http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/95139.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/86765.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/40286.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/22742.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/96052.css

Manhattan

Объявление

Новости Манхэттена
Пост недели
Добро пожаловать!



Ролевая посвящена необыкновенному острову. Какой он, Манхэттен? Решать каждому из вас.

Рейтинг: NC-21, система: эпизодическая.

Игра в режиме реального времени.

Установлено 5 обложек.

Администрация
Рекомендуем
Активисты
Время и погода
Дамиан · Марсель · Мэл

Маргарет · Престон

На Манхэттене: декабрь 2016 года.

Температура от +4°C до +15°C.


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Manhattan » Альтернативная реальность » The Sword ‡альт


The Sword ‡альт

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

[mymp3]http://file.xmusic.me/mp3/70097410/dnlPTnpUbUxqbkZtSUVNY1VIMjN1cEQvL3QzcEE0Z2NFT2FGUFBCRkxOUXNQM0k0Njl4UGxCWkNRUTlkT3c5aWZNTEE2eVZta0duRHZpRFg4YWYwYURqcnh5L2V3Z1R0MThOTlArVzBHcFlTbmlabEk3UUd3bjdWYnRRU210SlQ/Stratovarius_-_Fire_In_Your_Eyes_(xMusic.me).mp3|Fire in your eyes[/mymp3]

https://40.media.tumblr.com/d2e539f5dab188c6eca3c3379c8f9760/tumblr_o0hdbiLBPM1v4ntcfo1_1280.png

Characters: Samson & Maddox. Dark!Inquisitor. Inquisition.
Rated: M, I thinks that is M.
lang: Russia.

Говорят, что в жизни у каждого есть выбор. Дорога, по которой должен пройти человек, выбирая направление и выстраивая свой жизненный путь. Но так ли это? Сын фермера скорее всего будет до конца жизни сначала помогать своим родителям, вспахивая землю и собирая урожай, а потом обзаведется своим хозяйством и продолжит заниматься привычным делом. Сын солдата захочет быть похожим на отца и запишется в армию. А сын кузнеца будет ковать мечи и доспехи, не замечая, как грубеют его руки, а огонь и искры оставляют на них свои следы.
Пламя в горне трещало, разгораясь все сильнее и сильнее, молодой парень нажимал на рукоятки мехов, раздувая угли. Он наблюдал за тем, как отец его выполняет очередной заказ, редкий в их краях. Обычно у кузнецов, подобных этому – живущих в небольших фермерских поселениях, которые существуют в основном за счет урожая и скотины, - обыкновенный доход идет с починки сбруи, изготовления домашней утвари и ручного инструмента. Но сейчас мастер трудился, выковывая меч для проезжающего мимо воина. Целый отряд храмовников направлялся через их городок по направлению в Кирквол. В здешние края их привел след бежавших отступников, которых следовало выследить и вернуть обратно в Круг. Но отпор, который дали им маги, привел к некоторым потерям, как среди людей, так и в снаряжении. Ни одного мага в тот день не вернули в круг, и это был очередной урок, который преподала им жизнь. Не всегда можно спасти тех, кого должно.
- Крепкий сын у тебя вырос, - забирая у кузнеца клинок, произнес рыцарь ордена, глядя, как младший орудует молотом, отбивая узоры из металла. – Хорошая замена отцу.
- И то верно, - кивнул мастер, принимая кошель с оплатой. – Меч прослужит вам верой и правдой. Пусть путь ваш будет легок.
- И твой тоже, старик, - откликнулся рыцарь, уже покидая кузницу.
Выходя на улицу, где солнце уже клонилось к горизонту, Каллен вспоминал Ферелден. Не то время, когда стал храмовником и начал служить в ордене, наблюдал, как падает башня, как маги, ведомые Ульдредом, захватывают власть. А то, в котором он сам еще был мальчишкой и наблюдал за отцом, помогал матери с сестрой и хозяйством. Вокруг был почти такой же лес, как и дома. Но все равно другой. Совсем. Казалось, что даже олени в этих лесах совершенно другие. Их рога храмовник часто видел сквозь деревья. Но стоило подумать о мальчишке, который склонился над станком, методично ударяя молотком о сталь, с почти безмятежным лицом, Разерфорд вспоминал усмиренных в круге. И только когда парень нахмурился и выпрямился, придирчиво осматривая один из кованых элементов, то видение рассеялось. Нет, перед ним был живой человек, который был способен любить, чувствовать, ощущать, думать. В нем были эмоции, желание жить, мечтать.
- Хватит ворон считать, - Каллен отвлекся от мыслей и, загнав меч в ножны, взял у другого рыцаря свой шлем. Пора было возвращаться в Киркволл, в казематы, где маги днем и ночью сидели под их надзором. Считал ли он, что Круг города цепей слишком жесток? Да, порой. Пытался ли и хотел ли помочь? Нет. Слишком хорошо видел, чем оборачивается беспечность, сострадание и доверие к тем, кто наделен способностью творить волшебство.

