http://co.forum4.ru/files/000f/3e/ce/11023.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/40286.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/95139.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/86765.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/22742.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/96052.css

Manhattan

Объявление

Новости Манхэттена
Пост недели
Добро пожаловать!



Ролевая посвящена необыкновенному острову. Какой он, Манхэттен? Решать каждому из вас.

Рейтинг: NC-21, система: эпизодическая.

Игра в режиме реального времени.

Установлено 6 обложек.

Администрация
Рекомендуем
Активисты
Время и погода
Дамиан · Марсель

Амелия · Маргарет

На Манхэттене: март 2017 года.

Температура от +6°C до +11°C.


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Manhattan » Альтернативная реальность » sand, blood, fate ‡альт


sand, blood, fate ‡альт

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

http://s5.uploads.ru/odm5c.png

Время и дата: 74 год до н. э.
Декорации: Рим, гладиаторская школа, вилла владельца школы
Герои: Елена и Ганник
Краткий сюжет: Человек либо примет свою судьбу, либо она его уничтожит.


[nick]Gannicus[/nick][status]God of the Arena[/status][icon]http://sf.uploads.ru/8DYVc.gif[/icon][sign]https://67.media.tumblr.com/7fc6090da11593a2a73fc6fa8a438d0b/tumblr_nq77mqefht1qcex2lo6_400.gif
— И что же храбрый Ганник будет делать с тем, что нельзя победить или осмеять?
— Что ж... тогда мне придется это трахнуть...
[/sign]

Отредактировано Kamilla Hummel (04.07.2016 13:57:14)

+2

2

http://savepic.ru/10367336.gif

Простимся.
До встреч в могиле.
Близится наше время.
Ну, что ж?

Мы не победили.
Мы умрём на арене.
Тем лучше.

HANZ ZIMMER - BEGINNING THE BATTLE
Мы были рождены под счастливой звездой, и Боги всегда благоволили нам. Мы не знали ни горя, ни лишений, и с откровенной наглостью бросали вызов окружающим, заведомо зная, что выйдем из сражения победителями. Мы, дочери и сыны Рима, находясь на виду, всегда подавали пример благочестия, высокого достоинства и несгибаемости духа. Подобно гладиаторам, мы гордо несли крест победителя, подняв его над головой. Едва вставало солнце, мы покидали наши дома, чтобы каждый из представителей низших классов успел получить возможность видеть своих личных Богов. Получая все самое лучшее, мы никогда не делились даже малейшими крупицами своего богатства, погрязнув в алчности и тщеславии, захлебываясь кровью неугодных и пожирая их души. Глупые ничтожества, ослепленные нашим мнимым милосердием, не замечают, что, стоит солнцу разбиться о горизонт, размазывая кроваво-алые искры по облакам, мы снимаем маски и перестаем ломать комедию. Настоящие мы ничем не лучше зверей, только действуем более незаметно, не оставляя следов. Наши желания – закон, и никто не в праве его нарушать. Когда-нибудь на страницах истории напишут наши имена. То, что мы имеем, не предел. Мы способны на большее. Красивые и злые, пустые внутри, мы поставим весь мир на колени, как когда-то Великий Император. Наша семья всегда выделялась на фоне остальных. Просто потому, что мы лучшие, и других объяснений не нужно. Елена, самая младшая дочь, самая красивая из всех женщин города, любимица публики и покровительница гладиаторов, обязана вести нас дальше, держа под руку могущественного супруга. Своенравная девица не желает принимать свою судьбу, но будет сломлена, как и все до неё.
Они поражались её умению выбирать будущих Триумфаторов, а она лишь пожимала плечами и загадочно улыбалась. Никто и предположить не мог, каким образом, засыпая рядовыми воинами, гладиаторы просыпались победителями. Внутреннее чутье позволяло Елене выделять из толпы однотипных мужчин с отточенной техникой того самого, кто завтра выйдет на арену и станет победителем. Бои уже давно устраиваются исключительно ради развлечения, но находятся индивидуумы, кто выходит на арену ради того, чтобы убивать. Конечно, все очень легко списать на случайность. Порой, один Триумфатор способен самостоятельно сделать статистику по победам ценой жизни противника, когда как другие будут бережно относиться к оппоненту, выигрывая бой, но не отбирая у проигравшего право на реванш.
Он был тем самым Триумфатором, что почувствовал вкус победы, лишь обретя стимул. Дочь начальника школы гладиаторов в качестве трофея заставила его собрать всю свою силу в кулак и побеждать. Награда не заставила себя ждать. Отец категорически отказался продавать своего победителя, даже несмотря на то, что он никогда не оставлял в живых соперника. Елена наивно полагала, что её новая игрушка скоро ей надоест, как и все предыдущие. В этом случае она бы просто обвинила его в противоправных действиях, и он умер бы там же, где еще вчера проливал кровь. Но огонь в его глазах заставил девушку в корне переменить свое мнение. Одним и тем же взглядом, каким обладают лишь вечные победители, он смотрит и на средство достижения цели, испускающее последний вздох, и на приз, который сам падаем ему в руки, как только выдается возможность. И если раньше она могла, не отрываясь, смотреть за боем и жаждать скорейшего его окончания, то теперь каждый раз закрывает глаза и отворачивается, вздрагивая от каждого скопа искр, выбиваемого мечами. Впервые в жизни она боится кого-то потерять, и осознание этого еще не докатилось до её светлой головы.

