http://forumfiles.ru/files/000f/3e/ce/11825.css
http://forumfiles.ru/files/000f/13/9c/62080.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/40286.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/95139.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/86765.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/22742.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/96052.css

Manhattan

Объявление

Новости Манхэттена
Пост недели
Добро пожаловать!



Ролевая посвящена необыкновенному острову. Какой он, Манхэттен? Решать каждому из вас.

Рейтинг: NC-21, система: эпизодическая.

Игра в режиме реального времени.

Установлено 7 обложек.

Администрация
Рекомендуем
Активисты
Время и погода
Люк · Марсель · Маргарет

На Манхэттене: ноябрь 2017 года.

Температура от +7°C до +12°C.


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Manhattan » Флэшбэки / флэшфорварды » О чем говорят девочки-подростки ‡флеш


О чем говорят девочки-подростки ‡флеш

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

https://68.media.tumblr.com/d1abdfcaf6b9b8a9b3446af55b7c7a29/tumblr_ohayx4dImf1u8pmwwo2_r1_1280.png

Mahattan Pictures
НЕ ПРЕДСТАВЛЯЕТ
Jemma Taggart, Joradan Rose, Laura Grace Clark
в остросюжетном триллере с огромным количеством элементов комедии

О ЧЕМ ГОВОРЯТ ДЕВОЧКИ-ПОДРОСТКИ
[audio]http://pleer.com/tracks/12896005t3Uw[/audio]

Дата выпуска: 4 сентября 2016 года

Краткое описание сюжета:
После того как звенит звонок с последнего урока, подростки разлетаются, разбредаются, расходятся кто-куда. Кто-то идет в кружок, кто-то гулять с друзьями, а кто-то на занятия спортивной секции. Лаура, Джордан и Джемма не исключение, три подруги собираются вместе для того, чтобы решить все философские и сложные проблемы мира, понять кто кому нравится и почему зеленые мармеладки вкуснее красных или синие все же лучше?

Возрастные ограничения: 99+

Порядок постов:
Лаура, Джордан, Джемма.

Отредактировано Laura Grace Clark (08.01.2017 21:34:02)

+4

2

Последние десять минут мировой художественной культуры тянулись бесконечно долго. Я всегда любила по долгу рассматривать картины из разных альбомов, которые остались от родителей, но это же какая скука слушать и рассуждать о трех лишних мазках Рембрандта на его картине. Неужели это и правда было настолько важно, что говорить об этом мы были вынуждены целый урок напролет. Я слышала, что иногда бывало и интересно на этом уроке, но чаще хотелось бить головой об стол и спрашивать за что нас наказали? Вот этот урок явно был именно таким, раз мы с места в карьер отправились в какие-то жуткие дебри.
Подруг моих рядом тоже не было, что не могло огорчать, будь здесь со мной Джемма или Джордан мы бы уже давно перекидывались бы записками или играли в морской бой, но в итоге я даже не могла им написать сообщения. Старая ведьма, миссис Марч, отбирала у нас телефоны на пороге, чтобы мы ее слушали внимаааательно. Не помогало, все равно кто-то смотрел в окно, кто-то рисовал на полях тетради, а кто-то просто спал. Я же изучала количество жвачки, приклеенной к потолку. Она там кстати тоже от скуки явно появилась, зачем еще кто-то методично выкладывал загадочный узор сверху я не знаю. Получилось кстати красиво и интересно, обидно только что скоро все это счистят и закрасят свежей краской, мне оставалось только надеяться, что художник все еще учится в школе и восстановит свое творение после.
Школьный звонок резкий и по-своему противный прозвучал, как сигнал к освобождению. Все находящиеся в кабинете разом вскочили, словно по команде и кое-как запихав вещи в сумки табуном понесли к выходу, устроив едва ли не драку над коробкой с телефонами. Обычно я стараюсь выжидать время, пока все закончится, но в этот раз мне отчаянно хотело вырваться на свободу в числе первых. Практически с боевым кличем индейцев я пробралась в самую гущу событий, на счастья я все еще была выше большинства одноклассников и в то же время в ширину была раза в два меньше любого другого, поэтому просочиться к самой коробке мне не составило труда. Сложнее было выудить именно свой телефон, а потом пробиться на свободу к выходу.
«Я буду на газоне за футбольным полем» - продираясь сквозь компании веселых однокашников, разбредающихся кто куда, я быстро набрала и отправила сообщение девчонкам. Мы – я, Джордан и Джемма – были тремя не самыми популярными личностями в классе. Нет, над нами не издевались, не закидывали в мусорные баки и не обливали свинной кровью, хотя последнее вполне могло оказаться где-то в будущем. Нас не так, чтобы трогали, но и нельзя сказать, что кто-то из однокашников нас сильно любил. Мы просто были и были, старались не трогать никого лишний раз, а они не трогали нас. Хотя, нет, вру я, конечно, Таггарт трогала всех, кто попадался под руку, она была главным дестабилизатором и источником шуток в параллели за это ее и любили, и побаивались, и держались подальше одновременно. А из-за того, что мы с Джордан водили дружбу с Джеммой нас тоже не трогали, так сказать за компанию.
Оставив все ненужные тетради и учебники в шкафчике, честно говоря, я оставила их там все, домашнего задания еще толком дать не успели, а таскать все эти тяжести ради того, чтобы пробежать глазами параграф из учебника была лень. Всегда же можно успеть пролистать перед уроком или прямо во время. Удивительно, но коридоры все еще кишели моими сверстниками, которые все никак не могли разойтись по домам, делам и занятиям, хотя с другой стороны сейчас было самое время, когда все пробовались в разные школьные сборные, в школьный оркестр и драм кружок. Легко уворачиваясь от тех, кто пытался меня куда-то зазвать, кажется, когда я подходила они узнавали и заранее зная ответ отходили в сторону. Было немного обидно, что слава бежит впереди меня, но с другой стороны я была даже рада, что не приходилось никому объяснять, почему я не умею играть на кларнете или боюсь выступать на сцене. Для меня даже выход за аттестатом в средней школе был жутким кошмаром, я, кажется, только чудом ничего не напутала, какое тут участие в постановках. Тем более, что я уже успела записать в фотокружок и меня даже с порога опять вписали в комитет ежегодника.
На улице было тепло и уютно, даже солнышко светило. Улыбнувшись, я, прикрыв глаза ладонью, посмотрела на небо. Свобода! Я не могла себе представить, как себя чувствуют заключенные, которые сидят целыми днями взаперти. Для меня всего несколько уроков казались невыносимой мукой и кошмаром, а возможность выйти на улицу и вдохнуть свежий воздух было чем-то безумно приятным и драгоценным. Нет, у школы был внутренний дворик-колодец, но это все равно не тоже самое, как сейчас. Спустившись по ступенькам, я прошла вдоль футбольного поля, где уже во всю прыгали две команды, олицетворяющие собой почему-то гордость школы, я уселась под старым дубом, который мы присмотрели в первый же день и прикрыла глаза.
- Как же мне все это надоело, - я выдохнула и сорвав пару все еще зеленых травинок рядом с собой стала ждать подруг.