[AVA]https://40.media.tumblr.com/e1d1eb9995c3dd25c0c94e153e078826/tumblr_o0ksr3X5Dt1unnp9fo5_r1_250.png[/AVA][SGN]https://36.media.tumblr.com/7dfa52c5d086c2405b486f9043e4e12d/tumblr_o0ksr3X5Dt1unnp9fo4_r1_500.png[/SGN][STA]Storyteller[/STA][NIC]The Sword[/NIC]

Отредактировано Allan Gray (25.07.2016 16:59:24)

+1

2

http://s7.uploads.ru/yCTD8.png
I
Blacksmith

Казематы были неизменной частью муравейника под названием Киркволл.  С того самого момента, как каменоломня подчиненная Тевинтеру стала свободным портом Вольной Марки, они не менялись. Все так же стояли статуи рабов, которые и на людей-то похожи не были. Скорее гротескное подобие того, как следовало обращаться с теми, кто не достоин. Не достоин иметь права и зваться человеком. Не смотря на то, что в верхнем городе цвели деревья, придавая ему красок, а в нижнем как селедки в бочке толкались люди, Круг Магов оставался серым. Всегда. Казематы были первыми, кто встречал входящие в порт корабли, но никто и никогда в этих стенах не слышал криков матросов и не чувствовал запаха моря. Как будто всю крепость изолировали от внешнего мира завесой, ступи через которую и ты окажешься в том, другом мире, где люди живут, торгуют, любят. И только в этом месте подобное было запрещено так же, как и многое другое.
Отряд храмовников поднялся по лестнице, громыхая доспехами. Уставшие и злые они разбрелись по казармам. Произошедшее больше напоминало глупую шутку, чем настоящее задание. Но, как каждый из них знал, отдавший приказ шутить не умел. Не потому что имел стальные яйца и крутой нрав, просто не умел, хотя порой думал иначе.
- Разерфорд! – громкий и четкий, но при этом хриплый голос прокатился по двору Казематов. Глава отряда, отпустив своих ребят, остановился у подножия лестницы, прекрасно зная, что его услышат. Каллен, который как раз и шел встречать солдат, остановился, едва сделав шаг на первую ступеньку.
- Вижу, ты в хорошем расположении духа, - мужчина сказал это как-то лениво, для большего эффекта еще и вздохнув. И не ясно было, толи он пытается пошутить, толи специально выводит другого храмовника из себя.
- Там были гребанные Тал-Вошоты! Архидемон всех раздери, ферелденец, ты знал!  - Капитан храмовников снял шлем. Темные волосы, которые были мокрыми от пота и липли ко лбу и лицу, потускнели, но вот глаза полыхали яростью. - Ты послал нас в западню. – Продолжал он, сжимая часть доспеха между рук. Возможно, у него хватило бы сил согнуть его, но во время подоспел один из ребят и забрал у него несчастный предмет. Сам же рядовой ретировался, не только из-под рук командира, но и со двора.
- Я отправил вас зачищать местность, Самсон. Никто не говорил, что там никого не будет, - голос Каллена начал повышаться. Эти двое были как огонь и поленья. Когда загорался один, то следом шел другой. Обычно прервать их мог очередной приказ от капитан-командора ордена, либо же Мередит самолично. Редко когда это удавалось сделать архимагу круга Орсино. Все зависело насколько разгорелся пожар. В остальное же время, эти двое умудрялись не только уживаться в одних помещениях, но и ладить друг с другом.
- А теперь, думаю, если у тебя хватает сил спорить со мной, то ты вполне можешь добраться до кузнеца и залатать дыры в доспехах, после чего заняться отчетом о том, что произошло на Рваном берегу.
Самсон смачно сплюнул под ноги. Будь его воля, сделал бы это в лицо Разерфорда, но это грозило не только потерей места, но и возможно одного из немногих знакомств. Нет, марчанин не верил в понятие друг, оно было таким же скользким, как угорь и ядовитым, как гадюка. Были товарищи, проверенные в бою и которые точно защитят твою спину, если ты защитишь их. А были предатели, которые продадут родную маму. Часто самого Самсона приписывали ко вторым, но тот, кто его знал, считали иначе, хотя их и настораживала его тяга к лириуму. Долбанный порошок, который служил поводком и ошейником намного лучше, чем золото. Проходя мимо Каллена, он все же не упустил шанса задеть того плечом, отчего командор сделал шаг в сторону, но не обернулся. Кажется, выдержка обоих была лучше, чем они хотели показать.
В Казематах была своя кузница, где трудилось пара мастеров. Не гномов конечно, но и не сказать, что руки у них росли из задницы. Самсон знал, что долго прохлаждаться в Кругу ему не дадут, а значит, работа должна была быть выполнена за короткий срок, но местные кузнецы либо называли неделю, либо вообще отказывались. Да и он сам понимал, что перчатку уже не восстановить. Но еще меньше чем слову «друг», Самсон верил слухам, учитывая, что он сам не редко становился причиной для них. Люди всегда любили почесать языками, даже если они далеко не напудренные леди, овеянные запахом духов, затянутые в корсеты и с пышными юбками. К тому же, если слухи подтверждались, можно было не только потешить свое самолюбие, но и получить какую-то более существенную награду, за то что поймал на горячем того, кто оступился.
Но именно слухи привели его в эту комнату, которая была частью кузницы, но в тоже время отделена от нее. У двери стоял один из храмовников, который только усмехнулся, но дверь открыл. В общем целом это было обычное помещение, где ковалось оружие. Горн, в котором полыхал огонь, раздуваемый мехами, станок, наковальня, разложенные на столе инструменты для ковки. Не будь пламени и окна, то комната тонула бы во мраке, а так тут даже было намного светлее, чем в основной части кузницы. Через спинку стула, на котором лежала еще и стопка каких-то книг, была перекинута мантия мага. Тут же стоял посох, небрежно прислоненный к стене и грозящий вот-вот сползти по ней и покатиться по полу. Владелец этого добра казалось, незваного гостя даже и не замечал, отбивая молотом по наковальне.  А последний внимательно следил за тем, что тот делает. Не знай, Самсон, что перед ним маг, подумал бы, что мальчишке просто не хватило места том в общем зале со всеми. Тем, кто пользовался магической защитой, не нужно было быть развитыми физически, чтобы носить тяжелые доспехи. Но мышцы этого парня, не прикрытые защитным фартуком, говорили о том, что молот он держит не первый и даже не десятый раз. Удары были точными и просчитанными.  И только свечение вокруг  предплечий говорило о том, что тот использует магию. Не для придания силы ударам, а для защиты от летящих в него искр.
- Эй, Карл.

