http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/95139.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/86765.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/40286.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/22742.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/96052.css

Manhattan

Объявление

Новости Манхэттена
Пост недели
Добро пожаловать!



Ролевая посвящена необыкновенному острову. Какой он, Манхэттен? Решать каждому из вас.

Рейтинг: NC-21, система: эпизодическая.

Игра в режиме реального времени.

Установлено 5 обложек.

Администрация
Рекомендуем
Активисты
Время и погода
Дамиан · Марсель · Мэл

Маргарет · Престон

На Манхэттене: декабрь 2016 года.

Температура от +4°C до +15°C.


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Manhattan » Флэшбэки / флэшфорварды » Who's Afraid of the Big Bad Wolf? ‡флэш


Who's Afraid of the Big Bad Wolf? ‡флэш

Сообщений 31 страница 36 из 36

31

Некровавых сказок не бывает. Всякая сказка исходит из глубин крови и страха. Это роднит все сказки. Внешняя оболочка различна. В северных сказках не так много пышной фауны фантазии, как в сказках африканских негров, но зерно, глубина тоски одинаковы. Франц Кафка.

- Для твёрдости духа тебе не оружие нужно, рыжий, – многозначительно протянул Рокки, давя усмешку, чувствуя, как губы почти болезненной трещиной расходятся против его воли. Человека, более уверенного и безумного в своём стремлении добиться желаемого, чем Энджел Харт, нужно было ещё поискать. Он терял человеческое лицо, превращаясь в личное божество Муна, когда вставал на тропу войны со всем живым. Он комкал реальность в руках, перестраивал её, согласно своим особенным взглядам на жизнь, и не оставлял для людей ни шанса на привычное существование. - Я и не собирался устраивать тут массовый расстрел, как в школе «Бэт»*, Эндж. Хотя, было бы кого, конечно.
Рокс порылся в арсенале, выбирая для рыжего оружие, которым он не побрезгует воспользоваться, если возникнет такая необходимость. Револьвер был женский или для очень аккуратного стрелка, который не любит лишнего шума и пафоса, и Мун не имел ничего против того, чтобы им пользовался Ангел. Тому шло всё такое аккуратное и изящное, он смотрелся органично.
Бросив несколько загнанный взгляд по сторонам, Рокс выпустил в морозный воздух струйку пара, чувствуя какой-то парализующий страх, подноготный, малообъяснимый, но крайне неприятный. Он не был трусом, он мало чего боялся по жизни, его трудно было смутить, но мертвецы стоят вдоль дороги, и порой Рокки казалось, что они отступают в глубину сознания, а иногда – они выпрыгивали из теней, скалили рты с полусгнившими губами, обнажая острые жёлтые зубы.
Рвано выдохнув, Мун мотнул головой и поспешил за рыжим, который успел уйти вперёд, выглядя излишне беззаботно для человека, который явился в тёмный заброшенный дом, где их могли ждать кто угодно – от копов до маньяков-психопатов (ха-ха!). Ангел скользнул за кованную калитку, а потом обернулся, и Рокки показалось, что на его лице какое-то странное выражение, будто он знает о том, что происходит внутри Муна. И ему остро захотелось сказать Харту, что с ним не всё в порядке, что ему отчаянно нужна помощь, пока он окончательно не поехал крышей, пока не свихнулся ко всем херам. Вместо этого Мун нахмурился, сводя брови, лоб прорезали морщинки, а губы сложились в очередную усмешку, далёкую от улыбки. Он был зол, как бывает зол каждый человек, которого в чём-либо подозревают.
- Ты считаешь меня идиотом? – гораздо резче спросил он, чем хотел того, но сомнение Энджела неприятно удивило его, ведь Рокки привык, что рыжий ему доверяет. - Я не стал глушить Миртл, потому что хочу съебаться отсюда поскорее, а если тачка заглохнет, то это будет пиздец хуёво. Уж не ты же будешь её толкать, а?
Он торопливо догнал любовника, но не прикоснулся к нему, просто поравнялся, хмуро глянул и как-то весь скукожился, невольно горбясь под резковатым порывом ледяного ветра. Так, в молчании, они дошли до двери, и Рокки прикурил сигарету, пока Ангел ковырялся в замке. Мун ощущал вину перед любовником за свою грубость, но и раздражение от его поведения было неслабым. Он не стал докуривать, потому что Эндж уже заглянул внутрь дома, а оставлять его там одного не хотелось, хотя Рокс и был на него дьявольски рассержен. Почувствовав напряжение Харта, Мун выдохнул и потянулся к пистолету, собираясь воспользоваться им по назначению, но скоро понял, что не стоит палить бессмысленно – это была всего лишь летучая мышь, которая метнулась мимо них, сливаясь с ночной темнотой, словно её и не было.
- Не ссы, я тут не для красоты рядом тусую, уебу любого, – коротко буркнул Рокс, сжимая пальцами плечо рыжего, пожалуй, слишком сильно, всматриваясь в темноту дома. - У нас нет времени искать фонарик, а пиздовать сюда ещё раз завтра я не хочу, поэтому воспользуемся зажигалкой. Я не думаю, что мы переломаем тут ноги... или шеи. Просто смотри под ноги, а я буду светить. Если чо, подожжём что-нибудь, тогда точно всяко ярче будет.
Рокки и не думал, что в этом сральнике будет электричество, но отсутствие света его нервировало - ему чудились жуткие тени в каждом углу, и тонкие волоски на его теле вставали дыбом от ужаса, который он испытывал.
- Пошли, я хочу свалить отсюда как можно скорее.

