http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/40286.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/95139.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/86765.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/22742.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/96052.css

Manhattan

Объявление

Новости Манхэттена
Пост недели
Добро пожаловать!



Ролевая посвящена необыкновенному острову. Какой он, Манхэттен? Решать каждому из вас.

Рейтинг: NC-21, система: эпизодическая.

Игра в режиме реального времени.

Установлено 5 обложек.

Администрация
Рекомендуем
Активисты
Время и погода
Дамиан · Марсель

Амелия · Маргарет

На Манхэттене: февраль 2017 года.

Температура от -2°C до +5°C.


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Manhattan » Флэшбэки / флэшфорварды » - Я - твое сердце! Иди влюбись! - А ну заткни свою аорту! ‡флеш


- Я - твое сердце! Иди влюбись! - А ну заткни свою аорту! ‡флеш

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

https://67.media.tumblr.com/20591989619f01b35e41d25e5b574432/tumblr_nmlglftEJZ1usqbxho1_500.gif
https://66.media.tumblr.com/de69c553590f4b60a562db330896147c/tumblr_ni6w98GR2Q1tejn5ko3_250.gif  https://66.media.tumblr.com/174387343d03aa0305aea81fe9ade07b/tumblr_ni6w98GR2Q1tejn5ko4_250.gif
https://67.media.tumblr.com/4f3553e82811800af93850935eb52c84/tumblr_nmlglftEJZ1usqbxho3_500.gif

РИЧАРД АДДЕРЛИ И ХАЙДИ (ЕЩЕ) О'НИЛ
МАНХЭТТЕН, ОКТЯБРЬ 2010-ГО ГОДА, ОКОЛО 2 P.M.
КАК НАЙТИ ОТВЕТ НА САМЫЙ ВАЖНЫЙ В ЖИЗНИ ВОПРОС:
"ПОДХОДИТ ТЕБЕ ЖЕНЩИНА ИЛИ НЕТ?"
ЭЛЕМЕНТАРНО, ВАТСОН! ПРОСТО ПРОЙДИ С НЕЙ ТРИ ИСПЫТАНИЯ!
ЕСЛИ ОРЕШКИ НЕ УГРОБИТ, НО ПОЧТИ ДОВЕДЕТ ТЕБЯ ДО МОГИЛЫ - ЭТО СУДЬБА!

Отредактировано Richard Adderly (07.09.2016 21:06:13)

