http://co.forum4.ru/files/000f/3e/ce/11023.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/40286.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/95139.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/86765.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/22742.css
http://co.forum4.ru/files/0014/13/66/96052.css

Manhattan

Объявление

Новости Манхэттена
Пост недели
Добро пожаловать!



Ролевая посвящена необыкновенному острову. Какой он, Манхэттен? Решать каждому из вас.

Рейтинг: NC-21, система: эпизодическая.

Игра в режиме реального времени.

Установлено 6 обложек.

Администрация
Рекомендуем
Активисты
Время и погода
Дамиан · Марсель

Амелия · Маргарет

На Манхэттене: март 2017 года.

Температура от +6°C до +11°C.


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Manhattan » Эпизоды » All I want for Christmas is... ‡эпизод


All I want for Christmas is... ‡эпизод

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

Время и дата:
23-25 декабря 2016 года
Последовательная смена суток
Декорации:
NY
Adirondack Mountains - горный хребет на северо-востоке штата Нью-Йорк;
Гостиница Lake Placid Lodge,

Герои:
Nathaniel Jacobs and Christopher Wardlow
Краткий сюжет:
Наше первое Рождество вместе. Первая поездка и отдых вдалеке от шумного города. Ты загадал желание, малыш?

http://s8.uploads.ru/t/2zqwM.jpg

http://s9.uploads.ru/t/PXl5Q.jpg

http://sh.uploads.ru/t/oUFtT.png

I don't want a lot for Christmas
There's just one thing I need
I don't care about the presents
Underneath the Christmas tree
I just want you for my own
More than you could ever know

Make my wish come true
All I want for Christmas is...
You

http://sh.uploads.ru/t/meVIw.gif

*Mariah Carey - All I Want for Christmas Is You

Отредактировано Nathaniel Jacobs (03.01.2017 16:14:27)

