http://co.forum4.ru/files/000f/13/9c/62080.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/40286.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/95139.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/86765.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/22742.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/96052.css

Manhattan

Объявление

Новости Манхэттена
Пост недели
Добро пожаловать!



Ролевая посвящена необыкновенному острову. Какой он, Манхэттен? Решать каждому из вас.

Рейтинг: NC-21, система: эпизодическая.

Игра в режиме реального времени.

Установлено 6 обложек.

Администрация
Рекомендуем
Активисты
Время и погода
Дамиан · Марсель

Амелия · Маргарет

На Манхэттене: апрель 2017 года.

Температура от +11°C до +17°C.


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Manhattan » Флэшбэки / флэшфорварды » Wretches and Kings ‡флэш


Wretches and Kings ‡флэш

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

...To save face how low can you go?
https://66.media.tumblr.com/1f8dac8247094226ffb56eb075b006ad/tumblr_ohczl0Pqv21us77qko1_1280.png
[audio]http://pleer.com/tracks/4548457oh5u[/audio]
"- Wanna take what I got? Don't be absurd.
Don't fight the power, nobody gets hurt."

Отто Баум и Алистер Голд.
Февраль 2016 года.
Есть вещи, которые нельзя контролировать.
Битвы, которые нельзя выиграть.
В конце концов, единственное, что у нас остается — это люди, которым мы верим.

[NIC]Otto Baum[/NIC]
[AVA]https://68.media.tumblr.com/64df47fd64878eb995dd3aa2881d9e31/tumblr_ohd0laoOTN1us77qko1_250.png[/AVA]
[STA]Waidmanns Heil![/STA]
[SGN] https://66.media.tumblr.com/f8900d8d4ad852f467390bf3c4bd8caf/tumblr_ohd0laoOTN1us77qko2_500.gif
— А как же любовь?
— Ее слишком переоценили, биохимически это как съесть большое количество шоколада.
[/SGN]

Отредактировано Alessa Montgomery (24.02.2017 15:18:03)