+2

2

САМ - ОРЁЛ, НО ВВ БЕЗ ВАРЕЖКИ И ОРЛА... ИЛИ ЭТО СОКОЛ? оО

https://pp.vk.me/c631118/v631118512/33389/FRbsyYSj358.jpg

ONEREPUBLIC - EVERYBODY LOVES ME

"Может серый? Да нет, я в нем как дед. Зеленый? Блядь, неудобный - пиздец. Красный? Кра-а-асный... хм-м-м." Сам себе поражаясь всецело и безгранично, я уже пол часа стоял у зеркала в спальне и... не мог выбрать толстовку. "Веду себя хуже всякой бабы, честное слово." - Подумал я, стягивая с себя полосатый джемпер и кидая его в кучу шмотья, захламившего разобранную кровать. Сверху на алтаре из тряпок гордо возлежал Дамбо, смотря на меня, как на идиота, и виляя хвостом. Отражающаяся в зеркале мерзкая морда кота, которого сплавил мне друг на время отпуска, раздражала меня еще больше.
Со вчерашнего дня я усиленно думал - почти натер мозоль на мозге - и никак не мог придумать что нацепить на себя, отправляясь сегодня на встречу с Ди. Дружескую встречу в Центральном парке, где нас ждало экстремальное, но вполне себе не претендующее на скрытый смысл мероприятие, однако все же это была наша встреча. Свидание, можно сказать. Пускай и дружеское. И я хотел понравиться этой мелкой засранке, хотя даже самому себе в том признаться стыдно. Надел красную толстовку. Профейспалмил уже не мысленно, а физически. "Дебил." Дамбо поддакивающе мяукнул.
Мобильник громко пропищал, радостно осведомляя меня, что пришло смс. Психанул, стащил с себя тряпку для корриды и открыл сообщение. Писала Джессика. Скучала. Нет, не по мне, а по кускусу из семи овощей и сексу, о чем она заявила прямым текстом в своем послании - откровенности ей было не занимать. Немного подумав, я понял, что это идеальная мысль и предложил встретиться завтра вечером. Не знаю как кускус, а секс мне точно будет необходим. Вот Джессика обрадуется! Печатая ответ на ее предложение о встрече, я тут же сообразил спросить женское мнение на счет толстовки и остался на том же места ждать ответа, с ужасом смотря на ворох одежды и наглого кота. Тот, кстати, навострил уши.
Так вот пока Джессика думала над ответом, я думал об этой потрясающей женщине. Нет, для меня она не стала роковой зазнобой, хотя я уверен, что за свою жизнь мужских сердец она разбила не мало, но определенно она вызывала у меня некоторое восхищение. Во-первых потому, что прежде я не встречал таких прямолинейных, современных и честных женщин. Заводя со мной отношения (а ход дала им именно она), Джессика сразу обозначила все чего она хочет. Буквально на третьем свидании, но дело тут вовсе не в святом женском правиле. Наша первая встреча была крайне скоротечной и поражающей. В один из немногих раз, когда я решил в редкий выходной проверить ресторан и выпить там чашку кофе, Джессика подсела ко мне за столик, приняв меня за посетителя. Общалась она со мной необыкновенно легко и красиво. Собственно, красиво делала она все - в том числе и оставляла визитку со своим номером, важно постукивая по ней бежевым ноготком и (клянусь) требуя, чтобы я ей перезвонил. И хотя она говорила это настойчиво, даже резковато, ее улыбка была настолько обезоруживающей, что ее давление приносило удовольствие. Собственно, учитывая, что это был один из тех редкостных случаев, когда женщина знакомилась со мной первой, удовольствие мне приносило все десятиминутное знакомство. Этой красавице, ушедшей из ресторана, даже не оглянувшись, когда она проходила по улице мимо окна, у которого я сидел за столиком, я перезвонил на следующий день. Встретились мы с ней еще через двое суток после звонка, которому она, чему я удивился, обрадовалась - честно говоря, до последнего я был уверен, что она меня не вспомнит. Но ее "О, мистер Аддерли, ну наконец-то" буквально сразило меня наповал. Во вторую субботу апреля Джессика встретилась со мной за обедом, вновь появившись в ярком небесно-голубом одеянии, подчеркивающем копну пышных, мягко вьющихся крупной волной волос, переливающихся огненным золотом. На этот раз ее локоны до лопаток были убраны в пучок. Как потом мне сказала одна моя знакомая, что к тому ее платью (а на обед она пришла в платье, а не в костюме, как в первую встречу) эта прическа шла как нельзя кстати, ибо визуально удлиняла шею. Уж куда там ее удлинять я, честно говоря, так и не понял, ибо она у нее - ни дать, ни взять - лебединая. Да, без тени сомнения Джессика очень красива, что больше всего в ней меня и сбивало с толку. Такая женщина, как она, по сути, могла отхватить себе совершенно любого мужчину, какого только пожелает, но отчего-то тогда она пожелала именно меня, что, признаться, мне льстило. Изумительная фигура без всяких излишеств, но не лишенная важных достоинств; темно-карие глаза с густыми (не наклеенными - я проверял!) ресницами и, что особенно меня заводило, ее кожа имела легкий оттенок загара, казавшийся естественным. Не смотря на европейский тип, она виделась мне самой что ни есть настоящей мулаткой, от которых я давным-давно без ума. Но, к сожалению, насладиться ее красотой тогда мне вновь не удалось - наш обед прервал звонок из ее небольшого туристического агентства, где случился инцидент с недовольной клиенткой. Новенькая помощница, едва не плача в трубку, что слышал даже я, не знала как ей быть и Джессике пришлось завершить встречу раньше времени. Прощаясь, она обещала перезвонить. До сих пор помню, как я провожал взглядом ее обтянутую небесно-голубой тканью задницу. Уж если не она сама, то ее задница точно разбила сердце не одной сотне мужчин.
Телефон в руке неожиданно завибрировал, заставив меня вздрогнуть. Точно как тогда, когда я засыпал с ним, ожидая звонка от будущей любовницы. Точно так же, как и тогда, она прислала мне сообщение. Только в тот раз следом за тем, как я сонный написал ей о том, что якобы не сплю, она мне сразу же перезвонила. Хоть и была поздняя ночь, мы долго с ней разговаривали по телефону, где я мог упиваться нежным звучанием ее голоса. Она рассказала мне о случившемся инциденте, о своей фирме и страсти к жизни, и мы разговорились о путешествиях. В ту ночь я думал, что ее эротические намеки и подтексты мне мерещатся, но я ошибался - она действительно со мной флиртовала и в завершении беседы договорилась со мной о встрече. На ней же Джессика ясно дала понять, что ее интересует в отношениях со мной по большей части только секс без обязательств. Со временем, когда мы стали ближе, чем просто случайные знакомые и любовники, она сообщила мне, что у нее есть и другие мужчины, но это никак не должно мешать тому, что между нами. Открыто и прямо, без  обиняков, лежа со мной в одной постели после очень бурного секса, она в между прочим ошарашила меня, заявив, что ни на что большее, чем дружба и интим, ни одному из нас рассчитывать не стоит. Не буду скрывать - меня это покоробило в начале, поскольку не только трахаться, но и разговаривать с ней было истинным удовольствием - и как любовнице, и как человеку равных ей в моей жизни мало по сегодняшний день. Однако довольно скоро я заметил за собой, что меня вполне устраивал такой расклад событий. Джессикой я был очарован, безусловно, но не влюблен в нее, благодаря чему мы могли легко и открыто общаться, а заодно заниматься сексом, не выставляя друг другу счет - близкая дружба, как она есть.
"Черный?!" - Прочитав ее сообщение, меня будто поразило молнией. Ну конечно! Черный! Вместе с благодарностью я даже отправил Джессике любовный смайл. Она тут же перезвонила мне, заливисто смеясь в трубку. "Женщина?" - Спросила она. Я ответил ей положительно, не опасаясь неодобрения. Я тоже не скрывал от Джессики того, что она у меня не единственная. И хотя изначально я надеялся ее уколоть своим откровением, вызвать у нее ревность, впоследствии это просто стало для нас нормой - делиться другими своими увлечениями друг с другом. Однако распространяться о Ди с ней я не стал.
Едва закончив разговор, я ринулся к шкафу и заматерился во весь голос, наступив на "Вискас". Опасаясь получить по заднице, Дамбо пулей слинял из спальни. Честно говоря, бить я его не собирался, но мой приятель - он мог и, видимо, приучил к тому кота. Судя по всему, "да блядь" стало для питомца командой к бегству. Ну да Осирис с ним! Как только Дамбо слинял, я вновь вернулся к мыслям о черной толстовке, разве что не прыгая от счастья. Совсем забыв о том, что по приезде из экспедиции я и Хайди гуляли по торговому центру, теперь я вспомнил, что в тот день она уговорила меня купить черную толстовку, которую я взял даже без примерки. О'Нил заверила меня в том, что черный цвет мне очень пойдет. И, собственно, какую одежду я мог выбрать для свидания, в смысле, встречи лучше, чем ту, что она выбрала для меня лично? К слову, в своем предположении она не ошиблась - толстовка мне и вправду шла. К ней я подобрал в тон черную футболку и получил еще одно сообщение. Джессика просила меня не забыть под флюидами любви о нашем с ней свидании. Неужели то была ревность или мне все же показалось? И с чего она взяла, что я влюблен?
Клятвенное обещание свято помнить и появиться я отписывал Джессике уже на улице, гордо идя к автобусной остановке. Уверенный на двести из ста, что вечер не обойдется без алкоголя, машину я разумно оставил на стоянке. Несколько девушек по пути мне улыбнулись, чем вызвали мое недоумение. Я взглянул в витрину магазина, ожидая увидеть на лице что-то особенное, но не увидел ничего кроме растрепанных волос. Пригладил и пообещал себе в ближайшее же время сходить подстричься. Джессика прислала мне очередное сообщение, пожелав удачи. Ее словоохотливость меня удивляла. Впрочем, Джессика удивляла меня всегда. Я вновь направился по запланированному маршруту и внезапно озадачился от мысли, что дико хочу жрать, когда увидел проходящего мимо меня паренька-рэпера с пачкой чипсов. И пожрать мне захотелось именно чипсы, которых я давно не ел. Вообще, должен сказать, это дурное человеческое качество. Такое у многих бывает: не думаешь о чем-то, а стоит у кого-то увидеть - сразу хочется. Да причем так, что нет сил. Убедившись, что автобуса на горизонте нет, подобно обезумевшему от отсутствия дозы наркоше, я нырнул в ближайший небольшой магазинчик и закупился прекрасными вредностями. Не понаслышке я знал, что Хайди к ним тоже тяготеет, и слишком призадумался в магазине на сей счет, вспоминая, каким именно вкусам отдает предпочтение Ди - из-за этого чуть не прощелкал автобус. Влетев пулей, я занял место в самом конце салона. Плюхнулся и умер. Отчего-то я в этот день весь был на нервах, в чем меня поддерживал телефон. Достав из кармана мобильный, я ожидал увидеть очередное внеплановое сообщение от Джессики, но вместо этого получил смс от О'Нил. Уже было ожидал, что она откажется от свидания, но она лишь уточняла время встречи. Я попутно спросил где она находится. На мою удачу Ди сидела дома. Ну или не совсем на удачу.
- Э-э-э, привет, - все еще находясь "на иголках" и обнимаясь с пакетом, я в удивлении уставился на подругу. Как и всегда, она дышала мне в пупок, но на этот раз весьма разгоряченно. Ни то она была ни одна, ни что-то случилось. У меня аж все похолодело внутри. - Новый имидж?
Определенно Ди не ожидала меня увидеть на пороге, что я понял по ее ошарашенным глазам и... внешнему виду. Она встретила меня в светло-серой майке и белых трусах. Симпатичных таких хлопковых трусах, как затем я узнал, с рисунком убийственной кошачьей морды Хеллоу Китти, у которой красовался на ухе розовый бант. Лицо Хайди было залито румянцем, а влажные волосы, ставшие короче с нашей последней встречи, приобрели красный оттенок. Она впустила меня в квартиру, сообщив, что решила покраситься в каштановый цвет. Я удивленно заметил, что всегда представлял себе этот цвет иначе. О'Нил ответила мне, что я это не напрасно, он действительно другой, а она просто перепутала упаковки с краской в магазине. У меня не было слов. "Эта женщина в своем репертуаре."
- Знаешь, а тебе идет. Нет, честное слово, я не вру. - Я правда не врал. Приглядевшись повнимательнее и оценив ее новый образ, я решил, что ей действительно хорошо с этим цветом. Он был красивым, благородным и ярким. Как рубин. Подобрав ассоциацию, я отвлекся от мыслей о прическе Хайди, вспомнив почему-то о моменте из книги, которую однажды прочел в далекой юности. В ней возлюбленный главной героини рассказывал ей, что когда он женится на своей любимой женщине, он подарит ей в день предложения руки и сердца кольцо с рубином в знак своей любви. Меня удивил этот момент, ибо моя матушка, знавшая толк в ювелирном деле, красоте, эстетике и предпочтениях женщин, всегда твердила, что лучшие друзья женщин - бриллианты. Однако выбор героя, который он скромно, но чувственно описывал, мне пришелся по душе куда больше. Тогда, еще совсем юный и мечтательный, я решил, что тоже, если однажды полюблю женщину и соберусь жениться на ней, обязательно подарю ей помолвочное кольцо с рубином. Тот герой по стечению обстоятельств и человеческой глупости, не смотря на то, что беззаветно любил главную героиню, женился все же на другой женщине и подарил ей кольцо с бриллиантом, но этот поворот в истории пары только больше убедил меня в моем решении. И следуя за Хайди в гостиную, которая виляла передо мной очень сексуальной попой в трусах с Хеллоу Китти, я пытался представить, как будет смотреться кольцо на ее изящной, такой маленькой и хрупкой ручке. Представить на ней кольцо с крупным и массивным бриллиантом, что нынче было в моде, я не мог - если кому и подошло бы такое эффектное украшение, так это Джессике. Но вот кольцо с рубином смогло бы украсить Хайди, как никакую другую женщину.
- Вот оно что, - только и смог я ответить на слова, которые она мне до этого говорила. Честно говоря, я их не слышал. Единственное до чего снизошел мой мозг, так это до ее последнего прозвучавшего вопроса, от которого у меня появилось столько же удивления, сколько слышалось в ее голосе. - В смысле рано? Мы договорились на два часа, а я еще и опоздал. Автобуса долго не было, - не моргнув и глазом, я откровенно соврал, не собираясь признавать ей даже под пытками, что вертелся у зеркала, как павлин, и не заметил, что стал опаздывать. О'Нил поведала мне о том, что время сейчас на пару часов раньше, чем я думал, и указала пальцем на часы, висящие на стене. Я сверил их со своими наручными и транслируемыми на экране мобильного. Ди заматерилась. Ко всем прочим бедам ее часы отставали. - Да не волнуйся ты, успеем. Шоу все равно начнется в пять. Собирайся спокойно, я тут подожду, посмотрю телик. Кстати, я притащил еды. - И не напрасно. Не смотря на все свои отличия от прочих женщин, собиралась она те же три часа, что и прочие дочери Евы, на что я мог только терпеливо, буквально героически терпеливо вздыхать. Так я сделал и в этот раз, с улыбкой протягивая Хайди пакет с ее любимыми чипсами.