Всего пара шагов отделяет её от двери, за которой спит её зверь. Он не знает, что она придет. Никто не знает. Это запрещено правилами. Но кто осмелится остановить любимую дочь начальника, что может беспрепятственно попасть в любое помещение? Только самоубийца или отчаянный глупец. Зажав кончиками пальцев край платка, скрывающего под собой золотисто-пшеничные локоны, девушка закрыла им лицо, проходя мимо соседних комнат. Замочная скважина – отличный наблюдательный пункт. Никогда не знаешь, что может произойти в коридоре. Соседям совсем не обязательно знать, кто именно решил навестить Триумфатора в эту безлунную ночь. Вставив медный ключ в замочную скважину, Елена отперла дверь и погасила факел. На ощупь найдя кольцо, девушка установила туда бывший источник света и беззвучно притворила дверь, медленно повернув ключ три раза.
Вытащить его девушка не успела. Холодная сталь, прижатая к горлу и медленно проникающая в бархатную кожу, заметно отрезвляет. Нет, ей не было страшно. Даже когда она почувствовала, как по груди скатилась капля крови, оставив за собой тонкую дорожку и скрывшись в складках туники, ей не было страшно. Мягко коснувшись руки, удерживающей клинок, девушка отвела её в сторону и развернулась лицом к мужчине. Уличные факелы не доставали до верхних этажей, и потому можно было различить разве что очертания предметов.
- Скучал? - прошептала Елена, обхватив лицо гладиатора ладонями. Платок соскользнул с головы и упал на пол, угодив прямо в лужу пролитого вина. Видимо, праздник закончился не далее чем час назад. В комнате еще ощущалось недавнее присутствие посторонней женщины. Нахмурившись лишь на мгновение, Елена не настойчиво поцеловала Ганника, прощупывая почву. Возможно, он и вовсе не в настроении её видеть. Другим она бы такого не простила, но если он захочет, чтобы она ушла, то девушка подчинится его воле.
[nick]Elena[/nick][status]your personal pot[/status][icon]http://s7.uploads.ru/yv58Q.png[/icon][sign]http://s2.uploads.ru/YQE9X.png[/sign]

Отредактировано Jeremy Day (04.07.2016 21:26:24)

+2

3

https://66.media.tumblr.com/12985f2ec005fac4c4940c4a431dd58e/tumblr_ntke9gs4hB1s5amhyo8_500.gif

Зверь
не сможет скрыть
свою натуру...

если его зажать в угол,
он оскалит клыки
и щёлкнет челюстью.

ELUVEITIE - DESSUMIIS LUGE
Мы - рабы.
Львы и овцы, люди и скот, мужчины и женщины, младенцы и пленники, галлы, сирийцы, фракийцы, даже римляне - любой может однажды стать рабом, если боги повернутся к нему задницами. Каждый может лишиться свободы, достоинства или же так и не познать их никогда в своей жизни.
Но есть среди них те, кто находится на грани, кто ходит по лезвию ножа, кому позволено немного приподнять голову перед господами и вдохнуть аромат дорогих масел, смешавшихся с густым, тяжеловесным запахом победы и ликования толпы.
Имя им - гладиаторы.
Они не люди, но рабы. Они не боги, но повелители арены. Они - вещь, они - собственность, но именно им поклоняются, их имена кричат простой люд и чистокровные господа, на них желают походить гордые сыновья Рима в белоснежных туниках или латах, с ними мечтают разделить ложе прекрасные римлянки с бархатной, благоухающей цветочными ароматами кожей, скрытой за тонкими полупрозрачными тканями. Они - призраки, не принадлежащие ни этому миру, ни богам. Они те, кто забыли свои настоящие имена и отдали свои жизни арене.
Гладиаторы. Каждый из них живет целью. Одни борются лишь за миг славы подобно Фламме, горящем в бою, как пламя. Другие хотят испытать себя и стать достойными в глазах богов, как Эномай. Такие, как Крикс, мечтают увековечить в свитках свои имена. Кто-то жаждет денег, кто-то борется ради свободы. Ганник покоряет арену, чтобы его уши разрывал вой толпы, синхронно выкрикивающей его имя, чтобы его язык ласкало подобное крови соперников вино, а тело - умелые руки шлюх. Его жизнь в удовольствиях, в победах, в успехе, в каплях крови из ран врагов, в стонах женских голосов, разрывающих ночную тишину.
Он никогда не знал и не желал свободы, ему неведомо и незначительно было право выбора, его не интересовал мир, ему казались скучными ленивые и злобные боги... он любил свою жизнь такой, какая она есть, и боролся с неистовой страстью за то, чтобы ее сохранить. День ото дня. Год за годом. Каждое мгновение под палящим солнцем, выжигающим плоть, душу, волю. Так шло время, так протекала его жизнь, пока однажды взгляд раба не поднялся выше, чем то ему дозволялось, пока не упал на ту, которую его глазам видеть было запрещено. Пока однажды до его глухого сердца не донесся звонкий смех Елены, от которого оно замерло и застучало в бешеном ритме. Пока ее зеленые глаза не стали видеться ему ночами, снясь в каждом сне, что посылали ему жестокие боги через плотные тучи, застилающие небо. Пока однажды он не возжелал любви и свободы, цена которым - жизнь.