..." Баш на баш, услуга за услугу. Так они обычно говорят. Мы - люди так говорим. В этом мире ничего не дается просто так, за все надо платить. Ты когда-нибудь задавался вопросом, почему это началось? Из-за твоей сломанной перчатки? Из-за меча? Из-за моей подростковой любви к той, которая, в конце концов бы, отчаялась переписываться с запертым в Казематах магом? Так с чего же это все началось а, Самсон? Думаю, что ни у кого из нас нет на это ответа. Есть только результат, к которому все это привело.
Я прекрасно помню тот день, когда ты пришел в первый раз. Взмыленный, как конь, которого гнали по пустыне несколько часов. Все еще в доспехах, кое-где пробитых копьем, так как твой отряд налетел на группу Тал-вашотов. Но тебя не интересовал доспех, тебя интересовала перчатка, от которой мало что осталось.
- Эй, Карл!
Нет, я не собирался отзываться на чужие имена, но ты снова и снова это повторял и я не выдержал. Как и любой другой чувствующий и осознающий человек. Не знаю почему, но тогда это походило больше на то, что ты окликаешь проститутку. И если работницы подобного рода всегда умели ловко выйти с золотом в кармане, то тут была другая ситуация. В другой раз я бы конечно ответил что-то про определенное место и определенные плоскости, но меня сейчас интересовала работа. Кузница была тем не многим, что мне осталось в этой жизни. Бездна всех побери, я уже начал жалеть, что не остался с отцом в нашем небольшом городишке. Там можно было бы спрятаться и от церкви и от мира, и продолжать, не оглядываясь, заниматься своим делом.
Но нет, как и все подростки, едва мне стукнуло двадцать, я решил, что такая жизнь не для меня. Что надо перебраться в город и найти более достойную судьбу. Нашел на свою голову. Нет, первые несколько лет я действительно жил нормально. Стал работать в местной кузнице подмастерьем, встретил девушку, в которую влюбился, но все закончилось, едва молот выбил из очередного кинжала не искру, но свечение. Магия. Демон все раздери, сам того не понимая я ковал клинок, который на ходу зачаровывался магией. Какое-то время и это удавалось скрывать, но все рано или поздно заканчивается. Я оказался в Казематах.
- Я не Карл, я - Маддокс, - устало вздохнув, посмотрел на тебя и отложил инструменты. Только мельком взглянув на часть доспеха, понял, почему ты пришел ко мне, но даже такой как я мало что мог сделать. А тебе надо было, чтобы она была готова на следующий день.
- Двое суток, - наконец ты услышал вердикт и скрипнул зубами. Ну конечно, тебе подавай все и сразу, как я не догадывался? Знаешь, это даже странно. С одной стороны ты всегда трезво оценивал ситуацию и рассуждал, как те немногие, кто действительно умеет оценивать ситуацию. Но, с другой, ты всегда зависел от вспышек настроения, или даже не так... Что-то заставляло тебя становиться резким, но при этом все равно здравомыслящим. Лириум. Уже тогда ты был зависим от него, но не так, как другие храмовники.
- Ты толи не слышишь, толи...
- Маддокс.. !