Отредактировано Richard Adderly (11.09.2016 19:06:15)

+2

3

ВНЕШНИЙ ВИД:

https://pp.vk.me/c636628/v636628135/28df9/iD0jC2WlRPY.jpg
https://pp.vk.me/c636628/v636628171/24d38/gZonAFVgA28.jpg

BRITNEY SPEARS — OOPS!
“Грёбаный помидор ты, а не Хайди О’Нил! Волосы красные, словно задница бабуина…”

Поскольку в моём распоряжении ещё оставалось полтора часа до встречи с носатым другом, я могла позволить себе вертеться перед зеркалом, придирчиво наблюдая за неуклюжим отражением самой себя. Я никогда не была против экспериментов с собственной внешностью, но случайно выбранная в магазине краска для волос цвета коммунизма — не самое лучшее решение после ржавого оттенка, с которым я щеголяла около месяца. И в тот момент, когда я решила на время вернуться к своему первоначальному виду (не считая коротко подстриженных и растрёпанных волос), госпожа Фортуна не только повернулась ко мне филейной частью, но и от души показала средний палец, вскинув руку над головой. Копия Статуи Свободы, мать её. К тому же, не самого высокого качества. Не то что я! Фен, временно заменивший факел композиции, взлетает вверх, сжимаемый моей рукой. Не хватает музыкального сопровождения в виде гимна США, но его достойно заменяет оглушительный грохот косметических средств, задетых проводом и упавших на пол. Да, я забыла вынуть вилку из розетки. С кем не бывает.