+2

3

- Интер… Энтер… Интерпретан… - старательно выводила Джордан в своей тетрадке по испанскому языку, не забывая о знаках пунктуации. - Унос акторес… - при этом она проговаривала текст про себя с ужаснейшим американским акцентом, зато это помогало писать без ошибок.
И кто ставит такие сложные задачи в самом начале учебного года? Ученики ещё не успели прийти в себя после летних каникул, не успели обменяться впечатлениями и похвастаться на тему: кто круче провёл лето. Джордан в основном помалкивала, впрочем, её и не спрашивали. А если бы спросили, она была уверена, что даст фору любому из её одноклассников! Пусть она не отдыхала на Гавайях, не была в Париже и не навещала бабушку в Калифорнии, но в её жизни произошли такие кардинальные перемены, что всё остальное просто меркло по сравнению с этим.
Джордан тщетно пыталась сосредоточиться на уроке, но её новый статус не давал этого сделать. Ей казалось странным, что никто вокруг не замечает никаких изменений, но в то же время это служило отличным напоминанием о том, что Джо - лишь маленький, незначительный винтик в рабочей машине под названием “школа”. Иногда даже думалось, настолько незначительный, что при разборке можно этот винтик потерять, затем собрать организм снова - и он будет спокойно функционировать и без этой запчасти.
Джордан с тоской взглянула на часы - до конца урока оставалось всего ничего, но последние минуты тянулись бесконечно долго. Оставалось только надеяться, что учителю не придёт в голову спрашивать сейчас.
Прозвенел звонок, и ученики весёлой гурьбой повалили вон из класса, громко переговариваясь на ходу, а учитель кричал им прощальные фразы на испанском языке.
- Аста луэго, синьора Гонсалез, - откликнулась Джордан, утыкаясь в телефон и читая сообщение от Лауры.
Наконец-то! - выдохнула она с облегчением, откидывая голову назад и больно ударяясь затылком о дверцу шкафчика.
- Аутч! - болезненно поморщилась Роуз  и потёрла место ушиба. Она воровато огляделась по сторонам в надежде, что этого конфуза никто не заметил. Конечно, ничего страшного не произошло, но так будет думать лишь тот, кто никогда не учился в старших классах муниципальной школы.
Она затолкала учебники в шкафчик, прихватив с собой только пару тетрадок, чтобы не тащить с собой такую тяжесть домой. Домой. При мысли об этом слове её глаза загорелись. Впервые в жизни ей было куда идти, впервые в жизни её кто-то ждал, потому что хотел, а не потому, что отвечал головой перед государством. Девушка улыбнулась самой себе, захлопнула шкафчик и поспешила на футбольное поле.
Странно, - мелькнуло в голове. - Откуда в такой час здесь столько народу?
Это позже уже она сообразила, что сегодня - день самоопределения для тех, кто хочет участвовать в общественной жизни школы, кто хочет быть в центре социума или как-либо проявить свои творческие способности. Одна малая часть Джордан хотела бы присоединиться к какой-нибудь крутой тусовке, заниматься общим делом с другими ребятами, чувствовать себя нужной и полезной, помогать решать какие-то внешкольные вопросы. Но где она могла бы пригодиться? Лица вокруг не выглядели такими уж приветливыми и дружелюбными в понимании Джордан. Напротив, они казались ей высокомерными и заносчивыми. Они гордились тем, что являлись частью целого и в свой круг избранных никого не пускали.
Девушка просочилась мимо небольших группировок, стараясь не смотреть на действующих лиц. В конце концов, им с Лаурой и Джеммой и так неплохо живётся в своём тесном, но уютном мирке!
- Привет! - громко ознаменовала свой приход Джордан, плюхаясь рядом с Лаурой. Рюкзак приземлился рядом. - Беседуешь сама с собой? Хочу напомнить, что это повод для обращения к психотерапевту, - она улыбнулась. Очень смешно, учитывая обстоятельства. - Джеммы ещё нет? Ну, что, ты уже записалась на какой-нибудь круг ада?

+3

4

Хуже, чем учебные будни, могут быть только первые дни после каникул. Размякший от безделья и компьютерных игр мозг пытается вклинится в учебный процесс, скрипит так, что слышно на расстоянии пары метров, так еще и приходится платить по прошлогодним долгам. Одна ошибка, одно неверное движение и случайное движение головы, которое можно интерпретировать как согласие - и ты повязан кровью, несмотря на то, что контракты с Преисподней не подписывал. Хотя порой кажется, что преисподняя и то меньше гоняется за своими должниками. Перебежками от угла к углу, за которыми можно спрятаться, Таггарт направлялась к точке сбора, пытаясь спрятаться за ладонью, загораживающей лицо. И, кажется, достигла цели, так и не попав в поле зрения отдельных исчадий школьной самодеятельности.
- Мне нужно политическое убежище! - первое, о чем возвестила Джемма, с размаху плюхаясь на газончик. Со стороны могло показаться, что это самое настоящее падение, но девочки прекрасно знали о привычках Таггарт. Девочка с грацией верблюда на катке в центральном парке попыталась проскользить по траве, но влетела в корень захудалого деревца, а потому красивое в ее представлении приземление вратаря больше напомнило крушение истребителя.
- Девочки, у вас совершенно случайно нет бумажного пакета из супермаркета? - девочка воровато озиралась, боясь встретиться взглядом с пухленькой старшеклассницей Молли, которая очень любила внеурочную деятельность, в том числе театр, а еще обладала каким-то совершенным, не понятным никому, в первую очередь Таггарт даром обольщения. Казалось бы, сидишь ты, никого не трогаешь, и тут прямо из ларца (или из под земли, из самой преисподней кружков и секций самоопределения. Способностям этой немаленькой, прямо скажем, барышни Джемме оставалось только завидовать. Других людей, способных подкрасться незаметно и заполучить твою душу за пятнадцать секунд Таггарт, к счастью своему, не знала.
- Прошел слушок, что меня потеряла Молли. Молли, понимаете? - стонала от безысходности девочка, ища поверхность потверже, чтобы впечататься в нее посильнее головой. С размаху так, знаете, чтобы было больнее. В прошлый раз полное отсутствие контр-аргументов подписало Таггарт на оформление школьной постановки, после которого Джемма прокляла каждого актера, трагедию Шекспира и Присциллу с Молли. Эту сладкую парочку Джем вообще проклинала регулярно и с особым рвением, отправляя их мысленно в такие далекие и эротические путешествия, что самому извращенному однокласснику повторить не удастся. Были все-таки плюсы в ее любви к литературе, особенно умение очень затейливо и витиевато отсылать людей куда подальше.
- Если она меня найдет, я буду потеряна для мира. Я не хочу в театр, они там по фазе повернутые, - Джемма скорчила свою фирменную рожицу отвращения, потом высунула язык, изображая рвотный позыв, а только потом продолжила.
- Не соблаговолите ли вы... - писклявым голосом передразнивала Таггарт. - И шаркают... И шляпы снимают. И перьями размахивают как павлины. Вы видели когда-нибудь павлинов в зоопарке? А слышали? - Джемма глубоко вздохнула. Ее до сих пор иногда начинало потрясывать от последнего посещения зоопарка. О, она готова была уничтожить Билли и его компанию за то, что они ее киданули на растерзание охране. Но самым обидным, пожалуй, было то, что рассказать о собственных приключениях ночью в зоопарке она не могла. Ей бы, для начала, не поверили бы, а если бы и поверили, то информация по каналам сплетниц быстро бы долетела до социального работника, а потому попало бы и доброму зоологу Кайлу, и вообще всему зоопарку. Ведь школьницу почти сожрали крокодилы. О, как Джемма собой гордилась, а оттого невозможность поделиться такой потрясающей историей делала ее очень и очень грустной девочкой.
- Так вот, в театре на репетициях орут такими же противными голосами. Выглядит просто как... Я не знаю, как, но определенно просто ужасно! - Джемма страшно округлила глаза. Тихой или молчаливой Таггарт вообще можно было назвать с натяжкой, но в большинстве случаев она просто не особенно изъявляла желание с кем-нибудь пообщаться, обрастая тысячей колючек метафизических и словесных, добавляя всем школьным службам по общению со студентами значительных проблем, однако для подруг была смешливой и словоохотливой девчонкой. Девочка никогда не стремилась к популярности, но судьба преподнесла ей настоящий подарок в виде Лауры и Джордан, судьба которых была еще более замысловатой и трагичной, чем у нее самой. Разница была лишь в том, что ее подружки, длинноволосые и уже вытянувшиеся в росте, в отличие от самой Таггарт, по-настоящему потеряли родителей, однако каждая из них имела человека, который заботился и ждал домой. При живых (в случае отца с попеременным успехом, но это не столь важно), сама Джемма не была никому особенно нужна и была полностью предоставлена сама себе. Не сказать, что ее это как-то сковывало, но иногда она с тоской смотрела, как телефоны девочек загораются входящим вызовом, а те рассказывают, когда придут домой. Кажется, ни мать, ни отчим так и не заметили изуродованную захлопнувшейся в опасной близости от непосредственно девочки и ее ноги, подошву кроссовка, пара которого вообще исчезла на территории вольера с крокодилами.
- А еще хочу в какую-нибудь сборную, - с тоской пробормотала девочка, заглядываясь на футболистов.
- В софтбол бы, или футбол... - задумчиво тянет Таггарт. Ее еще неуемной энергии некуда вылиться, а потому она бы с радостью бегала бы вокруг поля на тренировках в полосатой форме, но подозревала, что повторит успех прошлого года и даже не пройдет отборочные испытания.
- А у вас как дела? - монолог Таггарт у могилы ее амбиций закончился и она подняла глаза, разглядывая подруг, которые, видимо, даже не пытались ее перебивать после эффектного появления. Или девочка по рассеянности своей этого просто не заметила.

