http://co.forum4.ru/files/0016/08/ab/34515.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/95139.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/86765.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/40286.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/22742.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/96052.css

Manhattan

Объявление

Новости Манхэттена
Пост недели
Добро пожаловать!



Ролевая посвящена необыкновенному острову. Какой он, Манхэттен? Решать каждому из вас.

Рейтинг: NC-21, система: эпизодическая.

Игра в режиме реального времени.

Установлено 5 обложек.

Администрация
Рекомендуем
Активисты
Время и погода
Дамиан · Марсель · Мэл

Маргарет · Престон

На Манхэттене: январь 2017 года.

Температура от -2°C до +12°C.


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Manhattan » Альтернативная реальность » Magic Britain. Miles Away. ‡альт


Magic Britain. Miles Away. ‡альт

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

http://s7.uploads.ru/vkNRH.gif
OST Madonna – Miles away (Sunless chillout mix)

Время и дата: 20-е годы 20-го века
Декорации: Магическая Британия, стандартный Лондон.
Герои: Heidi Adderly [Офелия Мастерсон], Richard Adderly [Уильям Брэнстоун] 
Краткий сюжет: а что, если не все магглы поддаются магии?

[nick]William Branstone[/nick]
[status]магловский журналист[/status]

Отредактировано Richard Adderly (20.11.2016 04:28:22)

+2

2

http://i.imgur.com/oKXXwUx.gif

Двадцатое ноября тысяча девятьсот двадцать восьмого года.
Высокий мужчина, зазвенев связкой ключей, которую он достал из кармана своего пальто, подпёр коленом дверь и поставил на него свой старый тяжёлый портфель. Неловко засунув со второй попытки стальной ключ в замочную скважину, он крепко ухватился свободной рукой с похожими на щупальца пальцами за плохо привинченную ручку, потянув её на себя, и мучительно повернул ключ против часовой стрелки - замок, как и всегда, скверно поддавался и не желал впускать хозяина в квартиру. Старая деревянная дверь раздосадованно заскрипела, но не открылась. Сгорбившись и втянув плечи, мужчина буквально окутал собой упрямый замок, тряся и дёргая дверную ручку, тщетно пытаясь повернуть ключ в замке покосившейся двери - безрезультатно. Он пинал по ней, пытался приподнять её и сдвинуть в сторону, напирал и притягивал к себе: не меньше десяти минут и пары сотни нервных клеток пришлось затратить ему на то, чтобы попасть в свою крепость - маленькую обветшалую квартирку на третьем этаже, окна которой выходили на лучшую булочную в Лондоне - её логотип в виде румяного кренделя с сахарной присыпкой был знаком всем жителям столицы. Большой слабостью хозяина квартиры в этой булочной были горячие, с карамельным отливом корочки рогалики с маковой начинкой: тесто внутри них было мягким и нежным, пряным за счёт начинки, зато корочка - главное для него лакомство - слегка хрустела, когда её надкусывали, и немного осыпалась тонкими лепестками слоеного теста. Будь на то его воля, за чашкой крепкого чая с лимоном он бы съел не меньше дюжины такой вкусности, однако, как и у всякого простого журналиста, финансы этого мужчины только и делали, что пели романсы, от чего баловал себя он таким образом совсем не часто, о чём жалел каждый день, стоя у окна и глядя ранним утром на выставляющего на прилавок свежую выпечку пекаря всегда сонным, понурым и немного завистливым взглядом, который он запивал на голодный желудок чашкой безвкусного дешевого чая, какой только и мог себе позволить.
С громким уханьем дверь всё-таки распахнулась, а хозяин квартирки ввалился внутрь, теряя по пути и связку ключей, и портфель, и даже шляпу, прикрывавшую его лохматую, сильно обросшую голову. Споткнувшись об порог, он растянулся на полу и едва не вписался крючковатым и кривым носом в железную ножку каркаса неубранной кровати: край одеяла предотвратил удар, но случись он неплохо бы его смягчил, чему про себя Уильям (так звали хозяина квартиры) сильно порадовался и похвалил себя за лень и неаккуратность. Однако даже после направленного в свой адрес панегирика подниматься с пола ему совсем не хотелось: за день он так набегался по городу в поисках достоверных доказательств для новой статьи, что весь выбился из сил и едва добрёл до своего дома. А тут ещё и эта дверь! Уильям, громко выдыхая воздух клювастым носом на край одеяла, от чего оно покачивалось туда-сюда, пытался нащупать рукой шляпу или портфель, или, вдруг, ключи, которые он уронил и за которыми наклоняться лишний раз ему совсем не хотелось, водя ладонью по половицам из стороны в сторону. Но, увы, под руку ему ничего не попадалось - только скользкое и холодное покрытие пола, которое давным-давно стоило бы покрасить.
Один из пары тысяч таких же начинающих, нищих и голодных журналистов, Брэнстоун закрыл глаза и, так же, как и все его несчастные коллеги, попытался не думать о куче навалившихся на плечи проблем. Минута шла за минутой. В тишине, едва нарушаемой потрескиванием коридорной лампы, мужчина усилием воли и так и эдак отгонял от себя мысли о невзгодах, стараясь думать о чём-то приятном и радостном, и медленно успокаивался: его дыхание замедлялось, мысли (даже самые приятные) становились всё прозрачнее, конечности слабели и мало-помалу он начинал проваливаться в сон. К нёбу подкатила давящая волна воздуха, вынуждающая его широко, словно наглый и ленивый кот, зевнуть, оскаливая зубы. Тогда-то, на миг уткнувшись лицом в пол и пообещав самому себе буквально через секунду подняться на ноги, Уильям и не заметил, как провалился в сон, где его ждала, будто верная супруга, каждый раз одна и та же незнакомая ему женщина с шоколадными глазами, ярко и пронзительно сверкающими на фоне серебристо-синего полосатого шарфа, накинутого поверх тёмно-коричневого пальто, и ещё наряженная в чётко запомнившиеся ему покачивающиеся на ветру "клювастые" серьги в виде воронов - всех пернатых и клювастых Брэнстоун всегда неосознанно запоминал, даже если они были лишь странными серёжками какой-то дамы. На самой же опасной грани сна, когда реальность уже неотличима от вымысла, Уилл вдруг вспомнил, что глаза этих воронов двигались и также пронзительно, как глаза хозяйки украшения, впивались в него напряжённым, испытывающим взором.
На это воспоминание мужчина по привычке улыбнулся, дыша почти едва слышно и неподвижно лёжа на полу - власть Морфея уже вовлекла его в своё царство, на пороге которого вместо приветствия и пароля Брэнстоун почти беззвучно прошептал позабытое им мелодичное имя - Офелия, со сладким привкусом которого на губах он тот час забылся красочным и беспробудным сном.