Один оборвавшийся возглас, который прервал не только тебя, но еще не начавшийся спор. Был ли я ему благодарен? Нет, пожалуй. Так же, как и ты. Но выбора не оставалось. Даже удивительно, что ты согласился на два дня. Я же только задумывался о том, чтобы мне хватило этого времени, не только на перчатку, но и на все остальное. Особенно, если меня будут отвлекать, особенно, если определенным образом. К несчастию магички, которая нас прервала, на отвлечения я терять времени не хотел.
Ты вернулся ровно через два дня. В целых доспехах и мечом за спиной. Как-то в кузне у отца я пытался взмахнуть подобной штуковиной и едва не упал, для тебя же, казалось, эта громадина была весом с перышко. Тебя снова отправляли на штормовой берег, снова гнать зарвавшихся дикарей-кунари.
- На столе у окна, - только и произнес я, даже не отвлекаясь от работы.
Задавался ли ты когда-нибудь вопросом о том, почему я редко выходил из кузницы? Ответ, думаю, очевиден. Хоть у меня и присутствовали магические способности, но их хватало не на много. На пару заклинаний, да и те годились лишь на освещение пути. Что удивительно, будучи не особо сильным в этом, я не боялся Истязаний, которые прошел. Мне не повезло, там, в Тени, действительно было опасно. Но, как и в мире людей, большую опасность представляют не воины с мечами, а слова, которые из меда, превращаются в яд. Закулисные интриги, ложь глаза в глаза. Теперь я понимал, как демонам удается завлечь в свои сети магов. Это действительно было соблазнительно. Знаешь, мне даже жаль, что тогда мы еще не были знакомы. Потому что я хотел бы, чтобы именно ты стоял там со своим громадным мечом и одним взмахом срубил бы мне голову, если у демона получилось овладеть мной. Немного эгоистично, не так ли?
Взяв перчатку, ты ушел. Ушел, чтобы вернутся позже, но уже с мечом. Тем самым, который всегда висел за твоей спиной. Передо мной на наковальне лежала заготовка для фламберга, а ты высыпал на стол осколки своего бывшего клинка. О камень, что ли разбил? Но я не стал спрашивать. Только назвал сроки. И в этот раз нас не прервали и ты не ушел. Работая, я отчетливо ощущал на себе твой взгляд. Я был магом и за нами следили каждую минуту, поэтому мы все привыкли. Но твой взгляд был другим. Нет, не тем, которым одаривают полуголых девок. Изучающим? Задумчивым? Я не собирался выяснять это, потому что иначе бы опять пришлось разговаривать. Я не знаю, как объяснить это. Наверное, страх, который нам вселяли с первого дня пребывания в Казематах, давал о себе знать. Общаться можно было со всеми, кроме непосредственно тех, кто вершил наши судьбы. Таких, как ты.
Ты помнишь, сколько дней у тебя ушло на то, чтобы я привык? Привык к тому, что ты сидишь на подоконнике, свесив ногу наружу, и смотришь на то, что творят твои собратья по ордену. Это даже смешно, наверное. Тебя держало в Казематах не чувство долга и не вера в то, что вы делаете благое дело. Нет, ты уже разочаровался в этом во всем. Ты сидел в окне моей кузнецы только потому, что тебе нужен был лириум и ради него ты готов был сделать многое. Баш на баш, услуга за услугу, да? Тогда стоило задаться другим вопросом. Почему ты сидел именно здесь со мной и со мной ли? В конце концов