http://co.forum4.ru/files/0016/08/ab/34515.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/95139.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/86765.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/40286.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/22742.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/96052.css

Manhattan

Объявление

Новости Манхэттена
Пост недели
Добро пожаловать!



Ролевая посвящена необыкновенному острову. Какой он, Манхэттен? Решать каждому из вас.

Рейтинг: NC-21, система: эпизодическая.

Игра в режиме реального времени.

Установлено 6 обложек.

Администрация
Рекомендуем
Активисты
Время и погода
Дамиан · Марсель

Амелия · Маргарет

На Манхэттене: январь 2017 года.

Температура от -2°C до +12°C.


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Manhattan » Альтернативная реальность » | Enemies because they were taught to be | ‡- альт


| Enemies because they were taught to be | ‡- альт

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

https://67.media.tumblr.com/c28d5ddde771ab0eba7d9fa6b922b7ed/tumblr_o8x2xiNVsu1unnp9fo1_r1_1280.png
©Картер
Сначала было ничто.
Затем был Большой взрыв, породивший нашу галактику.
Потом были мы, считавшие себя хозяевами всей Вселенной.
Глупые, наивные люди, искавшие контакта и не желавшие делиться при этом ничем.
Мы привыкли получать и ничего не давать взамен.
Мы освоили космос в своей звездной системе.
Мы стали колонизировать другие планеты.
Мы столкнулись с другими разумными существами.
Мы оказались не одни.
Мы не смогли найти общий язык, просто по тому, что его не было.
Мы не захотели учить их, они не сделали попыток постигнуть наш.
И началась война.
За ресурсы, за планеты, за галактики.
Глупая жестокая война.

[SGN]Enemies because they were taught to be.
Allies because they had to be.
Brothers because they dared to be.
[/SGN]