— У–а! И–я!

Не подняв упавшие за стол вещи, я спасаю от аналогичной участи и флакон лака для волос (надпись на нём кричит о суперфиксации, но это не так). Ну, не то чтобы спасаю… Скорее, с характерными междометиями предпринимаю попытки изобразить жесты факиров, на шоу которых мы с Аддерли и направлялись. Идея мужчины порадовала меня настолько, что я была готова прогулять пару по истории современного искусства. Честное слово! Но Ричард был неумолим. Заботясь о качестве моего высшего образования, мистер Орлиный Клюв предложил замечательно провести время на выходных. Я не возражала (ежечасное ворчание по поводу того, что длинный нос —показатель отнюдь не внушительного мужского достоинства, а отъявленного самодурства,не в счёт). Благо, синоптики порадовали меня отсутствием дождя, но, глядя на нахмуренное небо, я машинально отметила, что на зонт правило «Третий — лишний» не распространяется, как, впрочем, и на прогулку двух друзей.

Никто не верил в существование приятельских отношений между нами. Одногруппницы ехидно ухмылялись, спрашивая, как же мне удалось найти такого молодого «папика», готового платить за секс с молоденькой знойной красоткой и брать с собой в путешествия вокруг света с головокружительной частотой. Держу пари, что Аддерли просто нравилось наблюдать за тем, как я даю дёру от пустынных скорпионов или, перепутав манго с ульем диких ос, оглашаю пустыню дикими воплями, которые аборигены воспринимают как гнев языческих богов. Что касается членной моей семьи, доля скептицизма в их взглядах всё же присутствовала. Мать, будучи женщиной властной и консервативной, не раз говорила мне о том, что ничего не может связывать людей, принадлежащих к различным поколениям. Отец, то и дело хмурясь, просил быть осторожной и не влезть в очередную кучу дерьма, которые попадались на моём пути слишком часто. Сестра же напрямую говорила о том, что если я собираюсь строить отношения с археологом, то мне стоит всерьёз задуматься о таком понятии, как мужская импотенция, поскольку с каждым годом я буду видеть её неизбежные проявления. Признаться, я не считала подобного рода беседы разумными, поскольку они не оказывали на моё сознание предполагаемого действия. К тому же, попытки навязать мне своё мнение редко заканчивались успешно. Этим я гордилась даже больше, чем своими бёдрами, обтянутыми забавными трусиками с принтом “Hello Kitty”.

Ричард Тейлор Аддерли ввиду звучности собственного имени представлялся любому человеку как солидный и обеспеченный человек, который твёрдо стоит на ногах и знает, чего хочет от этой жизни. Но реальность не желала подстраивать свои законы под общественные стереотипы. Рик оказался тем самым человеком, который с возрастом приобретает не седину в волосах, а беса, сидящего где–то под ребром и толкающего на необдуманные поступки. Аддерли сочетал в себе несколько противоположностей. Владение собственностью в лице ресторана никоим образом не отображалось на его образе жизни: благо, надёжный управляющий мог позволить Рику провести недельку–другую под палящим солнцем пустыни возле очередной кучки камней, гордо именуемой «древними руинами». Тридцать два года — Господи, я до сих пор не могу поверить, что мой лучший друг скоро и сам превратится в мечту любого археолога! Впрочем, видя, с каким упоительным восторгом брюнет ковыряется в песочке, выискивая древние реликвии, я едва ли могу поверить в подлинность названного им возраста. Нет, паспорт в обложке с красными машинками, которым Ричард тряс перед моим носом, не убедил. Носатые мужчины — хитрецы: глазом моргнуть не успеешь, как они подделают документы, а потом ещё заявят свои права на твоё юное девичье тело. Ага, размечтались!

— Хотя… Недаром же на него так вешаются все бабы от мала до велика, — заявила я, глядя на своё отражение в зеркале. Тщательное мытьё головы, на которое я уповала с воистину детской наивностью, никоим образом не ослабило кричащий оттенок. Я всё ещё оставалась Хайди О’Нил с задницей бабуина вместо головы. Придётся смириться. Подавив в себе желание пнуть ногой ножку столика, я направляюсь на кухню: кажется, именно там я оставила мобильный, ещё недавно оповещавший меня об оставшихся двадцати процентах заряда. Беззвучный режим — и проблема решена!

— Во… сколько… встречаемся? — в то время как пальцы проворно набирают текст сообщения для мистера Аддерли, я проговариваю его вслух (глупая привычка, от которой мне сложно избавиться). Ответ не заставляет себя долго ждать: Рик, в свою очередь, уточняет, где меня искать в настоящий момент. Кажется, склероз — одна из ключевых черт, которая нас объединяет. В самом деле: где же мне ещё находиться, как не в арендованной квартире? Об этом я и сообщаю Аддерли в своей излюбленной манере под названием «Подъеби носатого». До начала шоу факиров остаётся время, и поэтому я гордой походкой следую на кухню под звуки напеваемого Имперского марша и с вытянутой вперёд рукой. За поеданием третьего бутерброда с колбасой и листьями салата меня и застаёт неожиданный звонок в дверь. Кого ещё черти принесли? Не открою: процесс поглощения пищи — святой обычай, который нельзя нарушать. Механическая трель не смолкает. “Людишки… ” — презрительно проносится в голове, которая отчаянно требует вот тот кусочек сырокопчёной колбаски, а не созерцания всяких идиотов… с носами. Рик, какого чёрта?

— И тебе не хворать, носатый друг и любовник женщин всея Нью–Йорка! — засмеявшись, пропускаю брюнета в узкий коридор и закрываю за ним дверь. — Да, сменила. Решила покрасить волосы в каштановый цвет… Какой ты умный! Прям страшно! — картинно приложив ладони к щекам, изображаю крайнюю степень шока от полученной информации. — Я в курсе, что каштановый выглядит по–другому. Просто перепутала упаковки с краской в магазине, а дура–парикмахер не соизволила уведомить меня о том, насколько я дальтоник. Да, не быть мне художником: я даже цвета различить не могу!