Небеса становятся все чернее, словно рассвету не предстояло настать через каких-то несколько часов. Бледноликая луна, как и ее любимый сын, воздающий ей дань нескончаемыми потоками вина, заливистого смеха и громкими стонами, спит в нежных объятьях хмурых облаков, и вся земля покрывается тьмой, как и опасный обрыв, на краю которого находится комната Ганника. Его сон больше похож на дрему, его мыслями целиком владеет Елена, о которой он думает все чаще с того дня, как впервые его глаза коснулись ее нежного образа. Она расцвела совсем недавно и это событие подняло шум во всем Риме. Не только знатную, не только богатую, но еще и несравненно прекрасную дочь успешного магистрата, держащего один из самых востребованных лудусов в городе, возжелали с еще большей силой все мужи Рима. Елена. Ее имя стекает по устам, как дикий мед. Ею восхищаются, ей завидуют и ненавидят, ее желают, ей покоряются, пред ней склоняют головы и на нее желают походить. Редчайшая женщина, как цветок с нежными лепестками посреди выжженной солнцем пустыни. За ее честь готовы биться, готовы заплатить или же опорочить. Но ее ум ослепляет врагов так же, как золото ее волос на дневном свету их глаза. Она не допускает ошибок, даже самых мелких оплошностей, дерзко ведет беседы и всегда выбирает лучших среди новобранцев. Никогда не проигрывает, называя одних слабаками, а других - будущими победителями. Единственной ее ошибок стал он, Ганник, о чем пока не подозревают ни она, ни он.
Ганник не спит, хоть и утомлен прошедшим боем и празднованием. Прежде его мысли занимали бы только воспоминания о реве толпы и ласках женщин, ныне - одна лишь Елена. Ее испуганный взор, когда меч противника зацепил его руку. Ее улыбка, когда он вознес над ареной свой гладиус в знак победы. Ее шепот, затмевающий возгласы зрителей. Ганник. Она неутомимо шептала его имя весь бой, зовя к себе, маня все дальше от победы, приближая к смерти, но и придавая сил. Он не ждет ее этой ночью, хотя и мечтает о ее приходе. В нем бушует огонь, который ни что не может унять. Без нее ему не сладка победа, не чувствуется вкус вина, хоть ему доставляют из города весьма недурное, ни одна женщина не может утолить его алчный голод, даже лучшие шлюхи, на которых он не скупится ни для себя, ни для своих братьев. Он тратит почти все монеты на удовольствия, но только Елена дарит ему истинное наслаждение и не требует ничего взамен.