*Бо́йня в шко́ле «Бэт» — самое крупное в истории США массовое убийство в школе, произошедшее 18 мая 1927 года в городе Бэт, штат Мичиган, США. Погибли 45 человек, пострадали по крайней мере 58 человек.

+2

32

http://s7.uploads.ru/yCTD8.png
Раздражение, волнами исходившее от Рокса, пропитывало тёмный сырой воздух пустого дома, делая атмосферу внутри ещё более нездоровой и заряженной. Нетерпение, страх, предвкушение, - все эти чувства или очень похожие циркулировали между ними, от одного к другому, и Энджелу стоило больших усилий сохранять ровный добродушный тон, когда хотелось огрызнуться в ответ, дёрнуть плечом, сбрасывая с него руку, излишне крепко впившуюся в бледную тонкую кожу, упрятанную под слоями одежды. Ему хотелось встряхнуть Рокки хорошенько, может быть, накричать на него, давая понять, что и ему не по себе, что, несмотря на предчувствие верной игры, он всё-таки сомневается и ему не всё до конца ясно в таинственных углах головоломки, край которой они нечаянно ухватили на заснеженной обочине. Но что делать теперь, не отступать же? Они слишком далеко зашли, свернуть назад теперь Энджел не мог, разве что в самом крайнем случае, а, до сих пор, им постоянно везло, и веских оснований бежать, пожав хвост, не было. Разве что это вязкая трескучая темнота, да глаза Рокки, сердитые и потерянные, как у человека, уставшего от долгой борьбы с недугом, но не желающего признаться в том, что с ним твориться нечто неладное, даже перед лицом твёрдых фактов.
Нет, ерунда всё. С каких это пор пустые дома и ночь стали их пугать? Мрак всегда был их надёжным другом, и в заброшенных зданиях не раз приходилось скрывать следы своих забав. Тем более, здесь явно никого не было, кроме них, и если они не могут найти опору друг в друге, то в ком же? Они просто давно не отдыхали. Этот холод, эта бесконечная дорога утомили их, вот в чём дело. Не следовало ему разговаривать с Рокки в таком категоричном и резком тоне, будто Мун сам не разбирался, что и как нужно делать, будто не был профессионалом не хуже Энджела. Пристыжённый, Энджи застыл на пороге, обмякнув как-то вдруг, удержал Рокки за рукав, робко дёрнув на себя и улыбнулся уголком рта, примирительно. Глаза Рокса во тьме, рассеиваемой только далёким светом фар, падавшим в открытую дверь и сквозь квадрат окна на ближней стене, казались бездонными колодцами, полными первозданной ночи, пугающими и чужими.
- Прости, - прошептал он тихо, одними губами, заворожённый видом этих бездонных глаз на слишком бледном осунувшемся лице. - Я не хотел сказать, что ты сам не разбираешься. Ничего такого... - Энджел вздохнул и, потянувшись, мимоходом скользнул ледяными губами по холодной щеке любовника. - Только если будем всё здесь хорошо осматривать, лучше всё же найти свечки или что-то, что будет гореть подольше, чем зажигалка. Не хочется, чтобы бензин вдруг вышел, когда мы будем где-нибудь в самых ебенях. Да и пальцы обожжёшь так, - прибавил он примирительно, сжимая ладонь Рокки в своей и прижимаясь к его плечу лицом с просящей мягкой улыбкой. - Пойдём сначала отыщем кухню, а? Там может оказаться что-нибудь полезное, что нам пригодиться.
