http://co.forum4.ru/files/0016/08/ab/34515.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/95139.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/86765.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/40286.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/22742.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/96052.css

Manhattan

Объявление

Новости Манхэттена
Пост недели
Добро пожаловать!



Ролевая посвящена необыкновенному острову. Какой он, Манхэттен? Решать каждому из вас.

Рейтинг: NC-21, система: эпизодическая.

Игра в режиме реального времени.

Установлено 5 обложек.

Администрация
Рекомендуем
Активисты
Время и погода
Дамиан · Марсель · Мэл

Маргарет · Престон

На Манхэттене: декабрь 2016 года.

Температура от +4°C до +15°C.


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Manhattan » Флэшбэки / флэшфорварды » She has gotten lost in the crowd ‡флеш


She has gotten lost in the crowd ‡флеш

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

https://40.media.tumblr.com/4224b1e4258923bac11bf96654934119/tumblr_o4pcsxTBfA1usdv6vo1_1280.png
Время и дата: 17 января 2016;
Декорации: Бад-Гаштайн;
Герои: Нора Хит, Курт Харрисон;
Краткий сюжет: за восемь лет утекло много воды. Тюрьма, бизнес, новые знакомства — даже самые яркие впечатления, если они мимолетны и не имеют последствий, забываются и после меньшего. Нора была для Харрисона той самой нимфой, что, едва оказавшись в его руках, испарилась навсегда и сохранилась в памяти лишь расплывчатым призрачным силуэтом из прошлого. Но насколько незаметно эта встреча прошла для нее самой? И есть ли у нее причины помнить мужчину, с которым она провела вечер, плавно перешедший в ночь, целых восемь лет назад?

Отредактировано Kurt Harrison (27.03.2016 18:03:07)

+3

2

Спокойное дыхание расплывалось по стеклу белеющим пятнышком, скрывая за собой чарующий зимний пейзаж за окном. Отовсюду слышался шум и гам, смех и тихая пустая болтовня, полифония людских голосов, разнообразие тембров и наречий, мужчины, женщины, дети всех возрастов и национальностей, и все же, даже они не смогли прогнать витающее в воздухе умиротворение. Величие горного пейзажа за окном во всю стену, в котором чуть расфокусировав взгляд можно было поймать отражение веселящихся отдыхающих, а всмотревшись вдаль, утонуть в кристальном воздухе, окутавшем белоснежные горы, ярко контрастирующие с голубизной неба. Слишком ярко, пожалуй. Для живущей в заточении Манхеттовских высоток, подобные пейзажи были не привычны, и от света зимнего солнца,  не скрытого ни единой тучкой, ни мороком смога, с непривычки слепило глаза. Неудивительно, что половина местных барышень ходили, нацепив солнечные очки на нос, впрочем, сама Нора в этом вопросе не уступала, правда, в данный момент, найдя им более разумное применение, подобрав вьющиеся после недавнего купания волосы.
- Нет, Артур. Я прилетаю через две недели, раньше никак не получится. Неужели проблема настолько серьезна, что ты не можешь разобраться самостоятельно? – Медленно бредя вдоль галереи живой природы, Нора Хит не изменяла своим привычкам даже в этот небольшой отпуск, который сама же себе и устроила накануне Рождества. Тогда, в двадцатых числах декабря, казалось, что, наконец, она забрела в тихую гавань и оставила все проблемы скрасившие осень ее «скучной» жизни позади. Проекты завершились, адвокаты и инвесторы перестали трепать нервы на каждом собрании интересуясь, все ли улажено, не потеряют ли они вложенные в благотворительность деньги, будут ли их улыбающиеся лица украшать посуду в столовой, чтобы детям не полезла в горло приготовленная больничным персоналом каша, и как вообще поживает тот ее родственник, вокруг которого поднялась шумиха. Выпустили ли его из тюрьмы и правдивы ли слухи о том, что ее, Нору, ожидает та же участь, а раз так, не разумнее ли будет передать управление фондом стороннему человеку, оставив на себе функции не столько руководителя, сколько известного представителя, которого знает и любит искушенная публика. Количество анонимных писем с нелицеприятным содержанием переполняло ящики, а поход в любимый ресторан неподалеку от дома превратился в настоящее приключение для них с Артуром, включающее в себя игру с переодеванием, благо не друг друга. И не было ничего удивительного в том, что в один прекрасный момент, ровно тогда, когда они вернулись домой, чтобы продолжить разгребать план массовых операций по предотвращению краха дела жизни уже далеко не юной мисс Хит, эта самая мисс потеряла сознание, поднимаясь по лестнице.
- Ну а что могут говорить врачи? Отдыхайте, не переутомляйтесь. Ничего серьезного мы не обнаружили, но все же стоит лучше следить за собой. У меня назначено еще одно обследование на следующей неделе, посмотрим. – И первым пунктом в своей оздоровительно программе Нора поставила традиционный Рождественский вечер, который ежегодно устраивал  Фонд для именитых гостей. Правда в этот раз, он проходил без ее участия, хотя она и отослала приглашение брату, намереваясь умыкнуть главу хирургического отделения прямо из-под носа Главврача, чтобы провести праздник в кругу близких для нее людей. Естественно план не удался, ибо у хитрожопого Хита нашлись веские аргументы против посещения скучного сборища, а поразмыслив после, Нора пришла к выводу, что так было даже лучше, если она хотела избежать излишней опеки.
- Слушай, да кто у тебя там мяукает, ты завел себе кота? – Преследуя те же цели, Нора не взяла с собой и Артура, оставляя того за главного и старшего домоправителя, а заодно взваливая на плечи мужчины все рабочие заботы и хлопоты. Но тот и не был особо против, разве что немало смущен тем фактом, что отъезд своей начальницы в Австрию пришлось скрывать от ее родителей. Будто их взрослая девочка прогуливала школу. Смешно, но обстоятельства диктовали свои правила. – Телевизор? Не пугай меня так и сделай потише, я этот Animal Planet итак круглосуточно смотрю. Амабель увлеклась зверьем и теперь мы вынуждены делить постель с шиншиллой и двумя хомяками, хорошо хоть ночью этот крысятник все же удается распихать по клеткам. А ну не смейся! Она передавала тебе привет кстати. Когда ты собирался приехать?
И главное обстоятельство сейчас плескалось в бассейне, своим смехом вызывая у Норы рассеянную улыбку. Поймав взгляд дочери, она жестом показала на прижатый к уху телефон и губами произнесла имя, понимающе кивнув, когда порывающаяся было подбежать к ней девочка, вновь была вовлечена в бурную водную баталию, устроенную другими детьми.
- Все Артур. Пришли мне документы, я вечером посмотрю, и мы ждем тебя на следующей неделе! – Наконец оставив телефон в покое, Нора вернулась за свой столик и уселась в пол-оборота к бассейну, с интересом наблюдая за игрой, в которой, кто бы сомневался, правила диктовала самая маленькая из присутствующих. Но оно было и не удивительно, если принимать во внимание диктаторские замашки матери и секретный коктейль, которым наградил ее отец. Удивительный ребенок и неужели когда-то она считала Амабель Арлин Хит досадным недоразумением?