Археолог, посмеиваясь надо мной по–доброму, неожиданно отмечает, что новый цвет замечательно вписывается в образ. Что же, у меня нет причин не доверять лучшему другу. Продолжая играть в «Мой язык как помело, остановите меня, кто–нибудь!», делаю Ричарду замечание касательно того, что его ранний визит удивил меня. Совсем немного. Ладно, признаю: я охуела от такого поворота событий. Время–то раннее для того, чтобы отправиться на прогулку. Аддерли, взглянув на часы, увенчивающие стену гостиной, сверился со своими и наглядно продемонстрировал мне плод моей невнимательности: стрелки показывали другое время и отставали от положенного графика на два часа. Твою мать. ТВОЮ МАТЬ! Хотя нет, не так. ЕДА–А–А–А!

— Теперь я понимаю, почему все женщины без ума от тебя, Рик, — тщательно пережёвывая чипсы со вкусом сыра, констатирую я, возвращаясь в спальню и натягивая на светло–серую майку тёплую толстовку, которая уберегла бы меня от прохладного октябрьского ветра. — Ты просто знаешь, с какой стороны к ним подрулить! — натягиваю джинсы, скрывая от глаз мужчины позор в лице детских трусов. — И даже со вкусом угадал. Ну прямо золото, а не Ричард! Не был бы ты таким старым, вышла бы за тебя замуж, ей–богу!

Полосатые носки становятся завершающим элементом композиции. Теперь я готова к великим свершениям, о чём уведомляю Аддерли громким криком из соседней комнаты. Молчит. Неужели подавился крошкой и отправился к праотцам? Всё оказалось гораздо хуже…

— Мерлиновы ёжики! — возникаю на пороге гостиной, желая удостовериться в причине отсутствия реакции на свои слова. — Только не кулинарное шоу!

Мы застряли. Как полная женщина в дверях метрополитена. Как моя нога в песчаной дюне. Как огромный котяра, пытающийся протиснуться в небольшое отверстие своего домика. До окончания шоу ещё двадцать минут, и поэтому мне приходится, заняв место рядом с Риком, пялиться в экран телевизора, хрустя чипсами в качестве утешения, слушать возмущённые возгласы друга и нервно поглядывать на часы в ожидании конца этого спектакля. Мои молитвы были услышаны: время пролетело незаметно, и вскоре я уже зашнуровывала кеды, высказывая негодование по поводу того, насколько маленькую пачку чипсов отдал мне Аддерли. Свою, кстати, он так и не прикончил до конца, намереваясь сделать это по дороге на шоу факиров.

— Так. Ключи взяла, телефон тоже… — бормочу под нос, поочерёдно проверяя упомянутые вещи. — Будешь выходить последним, захлопни дверь, окей?

Как я и ожидала, брюнет не раскусил меня. В тот момент, когда он отвернулся, я резким движением выхватила из рук мужчины оставшиеся чипсы и ринулась вниз по лестнице. Безумный крик «МОИ ЧИПСЫ!», наверное, был слышен даже в соседнем штате. Рик, заливисто смеясь, бросается вдогонку за дерзкой расхитительницей гробниц и чужой еды, и вдруг…

БУХ! БАМ! ТАРАРАМ!

“Упс…”

Впервые в жизни мне стало страшно обернуться назад. В воздухе витал аромат предстоящих пиздюлей. Занавес.

Отредактировано Heidi Adderly (10.09.2016 23:42:53)

