с предсказуемым, но никогда не банальным исходом. На каждом куске картона аккуратным округлым почерком было выведено число - шесть цифр, разделённых точками через равные интервалы - дата. В каждой не хватало от одной до нескольких спичек. Если кто-нибудь сумел бы верно подобрать ключ, кодовое слово к шифру, то эти сувениры многое могли рассказать ему, но они не помогли бы увидеть и услышать, почувствовать так, как их видел, слышал и ощущал Энджел, едва прикрыв глаза: всполохи костра, плавные переливы освобождённой стихии, сочный и жирный звук лопающейся от жара плоти, густой смрад горелого мяса, чёрную густую пыль сгоревших костей, сажей оседающую на коже.
- Следы всегда остаются.
Тихо хмыкнул Энджел себе под нос, когда Рокки уже отошёл к дверце машины, чтобы проверить её содержимое, как под Рождество мальчишки обшаривают дом, чтобы заранее отыскать приготовленные для них подарки, но в голосе его не было ни брюзгливости, ни назидательности, - обычная вредность, иногда находившая на него словно туча мошкары, что обрушивается на ни в чём не повинных млекопитающих где-то в тропических джунглях. Не думая даже пререкаться, Энджи заглянул в багажник, предчувствуя заранее блаженное тепло, которое вот-вот согреет их, где-то в кончиках пальцев, заледеневших, не смотря на толстые перчатки. Ему, внезапно, пришло в голову, что любовь отжигать особенно сильно овладевает Рокки в более северных широтах.
- Ох, отвянь.
Эти слова, произнесённые раздражённым голосом, относились уже к безликой девице, почти целиком занимавшей вместительный багажник. Щуплая и костлявая, он с лихвой компенсировала недостаток жировой прослойки значительным ростом. Энджелу не удалось вытащить канистру не задев при этом пассажирку разбитого авто, и та вздрогнула, приподнимаясь на месте, чуткая и пугливая, как лань на скоростном шоссе. Руки её были заведены назад и туго стянуты за спиной крепким шнуром, безжалостно впившемся в тонкие изящные запястья. Удивительно было, как ей вообще удалось распахнуть крышку своего металлического гроба, но, как видно, все оставшиеся у неё силы ушли на это, а теперь она просто лежала на выстеленном грубым волокном дне, и грудь её, под тонкой блузой, обильно пропитанной кровью, часто и тяжело вздымалась, как у загнанного животного. Если она и ощущала холод, кольцом сжимавшийся вокруг них, то едва ли могла пожаловаться на это неудобство - наклонившись к освежеванному лицу, Энджи не разглядел в глубокой впадине безгубого рта розоватой мускулы языка. И связок, кстати, тоже, хотя света было недостаточно, чтобы быть уверенным.
В глубокой задумчивости, размышляя над причинами, которые могли привести этот обезображенный кусок мяса в багажник самого заурядного куска металлолома, Энджел протянул канистру с бензином Роксу и принял из его рук небольшой кожаный кейс. Он на секунду оглянулся, скользнул равнодушным взглядом по несчастной жертве, чья одежда теперь пропиталась маслянистой жидкостью, а потом, свободной рукой захлопнул крышку. Идя обратно к Миртл он думал о духовых шкафах и о печах-гриль, где медленно поджариваются жирные куриные тушки, и его рот наполнялся слюной.
Забравшись на заднее сидение Каддилака, он оглянулся только один раз: искорёженный Седан начинал преображаться под яркой дрожащей оранжевой завесой. От изуродованной машины шёл жар, который Энджи почти мог ощутить даже из плотно закупоренного салона, он чувствовал его во всё теле, млеющем при виде огня, приветливого и радостно шепчущего свои байки свободному от предрассудков уху. Ещё какое-то время, после того, как они тронулись с места, Энджел продолжал оглядываться назад, на рокочущее огненное море, потом кострище исчезло за поворотом, и взгляд его переместился на зеленоватый циферблат электронных часов.
- Сейчас рванёт.
Тихо объявил Энджел, и высоко над лесом, почти в ту же секунду, взвились пылающие завитки огня, когда пожар добрался до бензобака. После этого, Энджи соизволил раскрыть доверенный ему кейс и, для начала, извлёк оттуда толстую записную книжку в тёмном кожаном переплёте. Откуда-то из кучи хлама, украшавшего собой салон, он выудил фонарик и посветил себе, блеклым дрожащим лучом, на страницы, испещрённые быстрыми пометками шариковой ручкой с синими и чёрными чернилами. Нахмурив лоб, он начал водить кончиком пальца по пляшущим строкам:
- Одиннадцать девять, Мейбл. двен. сто сорок пять. раз и дубль. Три п. Упл., - прочёл он вслух, послюнявил подушечку указательного пальца и перелистнул дальше. - Рокс, тут какая-то учётная книга, мне кажется, - поделился он своими догадками. - Это не шифр. Но хрен проссышь, что это за хуйня. Мне надо будет ещё порыться в ноутбуке.
Отложив в сторону органайзер, Энджел с возросшим энтузиазмом запустил руку в сумку и обшарил все внутренний карманы. Помимо обыкновенного мусора, в виде початых пачек жвачки, канцелярских принадлежностей и обрывков бумаг, которые он тут же запихал обратно, намереваясь более тщательно изучить их позднее, Энджи обнаружил там целую стопку кредитных крат. Внимательно разглядев каждую по очереди, он тихо присвистнул.
- Слушай, нам имеет смысл доехать до города. Чтоб мне сдохнуть на месте, если хотя бы на одной из них не будет бабла. Рокс, я устал от этих жутких клоповников, - ероша грязные, спутавшиеся волосы, Энджи тихо и как-то совершенно по-детски вздохнул. - Мы можем снять себе приличный номер. Я пробивал отели в городе, - быстро и чуточку виновато прибавил он. - Немного дольше ехать, но зато у нас будет хорошая чистая комната и горячая вода без перебоев. И кондиционер. А я смогу порыться в интернете, если нужно будет что-то извлечь из этой груды металлолома.
Он кивнул на сумку с чужим ноутбуком и скорчил умоляющую рожицу. Да, здесь, на севере, дома не были картонными, но мотели оставались такими же мало приспособленными для жизни, как и по всей стране. Так или иначе, им нужно было получить немного уюта.

+3

7

Рокс меланхолично вздохнул, бросая взгляд назад, вздрагивая от взрыва, который пробрал его до самых костей. Мун закусил губу, его руки, напряжённо сжатые на руле, вздрагивали, но он старался удержать их, чтобы не выехать куда-нибудь в кювет. Ад вышел на землю, хоронить мертвецов – бессмысленно. Правосудие безнаказанно – стоит только посмотреть на то, как они с Ангелом живут, неся в мир свет. Ради этого и стоило терпеть все лишения, все мучения, всех людей, которые встречались на пути, чтобы через несколько минут исчезнуть в жарком пламени возмездия. Что ещё могло его так обрадовать? Только Энджел, сидящий рядом, внимательно вчитывающийся в чужой дневник. Рокки не боялся ни смерти, ни страданий – он знал их так хорошо, что с лёгкостью принимал то, чем всё в итоге закончится. Он умрёт. Ангел умрёт. Они не вечны.
- Начало шифра отчасти похоже на адрес, как думаешь? А если уж… хм, куда они везли ту девчонку? Я не думаю, что они просто так решили поржать, поэтому поймали бабёнку и изувечили её так жестоко, – Рокс нахмурился, снова сунул в зубы сигарету, раздосадованный тем, что испытал лёгкий прилив жалости к погибшей. – Вряд ли есть ещё такие психи, как мы.
Они ведь были не менее жестокими, порой – даже больше, если смотреть по тому, какой след они оставляли на карте. Может быть, он так реагирует, потому что это не их рук дело? Чем дальше они уезжали от места встречи со странной парочкой, тем больше Рокки ощущал беспокойство, хотя его природу понять он не мог. Что-то словно подтачивало его изнутри, заставляя нервно вздыхать, поглядывать на рыжего, словно тот мог дать ему ответы на все его вопросы. Мун бросил взгляд на Энджи, пожал плечами – ему, в принципе, было всё равно где жить, но принять ванну было неплохой идеей.
- Ладно, ты говори, куда ехать, – кивнул он, не способный на какую-то более яркую реакцию. Какая разница, где отдыхать, если они будут вместе? - Надо заехать пожрать взять, а то со всей этой историей у меня в животе словно ураган прошёл.
Желудок у Муна был железный – он мог жрать в любых количествах, что угодно – и ему всегда было отлично, он не страдал от проблем с пищеварением. Иногда ему казалось, что он может гвозди переваривать, если другого варианта не будет.
Весь остальной путь Рокки молчал: ему нужно было о многом подумать, хотя своими размышлениями с Ангелом он предпочитал не делиться, боясь, что тот посчитает его идиотом и паникёром. Ему казалось, что за ними будто волной двигалась смерть, причем смерть не чужая, а их собственная. Рокки тревожился, хотя его волнения были не оформленными, он просто чувствовал на уровне эмоций, что что-то должно произойти. Что-то по-настоящему ужасное.
Припарковавшись около макдака, Мун вылез из машины и быстро сходил купил еды, не забыв клубничный коктейль, которым частенько баловал рыжего. Это стало привычкой, которой Рокки не собирался изменять.
Закинув еду на заднее сидение, Мун забрался в салон, захлопнул дверцу и посмотрел на рыжего – заинтересованно и несколько взволновано.
- Ну что, показывай дорогу, – деланно смешливо сказал он, хотя напряжение, возникшее вокруг Рокки, можно было потрогать руками. - Ты же наверняка уже выбрал отель, где мы будем жить? Кстати… может, тогда ты сядешь за руль?
Рокки редко пускал Энджи за руль, но поддельные права ему сделал, чтобы в случае чего парень мог уехать, не боясь быть пойманным за вождение без документов. Кто знает, что ждёт их впереди, нужно быть ко всему готовым.
- Так будет проще… – пояснил он своё предложение, выжидательно осматривая Энджи, а потом склоняясь и легко целуя его в губы. - А я пока пролистаю ежедневник. Я, может, и не мистер мозг, но не совсем тупой.
Он торопливо выбрался из машины снова, обошёл её и открыл дверь, ожидая, пока Эндж выйдет со своей стороны. При этом смутное беспокойство не оставляло его, заставляло чувствовать себя до крайности сковано.

Отредактировано Rocky Moon (05.11.2015 17:05:38)

+3

8

[audio]http://pleer.com/tracks/550685zqkn[/audio]

Когда последние отголоски пожара остались далеко позади, темнота вновь начала наползать со всех сторон, окружая мчащийся по зимней дороге автомобиль. Она выползала из опустевшей чащи, полной таинственных шорохов и потрескивания, которое могло оказаться всего лишь хрустом обломившиеся под тяжестью снега ветки, но ни единой души не было рядом, чтобы проверить это. Мрак выливался из-под корней деревьев, которые теперь, когда на ветвях не осталось больше листвы, казались только бесполезным придатком туго сплетения жилистых каменных змей, питавших их соками в самую мёртвую пору, пока нагим беззащитным стволам нечего было отдать взамен. Долгая январская ночь в лесу кажется бесконечной и безграничной - она простирается во все стороны, стремится поглотить и растворить в себе любые проблески жизни. Миртл неслась сквозь неё, взрезая темноту мерцанием фар, проделывая в ночи туннель, края которого тут же смыкались позади, стоило им проехать, - крохотная алая искра, капля крови на белоснежной равнине, кусок спелого яблока, выскочивший из глотки мёртвой принцессы.
Энджел устало моргнул, прижимаясь лицом к ледяному стеклу, ощущая, как оно мерно гудит при движении, в каком-то усыпляющем, завораживающем ритме. Фонарик он выключил, чтобы не бил в глаза, записная книжка, спасённая из сгоревшей колымаги, лежала закрытая на коленях, и он рассеянно поглаживал кончиками пальцев шероховатый бумажный срез, как будто и теперь старался разыскать потайной механизм, как в головоломке Лемаршана, который откроет если не врата в Ад, то один из способов попасть в его пределы - наверняка.
- Да, я тоже подумал, что это может быть адрес. Я потом проверю, есть ли в городе улица или площадь, которая начинается на "Мейбл", - карта лежала рядышком, но заниматься этим сейчас не хотелось, это было не срочно, да и с помощью поисковой системы займёт не больше пары минут, и не надо будет париться, что что-то ненароком проглядел. - Я думаю, они хотели избавиться от тела, - Энджи коротко дёрнул плечом, и почти с облегчением посмотрел на первые огни пригорода, проступившие на фоне сумрачного ночного неба будто очертания выплывшей из тумана шхуны, тревожное уныние, навеваемое однообразным и мрачным пейзажем, понемногу отступало. - Возможно, собирались бросить его в лесу, где-нибудь подальше от трассы. Они, похоже, местные, а значит должны были знать, где это лучше всего провернуть, особенно если занимались такими штуками часто. И там вроде озеро было, недалеко где-то. Сверлить лёд муторно, но надёжно - до весны точно не всплывёт, разве что какой-нибудь любитель рыбалки не вовремя сунется... Я думаю, они решили, что девка скопытилась. Помнишь, мы с тобой тоже так раз едва не накололись? В Чикаго, по-моему, да? - он наклонился к плечу Рокки за подтверждение, взглядом, улыбкой, ища причину в сотый раз за день мягко коснуться плеча, подтверждая привычный ток тепла, от одного к другому. - Но я тоже думаю, что это была не просто парочка гоп-стопщиков.
Откинувшись обратно на спинку сиденья, Энджел коротко сообщил нужные координаты и, сунув руки в карманы куртки, тоже замолчал, разглядывая невысокие здания, поползшие по сторонам дороги. Он опять чувствовал это напряжение, исходившее от Рокки в последние недели, словно запах специй от тыквенного пирога на День Благодарения, его нельзя было игнорировать или не замечать, находясь рядом. Но Энджи никогда не имел привычки досаждать своему спутнику навязчивыми вопросами или допытываться о чем-либо, что не представляло немедленной важности, не скрывало под собой угрозы для них обоих. Придёт время, и Рокс сам поделится с ним своими мыслями, если сочтёт нужным. Или, - на что он в тайне надеялся, - однажды всё просто исчезнет, как снег на полях, как недавняя буря.
Сам Энджел обдумывал вещи куда более прозаические, касавшиеся предстоящего ночлега, предвкушал долгожданный отдых от бесконечной тряски, блаженство снять тяжёлую зимнюю одежду, подставить усталое тело горячим струям, а после завернуться в мягкий махровый халат, который дают в нормальных отелях (они как-то заезжали в парочку, чтобы побаловать себя и вкусить немного роскоши не на каждый день). Он так же думал о гигабайтах информации, таящихся под металлическим панцирем чужого ноутбука, и пальцы Энджи горели в ожидании момента, когда они коснуться незнакомых клавиш, приноровляясь и привыкая к ним, ища едва заметные выщербинки в пластике, куда они смогут удобно лечь.
Он улыбнулся вернувшемуся с пакетами жратвы Роксу, принял из его рук большой стаканчик с ледяным коктейлем, от которого согревшиеся в жарко натопленном салоне руки тут же онемели, в знак благодарности кивнул и прищурился на уличный указатель на стене, прямо под горящими дугами золотых арок. Название показалось смутно знакомым.
- Да, вроде где-то тут недалеко должно быть.
Пробормотал он рассеянно и коротко чмокнул в ответ сухие прохладные губы, прежде чем выбраться наружу, всё ещё сжимая в левой руке стаканчик и перебежать торопливо на место шофёра, удобно продавленное многочасовым сидением по форме тела Рокки. Захлопнув дверцу, отрезая дорогу колючему ветру, Энджи полез свободной рукой в карман, чтобы достать телефон и свериться, правильно ли запомнил адрес, но почти в ту же секунду в куртке завибрировало, зазвенело. Первые аккорды мелодии были едва слышными, но они постепенно нарастали, становились оглушительными, как нисходящая с верхушек гор лавина: играл "танец троллей". Энджел точно знал, что не ставил эту мелодию, да и звонить ему было некому. Выхватив сотовый, он тупо уставился на экран, где кокетливо мерцало простое и незамысловатое слово: Король. Ему потребовалось с пару мгновений, чтобы осознать, что он по привычке отправил чужой мобильник туда, куда обычно клал свою игрушку, подарок Рокки на его семнадцатилетие.
- Эй, Рокс, не хочешь поговорить с Королём?
Перебросив громыхающую звонилку в руки любовника, Энджел сделал небольшой глоток через трубочку, смакуя на языке насыщенный, синтетически-клубничный жирно-сливочный вкус, установил стакан в гнездо для напитков и, проверив все зеркала, осторожно тронулся со стоянки. Водить он умел уже с тринадцати лет, но у него было мало возможностей попрактиковаться в этом, тем более имея всего лишь ученические права, с помощью Рокки, он теперь владел полноценной водительской карточкой, но был по-прежнему аккуратен за рулём, компенсируя повышенной внимательностью отсутствие опыта. По счастью, сейчас им нужно было проехать всего каких-то пару кварталов.
Неторопливо лавируя в куцем потоке машин, спешащих к центру Денвера, Энджи высматривал нужный поворот и вполуха слушал голос, похожий на дрожащий призрак в преломлении динамиков мобильного сеже преставившегося.
- Мистер Шалопай? Я понимаю, что немного тороплю события. Я должен был выйти на связь только через сутки, но... Возникли некоторые обстоятельства. Одним словом, я бы хотел ускорить исполнение нашего договора, если это возможно. Разумеется, я оплачу любые ваши неудобства, - голос был серьёзный и немного надменный, как у человека привыкшего, что очень многие люди считают его "маленькие просьбы" безусловными приказами, но в нём была легчайшая неуверенность, как досадная выщербинка на гладкой поверхности бесценного фарфора. - Назовите ваши условия. Место, время... Как и где вам будет удобно. Я готов почти на любую сумму, в разумных пределах, конечно же. Только всё должно быть сделано до конца текущей недели. Это совершенно необходимо.
Миртл, петлявшая по тёмным улицам спального района, как легкомысленная кокетка, впервые попавшая в клуб для джентльменов, повинуясь руке водителя нырнула в уютный проулок, обсаженный рядами деревьев, кажется клёнов. Впереди и слева показалась уже поэтическая вывеска "Отель Мирабо", довольно скромная и скупо подсвеченная люминесцентными лампами, спрятанными под жёлтым старым пластиком, но в целом здание выглядело привлекательным и располагающим: старое, презентабельное, как вышедшая на пенсию шлюха. Энджел выразительно указал взглядом на парадный подъезд. перед которым толокся озябший швейцар и сделал знак, что не станет выходить из машины, пока Рокки не окончит беседу с Его Величеством. Вместо этого, он подался к обочине и заглушил мотор, в паре метров от мужчины в форменном пальто, наконец нашедшим на этой пустой улице хоть что-то интересное. Швейцар уставился на Энджела сквозь ветровое стекло. Энджел уставился в ответ, покачал поднятой вверх пятернёй и добродушно улыбнулся.

Отредактировано Angel Heart (06.11.2015 20:53:01)

+2

9

Как известно, реальность – это самая страшная сказка. Ничто ещё не было страшнее, чем сводки новостей, чем сообщения по ТВ или радио, в которых безнадёжность давно стала константой, а фальшивое жизнелюбие маской от всех печалей. Лучший способ спрятаться от горя – сделать вид, что его не существует, что оно – лишь плод фантазии дурного автора, бездарно коверкающего нашу жизнь. Но куда девать страх? Куда заснуть его, в какие щели, чтобы избежать этого мутного чувства, которое охватывает каждый раз, когда ты позволишь себе расслабиться? Выходя на улицу, каждый раз смотреть по сторонам, выискивать в толпе прохожих того самого, кто сорвёт тугой бутон жизни, вспорет его и испачкает пальцы алым, пряным, сочным. Не доверять ни себе самому, ни крутящимся рядом чужим. Рокки был избавлен от этой муки ужасом, он никогда не задумывался над тем, как страшно жить, в его понимании не-жить было ещё страшнее. Не попробовать, не успеть, не узнать – вот это стоило сожалений, вот ради этого стоило стараться.