+3

3

[audio]http://pleer.com/tracks/13901472x8ZO[/audio]
Панорамные окна были бы небывалой роскошью.
За ними раскинулась бы высокая ломаная линия горизонта, верхними точками экстремума которого стали бы заснеженные пики гор на фоне лазурного неба, будто бы вышедшего из под руки мастера фотошопа. А в окружении скал виднелась бы зеркальная гладь широко разлившего свои воды озера, вдоль которого по набережной неторопливо прогуливались туристы, полной грудью вдыхавшие чистейший альпийский воздух. Определенно. такая панорама стоила бы своих денег и не стала бы поводом закатывать глаза и недовольно поджимать губы — по крайней мере, так часто, — если бы весь этот великолепный пейзаж не перегородила бы стена соседнего дома.
Сестра выросла в совершенно иных условиях, нежели Курт, а потому частенько позволяла себе не думать о такой ерунде, как иррациональные расходы. Именно она отказалась от почти идентичных апартаментов в квартале отсюда только из-за окон стандартного размера, в которые она бы "не смогла любоваться" вот всем тем самым, что загородила кирпичная кладка. Харрисон протер уставшие глаза пальцами, ладонью спустившись по лицу и воззрившись на выброшенные на ветер деньги. Спортсменки получают весьма недурно, но, к сожалению, из человека, большую часть жизни потратившего на выживание любой ценой, это не становилось утешением. Мужчина размял шею, чуть прохрустев позвоночными суставами.
Мышцы тела ныли от непривычных нагрузок, но, при всей натруженности, в ногах ощущалась особая легкость с того самого момента, как Харрисон освободил их из тесной гробницы тяжелых лыжных ботинок, в которых при ходьбе он походил на мондошаванина из "Пятого элемента". Впрочем, сам горнолыжный дебют заладился: несмотря на допущенные ошибки и внеплановые потери равновесия с последующими приземлениями в сугробы вначале, через некоторое время обучения выяснилось, что развитое тело Курта вполне пригодно для освоения нового вида спорта, и всего спустя пару часов он уже, вопреки опасениям инструктора, сменил зеленую трассу на синюю. А в следующий заход, разумеется, освоит это дело всерьез, на красной, пусть и "топором" прямиком вниз по склону — а иначе какой толк? Разве возможно в полной мере насладиться духом горных трасс, палящего по хрустящему снегу солнца и противостоянием лихого альпийского ветра, мерно вихляя "змейкой" с одного края трассы до другого? Такая же импотенция, как игра в боулинг с бортиками. Местные носились по склонам так, будто вышли из утробы матери уже с прикрепленными к ногам лыжами и ходить научились позднее, чем совершили свой первый слалом.
На простецком ясеневом столе, выполненном в минималистичном норвежском стиле, лежала сложенная пополам бумажка, верхняя часть которой чуть вздымалась под действием льющегося из приоткрытого окна сквозняка. Подперев голову кулаком, свободной рукой Курт развернул листок, в котором Карен аккуратным почерком оставила записку следующего содержания:
«Ушла на источники. Буду в три».
Наручные часы показывали половину пятого. Закатив глаза, Харрисон достал из кармана телефон и набрал номер сестры. Аппарат недоступен, абонент не абонент. А ведь всего через чес для них уже был зарезервирован столик в одном из не слишком дорогих, но весьма многолюдных ресторанов. Сделав предположение, что телефон Карен сел, и потому она пропустила время, мужчина быстро надел куртку и проследовал к выходку, имея приблизительное представление о местоположении купальни.
Не без труднопереводимых подсказок местных жителей, Курт все же добрался до пункта назначения. Едва он ступил за порог стеклянных дверей, его приветственно окружили высокие стены с балками из кедра, замкнувшие вымощенный натуральным камнем просторный зал с ресепшном и улыбчивой девушкой-администратором. Заприметив нового гостя, она поспешным движением пальцев заправила выбившуюся из хвоста белокурую прядь за ухо и доброжелательно склонила голову.
Guten Tag! Womit kann ich Ihnen behilflich sein?
Ich suche nach einer frau. Sie sollte hier sein. Ihr name ist Karen Ford, — мужчина оперся локтями о стойку регистрации, исподлобья заглядывая в бестолковые девичьи глаза небесно-голубого цвета. Не будучи уверенным в своем немецком, до этого момента практически напрочь лишенного практического применения, да еще и при особенностях австрийского диалекта, он постарался выбрать наиболее демократичные фразы, высказанные с ощутимым американским акцентом. В ответ девушка залепетала что-то совсем трудное для восприятия, тыкая наманикюренным ноготком в заламинированную бумажку, лежавшую на столешнице. Из всего сказанного Харрисон выцепил только: «не положено», «конфиденциальность» и «Вы можете оплатить разовое посещение чего-то там». Купальни, вероятно. — Действительно. Давайте делать все через задницу и сдирать за пятиминутный визит часовую оплату, — уже по-английски проворчал Курт, хмуря лоб и потирая переносицу. — Wie viel?
Увы, мы не можем разглашать личную информацию клиентов, — все так же глупо улыбаясь, с грубым акцентом произнесла девушка, словно выдавая хорошо заученный текст. Красноречиво выгнув бровь, Курт еще раз обвел секретаршу оценивающим взглядом.  — Двадцать пять евро.
Обдиралово, — фыркнул Харрисон, доставая из заднего кармана джинс свернутые пополам купюры и отсчитывая нужную сумму. — И вон с того стенда из вашего фойе посчитайте мне плавки.
[audio]http://pleer.com/tracks/68100POJp[/audio]
Быстро переодевшись и закрыв вещи в металлическом шкафчике на замок, мужчина вышел из раздевалки в общий крытый зал. Справедливости ради стоит заметить, что здесь панорамные окна от пола и практически до самого потолка действительно играли существенную роль. За тонкой дымкой пара от воды в бассейне и чисто намытыми стеклами от края до края плескалась чистейшая лазурь; белоснежные пики гор сияли ослепительной белизной в свете солнца; со склонов чуть в отдалении разноцветными точками сновали проворные лыжники и сноубордисты. А на уличной части купальни валом распространялся горячий пар источника, вступая в противоречие с холодным воздухом. Из воды, словно шляпки маслят в грибнице, то тут, то там, торчали макушки отдыхающих, своим видом напомнивших Курту японских макак, которых частенько крутят по всяким каналам анималистической направленности.
Харрисон оказался позади выстроенных в рядок шезлонгов, на которых возлежали, блистая роскошными (или не очень) фигурами, великосветские (или не очень) дамы. Среди них вполне могла затеряться и Карен. Недолго думая, мужчина прошел вперед и, огибая лежаки, двинулся вдоль. Поиски, впрочем, оказались тщетны — лица барышень были столь же пусты и неинтересны, сколько и незнакомы. Пришлось обойти весь комплекс, прежде чем пришло осознание всей тщетности подобного поиска. Рассеянно вздохнув, Курт зарулил к единственному месту, где, в его понимании, он должен оказаться первым делом во имя собственного комфорта, а именно — к бару. Дожидаясь своей очереди, мужчина развернулся спиной к стойке, опершись локтями о столешницу, и обвел взглядом близлежащие столики. Семейство из четырех человек: шумные девчонка и и мальчишка лет семи-восьми, перемазанные поедаемым мороженым, угощающий отец и недовольно ворчащая мама; влюбленная парочка, мурлыкающая очаровательные нежности; мужик лет шестидесяти на релаксе. Чуть в отдалении виднелась загорелая спина темноволосой женщины с длинными, на зависть многим дамам, ногами и изящным изгибом талии. На миг она мотнула головой, и Харрисона посетило смутное ощущение, будто он с ней знаком. Впрочем, загадывать наверняка было бы слишком опрометчиво.
Два глинтвейна, пожалуйста, — сделал заказ мужчина, доставая из кармана белого "вафельного" халата бумажник. Через две минуты он взял горячие стеклянные бокалы и, совершив небольшую обходную петлю, приблизился к захватившей его внимание мадам. Чуть сощурившись, он приглядывался к ее чертам, под спадавшими на ее лицо влажными прядями волос все же узнавая женщину, когда-то очень давно скрывшуюся поутру из его постели. Вот это поворот.
Сбежавшая фрау? — словно все еще сомневаясь, Курт сощурил левый глаз, оттопыривая указательный палец непроизвольно подавшейся вперед руки от ножки бокала. Женщина едва заметно дернулась, отвлекшись от незримой точки где-то в другом конце зала, с которой до этого момента не сводила взгляда. — Вот так встреча. Если не на Манхэттене, то на другом континенте, — уголок губ дернулся в мягкой полуулыбке-полусмешке. — Позволишь тебя угостить?
Поместив один горячий стакан на столик перед ней, он отодвинул стоящий рядом стул.