+2

4

FALL OUT BOY - THIS AIN'T A SCENCE, IT'S
CRASHING NOT LIKE HIPS OR CARS
YOU LOOK PRETTY SINKING

- У Мунка дурная слава, Ди, - профессорским голосом заметил я, весьма скептически оценивая ее пантомиму на самую знаменитую работу художника. - Не стоит "Крик" пародировать, а то мало ли какие мистические события случатся. - Мой голос первей всего приобрел этот самый мистический окрас, став низким и утробным, будто вещание неугомонного покойника из могилы, но номер не удался - О'Нил продолжала ведергиваться. Ну, что ж, тогда пускаем в бой секретное оружие - оно всегда работает. Верно? Результат на лицо: Хайди с едой - добрая Хайди, милая Хайди, Хайди, расточающая комплименты и превращающаяся в славного хомяка. Похоже, за щеки она запихнула сразу аж пол пачки чипсов, что я не смог не оценить. "Хм, неплохо, очень даже неплохо, детка, ты умеешь удивлять."
- Еда, милая, - лишь путь к постели. Знаешь, это как голубям дорожку из хлебных крошек выложить. А вот после секса женщины меня действительно начинают любить - ты совершенно права, - хмыкая, я проследовал за Ди в гостиную и проводил взглядом упакованную в очаровательные трусы аппетитную попку, на которой среди белого света ламп гораздо заметнее и ярче стала Хеллоу Китти. Шагая, Хайди виляла задницей - щеки Хеллоу Китти скакали вверх - вниз, вверх - вниз. Ну что за блядская совратительница? Меня ж посадят! Я отвернулся лицом к столу, на который и водрузил пакет с продуктами. О'Нил скрылась в спальне - я со спокойной совестью поправил штаны, чтобы тайна не стала явью. Не затыкающаяся подруга продолжала вещать из спальни, а я - ухмыляться. - Ну проблему эту можно легко решить: я делаю подтяжку морды, а ты накачиваешь силиконом сиськи. Затем с чистой совестью идем в ЗАГС и живем долго и счастливо. Хотя о чем это я? - Вытащив из пакета бутылку "Фанты", я призадумался, глядя отрешенным взглядом на часы. - Ты ж доведешь меня до могилы еще в медовый месяц.
Пока Ди одевалась, ойкая, похоже также падая и роняя шкаф, а может и устраивая с кем-то драку (так обычно выглядел ее уникальный стиль прихорашивания), я успел не только разобрать пакет с продуктами, но и подправить время на часах. Хоть что-то в этой квартире должно выглядеть прилично, ибо немытая посуда в раковине, заполонившие собой все и вся сохнущие холсты, краски и кисточки на каждом шагу вместе со скомканными неудачными эскизами отбрасывали обитель двух подружек очень далеко от триумфального пьедестала "идеального гнездышка". Ну ладно О'Нил, Осирис с ней, тут тяжелый случай, но ее подруга (Мэдисон? Эдисон? Глэдисон? Хоть убейте - не помню) могла бы прибраться, ан нет, перевелись в наши дни заботливые и умелые хозяюшки, а мы, мужчины, так ведь по ним тоскуем! Но в эпоху феминисток подобного счастья днем с огнем не сыщешь. Возможно, именно потому я все еще цеплялся за отношения с Джессикой: при всей своей независимости и холодности, она, как редко кто ныне из женщин, умела создать уют и окунуть мужчину в незабываемое ощущение возвращения домой. Да, Джессика меня не любила, не мечтала меня окольцевать и завести со мной орду детишек. Возможно, даже вероятнее всего, этого с ее стороны я никогда не дождусь, ведь порой она даже откровенно пренебрегает мной. Но стоило нам оказаться вместе, вдвоем наедине, как она отдавала мне всю себя, словно я для нее не просто очередной любовник, а самый что ни есть любимый муж. И ничего и никогда не просила взамен за исключением достойного к ней отношения. Меня это сводило с ума и привязывало к ней с каждым разом все больше.
Джессика. Как я ни старался, а отделаться от мыслей о ней мне почти не удавалось. Так или иначе ее образ, слова или особенности всплывали в голове, убеждая, что все вокруг не то и не так. Встревоженный тем, что думаю о ней чаще, чем следует, я не раз задавался вопросом о том, как я сам к ней отношусь. Кто она для меня? И, черт бы побрал, никак не мог найти ответа. В моем сердце она заняла какое-то особое место, будто не изученный кусочек на карте, ни определения - ни названия которому не существует. Подобно Колумбу, я пытался исследовать его, изучить и понять, но все шло наперекосяк - мне так и не удавалось добраться до берегов острова "Джессика". Одно лишь я знал наверняка, что эта женщина стала для меня кем-то особенным. Собственно, как и О'Нил, но только совсем иначе.
Подальше от греха серьезных философских рассуждений я раскрыл пачку с чипсами "аппетитный укропчик со сметанкой" и нажал на кнопку пульта, врубая телевизор. Очень удачно врубил - на экране засветилось кулинарное шоу. Тут реальность меня покинула.
- Не, ну, что за хрень, мужик? - закидывая чипсы в рот, я обнялся с шелестящей синей пачкой и почесал к дивану, не отводя взгляд от телевизора. Сел. Что-то неудобное врезалось мне в задницу. Закрыв глаза, я достал хреновену, надеясь всем сердцем, что это не фаллоиметатор, вибратор или страпон. Мне повезло: это был... банан! Закатив глаза, я отбросил плюшевую игрушку в сторону и продолжил смотреть шоу. Ну, как смотреть, скорее больше фейспалмить и комментировать с матами.
- Нахуй ты это делаешь, идиот? Тебе ж сказали апельсиновый сок, а не сметана. Ну ладно б ананасовый добавил, экспериментатор хренов, но СМЕТАНА, КАРЛ?! Бля-я-я-я, - чуть не отбил себе лицо до синяков фейспалмом. Что за боль? Ну что ж все бля такие умные, но только в уборную не просятся. Боги. Глаза мои были бедные, но их я не отводил. Даже на вошедшую Хайди, хотя ее я просто не заметил, поглощенный увлекательным шоу и поеданием чипсов. Как раз настал решающий момент оценок жюри - моя самая любимая часть шоу. Бредли Трампл, один из ведущих кулинарного поединка, отличался не только фантастической мимикой, но и убийственной прямолинейностью, поэтому если ему подавали дерьмо - это сразу становилось заметно по его лицу. Непревзойденно гримасничающему лицу. Если Бредли хотел блевать - этого хотели и все вокруг, даже не пробуя лежащую у него на тарелке мерзость. А уж если блюдо ему понравилось! А уж если он начинал его расхваливать! Публика томилась в его словах и, выключив телевизор, ощущала зверский голод. Не просто до еды, а именно до хорошей кухни. Я читал в статьях, что многие журналисты и ресторанные бизнесмены считали, будто именно благодаря Бредли в последнее время у публики возрос дикий интерес к такому веянию, как постоянно обедать вне дома. Именно не в ближайшем фаст-фуде или банальной кафешке, а в приличном месте. Разумеется, самой большой популярностью пользовались те рестораны, шеф-поваров которых выделил среди прочих мистер Трампл. Если честно, заслужить похвалу такого ресторанного критика мне хотелось просто до потери пульса, но риск снискать его неудовольствие доводил меня до холодного пота. Как представлю его разносящую мои творения в пух и прах тираду, так аж сердце замирает. Не раз обдумав эту мысль, я всегда приходил к выводу, что лучше остаться безызвестным, чем стать опозоренным самым известным и почитаемым ресторанным критиком - после такого, как говорится, не оправляются, как после смерти. Потому, кусая локти, я никогда не пропускал любимое шоу (хотя сегодня это вполне могло случиться, ибо я про него просто-напросто забыл) и тайно мечтал о том, что однажды окажусь там в числе победителей, а Бредли, встав из-за стола, подойдет ко мне и пожмет руку, хваля мои кулинарные изыски. Если бы только это случилось, я бы получил такое бешеное признание, что даже подавай я затем вонючие гамбургеры из Макдоналдса - мой ресторан все равно оставался бы на пике славы и не терял свою клиентуру, а только приумножал. Как ни печально, не смотря на то, что едят все люди с первого дня своей жизни, в кулинарном искусстве разбираются какие-то жалкие сотни во всем мире. Распробовать и понять оригинальность того или иного блюда могут и того меньше. Потому максимум, что можно было ожидать от преобладающей публики - фото в совсем недавно молниеносно покорившем всех инстраграме с кучей лайков. Тоже мне счастье.
- Ну, все, можем идти, - горько и разочарованно выдохнув, я перебил прощальную речь ведущего шоу и отключил телевизор. В моей душе засел осадок от сотни разных неприятных мыслей, связанных с моим рестораном. Переживал за него я так, словно он во истину был моим ребенком, которого незаслуженно обидели. О'Нил, правда, ничего подобного не испытывала, даже наоборот, подскочив на месте и ускакав, как коза, в прихожую, она светилась небывалой радостью. Ни то от того, что поела чипсов, ни то от того, что кулинарное шоу закончилось. Однако по ее возгласам из коридора, которые становились все громче с моим приближением, я понял, что из-за второго. Как оказалось, вечно недоедающей и голодной, как дети в Африке, Хайди чипсов досталось мало. Просто без комментариев.
- Не будь я твоим другом, позвал бы в свой ресторан обедать - ты б мне сделала недельную прибыль, - нацепив кроссовки, которые являлись настолько удачно продуманными, что их не надо было шнуровать (хотя я рад, что обувь Ди со шнурками, ибо ее задница в позе "рака" даже такому опечаленному мне делает настроение полностью), я прижал поближе к себе пакет с чипсами и полапал свою задницу, ища в карманах мобильник - не нашел, задумался. Наклонив голову от тяжести перевешивающего носа, я озадаченно залез в карман толстовки и с облегчение улыбнулся, найдя его там. Хайди что-то пищала про дверь, но я не слушал - половину моих мыслей занимал мобильник, а другую - обтянутая джинсами сексуальная задница Ди. Не успел я и взгляда оторвать от созерцания своих кроссовок и пола в прихожей, как маленькая засранца выдернула у меня из рук пачку с чипсами и... и... СБЕЖАЛА!
- МОИ ЧИПСЫ! - сам от себя не ожидая, заорал я в ответ так громко, что чуть не оглох. Ну и вперед рванул, ясное дело. - ЖИВО ВЕРНИ! ТЫ СВОИ УЖЕ СЛОПАЛА! - мы оба смеялись, бегом спускаясь по лестнице. Как истинный горный или велкопоповетский кОзел, я бежал за ней, перепрыгивая через ступеньку. Маленькие ножки Ди, прямо-таки лапатушки, быстро перебирали шаги, спускаясь по каждой ступеньке. Что было весьма неожиданно со стороны О'Нил, она предусмотрительно держалась одной рукой за перила, а я - нет. Я ж крутой мэн! Супермэн! Такие не думают о собственной безопасности. Потому удачно проскакав два этажа, третий я уже не осилил и, неудачно спрыгнув не на саму ступеньку, а на ее стык, повалился кубарем вниз. Хайди, вжав в себя плечи, застыла на лестничном пролете, что я заметил, уже оказавшись рядом с ней, но только на пол метра ниже ее роста. Твою мать. До этого я, как попрыгунчик, пересчитал носом и не только все ступени, делая акробатические сальто, и завершил свой трюк в позе кривой каракатицы.
- Да еб твою мать! - Едва живой, а скорее почти дохлый, простонал я где-то на уровне сочных полупопий. - Бля, Ди, говорил же, чтобы не пародировала Мунка. Знал же. Это все ты виновата. Ну бля. - Я попытался встать, но не смог. Боль охватывала все несчастные конечности моего тела, но особенно левую ногу и, как я узнал через несколько мгновений, заодно левую руку, которая, в отличие от правой, держаться за стену не хотела. - Мне пиздец. Кажется, я нахер все сломал. О'Нил, хули ты стоишь? В скорую звони! Мне не встать.