+3

5

- Знаешь, странные эти психиатры. Разговариваешь – повод к нему обратиться. Молчишь – повод к нему обратиться. Мне кажется, сам факт того, что мы вынуждены выживать в школе уже повод к ним обратиться, - я развела руками в ответ на замечание Джордан. Мы с ней как раз и познакомились в группе поддержки потерявших близких. А еще ее брат, как и я молчит. Кто-то скажет странные повод для дружбы, но кто вообще определяет эту странность и по какому критерию? С Джеммой мы вон тоже познакомились, когда сидели в очереди к психологу. Мелочи все это, вот. Джордан устроилась рядом и на фоне всеобщего безумия по самоопределению, решила уточнить у меня мои планы на год. Я похлопала руками по фотоаппарату, который выглядывал из сумки и был всегда со мной. – Как и в прошлом году, Пинки, я буду снимать наш класс для ежегодника. А у тебя какие планы? Я всегда буду рада помощи с версткой, только это тот еще ад, особенно, когда все начинаю придирчиво лезть в конце года в макет и ныть, что не та фотография, не на той странице и так далее. Словно я пишу все эти дурные правила, что и где должно быть.
Таггарт с присущей ей грацией неизведанного природой животного плюхнулась рядом с нами. Можно было подумать, что она хотела проскользить по траве к нам, но вышло не очень удачно, вместо этого она как-то не очень удачно упала. Но переломов видно не было, да и сама она была больше взволнованна тем, что Молли опять хочет затащить ее в закулисную команду постановки. О! Все были наслышаны тем, что Джей в прошлом году сделала хорошую работу, вот только сама девушка была не в восторге. Такой как тогда, я ее, кажется, не видела никогда. Поэтому понимала этот ужас в ее глазах, когда она говорила о том, что ее ищут.
- Да, ладно тебе, ты была так счастлива, после выступления, - ну, не могла же я не начать подтрунивать над подругой. Она попросила убежище и бумажный пакет! Серьезно, Таггарт просила просто. Немного подумав, я склонила голову и усмехнулась. – Знаешь, как можно от нее избавиться? Тебе нужно стать президентом класса! Прикинь, ты главная в школе, возьмешь и запретишь Молли и Присциллу и все.
Я попыталась себе это представить: Таггарт – президент. Мы с Джордан стали бы ее советниками. Мда, результаты подобного политического маневра стали бы смертельными, как для на самих, так и для самой школы. Интересно, а глава студенческого совета может отменить уроки к чертовой матери? А что, было бы очень удобно. Не нравится урок старика Брауна – запретить! Красота! Вот только почему-то никто этого не делал. Наверное, так нельзя, а жаль. Зачем тогда вообще становиться президентом? Получить на свою голову еще больше проблем и страданий.
- Софтбол – это вполне реально, - я кивнула подруге, когда ее мысли начали переходить куда-то в более позитивное русло. На самом деле у девочки были все шансы попасть в команду, если еще идет набор. Она была на хорошем счету у тренера Говарда, который в прошлом году вел у нас физкультуру. Надо же было только попробовать. – А еще–это тебе зачтут за физическую подготовку, не надо будет со всеми наматывать круги по стадиону. Хотя… они вроде тоже на тренировках бегают. Я точно не знаю, футболисты точно, эти идиоты меня пару раз почти сбили в прошлом году, когда я пыталась снять тренировку группы поддержки. О, а еще можно к ним попробовать! Джемма, тебе идут короткие юбки? Джордан, давай тебя тоже к ним отправим!
- Мир – тлен, школа – ад, я разговариваю сама с собой и Джордан считает, что мне нужно к психиатру, - я улыбнулась в ответ Джемме, которая наконец нас заметила и закончила свой монолог, полностью игнорируя все мои замечания. Даже обидно, я зря что ли пыталась ее поддеть? Да, и не важно, все равно Таггарт не прошибаема, ну или я не умею ее готовить. Поди тут разберись. Суммировав все обычные подростковые проблемы, которые по мнению интернетов приводят к суицидам и сектантству, я развела руками. – Все как всегда, проще говоря. Нас не ищет злобный театральный кружок, так что все не так плохо. Думаем, куда записать Джордан, а то чего я одна занимаюсь «полезной школьной деятельностью». Кстати, надо начать снимать этот год! Поздравляю, вам выпала честь открывать съемку этого года.
Я вытащила фотоаппарат и попыталась встать, но как обычно бывает, когда пытаешься сделать что-то резко, тут же завалилась обратно и стукнулась затылком о ствол дерева. Глухой стук, напомнил, что мы все еще в Нью Йорке и зелени тут совсем не место. Или это было все от того, что голова у меня пустая? Тогда бы звук должен был быть звонкий… Наверное. Не знаю.
- Ауч, - я состроила скорбную мину и попыталась даже расплакаться, как в детстве, но потом вспомнила, что мне уже пятнадцать, почти шестнадцать. По мнению бабули, я была уже очень взрослая, а значит, как-то уже было и нельзя. Поэтому вздохнув, я просто потерло место удара, огляделась в поисках подорожника, но такого, конечно, рядом не было. Обидно. Встав, я включила фотоаппарат, купленный на призовые в прошлом году. Моя маленькая гордость. Быстро все настроив, я посмотрела на подруг. – Ну, давайте, позируйте, только покрасивее. Ну там знаете губки уточкой и все такое. Школьная фотография должна быть дурацкой, чтобы потом открывать и прикладывать ладонь ко лбу и думать, какие же мы были смешные.
Это я кстати вычитала в одном блоге, где парень показывал свои снимки из школы. Рассказывая, как они проводили время, всякие там истории и так далее. Каждый раз сетовал, что ему стыдно и все такое, но знаете, по всему его посту было видно, что он на самом деле был счастлив тогда и смотря на эти фотографии вспоминает радость. Честно говоря, когда я снимаю нас, в смысле наш класс, я надеюсь, что и потом через много лет и они так же будут смотреть на альбомы.