Полной уверенности в правильности своих выводов у Энджела не было, ведь правила, применимые к жилым домам, где обитали нормальные семьи, не распространялись на таких одиноких и мрачных холостяков, как этот выстывший бесприютный особняк, но догадка была не хуже любой другой, и начинать откуда-то нужно было. Непроизвольно примеряясь к окружающей тишине, Энджел тихим крадущимся шагом двинулся вправо по коридору, уходившему в непроглядный сумрак по обе стороны, и потянул за собой Рокки, всё ещё не выпуская его руки. Пока они брели вдоль окон фасада, верная Миртл помогала оглядеться немного, хотя смотреть было особо нечего: голые стены, неразличимый узор на старых, пахнущих сыростью и плесенью обоях, полуистлевший ковёр под ногами, скрипучий паркет, нывший под ногой при каждом шаге, отчего сердце, то и дело, стремглав падало в пятки, а потом подпрыгивало обратно к горлу, когда по стене скользила нечёткая тень, таявшая среди зарослей паутины на потолке, - сразу было видно, что уборщица сюда наведывалась очень давно.
- Не скажу, что я суеверный, но в таком местечке волей-неволей поверишь в любую хрень, а, Рокс?
Принужденно рассмеявшись, Энджел вдруг так же резко осёкся, последняя нота, фальшиво-надтреснутая, застыла, дрожа, в воздухе и осыпалась прахом, отразившись от пустых углов. Он повернул голову, разглядывая приглашающе приоткрытую дверь, ведшую, как казалось, именно туда, куда он так целеустремлённо направлялся. На переднем плане можно было различить угол раковины и табурет и что-то вроде стола, но дальше всё терялось в тенях. Оглушительно-громкий звук разбивающейся о металл бил по нервам не хуже медицинского молоточка, прицельно колотящего по беззащитному колену.
- Так, это здесь, похоже, - он шагнул вперёд, неуверенно оглядываясь на Рокки, слегка прищурился, когда тот щёлкнул колёсиком зажигалки, освещая ярче просторную комнату, давно покинутую. - Давай поглядим в ящиках? - он сразу же потянулся к навесным плотно закрытым коробкам над длинной полосой разделочного стола, защёлкал дверцами, перебирая разный хлам: пустые пачки из-под продуктов, обломки макарон и горсточки рассыпавшейся муки, резкий запах жучиного помёта, несколько пакетиков никогда не заваренного чая. - Так, тут что-то есть, - радостно воскликнул Энджел спустя пару минут, доставая с полки маленькое десертное блюдечко, из середины которого торчал оплавившийся огарок толстой стеариновый свечи. - На час точно хватит, - довольно заметил он, ставя  блюдце на стол, дожидаясь, пока Рокки подпалит короткий обугленный фитиль. - Вот теперь совсем как в кино с пиратами и контрабандистами, - хихикнул Энджел нервно, приподнимая свечу повыше, пламя пригнулось и взметнулось вновь, длинные тени шарахнулись от него во все стороны, а в дальнем конце кухни обнаружился очерк ещё одной двери. - Похоже, там подвал. Надо поглядеть, что как.
Энджел оглянулся на своего спутника, взглядом спрашивая его мнения, ещё памятую о недавней вспышке, произошедшей по его вине. Он слишком поторопился, поставив авторитет Рокки под вопрос своими комментариями, и больше не собирался совершать такую же ошибку. Им нужно было закончить с осмотром как можно скорее и эффективней, а потом уже, в тепле и относительной безопасности своего временного пристанища, решать остальные проблемы. Рокки был сам не свой уже какое-то время, и это могло подождать ещё немного. По крайней мере, Энджел искренне на это надеялся.
- Если бы это была моя хата, то я бы стащил в подвал всё самое интересное.
Уверенным тоном сказал он, и первый двинулся по направлению ко входу в новую локацию, внутренне готовясь увидеть там что угодно: от пустого погреба, забитого полками с вареньем, до отделения пыточной камеры имени маркиза де Сада.