Отредактировано Richard Adderly (11.09.2016 19:20:26)

+2

5

Хлоп–хлоп.

И нет, это не звук, с которым Аддерли отвешивает мне подзатыльники, а лишь мои тщетные попытки отыскать в карманах телефон путём похлопывания по ним, как по заднице аппетитной девочки. Всё могло бы хуже. Возможно, если бы я стояла к носатому орлу (а какой полёт–то был, а!) чуть ближе, чем сейчас, то пришлось бы вызывать не машину «скорой помощи», а катафалк. Для меня. Эта шальная мысль вызывает желание спуститься на пару ступенек, что я, собственно, и делаю, вызывая у Рика очередной вопль. Мужчина крайне возмущён моей медлительностью и равнодушием, и мне приходится цыкнуть на него, дабы его монолог не вынудил любопытных соседей открыть дверь своих апартаментов, а после — настучать на меня арендатору за то, что я веду разгульный образ жизни. Да, веду. Но не с Аддерли. К счастью или к сожалению — пока не выяснила.

— Алло? Это скорая? — дрожащим голосом спрашиваю я под гневный комментарий «Нет, бля, пиццерия!», доносящийся до моих ушей сзади. — Здесь мужчина, и у него… Он не встаёт, в общем.

— Охренела, О’Нил? — от громогласного рёва брюнета я едва не выпускаю телефон из рук. Истеричка. — Ногу мне сломала, так ещё и импотента из меня делаешь?!! Всё у меня встаёт. ВСЁ! Нога вот только не желает. Благодаря некоторым…

— Вот, в общем–то, как–то так, — невзирая на то, что собеседник с приятным раскатистым голосом меня не видит, я пожимаю плечами, будучи уверенной в отсутствии необходимости повторять слова археолога. Не удивлюсь, если о его репутации секс–гиганта услышали и на Марсе. — Мой друг упал с лестницы и, кажется, сломал ногу. Думаю, что и руку, потому что он совсем не может на неё облокотиться. Приезжайте, пожалуйста: я не дотяну эту тушу до ближайшего травмпункта… — озвучиваю адрес своей квартиры и, высказав наше намерение дождаться приезда машины с мигалками, сбрасываю звонок и лишь тогда с опаской поворачиваюсь к Рику, чьё лицо меняет цвета быстрее светофора на центральной улице Манхэттена.

— Скорая обещала приехать. Тебе… сильно больно? ПЕРЕСТАНЬ НА МЕНЯ ОРАТЬ! — дрожащий голос уступает место оглушительному вскрику, поскольку брюнет в очередной раз говорит о том, какую степень суровости присудят выданным мне пиздюлям судмедэксперты. — Принести тебе водички? Нет–нет, не отпирайся. Сиди здесь и никуда не уходи! — не обращая внимания на очередной упрёк от брюнета, я направляюсь вверх по лестнице. Попасть ключом в замочную скважину, когда твои руки имитируют конечности алконавта, очень сложно, но спустя минуты полторы моих чертыханий и нецензурной брани, сочетающихся с пинками двери, мне удаётся попасть в своё гнёздышко. Мысль о том, что до приезда «скорой помощи» можно отсидеться здесь, не покидает меня, но оставить друга на холодном полу умирать от обезвоживания организма — грех, за который Сатана ещё кольнёт меня вилами в зад. Налитая в стакан вода кажется мне недостаточно холодной, и поэтому я дополняю её несколькими кубиками льда. Хайди бросает предметы в жидкость — всё вокруг будет в брызгах этой жидкости. Прискорбно, конечно, но придётся смириться с этим фактом. Схватив с дивана любимый плед в чёрно–жёлтую полосочку, всегда придававшую мне сходство с осой–переростком, я покидаю квартиру во второй раз за сегодняшний день. Надеюсь, что эта попытка окажется более удачной.