Отредактировано Kurt Harrison (17.02.2016 05:16:16)

+4

4

Наблюдая за детскими играми, порой сам не замечаешь, как погружаешься в воспоминания, представляя творящееся перед глазами реальности сценой из прошлого. Ари была очень похожа на саму Нору, во всяком случае, на ту девочку, которая то и дело мелькала на фотографиях в семейном альбоме, на более старых страницах выступая где-то на заднем плане, недовольно щурясь на вспышку фотоаппарата, но уже на последующих снимках стремясь все ближе к центру, потихоньку выбираясь из тени семейного любимца. У дочери же такой проблемы не было, а конкурентами же за право оказаться центральной фигурой выстраиваемой фотографом экспозиции зачастую выступал один из многочисленных домашних питомцев. Ее фотографии были смазанными, ведь усидеть в обнимку с игривым псом было попросту невозможно, динамичными, живыми, но все же такими далекими. Пролистывая их, скользя пальцем по гладкому стеклу экрана, Нора зачастую ловила в себе эту сосущую грусть где-то в груди, прекрасно зная, что эти моменты жизни ее ребенка прошли без ее участия, и она уже не успела в тот самый момент, когда Брай норовил сорваться с места, обнять его с другой стороны, ненароком коснувшись маленькой детской ручки, с неосторожностью вцепившейся в слегка вьющуюся шерсть на груди золотистого ротвейлера. Да, ей было все это доступно сейчас, но тогда, в тот момент, ее не было рядом.
И не стоило успокаивать себя, твердя, что больше такого не повторится, прекрасно зная, что повторится и не раз, ведь оттягивать окончание отпуска не получится вечно, а забирать с собой ребенка в душный смрад мегаполиса, было слишком большим риском. Потому оставалось лишь приветливо поднимать пальцы, разжимая жесткую спинку пляжного стула и стирать вокруг картины перед глазами рамку и дату в правом верхнем углу, напоминая, что сейчас она смотрит совсем не на фотографии, а на нечто большее.
Сейчас она может расслабиться и вздрагивать, нервно поджимая губы, когда темная макушку пропадает из виду, оступается и падает в воду, тут же выныривая и заливаясь звонким детским смехом, совершенно свободным и беззаботным, который редкость даже в стенах их уютного загородного дома. Быть может, если бы она росла не одна, если бы у нее был родной человек, неотлучный и находящийся всегда рядом, такой, каким для Норы был Арчи, смех девочки был бы более привычен и не вызывал уже удивления матери, пусть и приятного.
От картины, которую она старалась как можно подробнее запечатлеть в памяти, Нору отвлек скрипнувший о кафель стул, слишком близко, чтобы это был кто-то из соседей за другими столиками, да и удивленный голос, что обращался явно к ней, приобретал все более реальные очертания одного из призраков ее прошлого. Она чуть отклонилась назад, увеличивая, пусть и несущественно, дистанцию, но все равно поначалу взгляд ее, скользнув по поджарой фигуре, завернутой в нелепо сидящий на нем белый халат, пока не столкнулся с насмешкой в голубых глазах. И лучше бы ему остаться неузнанным, но все же…
- Мистер Ламбо… - протянула она, обхватывая свободной ладонью запястье другой руки, вминая в кожу участившийся пульс. Перед ней стояла причина прошлых последствий, которые скрылись от зорких глаз женщины за широкой спиной, но выгибаться, чтобы увидеть далекую фигурку в бассейне, она все же не стала, вместо этого с легкой полуулыбкой кивнув на предложения и сдвигая сим жестом возникшее препятствие в сторону. – Если я не ошибаюсь?
А ведь могла и ошибаться, не столько подведенная собственной памятью, сколько отсутствием достоверной информации, что была озвучена ей в тот далекий вечер 2008 года. «Сбежавшая Фрау». Да, тогда я ушла не попрощавшись, но на то были причины. Он искал? Нет, я же не пряталась. Тогда почему появился здесь и именно сейчас. Знать про Ари он не может… или может?
- Никак не ожидала вас увидеть, да еще и в таком месте… неужели выступления, наконец, нашли своих почитателей?

+3

5

[audio]http://pleer.com/tracks/5639112Z19d[/audio]
Ошибаетесь, — дежурная улыбка на секунду задержалась на губах Курта, после чего он занял место напротив женщины. — Мы перешли на "Вы"?
Объявляться в жизни женщины спустя восемь лет после кратковременной интрижки, да еще и надеяться на ее память относительно незначительных деталей встречи навроде имени, может, и было бы чересчур оптимистично, но ведь Харрисон ее имя помнил. Тогда, восемь лет назад, когда жизнь еще не успела как следует надрать ему задницу за деяния прошлого и добавить выразительности лица несколько новых и глубоко пролегших морщин тюремным сроком, он впервые увидел этот каскад каштановых волос на частной вечеринке в честь шизофреников — простите, нечистой силы, — в костюме истинного воплощения зла ушедшего века. А именно, фашистки. Тогда выступающий за неплохой гонорар мужчина решил, что эту леди не испортили бы даже усы и прическа в стиле неудавшегося австрийского художника. В толпе беснующейся нечистой силы, неподалеку от паренька, что уже окучивал симпатичную блондинку, красовалась эта фройляйн, выгодно выделяясь на фоне ведьм, фурий и черных кошечек не только черным латексом, обтянувшим точеную фигурку с сочными формами (хотя кого мы обманываем?), но и манерой держаться, горделивой осанкой, вздернутым подбородком и внимательным испытывающим взглядом, который сейчас, к слову, был направлен прямиком на Харрисона чертовом другом континенте. На родине того самого неудавшегося художника. Вот же судьба-затейница.
Выступления здесь ни при чем, фройляйн, — впрочем, уверенности в том, что Нора до сих пор носила статус «свободна» не было ни грамма. Курт отхлебнул горячего глинтвейна, от температуры шваркнув напитком на губах.

***
К Вашему большому сожалению, юноша, эта фрау уже занята мной, — Ланзо изобразил широкую дежурную улыбку, уверенно оглашая права на свою территорию, после чего ловко подвинул парнишку плечом в сторону, очутившись напротив приглянувшейся мадемуазель, и протянул ей бокал первоклассного шампанского, накануне спертого с подноса из вип-зоны. Тепло-зеленые глаза красавицы удивленно округлились, а брови взметнулись вверх. Впрочем, категорического отказа во взгляде не читалось, что было воспринято Макьюэном, как согласие. — Не благодарите, от этого юнца Вам не будет прока — сплошной геморрой инфантильного поколения.
И прежде, чем избранная дама успела опомниться, Курт уже подцепил ее свободную ручку для короткого поцелуя-этикета.
Ланзо.
А где же Ваш костюм, мистер?
Сегодня я в костюме музыканта.
Разве это имеет отношение к Хэллоуину?
Поверьте, нигде в мире нет большего маскарада, нежели в шоу-бизнесе.