+2

33

Рокки тошнило. Не сильно – блевать он не собирался, - но кислый привкус во рту, желчь, готовая выплеснуться ему под ноги, давала о себе знать. Он чувствовал острую вину перед Энджелом за своё раздражение, с которым было так сложно справиться. Ему казалось, что рыжий пытается запутать его, что он хочет, чтобы Рокки показал себя дураком (ему кто-то нашёптывал на ухо эту дрянь), хотя он понимал, что это бред. Но последние часы его невероятно выбили из колеи, мрак, который таился в углах, облизывал кончики пальцев, грозил заползти выше, добраться до плеч, а потом – сжаться в коротком, но сильном объятии на шее, чтобы Мун больше не проснулся. Он боялся этого, боялся этого дома, где наверняка есть что-то дикое, больное, иначе бы они сюда не попали с рыжим. Мрак и ужас следовали за ними по пятам, боль цеплялась за плечи, дышала в шею, касалась волос на затылке. Рокки начал думать, что они должны умереть в этом доме, слишком здесь было тихо, слишком жутко. Он повёл плечами и тяжело вздохнул. Энджел тоже был раздражён, Мун это видел, и понимал, что не стоило повышать на него голос, но любое неосторожное движение могло вывести его из себя, заставить рычать от злости.
«Я вижу мертвецов», - думает он. Самый главный мертвец – это он сам, смотрящий тёмными провалами глаз из зеркальной глади. Рокки сухо улыбнулся, когда любовник его поцеловал в щёку, будто они были детьми, но это прикосновение успокоило его. Совсем немного, когти внутренних демонов немного ослабили хватку, Мун смог вдохнуть полной грудью. Ангел спасал его снова, сам того не ведая, он вытягивал Рокки из пучины страха и кошмара, в которых он утопал.
- Извини, – выдохнул он искренне, находя в темноте лицо Энджела, касаясь кончиками пальцев его руки, но не сжимая, а просто ощущая, что он правда рядом. - Пошли на кухню, чё делать-то. Херово тут, вот что я тебе скажу – вонь, грязь, темень… я чувствую себя так, словно мы вернулись в тот гараж, с этими сожжёнными в кислоте чуваками.
Рокки не чувствовал этот дом. Он не видел его, не понимал. Тогда, в доме Хэвенов, он чувствовал себя как рыба в воде, потому что буквально кожей чувствовал, что и где находится, ему не нужно было даже смотреть, его вёл инстинкт. Но здесь всё было иначе: тьма сжимала его в своих объятиях настолько сильно, что Мун всё время сглатывал мерзкую на вкус слюну.
Он следовал за Ангелом, думая о том, что никогда не признается, что дико благодарен ему за то, что рыжий не выпускал его руки. Он старался не смотреть в окна, потому что там ему улыбались люди – у кого-то не было половины лица, у кого-то отсутствовала челюсть, вытекали глаза. Они касались стекла пальцами, улыбались, клонили голову к плечу. Они наверняка звали Рокки, но он не хотел их слышать, не хотел даже знать, что они могли ему сказать. Мун ненадолго замер, останавливаясь, следя взглядом за тенями, моргнул рассеяно и улыбнулся:
- Мне не по себе, – признался он, отвечая на вопрос рыжего, пожимая плечами. - Мне кажется, что стены сужаются, что они вот-вот сожмут меня так, что я не смогу дышать.
Рокки замер, разглядывая узкую дыру – приоткрытую дверь в кухни – и понимая, что он не хочет туда идти, что не хочет знать, что они могут найти. Рокки щёлкнул кольцом зажигалки, освещая пространство, но совсем немного. Неровный свет осветил его перекошенное от ужаса лицо, он не мог контролировать себя. Ангел рылся в ящиках в поисках хоть чего-нибудь, что могло бы осветить им путь, а Рокки тупо смотрел в одну точку, не желая оглядываться, не желая видеть, что мёртвые окружают его всё более плотным кольцом.
- Можно подумать, что мой отказ что-то изменит. Давай покончим с этим скорее, я не хочу оставаться в этом доме дольше положенного, – хмуро ответил он, пожимая плечами. - Да и не зря же мы сюда тащились, верно? Мы не можем просто пошататься по этому сраному дому, а потом уехать, будто ничего не произошло. Давай покончим с этим быстрее, я хочу уже оказаться как можно дальше отсюда.
Рокки понимал, что Энджел хочет как лучше, что с возрастом парень ощущает всё большее превосходство над ним, Муном, но уважение рыжего к нему было непоколебимо - во всяком случае, пока, - и Рокки это видел и ценил.
- Я надеюсь, что нас не ждут какие-нибудь ебанашки внизу, которые только и дожидались лошков, которые купятся на их представление, - вздохнул он, отстраняя Ангела и проходя к двери в подвал первым. - Держись за мной. Если кто выскочит - я его уебу.
Мун толкнул дверь, и та с громким скрипом отворилась, и из подвала повеяло прохладой и сыростью, а ещё... чем-то таким странным, будто всё внизу было заполнено какими-то цветами.
- Не удивлюсь, если мы попадём - случайно! - в какой-нибудь салон цветов или лабораторию, как в "Хижине в лесу". Помнишь тот тупой фильм, который мы смотрели? Я до сих пор думаю, что это просто хуйня.
Они неторопливо и осторожно двигались вниз, спуск казался Рокки удивительно длинным, и когда они наконец оказались внизу, рука его случайно задела выступ на стене. Раздался щелчок, и Мун прикрыл глаза от вспыхнувшего света. Тот был не слишком ярким, приглушённым, но тем не менее светил.
- Ёбушки-воробушки, да тут же генератор! - выдохнул он, как-то разом оказываясь в комнате, гораздо больше, чем ему представлялось. - И, кажется, мы с тобой нашли студию, где должна будет проходить следующая съёмка...
Самым притягивающим глаз пятном было - огромная охапка ярко-алых шипастых роз, которые лежали в сторонке, словно дожидаясь своего часа. Ещё тут был импровизированный камин, коричневый удобный диван, грубо сколоченный стол с четырьмя основами для наручников... и совершенным гостем здесь смотрелся старый холодильник.
- И что всё это должно значить? - Рокки сложил руки на груди и посмотрел на рыжего, явно недоумевая и начиная раздражаться из-за собственной тупости.