— Вот, — бросаю плед прямо в Аддерли, который продолжает орать на весь подъезд. — Подсунь его под то, что у тебя встаёт, а то ведь в действительности вставать не будет. Давай–давай. Не надо так кряхтеть, тебе ведь не так больно, как ты об этом говоришь! — с горем пополам мы усаживаем пятую точку брюнета на мягкий плед, и я протягиваю ему стакан с водой. — Выпей. Ты какой–то бледный. Ещё сознание потеряешь, а мне с тобой нянчиться.

Не церемонясь с джинсами, я плюхаюсь прямо на голые ступеньки и, скрестив ноги в позе «я турецкий султан», пристально наблюдаю за тем, как Рик делает несколько глотков и демонстративно отставляет стакан в сторону. Ути–пути, наша носатая принцесса сегодня не в духе. Прикладываю огромные усилия для того, чтобы сдержать смешок: в противном случае стакан с водой полетит прямо в меня. Аддерли такой. Он на всё способен. Зачем рисковать? От философских размышлений и риторических вопросов меня отвлекает звук чьих–то торопливых шагов. “Странно. Визга машины ведь не было слышно. Или переломанную ногу они не считают достойным поводом для спешки?..”

— Где пострадавший? — медбрат улыбается, глядя на полосатого Ричарда, и переводит взгляд на меня. — Зачем Вы так укутали его?

— Не хочу, чтобы он отморозил себе что–нибудь, пока сидит на полу. Кто ещё не позаботится об этом идиоте, как не его подруга? — я не сдерживаю улыбки, едва священное негодование Аддерли прерывает мою милую беседу с последователем Гиппократа.

— Да ты уже постаралась, О’Нил! Доктор, а можно меня в больнице оставить? Желательно в изоляторе! — брюнет округляет глаза и заговорщическим шёпотом продолжает: — А то она мне ещё что–нибудь сломает.

— Нет, это невозможно, — напряжённая физиономия паренька говорит мне о том, что тот едва сдерживает рвущийся наружу хохот. — Мы сделаем рентген, наложим Вам гипс и отпустим домой выздоравливать. А мисс О’Нил проследит за Вами. А теперь, — медбрат вместе со своим напарником опускает носилки рядом с Риком, — давайте попробуем аккуратно перевалиться сюда. Если Ваша нога в действительности сломана, не стоит опираться на неё и хромать до машины своими силами.

Я помогаю Аддерли перевалиться на носилки, в то время как он отчаянно сопит от боли и, я уверена, мысленно материт меня на всех языках, которыми он владеет. В этом и заключается единственный недостаток дружбы с археологами: иногда они говорят такие слова, по которым не поймёшь, то ли тебя зовут на свидание, то ли послали куда подальше. Медики в голубых халатах осторожно сносят Ричарда по ступенькам, а я забираю одиноко брошенный на полу плед и обматываюсь им, словно плащом Супермена (чистой стороной, естественно, к себе). Дверь квартиры, расположенной на лестничном проёме выше, распахивается, и из неё выглядывает Ксан. Судя по лоснящимся волосам и обнажённому телу, он как минимум наблюдал за увлекательным спектаклем и решился в очередной раз попробовать затащить меня в свою койку. Небрежно подперев широченной спиной дверной косяк, шатен вызывающе улыбается, показывая кивком головы на стакан с водой.

— А убрать за собой, куколка? Я могу тебе помочь…

— О да, конечно!

— Правда?

— Нет, конечно! Иди в жопу! — я поспешно спускаюсь по ступенькам, искренне надеясь на то, что карета «скорой помощи» ещё не уехала и что мне не придётся полдня ловить такси в столь экстравагантном наряде…

* * * * * * * * * * * * * * *

— ДОКТОР, ЧТО С НИМ?!

Испуг в моём голосе мог бы иметь вескую причину, если бы Аддерли упал как минимум с десятого этажа, а не протёр своей задницей несколько ступенек. Травматолог ёжится от громкого крика и прикладывает указательный палец к губам, давая мне понять, что правила поведения в общественном месте всё же желательно соблюдать.

— Перелом ноги. Кость почти треснула пополам. Пару резких движений — и пришлось бы делать операцию по установке штифтов… — я не знаю, что это за дивная хрень, но всё равно прижимаю ладошки к образующему идеальную букву «О» рту: звучит это действительно ужасно. — Что касается руки, там всего лишь небольшая трещинка. Но мы наложили фиксирующую повязку, так что нужно обеспечить мистеру Аддерли полнейший покой. У него есть кто–то, кто смог бы ухаживать за ним около месяца?

— Я! — мой ответ звучит незамедлительно и встречается со скептическим взглядом травматолога.

— А Вы та самая девушка, из–за которой мистер Аддерли сломал руку?

Я закатываю глаза. Господи, кому ещё он НЕ успел пожаловаться?

— Да.

— Эм…

— Это была случайность. Такого больше не повторится. Обещаю, доктор.

— Хорошо, — врач всё же признаёт, что положение безвыходное, и ему приходится доверить пациента даже такой раздолбайке, как я. — Мистер Аддерли ждёт Вас у кабинета. Я выписал ему медикаменты с высоким содержанием кальция и, конечно же, посоветовал ему придерживаться определённой диеты. Вы проследите за этим?

Утвердительный кивок в ответ — и я стремглав мчусь по длинному коридору, едва не сбивая с ног работников госпиталя. Аддерли сидит на мягком пуфе, старательно изображая из себя обиженную добродетель. Занимаю место рядом с ним и, робко улыбнувшись, протягиваю руку в знак примирения.

— Ну не дуйся на меня. Ты же знаешь, что я не хотела этого. Всё будет хорошо, — судорожно сглатываю, переведя взгляд на гипс, который отныне красуется на левой ноге Рика. — Не волнуйся. Я буду ухаживать за тобой и на время твоей…кхм…болезни временно переселюсь к тебе. По крайней мере, тебе нужен кто–то, кто сможет принести стакан воды и заплатить за доставку пиццы. Я же не виновата, что ты не женился в свои тридцать три года!

Археолог никак не реагирует на мой смешок, продолжая сверлить упрямым взглядом стену напротив. Я не нахожу лучшего варианта и, свернув лист с рекомендациями врача в трубочку, настойчиво стучу им по черепной коробке Ричарда.

— Скажи что–нибудь, а то я сломаю тебе другую ногу. На этот раз специально. Как раз и идти далеко не надо: мы и так в травмпункте.

+2


Вы здесь » Manhattan » Флэшбэки / флэшфорварды » - Я - твое сердце! Иди влюбись! - А ну заткни свою аорту! ‡флеш