***

Утро на съемной квартире тогда выдалось паршивым. Бессонная ночь требовала продолжительного сонного дня, и пробудился мужчина в своей постели, к его удивлению уже опустевшей и остывшей. На соседней подушке вместо головы с копной каштановых волос лежала фотография семьи Макьюэн, тяжелый и болезненный процесс развода с которой как раз подходил к концу. Сощурившись от беспощадного дневного солнца, мужчина протер глаза и, нахмурившись, взял снимок, с которого теперь на него смотрела некогда любимая женщина и родной-чужой сын. Перевернув фотографию, он провел пальцем по подтертой надписи, сделанной простым карандашом и расчерченной аккуратной рукой Ады. «Курт, Ада и Джеймс Макьюэн».
Сюда я приехал с младшей сестрой и как раз ее искал, когда мне неожиданно попались Вы, — мужчина мягко улыбнулся собеседнице, внимательно вглядываясь в ее лицо исподлобья и чуть склоняясь над столиком, чтобы не упустить деталей. Она то и дело косила глаза куда-то в сторону бассейна, — вероятно, не одна.И, раз уж Вы позабыли мое имя, позвольте мне начать этот момент с чистого листа, — Харрисон отхлебнул новую порцию согревающего напитка и, незаметно набрав воздуха, чтобы выпалить следующие слова, машинально обвел взглядом окружение и снова переключил внимание на сбежавшую фрау. — Курт Харрисон. В прошлом — Ланзо Макьюэн.
Взгляд красавицы вновь сосредоточился на собеседнике, а бровь изящной недоверчивой дугой изогнулась вверх. Что ж, предсказуемо. Но и красавице в далеком две тысячи восьмом не стоило делать поспешных выводов, основанных на сомнительных личных вещах.
Вы ведь здесь не одна, верно? — мужчина откинулся на стуле, стремясь поскорее съехать с неудобной, вероятно, им обоим, темы. В ответ на ее взгляд он кивнул подбородком в сторону бассейна. — Все высматриваете кого-то. Состоятельного мужа, который захочет надрать мне задницу за стакан вина с корицей, верно?
Губы на миг скривились в легком смешке.

+4

6

Смех Ари раздавался, будто, со всех сторон и не нужно было излишнего взгляда, что большую часть времени теперь был прикован к собеседнику. Веры в то, что он появился сегодня здесь, напротив нее по велению господина случая, было не много, и даже оправдание визита поисками сестры не внушало Норе той степени уверенности в собственной безопасности, которую должно было. Да и мог ли ее гарантировать человек, что меняет имена от знакомства к знакомству? Если сейчас он представлялся Куртом, тем самым именем с фотографии, которое могло бы забыться, но все же всплыло в ее голове вместе с ощущением старой потертой бумаги в пальцах. Она тут же погасила его прикосновением к теплому стеклу высокого бокала, не спеша сделать глоток и сдержав себя, чтобы не поморщиться от громкого звука со стороны собеседника.
Бывшая фройляйн не могла припомнить удивления в то утро, когда организм после короткого сна, проснулся, следуя старой доброй привычке человека с хронической бессонницей, и потребовал от хозяйки чашку кофе и тонкую сигарету, что кончились как назло. Ей ничего не оставалось, как дойти до брошенного подле кровати чужого пиджака, но подняв его с пола, заметить совсем не то, зачем пришла. Счастливые лица, они смотрелись довольно гармонично друг с другом, а общая фамилия на обороте, навевала мысль, что тот мужчина, который устало зарылся носом в подушку, как две капли воды похожий на человека со снимка, был отнюдь не Ланзо. Чтож, женатые люди, не редко для кратковременной интрижки придумывали себе подставные имена, и в ее праве было довершить разыгрываемую сцену чуть раньше, чем Нора изначально планировала, тихо одевшись и исчезнув из жизни мужчины на ярко-желтой машине, ждавшей у подъезда.
- Жаль, что выступления в вашем путешествии не причем.  – Протянула она, пригубив горячее вино, - А я было надеялась, что мелодия в этом зале сменится на более приятную.

[audio]http://pleer.com/tracks/7480118yvw5[/audio]
И-ди-от! – В который раз повторяла фройляйн Хит, скупо улыбаясь происходящему вокруг нее стихийному бедствию. Она в который раз зареклась не доверять более своему брату выбор места для вечеринки, или же проверить обслугу и план мероприятия заранее, до того, как подающий надежды хирург, потащит ее в богом забытое место, представит хозяину вечера и отрежет пути к отступлению на ближайший час как минимум, ибо все же, хоть какая-то вежливость должна быть соблюдена. Сейчас же, она была гостьей на сборище близком к студенческой попойке и отличающимся от нее лишь наличием приглашенных музыкантов, единственного, пожалуй, плюса, и угрозой вернувшихся чуть раньше родителей.
Но вот для брата это мероприятие явно было грезой наяву, ибо почти сразу, на входе он свалил груз со своих плеч и растворился в толпе ряженых красоток, собирая вокруг себя сливки общества и совсем не подозревая, какие планы готовила на него в своей голове любящая сестрица, уже к тому времени составившая план наискучнейшего благотворительного бала по случаю Дня Благодарения. Вот только от дьявольских замыслов ее отвлекли, сменяя в ладони пустой бокал из-под шампанского на точно такой же, но с весело бегущими вдоль стенок пузырьками.
- Конечно, если забыть о клоунах на политической арене. – Нора отняла ладонь, задержав ее лишь на мгновение дольше необходимого для простого приветствия и внимательным взглядом, не скрывая в нем оценки, окинула стоявшего перед ней… ну пусть будет, музыканта. Хотя с такой прической…
- Но раз вы, мистер Ланзо, музыкант, то по вашей вине стихла музыка и я не танцую, не так ли?


- Верно, не одна, но не волнуйтесь, мой спутник сегодня не столь ревнив, чтобы опуститься до рукоприкладства. Надрать вам задницу, Ланзо?  Заманчиво, но не ко времени. – Нора вновь позволила себе бросить взгляд к бассейну, раз уж ее разоблачили так сразу, но тут же недовольно нахмурилась, не заметив своей дочери на том месте, где она должна была быть. Беспокойство ощутимо кольнуло в груди, почти расколов на лице расслабленную маску, но маленькие холодные ладошки, закрывшие женщине глаза, удержали ее на месте звонким вопросом.
- Угадай, кто!
Ничуть не смущаясь присутствия мужчины, да и на краткий миг вообще забыв о нем, шатенка поймала ладонями нарушительницу спокойствия и вывела ее из-за спины, тепло улыбаясь в ответ на звонкий смех.
- Должно быть, это непослушная маленькая бестия? – Нора вопросительно приподняла бровь, стараясь сохранить наигранную серьезность момента, а когда дочь интенсивно закивала, соглашаясь с данной ей характеристикой, перевела взгляд на Ланзо, вылавливая в его реакции, насколько неслучайным все же было его присутствие. – Знакомься, Ари, это Курт Харрисон, мой давний знакомый.
- Добрый день, меня зовут Амабель Арлин Хит – придерживаемая за плечи рукой Норы, девочка смело шагнула вперед и, подражая взрослым замашкам, протянула раскрытую для приветственного рукопожатия ладонь маминому знакомому. – А почему вы не купаетесь? Здесь чудесные бассейны! – выдала она почти сразу, удивившись, что Курт, не смотря на халат, до сих пор был сух и явно не испробовал на своей шкуре всю прелесть местного развлечения, что, по мнению Арлин, приравнивалось к преступлению.

+3

7

Эка заумная девчушка.
Малая представилась со всей серьезностью, достойной будущей сильной и независимой женщины с парой-тройкой котов, но притом нисколько не напоминала ее мать – мать же? – в момент, когда Курту довелось с той познакомиться. «Имя-то какое хитросочиненное», – проскользнуло в голове мужчины перед тем, как он протянул ладонь, чтобы принять в нее маленькую девчачью ручонку. Говорила Амабель Арлин Хит с выраженным немецким акцентом, из чего последовал вывод касательно ее постоянного места проживания – очевидно, далекого от Штатов, что, при матери-американке, вызывало потайной интерес.
Очень приятно с Вами познакомиться, юная леди, – раньше Харрисон имел счастье улыбаться подобным образом собственному (как он думал) сыну, теперь же с Джеймсом они почти не виделись – и за то «спасибо» его шлюхе-матери, решившей, что частые свидания с «уголовником» не пойдут на пользу ее ангелочку, – но на душе его потеплело под встречным внимательным взглядом голубоглазой девочки. – Думаю, я слишком давно не плавал, – в грудине отозвался короткий отрывистый смех, а девочка наконец-то заулыбалась, – так что, если твоя, – он бросил мягкий взгляд на Нору, – матушка согласится меня подстраховать на случай, если я разучился – я с удовольствием присоединюсь к водным процедурам. А пока я решаюсь – возьми у доброго человека у бара мороженое, какое захочешь. Я угощаю.
Слабость к цветам жизни, вкупе с трепетным желанием взять их под свое крепкое крыло, оберегающее от взрослых невзгод, Ланзо обнаружил в себе еще в глубокой юности, когда имел обыкновение заступаться за малышей в школе. С годами это чувство только возросло и напиталось, и дети, словно чувствуя отношение, к нему тянулись и легко шли на контакт. Улыбка девочки озарила – и облучила бы, если бы девочка была радиоактивной (странный каламбур), – окружающих, и с одобрительного кивка матери Амабель двинулась к стойке с мороженым.