В темноте слышится скрип ржавого ключа, неуверенно ворочающегося в замке, и сквозь легкий зазор открывшейся двери на пол, где еще не высохло разлитое вино, падает луч света. Ганник, заслышав лишний в ночной тишине звук, открывает глаза и незаметно достает из под подушки кинжал, тенью пробираясь к косяку, прижимаясь спиной к стене, что царапает своей шероховатой поверхностью ему спину. Братство всегда для него будет святым и неприкосновенным, но не каждый гладиатор чтит его законы. В этом месте живут звери, заточенные в клетки, и правила для них - лишь временные ограничения. Многие ждут момента, чтобы раскрыть пасть и вонзить клыки в спину, забыв о клятвах и наплевав на честь, на право гладиатора достойно умереть на арене. Он всегда ждет подвоха, ибо Ганник опасается не только братьев. За свою жизнь он успел познать истину, твердящую о том, что вонзить нож в спину может каждый: как возненавидевший охранник, так и не столь давно довольный им господин. Пламя гаснет, вместе с ним исчезает и свет. Кто-то ставит факел в железное кольцо на стене, словно вернувшийся в свой дом хозяин. Гладиатор подставляет нож к горлу неизвестного и с силой прижимает его к коже, пуская немного крови, давая понять, что будет беспощаден к непрошенному гостю, коли пришел он не с миром. Ласковое касание нежной ладони вызывает легкую дрожь в теле. Ему знакомо это прикосновение. Он очень четко помнит ту, кому оно принадлежит.
- Елена? - спрашивает с изумлением гладиатор вместо ответа на ее вопрос и сам не верит тому, что происходит. Ему кажется, что он все еще не отошел от полусна, пропитанного сладкими мечтами о самой прекрасной из женщин, о спустившейся на землю в человеческом теле наипрекраснейшей Венере. Ее руки касаются его лица, подушечками пальцев узнавая его во тьме и приветствуя после долгой разлуки, а губы невинно прижимаются к его губам. Ее ожидания и сомнения выдают ее напряженно сомкнутые губы, которые податливо размыкаются, когда он обхватывает их своими. Этот вкус, это дыхание, это то, чего ему так не хватало.
- Стой здесь, - он оставляет ее одну в темноте, по хорошо знакомому пространству делает несколько шагов в сторону и подходит к молитвенному столу, где должна быть статуэтка божества. Ее место занимает кинжал и свеча, которую зажигает Ганник. Желтый свет, сверкнув и заискрив, вспыхивает и разгорается, освещая небольшую комнату. Обернувшись, первым гладиатор замечает светлый легкий платок, лежащий у ног в изящных сандалиях. Его взгляд поднимается вверх, скользит по стройным ногам, виднеющимся через полупрозрачные одежды цвета рассветных небес, по широковатым бедрам, украшенным золотым поясом, по аккуратной полной груди, вздымающейся при каждом вздохе, тонкой шее со стекающей по ней струйкой крови, и красивому лицу с точеными чертами, чувственными губами, глазами, пылающими как звезды, пленяющими его своим божественным сиянием.
- Прости меня, - Ганник осторожно касается пальцами ее раны, стирая с нее кровь. Он целует порез губами, пробуя на вкус солоноватый багровый сок, и уводит женщину к кровати. Они садятся и гладиатор кладет свою руку поверх ее, вдавливая в холщовую ткань, под которой смята солома. В этих скудных стенах и их убранстве Елена выглядит также неестественно, как сама Венера, но Ганник счастлив этому видению. Он ощущает под своей ладонью ее тепло и вспоминает, как на этой постели они провели вместе не одну ночь. Прекрасная богиня, к ногам которой готовы были бросить всю роскошь мира самые знатные мужи Рима, предпочла отдаться ему, простому мужчине с клеймом победителя и невольника, на сколоченной из простых досок кровати и подарить любовь в блеклых глиняных стенах скромной комнаты. Дорогим яствам она предпочла простое вино, доступное рабу, которое без тени брезгливости пила прямо из амфоры и передавала ему в поцелуе, подставляя стекающим по его подбородку и шее багряным струям возбужденные груди с тонкой белой, как молоко, кожей, на которой темнели ореолы твердых сосков. Благоухающие редкими ароматами тела магистратов и префектов она променяла на его грубые руки и испещренное шрамами тело, которое ласкала с жаром самой пылкой и любящей любовницы. Она не отстранялась даже от свежих ран, разрывавших плоть, и даровала им свои лечебные прикосновения. Ганник не знал почему из всех мужчин она выбрала его, почему раба, пускай и лучшего из них, предпочла господам и даже не желал о том думать. Его чувства к Елене были слишком сильными, чтобы мучить их и себя такими вопросами.
- Я видел тебя сегодня на балконе во время боя. Что тебя так испугало? - гладиатор, в отрезвевших ото сна мыслях которого пронеслись все их прошедшие ночи и ее ласки, обхватывает рукой затылок женщины и привлекает ее к себе, впиваясь губами в ее губы, срывая с них жар ее дыхания и ласки, сравнимые только с божественным нектаром амброзии. Его пальцы путаются в ее золотых волосах, чуть взмокших ни то от недавних ванн, ни то от вечной жары Рима, ни то от страсти, которую она испытывала к нему с каждой встречей только сильнее. Глаза Елены вновь наполняет страх, смешанный с безудержной страстью...
http://s2.uploads.ru/YQE9X.png

[nick]GANNICUS [/nick]
[status]GOD OF THE ARENA[/status]
[icon]http://s6.uploads.ru/VMDHt.gif[/icon]
[sign]http://sd.uploads.ru/OIgRe.gif
— И что же храбрый Ганник будет делать с тем, что нельзя победить или осмеять?
— Что ж... тогда мне придется это трахнуть...
[/sign]

Отредактировано Kamilla Hummel (05.07.2016 09:08:42)

+1


Вы здесь » Manhattan » Альтернативная реальность » sand, blood, fate ‡альт