Беспокойство, которое не давало Муну прохода последние несколько дней, усиливалось, хотя, казалось бы, бояться было нечего. Оставленная позади машина, взлетевшая к небесам, не вызывала в сознании ровным счётом никаких эмоций. Он видел глаза этих зверей, его внутренний волк оскалил пасть, стоило только Рокки понять, что перед ним ему подобные – существа без страха, без сожалений, без прощения. Они угодили прямиком в объятия мертвецов, стоящих вдоль дороги, заглядывающих в окна, шепчущих на уши недетские сказки. И та, которой они не дали шанса, тоже танцевала адскую джигу, пряча ноги от всполохов пламени. Рокки не сочувствовал ей – если она умудрилась попасться в лапы подобных тварей, в этом только её вина. Никто никогда не будет спасать другого человека, это давно вышло из моды, сдано в утиль. И скорее всего он забудет о ней на следующее утро (хотя, вероятнее всего, она просто станет очередным призраком за его спиной). Но что-то было неправильное во всём этом, что-то, что не могло оставить Рокса в покое.

Рокки поморщился от колючего ветра, забирающегося под одежду, думая, что это смешно – касаться горячей кожи, посылать волну мурашек, обещать долгие простудные вечера. Но прежде чем забраться на пассажирское место Миртл, он огляделся вокруг, толком не понимая, зачем, поводя носом, словно принюхиваясь. Воздух всё ещё сохранил остатки тёплого запаха еды, бензина и курева, и Мун порадовался, что не нахватался посторонних запахов. Что-то мелькнуло на периферийном зрении, но Рокки не смог поймать и опознать, и постарался сделать вид, что всё хорошо. Забрался в тёплый салон, сразу же поставил на коленки пакет, полный вредной жирной пищи, сунул туда не слишком чистые руки и выудил горсть золотистой горячей картошки-фри, которую жадно сунул в рот, словно не ел по крайней мере вечность. Он даже застонал от удовольствия, поглощая свой простенький ужин, оставив бургеры и наггетсы на потом, а сейчас словно заглядывая за занавеску, пока мамочка принимает душ.

Тем неожиданнее был неожиданный концерт, из-за которого он едва не подавился. Рокс прокашлялся, облизал соль с пальцев и недовольно посмотрел сначала на любовника, потом на телефон. А потом до него дошло: это звонил тот самый мобильник, который спрятал Энджел. Мобильник тех двух дебилов, которых они грохнули… Ох, ну этого следовало ожидать, это всё-таки классика жанра.
Эй, Рокс, не хочешь поговорить с Королём? – и Эндж кинул ему трубку, а фраза: «Ну на хер»,  была так и не сказана.
Мун уничижительным взглядом окинул рыжего, поднося трубку к уху, не забыв нажать приём. Он совершенно не любил общаться с людьми, хотя болтать мог и даже любил, но всё-таки они не знали, кто там, на другом стороне, и что он хочет от них.
Мун беззвучно изобразил губами:
- Мистер Шалопай?
«Это что, режиссер порно?» - недоумённо подумал он, но постарался прислушаться к тому, что говорил ему мужик, явно нервничающий. Дальнейшие слова Короля были и вовсе странными, хотя Рокки начал улавливать суть, но предпочитал не торопить события.
- Вы застали нас врасплох, – холодным и низким голосом (меняя его неосознанно) проговорил Рокс, задумчиво глядя куда-то в пространство. - Нам потребуется время, чтобы согласовать все условия… перезвоните нам через два часа, – ляпнул он, вопросительно глядя на Энджела.
- Два часа? Но… ох, ладно, пусть будет два часа, – мужчина расстроился, но спорить не стал. В трубке раздались кроткие гудки.
Понятнее от этого не стало, но дало им хоть какую-то зацепку, а это уже немаловажно. Рокки передал телефон обратно Ангелу, сунул сигарету в зубы и прикурил.
- Пойдём снимем чёртов номер и обсудим, в какую передрягу на этот раз мы попали. Король, ёпта. Ты только послушай: королёк - птичка певчая! Не хватало нам ещё какой-нибудь сказочной швали, чтобы дополнить расклад.

+3

10

Рокки сердился. Энджи смешливо скосил глаза и в зеркальце заднего вида скорчил рожицу, как бы вымаливая у любовника прощения: "ну ты же тут босс, Рокс". На самом деле, без непосредственного вмешательства своего спутника Энджи ни во что впутываться не стал бы, забив даже на любопытство, которое точило бы его потом неделями. Нажал бы отбой, а может и совсем выбросил трубку, от греха подальше. Спустил бы её в сточную канаву, где она валялась бы до следующей весны, ржавея под слоем снега. Не потому, что Энджел боялся чего-то, нет, путешествуй он один, расклад бы вышел совсем другой, но их было двое. Они вдвоём решали, как им поступать, что делать, куда двигать дальше. И, по праву старшинства, главное слово было за Рокки. Энджи мог разве что высказать своё мнение, попытаться раскрыть перспективы и возможности, как сам их видел, и, в крайнем случае, сыграть на слабостях любовника, в открытую демонстрируя свои желания, своё удовольствие или разочарование.
Сейчас Энджел совсем не был уверен, что им стоит во всё это путаться. Безликая баба, троллеподобный здоровый мужик в кресле водителя, чьи мозги остались запекаться на лопнувшем от жара стекле, дикая, безудержная зимняя пляска чудовищ. Зелёные глаза уже почти не-мальчишки блеснули в отражении, он мягко улыбнулся и наклонился к плечу любовника, ласкаясь щекой, как большой кот, потянулся губами к развёрнутому у Рокса на коленях пакету с картошкой, жестом напрашиваясь на то, чтобы его покормили - есть немытыми руками Энджел брезговал, хотя у Рокки они сейчас были не чище и смутно пахли бензином и огнём.
- Я думаю, тут намёк на Горного Короля, Рокс. Тролли, - пояснил он. - Был такой шведский парень, Пер Гюнт, который однажды пустился во все тяжкие и стал разбойником. Не от хорошей жизни, конечно. Так вот, Короля он всё-таки обдурил, - втянув в себя ароматную соломинку поджаристого картофеля, Энджи аппетитно ею хрустнул, а потом издал губами звук, совершенно непристойный. - Ладно, разберёмся, когда устроимся. Говорят, солнечный свет помогает избавиться от нежелательного знакомства с камнелобыми.
Он запарковал машину, почти тут же, отъехав всего несколько метров от места, где остановился первоначально и, не без помощи швейцара, найдя подходящее место, где машину можно было оставить на ночь. По соседству с невзрачными серыми тачками красотка Миртл слишком бросалась в глаза, но Энджел не стал загонятся на этот счёт - вряд ли кто-то мог заметить их на тёмной лесной дороге, увидеть, как они уезжают, оставляя у себя за спиной разорённый пылающий автомобиль.
Взяв две сумки, со своим и чужим ноутбуком, немного согревшийся клубничный коктейль, Энджи первый направился к стеклянной вертушке дверей. Рокки, чуть позади, тащил сумку с их одеждой и прочими вещами, и пакеты из Макдональдса, которые оголодавший Рокс не доверил бы, наверное, никому. Их документы так же были с собой у Энджела, и он быстро зарегистрировал двойной номер, пока Рокки за его спиной лениво разглядывал кокетливый холл, оформленный в стиле ар деко. Впрочем, они оба слишком устали, чтобы наслаждаться рукотворными красотами. Уже двое суток без перерыва они были на колёсах, а прошлую ночь провели в салоне Каддилак, пускай знакомом и довольно уютном, но от спанья в одежде и на неровном диване даже у Энджи теперь побаливали бока.
Номер оказался просторным, бежево-чёрным с глубокими медными всполохами: штриховка и завитушки, и шёлковые ткани драпировки, удивительно уютный, просторный, приветливый. Кроватей было две, обе достаточно широкие, застеленные атласными простроченными одеялами. Прямо у дверей скинув обувь вместе с носками, сбросив с затёкших плеч на пол громоздкую куртку, Энджел оставил у стены свой рабочий инструмент, и в обнимку с чужим ноутом, посасывая из трубочки клубничное угощение, добрёл до ближайшей кровати, на которую рухнул и растянулся во весь рост, блаженно постанывая, всем своим видом давая понять, что в ближайшие часов двенадцать с места двигаться не собирается.
- Иди в душ первым.
Предложил он Рокки через несколько минут, разматывая шарф со своей шеи и отбрасывая его куда-то в сторону. Маниакальная любовь Рокса к чистоте была ему слишком хорошо известна. Энджи и сам разделял её, но теперь загадка сгоревшего седана, Короля и мистера Шалопая занимала его куда сильней, чем удовольствие освежиться. Да и валяться на мягком матрасе было ужасно приятно, чего уж там.
Он раскрыл кейс, извлёк оттуда тонкий плоский Эппл одной из последних моделей, и щёлкнул по клавише пуска как раз в тот момент, когда за Рокки захлопнулась дверь ванной. На чёрном экране замерцал курсор командной строки, Энджи чертыхнулся себе под нос. Он сунул руку под кровать, отыскивая выброшенный шарф, свернул из него петлю и попытался зацепить этим "лассо" за ручку сумки со своей техникой, но после пяти бесплодных попыток поиграть в ковбоя сдался, и с недовольным стоном поплёлся сам. Из внутреннего кармашка он вынул флэшку, подсоединил к чужому ноутбуку и, с шумом посасывая через трубочку густой коктейль, откинулся на взбитые подушки, дожидаясь, пока не закончится подбор пароля. Наконец, коды сошлись, и Сезам открылся. С тихим довольным возгласом, выражавшим крайнюю степень восторга, Энджел подсел к клавиатуре.
Он вынырнул наружу только когда вернулся Рокс, закутанный в банное полотенце, мокрый, благоухающий гелем и, кажется, вполне собой довольный. Энджелу теперь тоже было чем похвастать, он указал пальцем на таблицу, занимавшую весь экран, провёл по строчкам, читая и расшифровывая сразу же:
- 10 декабря, принят заказ от Ф., - поболтав почти пустым стаканчиком, Энджи наморщил нос. - Ф - это Фантом, кажется. Эти ребята были просто повёрнуты на мифологии ил что-то типа того. Я пока не сообразил, с чем это связано, но клиентов они только так обозначают. А это точно клиенты, Рокс. Они типа киллеров, только с подвывертом. Не всё тут - заказы здесь не только на убийства. Это что-то вроде...   - он запнулся, подыскивая нужное слово, поднял свободную, левую, руку в воздух и сжал её, цепко, как будто выдирая нужное существительное прямо из воздуха. - Представления. Шоу-спектакль для ограниченного числа зрителей, понимаешь? Которые никому ничего не смогут рассказать. Может быть, я что-то не догнал, конечно, - Энджи нахмурился, пролистнул документ в конец и постучал по экрану ногтем. - Тут есть адрес. Отдельно. На него своя бухгалтерская книга есть. Похоже, туда поступали всякие посылки. Странный очень ассортимент... Реквизит? Надо будет съездить туда. А потом проверить ещё один, который всего раз упоминается, но тоже явно для чего-то был задействован. Завтра скатаем? - он поднял вопросительный взгляд на Рокса, потом кивнул, как бы вспомнив что-то. - Да... Король. Какая-то крупная шишка из местных, похоже. Настоящего имени нет. К нему относятся целых три записи, первая датирована прошлым месяцам, и там стоит такая отметка, типа как "оплачено". Вторая стоит через неделю. Там есть адрес, телефоны, номера страховок - куча информации, но никаких конкретных имён. Я их пробил, пока ты купался.
Отодвинув чужую машину, Энджел раскрыл свой собственный, уже включенный ноут и продемонстрировал несколько фотографий приятного подтянутого мужчины лет около пятидесяти в строгом деловом костюме, с проседью. На одной из картинок он обнимал улыбчивую блондинку в белом, изящную женщину своих лет, на другой - они и женщина стояли у ворот какого-то общественного здания, социального фонда или что-то вроде того, вместе с двумя молодыми людьми. Парень был повыше, сутул и угрюм, ему не могло быть больше двадцати лет. Девушка - улыбчива и мила, ей было около двадцати пяти, а на руках она держала белокурого сонного младенца. Семейное сходство отчётливо просматривалось.
- Ларри Сеймур, - представил он Роксу солидного семьянина. - Кандидат в Конгресс от округа Денвер. Безусловный фаворит, любимец публики и женщин, так сказать. Но до сих пор идёт почти в голову с другим претендентом, который лишь немного ему уступает, - Энджел снова щёлкнул по клавишам, и по экрану расплылось хищное умное лицо мужчины сорока с небольшим, не по годам седовласого. - Зуб даю, что это - и есть наш Король, - Энджел указал на левую руку мужчины, средний палец которой украшало небольшое кольцо-печатка, выполненное в виде короны, похоже, эмблема какого-то престижного университетского братства. - А что ты обо всём этом думаешь?..

+2

11

Разговор с Королём оставил неприятное послевкусие, какое-то неестественное, покалывающее внутреннюю сторону щёк, слишком обращающее на себя внимание. Все эти сказочные герои – короли, принцессы, тролли – не вызывали в Рокки никакого отклика, он был лишён шанса узнать этот мир в детстве, а потом считал, что он уже слишком стар для всего этого сладкоголосого дерьма. Может, поэтому вместо ожидаемого интереса, Рокс чувствовал вновь зарождающееся беспокойство, понимая, что они собираются влезть туда, куда совершенно не нужно влезать. Он мог бы выбросить телефон, вряд ли он был подключен к геолокации, а если и да, то точно у левых людей не должно быть этой информации. Но это были лишь предположения, а всё интересное находилось внутри ноутбука, поэтому Рокс решил дать всей этой херне ещё один небольшой шанс. Рассеянно подцепив картофельную дольку, он поднёс её к губам Энджи, с лёгкой улыбкой наблюдая за мальчишкой – порой Ангел бывал сущим ребёнком, несмотря на то, что был весьма жестоким убийцей. Поразительный контраст, который до сих пор его удивлял. Возможно, он сможет к этому привыкнуть, когда рыжик станет совсем мужчиной… Он мотнул головой, отбрасывая эти мысли, вытер пальцы о джинсы, не слишком заморачиваясь на чистоплюйстве. У него ныла задница, ноги, да всё тело превратилось в сплошной комок болящих нервов – слишком долго они пробыли без стоянки, Роксу срочно требовался качественный отдых.
Именно поэтому из машины он почти вывалился, неприлично громко застонав от облегчения, когда смог выпрямить ноги – всё-таки стоит делать чуть больше перерывов, иначе он так и останется скукоженным в позе водителя. Подхватив вещи, Рокс поспешил за рыжим, нервно прислушиваясь к бумажному шуму пакета с едой – жрать он всё ещё хотел, как, в прочем, и зайти в сортир, пока не лопнул к чертям. Он с трудом вытерпел то недолгое время, пока Эндж занимался съемом номера, впервые задумываясь о том приехала ли полиция на место взрыва, и если приехала, то что они могли там найти. Что осталось после взрыва? Местоположение тел осталось неизменным, это он понимал, как и то, что раздробленные после выстрелов почти в упор кости вполне явно дадут намёк на то, как именно были убиты эти люди. Надо будет глянуть местные новости, наверняка там что-нибудь скажут в хрониках.
Зайдя в номер, Рокс бросил их с Ангелом сумки с вещами, аккуратно поставил на столик пакет из Макдональдса, решив, что пожрёт после душа, чтобы уж потом ни на что не отвлекаться. Сама комната мало его впечатлила, хотя была лучшим местом, чем все те, где они останавливались ранее.
- Ща, схожу, а то с меня грязь комками слазит, испачкаю весь шикарный номер, – Рокки шёл в ванную, попутно стягивая с себя одежду и разбрасывая её прямо на полу, решив, что беспорядок – это последнее, что вообще должно его волновать.
Он занырнул в ванную комнату, накрепко прикрыл дверь, чтобы не впускать прохладный воздух, и косо глянул в зеркало. Он выглядел порядком усталым и задолбанным, но, в целом, бывало и хуже. Рокки ненавидел грязь на своём теле с ранних лет, хотя не знал, откуда это пошло. Может, с тех пор, как тетка смела прикасаться к нему, и Рокки был вынужден тщательно скрести своё тело мочалкой, чтобы убрать следы? Мун никогда не рассказывал Ангелу о том, что с ним было… хотя, может, хранить такие тайны – это не самое правильное решение? Рокс споласкивается быстро под горячей водой, глядя на то, как алеет кожа, представляя, что это язычки пламени расползаются по ней.
- Я вижу мертвецов: они стоят дороги вдоль, – пробормотал Рокки, подставляя голову под потоки воды, накрепко смыкая веки, стараясь даже не дышать, чтобы лишняя жидкость на попала ему в ненужные места. Только тщательно вымывшись и почистив зубы, Мун выбрался в спальню, чувствуя себя намного довольнее и счастливее, чем десятком минут ранее. Ангел всё так же валялся на кровати, вперив взгляд в ноутбук, ужин, всё ещё тёплый, дожидался их на столе, куда Рокс его и поставил.
Подцепив из пакета огромный бургер, Мун издал звук, отдалённо напоминающий мурлыканье, пошелестел бумагой, впился зубами в булку с большой сочной котлетой, постанывая от кайфа. Бля, как же он был голоден! Надо чаще жрать, а то он похудеет до такой степени, что его сможет свалить и какая-нибудь потасканная потаскушка. Усевшись на один из стульев так, чтобы спинка была впереди, Рокки прижался грудью к гладкой ткани обивки, продолжая жевать, и вслушался в слова Энджела.
- Съездим конечно, мы всё равно в это уже вляпались, поздновато прятать бошки в песок, тем более, что здесь на много миль вокруг асфальт и бетон,  - фыркнул он, облизывая кетчуп с губ. - Чо я думаю? Ну смотри, я не скажу ничо нового. Мы столкнулись с этими ребятами, когда они, видимо, выполняли другой заказ. Вряд ли этот Король заказал бы убить свою шалашовку, значит, методом исключения, они собирались выполнить этот заказ после того, как избавятся от лишнего мусора, – Рокс блаженно зажмурился, откусывая ещё один огромный кусок от бургера, едва поймал падающий тонкой нарезанный острый солёный огурчик. - Яф шумаю… тьфу, я думаю, что этот стрёмный хуй заказал своего конкурента, хотя это вообще не логично ни хрена. Знаешь почему? Если этот кандидат сдохнет, то это будет слишком подозрительно, все подумают на на Короля. Только если он заказал его, чтобы припугнуть?.. Но тоже не логично – кто даст гарантию, что этот хер не пойдёт к копам? В общем, я чё-то не очень догоняю. А там нет иной информации? Ну, типа кого они таки должны были завалить? Хотя, если они выполняли уже заказ, тот который оплачен, может, этот как-то связано с той бабой? Ну, знаешь, типа комплексный обед – убить шлюху, убрать конкурента, все счастливы, все пиздец как довольны, – доев бургер, Рокс облизал пальцы. Он всё ещё был голоден, но решил покурить перед продолжением пира. - Я тебе скажу вот чё: мы, походу, впутываемся в не самое крутое дело, но ведь то же самое мы фактически делаем бесплатно. Так что… похер, пляшем. Давай думать, кого мы должны убрать и когда мы это сделаем, пока Король снова не позвонил.