+1

2

Группа военных стояла в рубке корабля и смотрела на безжизненный пейзаж раскинувшейся перед ними планеты. Весь её вид был ужасен, отвратителен и скучен. Минимальный набор фауны и флоры, зато удивительно богатые недра. И еще одиннадцать таких же планет крутились вокруг своих "солнц" в этой звездной системе. Тогда началась колонизация, но неожиданно навстречу им выступили чужие корабли.
Макс не знал, что стало первопричиной развернувшейся войны, и не вникал, выполняя приказы командира без глупых вопросов и сбивая вражеские истребители. Когда же они решили задуматься, стало уже поздно: месть за убитых товарищей и ненависть к столь разительно от них отличающихся созданиях захлестнули разумы бойцов. Целью каждого полета стало захватить на тот свет побольше врагов. Отомстить. В академиях их учили воевать, и теперь они демонстрировали свои знания и умения на практике, проходя крещение огнем в чужой галактике, не принадлежавшей никому.
- Макс, готов? Опять собираешь поставить рекорд?
- А-то. До пятидесяти не хватает всего пяти сбитых посудин.
- Ну-ну. Удачи, свидимся здесь через час.
- И тебе удачи, Тём. Выживи.
- Ты же знаешь, я неуязвим! – сделав прощальный взмах ладонью, засмеялся Артем, не поворачиваясь к произнесшему ему в спину пожелания Максиму. Обычный день, привычные разговоры между товарищами, нарастающее напряжение в ожидании момента, когда гашетка ляжет под палец, а в перекрестье лазеров засветится вражеский истребитель. Они всегда шутили перед боем, чтобы хоть чуть-чуть снять напряжение, потому что всегда по возвращению кого-то не досчитывались. Редко когда стычки проходили без потерь.
Сколько им было, когда их собрали на площадке, где только что вручили дипломы, и объявили рекрутский набор? Они тогда умели смеяться еще беззаботно, теперь же по прошествии каких-то шести месяцев с трудом вспоминали, какова спокойная жизнь на вкус.
- Ребята, задайте жару этим инопланетным гадам, пусть знают, как соваться на нашу территорию, - раздался голос командира корабля в наушниках шлема. Его напутственные речи были до безобразия короткими, но мотивирующими. – Всех жду обратно к обеду. У нас сегодня жаркое с подливой. Начинаю обратный отсчет. Десять...
Только ради жаркого и стоило вернуться – давно они не пробовали свинины. Что-то намечалось. Максим натянул очки и вывел на экран показатели истребителя, проверяя состояние своего механического товарища, служившего верой и правдой всё это время. После последнего полета механики исправили неполадки, подлатали пробитое крыло. Ни одной красной строчки не было.
- Три.
- До встречи, - запустил двигатель и откинулся на спинку кресла, устраиваясь поудобнее.
- Один.
- Понеслись, - сорвавшись с места вместе со всеми, Макс все равно первым достиг нижних облаков планеты, стремясь к земле, чтобы за неровностями ландшафта укрыться и подобраться поближе к цели незамеченным. Отчаянный, безрассудный и самоуверенный. Именно эти качества играли ему на руку во всех битвах, из которых он выбирался без единой царапины. Именно эти качества обернулись против него, когда они наткнулись на разведывательный отряд противника, подобравшийся незаметно. Стычка раскрасила небо толстыми кривыми торпед, тонкими росчерками пулеметных очередей и яркими огненными цветками взрывов. Неожиданное столкновение для обеих сторон обернулось трагически. Половина группы погибла едва ли не сразу, у врага дела обстояли не лучше.
- Тём, прикрой меня, я зайду в тыл.
- Макс, ты чего творишь? Отходим! Нам не выстоять.
- Прикрой и отходи, а мне еще троих надо пустить к земле.
- Берегись, сзади! – заложив вираж, Макс увидел лишь падающие обломки и улыбнулся, бросая в микрофон короткое:
- Сочтемся.
Не сочлись. Не с кем стало. Через тридцать секунд связь с Артемом оборвалась, а еще через три минуты он остался один, но и противник тоже был один. В густой дымке от разорванных снарядом и сбитых истребителей они могли ориентироваться лишь на показатели приборов, барахлившие из-за огромного количества полезных ископаемых, которыми была богата здешняя планета. Радиопередатчик был поврежден. Чтобы выжить, ему необходимо было победить и добраться до базы. Не сумел. Стиснутые на пульте управления до белых костяшек руки едва не сводило судорогой. Он должен был отомстить за ребят, еще недавно пытавшихся беззаботно острить в микрофон. А сейчас остался лишь один.
- Сдохни, тварь, - выдохнул, вдавливая гашетку до упора и видя, как кривая строчка устремляется к вражескому суденышку, как вспыхивает корпус, как за дымом от загоревшегося двигателя скрывается противник. От того поздно заметил устремленный прямо в него ответный удар, достигший цели и обративший торжество победы в отчаяние близкой смерти. Земля неслась навстречу подбитому бойцу с немыслимой скоростью, и ему оставалось лишь гасить ту да пытаться лечь на крыло, чтобы спланировать и не убиться в результате посадки.
Приложившись шлемом, Макс шатаясь выбрался наружу, разглядывая зарывшийся носом в песок истребитель. Тот не подлежал восстановлению, чудом было то, что он продержался так долго. Изломанные крылья, пробитый в паре мест корпус и отсутствующий сигнал связи. Груда бесполезного металла, который никто не обнаружит из-за помех. А хуже всего было то, что инопланетная мразь выжила, успев катапультироваться. Придется добивать руками, потому что из оружия остался лишь трофейный кортик.
[NIC]Макс[/NIC][STA]Он друг или враг?[/STA][AVA]http://s5.uploads.ru/UTxQq.jpg[/AVA][SGN]Поразительно, какое пламя способна раздуть искорка надежды: огонь разгорается и в конце концов сжигает отчаяние.[/SGN]

+3

3

Эсминец "Глаз бури", геостационарная орбита планеты NJ-132\5d (по джангаррской классификации).