Той октябрьской ночью, перетекающей в ноябрь, стерев подошвы о ламинат танцевальной площадки, они ушли гулять по пустеющим улицам Нью-Йорка, где время от времени по дороге встречались бежавшие ряженые с самых безумных вечеринок хэллоуинской тематики. Нора, замерзшая в своем латексе обольстительной фройляйн, утопала в широких плечах и рукавах пиджака Курта, прижимаясь в своему новому знакомому в поисках тепла.
Харрисон плохо помнил, о чем они тогда говорили, но вечер полнился смехом. Прогуливаясь по Джон Финли Уок вдоль пролива Ист-Ривер, они даже пытались, подражая слоняющимся юнцам, разглядывать звезды в свете огней мегаполиса, потягивали дешевый черный чай из картонных стаканчиков ближайшей палатки с хот-догами. И пусть мир полнится стереотипами, что длинноногая красотка с роскошной волной буйных волос, ниспадающих на плечи, не способна получать удовольствие от подобных ребячеств – мисс Хит выглядела вполне счастливой. Она прекрасно различала тонкости блюза и джаза – с ее же слов, слушала бренчание младшего брата с самого детства, – знала прелести звучания винила, охотно слушала о кино и рассказывала о путешествиях, коими жизнь Ланзо пока, увы, наполниться не успела. Она говорила об Австрии и Зальцбурге, о горах и источниках альпийских курортов, вынудив своего спутника дать обещание, что однажды и он посвятит время подобной поездке.
–  Может, на пенсии я переберусь куда-нибудь в Европу, – с мечтательно-грустными нотами в голосе протянула она, когда они оставили тщетные попытки отыскать на небосводе созвездие Пегаса.
До пенсии тебе еще далековато, – мужчина потер ладонью плечо спутницы, прижавшейся к его груди, в неосознанной попытке ее согреть.
Я просто хорошо сохранилась, – чуть хриплый на низких нотах, ее смех обладал заразительностью, какой позавидовали бы многие актрисы европейского кино. Курт улыбался, прихлебывая чай. Кажется, в ту ночь они говорили обо всем на свете.
Посмотреть коллекцию винила Нора захотела сама.


Ты не говорила тогда, что у тебя есть дети, – вновь оборачиваясь к своей старой (хоть и держалась она пока моложаво) знакомой, Харрисон отхлебнул теплого глинтвейна из своего бокала и поставил локти на стол, смыкая руки в замок под подбородком. – Славная девчушка. Сколько ей? – уловка призванная ненадолго отвлечь ребенка от взрослых разговоров, сработала отлично: Арлин пристально изучала прилавок.
Вопрос мужа по-прежнему оставался открытым, но и поблизости того не было – а, стало быть, почему бы и не поболтать? В конце концов, оставлять такую красивую супругу в купальнике и без присмотра – большой прокол, грех таким не воспользоваться.
Все-таки перебралась сюда раньше, чем предполагала? – глаза у Норы, как и в далекой памяти, по-прежнему внимательно заглядывали медово-карим металлом в самую душу, и Харрисон спокойно встречал ее взгляд, про себя отмечая едва заметную бледность и усталость, тронувшие лицо собеседницы.

+2

8

http://s7.uploads.ru/yCTD8.png

Видеть улыбающееся, беззаботное лицо ребенка – не высшее ли это благо, награда за годы упорного труда, и отдых для души, столь желанный и необходимый, в купе с ворохом событий последних лет. Нора потрепала напоследок уже подсохшую и оттого пушистую макушку дочери, но та, казалось, даже не заметила этого, увлеченная возможностью выбора нежданного угощения, вероятно вспоминая, каким из множества перепробованных за последнюю неделю вкусов, она хотела бы угоститься сегодня.
- Ты перебьешь ей весь аппетит перед обедом. – С несерьезным упреком, Нора вновь вернула свое внимание к отцу ее дочери и задумчиво, облокотившись о стол и грея всегда озябшие руки о высокий бокал, отметила для себя, насколько похожи были эти двое. Прежде всего, внешне, девочка уже начала утрачивать миловидность ребенка, постепенно обретая угловатость маленького подростка, а вместе с этим и черты лица отца проступали все более отчетливо, и совсем скоро, быть может, через пару  лет, у нее вырастет шкодный мальчишка, каким вероятно был в свое время сидящий напротив мужчина. А характером она уже и сейчас мало напоминала юную леди.
- Летом исполнится восемь, и помнится, о наличии детей ты меня тогда не спрашивал…

Ей казалось, что это была какая-то ошибка. Весь вечер, от дурацких костюмов на несуразной вечеринке до ее побега и нежелания оставлять в своей голове воспоминаний о проведенной ночи. И пусть все было прекрасно, прогулка, подобную которой она едва ли могла припомнить среди повторяющегося раз от раза однообразного маршрута «ресторан-такси-отель» и «я тебе позвоню» на утро. На этот раз она даже не давала такого обещания, пусть и позже, вопреки всему, ей захотелось его сдержать.
Рассматривая две полоски на кусочке пластика, она думала найти того музыканта, до чьей коллекции винила они так и не дошли, запнувшись в коридоре о столь неуместную тумбочку для старого телефона. Под длинный гудок съехавшей трубки запутались в одежде, а под короткие звуки потерянного терпения уже и вовсе забыли о том предлоге, благодаря которому вообще поднялись в старую квартиру. Сладострастное время блуда и порока, терпкий чай и кислое вино, это должно было продлиться не дольше одной ночи, но закончилось нарастающей паникой и дрожащей рукой, что сжимала тест с положительным результатом на равнодушном экране. По ту сторону двери, через коридор, когда закончится время обеденного перерыва, ее вновь будут ждать инвесторы и разжиревшие филантропы, всегда недовольные отнятым у них лишним временем, из-за того что главе Фонда неожиданно поплохело, уже не первый раз за прошедшую неделю. Но сейчас же, мисс Хит не могла найти в себе сил, даже чтобы выйти из кабинки, только лишь набрала номер, обращаясь за помощью к единственному значимому для нее человеку:
- Арчи? Ты… ты можешь приехать? Кое-что случилось…