+1

6

Джордан беззаботно рассмеялась. Хорошо, когда в твоей жизни есть кто-то, кто способен действительно смешно шутить на совсем не смешные темы, ибо сказанные всего лишь другим тоном слова о психиатрической помощи могут вызвать приступ дурного настроения на целый день. Но разве можно сохранять серьёзность рядом с Лаурой или Джеммой? Одна понимает твою боль и печаль по прошлому, как никто другой, а вторая - самый настоящий лучик солнца, которого с таким воодушевлением ждёшь с наступлением весны.
- Это всё бизнес, - проговорила Джордан, всё ещё имея в виду психотерапевтов, к чей помощи обязана прибегать по соглашению, чтобы иметь возможность продолжать жить с Рэйчел. - Огромные бабки. Думаешь, они и правда заинтересованы, чтобы помогать пациентам? Чушь! - фыркнула она, резко выдирая травинку, а потом выбрасывая ту подальше от себя, так и не придумав, что бы с нею такого сделать. Юношеский максимализм раскрывался в Джордан с новой, доселе неизвестной даже ей самой силой. Её хлебом не корми, дай поднять какой-нибудь бунт, повозмущаться на всё равно какую тему.
Так может ей стоит записаться в кружок риторики или дебатов? Девочка призадумалась.
- А я думала, мы пойдём завоёвывать мир, Брэйн! - захихикала она, прерывая свои мечты, в которых она стояла за кафедрой перед огромным собранием народа и что-то убедительно вещала, выбрасывая кулаки в воздух.
Глупости какие! Ведь Джордан совершенно не агрессивна и не интересуется всякими молодёжными движениями. Она же этот… как его… чистый и нежный цветок… Так, кажется, Рэйчел говорила?
- У меня в планах пережить очередной учебный год, - поморщилась она.
Джордан частенько была всем недовольна и любила покритиковать всех и вся. Впрочем, последнее на подруг не распространялось. Им доставались от неё разве что какие-нибудь заумные, а где-то даже занудные советы, почерпнутые из многочисленных книжек. Из-за этого Роуз выглядела со стороны хмурой и ворчливой, короче говоря, типичным подростком. Но в хорошей компании почему бы не разгладить морщинки на лбу, не задрать повыше нос и не растянуть губы в счастливой улыбке?
- Если хочешь, конечно, я помогу!
В чём-чём, а в помощи Джордан никогда не отказывала, разумеется, если нормально попросить. Она может повредничать, но в итоге всё равно согласиться.
- По крайней мере, я могу стоять в дверях и не пускать любопытных, пока ты будешь заниматься вёрсткой, - засмеялась девочка.
- Ооооооо!!! - громко и очень эмоционально протянула Джордан, заприметив подбирающуюся к ним Таггарт. - Легка на помине! Мы как раз только что тебя вспоминали!
Но та словно не обратила внимания и, не успев плюхнуться рядом, привычно заголосила.
- Всё-всё! - ещё громче воскликнула Джо, привлекая внимания неугомонной подруги. Она торжественной подняла руку в благословляющем жесте. - Настоящим объявляю тебя политическим беженцем, свободным от всякого преследования! Что ты натворила на этот раз?
Чаще всего их встречи начинались именно с этого вопроса. Джемма имела привычку вляпываться в неприятности по несколько раз на дню, то ли из-за своего скверного и колючего характера, то ли по “счастливому” стечению обстоятельств.
Они с Лаурой слушали рассказ Таггарт и изо всех сил сдерживались, чтобы не рассмеяться. Конечно, Молли может быть ещё той занозой в заднице - не зря же они прозвали её рыбкой-прилипалой! - и достать кого угодно, но почему-то чаще всего доставалось именно Джемме.
- О, даааа! - моментально подхватила Джордан шутку Лауры. - О, Ромео, как мне жаль, что ты Ромео! - запищала она, намеренно переигрывая и кривляясь. - Отринь отца да имя измени! А если нет, меня ЖАНОЮ, - здесь её голос стал более глубоким, почти грудным, нос задрался чуть ли не выше головы, а правая нога взметнулась вверх, что должно было обозначать что-то вроде соблазнения. - Сделай!
Они с Лаурой почти одновременно повалились на траву, не в силах совладать с приступом смеха. Джордан так и осталась валяться, пока другая подруга предлагала варианты избавления от назойливой мошки и её приспешницы Присциллы. Девушка перевернулась на спину и мечтательно уставилась на безоблачное небо, попутно слушая, о чём говорят девчонки. Стать президентом класса. Звучит довольно круто. Престижно. Популярно. Она негромко вздохнула. А потом перевернулась на бок, подперев голову кулачком.
- Ага, в сборную, - подтвердила она, хитро сверкая глазками, бросая взгляды то на одну, то на другую подругу. - Спорим, это из-за Эрика Пирсона?
Звезда сборной школы по футболу был объектом воздыхания многих девчонок. Высокий, мускулистый, темноволосый. Он словно только что сошёл с обложки журнала. Да и форма на нём, признаться, выглядела потрясающе.
- Кого? Меня? В группу поддержки? - Джордан громко расхохоталась. - Я поняла! Ты хочешь заснять, как я позорюсь, а потом шантажировать? Нет уж! Так что, моя дорогая, если и позориться, тогда всем вместе! Что, не горишь желанием?
Вот так всегда! Как быть свидетелем, так это пожалуйста, а как участником, так погодите! Джордан немного завидовала более уверенным подругам, которые знали, чего бы хотели (даже Таггарт, которая пусть и жаждала заниматься всем подряд, но она хотя бы пробовала!), в отличие от неё. Роуз была интересна фотография, но этой деятельностью уже занималась Лаура. Ей была интересна управленческая деятельность, но она понимала, что та же более бойкая Джемме подходила на эту роль как нельзя лучше. И по всем меркам выходило, что все её желания… вторичны. Неприятно осознавать, что у тебя нет даже своих собственных мечтаний. Джордан представила себе, как она предлагает подругам встретиться после школы на этом самом месте, но ни одна из них не может: у Джеммы тренировка по cофтболу, а Лаура будет снимать. Совсем скоро у них просто не останется на неё времени.
- Я сама не знаю чего хочу, - призналась Роуз с изрядной долей лени в голосе. - Может мне просто сосредоточиться на оценках в этом году. Испанский, вон, мне никак не даётся. Эй, ты в порядке? - обеспокоенно воскликнула девочка, когда Лаура схватилась за голову и состроила страдальческую мордашку. Джо знала, как это больно, ведь сама несколькими минутами ранее точно также ударилась о шкафчик. Но неунывающая Лаура навела на них свой объектив.
Роуз не любила фотографироваться, точнее не любила, когда фотографировали её лицо, потому что редко когда нравилась себе на фотографиях. Но когда тебя снимает подруга… Это совсем другое, понимаете? Можно дурачиться. Можно посылать поцелуйчики, можно заигрывать, можно корчить рожицы - короче говоря, делать всё, за что потом, несколько лет спустя будет стыдно, но что ты будешь вспоминать с непередаваемой в сердце теплотой.
Джордан поднялась с травы и уселась на пятую точку ровно, после чего заграбастала в свои душащие объятия Джемму и изобразила, будто собирается ту чмокнуть в щёчку. Это выражение вскоре сменилось на выражение удивления в стиле пин-ап с приложенными к раскрытым губам пальчиками и круглым глазам.