+5

2

Говорят, есть люди, которые любят ходить на похороны. Он к таким людям к счастью никогда не относился. Но волей судеб, над которыми он имел власть или которые имели власть над ним он так или иначе являлся палачом многих из тех на чьи похороны рано или поздно был приглашен.  Часто он подъезжал к месту сбора одним из первых, но продолжал по долгу сидеть в машине наблюдая за прибывающими, изучая их душевное состояние, которое они приносили с собой, словно бы желая набить ими чужой гроб под завязку, избавиться от тяжкого бремени проблем и забот, проводить их мертвецом в последний путь. Думая об этом он словно бы подготавливал себя к очередным похоронам, на которых ему предстоит побывать. Очевидно то, что Алесса составит ему компанию. Он думал об этом так, словно это было воскресной прогулкой, на которой можно было поговорить за жизнь и их общие планы. Она захочет удостоверится в том, что ее враг мертвее всех мертвых, ведь они оба знают, что антагонисты их историй часто любят возвращаться с того света. Если гроб будет закрыт сделает ли Монтгомери все для того, чтобы его открыли, чтобы удостоверится лично в том, что он не пуст, как это было в истории с ее бывшим мужем?
Голд опустился в кресло перед рабочим столом и взял в руки свежую прессу, которую ему доставили чуть раньше. На первых полосах очередная скандальная история с поиском виноватых и причастностью к этой истории Амбреллы не засветилась. Алистер лениво пролистал еще несколько страниц, изучая информацию наискосок. Ничего. Хороший ли это знак? Он встал с места, прихватив с собой трость и слегка припадая на когда-то покалеченную ногу, направился к дверям своего кабинета. Рано или поздно о случившемся начнут гудеть, офис корпорации превратится в гудящий улей, все будет стараться помочь, считая это важнейшей из задач, все захотят искупить вину за прошедший сентябрь, когда они были лишены этой возможности, каждый захочет отмыться от грязи и вины доступными способами, а чем плох способ проявления сочувствия к чужим потерям? Да, он не доверял своим подчинённым, так или иначе в его голове всегда зарождались мысли о лицемерие и лести последних. Амбрелла была крупным пирогом и те, кто подхватывал крошки никогда бы не отказались от куска пирога, алчность и желание наживы в их глазах застывало порой масленым блеском.
Мимо промчалась одна из младших помощниц. Имя ее Алистер не помнил, но бледность ее лица успел отметить и то, как она быстро изучила его фигуру тревожным взглядом. Он остановился и только позже понял, что сделал это выбрав почти центр просторного светлого помещения, выеденную сердцевину офиса от которой через пару метров начинались коридоры перегородок. Он понял – началось. Опираясь на трость, Алистер терпеливо ждал, что на него обратят внимание мечущиеся по офису работники или хотя бы обмолвятся словом о случившемся.
- Мистер Голд, эти бумаги надо подписать в срочном порядке. – Он достаточно медленно развернулся в сторону помощницы принимая из ее рук папку и ручку. Его подпись с недавних пор стала важнее всех подписей в корпорации, он неофициально, но все же уже стоял у руля, был президентом - серым кардиналом, вышедшим из тени.  Ставя свою размашистую подпись там, где в бумажный угол упирался ноготок помощницы, он все же в скором времени задал вопрос:
- Есть ли информация, о которой меня не известили? -  Он не смотрел уже на молодую женщину рядом, а показательно обводил взглядом просторное помещение с людьми постоянно находящимися в движении и негромких переговорах. Он точно давил букашку подушечкой своего пальца, спрашивая  о чем-то, что могло лишь ему показаться, опережая на время, пугая. Девушка откашлялась, перенимая из рук Голда папку с важными документами.
- Поступила информация о неблагоприятных погодных условиях, обрушившихся на Ишгль, - и как бы между прочим дополнила свою новость очевидными вещами, - это курорт на котором вы отдыхали, а из-за срочности дел вынуждены были вернуться раньше срока. – Она старательно отводила взгляд, словно была в чем-то виновата. Голд напрягся.
- Связь с нашими людьми есть?
- Пока не удается установиться, но мы делаем все возможное, мистер Голд. Техники обещают в ближайший час первые продвижения. В зоне расположения курорта все так же бушует непогода.
Алистер все крепче и крепче с каждым словом женщины сдавливал ладонью рукоять своей трости. Играющие на его скулах желваки привлекли внимание собеседницы, она, медленно бледнея все помышляла сбежать. Вина Баум была доказана ее же признанием, расплата была предсказуема, Голд не жалел о предпринятом шаге. Но он, как и полагается человеку, ищущему родственную душу, которую он видел в Монтгомери, не смотря на все ее деяния коим не было искуплений, готов был жертвовать для нее всем. Сейчас до него медленно доходило то, что среди тех, кто видел его там и кого видел он в его памяти прочно засела дочь Алессы, на данный момент единственный ее ребенок. Одного она уже потеряла в чем частично Голд признавал свою вину, но он не мог позволить порушиться их хрупкому миру только потому что Монтгомери угрожала потеря и второго ребенка.
- Собирайте поисковую команду, высылайте помощь, делайте свою работу. Меня держать в курсе дел, докладывать о любых изменениях немедленно.
Он торопливо направился в свой кабинет, откуда намеревался позвонить Алессе. Его видение ситуации, его понимание происходящего она должна была слышать первым. Если этого не сделать их миру мог настать конец, невозможно заново все выстраивать из краха в сотый раз, он не мог этого допустить. Он не мог предстать перед ней в обличие Бога и Дьявола одновременно, дающего и вместе с тем отбирающего самое важное.
Он не успел закрыть за собой дверь кабинета, что-то позади ему помешало. Как оказалось, позже это был мысок ботинка Отто Баума – мужа Ольги. Маячащая где-то позади этого невысокого мужчины в возрасте и при деловом костюме, который улыбался так словно резал по живому, помощница с опозданием сообщила Алистеру о незапланированному так рано визиту мистера Баума, о чем он ее поблагодарил сухим и сдержанным кивком головы, продолжая растягивать губы в какой-то холодной и опасной ухмылке тонких губ.
[AVA]https://66.media.tumblr.com/ea863cb92abfce9b9e901bfc6006fffe/tumblr_ohd5284ljn1us77qko2_250.png[/AVA]
[SGN]https://66.media.tumblr.com/9e9517039c5e673699e2ec17e0ec3a1c/tumblr_ohd5284ljn1us77qko1_500.gif[/SGN]

Отредактировано Alistair Gold (29.11.2016 16:07:58)