- Только на время отпуска.– Женщина едва заметно пожала угловатыми плечами, не спеша распространяться о том, что малышка еще и вовсе не видела Америки, являя собой давнюю материнскую мечту. Но оно было и к лучшему, пусть подобное положение дел не могло длиться вечно. Выбираться к дочери стало все сложнее, а той, все больше не хватало материнского участия, совета, не говоря уже об отсутствии мужчины, которого она могла назвать отцом. А может так нужно? Столько разговоров о судьбе не могут быть праздными, но в то же время, я до сих пор ничего не знаю, об этом человеке.Пойдем, кажется, она, наконец, выбрала свое мороженое и уже вновь готова корить нас за бесполезное времяпрепровождение. Лучше ее опередить и искупаться добровольно.
Нора поднялась со стула и почти сразу воспользовалась предложенной ей рукой в качестве страховки своему мягкому, но до сих пор столь ненадежному шагу. Курт, вероятно, сам помнил о поразительной частоте, с которой его спутница оступалась во время ночной прогулки и изменять себе женщина едва ли стала, особенно на скользком от капель воды кафеле. Девочка уж шла им на встречу, сжимая в руке тонкую ножку десертной пиалы с цветастой горкой мягкого мороженого, усыпанной фруктами, взбитыми сливками и политой сверху голубым сиропом.
- Юная леди, а вы случайно не используете доброту мистера Харрисона в своих корыстных целях? – С сомнением мать приподняла бровь, но ответом ей служила довольная лукавая улыбка, с которой девочка обернулась было к мужчине, чтобы поблагодарить, но мать резко притянула ее к себе, пряча вмиг удивленное и испуганное лицо от мелькающей вспышки фотокамеры.
Нора привыкла, что в этом комплексе на горячих источниках, люди фотографировались. Снимали детей, себя, подзывали фотографа, чтобы тот запечатлел картинку их счастья на своем фотоаппарате, а после отдал в виде календарей, открыток и прочей сувенирной продукции, которую впоследствии с неискренней улыбкой принимали коллеги и друзья отдыхающих. Но то была любительская съемка, воспринимаемая женщиной как меньшее зло, непредотвратимое в общественном месте. Однако многократные щелчки и резкое мерцание камеры непонятно откуда взявшегося папарацци, застигшего Нору Хит, женщину незамужнюю и тем более бездетную для всего Американского сообщества, в столь недвусмысленной компании, привлекли внимание не забывшей об осторожности жертвы. Увидев, что его заметили, мужчина, что отличался от прочих отдыхающих лишь наличием брюк  под махровым халатом, быстро схватил свою сумку и бросился к выходу, явно жалея, что решил рискнуть и подобраться поближе к жертве будущего скандала, о котором он с гордостью доложит редактору по возвращении домой.
В это же время Нора, не отпуская Ари, но, уже дав ей вдохнуть, набирала номер своего горе охранника, что был нанят специально для предотвращения подобных случаев, но сейчас просто не брал трубку, пропуская гудок за гудком. Женщина теряла терпение, постукивая ножкой в такт неровно забившемуся сердцу, а дочь почти умоляла ее успокоиться, бесконечно шепча, что ей нельзя нервничать.
- Мисс Хит, - наконец в трубке раздался заспанный голос. – Что случилось?
- Мужчина, лет тридцать на вид, блондин, у него в руках фотоаппарат и спортивная сумка, направился к запасному выходу. – Оборачиваясь к стоявшему рядом Курту, что заметно напрягся в результате столь резкой перемены общего настроения, Нора отступила на шаг. Все наверняка было подстроено. И его появление, и необычайная мягкость по отношению к незнакомому ребенку, и взявшийся на горизонте фотограф. Харрисон явно был хорошим актером, но сколько же стоят услуги по разрушению святости личной жизни, которую Нора успешно скрывала на протяжении восьми лет? – Вспомни, зачем я тебя наняла. Простите, Мистер Харрисон, нам нужно идти. Было приятно вновь встретиться.
Однако ни взгляд, с каким Нора прощалась с давним знакомым, ни резкий тон, не говорили о правдивости сказанных слов. А вот поспешность, с которой она и дочь направились к выходу, отставив в сторону ненужное уже мороженое, носили оттенок горечи и разочарования от неожиданно оборванной сказки.

+3

9

http://s7.uploads.ru/yCTD8.png
[audio]http://pleer.com/tracks/4501194aozB[/audio]

И она просто ушла.
Неожиданность перемены в настроении старой (не по возрасту, конечно – выглядела Нора так, что могла дать фору многим старлеткам) знакомой оставила Курта растерянно провожать взглядом их с дочерью, напоследок оглянувшейся через плечо. Очевидно, та понимала ситуацию не лучше дяди, попытавшегося угостить ее мороженым. Мужчина поджал губы в ответ, и небольшое семейство стремительно скрылось за дверью женской раздевалки. Оглядевшись, Харрисон обозначил тот самый субъект, о котором говорила Нора – тот, конечно, выскочил на улицу через летнюю дверь у панорамного окна и намеревался улизнуть в сторону гор. Какой дурак, совершая действие, которое не придется по нраву женщине, имеющей при себе охрану (и это, к слову, еще одна загадка из жизни сбежавшей любовницы), станет убегать через единственный доступный выход через мужскую раздевалку и фойе?
Недолго думая, Курт, как был – в махровом халате и сланцах, – бросился следом. Сначала делай – потом разбирайся. Не то рискуешь упустить момент.
Курт?! – окликнул откуда-то сбоку голос сестры. Мужчина не слышал. Воткнул ногу в щель не успевшей закрыться на кодовый замок двери (боже, храни плавные доводчики) и спешно протиснулся в проем, тотчас бросившись за пытающимся преодолеть каменное ограждение, больше напоминающее небольшую средневековую стену, парнем с фотоаппаратом. Белобрысый оказался ловкачом – махнул на ту сторону, как атлет, только и успевая перебрасывать сумку с камерой за спину, чтобы та не разбилась о смесь гранита с цементом. Оттолкнувшись левой ногой от выступающего камня, чтобы перекинуть правую через ограждение, Харрисон повторил его маневр. С вершины стены открылся чудный обзор: фотограф прямой траекторией чешет в гору и в лес, отделенный от горнолыжной трассы красной сеткой.
Снег изморозью вгрызался в ступни, засасывая в сугроб подошвы сланцев. Ставшие помехой, они быстро остаются брошенным чернеющим пятном на покрывале ослепительной белизны, а Курт продолжает погоню уже босиком. Вы когда-нибудь ходили по углям и битому стеклу? А он ходил – чем только не зарабатывал себе на хлеб на улицах Чикаго в годы бурной юности. К слову, за эти мазохистские трюки зеваки особенно охотно раскрывали кошельки, сколько бы ни корчили рожи от омерзения, обступив виновника перфоманса плотным кольцом. И кто станет говорить о пацифизме, зная, что большинство людей в глубине души – латентные садисты?
В еловом лесу Ланзо потерял нарушителя покоя из вида. Остановившись у одного из массивных стволов, он замер. Издали слышался шум голосов и виражей горнолыжников. Здесь же было тихо. Мужчина, хмурясь, вглядывался в оставленные на снегу следы. Ноги уже отмерзали. Остальные части тела, вполне вероятно, тоже, но на контрасте, по крайней мере, эти ощущения не казались такими значительными. Бежать здесь было, в общем-то, некуда – вверх по горному склону марафон не проделаешь, будь ты хоть Патрик Макау.
Поджав большие пальцы ног, Курт его вычислил. Тотчас преодолев расстояние в десять метров до кустарника, он, ухватив фотографа за ворот рубашки, как котенка за шкирман, выудил его на свет. Попытки отбиться не увенчались успехом: пропустив всего один удар коленом в бок, мужчина швырнул фотографа мордой в сугроб и снова пожалел, что при нем нет хороших ботинок, чтобы хорошо примять затылок подошвой. Привычный захват, одна рука вжимает белобрысого в студеную землю, а другая сжимает обросшие волосы на темени в кулак и макает неудавшегося бегуна рожей в снег, который тот, хоть и непокорно, вынужден жрать.
Преодолевая сопротивление, Харрисон отстегивает от перекинутого через плечо ремня сумку с камерой, болтавшуюся в районе копчика.
Где вторая карта?
Какая нахрен карта? – отплевываясь от снега, рычит парень, за что тут же окунается проделанную его лицом выемку снова.
Да не пизди.
Носом белобрысый уже докопался до темной мерзлой почвы – и это больно. Курту доводилось проверять на себе.
Как-то раз, лет пять тому назад, мужчине доводилось беседовать с новостным оператором, тоже представитель прессы. Тот, занюхав кокса, рассказывал о репортаже с войны – говорил, мол, там у всякого, кто таскал при себе камеру, отбирали и технику, и карту памяти со снимками. «И на этом, – говорил новый знакомый, – объебываются многие лохи. Любой уважающий себя оператор хоть с каким-нибудь опытом карточку меняет, ценную прячет подальше от камеры, чтобы, в случае чего, нужные снимки остались. У меня так пустую, которую я на место забитой поставил, изъяли».
В правом заднем кармане, – огрызается парень.
Харрисон, без удовольствия пошарившись по брюкам фотографа, вынимает искомое.
Другое дело.
И как? Хорошо Хит платит своим секьюрити?
В душе не ебу, – мужчина, придавливая шею парня коленом к земле, вынимает из «никона» вторую карту – черт его разберет, которая из них нужная, – после чего обшаривает суму на предмет иных носителей информации. Не найдя оных, отшвыривает ее в снег.
Технику не порть!
Да мне похер.
Следом Курт снимает с парня ботинки и носки – ногам уже совсем невмоготу. Шерсть льнет к обмороженной коже и греет пуще всякой бани.
Да ты охуел! – наконец, высвободившись, белобрысый отскакивает, прихватывая камеру и не решаясь отбирать свое у явно превосходящего его силы противника, но мнется, не желая уходить босым.
Слуш, мужик, по-братски, ты мне и так день попортил. Я твои ботинки в раздевалке брошу, сам заберешь, а то ноги отмерзли.
Вместо ответа парень корчит недоуменную и, наверное, возмущенную – Харрисон в эмоциях не слишком силен, – рожу.
Вот и славно.
И носки, – надуто бурчит парень, отряхивая сумку с камерой и пристегивая обратно.
Ясен хрен.
Красивая мизансцена: поют птицы, тишина, свежий воздух, два мужика стоят метрах в пяти друг от друга и по-честному делят добычу.
Слушай, – задумавшись, добавляет Харрисон, – а нахрена тебе Нора, если не секрет?
На ответ, конечно, не рассчитывает, но почему не попытаться?
А что это за девчонка с ней? – скалится в ответ парень.
Понятия не имею, – из чувства самосохранения и, видимо, повинуясь интуиции, пожимает плечами бывший зек.