+2

7

Трудно быть подростком. Взрослые рассказывают о том, каким прекрасным и чарующим это время было в их собственной жизни, явно запамятовав о том, что такое взросление. Они помнят яркие моменты, выпускные, забывая о том, как каждый день приходится бороться со всем миром лишь бы сохранить себя. Помнит ли хоть кто-нибудь из них, каково это — просыпаться с огромным прыщом на носу, который кажется даже больше, чем сам нос? Помнят ли они, как над ними смеялись, когда они спотыкались о чью-то «нечаянно» выставленную ногу и падали в столовой на поднос с собственной едой? Помнят ли они, как шелестят за спиной голоса болельщиц с новыми сплетнями, что распространятся по школе со скоростью лесного пожара.
Взрослые так часто забывают, что когда-то их тоже не воспринимали серьезно те, кто был взрослым в то смутное время, забывают, как сложно ставить под сомнение все прописные истины, как сложно оставаться собой, бунтарем. Они не помнят, как сложно, когда уверенность в себе — лишь маленький, хрупкий, нежно-зеленый росток, который так легко растоптать грязными ботинками, в нескладном теле. Джемме, в отличие от сверстниц, не досталось ни фигуры, ни роста, ни длинных волос — лишь кудряшки, больше напоминающие последствия взрыва на макаронной фабрике. Зато голова регулярно дарила ей мысли о том, что ее никто не понимает и никогда в жизни больше не поймет. Вот казалось бы, подруги, спрятались от мира в тени дерева, сиди и поддерживай друг друга, так нет же. Одна предлагает стать президентом класса, а, значит, посмешищем в течении всех «выборов» и позорным проигравшим эти самые выборы.
- Но я не могу в президенты, - жалобно ворчит Таггарт. В страхе сцены она, конечно, признаваться не спешит, ведь сразу после президента класса ей в таком случае предложат перебороть этот страх и стать главной звездой очередного очень артхаусного спектакля Присциллы, где Шекспировскую комедию не отличить от потока сознания из «Улисса» Джойса.
- Я отношусь к той печально-неинтересной никому прослойке общества: белым. Вы, кстати, тоже, девочки. Вот были бы мы темнокожими, а лучше — коренными американцами, так сразу бы за нас все проголосовали, - она тихо фыркнула.
- Зато мы можем организовать клуб феминисток, ввести в моду сжигание лифчиков и требовать одинаковых с мальчиками оценок, - по Джемме очень легко было определить школьную программу: ее шутки отличались очень явной привязкой к последнему школьному материалу. Впрочем, шутки про социальное неравенство, любовь к толерантности и равноправию и вечной борьбе за них, никогда не утратят актуальности. Ну, по крайней мере, еще немного, пока Обама будет в президентах. Еще несколько месяцев шутить так можно будет даже без зазрения совести. И вот, когда Таггарт уже понадеялась, что отбрехалась от жутких предложений в свой адрес, подружки набросились еще и на ее желание пойти в сборную. Выражение лица Джеммы стремительно менялось с просто не слишком довольного, ее обычного выражения лица, собственно, к выражению «я ненавижу целый мир и закопала бы парочку людей на заднем дворе, если бы меня и так не считали уголовницей».
- При чем тут вообще Пирсон? - она могла ожидать вообще чего угодно от подруг, но такой клеветы — просто не могла стерпеть. Ей, искренне хотевшей быть наравне с мальчишками и не уступать им физически, одна мысль о том, что она идет в сборную быть там девочкой, вызывала в Джемме просто шквал эмоций.
- Он же двух слов связать не может без мычания и «ну эт»... - от одного воспоминания о том, как Эрик пытался ответить что-то без подготовки на уроке английского заставляло Таггарт сначала бледнеть, потом зеленеть, а потом мечтать о кустиках, куда можно опустошить свой желудок.
- Да я... - как-то особенно обиженно булькнула Джей-Джей, слово ее только что обвинили в том, что она, например, не прошла по нескольку раз все части Dragon Age. Но нет, тайная любовь к Эрику Пирсону была куда позорнее на ее сугубо личный взгляд.
- Да ну вас, - раздулась как рыба-еж, разве что колючки не выпустила.
- И нет, в короткой юбке мои ноги станут еще короче, хотя, казалось бы, это невозможно, - пробурчала Таггарт, насупившись, но Лаура уже достала фотоаппарат, - и станут еще больше похожи на сосиски!
- Ну ты же знаешь... - попыталась сопротивляться Джемма. Она уважала любовь подруги к запечатлению всего окружающего, но сама очень не любила попадать в кадр своей мордашкой, которую считала абсолютно не фотогеничной. Но ни Кларк, ни Роуз не давали ей такой потрясающей возможности слинять, как бы Джем не пыталась навострить когти и выбраться из кадра проклятущего фотоаппарата в руках Лауры. И, если не можешь сопротивляться — подчинись, а потому девочка уже на камеру начала изображать крайнее недовольство, которое как-то машинально превратилось в явно издевательское пародирование поз, которые ее одноклассницы используют для фотографирования себя для выкладки в социальные сети. Воздушные поцелуи, гротескное кокетство — и Лауре придется убегать с фотоаппаратом от Джеммы, которая через пару минут очнется и начнет требовать удалить все фотографии с ее участием и ссылаться на собственные религиозные убеждения, которые не позволяют ей фотографироваться потому что страшная и вообще такие, как она, должны выгорать на фотографиях.
В общем, в какой-то момент Таггарт надоело кривляться: у маленькой мартышки закончились то ли выражения лица, то ли запас энергии во внутренней батарейке, а потому девочка развалилась на траве, наблюдая, как Джо снимают в одиночестве.
- Хотите, я вас вдвоем сфотографирую? Может быть, у меня даже руки откуда надо растут и получится пара приличных и не размытых снимков. Но я бы не особенно надеялась, - она с трудом, скорее совестью влекомая, чем действительным желанием взять в руки фотоаппарат поднялась и протянула Лауре руки за ее зеркалкой.

+3

8

Девчонки смеялись и кривлялись, я же снимала их во всех мыслимых и не мыслимых ракурсах. Со стороны мы, наверное, смотрелись, как самые обычные подростки, которые веселятся и сходят с ума между уроками или вместо них. Ничего не показывало, что мы совсем не похожи на наших легкомысленных сверстников, что в глубине сердца каждой из нас спрятался темный демон тяжелых воспоминаний потерь. Проходящие мимо нас взрослые должно быть улыбались и завидовали нашей легкости, даже не догадываясь, что за всем этим стоит.
Джемма предложила поснимать нас и даже потянулась за фотоаппаратом, но я резко подняла руку с ним вверх, не давай подруге до него дотянуться. Маленькая радость того, что я переросла Таггарт. Нет, однажды я доверила ей свой старенький аппарат, но его участь было грустной и плачевной. Лучшая подруга уронила его и ремонт обошелся мне в крупную сумму и долгие часы выговоров от бабушки. А этот сам по себе стоил не мало, сколько может стоить его починка я даже не хотела себе представлять. Возможно, дешевле было бы купить новый, так что нет. Свою новую прелесть я точно не дам в руки Джеммы или Джордан. Никогда. Моя прелесть и все тут.
- Нет уж, фотограф у нас я! – уверенно отрезав, я быстро убрала несчастный обратно в сумку. С глаз долой – меньше искушения. Устроившись снов под деревом между подруг, я усмехнулась, когда мимо нас с гордым видом прошли наша команда по футболу, во главе с Эриком Пирсоном. Я украдкой посмотрела на подруг, вдруг хоть одна из них покраснеет, но либо я слепа, либо он и правда не производил на них того эффекта, как на остальных девчонок школы. Мои же щеки начали предательски краснеть. Странно. Вовсе я не была в него влюблена! Мое сердце было отдано другому, о чем никому не говорила, и никто никогда не догадался бы. Главное уметь скрывать свои тайны.
- Знаешь, мне кажется, ему совершенно не обязательно уметь связывать слова в предложения, - задумчиво проговорила я, смотря на Джемму. Нет, ну правда. Насколько я понимаю, как работают поцелуи, то вот это все вроде умения говорить или еще что, совершенно не обязательно. Но я могла только догадываться. – Сами посудите, когда его язык будет у вас во рту, он что говорить, что ли им будет в этот момент? Нееет, он будет что-то еще делать. Вот только что, я не знаю. А вы уже целовались? Расскажииите! Мне очень интересно! А то все уже давно играют во все эти бутылочки и 7 минут в раю.
Я вздохнула и поправила на себе футболку, которая решила, что ей надо собраться в этот момент дурацкими складками на животе. Нет, я совсем не красовалась перед Эриком, да он меня и не замечал никогда, так что даже бессмысленно это все. Вот Джордан или Таггарт – это другое дело. Они были красивые, интересные, необычные. А я что? Я тихая тень, хожу фотографирую и ухожу. Меня даже на вечеринки не зовут. А иногда так хочется, со всеми попрыгать под музыку, попробовать пиво и все такое. Ну, как в фильмах. Но даже если бы позвали, бабушка меня в жизни никуда не пустит. Вдруг что-то случится.
А еще. А еще я даже не знаю, с кем я хочу поцеловаться в первый раз. С одной стороны, есть Люк. Он совсем замечательный, прям как принц! И все мне завидуют, когда он вдруг забирает меня из школы. В такие дни некоторые даже пытаются вспомнить мое имя, забавно. А с другой стороны есть тот, чье имя я не назову даже под дулом пистолета, но для него я даже не существую, пусть мы и сидим рядом на биологии. В его сознании я пустое место. Он даже никогда не просит у меня ручку, когда забывает свою. Просто оглядывается и спрашивает у Дженни, которая аж за три парты от него. А я же рядом! И ручка запасная всегда есть.
- Джемма, прячься к нам идет Молли! – заметив тяжелую артиллерию театрального кружка из далека, я потянула на себя подругу, пытаясь спрятать ту за своей спиной, но в итоге мы повалились на траву, прихватив с собой Джордан. Услышав наши визги, Молли заметила нас и позвав Присциллу, уверенно направилась в нашу сторону. – Вот черт! Попались!
На самом деле я тоже не сильно хотела встречаться с этими двумя. В прошлом году они уломали меня сделать им фоторепортаж из-за кулис. О! Это был сущий ад. Я видите ли снимала их не с тех сторон, не так и прочее. Они же лучше меня знают, как правильно падает свет, как построить кадр и прочее, и прочее. И не важно, что из нас троих – это я лауреат нескольких фотоконкурсов и уже много лет этим занимаюсь. Им же виднее, они же звязды.
- Привет, - тонко и в унисон слащаво пропищали девицы. Я вздохнула, крепко хватаю Таггарт за руку, на случай если та решит убежать, бросив нас с Джордан или еще хуже накинется на Молли и Присциллу с кулаками. – А мы как раз вас двоих и ищем.
- Привет, Молли. Привет, Присцилла, - я выдавила из себя улыбку, смотря на этих двоих. А ведь все так хорошо начиналось. Ну, вот какого черта, они приперлись. – Что-то случилось?
- Мы опять собираем группу для школьного спектакля, и нам очень нужна ваша помощь! Вы так хорошо поработали в прошлом году. – Я нервно сглотнула, снова вцепившись в Таггарт, да и в Джордан тоже. Черт, вот все что угодно, но опять работать с этими двумя.
- Ой, знаете, у нас в этом году, совсем нет времени на театр. Сами понимаете второй год старшей школы, надо подтягивать оценки, а у меня еще альбом и газета. Джемма и Джордан мне будут помогать, я одна точно не справлюсь. Поэтому театр, ну совсем никак не вписать в график. Боюсь, вам придется искать кого-то еще. – Я отчаянно пыталась быть милой и вежливой, хотя даже мне от этого писка хотелось дать им с ноги и послать на все стороны разом.
- О! Джордан! Привет, мы тебя совершенно не заметили! – Они продолжали пищать в унисон. Как они вообще это делают? Тренируются что ли или у них один мозг на двоих?