Отредактировано Rocky Moon (16.11.2015 17:35:07)

+2

12

Пока Рокс говорил, Энджел со всем вниманием вслушивался в каждое его слово, как будто хотел зацепиться за что-то, найти крупицу истины, хотя все эти мысли и доводы уже приходили ему на ум, но выслушать их в изложении другого человека помогало заново перетрясти всё, как свалявшуюся перину, выстроить перед глазами в чётком порядке, будто солдат на плацу. Впрочем, понятней и проще всё равно не становилось. Слишком мало информации, а он сам слишком устал. Энджел с силой стиснул в зубах кончик пластиковой трубочки, уже порядком измочаленной его челюстями, помахал ею в воздухе, напряжённо сверля взглядом экран с фотографиями и открытую учётную книгу попеременно, потом выплюнул трубочку обратно в пустой стакан и потёр глаза. Ему тоже надо было бы подкрепиться и освежиться, но мяса не хотелось, а валить в душ пока рано, сначала надо было разобраться тут.
Заметив выпавшую из своей сумки шоколадку, Энджи с радостным восклицанием ухватился за неё, и быстро содрал с плитки упаковку, впиваясь зубами в застывшую какао-массу с неописуемым наслаждением. Сегодня он уже умял дорогой пару Hershey’s, поэтому купленный Рокки ужин не вызывал у него такого энтузиазма. Страсть Энджела к сладкому вообще служила причиной постоянных насмешек и подтруниваний со стороны любовника, но, видимо, его организм точно знал, чего ему надо, потому что весь этот сахар исчезал куда-то совершенно бесследно – Энджи не только не поправлялся, но даже прыщами не особенно маялся, не смотря на то, что в своём возрасте, да при такой диете, должен был ходить обсыпанный ими, как мухомор пятнами.  Однако, не то он сам, в действительности, был каким-то генетическим уродцем, не то, его мозги всасывали излишек углеводов со скоростью промышленной турбины, а может быть, физические нагрузки, которые он получал были гораздо значительней, чем казалось - факт оставался фактом: Энджел был способен сожрать за сутки до пары килограмм шоколадных конфет, а может и больше, прежде чем его бледная кожа покрылась бы неаппетитной багровой сыпью.
- Знаешь, что мне кажется? - сказал Энджел, прожевав изрядную порцию угощения, и теперь облизывая перепачканные губы под взглядом Рокса, кажется ждавшего, что его вот-вот стошнит всеми теми мармеладными червячками, леденцами и пирожными, всеми молочными коктейлями, которые исчезли в его ненасытном чреве за последние пару суток. - Что об убийстве тут речи нет. Ты прав, убирать конкурента, особенно теперь, было бы тупо. Слишком заметно, слишком очевидно, и сразу ясно, кто первый под подозрением окажется. Нет, если этот парень не полный кретин, а он им быть не может, иначе бы давно уже сорвался, то интрига здесь гораздо тоньше...
Он склонился ближе к экрану и прищурился, изучая один из снимков, вышедших по запросу в поисковом сервере - два кандидата жмут друг другу руки на одном из митингов. На секунду Энджелу показалось, что на руке у представительного Ларри Сеймура так же сверкало кольцо, но какую форму оно имело, разобрать было невозможно, фото оказалось чересчур маленьким и нечётким, а положение ладони неудачным. Кончиком языка он снял с пальцев шоколадную крошу, вздохнул и потянулся.
- Понимаешь, в чём фишка... это Сеймур, он идеальный. Такая безупречная фигура, самое оно, чтобы людям бошки дурить: примерный гражданин и семьянин, ни одного тёмного пятна на биографии. Кстати, я порылся тут, совсем немного, и с месяц тому назад, во время первого тура, кто-то якобы пытался возвести на него поклёп, вывесить кое-какое грязное бельишко. Только пресса быстро разоблачила "липу". Обвинять никого не стали, но осадочек остался, как говорится, и как бы ты думал, на кого все шишки посыпались? - он выразительно посмотрел на Рокки. - Да, конечно, очернить фаворита было всего выгодней его ближайшему конкуренту, - Энджи кивком указал на седовласого, которого успел окрестить "Королём", мужчина хищно скалился в камеру, лицо у него было далеко не такое приятное, как у Сеймура, взгляд умный, цепкий. - Гарри Нельсон, - отрывисто представил Энджел. - Позиции у него не такие устойчивые, но старт он взял хороший. У мужика отличная программа, и его единственный недостаток в том, что он не такой гладкий и сладкий. Если Сеймур - типичный "хороший парень", то Нельсон - идеальная кадр для эпического злодея. Что-то уж слишком очевидно...
Он нахмурился и рассеянно поднёс к губам обёртку, чтобы укусить шоколадку ещё разок, но с изумлением обнаружил, что успел умять всё до самого последнего орешка. Разочарованно выдохнув, Энджи смял фольгу в комок и с досадой запихнул мусор всё в ту же пластиковую тару, покрытую розовой клубничной пенкой. Пожевав нижнюю губу, он продолжал, медленно, с расстановкой.
- Но может и не надо тут ничего мудрить. Да и какая нам, в сущности, разница, кто кого собрался подставить? По записям выходит, что никого из этой сладкой парочки валить не надо. Заказ явно связан с родными Сеймура, а уж кто это всё выдумал, Нельсон, чтобы его попугать как следует, или же сам сладкий папочка решил из себя мученика сделать, а заодно под шумок проучить расшалившихся ребятишек - не нашего ума дело. Нам бы дотумкать, в чём вообще прикол этого представления, - он замолчал, потом продолжил с некоторым колебанием: - И, знаешь, возможно ты прав на счёт той бабы, которую мы только что поджарили. Там, где всё оплачено уже, стоит пометка "Соль.", - Энджи скосил глаза на Рокса, потом пояснил. - Если продолжать проводить аналогию с Пер Гюнтом, то Соль - может быть... Сольвейг? Не исключено, что это шмара нашего загадочного "короля". В общем, если это всё-таки свет-солнце Сеймур, то убрать любовницу ему выгодно. У Нельсона семьи нет, имидж оплота нравственности поддерживать не надо так строго... Ох, не знаю.
С тихим стоном Энджел откинулся назад, на постели, ложась на собственные, согнутые в коленях, ноги, крепко зажмурился, потом распахнул глаза и неприязненно уставился в потолок. Не смотря на относительную дороговизну ночлежки, сейчас он отчётливо увидел, что побелка была желтоватой, с тонкими мягкими ростками паутины в углах. Через секунду он соскочил с кровати и подошёл к тумбочке, на которой стоял большой стеклянный графин с водой. Энджи принюхался, скривился, но налил себе немного в пустой стеклянный стакан, предварительно протерев его бумажной салфеткой из коробки, так же входившей в комплектацию номера.
Он пил быстро, жадно, смывая по гортани вкус сладостей, когда откуда-то из горы брошенной ими на полу одежды раздалась приглушённая трель мобильного. На сей раз, чёткий заводной ритм Макарены. Энджел не сразу кинулся на поиски, он вытянул руки перед собой, ладонями вниз, потом поочерёдно перевернул их, потом обнял себя за плечи. Мурлыча под нос знакомую мелодию, он продолжил проделывать все танцевальные движения, - руки за голову, потом на бёдра, - неторопливо покачиваясь, и приближаясь к источнику звука с нарочитой медлительностью, как будто хотел проверить, как долго будет продолжаться шум. Но мобильник мёртвых парней не унимался, и когда Энджи наконец извлёк его на свет божий, по экрану задорно танцевало одно-единственное слово: "Шахерезада".
- Ну кто бы мог догадаться, а? - обратился он к Роксу с насмешкой в голосе. - Я-то думал, нам звонит Уицилопочтли. Да, - рявкнул он уже в трубку, так же глухо, неосознанно маскируя свой голос, как и Рокки часом ранее.
- Мартин Лютер Кинг отменяется, - жёстко и резко отчеканил холодный бесполый голос, который мог принадлежать как женщине, так и мужчине. - До февраля никаких выступлений. Переводы теперь через расчётный счёт в АНС, и только там.
- Принял, - ответил Энджи коротко, и тут же из динамика посыпались гудки отбоя. - Слишком много сказочных героев, - пробормотал он устало, возвращаясь на кровать. - Чувствую себя как в том сериале. Помнишь, там ещё этот чувак был, Румпельштильцхен?.. - он открыл календарь. - Матрин Лютер - это девятнадцатое. Значит, через пять дней. Ещё бы теперь узнать, о чём она говорила... Но, хотя, отменяется так отменяется.
Пожав плечами, Энджи открыл файл блокнота и сделал в нём несколько пометок со сносками: "Король" - Сеймур, Нельсон? "Сольвейг", "Шахерезада", "19 января?". Уже сохраняя данные, он заметил, что влез не в свой компьютер, и его взгляд, мазнув рассеянно по синей нейтральной заставке экрана, зацепился за папку, которой он раньше не заметил "пенсия". Щёлкнув по значку, Энджел присвистнул:
- Мать моя женщина! Рокс, ты посмотри сюда. Наше барбекю было запасливым. Тут же куча фотографий их прошлых похождений. К тому же, достаточно подробные отчёты... - он открыл несколько заметок, быстро пробежался глазами. - Это же надо быть таким самоуверенным мудаком, а? Похоже, парниши подстраховались и решили сделать себе стратегический запас на безбедное будущее. Это же бездонная копилка шантажиста! Мы сделали доброе дело всем этим людям, как считаешь? А они сделали подарочек нам... Почитаешь тут, пока я сбегаю ополоснусь? - Энджи глянул на часы. - У нас ещё сорок минут до созвона.

+2

13

Некровавых сказок не бывает – такова уж жизнь. Даже самые невинные сказки хранят на себе клеймо смерти и крови, пусть и спрятанное за невинные речи и действия во благо. В сказке про Красную шапочку убивают ни в чем не повинного волка, который просто следовал природному инстинкту – побеждать, крушить, питаться. Гензель и Гретель сожгли несчастную старушку, а их родители бросили детишек на растерзание голодом. Сводная сестра Золушки отрезала себе пятки, чтобы втиснуться в туфли, а по итогу осталась слепая, калечная и брошенная, вынужденная побираться, как и её родные. А бедняжка Белль, отправившаяся в лапы к чудовищу? Вы знаете, что Адам не стал человеком? Чудовищный облик просто снова стал натурой Адама, явив прекрасное нутро на лицо. Неравноценный обмен, но кто же знает, что будет потом, за закрытыми дверями? Такова жизнь – кто-то побеждает, кто-то проигрывает, ничего с этим нельзя сделать, абсолютных счастливых концов не бывает – это утопия для дураков. Рокки знал это как никто другой, Рокки вырос среди героев, которые не прошли кастинг, чтобы стать до пизды добрыми, и влачили существование плохишей. Рокки сам был плохишом, похитившим у дракона его маленького принца, пропитав его табаком, ветром бесконечных дорог и запретной страстью, в которой они оба тонули, будто мошки в меду. И тем страннее было встретить кого-то, кто получал такое же удовольствие, разыгрывая сказки в жизни так, как они должны быть на самом деле. Никаких масок, никакой лжи, никаких розовых соплей – только правда, херовая и уничтожающая правда, в которой милой красотке с доброй улыбкой делать просто нечего.
Сигарета тлела слишком быстро, табачный дым колечками выходил из губ Рокки, который почему-то вспомнил песню «Highway to Hell» и притопывал своему внутреннему ритму, поглядывая на Энджела. Они на самом деле по дороге в самое пекло, где их никто не ждёт, даже Сатана оставил свой кровавый бал, устав смотреть на одни и те же лица.
По некрасивому лицу Рокса расплылась улыбка, когда Эндж заметил, что шоколадка съедена. Он решил пока не говорить, что купил ещё десяток, чтобы у рыжего не начался сахарный диабет. Казалось бы, куда только лезет? Наверное, они были забавной парочкой, ведь Ангел не мог жить без сладкого, а Рокки не представлял себя без мяса – и примерно так же различны были их методы, их мышление, их взгляды на жизнь. Но это намного лучше, чем быть слизанным под копирку друг с друга…
- Знаешь чо? Я не верю в безупречных парней. У таких всегда есть дерьмецо за душой, маленькая мерзкая тайна, которая портит весь имидж. Не бывает абсолютно добрых людишек, Энджи, ты и сам это знаешь. Но ты прав, нам, в сущности, по хер на того, кто из них Король – в конце концов, нам надо узнать, что нужно сделать, чтобы получить бабки и чтобы повеселиться как следует, – он пожал плечами, мол, я не сомневался в том, что мы придём к этому выводу. - Но я бы поставил на Сеймура, слишком сладким он всё-таки выглядит, такие люди обычно и бывают самыми большими мудаками, я даже не сомневаюсь в этом, – припечатал Мун, доставая из пакета упаковку наггетсов и соус барбекю  к ним. Жрать всё ещё хотелось, а после полученной информации ещё больше.
Пока Рокки утолял свой голод, Энджел совершил набег на не совсем свежую воду в кувшине, и Мун подумал, как бы у него потом отравления не было, а то каждые десять минут искать место, где можно испражниться, ему не улыбалось.
Он только сунул в рот наггетс, тщательно обмазанный соусом, когда телефон зазвонил снова. Рокс недоумённо глянул на телефон, даже чуть обижено, а потом снова на Ангела. Тот двигался красиво, даже слишком красиво для юноши, который никогда не занимался танцами. Мун даже залюбовался, и расстроено заворчал, когда рыжий всё-таки прервался и взял трубку. Выслушав короткий диалог Ангела с Шахе…. Шахо… блять, как там её? С бабой, короче, Рокки облизал пальцы, перепачканные в соусе, негромко рыгнул и буркнул:
- Ты не мог бы не бросаться такими страшными словами, как Уиц… Уёц… это почти так же хуёво, как тот вулкан у эстонцев или финнов, как его там… бля, не произнесу, сорян, – Мун смял пачку и швырнул её за спину, не слишком заботясь о чистоте номера. - Окей, иди, я посмотрю, чо тут и как, и потом обмозгуем, что делать с Королём и его заказом.
Ангел скрылся в ванной, а Рокс сунул сигарету в зубы и сел за ноутбук, задумчиво осматривая информацию. Благодаря Энджелу он научился пользоваться техникой, хотя делал это не так споро и быстро, как рыжий, но совсем профаном его назвать было нельзя.
Щёлкнув курсором на одну из папок, он обнаружил, что там несколько видео, подписанных и датированных в соответствии с фотоотчётами. Мун даже присвистнул от восторга – какой куш им попался! Он пролистал до видоса под названием: «Дары Волхвов, 10.12.13, ос.под заказ, опл дабл». О, это должно быть интересно… Мун нажал на «плей» и втянул в себя ещё табачного дыма, приготовившись смотреть.

Камера была расположена не очень удачно – видно было всё как-то кривовато, словно она подвешена. Перед зрителями предстала девушка с длинными светлыми волосами, привязанная к стулу, и молодой человек, лежащий на полу без сознания. В комнате пусто, полумрак, за окном явно угадывается зима – густые хлопья снега тихо падают за стеклом, освещенные фонарным светом. Неожиданно дверь – судя по всему, единственная в комнате – открылась, и в дверном проёме показалась высокая фигура, облачённая в длинную мантию, белую накладную бороду, в руках она держала посох, а верхнюю сторону лица закрывала белая маска.
Фигура двигалась неторопливо, подошла к юноше, склонилась, подметая бородой пол, и похлопала парня по щекам, приводя в себя. Молодой человек поморщился, ему явно не хотелось просыпаться, и тогда фигура ударила сильнее. Парень вскрикнул и распахнул глаза, в которых плескался дикий ужас.
- Что?.. Кто вы?.. Где я?.. – он заозирался по сторонам, заметил девушку, бессильно опустившую голову на грудь, и дёрнулся было, пытаясь подняться, но мужчина, а это был точно мужчина, не дал ему этого сделать.
- Лежи, лежи, Джим, ты слишком любопытный юноша, – голос мужчины ничего не выражал, и стало понятно, что он пользуется инструментом, чтобы исказить его. - Смотри, как хорошо ведёт себя Делла – молчит, лежит и не двигается…
- Что вы с ней сделали? – в голосе молодого человека явно слышалась истерика, и мужчине явно это не понравилось.
- Мы – ничего, но ты – сделаешь. Рождество – время дарить подарки, правда, Джим? Ты подготовился к этому празднику?
- Послушайте, если вам нужны деньги… – начал было Джим, но мужчина его прервал очередной пощёчиной.
- Ты непослушный мальчик, Джимми. Но я знал, что ты такой плохой, кое-что, там, наверху, рассказал мне об этом, – мужчина указал пальцем вверх. - Кое-кто попросил тебя напомнить, что играть чувствами других – нехорошо, Джимми.
- Я не понимаю, о чём вы говорите, – губы Джима задрожали, он попытался приподняться, но понял, что не чувствует ног. - Что вы со мной сделали?
- Скажи, Джимми, что ты знаешь о любви и семье? Ты ждёшь праздника в кругу близких? Да? Тогда почему ты сейчас с этой девушкой?
- Я… ох! – в его глазах мелькнуло понимание. - Вас нанял мой тесть? Этот сукин сын всё-таки обрёл наконец яйца?
Джимми, – мужчина укоризненно цокнул языком, поднял посох и с силой прошёлся по лицу Джима, заставляя того скулить от боли. - Мы просто должны служить посланниками даров, как ты не понимаешь? Мы должны напомнить тебе о самом важном в жизни!
- Господи, да о чём вы? Я просто… это моя подруга!.. – он захныкал, снова признавая поражение.
- Подруга, с которой ты живёшь и от которой у тебя сын, да, Джим? Врать нехорошо, мой дорогой мальчик.
Из темноты неожиданно появилась другая фигура, облачённая в костюм, шляпу и такую же белую маску, что и была на первом мужчине. Он молчал, только встал позади девушки, всё ещё находящейся без сознания.
- Что я должен сделать? – наконец спросил он, вспоминая, что слышал о таких людях, которые занимаются розыгрышами ужасных сказок и историй, но не думая, что когда-нибудь он окажется их жертвой.
- О, это уже другой разговор, Джимми. Ты должен принести дар своей жене… ты помнишь «Дары волхвов», мой дорогой? Только волос нам будет мало, ты снимешь с Деллы скальп и снимешь кожу с лица, отрежешь грудь и аккуратно упакуешь это в подарочную упаковку. Ты сможешь двигаться, но без глупостей. Или ты можешь пойти по-другому пути: признайся во всём…
- Что?! Я никогда… вы спятили! Я не смогу сделать это, я не убийца! – глаза Джима бешено завращались, он попытался отползти, сделать хоть что-нибудь, чтобы проснуться.
- Джимми, я же сказал: у тебя есть второй выход. Ты признаёшься в том, что изменяешь жене, что у тебя семья на стороне… на камеру, дорогой. А потом пускаешь пулю себе в висок, потому что не можешь жить с грузом измены, – мужчина с бородой чуть отошёл в сторону, как бы давая ему время подумать.
Джим лихорадочно думал. Он знал, что ему не уйти, что никакая полиция его не спасёт. Так же он знал, что не хочет умирать, что ещё слишком молод для этого. Он посмотрел на Делию, с которой был вместе уже семь лет (и три года он был женат на Эмили), и принял решение.
- Я… я же буду свободен, да? Эмили ничего не узнает? – тихо спросил он. - Поймите, она беременна, я…
- А ты кусок дерьма, Джим, – неожиданно рявкнул мужчина в костюме, но получив знак от «волхва» замолчал, только тяжелым взглядом смотрел на парня.
- У меня нет выбора…
- Никто ничего не узнает, Джимми, если ты сделаешь подарок своему тестю, – добродушно кивнул «волхв». - Я предоставлю тебе все инструменты, чтобы ты мог сделать свой кровавый выбор…


Рокки подкурил новую сигарету, сосредоточено глядя в экран, где этот Джимми снимал скальпель с девушки, которую специально привели в сознание для красоты картины. Кроме этого видео он просмотрел на промотке ещё несколько, и в его голове складывалась картинка, он понимал, что они должны будут сделать. Он пока не знал, с кем именно, как и будут ли они вообще браться за это дело, но понимал, что ему по-настоящему интересно то, что происходит на экране. Мун поднял глаза от экрана, когда рыжик вышел из ванной, свежий и чистый. Глаза Рокки странно блестели, он, кажется, был возбуждён, но более морально, нежели физически. Он облизнулся, оглядывая любовника.
- Я, кажется, понял, что именно и как они делают, но… это целый клад для таких извращенцев, как мы с тобой, Ангел. Но если я – мистер Шалопай, то кем будешь ты? Ангеляша? – он пошловато облизнулся, изображая съехавшего от страсти идиота. - Ангелец? – и снова облизнулся. - Энджелометр? – на этот раз Рокки облизнулся скорее задумчиво, неторопливо скользя языком по губам. - Джелломэн? – облизнулся Рокс уже чисто автоматически, не очень контролируя свой собственный язык. - Ангелометрон! – и облизнулся, будто припечатывая сказанное, уже готовый прятаться под кровать от разгневанного любовника. Но настроение у него стало на порядок выше.
Он затушил сигарету о стоящую рядом тумбочку, повернул монитор ноутбука к Ангелу, показывая последние аккорды видео «Дары волхвов». Джимми, весь облёванный, отрезал левую грудь Делии, уже, кажется, мёртвой. Или потерявшей сознания? Рокки не знал.
- Смотри, тут есть видеоотчёты с их операций. Они выполняют заказы, разыгрывая различные истории – видимо, по выбору заказчика. И там, среди видео, я, кажется, нашёл и видео нашей крошки, я промотал – она любовница Сеймура, я точно в этом уверен. А убрать нам, как я понимаю, надо зятя Сеймура – он слишком много знает. Здесь есть запись нескольких звонков… в общем, я думаю, что мы можем согласиться с работой, если сможем придумать что-то особенное. Предлагаю, узнать у нашего Короля, что именно он хочет сыграть.