Ботинки со свернутыми в них улитками-носками он честно оставил в раздевалке под лавкой. Белобрысый дойдет – заберет. Норы уже и след простыл, зато у входа вовсю шастала пара крепких мужчин, очевидно, разыскивающих фотографа по данной ею характеристике. В ближайшее время он точно сюда не сунется. Бедный-бедный босоногий мальчик.
Хэй, парни, – окликнул Харрисон мужчин, махнув им рукой. – Мне нужна ваш босс.
Черта с два.
Очень скоро на подъезде к купальням повален был уже сам Курт, и так же, как фотограф, жрал снег. Только здесь он был на порядок грязнее, чем в лесу – парнишке еще повезло. Вот она, карма. Харрисона обыскали, но ничего не нашли. Карточки уже покоились в милой сумочке Карен – сестра недоумевала настолько, что и близко не могла вникнуть в суть происходящего и действовала на автомате. Мол, брат сказал положить к себе – кладем, и даже не успеваем задать закономерный вопрос прежде, чем он скроется в мужской раздевалке.
Передайте ей, что я жду ее в «Steak und Mehr»* в восемь. Там она и получит то, чего хочет.
А как вы зазываете девушек на свидание?
Секьюрити остались разочарованы.
А в восемь Харрисон сидел в мясном ресторане – уже переодетый в приличную одежду и пиджак, в своих ботинках и с искомыми фотографиями. Но прежде, чем их получить, Норе придется кое-что объяснить.

*стейк-хаус

Отредактировано Kurt Harrison (10.10.2016 13:22:09)

+3

10


- Артур не тараторь, я прекрасно понимаю, чем это грозит. Следи за прессой, если фотографии появятся, в печать они не должны попасть. – Женщина резко развернулась и пошла в противоположную сторону. Взмах рукава – дорогая, скорее всего, ваза оказалась на полу, раскалываясь на две части и заставляя сидящего за столом ребенка оторваться от увлекательнейшего занятия: разукрашивания маминого ежедневника. Сама же Нора казалось не заметила столь незначительного недоразумения, громко фыркнув в трубку и переступив через осколки, чтобы продолжить свой путь ровно до стены и следовавшего за ней очередного разворота. Ари уже давно перестала считать, сколько кругов прошла таким образом ее необычайно взволнованная мать, на двадцатом она попросту сбилась, начала считать с начала, но вновь ничего не получилось, рисовать же было гораздо интереснее. К тому же, девочка искренне не понимала, почему чудесный вечер вдруг наполнился нескончаемой суматохой, и даже испугалась поначалу, когда Нора, забывшись, начала отчитывать стоящих перед ней амбалов, что в тот момент больше напоминали нашкодивших мальчишек из соседнего дома, но когда тихое шипение готово было перескочить на тон выше, женщина опомнилась и отослала их прочь «с глаз ее».
- И мне все равно, во сколько это обойдется. Ты меня понял? Все, на связи. – Тяжело вздохнув, Нора, наконец, остановилась, и устало потерла переносицу указательным пальцем, унимая пляшущих перед глазами мух, предвещающих совсем не спокойную ночку. И как после этого выполнять распоряжение врача, как не волноваться, если эти уроды с камерами караулят чуть ли не у окон? Если парня не найдут, то вероятно уже завтра с утра она будет выходить из собственного дома привычно скрывая взгляд за темными стеклами очков, а как на все отреагирует Ари? И те люди, которые не должны знать о существовании девочки, пока существует хоть малейшая опасность для нее стать рычагом давления на мать?
Отняв руку от лица, мисс Хит посмотрела на сутулящегося ребенка и тихонько, стараясь не отвлекать девочку, подошла к ней, приобнимая за плечи и с философской иронией рассматривая, как ее планинг населила толпа носорогов… или это должны были быть единороги? В любом  случае, смесь получилась достаточно вызывающей для запланированной на 7 февраля конференции в поддержку сирийских беженцев.
- Не сутулься. – Ласково прикоснувшись губами к пушистой макушке, Нора надавила на детские плечи, безуспешно пытаясь вернуть их в естественное для юной леди положение, и сделала для себя пометку, чтобы гувернантка сводила ребенка на прием к детскому хирургу. Предстоящая школа могла только усугубить зарождавшийся сколиоз, а в последствии, это уже могло отразиться на будущем здоровье дочери.
- Я не сутулюсь… мне так видно лучше!
- И не спорь, пока я тебя не отвела к окулисту.
- Не хочу я к этому… акулисту! Хотя, мам, а он правда акулами занимается? Тогда хочу. – Нора не смогла сдержать смех, с интересом наблюдая, как по лицу дочери пробежала очевидная мысль и та вмиг ушла в свой воображаемый мир, представляя для себя этого самого врача и непременно ручную акулу на поводке.
- Нет, акул он тебе вряд ли покажет. А вот… - Нора хотела было рассказать Арлин о том, что даже без представителей хищных рыб, поход к окулисту мог быть весьма привлекательным для ребенка, но ее прервала резко распахнувшаяся дверь и ввалившиеся охранники, которых явно привела к ней жизненно важная информация, раз для банального стука в дверь не нашлось ни времени, ни сил, ни хотя бы, сообразительности на перевес с мозгами. – Что у вас? – Но взглянув на любопытный нос оторвавшейся от своего занятия девочки, женщина распрямилась и направилась в сторону кабинета, поманив за собой «гостей»
- Я слушаю. – За стол она садиться не стала, лишь присев на  дубовую поверхность столешницы и скрестив руки на груди, запахивая между делом слегка расслабленный халат, что вызывал у, привыкших видеть свою нанимательницу в более собранном виде, мужчин очередной повод затягивать их театральную паузу.
- Мы не нашли фотографа. – Начал было один, за что получил хлесткий взгляд опасно сузившихся глаз, но напарник пришел к нему на выручку, продолжив. – Но тот мужчина, с которым вы разговаривали, с ним связан!
После того, как для Норы обрисовали разыгравшееся у входа в купальни представление, уложив то в несколько сухих фактов и десяток слов, подозрение в причастности ее старого, ну может еще не совсем, но на грани, знакомого лишь укрепилось. Таких совпадений не бывает, а уж совпадений приправленных легкой перчинкой шантажа – тем более. С чего вдруг он решил, что ее заинтересует его предложение? Откуда уверенность, если все не было просчитано заранее?
- Вы выяснили, где он остановился?
- Небольшой отель в городе. С какой именно целью приехал, не известно. Живет с сестрой.
- Это я знала и без вас, выясните все, что можно про этого… Курта Харрисона. И проверьте заодно имя Ланзо Макьюэн.