+1

9

Интересно, существует ли в какой-либо из Вселенных хоть один человек, одно-единственное существо, с которым можно быть абсолютно и полностью откровенной? Почему это вообще так сложно? Почему одна не может признаться лучшим друзьям в страхе сцены? Не думает же она, будто девчонки её засмеют? Напротив, поддержат же наверняка! Почему вторая боится рассказать, что была бы не прочь записать в театральный кружок? Не хочет провалить пробы? Почему третья так стесняется проявить свою симпатию? Из-за боязни отказа? Каждая что-то скрывает: от родителей, одноклассников, преподавателей, друзей, наконец. Даже тот, кому мы якобы доверяем, знает лишь полуправду: здесь кусочек, там кусочек, сям кусочек, но всю правду - нигде. Иногда от этого вообще-то устаёшь.
Но если забыть о таких мелочах, то Джордан с подругами вполне себе весело проводила время. Она знала, что могла не фонтанировать шутками, как Джемма, или не блистать множественными талантами, как Лаура, но эти девочки всё равно с ней дружили и очень хотелось верить, что так будет и дальше. Не стоит даже думать о слове “всегда”, поскольку это только слово, действительности для него не существует, хотя бесспорно порой было приятно фантазировать, как они вместе закончат школу, поступят в университет, потом начнут работать, но всё равно будут продолжать собираться на, скажем, традиционные пятничные посиделки, на которых с удовольствием будут делиться жизненными перипетиями. Мечталось-то хорошо, а вот насколько это всё осуществимо, покажет время. Пока же хотелось застрять на этом беззаботном моменте, когда типичные подростковые проблемы кажутся весьма серьёзными, а то и неразрешимыми.
- И всё равно было бы классно, - мечтательно протянула Джордан, думая о том, что если бы Джемма всё же стала бы президентом сначала класса, а потом и школы - между прочим, у неё были для этого все задатки! - тогда и её, Джордан, тоже возможно бы заметили, хотя бы как часть окружения Таггарт.
- Прости, Джей-Джей, но лично я одинаковых с мальчишками оценок точно не хочу. Они же в большинстве своём тупые! Веласкес, например, вылезает только за счёт испанского. Вы серьёзно? Да он же из Латинской Америки! Если бы не испанский его средний был не дотягивал бы даже до пятидесяти. А Кэмерон? По-моему, он до сих пор верит, будто родители нашли его в капусте! Да и половина сборной по софтболу осталась бы на второй год, если бы не тренировки!
Стоило только назвать имя Эрика, как вот он, во всей красе, вышагивает во главе компании верных друзей и стайки сходящих по нему с ума девиц.
- Помяни чёрта, - прокомментировала девушка его появление и украдкой взглянула на подруг, секундой разминувшись взглядами с Лаурой. Джордан не могла отнести себя к его фанаткам и не так уж он ей нравился, но было в нём что-то такое… что заставляло обращать на него внимание. Роуз прекрасно знала о том, какой он высокомерный и заносчивый, самодовольный болван и надутый индюк, со стороны выглядело ужасно глупо и очевидно, как он намеренно поигрывает мышцами перед девчонками, как он демонстративно разминается, выставляя себя в лучшем, как ему казалось, свете, как он заигрывает сначала с одной девушкой, а пять минут спустя уже откидывает прядку волос с лица её лучшей подружки. И всё же Эрик Пирсон был настоящей рок-звездой этой школы, а потому, возможно во многом благодаря его репутации, Джордан изредка позволяла себе тайную фантазию о том, что было бы, будь она, например, его девушкой. Наверняка бы он вёл себя иначе, не как полный придурок. Впрочем, стоило только его увидеть, как эти мысли испарялись со скоростью света. Джордан не была в него влюблена и даже не испытывала нечто сродни симпатии, скорее это было навязанное обществом отношение к персоне Эрика. Все классные девочки были от него без ума, а Джо тоже хотелось быть классной. Вот и все сказ.
- Фу!!! Лаура, нельзя же так! Предупреждать нужно, меня сейчас стошнит! - Роуз тут же изобразила рвотные позывы. - Мы можем перестать говорить о языках во рту? Лучше поговорить о языках в ООН. Кстати, - спросила она вдруг безо всякого перехода стыдясь собственной неопытности в подобных вещах. - Что за “Семь минут в раю”?
Джордан опустила взгляд, думая об игре в бутылочку.
- Я однажды играла в бутылочку, - призналась она неохотно. - В приюте, - на лице её закрепилось несчастное выражение лица. - Водил один из мальчишек, и бутылочка указала на меня. Тогда этот парень встал и заявил, что не будет меня целовать даже в щёчку, потому что я страшная, как его жизнь. После чего он расхохотался, а я убежала в слезах. Потом, правда, я разбила ему нос, когда мы играли в вышибалы. Я сказала, что это была случайность, но...
Забавно, что каждая из девушек считала себя далеко не красавицей. Одной не нравились собственные ноги, другой - фигура, третьей - лицо, осанка или что там ещё. Каждая могла найти в себе миллион недостатков, втайне завидуя, например, аккуратному носику подруги или её пухлым губам, стройным ножкам или плоскому животику. Сколько ещё должно пройти времени до превращения гадкого утёнка в прекрасного лебедя? Если бы Джордан только захотела, если бы только набралась смелости, преодолела эту смешную боязнь выглядеть не как все, страх быть высмеянной, ей было бы достаточно сказать только одно слово Рэйчел, и в ту же минуту к её ногам упали бы красивые платья, профессиональная косметика и даже личный парикмахер-визажист в лице всё той же Рэйчел. Однако девушка перенимала опыт у приёмной матери медленно, тайком подглядывая за её фокусами со внешностью, но не решаясь их повторить.
Идиллию и пятиминутку откровений испортила вездесущая парочка Молли с Присциллой. Троица весело повалилась на траву, и если это была попытка Лауры скрыться от любопытных глаз, но она провалилась, сработав с точностью до наоборот. Двое подплыли к ним и завели разговор, как обычно игнорируя присутствие Джордан. Не в первый раз, но обиженная Роуз здороваться первой не собиралась. Однако избежать общения всё равно не удалось. То ли самостоятельно разглядев, что девочек трое, то ли благодаря наводке от Лауры - Джо ей потом это обязательно припомнит, пусть не обольщается! - “двое из ларца” заметили, наконец, и её.
- Да что вы говорите? - в отличие от подруги ей она вовсе не пыталась звучать вежливо, напротив, Джордан надеялась, что одноклассницы заметят сарказм. Она театрально взмахнула ресницами, притворно удивившись. - Какая жалость, что всё-таки заметили. Не нужно было. Совсем. Ага. Луара, кажется, вам всё объяснила? Так что как там говорят в Испании: аоф Видерзеен? Оу, нет, это в Германии. Орэвуар? Чёрт, - она покачала головой, выражая полнейшее разочарование собственными познаниями в европейских языках. - Франция. Да? Аста луэго! Да, точно! Напомните мне попросить синьору Гонсалез поднять мне балл по испанскому.