+1

2

http://s7.uploads.ru/yCTD8.png
23 декабря, 2016 года
6:05 am

- Крис...
Мне хочется его убить. Любовно придушить подушкой, которую его руки в данный момент тесно прижимают к груди. Надеюсь на её месте он представляет меня, а если нет - тогда пора точить ножи. Во сне Кристофер самое прекрасное из существ и по уровню "мимишности" способен конкурировать с детенышами панды и котятами, которые давным-давно заполонили просторы интернета. Мой ласковый и нежный зверь с трехдневной щетиной, трется носом о подушку, что-то мямлит и вовсе не желает просыпаться. Так уж сложилось, что его биоритмы не совсем соответствуют моим, ведь Кристофер по сути ночной житель: работает по ночам, ложится спать утром, а просыпается ближе к вечеру. С недавнего времени я начал подстраиваться под его режим, так как отныне нас связывают не только любовные отношения, но и рабочие. Жаловаться на недостаток времени проведенного вместе не приходится. Впрочем, я был бы во сто крат счастливее, если бы Крис сдал оборону и переехал жить ко мне. Будь так, у него появились бы не лишние пара часов в сутках, которые Вардлоу тратит на дорогу от дома до работы. Живя в огромном мегаполисе, ты просто обязан учитывать возможность проявления нежеланной непунктуальности. Опоздания из-за пробок, загруженность общественного транспорта - прелесть жизни в городе многомиллионнике. Поэтому удивляться в данный момент в общем-то нечему. Крис спит. Спит по привычке без задних ног, не различая звонков будильника, а также пропущенных сто пятьсот вызовов от своего парня. И этот парень сейчас стоит рядом, парится в пуховике мокром от снега, сжимает кулаки от злости и не может подобрать слова, которые в полной мере выразили бы его разошедшееся негодование.
- Вардлоу, если ты сейчас не проснешься, то Рождество будешь встречать за стойкой своего любимого рабочего места, в компании алкашей - без меня! - в сердцах крикнул я на своего ненаглядного и содрал с него одеяло, в которое он уютно завернулся. Одеяло улетело прочь с кровати, оставляя Крису прекрасную возможность принять воздушные ванны. Я был настолько зол и раздражен, что на меня не произвело впечатление обнаженное тело любимого человека, которое к слову никогда равнодушным меня не оставляло. Потому что невозможно оставаться равнодушным рядом с таким мужчиной. И лишь оттого, что этот самый мужчина принадлежит мне одному, я могу позволить себе на время побыть хладнокровной сучкой.
- Жду тебя в машине. Нам почти триста миль ехать по загруженной трассе. И снег идет, мать бы его так! - не глядя на Криса, я вышел из спальни. В прихожей стояла собранная сумка с вещами Вардлоу, которую я прихватил  с собой покидая квартиру. На мгновение у меня появилось желание постучать в соседнюю дверь и поздравить Джинни с наступающим праздником, вот только не хотелось провоцировать объявившуюся в его жизни сладкую занозу в заднице. Да и время было ранее - самые сладкие часы для сна. Сладкие для всех, но не для нас с Крисом. Сегодня я не просто так заявился к нему ни свет ни заря, будто бы хотел нарочно поиздеваться или нарваться на скандал. У нас были планы на ближайшие несколько дней. Наша первая поездка приуроченная к торжественной дате празднования Рождества. Наше первое Рождество вместе. В трехсот милях от Манхеттена нас уже ждал забронированный номер в гостинице Lake Placid Lodge, которая располагалась у подножья гор и на берегу огромного озера. К нашему приезду в номере будет распален камин - неотъемлемый атрибут интерьера, без которого дух Рождества теряет всю свою силу. В номере будет пахнуть деревом, хвоей, корицей и мандаринами. Наверняка он традиционно украшен: пушистая елка в углу с мерцающими гирляндами, ветка омелы свисающая с потолка в центре комнаты, горящие красным цветы рождественника и два кресла с клетчатыми пледами у камина. И пусть с одной стороны такой отдых несколько стариковский, а с другой - слишком романтичный, мне хочется разделить его с Кристофером. Я мечтал о нем с того самого дня, как кто-то из нас несмело заикнулся о праздновании Рождества. По сути, Крис моя семья. А Рождество принято отмечать в кругу семьи. После моего ухода из дома, я потерял веру в этот праздник. Он утратил для меня все свое фундаментальное значение. Но когда в моей жизни объявился человек, которого любишь без границ и обида на него не способна жить дольше нескольких часов - я ощутил потребность в праздновании Рождества. Будто бы с его приходом, в нашей с Крисом жизни все изменится к лучшему.
8:40 am

http://i.travelnetplanet.com/thumb/large/uploads/media/img/8e/5e/8e5efd7f4f47cdc38cd20634000db86c.jpg

Don't fall asleep
At the wheel, we've got a million miles ahead of us
Miles ahead of us
All that we need
Is a rude awakening to know we're good enough
Know we're good enough