Отредактировано Rocky Moon (19.11.2015 20:59:54)

+2

14

Ванная комната была довольно просторной и чистенькой, в ней ещё пахло, как это бывает после горячего душа, паром и синтетическим морем из надорванного пакетика с гелем, что валялся теперь на дне пустой мусорной корзины. Энджи щёлкнул выключателем, резкий искусственный свет отразился от черно-белых шахматных плит кафеля; рыжеватый, с густым ворсом коврик на полу, красиво скатанные свежие белоснежные одеяла - как в каком-нибудь фильме или на фотографии в рекламном проспекте, вот только краны слегка заржавели, а раковина заметно подтекала внизу. Любая красивая картинка имеет неприглядную изнанку. Такова жизнь, малыши.
Энджел критически посмотрел на остренькое белокожее отражение собственного лица, повертел головой из стороны в сторону, выискивая следы давно смытых летних веснушек или так и не пробившейся куцей щетины, но нашёл только парочку небольших воспалений внизу подбородка, недовольно скривился и ожесточённо потёр болезненно отозвавшиеся на грубость точки пальцами. В комнате Рокс включил видео, Энджи слышал шум записи сквозь приоткрытую дверь. Он всегда предпочитал оставлять небольшую щёлку, чтобы пространство, в котором они с Рокки находились, оставалось единым, чтобы их не разделяла даже такая небольшая преграда. Даже ненадолго. Какой-то иррациональный страх, тщательно подавляемый, но неистребимый до конца, сидел глубоко в подкорке, - Энджел боялся, что однажды выйдет совсем в другую комнату, в другую жизнь, где Рокки не будет.
Стянув с себя дорожные шмотки, пропитавшиеся потом, запахом табака, бензина, фастфуда и сладостей, Энджи брезгливо скомкал их и запихнул в дальний угол, собираясь позднее постирать или отдать в прачечную, если они задержатся тут дольше, чем на пару дней, а по всему выходило, что так и будет. Идея стать наследниками выгодного бизнеса, так удачно совпадавшего с их маленьким грязным хобби, захватила Энджела, а в том, что это случилось именно теперь, когда он сам ломал себе голову над, казалось бы, неразрешимой задачей, как поставить свои особые таланты себе на службу, он видел совершенно явственно направляющую руку провидения. Они были на верной дорожке, они всё делали как надо, и за это будут вознаграждены по заслугам, - эта мысль приносила невероятное удовлетворение.
Мокрый, с чисто вымытыми волосами, сейчас скорее напоминавшими по цвету старую кровь, чем блестящую медь, раскинутыми по плечам, Энджи босоногий прошлёпал обратно в комнату и зябко поёжился: обёрнутое вокруг худых бёдер полотенце, успевшее порядком промокнуть, не защищало от прохлады. Он замер в паре шагов от кровати, поджимая пальцы на ногах, обхватив влажные плечи костлявыми пальцами, раздумывая, во что бы переодеться, и потому не сразу обратил внимание на слова Рокса, а тот дурачился во всю, вальяжно развалившись на покрывале с сигаретой в зубах, глаза его многозначительно и возбуждённо поблескивали, и это обязательно привлекло бы внимание Энджела, но не теперь. Он уже присел на корточки возле сумки, которую начал потрошить в поисках подходящей футболки, и первые пару фраз рассеянно пропустил мимо ушей.
- Ангельские глазки*, - фыркнул он, давясь от смеха  и вытянул за короткий рукав нечто хлопковое, цвета хаки, на секунду задумался и с кровожадным видом покосился на любовника, как будто собирался придушить его этой тряпкой за бессовестное издевательство над собственным именем которого Энджи, впрочем, никогда и не любил. - Хотя... Туко мне всегда нравился больше.
Надев футболку, оставаясь всё в той же махровой мокрой юбчонке, готовой вот-вот соскользнуть на пол от первого резкого движения, Энджел медленно пошёл к постели, на которой возлежала вся техника и Рокс, попутно исповедуясь с напускным покаянием на лице:
- Ведь меня разыскивают... или должны были бы разыскивать, если бы полицейские не были так тупы, в двенадцати штатах этой страны, где я совершил множество противоправных деяний. Я признаюсь в том, что совершал убийства, причинял ущерб здоровью и имуществу граждан, грабил магазины и закусочные в городах восьми штатов, содействовал в умышленном похищении, продавал и покупал краденные товары, в том числе оружие, но в подделке денег... нет, не виновен**.
Тихо рассмеявшись, он опустился перед кроватью на колени и протянул в молитвенном жесте руки к своему спутнику.
- Отец Шалопай, отпустите мне эту вину?
Поймав ладонь Рокки с зажатой в ней сигаретой, Энджи поднёс её в своим губам, прижался ими к пальцам любовника обхватывая горячий и чуть горьковатый от никотина фильтр, прищурился, делая длинную тягу, а потом медленно выпустил дым через ноздри, облизнулся.
- Ты считаешь, что выбор истории - это часть заказа? - спросил он уже более сухим и деловым тоном, возвращаясь к сути дела. - Может быть. Но я бы поставил на то, что наши поджаристые приятели сами планировали операции по своему разумению, исходя из сути претензии и желаний клиента. Кажется, они были настоящие креативщики.
Присев на покрывало рядом с Рокки, Энджи поджал к груди голые ноги, поставил подбородок на колени и, облокотившись спиной на грудь любовника, быстро застучал по клавишам.
- Я бы пробил зятя и тестя за одно. По-моему, отец жены Сеймура нехило так помог ему в начале карьеры, в том числе, поработал на "ангельский" образ"... будет нелишне сунуть нос в его подноготную, как думаешь? А ещё мне кажется, что этими записями, - он кивком обозначил раскрытую папку с видео и другими шокирующими документами. - Они могли приторговывать на стороне. Ну знаешь... есть такие ребята, у которых кишка тонка пойти и мочкануть парочку шалав, но они готовы платить бешенные бабки, чтобы вздрочнуть глядя на то, как это делают ребята с яйцами покрепче ихних. Мой больной палец подсказывает мне, что Шахерезада как раз занималась распространением этих видосов, - приподняв вверх левую руку, Энджел продемонстрировал свой средний палец, гнувшийся немного хуже остальных из-за недавней травмы. - В качестве материала для шантажа они пригодных хуже чем запись разговора или квитанция об уплате, скажем, ведь главные "герои" там не засветились, а по имени назвать можно кого угодно - кто поверит ребятам в масках?.. Но с этим потом разберёмся...
Он резко умолк, глядя на чужой сотовый, который опять вибрировал, и вновь оповещал о том, что Королю не терпится с ними поболтать - не дотерпел целых пятнадцать минут. Энджи с досадой скривился и поглядел на Рокки, спрашивая его взглядом, готов ли он ответить.

____________________
* имеется в виду персонаж фильма "Хороший, плохой, злой" Серджио Леоне
** отсылка всё к тому же фильму, несколько переиначенная цитата.

+3

15

До встречи с Ангелом Рокки не разбирался, считай, ни в чём толком: не читал книг, не смотрел фильмов, не слушал хорошую музыку. Ему до сих пор было безмерно трудно ловить какие-то ассоциации, какие-то отсылки, которые проскальзывают в разговоре с Энджелом. Объективно рыжий был умнее его, Рокс понимал и принимал это, у него никогда не было особых иллюзий на этот счёт. Но вот «Хороший, плохой, злой» он смотрел в детстве, когда мать с тёткой бухали на кухне или гуляли, не появляясь днями. Маленький Рокки садился в кресло, укутывался в одеяло, потому что дома всегда было очень холодно, и безотрывно смотрел в экран, где снова и снова шёл фильм Серджио Леоне. Он смотрел именно серию с Туко, испытывая к этому персонажу особенную слабость, а позже и вовсе соотнося себя с этим хитрюгой. Ему хотелось быть таким: наглым, беспринципным человеком, который сможет выжить в любой ситуации, который прогрызёт себе место для жизни зубами. Странно, что он не вспоминал об этом, пока Эндж не заговорил об Ангельских глазках, с которым был в чём-то отчаянно похож. Затянув в зубы ещё одну сигарету, Рокки внимательно осмотрел своего юного любовника, который умел быть серьёзным, если того требовала ситуация, и порой казался старше самого Муна. Пока Ангел исповедовался, Рокс с интересом смотрел на полотенце, которое можно было бы стянуть, но всё-таки отвлёкся от своего интереснейшего занятия.
- Даже у таких мерзавцев есть ангел-хранитель*, – хмыкнул он, зная фильм наизусть, отвечая чисто на автомате, всё ещё слишком далёкий от реальности. – И я – твой ангел-хранитель, рыжий, и отпускаю все твои грехи и благословляю на все иные дела, – несколько пафосно кивнул Рокки, привычно делясь сигаретой с любовником, как делился с ним всем, что имел. А чего не имел, то приобретал и отдавал. Для него это всегда было важно: дать Ангелу то, чего у него самого не было. И даже сейчас, видя мертвецов вокруг, Рокки старался не говорить о них слишком часто – ему не хотелось волновать любимого лишний раз. Вместо этого – он ловит Ангела, притягивая к себе на несколько секунд, лишь мазнув своими губами по его, будто бы желая убедиться в том, что их вкус остался прежним, что нет привкуса тины и крови. Нет, всё было в порядке, ему просто показалось. Мун незаметно выдохнул, рассеяно улыбнувшись.
- Я думаю, что здесь можно «на свой вкус» или из тех историй, которые легко воплотить, – пожал плечами Рокс, вспоминая всю сцену из увиденного видео. - Я бы поставил на то, что возможны оба варианта.
Рокки приобнял Ангела, кладя подбородок ему на плечо, заглядывая в экран ноутбука, следя за тебя, как быстро мелькают пальцы рыжего по клавиатуре.
Несмотря на то, что они узнали достаточно информации, Рокки всё ещё не слишком въехал в то, как работает эта система. Но он понимал, что хочет сыграть в эту игру, побыть немножко Конструктором. Бессистемность их убийств нарушилась только один раз – когда они были в доме у озера и расправились с семейкой Хэвен. Ангелу нужно это, ему нужна задачка, с которой ему будет интересно справиться, а Роксу была необходима встряска, пока он окончательно не сошёл с ума.
- Я бы не удивился, если бы они снимали и порнуху, когда убирали баб, – это было бы очень удобно, – пробормотал он. - Но тебе не кажется странным, что и эта Шаха, и Король позвонили в один день – один попросил ускориться, другая и вовсе отменила планы, – Рокс задумчиво ткнулся носом в плечо Ангела, его ладони скользнули рыжику под полотенце. - Может, Шаха – это что-то типа координатора? Но тогда почему она не узнала?.. Черт, я ни хрена не понимаю! – пожаловался Рокс, отстраняясь, чтобы взять мобильник, на котором высвечивалось ожидаемое «Король». Готов, не готов, а отвечать придётся, вряд ли мужик станет терпеть. - Да, Шалопай слушает.
- Ну что? Вы готовы обсудить время и место? Я готов заплатить в два раза больше той суммы, о которой мы условились, – в голосе звонившего слышалось отчётливое напряжение, и Рокки показалось, что голос звучит немножко иначе, чем в первый раз, но он просто мог догадаться воспользоваться иной тональностью изменителя голоса. 
- Да, но вы слишком торопитесь, – сказал Рокс укоризненно, хотя и против собственной воли, включаясь сейчас в игру. – Ваш заказ будет выполнен в течение двух дней, место исполнения и условия – наша забота. Вы знаете, что мы всегда выполняем свои задания, мистер. Можете спокойно заняться своими делами.
В трубке повисла тишина, раздался сердитый вздох, а потом короткие гудки - Король не выдержал подобного обращения и бросил трубку. Рокс пожал плечами и передал мобильник Ангелу.
- Я считаю, что нам стоит опасаться этой Шахи, а так же как-то попытаться убедиться в том, что наша будущая жертва - зять Сеймура... а не его тесть, а то грохнем не того, и мистер Король расстроится, - говорил Рокс это, засовывая очередную сигарету в рот.

*Цитата из «Хороший, плохой, злой».

+2

16

Требуется время на то, чтобы хор спелся, чтобы инструменты в оркестре начали звучать как неразделимое целое одной небесной мелодии, чтобы люди притёрлись друг к другу настолько, что начали без слов улавливать мысли, намерения и желания, предупреждая, дополняя их и действуя в единстве, как отлично отлаженный часовой механизм. Но Энджелу иногда казалось, будто они с Рокки родились такими - он не мог вспомнить то время, когда что-то было иначе, когда они не делили вздох на двоих, и не договаривали друг за другом слова - бесконечная полифония звуков (бесконечный ужас в глазах жертв, пойманных как газель светом передних габаритов). Они с Роксом были рождены и воспитаны разными, даже призмы их зрачков иначе воспринимали свет, но что-то общее связало их сердца. Что-то соединило их, и Энджи чувствовал себя счастливым только тогда, когда Рокки улыбался ему - с тех самых пор, как впервые его увидел. Он ушёл за ним, бросив всё, ни о чём не жалея. Твёрдо веря, что не пожалеет впредь.
Подхваченный эхом диалог из старого фильма не показался ему чудом, всего лишь привычной закономерностью. Энджел улыбнулся, нежась в объятиях любовника, откинул голову назад и потёрся о его щёку гладкой безбородой щекой, тихо вздохнул от полноты чувств и прикрыл глаза, как разморенный тёплым солнышком кот. Вот так, когда висок касался виска, ему чудилось, словно сами их мысли текут вместе, сливаясь в один поток, и он, невольно, мог играть в телепата, заранее догадываясь о том, что Рокки собирается ему сказать:
- Да, я думал о том, что это не случайное совпадение... и у меня были кое-какие мысли на счёт этой самой Шахи, - он задумчиво прикусил влажный кончик волос, слегка нахмурился, глядя прямо перед собой в мерцающий экран, на котором белозубо расплывались цветными пятнами лица людей, чью судьбу им суждено было вершить по воле провидения. - Знаешь, что меня удивило во всём этом? Парни реально творили беспредел, но о них почти ни одного упоминания в прессе. Кто-то должен был приглядывать за ними всё это время, чтобы они не накололись. Кроме того... - Энджи прищурился, высказывая своё последнее, и самое важное, на данный момент, предположение: - Если люди работают в таком бизнесе, да ещё с таким размахом, и в одном и том же месте - они должны серьёзно заботиться о своей безопасности. Знаешь что, Рокс?.. - обернувшись через плечо, Энджел загадочно, тепло и внимательно посмотрел любовнику в глаза. - Скорее всего, мистера Шалопая и его болшеголового друга ни Король, ни кто другой в глаза не видел. А если видел, то не соотносил их с исполнителями этих заказов. Так что никто не заметит подмены, - он многозначительно ухмыльнулся, коротко поцеловав Рокки в уголок губ. - А что касается Шахерезады, почему она не узнала голос... в преломлении связи он может звучать иначе, я говорил коротко... да и кто может дать гарантии, что она - одна? Может быть они сменяют друг друга. Секретарша в полицейском участке, которой отстёгивают процент с продаж, или кто-то в том же роде...
Пока Рокс говорил по телефону, Энджи внимательно вглядывался в его лицо, беззвучно проговаривая свои советы, одними губами, и удовлетворённо улыбнулся, когда беседа окончилась. Теперь он сидел лицом к лицу с любовником, развязавшийся полотенец давно соскользнул с узких бёдер на смятое покрывало, и он был совершенно обнажён, не считая длинных прядей волос, налипших к светлой тонкой коже. Энджел улыбался, поглаживая Рокки по голому колену кончиками сложенных "горкой" пальцев, он думал. Но и чувствовал тоже, пробуженный покоем и отдыхом, и предвкушением нового приключения, задачки, которую предстояло решить.
- Завтра... займёмся этим на свежую голову, а то у меня в мозгу идеи бредовей, чем у сценариста какого-нибудь мистического сериала в забастовку профсоюза. Нам надо отдохнуть, - почти промурчал Энджел, наклоняясь к лицу Рокки, проводя ладонью по его щеке и мягко задевая губами губы, сглатывая его дыхание, словно сладкую вату с палочки. - Хорошо?..
Вдруг вспомнив что-то, он неохотно отстранился, оборачиваясь к всё ещё включенным компьютерам. Первым делом он извлёк из чужого агрегата флэшку, на которую начал копировать всю базу данных, когда Рокс ещё плескался в душе. Энджи спрятал её получше в кармане сумки, по соседству с записной книжкой, на всякий пожарный случай. Отключив оба ноутбука и сняв их с постели, он обернулся опять к любовнику, и его зелёные глаза хищно блеснули. Опустившись на четвереньки, он подкрался ближе, осёдлывая бёдра Рокки, закидывая руки ему на плечи и выразительно ёрзая на месте.
- Ну, будем спать?.. Гляди, тут две постели, Рокс. Хочешь отослать меня на другую сейчас?
Разговор с заказчиком явно настроил Рокса на игривый лад (или это был совершенно обнажённый Энджел, не скрывающий своей наготы?), и он слушал Ангела с преувеличенным вниманием. Тем неожиданнее для него было проказливое настроение любовника, которому он до сих пор удивлялся, помня рыжика невинным и робким мальчиком.
- Мы обдумаем это завтра, сейчас у меня кровь от мозга отлила, – хрипловато рассмеялся Рокки, прихватывая Энджи за ягодицы, сжимая на нежной коже грубоватые пальцы. С тихим смешливым рыком он неожиданно перевернул Ангела, опрокидывая его на кровать, подминая под собой. – Но обещай мне, что мы не ввяжемся во что-то, что может повредить тебе, – негромко попросил он, склоняясь к губам любимого, накрывая их поцелуем.
Он действительно надеялся на то, что им удастся избежать серьёзных неприятностей. Что поделать, Рокки был ужасно наивен.
Обхватив любовника за плечи, Энджи прижался к нему, легонько касаясь губами губ и улыбаясь в поцелуй, опустив ресницы, чтобы скрыть блеск в глазах, странное выражение, выдававшее, насколько он сам не верит в возможность того, что "всё обойдётся", как-то слишком по-взрослому цинично, что всегда расстраивало Рокса. Вместо ответа, он провёл пальцами по шее Рокки, по его плечам и верху спины, покрыл лёгкими поцелуями лицо. словно успокаивая, и только потом, как бы уверившись, что голос будет звучать вполне убедительно, пробормотал ласково:
- Я обещаю тебе, что у нас всё получится.
Это не был прямой ответ на заданный вопрос, но Энджи не собирался прятаться от опасности, если она будет грозить Рокки - они были в этом вместе, они всё делили на двоих. В болезни и здравии, так?..
Утром он проснулся первым, хотя обычно любил проспать подольше. Они оба любили это - со всей жадностью молодости, но накануне сон сморил их достаточно рано, и Энджел чувствовал себя вполне отдохнувшим, хотя часы показывали всего лишь девять утра. Он осторожно выпутался из объятий любовника, стараясь не разбудить. улыбнулся, глядя в сонное лицо Рокса и мягко мазнул губами по тёплой скуле. Прокравшись в ванную, он быстро ополоснулся, окончательно смывая с себя остатки сонливости, хорошенько вымыл электрочайник, который обнаружился на полке шкафа в комнате, наполнил его свежей водой, и пока она кипятилась, вытащил из сумки пачку заварного кофе и две кружки-термоса, купленных в "Старбаксе". На боках одной красовалась лисья морда, на другой - волчья: это была идея Рокки, сделать тару более "персональной", и Энджи пришёл в восторг, когда увидел результат. Он сделал сразу две чашки, плотно прикрыв крышкой ту, что с волком, поставил её на тумбочку рядом с кроватью всё ещё мирно посапывавшего Рокса, а сам уселся с кофе, ноутбуком и записной книжкой на второй, свободной кровати.
Он провёл так, наверное, не более получаса, но сегодня получалось лучше, чем накануне. Возможно, отдых действительно помог, а, может быть, стало проще из-за уже известной информации. В голове у Энджела складывалась вполне определённая картинка, и к тому моменту, когда Рокки открыл глаза, он уже понял, что следует делать. Услышав, как Рокс просыпается, Энджи поглядел на него и нежно улыбнулся.
- Вставай и пой, Рокс, - объявил он, отодвигая компьютер в сторону, чтобы наклониться через разделявшее кровати пустое пространство и быстро поцеловать. - У меня есть для тебя кое-какая информация, надеюсь, ты будешь доволен. Но сначала нам надо пожрать и скатать по тому адресу, который я вчера показал тебе. Скорее всего, там мы и узнаем, что и с кем именно предполагалось сделать. К тому же, я страсть как хочу поглядеть, чего они там приготовили, это должно быть жутко интересно.