+2

10

- Аэээээээ, - весьма авторитетно и очень и очень заумно промычала Таггарт на явление Присциллы народу. Появление звёзды всея старшей школы, будь на то ее воля, было бы куда более эффектным. С салютом, белыми лошадьми, акробатами, марширующих оркестром в красных фраках и жонглирующем на одноколесном велосипеде медведе. На беду Присциллы у нее была только Молли, которая чисто в теории могла бы сойти за пухленького медвежонка, но жонглировать не умела, а потому считалась дрессированной собачкой на поводке у звёзды школы. От этого даже Джемме, которая любила ящериц и улиток и абсолютно спокойно относилась к прочим естественным явлениям, стало несколько противно. Таггарт понимала, что надевать на голову бумажный пакет, чтобы сохранить  инкогнито, будет уже слишком поздно, а потому панически придумывала варианты отмазаться от театральной повинности перед Присциллой.
"Извини, я буду очень  занята в этом  году. Я собираюсь продавать наркотики в школе. Я нашла хорошего барыгу и почти поняла, как варить мет," - вертелось в светлой кудрявой голове.
"У меня клиническая депрессия и я планирую покончить жизни самоубийством," - второй вариант был не хуже первого, а потому Джемма никак не могла сделать выбор.
"У меня за лето появилось новое хобби и я не хочу  от него  отказываться. Я планирую продолжить расчленять проституток", - это нужно было говорить с абсолютно каменным лицом и без каких-либо эмоций. Как, впрочем, и все варианты, которые она придумала.
"Мне выдали разрешение на оружие и я планирую массовое убийство. Возможно, это случится раньше, если я буду участвовать в создании очередного гов... Школьного спектакля," - последний вариант особенно шикарно звучал в голове Таггарт, но она знала, что при Присцилле его не озвучит до конца. Потому что не хочет слушать вопли настолько тонкие и высокие, что разорвет барабанную перепонку. И пока Джемма крутила и вертела варианты ответов, представляя, чем закончится каждый из них, начиная с того, что ее найдут реальные торговцы наркотиками в школе и побьют, и заканчивая визитом в полицейский участок для следственного эксперимента после гибели ещё одной проститутки, Лаура ее выручила, отмазывая от Присциллы.
- Да-а, школьная газета, - ее подруга оказалась гораздо быстрее, а потому Джемма решила не плодить отмазы, а присоединиться к одной общей и придерживаться ее даже под ужасными пытками. Таггарт искренне надеялась, что Лаура понимала,что постоянной помощи с альбомом и фотографиями одноклассников ей лучше не ждать и потом эта отмазка от Присциллы не станет поводом для шантажа. В кудрявой голове уже рисовались великолепные картины того, как Лаура говорит: «Либо ты сейчас фотографируешься в альбом, либо я говорю Присцилле, что ты свободна», и от этого у Таггарт почти что останавливалось сердце.
- Я буду очень занята весь год, - подтвердила с максимально уверенным видом Джемма, смотря на парочку любителей театрального искусства.
- Зато я слышала, что Уэсли Браун расстался со своей девушкой из группы поддержки, не помню, как ее зовут. И ищет новую пассию. Говорят, однажды даже обмолвился, что не против поиграть в театральном кружке с тобой, - Джемма попыталась сказать это настолько мерзко, насколько это вообще возможно было, чтобы подражать примерному словарному запасу лучшего футболиста школы. Ну то есть примерно четырем словам и мерзкому хихиканью. Лицо Присциллы в этот момент вытянулось от изумления, а потом и расплылось в самодовольной улыбке.
- Хоть кто-то умеет делать правильный выбор, - хотя в голове Джеммы звучало это совсем иначе, примерно «Он мной восхищается и вы должны бы, но вы настолько глупы, что не понимаете, что я — прекрасна». В голове Присциллы, вероятнее всего, ее слова звучали как-то так же. Она снисходительно улыбнулась девочкам и растворилась в воздухе в поисках футболиста, с которым мечтала встречаться половина школы. За ней поспешила Молли, а Таггарт с облегчением выдохнула наблюдая, как Присцилла удаляется в сторону своего счастья, которое совсем не знает, что он влюблен в театр и Присциллу.
- Хвала Ктулху, - выдыхает Таггарт и закрывает глаза.
- У меня от нее началась изжога, - она хотела было продолжить, но в кармане завибрировал ее первый не кнопочный телефон и девочка взяла его в руки, чтобы прочитать сообщение, пришедшее туда, с улыбкой, что-то написать и снова спрятать телефон от посторонних глаз.
- А вы слышали, что она собирается баллотироваться на пост президента школы? - внезапно задала вдруг всплывший в ее голове вопрос Джей и посмотрела на подруг. Проблема этого заявления была в том, что с вероятностью процентов тридцать Присцилла вполне могла стать президентом и превратить школу в огромный театральный кружок...