Два часа в дороге. Разумный google maps с его монотонно звучащим навигатором вывел меня на трассы Taconic State Parkway и I-87N. Пришлось целый час потратить на тошнотворное движение в пробке, которая тянулась от Сомерса до Паттерсона. Мое дерьмовое настроение усугубляли погодные условия: снег, дождь, ветер, гололед. Первый налипал на стекла, осложняя видимость дороги и буксующих впереди автомобилей. Сегодняшний день можно смело назвать персональной пятницей 13 для страховых компаний, которые разорятся на выплате страховки для пострадавших в многочисленных ДТП. Пока мы с Крисом тащились по-черепашьи в пробке, я успел насчитать по меньшей мере десять аварий на главной трассе. Хорошо, что я отправил Джула и Ромео в гостиницу для собак, так как после подобной поездки мне пришлось бы отмывать салон машины от собачьей блевотины. Тошнило и меня самого. Тошнило от беспорядочных толчков, тошнило от количества выпитого кофе, который я продолжал вливать в себя, чтобы не уснуть. Говорят, лучший способ не уснуть за рулем - общение с попутчиком. Но я по-прежнему сидел с поджатыми от злости губами, с насупленными бровями и одеревенелыми пальцами удерживал жесткий руль, всем своим видом демонстрируя Кристоферу, что обида на него еще не прошла. Когда Вардлоу пытался со мной заговорить, у меня имелся для него один красноречивый ответ - молчание. И сказать по правде, нелегко молчать в присутствии любимого человека. А ведь все должно было быть по-другому: другое настроение, иные гримасы, состояние предвкушения чего-то незабываемого одно на двоих. Не хочется быть соучастником ссоры, которая в общем-то не состоялась по всем действующим канонам. Поэтому... Я еще чуть-чуть позлюсь. Позлюсь до того самого момента, как в колонках запоет слащавый голос Бибера, вторящий:
Don't you give up, nah-nah-nah
I won't give up, nah-nah-nah
Let me love you
Let me love you
Oh baby, baby

И лед в моем сердце растаял. И я наконец раскрыл рот, подпевая мальчишке, от которого миллионы малолеток писают кипятком. А слова песни словно проведение какое-то - все о нас, все про нас.
- Let me love you...Let me love you, baby.

+2

3

Gotta get away, gotta escape
From the daylight.
I can see the way painted beneath the moon
(c)

Рождество для Криса чаще всего не обладало каким-то весом, не считая только активности на работе в эти дни: не все могли позволить себе проводить этот праздник со своей семьей по многим причинам, а потому предпочитали затеряться в толпе таких же одиночек в клубе, баре, надеясь, что случиться волшебство и судьба подкинет вторую такую же одинокую душу. Но в жизни многое меняется, Вардлоу не исключение. Прошедший год принес ему прекрасного человека, который и стал для шатена именно той душой, второй половинкой, если удариться в романтические дебри. Нат раскрасил его будни, сделал еще ярче праздники… Кристофер чувствовал себя занятым человеком и ему это до ужаса нравилось.
Кстати, про то, что ему нравится все, без исключения все в Натаниэле, он повторял мысленно, когда лишился теплого одеяла, а по коже бесцеремонно бродил немного прохладный комнатный воздух. Крис – сова, как ни крути, как ни старайся кто изменить этот факт, Натаниэль – жаворонок, который пропустит свою пробежку утреннюю только если конец света наступит, но Вардлоу никогда не видел в этом какой-то глобальной проблемы. Скорее не видел до этого самого утра, когда часы показывали шесть, мать их, часов.
- Малыш, мы обязательно должны так рано выдвигаться? Иди ко мне… – Крис утыкается лицом в подушку, похлопывая по месту рядом с собой, однако уверен на все сто процентов, что все его слова останутся не услышанными. Молодой мужчина тихо стонет, когда Нат подтверждает его мысли, выскакивая на улицу. Что ж, все-таки можно и потерпеть какой-то один день, возможно, что парочку, тем более завтрашним утром он однозначно не выпустит своего парня с постели до обеда, если не заставит провести в ней весь день. Пятиминутный душ, который окончательно дает проснуться, любимый свитер на голое тело, пальто и телефон – остальные вещи уже внизу, вместе с его радостью, которая сегодня слишком бурчит. Вардлоу не переживает, он замолит потом прощение, тем более шатен знает, что любой из способов понравится обоим. Однозначно.
Кристофер честно старается не уснуть, но монотонность в дороге делает все только хуже, а Нат не собирается помогать, продолжая молчаливый бойкот. Настроение ползти выше твердой тройки не собирается, о чем говорит сонное и немного недовольное лицо Вардлоу. Может быть уже можно начинать замаливание грехов? Скорость машины позволяет это сделать, да и ко всему прочему тонированные стекла скроют картину от ненужных свидетелей.
- Нат, радость моя, может хватит дуться? А в ответ тишина. Крис гулко вздыхает, собираясь с мыслями и силами, решая потерпеть еще некоторое время. Он не хочет ругаться, не видит смысла, тем более, если нет причины. Зачем портить поездку, к которой оба парня готовились довольно долго, рушить эту сказку, которую они решили создать собственными силами? Шатен ерошит непослушные волосы, глядя на Ната, сдерживая себя, только бы не опустить ладонь на чужую коленку и сжать, потом подняться пальцами чуть выше, подразнить, увидеть улыбку на любимых губах, а потом поцеловать, отвлекая от пробки на какие-то пару секунд. Спокойствие, Крис, только спокойствие.
Вардлоу не особый поклонник сладких мальчишеских голосов, о которых мечтают все девчонки пятнадцати годков, но ему очень нравится слышать голос СВОЕГО мальчика. В первое время молодой человек даже не вслушивается в текст, сосредотачиваясь на Натаниэле, но получается вновь залипнуть на губах. Иногда Крис задумывается, наступит ли момент, когда страсть в нем не будет закипать в какие-то секунды, а желание обладать парнем станет посещать на много реже? Сейчас он даже представить не может, что такое может иметь место в его жизни, а потому выбрасывает окончательно бредовые мысли, улыбаясь.
- Я люблю тебя. Вот так вот просто, без каких-либо иных слов, не смотря ни на что, потому что нежность накатывает так внезапно, что сердце начинает стучать чуть быстрее. Never let you go, never let me down. Без вариантов. И Вардлоу все-таки укладывает ладонь на бедро Ната, наконец-то затыкая собственника внутри, который уже успел заскучать без прикосновений к своей личной радости. - Холодную войну можно считать оконченной? Я соскучился.
Оставшаяся дорога проходит в более приятной атмосфере, а время пролетает намного быстрее, когда на горизонте можно уже рассмотреть снежные пики. Вардлоу не терпится поскорее оказаться в гостинице, окончательно забыть на некоторое время о большом городе, убежать от мелких, но все-таки проблем, дать дорогу рождественскому настроению. Он уже чувствует вкус шампанского, запах хвои, тепло камина. Представляет, как в блике цветных фонариков будет касаться губами чужих плеч, водить пальцами по коже … Нет, необходимо еще чуть чуть потерпеть.