+1

17

Рокки любил спать, но последнее время это удавалось ему с трудом: постоянное нервное напряжение сказывалось. Чаще всего он просто лежал в кровати без сна, обнимая посапывающего Ангела, словно оберегая ей сон, рассматривая его расслабленное сном лицо. Удавалось заснуть только под утро всего на несколько часов, которые проходили слишком быстро. Утром он обычно чувствовал себя разбитым, усталым и мрачным, но к вечеру желание спать вновь пропадало, будто его и не было, и Рокки снова лежал с открытыми глазами. Но вчерашний день, закончившийся долгим сексом, заставил его всё-таки вырубиться. Он буквально провалился в сон, как в самую чёрную яму, и спал хорошо почти до самого рассвета. Но часам к пяти утра это спокойствие ушло – к нему на грудь словно сел кто-то очень тяжёлый, дышать стало невероятно трудно. Рокс хрипло выдохнул, но не проснулся, а погрузился в ещё более глубокий сон, не в силах проснуться. Ему почудилось, что шеи касаются холодные пальцы, что они сжимаются, лишая его дыхания окончательно. Муну почудилось, что это та самая девица из машины, которую они оставили умирать. Он чувствовал её смрадное дыхание, понимал, что пальцы начинают обжигать, а запах горелой плоти ударил в ноздри.
Очень хотелось проснуться, вынырнуть на свободу, снова иметь возможность дышать. Но у него не получалось: чем больше Рокки пытался, тем глубже увязал во мраке, и конца этому не было. Неожиданно Ангел рядом с ним зашевелился, что-то выдохнул во сне – или Рокки показалось? – и ОНА отступила, руки исчезли, Рокс смог вздохнуть. Он распахнул глаза, вглядываясь в исчезающую ночь неверяще. Потом перевёл взгляд на рыжего, обнажённого, раскинувшегося на кровати и на самом Роксе, закинув на него ногу и руку, а дыханием щекотал шею.
Прилив нежности чуть не заставил Муна повторно задохнуться, но на этот раз от любви к своему юному спутнику, который в очередной раз спас его, сам того не зная. Не желая будить Энджи, который достаточно чутко реагировал на телодвижения, Рокки просто лежал, стараясь успокоить дыхание. Постепенно он снова начал засыпать, веки смежились под тяжестью переживаний, и Мун вновь погрузился в сон, но на этот раз спокойный, крепкий, лечебный.
Он бы, наверное, спал дальше, если бы не понял, что рыжика рядом нет, поэтому против собственной воли Рокс открыл глаза и сонно огляделся, ища взглядом Энджела. Тот, видимо, проснулся раньше, но беспокойство, которое заставило Муна подскочить на кровати, не могло отступить так просто. Мун глянул на любовника сонными глазами, подхватил Ангела и потянул на себя, целуя его в ответ, не собираясь признаваться даже себе, что в его руках ощущает себя теплее и живее.
- Ща, мне надо отлить, – сломал он романтичность момента, сползая с кровати и шлепая в сторону ванной, чтобы заодно и умыть свою сонную рожу.
Остатки сна исчезли, когда Роксу показалось, что в зеркале он увидел следы пальцев на шее – кровавые подтёки, которые ничем не скрыть. Он проморгался, подтёки уменьшились до вполне обычных засосов, от смачных укусов, и Мун уселся на унитаз, чувствуя, что у него не всё в порядке с башкой. Наверное, ему нужно будет поговорить с Энджи, но рассказывать ему о подобном не очень-то хотелось – Рокки и сам-то думал, что он просто крезанулся, а уж впечатлительный Ангел и вовсе будет в ужасе. Ладно, об этом он подумает позже, когда они решат дела с этим сказками и убийствами, а сейчас надо привести себя в порядок. Из ванной он вышел минут пятнадцать спустя, более или менее пришедший в себя. Порылся в остатках еды из макдака, вынул ещё упаковку картофеля, сырный соус и схватил кофе, одарив рыжего благодарным взглядом.
- Давай тогда сейчас и съездим? Чего тянуть кота за все подробности-то, – пробормотал он, набивая рот завтраком, запивая всё смачным глотком кофе.
В любом случае им будет полезно заняться чем-то кроме убийств, бессмысленных убийств. Хотя у них пока что был шанс вынырнуть из этого, но Мун не собирался сдавать назад – только вперёд, только хардкор!
- А что ты узнал? – спросил Рокки чуть позже, одеваясь и прикуривая сигарету, абсолютно готовый к тому, чтобы отправиться по делам. - Это как-то касается Сеймура и ко? Мне кажется, что чем богаче и влиятельные люди, тем они припизднутее. Ты видел, что они с бабой сделали? Это же пиздец! Хотя, работа красивая, надо взять на заметку.

+1

18

В какой-то момент Энджел понял, что ему будет проще привести информацию в систему, если записывать её по-старинке - ручкой в блокноте. Он достал из сумки чёрный линованный Молескин, который сам же себе подарил на прошедшее Рождество. Своё увлечение путевыми заметками он старался не особенно афишировать даже перед Роксом, хотя его спутник, постоянно находившийся рядом, конечно не мог не видеть, как Энджи то и дело что-то царапает торопливо то в одной, то в другой тетрадке, когда выдаётся свободная минутка. Вести записи он начал ещё дома, примерно за полгода до своего побега, и нашёл это занятие успокаивающим, увлекательным, а, более всего - дисциплинирующим. На заполнение дневника требовалось время, и порой приходилось заставлять себя просто сесть и разложить по полочкам мысли и события, дабы перенести их на бумагу в нужном порядке. Зато позднее, возвращаясь к кое-каким своим пометкам, Энджел считал их невероятно полезными. Иногда он торопливо малевал несколько фраз в полусонном состоянии, и только позднее благодарил сам себя за прилежное выполнение установившегося ритуала.
Дитя компьютерного века, Энджел хотя и умел, разумеется. выводить строчные буквы, до того, как начал писать дневник, не часто этим занимался, и рука его быстро уставала, почерк был корявым, жёстким. Теперь строчки ложились легко, ровные и убористые, аккуратные, как ряды нанизанных на тонкую нить жемчужин - свидетельство педантичного и в чём-то строго характера, но не лишённого воображения и артистической жилки. Там и тут его записи сопровождали каракули и рисунки, - быстрые скетчи, иллюстрации. Энджи едва ли можно было назвать великим художником, он никогда этому не учился, не набивал руку, но кое-какой талант у него всё же был, изображения обычно получались точными, интересным, а порой до дрожи живыми. Он понимал, насколько опасно хранить у себя такой компромат, но со свойственной возрасту самонадеянностью, верой в свой незаурядный ум, Энджел рассчитывал, что они никогда не попадутся, что всё обойдётся, а для них эти путевые записки порой служили отличным подспорьем, не позволяя упустить из виду ни одной детали, совершить ошибку, по беспечности запамятовав о том, как, где и когда они оставили свой след.
Раскрыв красивую, всё ещё сладко пахнущую типографией тетрадку на последней чистой странице - первый десяток был уже покрыт кружевом строк - Энджи, первым делом, добросовестно перенёс в дневник воспоминания о прошедшем вечере. На следующем листке мешаниной штрихованных чёрных линей возникло пятно рисунка: разбитая машина, ткнувшаяся носом в дерево, как затонувшая лодка, ушедшая кормой в песок, безликая девушка, высунувшаяся из багажника, рот раскрыт в беззвучном крике как на картине Мунка. Позднее он добавит сюда деталей, оживит пунктирное изображение пятнами цвета - красное на белом, вишней в цвету. Энджел оторвался от своего творения, и перешёл к куда более прозаической схеме, где детально и скрупулезно отобразил все данные, что были у них сейчас: имена, даты - всё сплошь в раздражающих закорючках вопросов, неизвестные переменные, которые ещё только предстояло найти. Но кое-что начинало проясняться, и удовлетворённая наглая улыбка всё чаще скользила по губам мальчишки.
Он как раз копался со своим уравнением, когда Рокки вышел из ванной, посвежевший и сияющий. Энджи глянул на него внимательней, в какой-то момент почти поймав за хвост беспокойство, грызшее его в последние недели, мелькая то и дело нервными взглядами, синими кругами под глазами, бессмысленными, но тревожащими фразами, однако тут же упустил опять, возвращаясь мыслью к настоящему, реагируя на вопрос Рокса. В конце концов, они оба просто устали, а когда отдохнут и отъедятся как следует, наберутся сил, то всё снова придёт в полный порядок. Когда кончится эта злая затяжная зима.
- Да, я так и думал. Нечего время тратить попусту, мы уже подписали контракт, если можно так сказать, - Энджел хмыкнул и сладко потянулся, начиная торопливо разбирать свой временный "штаб", выключая и складывая технику, рассовывая по кармашкам сумки данные, записи. - Я тебе дорогой всё расскажу. Роооокс, я не могу это жрать!
Он поглядел на совершенно "резиновую" холодную картошку в руках любовника и показушно скривился, хотя в животе всё равно заурчало. Пока Энджел занимался делами, о голоде он как-то не думал, хотя есть в последнее время хотел всегда, когда не спал. Он даже испугался, не подхватил ли паразитов, но кажется это была совершенно естественная реакция стремительно растущего организма на постоянные нагрузки, особенно физические. Вместе с подостывшим кофе он затолкал в себя твёрдый вишнёвый пирожок, всё из того же Мака, но этого было мало. Вопреки своим словам и гримасам, Энджи всё-таки отжал у Рокки часть лежалой картошки, пока носился по комнате, собирая сброшенные вчера в беспорядке вещи и напяливал их на себя, утепляясь по полной программе перед тем как показать нос наружу, в неприветливый белый стылый мир.
- Я готов, - объявил он, высовывая нос из-под края плотного полосатого шарфа, заплетённые в косу яркие волосы он упрятал под невзрачную вязанную шапку, кончик опустил за ворот тёплой куртки.
Устроившись на пассажирском сидении Каддилака, Энджел раскрыл на коленях Молескин, пролистал его, переворачивая страницу с рисунком обезображенной девушки и уставился на схему, где в только ему понятной системе громоздились, наезжая друг на дружку, названия, кусочки слов, соединённые разноцветными пунктирными линиями, концы которых упирались в неизвестность.
- В общем, так. Судя по заметкам о заказах, наши друзья начали работать тут с сентября позапрошлого года. Если раньше что-то было, или если они прикатили сюда откуда-то с уже готовым бизнесом - то, значит, до этого у них была другая база данных, о которой нигде не упоминается. Честно? По моим ощущениям, они не одни такие. Кто-то должен был до этого додуматься раньше, слишком уж классная идея, прибыльная и очевидная. Я тебе уже говорил вчера, и я в этом сейчас ещё больше уверен: клиентам на глаза они не показываются. Кто-то их постоянно крышует, потому что ни одного прокола не было. Пресса не связывает убийства между собой, если какие-то из них всплывают наружу, а это редко случается. За прошлый год я нашёл всего три или четыре упоминания, а дел у них было несколько десятков, Рокс! - Энджел многозначительно посмотрел на своего внимательного собеседника, поправил край шапки над запотевшим лбом и продолжал.  - Все денежные операции, насколько я понимаю, проходят в два этапа. Сначала они забирают наличные через подставное лицо, которому отстёгивают процент, чтобы он отправлял эти деньги на левые счета, которые постоянно меняются. Полная конспирация. Переговоры, правда, напрямую, но для каждого нового дела - новый номер. Странно, что не телефон. В сотовом Шалопая две симки, я проверил. Скорее всего, наша Шаха звонила по другому номеру, относительно постоянному. И да, я уверен, что она - осведомитель. Вероятно, связанный с полицией, потому что слишком уж всё чисто и гладко выходит... Про Короля тоже есть кое-какие мысли, но это терпит. Мне кажется, что они хранили большую часть информации там, куда мы едем. Это уже недалеко должно быть, да?
Энджи поднял взгляд и обвёл глазами незнакомую улицу, полную машин. Судя по всему, они опять катили к окраине города, но теперь направлялись в сторону, противоположную той, откуда въехали в Денвер накануне.
- Только тормозни где-нибудь у закусочной, у меня желудок сводит, - взмолился он и выразительно постучал себя ладонью по слоям одежды, прикрывавшим тело.

+1

19

К своему ужасу, физическое состояние Рокки так же оставляло желать лучшего, и хотя Ангел мог завести и мёртвого, но Мун ощущал какое-то волнение. Он даже как-то буркнул рыжему после крышесносного секса, лёжа рядом и покуривая сигаретку:
- Я вообще в последнее время больше боюсь, чем трахаюсь, – и отчасти это было правдой. Учитывая, сколько всего они пережили за последнее время, нервишки Рокса расшатались по полной, и ему стоило огромных усилий держать себя в руках. Но если это переходит ещё и в сны, то пора обращаться к специалистам, пока он наяву видеть тварей не стал. Но это было лишь вопросом времени, пока он ещё мог запирать всё это в себе, но когда-нибудь же он сдастся, и тогда придёт конец всему, что Рокки сейчас так дорого. И он был благодарен судьбе, что сейчас появилось что-то более интересное, на что можно переключить внимание Ангела, который обожал задачки для ума. Во-первых, это поможет и ему самому, а во-вторых, если безумие и захватит с головой, он всегда сможет выместить его на жертвах, с которыми они будут работать. Рокки сунул в рот ещё один ломтик картошки, скептически глянул на капризного рыжика, как бы напоминая ему одним только взглядом, что его это не особо торкает. Захочешь жрать – из собачьей миски будешь хлебать, благодаря всех святых за этот дар. Впрочем, Эндж сам же себе и противоречил, когда перетаскал у него из порции добрую половину содержимого, но ворчать по этому поводу Мун не собирался, потому что это была слишком нелепая причина для того, чтобы портить парню настроение. Но пообещал себе, что будет следить за тем, что они жрут, потому что толку от картошки было мало – он всё ещё был очень голоден. И это было первой хорошей новостью за долгое время – аппетит Рокс так же утратил, и только совсем недавно начал обретать вновь.
- Я тоже, – растянул он губы в улыбке, с интересом оглядывая любовника, и остался полностью довольным его видом. Потом подошёл, поправил шапку рыжему, склонился и легко коснулся его губ поцелуем, ведомый какой-то странной тоской, которая не давала ему покоя, грызла изнутри, как пара десятков острозубых пираний. На улице было холодно, Рокс затянул завязка капюшона на толстовке – шапок он не признавал – и получше застегнул кожаную куртку, хотя ветер всё равно проникал под ткань, посылая волну мурашек.
Они устроились в машине, Мун включил печку, потому что за ночь кадиллак порядочно промёрз, и ему не хотелось потом ходить шмыгать носом, разбрызгивая сопли по всей округе. Его мысли всё время возвращались к тому видео, которое он видел вчера, и Рокки ощущал какое-то внутреннее возбуждение и удовольствие от возможностей, которые открывались им с Ангелом. Раньше они и не думали о подобном, им бы просто не хватило организаторских способностей, у него не было бы крыши, а тут, видимо, всё было подготовлено аккуратно для них. Идеально.
- Но раз их крышуют, то наверняка кто-то же видел, как они выглядят, – заметил Мун, мусоля в зубах сигарету. - Может быть, они просто не знали этого? Тогда было бы логично… хотя, какая разница, кто исполнитель, если дело будет идти хорошо?
Это звучало, конечно, наивно, но зерно разума в словах Рокки было. Однако, он волновался: не хватало ещё, чтобы их мочканули, стянув кожу, это было бы совсем не круто. Он кивнул рассеянно, улыбнувшись, но как-то растеряно.
- Как насчёт китайской еды? Я заколебался бургеры жрать, я ими скоро гадить буду, – протянул он, останавливаясь около одной из многочисленных дешевых забегаловок. Он быстро выскочил из машины, порылся по карманам в поисках денег, и скрылся в направлении небольшого здания. Обедать на месте у него не было желания, лучше поесть в машине – это безопаснее. В забегаловке пахло имбирём, специями, чем-то странным и сильнее всего – рыбой. Рокс поморщился, сделал заказ и замер, нахохлившись, в ожидании. Его внимание привлёкла парочка – пацан узкоглазый и мужчина постарше, с нормальными глазами. Рокс сам не знал, почему обратил на них внимание, но решил, что нужно сваливать, пока не нарвался на драку (а с его настроением это было возможно). Получив пакет с горячей едой и лоток с двумя высокими стаканами, Мун расплатился и вернулся в машину, к Ангелу.
- Держи, – он сунул ему коробочку с лапшой, палочки и стакан с колой. - Знаешь, я чо подумал… нам надо непременно выяснить, кто покрывает всю эту хрень. И встретиться любым способом с информатором, хотя бы увидеть, кто это. Ненавижу, когда все вокруг знают больше, чем знаешь ты, – пояснил он, подцепляя палочками большую креветку.

+1

20

Боковое стекло Миртл запотело от дыхания, Энджел наклонился ближе, чтобы протереть его кончиками затянутых в перчатку пальцев, ткнулся носом в гладкую ледяную поверхность и сквозь небольшой чистый пятачок разглядел угол закусочной с аляповатой алой крышей, грубо стилизованной под китайскую архитектуру. На промёрзшей улице было не так много машин, но внутри забегаловки собралась небольшая очередь - кажется, место пользовалось популярностью, и Энджи хотелось надеяться, что это не из-за одной только дешивизны. Его желудок вновь дал о себе знать, требовательно заворчав, однако он не мог оторваться от наблюдений вовсе не потому, что мысли его были заняты исключительно едой, - как и всегда, с тех самых пор, как они встретились, он думал исключительно о Рокки.
Энджел не был исключительно внимательным человеком, - прежде всего, он был подростком, и хотя, порой, замечал больше того же Рокса, он был зациклен на себе и своих интересах. И, всё же, Рокки был такой значительной частью его жизни и интересов, - главной частью, центром всего, - что даже в запале азарта, в предвкушении чего-то нового и увлекательного, Энджи не мог до конца отбросить в сторону беспокоящие мысли, и он опять вернулся к тому, о чём размышлял последние дни, после того, как игнорировать необычное состояние спутника стало невозможно. Сегодня с утра Рокки выглядел взбодрившимся, подтянутым и проявлял небывалое любопытство ко всей истории, в которую они так смачно вляпались, но когда любовник оставил его ненадолго, вся эта наносная энергичность оставляла послевкусие чего-то искусственного, подгнившего. Что-то было не вполне нормально, и это тревожило Энджила, он снова и снова давал себе обещание обсудить это с Роксом, вот только не знал, как к нему подступиться: до сих пор, не смотря на всё, что они прошли вместе, он чувствовал себя не до конца уверенным, младшим, тем, кто должен уступать и подчиняться, и не совать свой нос в дела старшего, чтобы не вызвать раздражение и недовольство Рокки. Так поступала его мать, когда в её постели оказывался очередной вспыльчивый урод, всегда готовый почесать кулаки о спину того, кто слабее. Энджи перекашивало от этого, и он никогда не поверил бы в возможность такой параллели, ведь у них с Рокки всё было по-другому. За исключением того, что Рокс был так же вспыльчив и нетерпим к вторжению в своё личное пространство, даже со стороны самых близких. И он никогда по собственной воле не признал бы наличие у себя проблем, ведь это означало слабость. По крайней мере, так было раньше, в начале их знакомства, но, может быть, за этот год что-то успело перемениться? Быть может, Рокки только ждёт того, что Энджел заговорит с ним?..
- Ох... спасибо, - он вздрогнул от неожиданности, когда дверца распахнулась, и тот, кто занимал все его мысли, очутился на кресле рядом, нагруженный покупками, Энджи улыбнулся ему, подхватывая коробку, горячую даже сквозь вязанную ткань, прикрывавшую руку. - Ты с креветками взял? - он придирчиво поковырялся палочками в лапше, разглядывая начинку, жадно вдыхая тепло и аромат специй, насыщенный сладковато-терпкий дух имбиря, прежде чем затолкать себе в рот щедрую порцию, постанывая от непередаваемого наслаждения: - Бофефтвенно!
С пару минут он только сосредоточенно работал челюстями, то и дело прикладываясь к соломинке, торчащей из крышки высокого стакана, смывая вкус еды с языка холодной колой. В это же самое время, Энджи тщательно обдумывал вопросы, заданные ему Рокки, поскольку они волновали и его самого, а ещё кидал на своего спутника задумчивые, немного встревоженные взгляды. Рокс выглядел слишком заведённым, наэлектризованным, и хотя это было лучше, чем вчерашняя угрюмая подавленность, всё же, это было нехорошо.
- Мм... у нас была всего одна китайская забегаловка на весь город, да и та быстро прогорела. Мне всегда там нравилось, но эта дрянь была гораздо вкуснее. Не так хорошо, как в Калфорнии, но очень неплохо, - объявил Энджи наконец, сыто вздыхая и вытер перепачканные в соусе губы салфетки, откидываясь на спинку сиденья. - Ты печеньки с предсказаниями взял? - поинтересовался он и потянулся к пакету, пошуршал на дне, отыскивая среди прочего сопутствующего хлама, вроде жвачек и зубочисток, маленький хрупкий рожок, который тут же переломил пополам, и вытряхнул себе на ладонь тонкую полосочку бумаги. - "Удача улыбается тому, кто умеет дерзать", - прочёл он и усмехнулся, закусывая обломками печенья. - Звучит как девиз, хотя и не очень по-китайски. Я посмотрел по навигатору, Рокс, тут всего километров пятнадцать осталось. Доберёмся до места, там поговорим, давай?
Он кивнул на дорогу и снова улыбнулся любовнику, высасывая со дна стаканчика остатки своего напитка. Мысли по поводу конспирации у него были примерно такими же, - пока всё идёт как по маслу, какая разница, кто выполняет всю грязную работу? Однако на счёт возможности быть устранёнными в случае чего, у Энджела были несколько иные соображения. Заказывал музыку не тот, кто обеспечивал защиту, а скорее наоборот, потому что тем, у кого есть легальное прикрытие, чьи лица не скрыты под покровом ночи, есть что терять. Не исключено, что если порыться хорошенько в данных, то выяснятся ещё более интересные детали. А что если у их вчерашних жертв имелся где-то компромат и на пресловутого информатора? Энджи крепко стиснул в зубах кончик пластиковой трубочки, уже порядком измочаленный и поднял взгляд на приближающийся островок одинаковых квадратных ящиков из грубого металла - какой-то склад.
- Погоди тут, - Энджел мягко коснулся ладонью руки Рокса, лежавшей на колесе руля и незаметно кивнул на приближающегося к ним человека в форменной фуражке, глубоко надвинутой на посиневшее от холода лицо, видимо, охранника. - Я тут нашёл кое-что в сумке с ноутом. Думаю, подойдёт, - вынув из кармана длинный толстый ключ от явно массивного замка, к тупому концу крепилась пластиковая бирка с номером. - День добрый!
Охранник, постучавшийся в окошко машины, бросил беглый взгляд на бирку, кивнул и сделал жест рукой, указывая куда-то в даль, между рядов одинаковых контейнеров с самым разнообразным барахлом, где мог поместиться, при желании, целый выводок индийских слонов.
- Девятнадцать Бэ, - прочёл Энджи вслух информацию на ключе. - Наш склад будет в конце этого длинного сектора, Рокс. Странно, что они решили устроится тут... Напоминает какую-то странную игру в "найди меня", правда? Путешествие от загадки к загадке. Даже и не знаю, чем это всё закончится...