+1

34

Из подвала навстречу им поднимался спёртый воздух, какого ожидаешь от такого помещения, но, на удивление, он не был ни затхлым, ни сырым. Напротив, по сравнению с атмосферой остального дома, брошенного и не обжитого, оттуда, снизу, веяло теплом и чем-то нежным, приятным, едва уловимым, будто кто-то пользовался хорошим освежителем или духами. Энджи ненадолго замер на верхнем порожке добротной деревянной лестницы, держась чуть позади Рокса, приподнял свечу повыше, освещая дорогу и чутко принюхался, не смея поверить собственной догадке: живые цветы? В это время года? В таком месте? Маразматичность происходящего, определённо, выходила на новый уровень, и они оба застыли посреди всего этого цирка абсурда, вооружённые как два мальца, впервые вышедшие на дела, растерянные, оглушённые, ничего не понимающие.
- И ничего не тупой фильм. Отличная пародия на все клише жанра, - привычно отозвался Энджел, без всякой обиды в голосе, обыденность спора смягчала гнетущее ощущение, какое вызывала вся эта вылазка, позволяла отвлечься от покалывающего чувства опасности. - Ой! Предупреждать же надо!..
Вскрикнул он коротко и едва не выронил свечу, от неожиданности крепко зажмурившись, когда в глаза ударил яркий искусственный свет, под плотно сжатыми веками заплясали цветные круги. Спустя пару секунд Энджел решился приоткрыть один глаз и оглядеться, пламя, неровно плясавшее на конце короткого фитиля, он затушил, но едва успевшее нагреться блюдечко со свечой поставил на лестницу так, чтобы в случае чего легко можно было найти - привычка предусматривать любые неприятности загодя въелась уже где-то на уровне инстинктов, ведь именно благодаря ей им, до сих пор, удавалось держаться на расстоянии от неприятностей, которые слишком легко было навлечь при таком образе жизни, далеко за границей законов и морали.
- Да, ты прав. Это здесь. Мы нашли его, - кивнув, Энджел медленно подошёл ближе к Рокки и опустил руку на его плечо, цепляясь за любовника, но не так резко и сильно, как он сам, совсем недавно, прикосновение придавало уверенности, а Энджи не мог решить, кому из них двоих она сейчас была нужнее. - Чёрт, розы! - воскликнул он, находя вдруг взглядом живое подтверждение своей ранней догадки и тихо присвистнул. - Шикарный букет. Хотя... Судя по тому количеству баблосов, какое мы нашли, расценки у этих парней аховские. Можно себе позволить и не такие траты.
Он неохотно разжал пальцы, отрываясь от Рокки и делая шаг в сторону яркой манящей охапки, стоявшей в высоком прозрачном ведре, полном льда. Лепестки были багряными, цвета свежей крови, и словно гипнотизировали, манили к себе. Энджел осторожно коснулся их кончиками пальцев, на ощупь цветы оказались гладкими, бархатными и холодными, как щека покойницы. Вблизи запах был таким одуряющим, что от него раскалывалась голова, он заливался в лёгкие, будто невидимый яд.
- Я не уверен точно, что это всё обозначает и для чего оно нужно... сегодня пороюсь в записях опять, может быть, нам оставили какой-нибудь сценарий или план утренника, - с трудом отведя глаза в сторону, Энджи дёрнул плечом, как бы отгоняя прочь наваждение, шагнул к столу и осмотрел и его за одно - гладкая поверхность была свежей и новенькой, кольца наручников вделаны в пазы крепко, так что тот, кто будет лежать здесь, распятый, едва ли сумеет выскользнуть. - Штуковину, похоже, делали на заказ, - поделился он впечатлениями. - И ещё не успели обкатать... Судя по тому, как расположены фиксаотры, это приготовили для очень щуплого мужчины или для подростка. Или... - он покосился на цветы, потом поглядел на Рокки, заглянул ему в глаза, словно хотел понять, пришёл ли Мун к тем же выводам. - Или для женщины. Что-то шепчет мне, что сюда собирались привезти бабу, Рокс, - он бледно улыбнулся и, завершая обход, двинулся к стоящему в самом дальнем конце старому рефрижератору, больше всего привлекавшему внимание, после цветов, должно быть, своим крайне неуместным здесь видом, хотя что может быть уместно в таком странном помещении? - Оу. Занятно, - прокомментировал Энджи, доставая с одной из полок пузырёк, которыми было уставлено всё пространство камеры. - Настойка опия. Чтоб мне с места не сойти, я думал, эти штуки перестали выпускать лет сорок назад, если не больше!