[nick]William Branstone[/nick]
[status]магловский журналист[/status]

Отредактировано Richard Adderly (20.11.2016 10:59:34)

+3

3

https://68.media.tumblr.com/631f7d0a2e2e64edbd22e9d4c06d12a5/tumblr_ndbszqxlj41sh61qeo1_500.gif

Шестнадцатое ноября тысяча девятьсот двадцать восьмого года

Офелия Мастерсон отрешённо наблюдала в окно за тем, как ноябрьская погода Лондона щедро рассыпается перед прохожими в снежной крупе, начинающей свой путь где–то в глубине ртутно–серебристого неба. В Отделе магических происшествий и катастроф царило непривычное спокойствие, и девушка предпочла позволить ему увлечь за собой тревожные мысли, а не искать логичное объяснение отсутствию суеты. Глаза шатенки, казалось, остекленели, словно у тех пернатых чучел, которые Офелия нередко видела в магловских магазинчиках по пути домой. Было больно моргать, а веки припухли — и вовсе не от того, что недорогая тушь в первое время вызывала исключительно аллергическую реакцию, ссыпаясь с ресниц сухими песчинками. Мисс Мастерсон. Пересохшие губы шатенки беззвучно проговорили непривычное обращение, словно пробуя его на вкус. Мисс. Это слово щемило сердце Офелии четвёртый день кряду.
Все прочили девушке несчастливый брак с Ирвингом Мастерсоном — сотрудником Британского филиала Международной конфедерации магов. Поджарый и строгий мужчина с шрамом на лице, казалось, являлся полной противоположностью Офелии, которая обожала эстетику во всём и любила смеяться без причины. Но именно этот контраст и стал первым камнем, заложенным в фундамент будущей совместной жизни. Семейная пара счастливо прожила в браке почти три года, но детьми, к сожалению, так и не обзавелась. Ирвинг откладывал торжественный момент “X” до лучших времён, предпочитая с боем брать карьерные вершины, нежели прятать волшебную палочку от непоседливого сынишки. Рука Мастерсон непроизвольно соскользнула с груди вниз, рассеянно задержавшись на чреве. Как больно осознавать, что оно могло зародить в себе новую жизнь, тем самым дав продолжение мужчине, которого Офелия, как ей казалось, любила больше жизни. Так и есть: увенчавшееся успехом покушение на Ирвинга погасило в трепетной девичьей душе надежду на счастливое будущее.
— Мастерсон. МАСТЕРСОН, МЕРЛИНОВА БОРОДА!
Офелия вздрогнула от резкого звука; пелена воспоминаний отступила, обнажив суровую реальность — крохотный кабинет на третьем уровне Министерства Магии, в настоящий момент заставленный грязными чашками с потёками чёрного кофе. Кое–где — на подоконнике, на столе, на полу — виднелись бумажные «ёжики» скомканного пергамента.
— Экскуро. Офелия, дорогая, я, конечно, всё понимаю… — многозначительно произнесла Присцилла, поджав узкие губы и осматривая груду уже чистых фарфоровых предметов, — …но нужно держать своё рабочее место в идеальном порядке. Статус обязывает.
“Статус обязывает к чему угодно, только не к наличию такта…” — подумала Мастерсон, надеясь на то, что её коллега не владеет искусством легилименции.
— Я тут вот по какому вопросу. Маглы, прогуливавшиеся в Таймс–сквер, стали свидетелями появления кладки драконьих яиц и  их огнедыдащей мамаши в придачу. Стиратели уже трансгрессировали на место происшествия. И ты должна. Сделаем вид, что ты услышала срочное сообщение от мистера Фоули своевременно.