+6

3

Отто Вальтер Баум был человеком, гораздо более терпимым к несовершенствам человеческой натуры, чем поголовное большинство коренных жителей страны, в которой он появился на свет. Его было крайне сложно вывести из себя, по крайне мере до той степени, в которой обычно заходятся истеричным криком и доходят до беспорядочного боя посуды и любых других попавшихся под руку предметов. Что уж там – даже на крик этот мужчина срывался крайне редко, для этого необходимо было испытывать его терпение на протяжении нескольких месяцев, если не лет, к ряду. К счастью, единственным человеком, с которым он контактировал ежедневно, была его жена, и, о совпадение, она тоже отличалась спокойным нравом и удивительной способностью не попадать в конфликтные ситуации от слова «вообще». И это оказалось приятным сюрпризом для немца, пусть и лишенного любых предрассудков касаемо национального темперамента – после свадьбы он упорно ждал, когда же его русская красавица-жена, наконец, покажет свое истинное лицо. Но годы шли, а Хельга, сбросившая без сожалений старое имя, как потрепанный временем плащ, оставалась все той же женщиной, которую попросил стать своей женой профессор-иммунолог Отто Вальтер Баум. И меньше всего он ожидал, что спустя семнадцать лет брака, его вдруг постигнет разочарование. Разочарование от того, что ему случайно выдалась возможность «подсмотреть» за Хельгой через замочную скважину и увидеть, что маску она таки носит. Господин Баум, как человек логики, в подобной пренеприятнейшей ситуации предпочел сесть и проанализировать последние несколько лет их совместной жизни, дабы попытаться найти момент, когда же он упустил ускользающую из его рук ниточку контроля над женой, не дававшей, к слову, поводов ее в чем-то проверять или ограничивать. Впрочем, даже почуяв затаившийся в их супружеской постели обман, Отто не сменил модели своего поведения, давая Хельге свое согласие на краткосрочный отпуск в Австрии, любезно выделенный корпорацией в награду для лучших своих сотрудников; видя плохо скрываемую радость на лице женщины, немец не смог сдержать нервного смешка, который вторил его циничным мыслям о том, что он «стесняется даже уточнить, за какие именно заслуги могли поощрить госпожу Баум». Пока вина его супруги оставалась недоказанной, единственное, что ему оставалось – искать других виноватых. И это оказалось совсем не сложно, ведь несмотря на отсутствие предрассудков, человеком толерантным ко всему и всем, Отто назвать было нельзя – брезгливая неприязнь к англичанам была у него на клеточном уровне, и сейчас только лишь подкреплялась домыслами, которые его расшатанный мозг любезно подкидывал, пока господин Баум доставал из своего портмоне красно-белую визитную карточку и набирал с нее номер телефона, по которому намеревался назначить одну очень, очень важную встречу.
- Добрый день. Я бы хотел поговорить с господином Голдом, - улыбаясь звонкоголосой собеседнице на том конце телефонного провода, как можно вежливее отозвался Отто, ладонью пригрозив своему водителю, который не успел затушить сигарету до выхода своего начальника на улицу. Господин Баум не переносил запах табака ни в каком виде. – О, нет, не по телефону, лично... Сегодня, если это возможно, - отвечал немец любезно на стандартные вопросы, - В час дня? О, замечательно, я подъеду! Представьте меня как Отто Баум, пожалуйста... Да, все верно. – и поблагодарив за помощь девушку-секретаря, нажал на сброс вызова, сбрасывая и рафинированную улыбку со своего лица, а затем протягивая руку в сторону водителя для приветственного рукопожатия.
- Давай к главному офису «Зонтика», - залезая в просторный салон темно-красного Мерседеса и расправляя пальто по сиденью, бросил в сторону мужчины Баум, - Но только заглянем в «Ривер», я со вчерашнего вечера хочу сочного стейка… - добавил он, доставая из кармана своего пиджака темный платок с шелковой вышивкой его инициалов, - «O.V.B», - по одному из краев, и вытирая о него руку, протянутую ранее водителю для рукопожатия. Тот кивнул, встречаясь взглядом с господином Баумом через зеркало заднего вида, и выкручивая руль в сторону проезжей части.

— В 1900-ом году был такой вид спорта, в котором Британия завоевала золотую медаль, причем единственной страной-соперницей была Франция. Что бы это могло быть?
— Высокомерие?