никто из нас никого не трогал. Да, в какой-то момент мы все же начали разговаривать и надо заметить, что ты с большей охотой рассказывал о себе, чем я, потому что гребанный страх все еще владел мной. Страх быть пойманным с поличным. Порой, мне казалось, что именно из-за него ты проводишь время со мной. Чтобы найти повод для моего наказания или возможно даже усмерения. Даже, когда уже шли слухи среди магов, что ты им помогаешь, я все еще не доверял тебе. Это не рационально пожалуй, но ты смог в конце концов. Добился того, что я поверил тебе и поверил в тебя.
Ты знаешь, что о тебе говорили. Зависимый от лириума, падший храмовник, который и мать родную продаст. Я знаю, что это никогда не было правдой. Ты был зависим, но ты все равно думал не только о себе. О людях вокруг тебя и о том, что делали другие. Ты сам ставил себе рамки и условия, которым следовал, которых придерживался. Хотел, думал и делал то, что считал правильным, стараясь избавится от цепей, что вешали другие. Ты всегда оставался Человеком, в отличие от других. И человека из тебя делали не принципы или то, как ты выходил живым из капканов судьбы, нет, тебя делали человеком твои слабости.
И с этого начался конец. С твоей человечности, которая влекла, как манит мотылька огонь. Не твоя доброта, не то, что ты согласился передать письма, - все за тот же лириум, - а то с каким лицом, какой усмешкой задавал вопросы о том, почему только сейчас, а не раньше. У каждого из нас были свои секреты и постепенно мы узнавали о них. Но, знаешь, вскоре письма перестали иметь значение. Ты брал их, относил, но в каждой новой пачке было все меньше и меньше чувств. Я пытался через них заставить тебя все дольше и дольше оставаться со мной и это получалось. Письма не имели значения, потому что был ты. И ради чего в конце концов мы оба рисковали? Ради обычного человеческого эгоизма, потому что тебе нужен был лириум, а мне нужен был ты. Треугольник в котором должен был быть кто-то с разбитым сердцем и покалеченной душой. И я ненавижу себя за это, знаешь? Потому что это было не правильным в том значении, что надо было признаться, надо было сказать, но я продолжал писать эти демонские письма и отдавать их тебе. Но письма были только частью. Я всегда был, есть и останусь кузнецом. Огонь, металл и молот это и есть та магия, что подвластна мне, именно поэтому я решил, что смогу выковать клинок достойный тебя. Не тот дрын, что выдали тебе в ордене. Нет, это должен был быть твой, и только твой, меч, который надежно ляжет в руку и будет гармоничным ее продолжением...
...А потом все исчезло и стало совсем все равно. Я видел в то самое окно, как они поймали тебя и поволокли к Мередит. Она давно искала повод выгнать тебя. Но просто так этого сделать не могла. Почему? Возможно из-за своего характера, паранойи, отношению к магам. Ей нужен был пример, живое доказательство того, что станет с каждым, кто нарушает правила. Тебя вышвырнули на улицы Киркволла, но перед этим ты наблюдал за тем, как меня лишают того, что зовется человечностью. И в этот момент ты окончательно понял, что орден, церковь, законы – все это просто брехня, пустые слова, которые должны были оправдать кровь на чужих руках”...