  - Бойцы! - Рокочущий голос адмирала взлетел к потолку и прокатился по рядам солдат, обдав их волной торжественности и создав нужное напряжение. - Мы должны дать достойный отпор хумансам и отстоять свое право на то, что по праву принадлежит нам!
  Солдаты одобрительно взревели в ответ. Многоголосый нестройный, но воодушевленный вой заставил содрогнутся бронированные стены эсминца, и если бы бравурные выкрики могли обернуть человеческий флот в бегство, то джангарры вышли бы победителями из этой войны раньше, чем она началась. Однако ни слышать, ни видеть человечки их не могли, а значит и оценить силу священной уверенности ксеносов - тоже. Зато это здорово поднимало боевой дух, а адмирал Джагхан был отличным оратором и психологом, прекрасно зная, что нужно сказать и какие струны задеть в душах рядовых десантников, чтобы в этой, решающей битве те не щадили ни врагов, ни самих себя.
   - Люди распространились по космосу, словно чума! Люди захватывают миры и выжигают целые планеты. Эти жадные, тупые обезьяны думают, что каждая, абсолютно каждая, раса населяющая Галактику должна им! Эти ущербные млекопитающие свято уверены в том, что недра космоса и все, что они содержат в себе, принадлежат им в большей степени, чем кому бы то ни было! Но мы докажем им обратное! Мы выбьем их с этой планеты! Орлы мои! Я верю в вас и в наши превосходящие силы! Ни шагу назад!
  Десантники снова взревели. Гулким эхом разносились по кораблю удары крепких кулаков о нагрудные щитки боевых скафандров и ритмичный топот десятков ног.
  - По местам! - это были уже старшины, могучим рявканьем перекрывающие гул, все еще не спешащий стихать
  Н-джааг, по прозвищу Жара, занял кабину закрепленного за ним истребителя, в то время как основные силы рассаживались по десантным ботам, готовые к скоростной отправке с орбиты на планету. Солдаты шутили, переругивались, кто-то возносил последние молитвы богам войны, а кто-то - богине Удаче, чтобы защитила от шального плазмометчика и позволила вернутся живым в жене и детям. Н-ждаагу возвращаться было не к кому.
  Он привычным движением проверил приборы, откинул пару тумблеров и проверил крепление ремней. Снаружи загудели приводы, в динамиках шлема пошел обратный отсчет.
  - Ориентировочное время до входа в атмосферу три минуты.
  Гигантский крейсер, неповоротливой китовой тушей  снижался над планетой, больше не казавшейся такой уж крошечной. Н-джааг не мог видеть того, что происходило снаружи, а картинку с обзорников он включит не раньше, чем десантный бот будет "отстрелян" от железного сосца-шлюза эсминца. Вот тогда-то и начнется. Пока лишь он мог получать данные о состоянии поверхности планеты, атмосферы, гравитации и радиации, а так же примерные данные разведки о численности вражеской группировке и задействованной технике.
- Время до начала десантирования... три... два....
  "Началось", -  подумал Н-джааг, без особой спешки приводя системы истребителя в боевой режим. Мерно загудели, разогреваясь движки, а через десять секунд, повинуясь штатной катапульте из раскрытого шлюза стремительной ртутной каплей в небо над планетой выпорхнул истребитель. За ним еще один, и еще... В общей сложности с три десятка малых истребителей класса "Буревестник" и пять десантных ботов с полутысячей человек, призванных отбить и увести с планеты оставшихся геологов и рабочих.
Планета NJ-132\5d, экваториальная зона.