— Хорошо, — Офелия кивает головой, пропуская иронию Присциллы мимо ушей. — Я только пальто надену.
Тёмно–коричневый драп плотно укутывает хрупкое тельце девушки. Едва та прибывает в сквер, как импровизированный насест на её плечах занимают воронята. Их приветственное «Кар!» вызывает у Мастерсон слабый отголосок улыбки.
— Ни шагу без хозяйки? Я ведь на работе… Хорошо, можете остаться, только сидите смирно, — волшебница делает лишний виток шарфа вокруг шеи, тем самым утепляя своих пернатых подопечных, и ускоряет шаг, направляясь в сторону толпы. Один из Стирателей, Алистер, приветственно машет ей рукой.
— Мы уж думали, что ты не появишься. Ох и работёнку нам подбросили. А ведь день так хорошо начинался! — активная жестикуляция мужчины раздражала многих, но Офелия уже привыкла к этому. — И понадобилось же этой драконьей самочке избрать наш город в качестве хорошего места для высиживания яиц! В общем, с большей частью маглов мы уже расправились, осталась пара–тройка человек. Они на тебе, дорогая. И один очень странный тип. Непугливый такой. Сидит себе на скамеечке и рассматривает всех и вся. Даже Петрификус Тоталус накладывать не пришлось. Ты легко узнаешь его. По огромному носу. Прямо как у твоих пташек, — посмеиваясь, Алистер тянет руку к воронятам, но те лишь угрожающе клацают клювами, демонстрируя своё абсолютное нежелание вступать с кем–либо в телесный контакт.
— Алистер, судить о людях по внешности — последнее дело. Может, он человек хороший, а ты сразу ставишь на нём клеймо… Не оправдывайся: я ещё в состоянии расслышать насмешку.
В глубине души Офелии было совестно за то, что она позволила себе излишнюю резкость, но времени задумываться над этим не было. Стремительный цокот тонких каблучков о мостовую известил Стирателей о прибытии коллеги. Кто–то сочувственно хлопал девушку по плечу; кто–то перешёптывался за спиной и оставлял сострадательные клише при себе. Мастерсон не останавливалась до тех пор, пока не приблизилась к маглу, о котором говорил Алистер. Худощавый мужчина в ветхой одежде с любопытством взирал на происходящее вокруг и, казалось, был не столько напуган появлением огромного ящера, сколько заинтригован его происхождением. Офелия поджала губы и, опустив руку в карман пальто, изящным жестом вытащила волшебную палочку. На её ручке виднелись отпечатки женских пальчиков: Мастерсон уже забыла, когда в последний раз протирала артефакт о полы мантии.
— Добрый день, — брюнет постарался улыбнуться как можно вежливее, пристально наблюдая за воронятами на плечах волшебницы. Впрочем, мысли Офелии были слишком поглощены её личным горем для того, чтобы она могла ответить незнакомцу тем же. — Вы Офелия? Я слышал, как о Вас говорили...
— Обливиэйт, — направив волшебную палочку на мужчину, произнесла сдавленным голосом Мастерсон. Взгляд брюнета на секунду расфокусировался, и он, недоумённо осмотревшись, плотнее запахнулся в пальто и поспешил прочь. Офелия проводила его взглядом, после чего направилась в противоположную сторону, продолжая сжимать в руках магический артефакт. Её ждала работа — прежде любимая, но сейчас — отчаянно ненавидимая…

[nick]Ophelia Masterson[/nick][status]британская волшебница[/status]

Отредактировано Heidi Adderly (26.12.2016 22:06:56)

+1


Вы здесь » Manhattan » Альтернативная реальность » Magic Britain. Miles Away. ‡альт