- Вы уж простите меня, Алистер, - сказал Отто, убирая, наконец, мысок своей туфли из дверного проема и снимая с рук черные кожаные перчатки, медленно стягивая те с пальца за пальцем, - Что я нагрянул, как гром среди ясного неба, - он улыбнулся, но это больше походило на механическое сокращение мышц его лица, нечто отточенное до автоматизма с годами и не выражающее ровным словом ничего из тех эмоций, что принято вкладывать в улыбку, - Но Вы ведь сами сказали, что я могу обратиться к Вам в любое удобное для меня, - мягко подчеркнул немец самое значимое слово из всей его речи, - …Время, особенно, если вопрос не требует отлагательств, - мужчина вспомнил о присутствии молодой девушки за своими плечами и, следуя вложенным в него с самых ранних лет правилам хорошего тона, поблагодарил ее за оказанную (но не особо-то и необходимую) помощь легким кивком головы в ее сторону, а затем шагнул перед, проходя в кабинет вперед того, кто по праву занимал его. По всей видимости, правила хорошего тона действовали исключительно в обращении с женщинами, либо после последнего их «применения» нужно было некоторое время на восстановление этой способности у господина Баума – других причин для наглости, давшейся ему столь легко и непринужденно, будто бы они с Голдом были закадычными друзьями, и первый навещал его в этих просторных стенах каждый Божий день, не было. Он не торопясь прошествовал вдоль панорамных окон, с наслаждением окидывая взглядом открывающийся вид на остров и отмечая про себя, что ради такой картины перед глазами каждое утро и правда стоило бы запустить руки по локоть в кровавые нечистоты, извергаемые корпорацией, для того, чтобы нащупать там скрытые от алчных глаз конкурентов и прочих претендентов на заветное кресло, рычаги и пусковые кнопки – о, Баум даже поймал себя на мысли о том, что желание Алистера сидеть в кресле и любоваться Нью-Йорком с подобной высоты, понятно и ему самому, в отличие от всех остальных, о коих был осведомлен Отто. Неяркой ревностной вспышкой загорелся где-то на периферии сознания неозвученный вопрос о том, входила ли его супруга в педантично составленный список желаний Голда, но пропал сразу же, как только Баум вспомнил о, собственно, цели своего визита в обитель англичанина, который единственное, что вызывал внутри мужчины, когда тот вспоминал имя и манеру речи знакомца, так это нервный спазм века правого глаза. Веко, кстати говоря, еле заметно дернулось и сейчас – в тот момент, когда Отто неожиданно сфокусировал свой взгляд на передней поверхности стекла и заметил там помимо своего отражения еще и отражение Голда; всего на мгновение их взгляды пересеклись, но даже его было достаточно для того, чтобы оба из присутствующих в этом просторном кабинете поняли, что для них двоих здесь очень скоро станет слишком мало места. Справедливости ради, Баум считал, что Алистеру Голду везде, куда бы он ни прибывал, становилось вскоре тесно и душно, и виной тому не затянутая слишком туго удавка галстука на шее, а непомерно раздутое эго, поглощающее помимо посторонних, имевших неосторожность оказаться в одном зале с англичанином с тростью, еще и своего обладателя. Сам Отто таких проблем никогда не испытывал, и сейчас поправил виндзорский узел своего галстука просто потому, что ему нужно было как-то занять оставшиеся пару-тройку секунд перед началом их с Алистером беседы. Беседы, которая, как предрек самому себе Баум, ни к чему, скорее всего, не приведет.
- Что ж, с Вашего позволения, я опущу ту часть, в которой интересуюсь о самочувствии и Вашем отношении к сегодняшней погоде, - Отто развернулся лицом к Алистеру и скинул со своих плеч пальто, перекидывая то через левую руку, но лишь для того, чтобы донести его до кресла, на которое ему было предложено присесть, и небрежно кинуть предмет гардероба на его спинку, не найдя поблизости другой вешалки. – Хотя вопросы о погоде с некоторых пор стали для меня очень актуальными, если Вы, Алистер, понимаете, о чем я… - говоря как можно более непринужденно, но тяжело вздыхая, покуда присаживался на свое место и морщился на несколько мгновений от острой боли, пронзившей колени, господин Баум, расстегнув пуговицы своего пиджака, обращаясь затем к мужчине, сидящему напротив, - Я слышал, что в Австрии нынче невиданно суровый февраль, - нахмурился и сжал губы так, что контур верхней буквально «стерся» с лица, и покачал недовольно (а может, встревоженно) головой немец, - Сначала снегопады, потом метели… Не самую лучшую дату вы выбрали для проведения корпоративного отдыха! – усмехнулся мужчина, обезображивая свое немолодое лицо кривой ухмылкой, - Но раз Вы вернулись раньше срока, то наверняка и сами поняли это. А остальные из Ваших сотрудников… - Баум подался вперед, убирая ладони с подлокотников кресла и сжимая их в «замок» на своих коленях, а затем кивнул вопрошающе в сторону Алистера, - Это тоже поняли? Или решили потратить все до последнего выделенного им цента, не взирая на непогоду? – он продолжал улыбаться, прекрасно понимая, что ни шутками, какими бы удачными они ни были, ни попытками забить глаза Голда словесной пылью, не возымеют необходимого эффекта, но не мог отказать себе в удовольствии как можно дольше оттягивать момент, когда, наконец, прозвучит вопрос, на который у англичанина напротив будет только одна попытка ответить правильно.
[NIC]Otto Baum[/NIC]
[AVA]https://68.media.tumblr.com/64df47fd64878eb995dd3aa2881d9e31/tumblr_ohd0laoOTN1us77qko1_250.png[/AVA]
[STA]Waidmanns Heil![/STA]
[SGN] https://66.media.tumblr.com/f8900d8d4ad852f467390bf3c4bd8caf/tumblr_ohd0laoOTN1us77qko2_500.gif
— А как же любовь?
— Ее слишком переоценили, биохимически это как съесть большое количество шоколада.
[/SGN]