  Н-джааг, глубже запустил руки в вязкие, словно желе или тело большого джангаррского плотоядного слизня (реально большого, до 1 метра в длину), сферы, подавив непроизвольное брезгливое передергивание плеч. Все никак привыкнуть не мог, хотя летал не первый год, участвовал в боевых операциях, а все равно противно было погружать, пусть и защищенные перчатками руки, в эту субстанцию. Но капля-"Буревестник" за счет джангарких технологий слушался пилота беспрекословно, малейшего мановения пальцев хватало для умной машинки, чтобы скорректировать курс, заложить крутой вираж или петлю, сбрасывая с хвоста вражеского пилота, и атаковать его уже в тыл, распылив неудачника тонким слоем над поверхностью земли. У людишек было численное преимущество, у джангарров - тактическое: броня поглощала и гасила удары, существуя будто бы отдельно от остального корпуса, но прицельный выстрел в двигательный отсек не оставлял шансов на спасение. И когда Люди об этом прочухали, джангаррским пилотам пришлось уйти в глухую оборону, петлять и выкручиваться, стараясь не подставлять "задницу" под удар, и при этом умудряться прицельно стрелять. Из тактических групп, они разбились боевыми парами, попеременно отвлекая и атакуя противника, выводя его на одиночный или хаотичный обстрел.
  Он прикрывал своего, пока один из зарядов не угодил в обшивку, истребитель тряхнуло, накренило. Н-джааг с руганью вцепился в склизкое нутро сфер, рванул руками, резко выравнивая машину в воздухе, заодно стараясь не попасть в завихрение воздушного потока, оставленного подбитым собратом. Выстрелил и, кажется, попал.
  В динамике трещало и хрипело, слова пропадали, оставался лишь набор невнятных звуков. Он попытался отрегулировать частоту, но передатчик накрылся медным котелком, следом отказал навигатор, шкала показала критический угол крена относительно линии горизонта. По всем показаниям выходило, что истребитель падает. После второго удара, приборная панель замигала, как гирлянда из разноцветных огоньков на празднике Стоячей воды. Н-джааг до последнего старался выравнять машину, не позволяя ей зарыться носом в грунт. Истребитель чиркнул  брюхом по земле раз, другой, завалился на бок и еще метров десять полз, вздыбливая за собой комья иссушенной и растрескавшейся земли. Как только болтанка прекратилась и машина замерла неподвижно,  Н-джааг стукнул себя по груди, в центр сходящихся крестом ремней безопасности и выбрался из пилотского кресла. Надо было убираться отсюда пока не рвануло. Двигатель погасить так и не удалось - системы отказывались слушаться прямого приказа, на дисплее то и дело всплывали ошибки и красные рамки с надписью "Опасность. Перегрев двигателя." Наскоро нацепив шлем и подхватив бластер, он кое-как отжал дверцу шлюза, заклинившую при открытии и перекосившуюся от удара о землю и выбрался наружу. Ноги держали плохо, но все же держали. Неподалеку, возле изрядно покореженного корабля стоял хуманс. "Все-таки достал тебя." - Н-джааг неприятно ухмыльнулся и поднял забрало шлема.
  - Бр-саай ор-ружие, - на интерлингве говорить получалось более-менее чисто, не считая характерного для джангаррцев растягивания  или проглатывания отдельных звуков. Он наставил на хуманса бластер и взвел его, с запозданием замечая мерцающий на одном делении индикатор батареи, которого хватит на пару выстрелов. После оружие станет совершенно бесполезным, разве что в качестве кастета пригодится. Но сдаваться человечку Н-джааг не желал. Лучше погибнуть в рукопашной, чем загнуться в пыточных застенках.
  Он все же дал предупредительный выстрел, взметнув из-под ног неприятеля струйку раскаленного песка.
  Солнце над NJ-132\5d палило немилосердно, небеса, вскипавшие от идущего на их просторах боя, потихоньку гасли. Враждующие флоты отводили своих людей и нелюдей, на общей частоте передавался приказ к отступлению, который, как и его причины, Н-джааг не слышал. Истребители разворачивались и устремлялись к докам эсминца,  десантные боты в клубах пыли поднимались над поверхностью земли, забирая с собой военных, ученых и рабочих - всех, кому удалось выжить в заварушке, а джангаррец стоял напротив хуманса, продолжая целиться ему в грудь из бластера, еще не понимая, что его битва окончена, но вернуться назад он уже не сможет, окончательно потеряв связь со своими.