Энджел поражённо уставился на сувенир из прошлого, повертел его в руках, оценивая со всех сторон тёмное стекло и плотную жестяную крышку-пломбу, закупорившую горлышко. Судя по всему, даже если продукт и был старым, он всё ещё годился в употребление. В наркотиках Энджи разбирался не больше, чем какая-нибудь доярка в высшей математике, но понять, что именно перед ним находится, было дело нехитрое. Немного подумав, он поставил настойку обратно, оценил быстрым взглядом оставшееся содержимое холодильника: ещё лекарства, более новые, большая пачка тонких маленьких шприцов, моток ваты и, почему-то, двухлитровый графин с обычной водой.
Придирчиво поведя носом, Энджел захлопнул дверцу, понимая, что после этой инспекции ни на грамм не приблизился к разгадке шарады, сложенной из трупов, театральных постановок и каких-то слишком уж опереточных ужасов. В руках у них была целая связка ключей, но ни один не открывал той двери, за которой нашёлся бы простой и внятный ответ, а этого как раз и не доставало. При всей своей любви к головоломкам, Энджел слишком устал, физически и морально, находится в постоянном возбуждении, в постоянном ожидании приближающейся угрозы, а вид Рокки и вовсе не переставал его тревожить.
- Ну что ж... Думаю, здесь мы всё видели, - он вздохнул и потёр глаза. - Будем двигать к дому? Мне надо хорошенько подумать, а времени остаётся в обрез. Мы уже должны приступить к выполнению заказа, если хотим всё исполнить в срок...
Он едва успел договорить, как вдруг, подвал наполнился оглушительной какофонией звуков: музыка хлынула из динамика на полной громкости, мощные оркестровые аккорды, напоминающие о бушующей в горах буре, затопили комнату, отражаясь от пустых стен, ударяя по барабанным перепонкам раскатом грома. Энджел громко вскрикнул, подпрыгивая на месте и, невольно, отшатываясь ближе к Рокки, ладонь метнулась к поясу брюк, туда, где притаился надёжный пистолет, но вдруг сработавший музыкальный центр так же внезапно умолк, и в тишине, ещё более оглушительной, чем грохот литавр, откуда-то сверху послышались шаги.
- Блядь.
Замерев на месте, Энджел прислушался, но тот, кто бродил по оставленной кухне, судя по звукам, был так же не знаком с обстановкой дома, как и они. Там был кто-то посторонний, случайный чужак. По крайней мере, в это очень хотелось верить, тогда у них был отличный шанс застать соглядатая врасплох, и, быть может, испробовать комнату на деле прямо сейчас. Возможно, клиенту это не понравится, но лишняя практика никогда не повредит. Они уже давно не развлекались.
Повернув голову к Рокки, Энджи спросил его одним взглядом, но прежде, чем они успели решить вместе, как быть, невидимка сверху заглянул в оставленную приотворённой дверь. Ослеплённый, как и они сами, несколько минут назад, человек ненадолго застыл, щурясь, и этих мгновений хватило, чтобы его рассмотреть: высокий мужчина за тридцать в плотной зимней куртке с какой-то нашивкой на рукаве. Нечто, вроде егеря местного лесничества, решил Энджел про себя, хотя полной уверенности не было. В любом случае, человек принадлежал к властям, в той или иной их форме и, прежде чем что-то совершать в отношении его, следовало выяснить, один он тут или же где-то неподалёку притаилась подмога.
- Кто здесь? - голос у мужчины был высокий, но хрипловатый, как будто севший от мороза и долгого молчания. - Это вы - хозяева этого дома?
Энджел следил за тем, как лицо его вытягивается от изумления, как на нём проступают отголоски неуверенности и беспокойства, по мере того, как подвальное помещение вырисовывалось перед ним во всех своих невероятных подробностях.

