http://co.forum4.ru/files/0016/08/ab/34515.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/95139.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/86765.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/40286.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/22742.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/96052.css

Manhattan

Объявление

Новости Манхэттена
Пост недели
Добро пожаловать!



Ролевая посвящена необыкновенному острову. Какой он, Манхэттен? Решать каждому из вас.

Рейтинг: NC-21, система: эпизодическая.

Игра в режиме реального времени.

Установлено 5 обложек.

Администрация
Рекомендуем
Активисты
Время и погода
Дамиан · Марсель · Мэл

Маргарет · Престон

На Манхэттене: декабрь 2016 года.

Температура от +4°C до +15°C.


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Manhattan » Альтернативная реальность » wild roses, blue skies. ‡альт


wild roses, blue skies. ‡альт

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

«Смысл моей жизни». Не существования, а жизни. Важное различие. (с)
[mymp3]http://dump.bitcheese.net/files/ginetok/Nick_Cave__Kylie_Minouge_-_Where_The_Wild_Roses_Grow.mp3|[/mymp3]
http://i78.fastpic.ru/big/2016/0918/d2/03320f2a13734df5c4315f6cec00c7d2.gif

Отредактировано Yon Carlos Luna (18.09.2016 15:05:25)

+1

2

http://s7.uploads.ru/yCTD8.png
Надев на ноги поношенные простецкие ботинки и заправив рубашку в штаны, Йон вышел на дорогу и заспешил на северный край деревни - трижды в неделю он проделывал такой путь через поселок, чтобы добраться до дома пекаря и обменять немного моркови или других овощей на буханку горячего хлеба прямиком из печи. Каждый раз это казалось ужасным испытанием, ведь теплый хлеб обжигал пальцы, а его аромат до того соблазнял желудок, что Йону приходилось занимать рот чем-то другим - тогда, возвращаясь, он срывал растущие вдоль дороги цветы и ел их, лишь бы не поддаться соблазнам и не отломить кусочек хлеба только для себя одного. В такое время быть эгоистом - непозволительная роскошь. Принесенная буханка хлеба всегда делилась на несколько кусков, так, чтобы хватило примерно на три дня. Получалось ничтожно мало, а спустя время хлеб черствел и уже не был таким вкусным. Это всегда огорчало Йона, так что иногда он испытывал сожаление, что все изменилось так быстро. Он помнил время, когда хлеба было достаточно, когда скот не голодал, да и они жили, можно сказать, на широкую ногу. Отец Йона был хорошим и важным человеком в деревне, к его мнению прислушивались, а в огороде этого достопочтенного месье всегда можно было найти самые лучшие и вкусные овощи. Но после прихода войны пришлось затянуть пояса, хотя беда пока еще не коснулась их деревни напрямую. Йон видел солдат французской армии, которые шли мимо деревни дальше на восток: их всегда встречали сытно и радостно, веря в победу и надеясь, что все встанет на свои места. Но время тянулось, а доносящиеся до поселка новости не радовали - немецкая армия выигрывает сражение за сражением, французские и британские войска оттесняются на запад, к морю. Многих это доводило до отчаяния, позволяло страху вырваться наружу. А Йону в ту пору казалось, что их деревню защищают сами небеса - иначе как объяснить то, что до сих пор дома стояли целы, а люди были живы, не смотря на разруху, что царила по всей стране? Не иначе как им везло. Не иначе как они были под защитой. Йон свято в это верил, а потому без страха занимался делами, которыми привык заниматься - ходил за хлебом, ухаживал за скотом, занимался огородом. Родители считали, что не за горами времена, когда придется заколоть свинью, пусть та и была еще маленькой. Каждый раз, кормя ее, Йон хотел, чтобы эти времена наступили не скоро.