Отредактировано Alessa Montgomery (24.02.2017 15:18:09)

+4

4

«Ты просто играешь», – скажет он. – А ролью надо жить».

Социологами или психологами, одним словом мозгоправами было когда-то предположено и не исключено, что в любом другом человеке нас чаще всего раздражает то самое из чего мы состоим. Мы на бессознательном уровне начинаем отторгать то самое «внутреннее я», которое умудряемся разглядеть в ком-то, то, что будет раздражать на подклеточном уровне до самого мозга костей.
По лицу Алистера не трудно было считать легкий налет раздражения. Отто не был для него приятным человеком в чьем бы обществе Голд хотел проводить долгое время. Все эти ужимки, нарочная показанная вежливость, подчеркнутое отвращение, которое приписывалось всему начиная с чужих слов и заканчивая тактильным контактом.  Даже для такого сноба, как англичанин Голд, это было как минимум отталкивающе. Предполагалось, что немец тоже не любовался своим собеседником, предпочитаю последнему виды панорамного окна. Не оставив для Алистера выбор впустить его или сославшись на неотложные дела перенести встречу, Баум как бы опережая приглашение вошел в кабинет президента корпорации. Голд растирает руки, разгоняет кровь по ладоням, когда Отто говорит с ним, точнее с его профилем. Ему бы в самый раз развернуться к этому человеку спиной, возможно даже закопав при этом свои руки глубоко в карманы брюк – выказывая все свое нежелание говорить с немцем, но Алистер не может, никак не может, его сотрудники уже принялись перемывать все косточки за стеной, их громкий шепот переговоров уже нарастает, угрожая перейти в полный голос недовольных и встревоженных.  Голд затаил с недавних пор на Отто обиду, в тот самый момент, когда, идя нога в ногу с Трайсел, желая конечно же последних потопить или хотя бы поставить на место, указав им где оно, он пригласил мистера Баума в свой штат. И зарплата, и условия работы– все это было более чем заманчивы, не зря же по этому вопросу Алистер лично консультировался с Хельгой.
Его смешок был неуместен, на моменте, когда Отто начиная издалека, принялся через погодные условия подводить всю суть его визита к конечной цели, Голд едва ли слушая своего посетителя в пол-уха, думал о своих личных контактах с женщинами, которые были, как им казалось счастливы в своем браке. Вот и Хельга, ее муж так же имеет личные разговоры и встречи с Голд, совершенно не догадываясь о том, чем же занята его благоверная русская жена в часы сверхурочной работы.  История в очередной раз закрутившись спиралью, повторялась. Немец не знает и малой части всего, что происходит за стенами его квартиры, наивно полагая, что все под контролем. И вот он Голд, вновь исполняя роль коварного змея, запущенного в священный Эдем, разрушает очередные узы брака.
Голд пытается сосредоточиться на вопросе Отто лишь тогда, когда немец замолкает, вопросительно смотря на своего почти безучастного собеседника. От его ответа многое сейчас зависит.
- Я отказался от отдыха не из-за погодных условий, - сухо отметил Алистер, обводя взглядом свое рабочее пространство, - с нашей последней встречи много изменилось в корпорации, - он одарил сидевшего перед ним человека с высоты своего роста, дежурной слегка наглой ухмылкой. – Полагаю ваша жена вам некоторые рабочие моменты успевала рассказать. – Алистер развел довольно любезно для ситуации с человеком, который ему не нравился, развел руками. – Мы все очень заняты целью жить, Отто, не так ли?