В восемь ноль пять черный вольво остановился у входа в ресторан. Водитель неспешно вышел со своего места и, обогнув автомобиль, распахнул дверь из которой, опираясь на предложенную руку, вышла укутанная в серебристый мех сибирского песца женщина, оставившая свою шубку в надежных руках встречающего ее метрдотеля. Следом следовал неизменный секьюрити, уже не тот, что сопровождал мисс Хит на источниках, но в целом, едва ли отличающийся от него внешне. Обозначив цель своего визита, женщина проследовала за услужливым распорядителем вместе со своим конвоем и, замерев слева от ожидавшего ее мужчины, оставаясь для него на самом краю периферийного зрения, обернулась к охраннику.
- Жди на улице. – После чего, дежурная улыбка, с которой она обычно приветствовала спонсирующих ее фонд филантропов, прочно поселилась на лице, и Нора, наконец, закончила свой маршрут, с благодарным кивком принимая из рук официанта меню.
- Добрый вечер, мистер Харрисон. Вы были так настойчивы в своем желании встретиться, что я не смогла вам отказать. – В костюме мужчина выглядел ничуть не хуже, чем в своем халатном варианте, притягивая к себе взгляд, в котором отнюдь не скрывалась беглая оценка хоть и не одежды, но скрытого за ней оппонента. На свой образ Нора потратила оставшееся до встречи с отцом Амабель время, сетуя, что в доступном ей гардеробе не оказалось задуманного платья, впрочем, нашедшаяся замена, вкупе с аккуратно уложенными на одно плечо волосами, смотрелась ничуть не хуже, а значит, и скрывать притягательные линии за толстой бордовой папкой со списком блюд – не следовало. – Уютное место, вам уже доводилось здесь бывать? Мясо на кухню поставляют местные охотники, но, к сожалению, я совершенно не разбираюсь в дичи. Посоветуете, что выбрать?

+3

11

[audio]http://pleer.com/tracks/8321130C1eW[/audio]
Женщина вплыла в помещение – эталон холодной грации и изящества. Не будь сказка опубликована без малого два века тому назад, Курт бился бы об заклад, что образ Снежной Королевы Ханс Христиан бессовестно списал с ее ледяного высочества Онории Хит. Спасибо, кстати, гуглу, этому чудо-изобретению человечества, благодаря которому теперь Харрисон имел некоторое представление о спутнице, которая, как оказалось, даже на ужин не являлась без сопровождения личной охраны. И после прочтения перечня фактов из ее жизни оставалось только гадать, что за помутнение случилось с ней в уже далеком две тысячи восьмом.
Она приблизилась к столу, и мужчина затушил остаток сигареты о край пепельницы.
Я впервые в Бад-Гаштайне, мисс Хит, но мясник на рынке поклялся своей печенью, что лучшее мясо подают здесь – мне пришлось поверить на слово, – Курт мягко улыбнулся, заглядывая в глаза женщины, нарочито увлеченные изучением меню. Так дело не пойдет. – У Вас когда-нибудь была собака? – добившись внимания из-под изогнутой в немом вопросе: «к чему ты клонишь, старый пидарас?» или как там у них в высшем обществе принято выражаться, – брови, мужчина откинулся на стуле в более расслабленной позе и продолжил. – Домашние псы всегда ходят за хозяином по пятам. Особенно на кухню – ну, знаете, вдруг хозяин решил сварганить сендвич с бужениной – тогда и брату меньшему кусок перепадет. Особенно если подкрепить свою охоту до кусочка взглядом, полным голода, надежды и страдания. Так вот, – Харрисон развел руками, красочно приправляя повествование мимикой и прямым взглядом «в душу» спутницы, – если вдруг хозяин устал от того, что ему бесконечно заглядывают в рот, и закрывает за собой дверь на кухню, такой песик садится по ту сторону и принимается жалобно скулить, истекая слюной. Иногда еще очаровательно скребет дверь когтями, представляя, как хозяин там лакомится бужениной без него. Даже если хозяин на самом деле планировал только потушить брокколи, – мужчина сделал короткую паузу, криво улыбнувшись в одну сторону лица. – Так вот, готов биться об заклад, что Ваш преданный песик, – он кивнул в сторону выхода, где Нора велела секьюрити сторожить снаружи, – там сейчас тихонько поскуливает, представляя Вас и нежнейшего кролика, которого я планировал Вам порекомендовать. По крайней мере, его мне советовали, как лучшее блюдо.
Хорошо, шутка вышла паршивой, но ведь мы работаем на процесс, а не результат. Дам была увлечена повествованием? Была. А вот и как раз вовремя подоспел официант с парой бокалов и бутылкой бордо.
В Ваше отсутствие позволил себе заказать вина, Вы не возражаете? – парнишка ловким движением рук и штопора извлек из тугого горлышка пробку и налил пробный глоток. В вине Курт разбирался весьма средне, так как сам прикладывался, в основном, к напиткам покрепче, но, как учила старая подруга Ада (чтоб ей икалось в ее треклятом Чикаго), бордо стоимостью дороже шестидесяти долларов за бутылку – хорошее бордо. Поэтому мужчина с видом сомелье поболтал вино в бокале, принюхался, глотнул – вино было приятным и терпким и не напоминало ослиную мочу, какую, бывает, встречаешь в дешевом баре под видом вина, – а значит, годилось. По бокалам мужчина разлил его сам – сначала даме, потом себе.
Рибай с кровью, пожалуйста, – Харрисон эксперименты вообще-то не любил, поэтому из перечня незнакомого в меню неизбежно выбирал проверенное годами и добавлял к списку не вызывающих сомнений блюда только те, что удосужился отведать из чужой тарелки и счесть вкусными. А такое, нетрудно догадаться, случалось в его жизни нечасто. Нора сделала заказ следом, и парнишка удалился. – Так вот, к чему я вел, Нора. Мне кажется, за Вами хвост. И я предлагаю Вам сбежать от него в конце вечера. Не подумайте обо мне плохо – это не романтизм, а сухой расчет. Вы получите от меня то, что Вам нужно, но взамен Вам придется провести вечер вне компании сторожевых псов, скулящих под дверью, и ответить мне на несколько вопросов. Услуга за услугу. Идет?
Курт продемонстрировал одну из своих лучших располагающе-сдержанных улыбок, после чего немым кивком спросил разрешения закурить. Свидание больше напоминало детективную игру, нервы пошаливали и просили никотина. Нора, конечно, считает своего сегодняшнего кавалера мерзавцем, а тот, в свою очередь, не спешит развинчивать привлекательный миф. Женщины падки на мерзавцев, это всем известно, не разочаровывать же ее прежде времени?
Щелчок зиппы, затяжка. Платье тонкой тканевой вуалью обволакивает очертания фигуры мисс Хит, выемка декольте прекрасно выполняет функцию отвлечения внимания, и против воли в памяти всплывает медовая кожа, по которой восемь лет назад пальцы скользили свободно, добираясь до всего, что теперь было в дразнящей манере скрыто от взгляда и доступа. Все-таки хорошо, что в некоторых ресторанах еще оставляют залы для курящих.

Отредактировано Kurt Harrison (28.11.2016 02:01:43)

+3


Вы здесь » Manhattan » Флэшбэки / флэшфорварды » She has gotten lost in the crowd ‡флеш