Вернувшись с пыльной дороги, он прошел на кухню и положил на стол еще теплую буханку хлеба. Матери нигде не было, как и отца - оба куда-то запропастились, оставив его одного. Посидев немного на табурете за столом, Йон поднялся и решил спуститься в погреб за картошкой: наверное, родители ушли куда-то по делам, а, вернувшись, будут голодны, так что лучшим вариантом было приготовить что-нибудь на обед. Суп с луком и картошкой точно придется им по душе, так что этим Йон и решил заняться. 
Растопив на сковороде кусок свиного сала, он взялся за лук, а затем решил добавить туда немного моркови - одна морковка роли не сыграет, но суп будет чуточку вкуснее. Мать говорила, что в такой суп можно добавлять что угодно - хуже он точно не станет, так что Йон следовал ее советам, желая сделать как нельзя лучше. Он привык делать что-то для семьи, ему нравилось заниматься всеми этими небольшими поручениями, когда было время между огородом, животными и сном. Помимо свиньи у них было несколько кроликов и куры, что несли яйца. Когда-то отец владел парой лошадей, но их пришлось продать, чтобы более-менее неплохо жить в такое время, так что конюшня пустовала. Это особенно расстраивало Йона, ведь когда-то он умел ездить на лошади, он любил чистить коней и следить за конюшней. Теперь это было в прошлом, и он с тоской поглядывал на закрытые двери, за которыми некогда мог проводить часами, вдыхая запах сухого сена и конского пота. Там же теперь покоились специальные щетки, седла и прочие вещи, которые отец продать не успел. Вздохнув, он поставил на огонь большую кастрюлю, чтобы доварить суп.
Родители вернулись ближе к вечеру, еще и не одни - за ними в дом вошло четверо солдат, казавшихся такими неуместными на небольшой кухне деревенского дома. Их зеленая форма была испачкана грязью, кое-где порвана, их лица были уставшими, и все, как один, принюхивались к аромату лукового супа.
- Ты приготовил ужин? - спросила мать и погладила его по волосам. - Молодец. Теперь мне нужно, чтобы ты сбегал и нарвал немного полыни. И, если будет по пути, загляни к месье Жаку, попроси у него две ложки козьего жира, скажи, что завтра отец принесет ему за это яиц. Понял? А теперь беги, и поскорее.
Окинув взглядом мужчин в солдатской форме, Йон проскользнул мимо них и помчался в сторону леса, зная, что там можно будет найти большие кусты горькой полыни. Зачем она понадобилась матери - оставалось только гадать, но Йон не привык задавать вопросы, так что просто делал. Так же загадкой оставалось то, почему вместе с родителями пришли солдаты: они не казались опасными, скорее походили на тех, что ищут приюта. Йон не боялся, хотя сердце зашлось в испуге, как только он увидел их, таких больших, сильных, потрепанны войной. Неужели они направлялись к морю?
Забежав к месье Жаку и взяв у того козий жир, он вернулся домой. На кухоньке сидели отец и двое из солдат, они молча ужинали супом, пощипывали хлеб, не глядя друг на друга.
- Я принес все, что просила мама.. - сообщил он отцу, когда тот взглянул на сына.
- Хорошо. Она в конюшне, отнеси это туда. - ответил отец и пригубил вина из бокала.
Там же обнаружились и двое других солдат. Устроив им из старого сена лежанки, мать хлопотала над одним, на груди которого виднелась ужасная рана. Йон так и замер в проходе.
- Это ты, Йон? - не оборачиваясь, она уже знала, кто пришел. - Иди сюда, помоги мне.
Она промывала загноившуюся рану, пока солдат болезненно морщился. Присев рядом, какое-то время Йон просто наблюдал за процедурой, ничего не говоря.
- Видишь этого мужчину? - тихо спросила мать. - Это главный среди них. И, если не ухаживать за раной, он быстро умрет.
Йон молча и понимающе закивал, стараясь не смотреть солдату в глаза.
- Ты собрал полынь с ягодками?
- Да.
- Выдави сок в тарелку и возьми бинт. Мне нужно будет наложить это ему на рану, а затем замотать, чтобы не гноилось. Но потом это будешь делать ты. Так что я хочу, чтобы ты на это посмотрел.
- Хорошо, мама.
- Ему будет очень больно. - с сожалением сказала она, прежде чем Йон исчез в дверях конюшни.

+2


Вы здесь » Manhattan » Альтернативная реальность » wild roses, blue skies. ‡альт