Он тянул время, но для чего? Выстраивая в своей голове очередной гениальный план? Возможно. Он сел напротив немца с напряженной улыбкой на своих тонких аристократических английских губах, что превратились в тот момент в тонкую нить. Если Хельга чем и делилась со своим мужем, то это были незначительные крохи, которыми было не насытиться не перепродать. Полагалось, что женщина боится сболтнуть то лишнее, что объединяло ее с Голдом помимо работы. Будь все иначе, чем виделось англичанину, Отто Баум явился бы в его кабинет в совершенно другом настроении и с другими вопросами. Если бы вообще сам пришел, а не прислал своих людей. Все-таки эта показушная брезгливость вряд ли была бы хоть сколько-нибудь ненастоящей, она была частью характера немца, частью его сущности, а значит и своими руками он не миловал и не казнил никого и никогда.  Алистеру ничего было бояться, он мог спокойно пускать пыль в глаза мужу-рогоносцу, не опасаясь ответного удара. Свои прошлые ошибки Голд учел и больше таких соперников как Эйдан Монтгомери не выбирал.  Он внимательно вглядывался некоторое время в опрятное и даже в чем-то привлекательное лицо мистера Баума.
- О непогоде я узнал лишь парой минут раньше, чем наша встреча состоялась.
Он некоторое время решался на то, чтобы сообщить немцу последние новости, но его несколько опередили. В кабинет, опережая ответ на легкий стук в дверь, влетела молодая женщина. Она застыла на пороге всего на пару мгновений, наткнувшись на два вопросительных взгляда, потом ее взгляд переключился исключительно на босса, минуя всю заинтересованность мистера Баума, что повлекло за собой плохо скрываемое удовлетворение Голда. Он мог демонстративно показать Отто, что в этой корпорации и царь и бог только он – Алистер Голд.
- Нам удалось выйти на связь с курортом, мистер Голд. – Произнесла женщина хорошо поставленным голосом. Дважды повторять не было необходимости, Алистер покинул свое кресло, попутно оправляя полы своего пиджака.
- мистер Баум, - обратился он к посетителю деловито и вежливо, как и полагалось в присутствии других людей для которых Алистер неизменно на протяжении многих лет играл одну и ту же роль – роль руководителя с железной хваткой. – Мы можем пройти в наш штаб сформированный специально ради операции спасения наших людей, которые из-за непогоды и сошедшей с гор лавины, были на некоторое время лишены связи и помощи внешнего мира. Полагаю, с Ольгой все хорошо, вскоре мы сможем в этом лично убедиться. 
Не дожидаясь реакции немца, Алистер покинул свой кабинет, следуя за молодой сотрудницей, но оставил Отто выбор – следовать за ним или ждать известий не то=трогаясь со своего места.
[AVA]https://66.media.tumblr.com/ea863cb92abfce9b9e901bfc6006fffe/tumblr_ohd5284ljn1us77qko2_250.png[/AVA]
[SGN]https://66.media.tumblr.com/9e9517039c5e673699e2ec17e0ec3a1c/tumblr_ohd5284ljn1us77qko1_500.gif[/SGN]

Отредактировано Alistair Gold (03.12.2016 20:38:59)

+4


Вы здесь » Manhattan » Флэшбэки / флэшфорварды » Wretches and Kings ‡флэш