+1

21

Рокки четыре, но он знает, что пустота в квартире - явление временное – рано или поздно кто-нибудь обязательно к нему придёт. Третьи сутки мокрый снег липнет к окнам, Сан-Франциско заметает, а маленький Мун ничего не может сделать, потому что ему четыре и он играет в грубо вырезанную из цельного куска дуба лошадку. У него нет солдатиков, но есть воображение. Ему этого вполне хватает. Для своих лет он удивительно самостоятелен, говорит мало, но движется вполне уверено – ему хватает сил, чтобы следить за собой, если никто другой не может. Ему четыре, но он знает, что когда в коридоре щёлкает замок – это значит, что пришла Лили Мун, как обычно пьяная и весёлая. Ему не смешно, но он старается.
Так и есть – она пьяна, как портовый грузчик. Он слышит её смех, неуверенные шаги, а ещё – мужской голос, который не вызывает доверия. Они смеются, а потом до Рокки доносится фамильярное пошлёпывание по материнской заднице, пьяное хихиканье и томное:
- То-о-ом!
Рокки берёт лошадку, поднимается и смотрит в дверной проём, ожидая, когда мать с хахалем окажутся там. Они всегда приходят, всегда смотрят на него с удивлением. В прошлый раз один из мужиков предложил мальчику присоединиться и долго ржал, когда маленький Мун ломанулся из дома прочь. Но в этот раз Рокки сможет себя защитить. Он смотрит на открытую бутылку пива, сжимает в кулачке пакетик из-под крысиного яда, которым тётка травила крыс, развёдшихся у них в избытке.
Рокки боится, но он видел, как так поступают по телевизору. Поэтому, когда через четверть часа к их дому подъезжает скорая, он снова играет, стуча деревянными копытами лошадки по кафельному полу ванной, в которой спрятался.

Еда как и обычно восстановила хорошее настроение Рокки. Он ел быстро, ловко зацепляя палочками лапшу и креветки, порыкивая от удовольствия, почти как голодный дворовый пёс, отвоевавший себе сладкую кость. Лапша была вкусная – обычная яичная, хотя Рокс больше любил собу, но в такой голод был готов сожрать всё что угодно, лишь бы елось. Вспоминая голодные годы, он каждый раз набивал брюхо так, что оно становилось тугим, как барабан. По привычке он поглядывал на рыжего, следя за исчезновением еды в его рту, испытывая какое-то извращённое удовольствие от этого. Приём пищи – куда более интимное дело, чем секс. Это допуск в свою зону комфорта. И если потрахаться можно с любым, то приём пищи дело глубоко личное.
- Печенье? – спросил он рассеяно, когда с едой было покончено, привычно испытывая голод, хотя желудок его был полон. - Сейчас гляну, что у меня…
Он разломил чёртово печенье, передал его Ангелу, развернул бумажку и глаза его странно блеснули. Озвучивать прочитанное Мун не стал, справедливо посчитав, что пожелание – не то, чем следует разбрасываться. Или просто испугавшись. «Безумие – это узкий мостик между берегами разума и инстинкта*». Бред.
- Хорошо, я не против, – кивнул он. Ему было о чём подумать, потому что беспокойство нарастало с новой силой.
Рокки не боялся живых, потому что мог от них избавиться. До недавнего времени он не боялся и мёртвых, потому что они мертвы. Но теперь всё было иначе, многое поменялось за те короткие дни, прошедшие с того момента, когда безумие стало напоминать о себе.
Сходил ли он с ума? Вряд ли. Усталость, постоянная усталость – вот его верный враг, с которым он, по глупости своей, никак не мог вступить в схватку. Но и только.
- Это просто бездонная хрень. А ничего более полезного та мнет? – тихо пробормотал Рокс, слушаясь, однако, беспрекословно.
Ангел лучше знает, что делать. Так всегда было.
Склад напоминал Рокки его родной дом, хотя объяснить эту ассоциацию самому себе он вряд ли бы смог. Просто всплыло неожиданно воспоминание, которое напомнило Муну, что он всегда был немножко на грани.
И ему это нравилось. Криво улыбнувшись, он направил Миртл в сторону, куда указал ему Энджел.
- Думаешь, это что-то вроде вербовки новых исполнителей? Это было бы странно, согласись, – он разглядывал номера контейнеров, двигаясь неторопливо. - Хэй… тут придётся выйти и топать дальше пешком, я не протисну Миртл, не поцарапав ей бока.
Он коротко сжал пальцами колено любовника, захватил сигареты и выскользнул из машины. Оружие при нём всегда было – кто знает, где их настигнет очередная беда?
- Знаешь, меня удивляет одно – почему во всех фильмах используют подобный способ хранения всякой всячины?
Рокки неторопливо шествовал мимо контейнеров, разглядывая 19В, в котором их должны были дожидаться если не сокровища в полном понимании этого слова, то что-то совершенно необычное точно.
- Смотри, кажись, наш, – он кивнул на ничем не отличающийся от других контейнер с цифрой 19В. Если не считать чуть содранной краски с номера, но это пустяки. - Открываем его – а там зомбаки, как в каком-нибудь ебучем ужастике. Давай ключ, Эндж, я хочу поскорее узнать, что же там такое.

* Rammstein - Du Riechst So Gut

Отредактировано Rocky Moon (19.01.2016 20:04:09)

+2

22

На обнесённом длинным жестяным забором участке дорожки между рядами квадратных складов были аккуратно расчищены, так что идти было легко. Энджел невольно вспомнил вчерашний зимний лес, яркое зарево над одетыми в иней деревьями, похожими на сахарные леденцы, зябкую заметённую дорогу, опасно-гладкую под тонким снежным ковром. С самого утра он был слишком увлечён разгадкой нынешнего дела, которое не терпело отлагательств, коль скоро они за него брались, - а это был вопрос решённый, - и совсем забыл проверить новости. Как глупо. Сообщение о происшествии уже должно было просочиться в прессу, и Энджи мысленно предвкушал вид трёх обгорелых трупов на белом покрове, - малоаппетитное барбекю. Недавно наполненный желудок глухо заворчал: отвратительные картины осквернённой человеческой плоти Энджела не пугали, но некоторые вещи он, с брезгливостью эстета, находил отталкивающими и омерзительными. Он не имел ничего против чистоты смолы и пепла, но пережёванные, оплавившиеся от жара куски сала и мяса, почерневшие, безобразные, его ничуть не прельщали.
- Не так уж много в этой сумке, Рокс, - пробормотал он, не особенно внятно, из-за плотного шарфа, который снова поднял на лицо, как только они вышли в морозный солнечный день. - Всё необходимое. Тебя это не заинтересует.
И правда, в кармашках портфеля для ноутбука Энджи обнаружил именно то, что люди обыкновенно имеют привычку туда распихивать: блокнот с заметкам, который они внимательно изучили сразу, и который Энджел заботливо припрятал среди своих вещей, чтобы на досуге попробовать выжать из скупых заметок ещё что-нибудь; канцелярские принадлежности; всякий бесполезный мусор, вроде скомканных бумажек и рваных чеков (их Энджи тоже собрал, методично расправив, надеясь в этих бытовых отходах отрыть если не кучу золота, то хотя бы что-то примечательное); два портативных зарядных устройства - от компьютера и смартфона; несколько визиток и карточек (что уже отправились в кучу к прочим вещественным доказательствам и уликам); и, в последнюю очередь, но не последние по значению - две связки ключей. Вернее сказать, этот, отдельный ключ с бирочкой, помеченной литерой и цифрой, и целая увесистая гроздь, примерно из семи различных ключей, всех размеров и форм. Судя по брелоку сигнализации, она принадлежала лично мистеру Прожаренное Лицо.
- Почему в фильмах так часто бывают Макдаки и Сатбаксы, и Волмарты? - пожал плечами Энджи, останавливаясь рядом с Роксом прямо перед массивной прочной дверью и чуть приспуская запотевшую ткань, тут же ощутив, как капельки дыхания на шерсти превращаются в иней. - Это часть нашей жизни. Пиздец какая важная часть. Так... пойдём посмотрим, чего уж там. И решим уже на месте, что к чему.
Он вынул из кармана руку, тотчас озябшую, даже в плотной перчатке, воткнул ключ в тяжёлый навесной замок, и не сразу смог повернуть - казалось, сам металл насквозь промёрз, затвердел окончательно и не желал поддаваться под напором механической силы. Энджел сжал зубы, приналегая на дверь плечом, и уже совсем было просить о помощи Рокки, когда замок щёлкнул, распахнулся будто нелепо скривлённый рот, и под собственной тяжестью рухнул в кучку снега, прижавшуюся к громаде склада, очевидно подоткнутую сюда во время уборки. Подняв замок и отряхнув его, Энджел свободной рукой ухватился за кольцо, на котором он висел, поскольку ручки на двери не имелось вовсе, резко выдохнул и рванул на себя. Дверь натужно поддалась, но отворить её в одиночку нечего было и думать, спрессованный сугроб подпирал снизу, Энджи обернулся через плечо на Рокса. Ему стало почти жарко теперь, и хотя бы это было хорошо.
- Поможешь мне тут?..
Внутри было темно как в заднице негра, и пахло не лучше. Энджел наморщил озябший нос, и тут же снова прикрыл его жёстким от ледяной корочки шарфом. По крайней мере, температура здесь была немного выше, чем на улице. Градусов на пятнадцать, примерно, что давало в результате минус двенадцать - практически жара. Сквозь широкую щель приоткрытой двери, которую они не стали до конца распахивать, в захламлённое помещение проникала полоса дневного света. Было уже за полдень, но солнце ещё стояло высоко, и небо было чистым: в такой мороз можно не опасаться метели. Рассеянно моргая, стараясь привыкнуть к полумраку, Энджел огляделся по сторонам, - прямо перед ним вырисовывались очертания различных предметов, часть из которых была заботливо укрыта брезентом, часть брошена прямо так. Горы и пригорки разнообразного хлама, острыми углами торчащего и топорщащегося из тьмы, казавшейся непроницаемой там, в самой глубине, в сердцевине всего. Энджи повернулся к стенке справа и поискал взглядом рубильник, который вскоре и нашёл, дёрнул, почувствовав под пальцами лёгкие разряды электричества, и в следующий миг склад не совсем озарился, но вокруг определённо стало немного светлей - под потолком, высотой метров в пять, зажглось несколько мутных лампочек, размещённых не очень-то и равномерно, всё больше у самого входа, что казалось непрактичным и неправильным. Энджел вздохнул.
- Да здесь сам чёрт ногу сломит, - он в тайне надеялся на более простую задачу, но теперь им предстояло порыться в залежах коробок и инструментов, и чего тут только не было. - По крайней мере, никаких зомби, - кисло пошутил он. - Но будь осторожен, воняет так, словно кто-то сдох и успел разложиться. Смотри по сторонам, Рокс, и не забывай, главное, что мы ищем, это ещё один компьютер. Надо побыстрее добраться до оставшейся информации, всё остальное может подождать.
Напутствовал он своего спутника, делая шаг вперёд и вправо, держась ближе к стене, переступая через ящики и ящички, которых в этом помещении было что-то уж чересчур много. Само помещение изнутри оказалось не столь удручающе огромным, как чудилось снаружи, но из-за неожиданного изобилия предметов, поиски грозили затянуться на несколько дней. Которых у них в запасе не было. Энджел нахмурился, соображая, как можно было бы поскорее с этим разделаться, тем более что мерзнуть на складе до самой ночи не улыбалось никому из них.
Проходя мимо какого-то высокого ящика, крышка которого не была прибита, а, напротив, чуть сдвинута в сторону, он, вопреки собственным же предупреждениям, задержался, чтобы сунуть внутрь свой любопытный нос. Сверху, сразу под крышкой, была оставлена накладная с описанием, которое Энджи не без изумления пробежал взглядом, потом сунул руку под слой опилок и, нащупав что-то твёрдое, потянул за край, извлекая наружу изумительно тонко, даже с искусством, выполненную маску - уродливое сморщенное лицо, похожее не то, на свиное рыло, не то, на мясной фарш. Тролль?
- Наша догадка подтверждается, Рокс. Это, видимо, реквизит для новой проделки. Очень удачно, что они не утащили его далеко. Можем воспользоваться... Ой!
Он тихо вскрикнул, больше от неожиданности, неловко ударившись бедром о край чего-то твёрдого, укрытого плотной непрозрачной плёнкой. Энджел наклонился, чтобы ухватить её за край и резко дёрнул, сразу же отскакивая подальше - резкая вонь стала гораздо ощутимей, несмотря на низкую температуру. Вероятно именно холода помогли сохраниться тому, что лежало сейчас на дне железной не эмалированной ванной: какой-то беспорядочное месиво, некогда, вероятно, бывшее человеческим телом. И, возможно, не одним. Кто-то вылил на органические ткани некую жидкость, возможно, кислоту, но явно не в том количестве, чтобы до конца растворить улики. Энджи передёрнулся.
- А они борзые, - объявил он, чуть повышая голос, чтобы Рокки мог хорошо слышать его. - Либо слишком рассчитывали на чьё-то покровительство, либо совсем отъехавшие. Ну что? с такой работёнкой могли и съехать с глузду. Долго ли? возомнили себя высшими существами, неуязвимыми... Или правда решили, что стали кем-то из своих персонажей. Знаешь, что мне чудится, Рокс? - прибавил он раздумчиво, натягивая плёнку обратно. - Здесь может быть оружие. Если они, мать его, не побоялись кинуть вот так вот дохлятину, то уж обо всём остальном точно не стали бы париться.

Отредактировано Angel Heart (29.01.2016 21:43:25)

+2

23

Воспоминания – подвижная змейка в руках человека, скользкая и гибкая, неуправляемая, но ощутимая, но боли ранящая. Если не прикасаться, спрятать глубоко в себе, то можно жить, ни о чём не заботясь, но ведь это невозможно, не получается. Рокки не любил воспоминания, потому что это тот раздел,  которым он не может управлять. Свою жизнь он научился держать в ежовых рукавицах, не давая ей вильнуть ни вправо, ни влево, а вот то, что оставалось за гранью понимания, в руки не давалось, раздразнивая и без того неуравновешенного Муна. Самое забавное, что всё то, что происходило внутри, сейчас ставилось во главу угла, заставляло Рокки переживать почём зря. Он смотрел на железную дверь, ведущую в берлогу зверей, и растеряно моргал, отчего-то понимая, что не хочет, чтобы заветная дверь отворялась. Потому что это та же темница, что и внутри него самого, только ожившая, полная монстров и тварей, которые не спустят пренебрежение так просто, и Рокки не сможет их обоих защитить, потому что у него просто нет сил. Но отговаривать Ангела, когда уже было принято решение, было бы глупо (да и не было желания показывать себя трусом, который не может справиться со своими демонами). Он вздрогнул от звука падения двери и наконец пришёл в себя, и морок спал, вернул Муну относительный разум, с которым ещё можно жить. Кивнув на просьбу о помощи, он сделал пару шагов в сторону входа и чуть отпрянул, прикрыв нос и рот рукавом куртки – вонь была нестерпимая. Трудно описать её словами. Мун замер, глянул ввысь, разглядывая чистое небо, втянул носом относительно свежий воздух, борясь с тошнотой, хотя никогда не был особенно чувствительным к таким вещам. Ангел уже начал хозяйничать в хранилище – зажёг свет, деловито разглядывал всё вокруг, а Рокки вошёл чуть позже, хмурясь всё больше и больше. Какие-то Плюшкины здесь складировали, не иначе, потому что в этом сральнике сам чёрт ногу сломит. Рыскать здесь было в какой-то мере интересно – вдруг они смогут найти не только компьютер, но и что-нибудь более полезное, кто знает, что там могут хранить?
- А?  - он обернулся и не без удивления глянул на маску в руках рыжего, которая изображала нечто похожее на лицо Сары, если бы она дожила до седин. - Какая прелесть, – он даже улыбнулся, почувствовав неожиданный прилив хорошего настроения.
Рокки потянулся было за маской, но дёрнувшись как-то неловко, достаточно сильно ушибив стопу, разразившись такими ругательствами, которых наверняка даже Эндж не слышал, хотя вместе уже порядочно. Попрыгав на здоровой ноге, Мун спиной врезался в стеллаж, стоящий за его спиной, и снова ударился – на этот раз аккурат между лопаток, чем-то металлическим, судя по ощущениям.
- Да что за сральник, блять твою морковку?! – он свёл лопатки и закусил губу, чтобы не завыть громче.  - Чо там? Погодь, дай глянуть…
Прихрамывая, Рокки прошёл к ванной, чтобы рассмотреть, что там может быть. Он подхватил край плёнки, глянул внутрь и разглядел человеческие останки. Надо же. Какая прелесть.
- Слышь, а не самый плохой способ, – задумчиво протянул он, уже принюхавшись к этому отвратительному запаху. - Надо взять на заметку. Но вряд ли они вообразили себя персонажами, а вот невъебенно крутыми – могли. Когда мочишь без разбору – начинаешь чувствовать власть, которой нет у других…
Он говорил это, а сам принялся выполнять поручение рыжего. Всё-таки наличие оружия – это большой плюс, как ни крути. У них были свои запасы, но более чем скромные.
- Ща гляну, чо там есть… – проговорил он, заглядывая в большой шкаф-стеллаж, похожий на школьные шкафчики для всякого подросткового дерьма. - Бля… тут нет фомки или чего-то подобного? Тут замок… хотя, ща…
Мун подцепил замок пальцами и с силой дёрнул на себя, радуясь, что хотя бы шкаф не полетел за ним и не присобачил его к полу. Дверь послушалась далеко не сразу, ему потребовалось приложить немало усилий, чтобы замок наконец поддался.
- Во-о-о… – выдохнул Рокс, когда ему таки удалось раскрыть дверцы, заглядывая внутрь и от удивления распахивая рот. - Охуеть!
М1911, парочка ингрэмов м10, три ремингтона в ряд,  UZI, несколько "глоков", ещё какое-то неопознанное огнестрельное оружие, а кроме того - запас холодного любой вкус, а так же какие-то непонятные штуки, которые, вероятно, они самостоятельно приспособили под членовредительство. Мун почти влюблённо оглядел полки, гружённые этой красотой, а потом нахмурился.
- Знаешь, это уже чо-то как-то слишком подозрительно. Будто всё по сценарию идёт, а нас снимает скрытая камера.
Эта мысль показалась глупой, но если это было действительно так – то шоу снимают какие-нибудь богатые больные ублюдки. Кто в здравом уме стал бы подобное смотреть?
- А компьютер я чо-то не вижу… как думаешь, это снова ноут? Ну чо? Я не разбираюсь в этой сраной технике… о, смотри! – он потянулся к мусору возле шкафчиков и подцепил сумку за ремешок.