[NIC]Н-джааг[/NIC][STA]жара
[/STA]
[AVA]http://sf.uploads.ru/clKAX.jpg[/AVA]

Отредактировано Eugene Hartmann (16.06.2016 18:58:24)

+5

4

Сколько лет назад они отправились в космос? Сто? Двести? Это было давно. Тогда еще был популярен жанр научная фантастика, в которой расписывалось то, чего наука еще не достигла, но с каждым прожитым годом фантазии становились на шаг ближе, постепенно входя в их жизнь и становясь обыденностью, второй привычкой, как необходимость чистить по утрам зубы. Путешествиям от одной планеты до другой больше не придавалось пиетета, это было также легко, как вдеть ноги в тапочки, даже легче – достаточно было иметь средства и телефон, чтобы набрать правильный номер, а в тапочек еще попасть надо было... Вот так космос прочно вошел в их жизнь, раскидав по разным планетам солнечных систем, но не подкинув на их пути ни одной инопланетной расы, о встречах с которыми было столько написано книг. Сколько было изведено бумаги, чтобы воплотить самые разносторонние варианты того, какими окажутся эти собратья по разуму, на каком языке они будут общаться, какими окажутся их отношения... И вот теперь велась война со столь долгожданными существами, потому что те не оправдали ожиданий, оказавшись подлыми тварями. По крайней мере, это никто не отрицал, и это было всем известно. Ходячие осьминоги, напавшие из-за угла на мирных геологов, изучавших местную землю в поисках ценных пород. Чего они добивались этим актом агрессии?..
Макс плохо знал историю освоения человечеством космоса, но в том, как выглядит враг, и что нужно делать с врагом, никогда бы не ошибся, выбрав неверный ответ. Хороший враг – мертвый враг, потому что уже не сможет напасть со спины и прикончить во сне.
Джангарры, кажется, так они себя именовали. Это были отвратительные создания, из чьих-то кошмаров, отдаленно напоминавшие людей количеством ног и рук, строением тела – на заднице у них глаз не было, хотя лично он не проверял. На этом схожесть заканчивалась, и шли сплошные различия. Голова, похожая на осьминога, вследствие чего все бойцы звали их осьминогоголовые. Говорят, лет сто назад был фильм с подобным морским чудовищем, только то было приятнее на вид. Еще противная на ощупь кожа, не шедшая ни в какое сравнение с человеческой. И вот это ходячее недоразумение стояло напротив него и еще что-то щелкало на непонятном наречии, с угрозой поводя бластером. Однако угрозы оружием всегда оставались тем, что не требует перевода, как и тонкие, почти прозрачные намеки на то, что ему не стоит приближаться.
- Не понимаю я тебя, образина, - оскалившись, Макс сделал шаг назад от сплавившегося до однородной массы песка.
- Слышишь? Ай донт спик ёар лендвиндж, - собственно, его английский оставлял желать лучшего, хотя сейчас было не до смеха. Врагу повезло с оружием гораздо больше, чем ему, но непонятным было одно, почему сразу не пристрелил? Решил поиздеваться напоследок? Пошевелив пальцами на рукоятке, отступил еще на шаг назад и чуть в сторону, не сводя взгляда с противника. На этой морде нельзя было прочесть привычных эмоций, от которых можно плясать, а кроме неясных указаний тот ничего не делал, словно чего-то ждал. Или кого-то...
Неизвестность... Она убивала быстрее, чем плазма, от нее не было спасения. Разделявшее их расстояние ему было не преодолеть за один прыжок, а вот насчет топтавшегося напротив существа он в этом не был уверен, от того беспокойно переминался с ноги на ногу и не сводил взгляда, не понимая, чего добивается противник. При всем желании ему даже не удалось бы метнуть кортик, потому что держал его неудачно, а терять единственное оружие, пусть и казавшее плюшевым против врага, зато какое-никакое. И наверное, они бы еще долго сверлили друг друга взглядом и что-то пытались говорить, да натыкались на стену непонимания, но рухнувшие машины решили за них, напомнив о том, что времени осталось мало. Истребитель Макса не должен был сам взлететь на воздух, но из-за чужой взрывной волны могло перемкнуть двигатель... Это было единственное осознание ситуации, которое они поняли быстро и без незнакомых слов, с одного взгляда, которого им хватило, чтобы правильно интерпретировать нараставший шум от машины джангарра. Теперь выбор был за врагом: выстрелить и бежать или бежать, а потом пытаться найти его и прикончить.
- Ну, чего медлишь? Прикончи меня уже... – сплюнул на камни, вкладывая кортик в ножны, и, развернувшись в противоположном направлении, подставив спину, побежал прочь, всё ожидая выстрела, которого не было. Не успел – по пересеченной местности много не побегаешь, когда хороших укрытий нет... Жаркой рукой толкнуло между лопаток, опрокинуло на мелкие камни и потащило по ним, не давая ни вдохнуть, ни выдохнуть. Очнулся Максим с гудящей головой и полной дезориентацией в пространстве. Зацепило его несильно, но и этого было достаточно, чтобы оставить не лучшие воспоминания напоследок.

[NIC]Макс[/NIC][STA]Он друг или враг?[/STA][AVA]http://s5.uploads.ru/UTxQq.jpg[/AVA][SGN]Поразительно, какое пламя способна раздуть искорка надежды: огонь разгорается и в конце концов сжигает отчаяние.[/SGN]