+1

35

Больше всего Рокки раздражало, что с каждым днём он ощущал себя всё более глупым, сталкиваясь с жизненными неурядицами, с которыми он не мог справиться. И если раньше можно было объяснить это общей полной недалёкостью Муна, то теперь границы его сознания сужались всё больше, делая его всё более ограниченным.  Он словно блуждал в тумане, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь, чтобы не рухнуть в  пропасть, а темнота за спиной скрипела, давила, тянула вниз. И от этого невозможно было сбежать, невозможно спрятаться. Тьма была мягкой,  благосклонной, она не добивала до конца, она не отнимала дыхание – не до последнего вздоха по крайней мере. Но Рокки чувствовал, как тяжело ему дышится, его неприятно вело от вони пафосных цветов и больше всего хотелось взять их и растоптать, не оставить ни одного бутона.
Мун вздрогнул от осторожного прикосновения любовника к плечу и благодарно глянул на него, ощущая, как реальность медленно возвращается, принося с собой и чувство опасности, притупившееся было. Мотнув головой, Рокки постарался взять себя в руки, напоминая себе, что сейчас не время погружаться в депрессию. Может быть, блять, позже. Ведь депрессию так здорово планировать и ставить в очередь среди других своих занятий.
- Вы любите розы? А я на них срал… – пробормотал Рокки, слабо улыбаясь рыжему, который с интересом разглядывал шикарный букет.
Он опустил взгляд, не желая видеть Ангела около пошлого букета, к которому всё ещё хотелось протянуть пальцы, чтобы сжать их, словно вокруг шеи хорошенькой молодой девицы. Сжать, а потом услышать хруст, такой долгожданный и сладкий, почувствовать себя наконец живым. Равноценный обмен – жизнь за жизнь.
- Никогда не пробовал настойку опия, – буркнул Мун, прохаживаясь по подвалу, оглядываясь медленно и внимательно, готовый к тому, что откуда-нибудь из-за угла выпрыгнет враг. Или два.
Но что печально – Рокки понимал всё меньше, а деталей головоломки становилось всё больше, и от обилия информации голова начинала болеть всё сильнее. Он прошёл к холодильнику, заглянул внутрь и прошёлся по полкам кончиками пальцев, подцепил пузырёк с опием и сунул себе в карман на всякий случай. Рассеянно посмотрел на любовника и мотнул головой, соглашаясь:
- Нам всё равно надо понять, что здесь планировалось, потому что я лично ни хера не понял, – пожал плечами Рокки, пожимая плечами.
Он чисто инстинктивно поймал рыжего, кладя ладони ему на талию, вжимая в себя, и склонил голову к плечу. Музыка была громкой, но Мун слышал её словно сквозь толщу воды, не воспринимая серьёзно. Он хотел было потянуть Ангела в сторону выхода, когда раздались шаги, слишком громкие в установившейся тишине.
- Ебать, – раздосадовано протянул он, чисто инстинктивно отшатываясь, понимая, что они попали в западню. Рокс встретил взгляд рыжего, но не успел ответить, потому что незнакомец оказался слишком любопытным. - Вот сука.
Рокки понял, что надо действовать, но нападать на мужика сейчас было бы глупо – они ведь не знают один он или нет, может, мужик привёл с собой своих шавок.
Рокки втянул воздух носом, потом расплылся в немного дурашливой улыбке и выступил вперёд, беря инициативу переговоров на себя.
- Хей. Мы здесь. Мы сняли этот дом на несколько дней, чтобы снять здесь любительский фильм... фильм ужасов, - добавил он, засовывая сигарету в зубы, прикуривая и стараясь улыбнуться по возможности вежливо. - Мы помешали вам?
Рокки старался выглядеть как можно более вежливым, говорил мягко и заинтересованно, его руки беспокойно нырнули в карманы кожаной куртки.
- Как вам декорации? Знали бы вы, сколько стоило нам достать эти хреновы розы, но сценарист упёрлась и говорит, что, мол, без роз и снимать не следует.
Он понимал, что несёт бред, но им было главное запудрить мозги этого незваного гостя, а потом уже разбираться с ним, если он будет один. Или если их будет двое - по одного на каждого. Может, они смогут справиться с усталостью... ради более благородной цели. Мун подошёл ближе, заглядывая в простое лицо их гостя, не обременённое интеллектом.
- Я Дэвид Лейн, член народной дружины, - представился мужик, и Рокки едва сдержался от того, чтобы закатить глаза.
Ну надо же. Народная дружина.
- Вот как, - деланно заинтересованно протянул он. - И чем же занимается ваша дружина? Вы проверяете окрестности?..
- Возможно, вы не местные? Иначе бы слышали о том, что участилась пропажа людей... мы защищаем себя и своих соседей, - Лейн прошёл в подвал, продолжая внимательно разглядывать Рокки и Ангела. - Может, у вас есть какие-нибудь документы, удостоверяющие личность?

Отредактировано Rocky Moon (14.09.2016 10:40:25)