Киркволл горел. Пылал не только живым огнем, но и ненавистью людей, эльфов и всех тех, кто его населял. Самсон вылетел из состояния полудремы, когда земля задрожала. Это было единственным, что тронуло его пошатнувшийся в тот момент разум, который бредил о еде и лириуме. Бывший храмовник вышел на улицы города, стараясь оставаться в тени. Дрожь земли прекратилось, но было не ясно, что ее вызвало. Вокруг бегали люди и эльфы, которые в большинстве своем кричали. Здесь и там храмовники дрались с магами, и никто из них не разбирал, кого конкретно он убивает. На тротуарах лежали тела, и кровь заполняла промежутки мимо камней, вычерчивая узоры. Под какофонию звуков, мужчина прошел большую часть города. Ясно было то, что из Киркволла надо бежать и как можно быстрее. Об этом говорили не только беспорядки, но и то, что его ни раз и не два пытались прибить. Маги узнавали в нем храмовника, а бывшие «братья по ордену» предателя, которого вышибли из их рядов.
Остановился Самсон только раз, оказавшись на церковной площади. Или вернее сказать на месте, где она когда-то находилась, а теперь же тут располагался огромный котлован. Пустая, выжженная дыра, на карте города, как будто кто-то ткнул раскаленной кочергой и оставил след.
- Что за чертовщина?
В голове как-то разом прояснилось. За свои годы марчанин повидал не мало трупов, но пожалуй весь его жизненный опыт мерк от того, что он видел. Разбросанные по котловану и его окраинам, искаженные и исковерканные тела тех, кому не посчастливилось в этот момент оказаться рядом.  Конечности, отделенные от туловища и то предугадать где и что было сложно. Все было черным, обгоревшим и обуглившимся. Воздух звенел от магии, которая оставила свой след после произошедшего, но этот звук напоминал больше предсмертные стоны умирающих. Десятки и сотни, они орали не человеческим голосом, когда их буквально рвало на куски колдовство. Кто бы это не сделал, действовал он на славу и где-то глубоко внутри, та часть, которая оставалась верна храмовникам, едко заметила, что возможно Мередит не так уж и не права, и никто не должен обладать подобной силой. Эти мысли перечеркивались при воспоминании о том, что капитан-командору было все равно прав ты или виноват, главное цель, к которой ты идешь, а если дашь слабину, то неумолимо потеряешь все, что приобрел.
Теперь хотя бы стало понятно, отчего дрожала земля и почему храмовники без разбора вырезали всех магов в городе. Было не удивительно, что, в конце концов, те, кого постоянно держали в клетках, решили восстать против своих хозяев. А Киркволл, ну ему не повезло быть первым. Почему-то Самсон не сомневался в том, что остальные маги следом встанут под знамена революции, как только узнают. А они узнают просто потому, что подобный масштаб вряд ли можно будет скрыть.
Большие улицы он оставлял в стороне, обходя особенно крупные стычки. Путь его на этот раз лежал в Казематы. По нескольким причинам. Первая: снаряжение, вторая лириум. Под такую шумиху, влезть в арсенал ордена, должно было быть не так сложно. Вот только чего он не ожидал, так это шеренги солдат, выстроившиеся перед входом в Круг.
- Релей Самсон, - голос старухи Мередит был таким же скрипучим, как и в тот день, когда его вышибли из ордена. Мужчина удержался от гримасы в ее сторону. Слишком уж это на вкус было, как протухший лимон.
- Командор Мередит, вижу, что ваша проблема с магами достигла своего апофеоза. Вот только не знаю: радоваться ли этому или нет. – Только и произнес он.
Среди храмовников были гражданские. Или вернее сказать личная гвардия Защитника Киркволла – Хоука. Что было удивительно, последний был достаточно сильным магом, чтобы устроить взрыв церкви, но главу храмовников это как будто не интересовало. С ним был эльф, гном и пиратка, чей наряд скорее говорил об определенном роде деятельности, если бы не одна и не две сцены в трактире «Висельник» не доказывали обратное.