+2

5

Джангарры не были агрессивной расой. В этом плане те же авори были куда более опасными и непредсказуемыми, хотя о маленьких мохнатых существам трудно было сказать подобное.  Аво'ри, атакуя, сбивались в небольшие стаи и одиночного противника брали численным преимуществом и молниеносными атаками в самые уязвимые места. Авори же считались одними из самых терпеливых: разозлить их было трудно, но если случалось кому насолить маленькому народцу - участь несчастного становилась крайне незавидной. Н-джаагу доводилось сталкиваться с ними и не раз, авори хоть и состояли во Всегалактическом реестре разумных рас, но технический прогресс у них застопорился где-то в районе каменного века, а о полетах в космос и речи не шло. Тем не менее, они не опасались торговать с другими народами и худо-бедно освоили интерлингву на достаточном уровне, чтобы совершать простейшие сделки. Существовали и другие не менее агрессивные и опасные расы, условно опасные и даже нейстральные, которым разборки соседей по галактике были  до черной звезды, но только люди свято верили в свою уникальность и вседозволенность.
  Правильно говорил адмирал: люди - чума. Нет, они хуже чумы. Моровое поветрие может схлынуть, а людишки - нет. Эти разумные мартышки, слабые, никчемные, усредненные во всем существа, не так давно построившие прыжковый двигатель и начавшие космическую экспансию, старались занять как можно большее пространство на всех пригодных для этого планетах, не заботясь мнением коренных жителей на этот счет. Они ровном счетом ничего не знали об Ойкумене,  но Ойкумена достаточно знала о них, чтобы опасаться.  Совет разумных рас  решил дать им шанс и, как казалось Н-джаагу, зря. Они наблюдали, как хумансы лоб в лоб сталкиваются с другими формами жизни, они пожертвовали народом отдаленной планеты Форки, который выкосила принесенная людьми эпидемия; они - ученые в масштабах галактики, смотрящие сквозь линзу микроскопа на то, как раковые клетки пожирают здоровые, разрастаясь и становясь сильнее.Там где проходили хумансы оставались лишь обугленные остовы. И вот, людишки замахнулись на то, что уже начали осваивать другие. дескать, им нужнее. Им все вокруг должны. Да, черта с два!
  Черные,  влажно блестящие глаза Н-джаага не выражали ничего: ни ненависти, ни злорадства, ни сколько нибудь положительных или отрицательных эмоций. Так смотрят хирурги на опухоль, которую нужно удалить, но почему-то медлят. Он продолжал держать человека на прицеле, прекрасно догадавшись, что тот не понимает его.  Не удивительно. Интерлингвой пользовалось абсолютное большинство разумных рас, те же, кто еще не ввел ее в обиход - активно осваивали. Но люди даже в этом плане оставались "уникальными", умудряясь возмущаться, когда их говор отказывались понимать другие, а ведь должны. Должны, мать вашу и точка!
  Ретранслятор обрабатывал человеческую речь и переводил ее на "всеобщий", а мог и на джангаррский, задай Н-джааг ему такую функцию. Хотелось сплюнуть на раскаленный песок, вот только это был неразумный расход жидкости, поэтому он и воздержался. Разумная техника опознала в ломаном звучании один из земных языков. Вот ведь! Даже у себя на планете не могут прийти к единству, чтобы понимать друг друга без помех. А ведь один вид!
  Вот так пристрелить его - и проблемой меньше, отпускать в дебри незнакомой планеты было бы опаснее  ну как ассимилируется, начнет партизанить и вредить? Сколько ждать ее, этой помощи от своих, и вспомнят ли они о брошенном пилоте или сочтут его погибшим? Вот если дойти до геологической базы и попробовать на тамошней аппаратуре отправит сигнал...  И только если крейсер не отошел на расстояние гиперпрыжка, если еще не вышел из системы, то у Н-джаага есть все шансы вызвать на себя спас-команду. Именно поэтому ему некогда возиться с человеческим выродком.