+2

11

Конечно, я прекрасно понимала, что помощи от подруг будет не очень много. С другой стороны, если поставить Таггарт охранником от особо страждущих в то время, когда я буду заниматься версткой альбома, то меня вряд ли кто-то потревожит своими очень ценными советами и указаниями. Словно учителей мне мало, ага. Тоже те еще любители начать все править, словно я первый раз, каждый раз это делаю. Но если одноклассников можно послать ко всем чертям, по всем лесам и полям, то с преподавателями было так нельзя поступать и приходилось терпеть их нотации, а потом все равно делать по-своему. А в этом году, мне еще нужно было научить кого-то из младших делать альбом, чтобы он заменил меня после того, как я поступлю в колледж.
Высшее образование все еще казалось где-то там вдалеке, но уже пора было почему-то о нем думать, готовиться к экзаменам и писать все эти бесконечные эссе. Было уже пора начинать ездить по кампусам и смотреть что там и как. Вот как экскурсия в чужую жизнь мне должна была помочь? Я с улыбкой слушала, как Джемма без задней мысли подставляла Уэсли Брауна. Хоть, нам потом точно должно было прилететь за это. Но это должно было быть потом, а не сейчас, а зачем пытаться решать проблемы раньше времени? Хотя я бы с удовольствием посмотрела бы на шоу, когда на Присциллой и Молли будет потешаться вся школьная команда по футболу. Даже удивительно, что девчонки так легко поверили в слова Таггарт. А может просто им настолько хотелось, чтобы это было правдой, что здравый разум уже не мог до них докричаться. Я бы, наверное, тоже повелась на подобное, если бы мне сказали, что Эрик хочет принять участие в школьной газете. И совсем не важно, что ему там совершенно нечего было бы делать. Ведь это была бы классная возможность проводить с ним больше времени.
- Джемма, только на тебя тогда вся надежда, - я снова улыбнулась. На самом деле я не могла себе представить ситуацию, в которой Присцилла стала бы президентом школы. Таггарт я могла вообразить во главе все, а руководителя театра – нет. Она же еще небось начнет из себя строить Хиллари Клинтон. Особенно если она победит на выборах. И так от всей это предиденсткой суматохи деться некуда, все слишком активно обсуждают и переживают, вот нам точно не хватало, чтобы еще в школе все это было. Вздохнув, я устроилась между подруг и начала листать то, что мы успели снять. Некоторые, особенно смазанные кадры, я удаляла сразу, некоторые откладывала на потом, может получится привести их в порядок и даже распечатать. Среди снимков подругой, на карте еще оказались то, что я снимала на очередной конкурс.
Я чуть нахмурилась и начала снова их придирчиво рассматривать. Мне нравится принимать участие в конкурсах, не потому что я за это получаю грамоты, которые потом можно будет использовать при поступлении, а потому что я слушаю критику и учусь чему-то новому. Но каждый раз, я задумываюсь, а зачем мне все это нужно? Бабуля постоянно меня подталкивает, чтобы я получила стипендию в какой-нибудь университет из Лиги Плюща. Кажется, она все еще надеяться, что я пойду учиться на какого-нибудь скучного менеджера. А я понятия не имею даже куда мне надо учиться и что я потом буду делать. Почему так рано в жизни нужно принимать такие серьезные решения.
- Девчонки, а вы уже думали о том, куда поступать? – я погасила экран фотоаппарата и откинувшись на дерево, снова стукнулась головой о ствол. Это точно был не мой день. Я посмотрела сначала на Джордан, а потом на Таггарт и улыбнулась. – Было бы клево, если бы мы все трое попали бы в один колледж, правда? Тогда уже и не так страшно все это, особенно, когда рядом вы. Представляете, мы могли бы снять небольшую квартирку с тремя комнатками или вообще студию. Ходили бы на занятия, веселились бы и развлекались, и держались бы подальше от всей этой глупой системы с братствами и сестринствами. Да… было бы клево.
Я закрыла глаза и вздохнула. Я – подросток! Я не хочу ничего решать! Я хочу сидеть под деровом с подругами и смеяться, обсуждать мальчишек и прятаться от приставучих Присциллы и Молли. Я хочу ходить с подругами после уроков в кафе, где продают замороженный йогурт, засыпать его мишками гамми, а потом жаловаться на боль в животе. Я хочу, чтобы все было как раньше, а не как сейчас. Но стоило мне показать нос дома, как бабушка снова заводила серьезный разговор об учебе. Нам еще нужно было два года учиться, но ведь никогда не рано не думать о будущем!
- Представляете, каждый день, бабушка, мне напоминает, что нужно выбрать колледж и готовиться к нему, что потом уже поздно будет. А как его выбрать, если я даже не имею ни малейшего представления, кем я хочу быть, когда вырасту? Я может вообще вырастать не хочу! – я по-детски надула губы и почти топнула ногой, подтверждая свои слова.

+2

12

Джордан почувствовала, что вот-вот разразится хохотом. Сдерживать улыбку становилось всё сложнее, несмотря на то, что само появление Присциллы для Роуз было сродни куску колбасы, попавшему в шоколадный торт. Казалось, она физически ощущает щекочущее верхнее нёбо и даже отправила туда кончик языка, чтобы проверить. Но дело было в другом. Точнее, в другой. Ей нравилось, как ловко Джемма расправлялась со звездой школы, как она отчаянно врала без зазрения совести.
- Слушай, - обратилась она к подруге, когда двое наконец соизволили оставить троицу одних (всё равно численный перевес был не на их стороне). - Я начинаю думать, что Присцилла не такая уж и дура и знает что-то чего не знаем мы. Даже я чуть было тебе не поверила! По тебе ведь на самом деле театр плачет. Ну или кино, - мечтательно протянула она, поднимая глаза к прекрасному голубому небу, что в этот момент заслонила густая листва дерева. - Ой, только не бей меня! - воскликнула Джордан тут же, и притворилась, что укрывает голову руками. - Я в домике! - после этого она осторожно выглянула, проверяя, не вернулось ли к Джемме желание убить её за столь дерзкое предположение. - Всё равно не понимаю, - продолжила она. - Откуда у тебя такая неприязнь к этому высокому виду искусства? Или дело в самой Присцилле?
Иногда Роуз задавалась вопросом, как это той удалось стать королевой улья при таком раскладе? Кто за неё вообще голосовал? Её же никто на дух не переносит! Приставучая и доставучая ябеда.
- Чего? - от новости, объявленной Таггарт, у Джордан глаза на лоб полезли. - Это тебе только что сообщили? - уточнила она, намекая на пришедшее сообщение. - В любом случае, я категорически отказываюсь в это верить, - заявила девушка. - Кто вообще станет за неё голосовать? Что она может предложить в качестве президента? Заставить всех выучить монолог Гамлета? - недовольно поморщилась. - Полный отстой, - словно подводя своеобразный итог, Джордан выбросила травинку, что до этого вертела в пальцах, в сторону и вздохнула. - А кто будут её соперники? Если это Говард из научного кружка, то мы в полной заднице. Альтернатива меня доконает.
Лаура притихла, как обычно бывало, когда та была чем-то увлечена, особенно если речь шла о фотографии. Здорово наверное найти своё призвание и знать чего хочешь. Настроение снова вернулось к созерцанию. Джордан просто следила за её действиями, как та лихо отбраковывала и удачные и нет снимки.
- Ну, Лаура! Блин! - запротестовала она и даже привстала, чтобы выразить крайнюю степень возмущения. - Кто просил обязательно всё портить? - разговоры о поступлении навевали на Джордан смертную тоску. Причина была проста - неопределённость. Роуз понятия не имела что делать дальше и какую стезю избрать. Как можно вообще доверять подобное решение неоперившемуся подростку, который едва ли может отвечать за свои поступки? Глупо это: то есть спиртное покупать им нельзя, а принимать решение, которое определит весь дальнейший жизненный путь - это пожалуйста.
- Я бы повесилась, - согласилась она, чересчур мрачно, с ужасной перспективой каждодневных напоминаний о выборе колледжа. Её, слава богу, подобными вопросами никто не пытал, никто на неё не давил, что заставляло Джордан лишь затягивать с принятием решения. - Зачем начинать говорить об этом уже сейчас? У нас целый год впереди, - напомнила она. - И каникулы впридачу.
Джордан подпёрла кулачком щёку.
- Что значит “ты понятия не имеешь, кем хочешь быть”? - округлила она глаза. - Ты же фотограф! Почти профессиональный, кстати. Это же твоё призвание. Разве нет? Разве ты не хочешь этим заниматься? Ездить по свету, реализовывать потрясающе интересные проекты, устраивать выставки, акцентировать внимание общественности на важных социальных явлениях, быть голосом своего поколения! Дарить людям красоту, в конце концов! Это же так здорово! Или же снимать супер-звёзд на обложки модных журналов. Вот станет наша Джей-Джей кинозвездой, устроишь ей фотосессию… АУЧ!!! За что?!! - кажется, ей прилетело с обеих сторон. - Ладно-ладно, - рассмеялась Джордан, поднимая руки и демонстрируя свою беззащитность перед лицом опасности. - Хорошо. Не быть нашей Джемме звездой за то, что дерётся, - на этот раз ей удалось уклониться от удара и показать язык. - Будет президентом страны. С такими-то… - псевдо-сердитый взгляд на боевую Таггарт. -...авторитарными замашками. А мы с тобой, Лаура, будем ходить к ней на экскурсии в Белый дом. Надеюсь, нам не придётся занимать очередь за месяц. Покажешь нам секретное президентское бомбоубежище. Ведь покажешь? Ну, Джемма, пожалуйста! - взмолилась она, как будто Таггарт только что прошла церемонию инаугурации и вступила в права лидера страны.

Отредактировано Jordan Rose (Вчера 20:14:11)

+1


Вы здесь » Manhattan » Флэшбэки / флэшфорварды » О чем говорят девочки-подростки ‡флеш