- Зачем ты явился? – пропустив мимо провокацию, продолжила Мередит.
- Помочь? У тебя каждый человек на счету. – Самсон обвел жестом собравшихся в Казематах храмовников. Вид у них был малость потрепанный.
- Ты не помогаешь просто так. – За спиной женщины материализовался Каллен, до этого говоривший с Хоуком. Последний предпочитал держаться в стороне, но следил за разговором.
- Никто в этом мире не помогает просто так Резерфорд, - фыркнул марчанин. – Хватит быть идиотом. В конце концов, пока мы тут лясы точим, маги внутри собираются с силами. Чем быстрее храмовники туда зайдут, тем быстрее все кончится. Мне же не надо тебе напоминать, что случилось на озере Каленхад?
Каллен скрипнул зубами. Память о том, что случилось в Башне Круга, все еще преследовала его. Именно из-за этого его и отправили в город рабов, подальше от тех, кого он спасти и защитить не смог. Это был удар ниже пояса, но выяснять отношения сейчас он не собирался. По крайней мере, так подумал его собеседник, когда ферелденец отступил. А Мередит хоть и имела пароноидальные заскоки, все же разрешила ему остаться.
Казематы не менялись никогда. Даже сейчас, почти в полной разрухе и полыхающие огнем. Маги давали не слабый отпор, но все же их теснили все глубже и глубже, пока они не оказались запертыми в одном из залов. И тут возникли проблемы. Конечно, проще всего было оставить их внутри и ждать, пока не умрут с голода или от истощения, но Мередит вознамерилась убить всех за одну ночь, поэтому раз за разом они штурмовали дверь, закрытую магией. Войти удалось только лишь тогда, когда Хоук вызвался переговорить с Орсино, но все опять пошло через жопу. Самсон своими глазами видел, как архимаг применил магию крови, превращаясь в чудовище. Массу из гниющих трупов, источающих неестественный запах, почти как у обычных трупов, но другой. Заживо разлагающаяся плоть, облепившая эльфа и ставшая с ним одним целым. Несколько часов ушло на то, чтобы нечто некогда звавшееся Орсино, бездыханно упало на каменный пол. Когда магия развеялась, то на ее месте не осталось ничего, только посох в виде трех переплетенных голов драконов.
Самсон ушел из зала еще до того, как пришло осознание, что они победили. Все же он пришел в Казематы не магов убивать, хоть и убеждал остальных, что все именно так. В арсенале никого не обнаружилось, как он и предполагал. Только снаряжение, которое было разбросано по полу, толи потому что здесь как и везде происходила битва, толи из-за неосторожности. Для побега из города ему требовалось не та много: доспех, оружие, да запас голубых бутыльков, которого должно было хватить на неделю. Брать облачение храмовника было опасно, но других тут просто не находилось. Затянув последний ремень от поножей, Самсон загнал меч в ножны за спиной и направился в обратную сторону.
Арсенал, кузня да и общие комнаты храмовников располагались обособленно от остальных Казематов. Все это делалось ради того, чтобы маги не добрались до оружия. И если путь в оружейную, мужчина сократил, то обратно шел через кузницу, где было неестественно тихо. И возможно благодаря этой тишине он и услышал звук ударяющего молота по металлу. Тихий и методичный, непрерывающийся ни на минуту. Очень знакомый.
- Маддокс? - храмовник толкнул дверь комнаты и увидел давнего друга. Тот не пошевелился, продолжая работу. И если при первой их встрече кузнец делал это специально, то сейчас просто потому что считал не рациональным отвлекаться от работы. Релей скрипнул зубами, но злился скорее на себя за то, что на секунду позволил себе подумать о том, что маги заслужили то, что с ними сделали. Сначала потому что взорвалась церковь, потом глядя на тр, что творит магия крови. Но во всем были виноваты не маги и даже не их способности. Страх. Простой человеческий страх, который был свойственен всем живым существам. Или не всем. Тот, кто сейчас стоял перед ним не чувствовал ничего. Или как еще можно было назвать состояние усмирения? Не безумие, не жизнь, ничего. Кукольная пустота.