   Он опустил бластер. Стрелять в того, кто бросил оружие на землю или вернул его в ножны - подлость. Но человек, кажется, решил сыграть в "героя". Нет уж, у него тоже есть свои понятия воинской чести и в безоружного он стрелять не намерен. Если бы хуманс в отчаянном рывке попытался прикончить Н-джаага этой штукой, то бой был бы неравным, но вполне честным. По силе и выносливости джангарры несколько превосходили людей и имели полное и безоговорочное преимущество в воде, но и на земле они были не в пример проворными - тысячелетия эволюции не оказались напрасными и, некогда водные обитатели, отлично приспособились к жизни на суше. И все же, при определенной толике везения, при хороших навыках, у парня был шанс одолеть чужого, но он пошел по легкому пути - он побежал.
   Н-джааг было рванул за ним, но обернулся на свою машину и прислушался к ее гулу, не предвещавшему ничего хорошего. Гул нарастал, что-то внутри железной птицы потрескивало, жужжало. Звук нарастал, переходя в болезненную для барабанных перепонок тональность, и это значило только одно: еще немного и звук словно бы втянется внутрь источника, пройдет еще три томительных секунды и взрывная волна сначала разорвет оболочку реактора, а потом выплеснется наружу в клубе обломков. Он бежал, выжимая их себя все силы. Бежал туда же, куда бросился его незадачливый враг. Второй истребитель мог бы послужить отличной преградой на пути взрыва и Н-джаг буквально влетел за него, подброшенный ударившей в спину взрывной волной. Его швырнуло на каменистую землю, протащило кубарем, ободрав скафандр, последний перекат он произвел сам и, подобравшись, притаился под хвостовым оперением поверженного стального ястреба, ощущая кожей жаркое, опаляющее дыхание и вгрызшийся в руку осколок обшивки - мелкий, но от того не менее неприятный. Звуковая волна, на время оглушившая его, побежала дальше, затихая в ширь и все еще стремясь вверх, будто вознамерившись посоревноваться в громкости с громом в облаках.
  Когда в ушах перестало звенеть и зрение прекратило плыть, Н-джааг первым делом осмотрел рану и выругался, затем поднялся и, прихрамывая, пошел к оглушенному противнику. Тот лежал ничком, еле шевелился и явно не мог понять где он и что происходит. На вид - целый, конечности на месте, кляксы из мозгов вокруг головы не заметно. "Мозги там и  не ночевали," - злорадно подумал Н-джааг и присел на корточки, за грудки, одной рукой вздергивая хуманса в сидячее положение. Осмотрел бледное лицо за стеклянным забралом шлема и издал невнятный,  булькающий клекот, больше похожий на скептический смешок.
  - Людишки. 
  Н-джааг отцепил от пояса хуманса ножны с оружием и пристегнул к своему комбезу, затем встал, разве что руку о штаны не втер. Несильно попинал приходящего в себя парня ботинком в бедро.
  - Вставай! - сопроводив слово характерным жестом, джангаррец добавил на человеческом фразу, услужливо подсунутую переводчиком на внутренний экран шлема и даже озвученную механическим голосом - все же этот язык считался вторым по популярности на земле и был местным аналогом интерлингвы. - Гет ап!
  Отойдя на шаг, он наблюдал, как нетвердо хуманс встает на ноги, ошалело моргает, видать головой приложился хорошо, но потом соображает, чего от него хотят.
  - Двигай ногами, говорю! Пойдешь со мной, - и, чтобы придать словам вес, достал бластер, ткнул им сначала в хуманса, потом в сторону горизонта. - Мув!
  Расчет в данном случае был прост: база находится рядом, но, судя по сведениям о планете, здесь водятся хищные формы жизни, которые не прочь подзакусить всем, что движется. Так что пленник может очень даже пригодиться. В прямом смысле. Да, это негуманно, но кто сказал, что человек не поступил бы так же?
[NIC]Н-джааг[/NIC][STA]жара
[/STA]
[AVA]http://sf.uploads.ru/clKAX.jpg[/AVA]