Отредактировано Rocky Moon (31.01.2016 14:13:59)

+1

24

Никогда не чувствовать себя не на своём месте, ничего не смущаться, ничем не брезговать - эти заповеди Энджел вызубрил на зубок и перекрестился с малых ногтей. Бесконечная вереница казённых убогих комнат, нищета и вонь, одежда с чужого плеча, не всегда негодная и растянутая, выцветшая, заношенная, но неизменно воняющая клопами и дезинфекцией; скисшая каша в забытом на плите ковшике, золотисто-зелёные, жирные. лоснящиеся мухи, тучей вьющиеся над зацветшим чаем с брэнди (где больше спирта, чем воды и заварки. Весёлое, старое-доброе времечко в Италии, а затем такое же точно на дороге, бесконечной пунктирной линией к небесам, отсюда и до конца времён, через все штаты поочерёдно. Врождённая чистоплотность и внутренний эстетизм в Энджи всегда вели непрекращающийся спор с практичностью, и последняя побеждала, как и всегда суровая реальность возобладает над культурой, потому что жить и не мыть рук можно, а вот жить и не срать - уже трудновато будет.
Холод частично абсорбировал вонь, и в стылом металлическом ящике, этой гигантской тараканьей коробке, седые остывшие вещи казались хрупкими ледышками, выцветшим фотографическим снимком, большой и нелепой иллюзией, декорациями к постановке - нео-нуар, возможно. Или фильм ужасов, но с философскими мотивами. Свет, струящийся с высокого потолка, казался рассеянным и ледяным, как этот день. Медленно коченея, Энджел пробирался меж неровных, раскачивающихся, как в наркотическом сне, рядов коробок и другого хлама, сам невольно принимаясь вихлять бёдрами, чтобы не удариться опять обо что-нибудь, как зачарованная дудочкой факира ядовитая кобра. Он оглядывался по сторонам, чуть щурясь, хотя до сих пор никогда не жаловался на проблемы со зрением, - он знал, что у Рокки они есть, но они не обсуждали это. Рокс не был слишком хорош в обсуждениях, особенно если при этом страдала его честь, или ему так казалось. Сколько времени он упорно скрывал от Энджела любое недомогание? Пока тот не догадывался обо всём сам, конечно же.
- Ну, достать несколько литров кислоты не так уж просто, как может показаться за просмотром сериалов, - рассмеялся он, останавливаясь перед очередной высокой и крепко сбитой коробкой, чтобы рассмотреть хорошенько расплывчато отпечатанный на досках штемпель - Китай, какая-то провинция из нескольких согласных подряд, и дата отправки, май прошедшего года, - отслужившее и забытое тут за ненадобностью, хранилище тайн и секретов, бестиарий. - Что, что там такое? Что ты нашёл?..
Встрепенувшись, Энджел резко обернулся на звук голоса Рокки, мгновенно электризуясь от той восторженной силы, которая была в нём, от почти экстатически-радостных ноток, низких и рычащих, верных признаках крупной поживы. Он рванулся через завалы обратно, толкнул шаткую пирамиду вещей, и какая-то тонкая серая ткань, соскользнув с накренённой вершин, упала ему на голову, закрывая обзор. Энджи тихо вскрикнул, почувствовав непомерную гадливость от лёгкого и скользкого прикосновения, липкого, холодного - как будто осенняя паутина налипла на лицо. Остервенело содрав её и откинув в сторону, он перескочил через невысокое препятствие на пути, не тратя времени, чтобы разглядеть, что это было, но, протянув руку и сжав пальцы на плече Рокки, приподнялся на цыпочках, заглядывая в растворённый настежь шкаф, где будто в выставочном зале расположились милейшие сердцу экспонаты.
- Ух ты, - согласно прогудел Энджел, прижался к спине Рокса и поставил на плечо, рядом с пальцами, острый настырный подбородок, округлил глаза из под низко надвинутой шапки. - Да пусть и снимают, нам-то что? - осклабился он сыто, как голодный волчонок, высмотревший в разгар зимы верную добычу. - Устроим им охуительное шоу, да?
Какие-то задатки эксгибициониста были равномерно заложены в них обоих от природы, Энджел знал это. И понимал тоже, что таким людям, как они с Рокки, в общем и целом, всегда необходима какая-то публика, хотя бы самая небольшая и недолговечная, потому что кем они были, их случайные жертвы, как не зрителями и реквизитом для коротких и кровавых спектаклей - одновременно. Эта эскапада позволяла им задействовать их творческую жилку по-полной, и Энджел чувствовал, что не он один испытывает нездоровую радость по этому поводу. Возможно, Рокки не так сильно, как ему самому, был нужен вызов, тайна, стимул двигаться вперёд и выше, совершенствоваться - но разве от такого веселья Рокс смог бы отказаться? Вряд ли.
- Скорее всего ноут. Это практичней, его можно запросто утащить, если нужно будет, не надо кучу железа с собой тягать или тратить время, чтобы выковырять мозги...
Отпустив от себя любовника, Энджи остался стоять перед заветными ящичками, разглядывая стволы и прочие фиговины с благоговейным выражением ребёнка, получившего карт-бланш на разграбление ближайшего магазина игрушек - абсолютное, незамутнённое блаженство. Он даже не сразу понял, что Рокки ещё что-то там нашёл, заркепляя успехи этого дня, весьма богатого на разные открытия. Сонно, и как бы даже нехотя, он оторвал свой взгляд от увесистой рукояти магнума, и оборотил его, чуть расфокусированный и мечтательный, на тонкую широкую сумку.
- Гм... Похоже, это он, - весело ухмыльнувшись, Энджел протянул руку к ремешку, перехватил его и, дотянув сумку до своих ног, наклонился, чтобы расстегнуть и проверить. - Ноут тут есть, - объявил он и даже показал, а затем задумчиво ущипнул себя за нижнюю губу, - холодная шерсть на тонкой коше ощущалась странно. - Хочется верить, что тот самый. Я тут рыться в нём не буду, неудобно, холодно, и поскорей бы выбраться отсюда, да? - он вопросительно глянул на Рокса и чуточку наморщил нос. - Возьмём его, часть оружия и костюмы для шоу. Нам надо ещё одно место проверить до вечера, а время уже к четырём, - достав из кармана куртки сотовый, с которым не расставался с тех самых пор, как получил его в подарок от Рокса, Энджел продемонстрировал электронный циферблат. - Давай займёмся погрузкой. Я коченеть уже начинаю, - пожаловался он, закидывая длинную ручку чемоданчика себе на плечо. - И закроем всё, я неуютно себя чувствую, разгуливая по этому могильнику с распахнутым еблом. Заглянет кто, на интерес, потом доказывай, что мы не негры... Так, надо посмотреть, во что игрушки упаковать, а то там снаружи камеры висят точно, по всему периметру. Шоу само собой, но записи от охранника - это уже слишком... Так что берём? Выбирай ты, у меня глаза разбегаются.

+1

25

Если бы Рокки был геймером, то провёл бы аналогию с долгим походом по подземельям и нахождением пещеры с сокровищами дракона, только без самого дракона. Столько сокровищ, которыми можно разнообразить их и без того нескучную жизнь. Рокки впервые за несколько недель встрепенулся и открыл глаза, желание жить нахлынуло на него мощной волной, напоминая о том времени, когда этой чёрной депрессии не было и в помине. Он представил, что можно сделать с таким количеством оружия, а при словах о кислоте у него внутри всё возбуждённо зашевелилось. С ума сойти можно, всего-то нужно было найти склад, пусть и в подозрительном недо-шоу. В любом случае, Мун не собирался отказываться от возвращения самого себя, пусть и  использованием несколько нестандартных способов. Рокс некоторое время разглядывал, как Энджел ищет ноутбук, без особого интереса, потому что техника его интересовала мало. Но согласно кивнул:
- Да, не стоит рыться в этом дерьме тут, займёмся этим в отеле, там и всяко безопаснее, чем тут.
Вытерев нос варежкой, Рокки начал присматриваться, куда бы можно было засунуть оружие и прочий стафф, старательно ощупывая помещение взглядом. Им нужны были сумки, причём большие и глубокие, неприметные, и они точно должны быть здесь, раз уж это сказочная страна, в которой исполняются все мечты. И его ожидания не были обмануты: неподалёку от стеллажа с оружием в ряд стояли четыре чёрные сумки, явно чем-то набитые, но выкинуть мусор было делом пары минут.
- Смотри, – он кивнул на находку, - давай я сейчас гляну, что там, а потом погрузим туда самое необходимое.
Он расправил плечи, стараясь не дышать, потому что вонь снова начала просачиваться ему, кажется, даже в сам мозг, и подошёл к кладу, с интересом его разглядывая. Сумки были без меток, простые и чёрные, как Эдди Мёрфи в лучшие годы, и Мун не без опаски склонился, расстёгивая ближайшую к нему. По мере раскрытия нутра у него глаза становились всё больше.
- Ну нихуя себе! – не выдержал он, подцепляя пачку стодолларовых купюр, обёрнутых резинкой, которыми была набита вся сумка. - Слушай, ещё одного подобного сюрприза я не переживу. Тут столько бабок, если они настоящие, то мы сможем безбедно жить полгода-год, причём жить очень хорошо. Хотя, если они меченые, то тогда их лучше выбросить где-нибудь… бля, ну и как теперь узнать? Ладно,  давай возьмём, а потом разберёмся уже чё к чему.
Он сунул пачку обратно в сумку, застегнул и передал её Ангелу, и полез во вторую, уже заинтригованный тем, что там может найтись. Но остальные хранилища его разочаровали: во второй и третьей была какая-то одежда, которую Мун без зазрения совести выбросил, а четвертая была пустая. Рокки довольно кивнул.
- Предлагаю сложить в одну из сумок маски и прочую хрень, а в две другие оружие и патроны, чтобы у нас был полный запас, а сверху накрыть шмотьём, на всякий случай. Я займусь оружием, а ты собери стафф, окей? Чем быстрее справимся, тем быстрее свалим отсюда.
Это всё было слишком странно, это пугало Рокки тем, что всё идёт как по маслу, будто бы по хорошо прописанному сценарию. Он понимал, что они могут быть на чьёй-то удочке, но знал, что Ангел сможет их снять, если ситуация станет совсем плохо. Закончив с оружием, он обернулся к рыжему.
- Ну как ты? Всё готово? – он подхватил сумки, крякнул от напряжения, и направился к выходу. - Нам нужно уходить отсюда, пока ещё что-нибудь не случилось, ладно?
Рокки было вышел из гаража, оглядываясь, и поставил сумки на землю, решив, что перед дорогой надо перекурить, когда  в самом начале, на приличном расстоянии от них, показались два лба. Он бы не обратил внимания, если бы не то, как они синхронно переглянулись и направились в их с Энджелом сторону. Может быть, это были просто соседи, которые тоже пришли по делам, но Мун не очень хотел проверять.
- Как думаешь, эти херы по нашу душу или я стал параноиком? - с плохо скрываемым азартом спросил он рыжего. - Если по нашу, то нам надо бы решить, чё делать будем - валить их или свалим сами.
Ни один из вариантов его не прельщал, потому что если валить, то потом ещё и камеры уничтожать, чтобы замести следы, но выбор он оставил за рыжиком.

+1

26

Если ничто другое, то собственное спокойствие должно было удивить Энджела, который, не смотря на все странные и поразительные события, случившиеся с ними со вчерашнего вечера, не смотря на необыкновенные совпадения и потрясающую удачу, оставался абсолютно невозмутимым. Всё шло как по писаному, и это должно было выглядеть подозрительно, в любой другой ситуации он точно занервничал бы и начал рыть копытом землю, стараясь понять, где же кроется подвох, тем забавнее, что сейчас он ничего похожего не испытывал. Энджи просто принял как должное, всё, чему они были свидетелями, что успели узнать и увидеть за столь короткий срок. У него было странное ощущение, будто бы они оказались именно там, где им и следовало быть, где их ждали с самого начала. Но не в буквальном смысле, - они были кем-то призваны. Предназначены выполнить ту работу, которая была под силу только им.
В сверхъестественную хрень, во всё незримое, божественное или чёртово, Энджел не особенно-то верил, хотя для упёртого скептика обладал слишком гибким и податливым сознанием, - но ощущение избранности в эти часы было таким сильным и твёрдым, что сходившиеся, как части головоломки, разрозненные фрагменты не будили в нём тревоги. Сам того не понимая, он попался в ту ловушку, которой не избегали люди гораздо старше и опытней него: он начал считать, что всё будет и дальше благоприятствовать им до тех пор, пока они с Роксом идут в нужном направлении. Что пуля не возьмёт их, что клинок не сможет поранить, что они станут невидимыми, неуловимыми, неуязвимыми. Он и раньше не очень верил в возможность собственной смерти или поимки властями, хотя рассудком и понимал, насколько велики шансы окончить жизнь под колёсами машины правосудия, и что жизнь эта не будет особенно долгой, - теперь Энджел испытывал невероятный подъём, а его уверенность в себе, в их с Рокки тандеме, возросла стократно.
- Проверим купюры позднее, - кивнул он, оставаясь удивительно хладнокровным при виде громадной кучи бабла, обнаруженной Роксом в одной из сумок, понимая, что этих денег им хватит с лихвой на месяцы вперёд, и что с таким количеством наличности они могут сейчас попросту развернуться и уехать, забыв обо всём: о плёнках, о заказах, о костюмированных забавах ночного Денвера, но Энджи понимал, что они зашли уже слишком далеко, и ни один из них не захочет отступить, не заглянув ещё дальше. - Окей, я займусь барахлишком. Надеюсь, всё, что нам надо, будет в одной коробке, что-то меня не тянет возвращаться сюда опять...
Место было ненадёжным, палёным, и Энджел недоумевал, как его до сих пор не накрыли, со всеми этими предметами, жуткими, опасными, подозрительными; со всей вонью и грязью, казалось сочившейся прямо из промёрзших металлических стенок, распространяя омерзительную ауру на несколько километров кругом. Впрочем, последнее было уже поэтическим преувеличением, но и без всяких красивых эпитетов, их пережаренные предшественники выбрали не самое удачное место, чтобы побросать здесь, вперемешку, своих доходы, расходы и отходы. А что если в сгоревшей машине, каким-то чудом, сохранились документы, удостоверяющие личность? Или кого-то из троих удалось опознать по снимкам зубов, да как угодно иначе - нет ли вероятности, что какая-то тонюсенькая хрупкая ниточка приведёт следователей аккурат к этому складу? Энджи на секунду похолодел от пронзившей его мысли, но тут же покачал головой, отгоняя её: нет, они не могут попасться вот так вот нелепо, иначе их путешествие, поиски разгадки, были бы бессмысленны, а это невозможно. Но второй раз сюда соваться, действительно, будет неразумно, так что все нужные вещи лучше вынести сразу, увезти с собой, перепрятать, разложить по полочкам и разобраться в хаосе, спокойно и вдумчиво.
- Готово! - бодро откликнулся Энджел, потянув за язычок молнии на сумке, которая была набита так плотно, что края едва сошлись. - Идём. Всё взяли? - он вскинул драгоценный компьютер на плечо, поднял сумку, не особенно тяжёлую, переполненную, по большей части, тряпьём. - Ну, если нет, то придётся обходиться тем, что забрали.
Подытожил он решительно, и стал пробираться обратно к выходу, заново нашаривая тропинки среди осыпающейся рухляди, нагромождённых друг на друга коробок, к этому благословенному квадрату чистого неба, дышавшего свежестью, особенно сладкой после затхлой вони склада. Снаружи уже начало темнеть, и Энджел удивился этому, как удивлялся каждый день, до самой весны, хотя после Рождества солнце стало задерживаться на небосводе дольше. Но толку от этого было мало, - свет его лучей был холодным и скупым. По примеру Рокки поставив сумку у ног, Энджел прикрыл зябнущий нос руками и подышал в ладони, чувствуя как на ледяной коже оседает мелкая капель от дыхания, лиловые сполохи неба отражались бледными призраками от белой земли, разделённой на равные квадраты дорожек между одинаковыми унылыми коробками складов.
- Вот чёрт, - посмотрев в ту сторону, куда указывала рука Рокки с дымящей сигаретой, Энджел помрачнел. - Понятия не имею, но то, что они нас смогут хорошенько рассмотреть - уже хреново. Ладно, теперь поздняк метаться, поговорим, а потом будем действовать по обстоятельствам... Но давай постараемся обойтись без резких движений, иначе нам придётся драпать из города, без вариантов.
Незнакомцы, между тем, приблизились уже настолько, что можно было расслышать чужую беседу, и Энджи умолк, одаривая мужчин неуверенной застенчивой улыбкой смущённого подростка, повисшей на бледном лице где-то между краем шапки и шарфа. Оба подошедших скользнули по нему незаинтересованными взглядами и сосредоточились на Рокки. Судя по их комплекции, это вряд ли могли быть охранники - один был приземистый коротышка с нездорово-опухшим красным лицом, явно глубоко за сорок лет, второй оказался более подтянутым и высоким, моложе, шире в плечах, но и его едва можно было счесть атлетом. Кроме того, на их зимних куртках не было никаких опознавательных знаков, нашивок или чего-то в таком же роде, и это немного успокоило Энджела.
- Добрый вечер, - поздоровался коротышка невнятно в его дребезжащем голосе явно слышался калифорнийский акцент, шершавый, как апельсиновая корка. - Вы - ответственный съёмщик этого помещения?
Смотрел он прямо в лицо Рокки, но Энджел торопливо ответил за своего спутника.
- Нет, мы сами снимаем его у хозяина. Мы недавно купили новый дом, вот забираем понемногу вещи, которые пришлось здесь бросить, - он с самым дружелюбным видом указал на их тяжёлые сумки. - А что, какие-нибудь проблемы?
Молчаливый и высокий мужичок, не вступавший до сих пор в беседу, отошёл ближе к незапертым пока дверям склада, и сделал попытку заглянуть в темноту, лицо его выражало неуверенность и брезгливость, судя по всему, он учуял тот же запашок, который буквально оглушил Рокки и Энджела с порога, но мороз смягчал вонь, притуплял обоняние, и уважение перед частной собственностью было слишком велико. Энджи, обмирая, наблюдал, как мужчина колеблется, будто бы собирается что-то сказать своему спутнику, а потом отказывается от этой мысли.
- Никаких проблем, - коротышка удивлённо оглянулся на Энджи, потом добавил, обращаясь теперь уже к обоим: - Мистер Скрудж, который снял этот склад восемнадцать месяцев назад, должен перезаключить договор с нашим товариществом, если собирается продлять срок аренды. Он истекает через десять дней. Передайте ему это, пожалуйста, если увидите его. Мы не смогли связаться с ним по тому телефону, который он указал в договоре.
С трудом удерживая на лице серьёзную мину, Энджел кивнул.
- В таком случае, всего доброго.
Попрощавшись, коротышка и его бессловесный спутник двинулись дальше, и только когда они скрылись за поворотом, Энджел выдохнул.
- Давай запрём эту хрень и уберёмся поскорее? - он посмотрел в глаза Рокки. - Хуёво это, что они вот так нас запалили. Лишние свидетели... Ладно, сейчас нам всё равно надо проехать в сторону пригорода, поглядеть, что там нас ждёт, а оттуда уже в отель. Погнали?