- Добрый день, - как будто вокруг ничего не изменилось, наконец, произнес кузнец, опуская клинок в холодную воду. Шипение и пар заглушили и без того тихий, ровный и монотонный голос.
- Почему ты здесь? И где другие... - марчанин запнулся. Нет, его оборвало не слово, то что за ним стояло. - Как ты.
- Некоторых убили храмовники, другие не знаю. Маги оставили нас. Считают обузой. - Просто, как констатация фактов, коими это и являлось. - Я пришел сюда, потому что тут тихо и никто не мешает. Здесь спокойно и привычно.
Все в жизни меняется под действием выбора. Будет ли он выбором самого человека или тех, кто вокруг него. Самсон был из тех людей, которые всеми своими силами стремился избегать подобного выбора, особенно если он зависел от других. И вот сейчас нужно было решить: брать ли на себя ответственность за того, кто этого даже не заметит. Поведение чуждое таким, как он в понимании других. Кем он стал по своей сути? Никем? Но что такое никто? Для цац в платьях а-ля разноцветный шатер, он был никем, потому что не имел за душой ничего, кроме тяги к лириуму. Для бывших собратьев по ордену, потому что помогал тем, кто отчаялся, предал. Для себя самого... Для себя самого он был никем, потому что последние несколько дней провел не в борьбе за жизнь, а апатии в компании клопов из Клоаки. Теперь же он стоял и смотрел на человека. Что изменит его выбор? Чью жизнь сделает лучше? Будет ли спасением то, что он заберет Маддокса из Казематов, обреченного умереть так или иначе?
- Собирайся, мы уходим отсюда. Возьми то, что тебе нужно. Пора валить из этого Создателем проклятого города.
В тот момент он сделал выбор. Не ради эгоизма или склянки с лириумом. В тот день и без того умерло много людей. Хороших или плохих - трудно сказать, их просто было много. И что плохого в том, что одного от спрятал от загребущих рук смерти?
Во дворе Казематов почти никого не было. Только Защитник, Каллен и несколько храмовников. Они стояли кольцом вокруг чего-то, что с вершины лестницы казалось похожим на статую. Только подойдя ближе, Релей понял, что или вернее кто это. Мередит. Застывшая навечно в сиянии красных кристаллов, запечатлевших предсмертную агонию женщины. Чем меньше становилось расстояние до статуи тем громче слышалось пение. Знакомое пение лириума, но какое-то другое. Самсон остановился перед коленопреклонной Мередит и посмотрел в расширенные от агонии глаза.
- Каждому воздается по заслугам, да? Каково же это стать самой лириум после всего сотворенного?
Бывший храмовник сплюнул под ноги статуи. Хоть перед ним и находилось столь желанное, но он лучше сдохнет, чем возьмет хоть что-то от этой женщины. Релей поднял взгляд на Маддокса. Тот стоял в стороне, держа в руках меч. Трудно было не заметить, что выглядит он так же, как и статуя. Лезвие было обломано, но зная целеустремленность усмиренных, не было сомнения в том, что кузнец его восстановит. Где-то сзади  послышались заинтересованные голоса. Накинув капюшон на голову Маддокса, он ссыпал обломки меча в мешок и как можно быстрее скрылся со двора. Выбраться из города оказалось проще, чем рассчитывал поначалу Самсон. В разрушенном городе никому не было дела до храмовника и человека, что шел рядом с ним, сокрытый под плащом. Что они будут делать дальше, храмовник еще не думал, но в тот момент и не это было важным.

[AVA]https://36.media.tumblr.com/c66b6dac86d80b685dc26846208a0483/tumblr_o0ksr3X5Dt1unnp9fo1_250.png[/AVA][SGN]https://41.media.tumblr.com/e8dfd2ae433370cba9d1dda48d9e8d1d/tumblr_o0ksr3X5Dt1unnp9fo3_400.png[/SGN][STA]Blacksmith[/STA][NIC]Maddox[/NIC]

Отредактировано Allan Gray (25.07.2016 17:08:04)

+2


Вы здесь » Manhattan » Альтернативная реальность » The Sword ‡альт