Отредактировано Eugene Hartmann (25.06.2016 19:09:32)

+1

6

Корабль уцелел.
Это было второе открытие, которое сделал Максим, придя в себя. Первым оказался более неприятный факт того, что инопланетная тварь оказалась более живучей, хотя и находилась гораздо ближе к эпицентру взрыва. Вместо того, чтобы оказаться утыканным обломками своего же истребителя, тот лишь несильно хромал, что не помешало ему вытереть свои ботинки о его комбинезон, и, к огорчению пилота, лишь незначительно истекал кровью.
- Урод, - не слишком дружелюбно ответил на отдаваемые ему команды, будто он был цирковой собачкой, и сплюнул на землю прежде, чем поднялся. Его шатало из стороны в сторону и бросало то в жар, то в холод – последнее было, очевидно, следствием перегрева.
- Мув значит, - усмехнулся, стирая кровь в уголке губ. – Будет тебе мув...
Подсказывать глупому инопланетянину, что коли его истребитель уцелел, то стоило бы взять хоть какие-нибудь вещи из него, он не собирался. Он вообще не собирался помогать врагу – главное было дождаться подходящего момента и завладеть оружием, а дальше видно будет. Первостепенной задачей встанет – выбраться с планеты, потому что согласно имевшимся данным та была не приспособлена для жизни, а становиться галактическим Робинзоном Крузо Максу не хотелось. В истории покорения космоса хватало историй о позабытых экспедициях и людях, но ни одна из них не имела счастливого конца, если кому-то хватило ума узнать о них и заглянуть в сводки данных, а не в переработанные очередным издательством листы книги, воспевавшей приключения главных героев на неродных планетах, или отснятые красочные кадры фильма. Нет, издатели почти не кривили душой, указывая "на основе реальных событий", просто степень реальности не поясняли для блага обывателей. Он и сам даже не подозревал, насколько мало истины таилось в, казалось бы, документальных роликах.
Космос восхвалялся.
Космос культивировался.
Космос становился мечтой каждого ребенка, рожденного на Земле.
Космос принимал всех тех, кого отторгало государство, и тех, кто всегда стремился куда-то дальше, чем место разнорабочего в местной забегаловке.
Но несмотря на всю заманчивость космос был опасен, и одной из опасностей оказались джангарры, подлые ублюдки, нападающие со спины на мирных ученых. Первый контакт и первая война. Первые неоправданные надежды на взаимопонимание и первые опробованные в деле лазерные пушки. Во многом это столкновение стало не таким, каким его представляли прогрессирующие умы, хотя в гуманоидоподобных инопланетянах не оказалось тех страшных умений, которыми тех наделяли фантасты. Однако эта была первая неудача, больно ударившая по самолюбию дипломатов, и первая возможность военных продемонстрировать свой потенциал, доказать, что не зря государство столько лето кормило и поило данное подразделение. Деньги были потрачены удачно, военные разработки принесли хорошие плоды, когда при столкновении с более продвинутыми кораблями противника людям удалось дать отпор. Постепенно бои сконцентрировались вокруг планеты, на которой всё и началось, и на ней самой. Всех геологов спешно эвакуировали, поэтому никто не занимался изучением ни одной из местных сфер, и он был одним из первых людей, задержавшимся с момента начала межгалактической войны на поверхности и непосредственно контактировавшим с местной атмосферой без какой-либо определенной цели. 
Здесь царила первобытная, никем не тронутая природа, первозданный вид которой портили остатки их летающих аппаратов. Они выбивались из рельефа, резали глаз и вскоре исчезли из виду, скрывшись за скалами, с высоты казавшимися небольшими осколками в море безбрежной серой пустыни. При ближайшем тесном знакомстве выяснилось, что пустыня состояла из камней, а не песка, о которые через несколько часов ходьбы стал спотыкаться Макс несмотря на гравитацию, что была несколько меньше привычной родной. Поначалу этот факт был на руку, потому что идти было легче, теперь же даже подобная мелочь не помогала – сказывалась усталость и последствия взрывной волны, изрядно его помявшей. К тому же, взгляду не за что было зацепиться – всё вокруг было похоже как две капли воды, отчего уныние и безысходность подкатывали к горлу, пересохшему под жгучими лучами четырех местных светил. В корабле осталась фляжка с водой и аптечка с обезболивающим, хотя и того больше не стало. Спустя какое-то время, когда место незапланированной посадки заслонили нагромождения скал, раздался грохот, опознать в котором натренированному уху взрыв не составило труда. Появившийся черный дым подтвердил подозрения и вскоре растаял в небе. Теперь возвращаться обратно не имело смысла и приходилось упрямо переставлять ноги, шагая вперед, к одной лишь осьминогоголовой дряни ясной цели. Тот изредка подгонял его, повторяя полюбившееся ему, видно, "мув".
Сил видеть эту морду не было, однако деваться тоже было некуда несмотря на хаотично разбросанные по округе скалистые образования, чтобы спрятаться за ними, сперва необходимо было их достигнуть, что с учетом расстояния было нелегкой задачей. А из-за их хаотичности в расположении и значительной отдаленности скрыться от врага, меняя место дисклокации, было просто нереально. К тому же, злосчастный язык, именуемый на Земле английским, так и остался для Макса покрытым семью печатями. Хотя бились над ним и учителя в школе да командиры в училище, он не мог правильно произносить и воспринимать тот на слух, часто с запозданием понимая смысл озвученных общеизвестных фраз и то не всегда, зато неплохо умел писать. Но не это его раздражало, а то, что это создание смело помыкать им, указывая что делать и как.
Так и брели они по здешней безжизненной пустыне, в которой казались единственными живыми существами, разбавлявшими царившую вокруг тишину шуршанием толстых подошв армейских сапог по камням. Макс – впереди, инопланетная мразь – за ним. Когда же одно из солнц стало клониться к горизонту, то его заходящие лучи под неожиданным углом отразились от какой-то сверкающей поверхности, выбивавшейся из удручающе серого ландшафта вокруг. "Так вот, куда ты ползешь, гнида. К своим, выродок, подался. Герой типа, с трофейчиком..." – мужчина сплюнул бы, да во рту уже как с два часа было сухо, а местный разреженный воздух драл горло нехуже наждачки.
Это объясняло причину, по которой противник не убил его, пока у него была такая возможность. Относительная близость базы и "язык" – это хороший способ выслужиться перед своими, получить звездочку (или что там у злобных осьминожков принято?). На душе стало еще паршивее и гадостнее – Макс жалел лишь об одном, что не попытался дать залп по вражескому истребителю в упор, хотя это, скорее всего, привело бы и к его собственной гибели. Тогда не догадался, а сейчас было уже бессмысленно жалеть. Расстояние между тем сокращалось, и вскоре ему удалось различить то, что бликовало.
Злой, жестокий смех сорвался с губ. Взятый в плен пилот хохотал, запрокинув голову, громко и издевающееся. База была заброшена и давно. Ветер гонял по расчищенной площадке часть позабытой кем-то капсулы – лист обшивки, слишком тяжелый, чтобы его можно было утащить далеко, и достаточно легкий, чтобы таскать по пустырю, оставшемуся после чужого присутствия, похожему на светлую язву на сером теле планеты.

[NIC]Макс[/NIC][STA]Он друг или враг?[/STA][AVA]http://s5.uploads.ru/UTxQq.jpg[/AVA][SGN]Поразительно, какое пламя способна раздуть искорка надежды: огонь разгорается и в конце концов сжигает отчаяние.[/SGN]

+2


Вы здесь » Manhattan » Альтернативная реальность » | Enemies because they were taught to be | ‡- альт