+2

36

Привычным уже за многие месяцы движением Рокки заступил ему за спину, как бы стараясь оберечь от всех опасностей мира, но, впервые за всё это время, Энджел отнюдь не ощущал себя в безопасности в кольце тёплых сильных рук, легших ему на талию, оберегая и удерживая. Беспокойство усиливалось, и оживало оно не только при виде постороннего незнакомца, но и от чёткого чувства: Рокс растерян, он не понимает, что ему делать, и всё дальше уходит в ту мглу, откуда Энджелу не достать его, если не удержат сейчас. Что-то шаталось и надламывалось, что-то было в самом дыхании Рокки - хриплое, нарывное, химический привкус болезни в его вздохе, который раньше всегда пах табаком и дешёвым пивом, силой и молодостью. И, самую малость, безумием.
- Кхм, - Энджел натянуто улыбнулся, слушая не виртуозную, но вполне пристойную импровизацию - почему бы им и не быть киношниками, в конце концов? Занятие ничем не хуже других, и объясняет их присутствие в такой час в подвале пустого дома так же хорошо, как любая иная отмазка. - Поэтому пришлось избавиться от старой сценаристки. Мы перевели её на должность статиста в сцене с расчленёнкой, - сострил Энджел в пол голоса, встревая в беседу между Муном и пучеглазым настороженным мужиком, но, хотя незнакомец одарил его беглым рассеянным взглядом, кажется, реплика его осталась без должного внимания, вот и славно. - Мистер Лейн... вам не кажется, что где-то в законе о формировании народных дружин прописано, что её члены не имеют права вторгаться на территорию частного владения? Если вы не стали свидетелем совершения преступления, о любой подозрительной активности вы обязаны сообщить федеральным властям или властям штата, иначе ваше вмешательство может считаться правонарушением.
Он мило улыбнулся, удерживая взгляд мистера Лейна, прекрасно понимая, что если этот человек тот, за кого себя выдаёт, то раскрыть его блеф ему ничего не будет стоить. Ну разве только Энджел ненароком попал в яблочко. И, - надо же подумать! - дородный мужчина на лестнице густо покраснел. От смущения или стыда, или оттого, что Рокки слишком близко надвинулся на него - какая, в сущности, разница? Но народный мститель без маски, кем бы он там ни был, осадил на повороте и разом присмирел, поглядывая на двоих "киношников" с лёгкой нервозностью, растерянный и выбитый из седла, как ковбой на родео.
- Н-но... дом пустует уже несколько лет. Мы решили, что следует проверить... Здесь мелькал свет, и машина...
- Вы? - переспросил Энджел чуть более заинтересованно, так же делая шаг по направлению к лестнице, чтобы вскоре поравняться с Рокки, и остановился подле любовника, касаясь левой рукой его локтя, пока правая, отведённая назад, поглаживала кончиками пальцев рукоять крохи-пищалки, гордо именуемой "пистолетом", который он заткнул за пояс чуть раньше. - Вы здесь с товарищами, мистер Лейн? Можно полюбопытствовать, скольким людям нам придётся посылать жалобы завтра утром?
- Жалобы?.. Да вы что, мы ведь не собирались...
- Ну конечно, конечно, - Энджел почти мурлыкал, улыбаясь всё так же ласково и приветливо, но в том, как сверкали его зубы, было нечто дьявольское. - И всё-таки... Можно взглянуть на ваши документы? И тех, кто пришёл вместе с вами, разумеется.
Он поднял взгляд к приоткрытой двери подвала, зиявшей провалом совершенной темноты, порталом во мрак и ночь, полную призраков, но сколько бы ни прислушивался, не могу уловить другого движения или признаков жизни там, наверху. Энджел был готов поставить свой правый глаз на то, что там, в пустоте громадного неуютного дома никого нет. Никто не дожидается Лейна ни в кухне, ни в коридоре, ни даже на крыльце. Не будет армии добропорядочных блюстителей нравственности, защитников покоя и процветания благословенной Америки. Не будет крика, шума и доброй схватки, как в одном из старых вестернов - под выкрики толпы и в облаке порохового дыма. Луен просто умрёт. Тихо, покорно, как это делают сотни маленьких дрожащих зверушек по всему миру, изо дня в день, на протяжении целой вечности.
Должно быть, дружинник тоже почувствовал это, потому что простое плоское лицо его мгновенно утратило всякое выражение, стало гладким и тусклым, как тающая на открытом солнце медуза, оплывшим. Лейн сглотнул, кадык на перевязанной плотным шарфом шее подпрыгнул и опал. Судя по виду тряпки, она не была куплена в магазине. Возможно, жена или дочь Лейна связали этот шарф для него? С любовью, с заботой, с мыслями о том, что несколько ярдов шерсти буду согревать его в суровые денверские морозы. Как трогательно.
- Я здесь один, - сказал Лейн, и по лицу его было видно, что он об этом очень и очень жалеет. - Это моя территория, я проезжаю мимо дома во время осмотра, утром и вечером. Сейчас как раз вечерний...
О чём он думал? О том, что скоро время ужина, и его жена запекает в духовке ростбиф? Или о том, что она же, заботливая и любящая, говорила ему о том, что не надо ввязываться в это глупое дело, когда нашивала забавную цветную аппликацию на рукав куртки? Лейн сделал короткий шаг назад, задел ногой стоявшую на ступеньках свечу, оставленную там Энджелом, и та покатилась вниз, пронзительно загремев. Опять загрохотал музыкальный центр, и, на этот раз, спонтанный рокот музыки заставил их гостя потерять самообладание. Вскрикнув, Лейн неуклюже приземлился на широкую задницу всего в каких-то сантиметрах от спасительной двери подвала, а хищники крались следом за ним, не уступая ни пяди.
- Ну куда же вы, мистер Лейн? Вас не интересует магия кино? - Энджел метнулся вперёд первым, успевая перехватить руку ополченца за долю секунды до того, как он успел схватиться за рацию - было ли у Лейна при себе оружие, Энджел не знал, но это всегда успеется проверить. - Рокс, отправим мистера Лейна на дыбу? У нас как раз недостаёт актёров для следующей сцены...

+1


Вы здесь » Manhattan » Флэшбэки / флэшфорварды » Who's Afraid of the Big Bad Wolf? ‡флэш