+1

27

Рокки мрачно разглядывал незваных гостей, в уме подсчитывая варианты возможного исхода. Он мог бы завалить их обоих сразу – с тем оружием, что у них было!.. – но что-то подсказывало ему, что это проигрышный выбор. Ход тупиковый, потому что, как ни грустно это признать, не всегда убийство является лучшим и правильным выбором. Мун насупился, становясь ещё мрачнее, хотя куда уж ещё больше? Ему не нравилось лишнее внимание, а уж когда они находятся около гаража с растворёнными в кислоте трупами, а в руках у них сумки с оружием – тем более.
- Будто драпать из города для нас в новинку, – буркнул он, но спорить с Ангелом не стал, зная, что рыжий был прав (как и всегда, впрочем).
Рокки отступил было чуть назад, как бы давая дорогу рыжему, зная, что тот в любом случае будет говорить, хотя он и сам вполне мог уболтать любого, но последнее время его внутренняя тьма не давала ему покоя, сводила с ума. Но как назло внимание мужиков привлёк именно он, и Рокки знал – почему. Слишком высокий рост, мощная комплекция, он производил впечатление ведущего, хотя привык быть лишь силовой установкой при Ангеле, защищая его, если нужно. Это было не самой выигрышной позицией, но ему нравилось, потому что по природе своей Рокс всегда был агрессором, но никогда не обладал в достаточной мере доминирующей натурой. Рокс обеспокоенно оглянулся назад, в тёмный зев гаража, из которого всё ещё омерзительно пахло, волнуясь, что эти двое полезут туда, куда не нужно. Им сейчас ни к чему настолько откровенные убийства, они должны быть  хорошими мальчиками, если хотят прожить в этом чёртовом городе хотя бы пару месяцев. Мун уговаривал себя, хотя его пальцы подрагивали от напряжения, лицо превратилось в застывшую маску – чуть туповатую и равнодушную, идеальное выражение для боевой машины.
- Вы - ответственный съёмщик этого помещения? – заговорил недорослик, и у Рокки чуть отлегло от сердца.
Конечно, так свезти могло только им. Если всё идёт как по накатанной, вряд ли они сядут в лужу, иначе и быть не могло. Но он всё равно постарался закрыть по возможности подход к входу в гараж, хотя второй из потенциальных жертв старательно сновал рядом, принюхиваясь, и лицо его кривилось в удивительно уродливой гримасе отвращения.
Рокки не вступал в диалог, старательно избегая смотреть в лица гостям, изучая пространство вокруг них, но всё внутри него вибрировало – он был готов броситься на врагов, если те проявят хотя бы малейшие признаки агрессии.
«Мистер Скрудж? Серьёзно?» - Рокки тихо хрюкнул, растягивая губы в ухмылке. Совсем недавно Ангел читал ему Диккенса, поэтому имя задержалось в его голове. Если придерживаться сказки, то делать это до конца, правда? Хотя, может быть, они имели в виду «Утиные истории»? Почему нет? Эта мысль и вовсе вызвала у Муна тихий смех, благо мужики уже отошли, хотя пару раз оглянулись, удивлённо разглядывая странную парочку. Рокки и сам не представлял, насколько комично они порой выглядят: здоровяк, забитый на восемьдесят процентов, и рыжий изящный юноша, который смотрел на мир слишком умными глазами. А если один из них ещё и ржёт по поводу и без, то это и вовсе как-то ненормально.
- Я предлагаю со временем уничтожить хотя бы часть этого места. Этот конкретный гараж так точно. Потому что если что случиться, и начнётся следствие, то кто-то может вспомнить колоритную парочку, которая выглядела напряжённой, – покачал головой Рокки. - Пиздуем отсюда, я курить хочу. Ща, только запрём эту хрень, а потом я залезу в ванную… когда мы вернёмся в номер, и не вылезу минут сорок точно. Знаешь, Эндж, я люблю запах крови, даже гной меня радует, но эта застоявшаяся мерзость вытягивает из меня кишки.
Он поставил сумки на землю и повернулся к двери в гараж, нашёл замок, который Ангел достал из снега, и завозился, стараясь разобраться с этим всем поскорее. Дверь была тяжёлой и поддавалась с трудом, но Рокс так устал, что уже хотел свалить отсюда поскорее, чтобы выполнить план-максимум на сегодня и завалиться в отеле, посматривая по телику бокс или какой-нибудь тупенький треш с компа Ангела.
- Знаешь, это всё мне кажется всё более херово пахнущим, Джелл. Всё слишком складно, ну не бывает так, понимаешь? И гараж этот, и уёбки эти на дороге, всё идёт так легко, будто кто-то играет нами, – повторил он в который раз, расправляясь наконец с замком и снова подхватывая сумки. - Всё, на хер отсюда, валим к Миртл!
Мун шёл позади Ангела, внимательно и цепко осматривая их на удивление пустой путь, ощущая, как чувство опасности буквально долбит его в затылок, заставляя неприятно ёжиться и поминутно оглядываться по сторонам.

+1

28

Подальше от вони и грязи запертого хранилища, подальше от приключений, как хотелось верить Энджелу. Он шёл, низко опустив голову, чтобы спрятать лицо в складках шарфа, больше укрываясь от мороза, нежели маскируясь, - для этого было уже поздновато. Сумки с барахлом приятно оттягивали руки, а ноги не увязали в снегу на расчищенных дорожках, и вот уже впереди показались красные бока Миртл, обещавшие тепло и отдых, Энджи только теперь понял, как сильно устал, разбор вещей потребовал больше сил, чем он думал, хотя приключение продолжало казаться ему забавным, не смотря на не самые аппетитные подробности. Но ведь они видели, делали вещи гораздо хуже - разве нет? Неуверенность и подозрительность Рокки казались ему немного странными, однако в последнее время Рокс частенько параноил, это входило в число его новых странностей, разговаривать о которых он явно не хотел, а Энджел старался не настаивать.
- Да, немного очищающего огня пойдёт этому месту только на пользу, тут и не поспоришь, - пробормотал он невнятно сквозь плотную вязку, насыщенную мелкими кристалликами собственного заледеневшего дыхания, и улыбнулся спутнику, хотя тот мог видеть это только по лёгким морщинкам вокруг глаз, сжавшим холодную бледную кожу, по тёплым искоркам в самих глазах. - Если бы ты был супермэном, тебе надо было становиться Пиро*, Рокс. Но в такую погодку я бы сам с радостью что-нибудь запалил. Эй, возьмёшь меня к себе в ванну, погреться?
Он весело ухмыльнулся, подождал, пока Рокки откроет багажник и закинул вещи туда, сплясав короткий танец, знакомый всем основательно озябшим людям, к тому же долго ходившим по снегу (с неба снова начинала сыпаться ледяная мука, припорошивая всё и всех кругом): несколько раз перепрыгнул с ноги на ногу, притопывая на месте, похлопывая себя по бокам и ногам окоченевшими даже под перчатками руками. Солнца больше не было видно, яркие вечерние тени впитались в землю, уступив место фонарям, но близость светила ещё чувствовалась, день не совсем окончился, и у них оставалось порядком дел. И горячая вода, и уют мягких постелей, и еда, и сон, - всё это должно было подождать, пускай в желудке Энджи, успевшем опустеть с момента последней трапезы, уже раздавалось, пока не громкое, но крайне возмущённое ворчание.
Он первым нырнул в остывший салон, устраиваясь на пассажирском сидении и поджимая пальцы на ногах, холодные, слегка покалывающие в плотных зимних ботинках, умоляюще посмотрел на Рокки, попутно стаскивая с лица импровизированную повязку.
- Печку, - как будто Рокки не мог додуматься сам, глядя на его побелевшие губы. - Я не создан для жизни на севере, - простонал Энджи, откидываясь на спинку кресла, словно стараясь втиснуться в него в отчаянных поисках укрытия от беспощадной стужи. - Надо было взять с собой термос, почему я не подумал? - пробормотал он рассеянно, потирая ладони, пить хотелось не меньше, чем жрать, да и тёплая вода на время забила бы чувство голода, но теперь поздно уже было думать об этом. - Давай остановимся где-нибудь на заправке и возьмём кофе и чего-нибудь пожевать? И выброси из головы свою теорию заговора, Рокс. Даже если это игра, то очень весёлая. Мы всегда можем спасовать, ладно? Я обещаю тебе, что если станет слишком горячо, мы тотчас бросим всё и уберёмся подальше. Но мне страсть как охота сделать сюрприз для Короля. В конце концов, платит он более чем щедро.
Быстро наклонившись к Рокки, Энджи поцеловал его в уголок губ, ободряще улыбнулся, и с наслаждением застонал, почувствовав, как горячий поток воздуха из радиатора заполняет машину.
- О, да! То, что нужно.
Немного отогрев руки, он снова полез на заднее сиденье за записной книгой, достал телефон, открывая навигатор и разложил это всё на коленях, чтобы заново изучить, и объяснить себе и Рокки предстоящую задачу. С минут Энджел молчал, чуть нахмурившись, так что между бровей залегла короткая складочка, потом лицо его прояснилось, и он заговорил бодро:
- Значит так. Мы сейчас где-то на окраине, нам надо проехать по вот этому шоссе километров двадцать пять за город, и мы на месте. Похоже... это какой-то коттеджный посёлок, или что-то типа того. В любом случае, мы должны взглянуть на это сразу, чтобы понять, насколько нам пригодится это место, можно ли его использовать. Мне кажется, наши вчерашние знакомцы возили туда своих клиентов, если понимаешь, о чём я. Но наверняка сказать нельзя, пока не увидим своими глазами.
Энджи вздохнул и отложил заметки прочь, глядя сквозь ветровое стекло на позёмку, кружащуюся в рассеянном свете фар, убегая вперёд словно туман, как призрачная нить Ариадны, ведущая к выходу из лабиринта. Или это был только обман, фальшивая надежда, мираж? В это время года, в темноте ночи в голову невольно лезли мрачные мысли, но Энджел постарался разогнать их, довольно было и одного сомневающегося скептика в их команде. Если так пойдёт и дальше, лучше им, действительно, сразу делать ноги и не оглядываться. Но он был уже слишком заинтригован, слишком взбудоражен последними событиями, чтобы развернуться на полпути, уйти ни с чем.
Остаток недолгого пути они проделали в молчании, перемежаемом тихим шуршанием радио и лишь изредка перекидываясь парой фраз. Около шести вечера, Миртл, жалобно заскрипев, свернула с чистой накатанной магистрали на заметённую и узкую просёлочную дорогу, они оказались в местности, настолько похожей на ту, где накануне повстречали незадачливое трио, что у Энджи, против воли, вдоль хребта пробежал холодок. Он прильнул к окну, стараясь разглядеть что-то почти в полной темноте - небосвод был чёрным от туч, фонарей здесь не было и в помине, а ночной воздух был наполнен бесконечным мельтешением роя белых мух, и только их каддилак плыл по снежному морю в туманном облаке света. Наконец, невдалеке появились первые признаки людского жилья, угол высокого забора, а за ним очертание тёмной громады особняка. Дом казался нежилым, но со стороны и при таких условиях трудно было что-то разглядеть и решить.
- Ну, сюда точно редко наведываются соседи, - преувеличенно-бодрым тоном проговорил Энджел. - Зайдём осмотрим всё сразу или приедем завтра днём?
___________
* вымышленный персонаж комиксов Marvel, суперзлодей и герой, враг, иногда и друг, Людей Икс, управляет стихией огня.

+1

29

Пока Ангел вытанцовывал танец озябшего пингвинёнка, Мун зашвыривал в багажник Миртл сумки, уже не волнуясь о том, что их могут выследить. Смысл психовать, если они уже попались на крючок? Хмуро посмотрев по сторонам, он негромко буркнул:
- Я вижу в людях только плохое. Мне нет нужды присматривать, чтобы все увидеть. Во мне долго копилась ненависть. Капля за каплей, – и, пожалуй, он нисколько не лукавил. С каждым годом ненависть в нём скапливалась, наполняла его до краёв, делала его одним сплошным воплощением боли и злости, хотя нельзя сказать, что он несчастлив. И чем больше его заносило снегом, чем больше он уставал, тем сильнее ненавидел мир вокруг, который сжимался вокруг, сдавливал его, лишал возможности вздохнуть полной грудью. – Именно поэтому я сыграл бы роль вулкана, а мир вокруг превратил в Помпеи. Это было бы идеальное завершение земного пути, пройденного чуть менее чем наполовину, – ещё более хмуро выдал Рокки, пожимая плечами. - Увезу за сто морей, лишь бы уже свалить отсюда. Я устал, замёрз и снова хочу жрать!
Ему не было особенно интересно то, куда они собирались отправиться, но лишь бы уже уехать из этих гаражей, где они нашли столько интересного, что в итоге приведёт их к очередной большой толстой жопе. Забравшись в салон, Рокс сунул сигарету в зубы, прикурил, и только после этого завёл мотор и включил печку, надеясь, что салон прогреется достаточно быстро. Энджел выглядел замёрзшим настолько сильно, что у Муна возникло естественное желание его согреть, но было совершенно не время. Нужно было убираться, пока удача им не изменила. Рокс рассеяно ответил рыжему на поцелуй, понимая, что впервые их чувства-ощущения расходятся. Он чувствовал, что всё происходит неспроста, что всё, окружающее их – это просто обман, дерьмовая иллюзия.
- Ты просто мысли мои читаешь, – рассеяно проговорил он, кивая. – Я хочу жрать так, что мог бы вернуться и схавать то дерьмо, что осталось от растворённых в кислоте трупаков… хотя, нет, пизжу. Это было бы слишком омерзительно.
Мун хмуро глянул на рыжего, но спорить с ним не стал. Иногда ему было проще дать, чем объяснить, почему не хочешь, и Рокки смирился с этим, как мирился со многим другим в их жизни. Рокки вспомнил недавнее видео, и понял, что ему было бы интересно посмотреть на место действия, оценить его – ведь они собирались повторить подвиги своих «коллег», но только более изощрённо. Они были больными, но это нисколько не печалило Рокса, который волновался больше о том, что надо бы загнать Миртл куда-нибудь и посмотреть её внутренности, потому что ход её стал как-то тяжелее.
- Ага, а жрать мы не будем? – негромко буркнул он, но потом подумал, что на сытый желудок он никуда не поедет, кроме как в отель. - Ладно, давай закончим с этим побыстрее, а потом жрать и трахаться поедем, слишком много времени впустую.
Они ехали в молчании, потому что каждому нужно было подумать о том, что происходит. Рокки старался не смотреть по бокам дороги, зная, что мертвецы снова мелькают там, снова скалят зубы в притворной улыбке. Ему хотелось – впервые за всё время – оказаться в месте, которое они могли бы назвать домом, но он понимал, что этого никогда не будет. Ангел рядом молчал, только поглядывал иногда, и Рокки чувствовал эти взгляды всей кожей, по которой пробегались мурашки. Рокки даже обрадовался, когда они наконец добрались до места, потому что порядком устал. Он выбрался из машины и потянулся, чувствуя, как у него что-то внутри хрустит. Дом выглядел не очень дружелюбно, но Рокс ощущал, что им ничего не грозит, пока они вместе и уверены друг в друге.
- Знаешь, я не хочу тратить время зря. Раз уж мы приехали, давай зайдём посмотрим, чо там есть. Только я возьму оружие, на всякий случай, – он залез в багажник, расстегнул сумку и вытащил пистолет, в магазине которого уже были патроны. Нож он всегда носил в ножнах на руке, поэтому сейчас ощущал себя готовым к непредвиденным ситуациям. - Ну что, пойдём посмотрим, какие открытия нам готовит день чудесный?
Рокки мрачно глянул в сторону мёртвого остова дома, ощущая смутную тревогу, места которой не было всего несколько секунд назад. Но состояние его было изменчиво, он не мог себя контролировать. Или, что вернее, не хотел.

Отредактировано Rocky Moon (15.04.2016 01:46:34)

+1

30

- Дай и мне что-нибудь? Для твёрдости духа, - Энджел улыбнулся, но как-то слабо, без искорки во взгляде - темнота и тишина, мёртвое безлюдие невольно нагоняли на него тоску, пускай он никогда не боялся мрака, как и таящихся в нём чудовищ, даже в те времена, когда сам не успел стать одним из них. - Но нам лучше не палить тут без особой надобности, мало ли кто может услышать, - предупредил он, принимая из рук Рокса небольшой компактный револьвер, удобно лёгший в ладонь, - огнестрельное оружие Энджел не любил никогда, но, с горем пополам, научился сносно им пользоваться, выбивая "яблочко" не меньше семи раз из десяти. - Слишком трасса близко, да и там, за деревьями, могут быть коттеджи...
Продолжил он мысль, уже идя по направлению к дому, беспечно засунув поставленный на предохранитель ствол за пояс джинс, в свете фар каддилака разглядывая заметённый снегом двор, где, должно быть, никто не останавливался вот уже несколько суток, и это как минимум. Когда хозяева этого места навещали его в последний раз? И кто вообще владел им? Энджи не знал ответов на эти вопросы, они скрывались там, впереди, вместе со разгадками других тайн чемоданчика, последние искры костра, взметнувшегося в чёрное небо почти сутки назад. Он потянулся к карману куртки, нащупал связку ключей - до сих пор Энджел не прикидывал, как именно они проберутся в здание, увлечённый самой идеей увидеть это тайное логово, и вид его потряс воображение. Здесь можно было бы жить, по крайней мере, так казалось в призрачном тусклом полусвете. Возможно, среди прочих отмычек на тонком жестяном кольце, какая-то подойдёт к входной двери.
Толкнув кованную калитку, Энджел ступил ногой в небольшой сугроб, чертыхнулся и через плечо поглядел на Рокки, немного смущённый собранным и напряжённым видом своего спутника. Он верил в интуицию любовника, но, - только в тайне мог Энджел признаться себе самому в почти святотатственном грехе против своего идола, кумира, возлюбленного, против всего своего мира - он не верил Роксу в последние недели. Тот был слишком напряжённым, как взведённый курок, и это могло грозить им большими неприятностями, потому что в их деле, если ты не остаёшься спокойным и уравновешенным, то ты погибаешь, - и это в самом лучшем случае.
- Идём? - позвал он тихо. - Только не глуши мотор. Нам нужно немного света, вдруг внутри не окажется электричества? - эта мысль не была такой уж дикой, ведь они не знали наверняка, как и когда пользовались домом, а оплачивать коммунальные услуги в здании, предназначенном для коротких развлечений, было чересчур накладно. - И хорошо, если машина будет на ходу...
Пробормотал Энджи под нос, Рокки и сам знал всё это не хуже него, и, всё-таки, он не мог успокоиться и расслабиться, впервые за всё время так остро испытывая непривычное чувство беззащитности. Хотя его напарник был рядом, готовый в любой момент перегрызть глотку противнику, Энджел ощущал странный холодок, как будто спина его не была прикрыта. Им надо было разобраться со всем этим, и как можно скорее.
Ступени крыльца были слегка припорошены позёмкой, но ветер не задувал сюда, так что подниматься можно было без опаски, не рискуя свалиться вниз и сломать себе шею. Дойдя до двери, Энджел наклонился, стянул с правой руки перчатку, отыскивая щель замка почти на ощупь - света катастрофически не хватало. Он принялся терпеливо подбирать ключ, пробуя один за другим те, которые могли бы отворить им путь, исключая несколько слишком маленьких (от взорванной машины? от ячейки сейфа на вокзале, в которой стоит чемодан, битком набитый стодолларовыми купюрами?). Наконец, один из искусно вырезанных кусочков металла плавно вошёл в пазы, что-то едва слышно щёлкнуло, пружина заскрипела, и дверь натужно приотворилась. Изнутри, из явно просторного коридора, дохнуло теплом, к удивлению Энджела, но скоро он понял, что это был просто застоявшийся воздух. Отопление не работало, точно так же, как и электричество. Возможно, вода из крана текла, но это они проверят позднее.
Внезапно, что-то живое зашевелилось там, в глубине дома, - негромко, настороженно, и Энджи почувствовал, как волосы на теле встали словно тонкие иголки, воткнутые в кожу под прямым углом, он судорожно сглотнул и отпрянул, слишком испуганный, чтобы говорить, предупредить идущего следом Рокки, закричать. Язык его сделался тяжелее свинцовой гири, а пальцы, судорожно сжавшиеся на рукояти оружия, напротив, ослабели. Спустя секунду, тайна открылась - полубезумная от ужаса летучая мышь метнулась в лицо Энджелу, реагируя на слабый свет, на движение воздуха.  Он посторонился, пропуская не по сезону проснувшегося зверька, которого, конечно же, ждала в заснеженном лесу только медленная голодная смерть, потом шумно выдохнул.
-Уф...  Эволюции эволюциями, но внутри мы те же животные. Я думал, сейчас обосрусь со страху, решил что там кто-то прячется, - развязно хмыкнул Энджел, не сознаваясь, что на несколько секунд превратился из голодного хищника в запуганного, дрожащего мышонка, что там, во мраке, ему, едва ли не впервые в жизни, померещился настоящий монстр - безымянная тварь, хранитель склепа, отпугивающая всех непосвящённых. - Нам бы фонарик, - он снова бессмысленно пощёлкал выключателем, расположенным на стене рядом со входом и с досадой цокнул языком. - Дом здоровый, без света тут лазить - шею свернуть можно.

+1


Вы здесь » Manhattan » Флэшбэки / флэшфорварды » Who's Afraid of the Big Bad Wolf? ‡флэш