Когда машина останавливается около гостиницы, Крис довольно присвистывает, натягивая пальто. Белый снег настолько невинен, что кажется фантастическим, искусственным, но все на самом деле, все реально. Если это только начало их отдыха и оно так великолепно, что можно говорить о том, что будет дальше? Вытаскивая сумки из багажника, Вардлоу притягивает к себе Ната, довольно щурясь и целует, обнимая одной рукой.
- Эта была одна из самых лучших идей этого года. Хотя, конечно, я люблю, когда на тебе на много меньше одежды чем сейчас. Крис оставляет контрольный поцелуй на скуле парня, направляясь в гостиницу. Даже самые смелые мысли о Lake Placid Lodge не шли в сравнение с данностью. Они не в глуши, но и можно быть уверенным в полном спокойствии в эти дни. После открытия бара, паре редко когда удавалось проводить тихие вечера, отдавая кучу времени клиентам. Нет, никто из них не жаловался, ведь работа была не в тягость, да и не было нужды расставаться на долгое время, но минуты тет-а-тет все равно оставались самыми золотыми и дорогими. Семейная идиллия? Возможно, но Вардлоу не пугает это гипотетическое «окольцовывание». Кажется, что Крис даже жаждет этого, пусть и не сейчас. Время прошло не так уж много с их встречи, хотя событий случилось довольно. Но чем Вселенная не шутит?

Отредактировано Christopher Wardlow (29.01.2017 15:53:48)

+2

4

All that I am
All that I ever was
Is here in your perfect eyes, they're all I can see


* Snow Patrol - Chasing Cars
- Я люблю тебя.
Приходится резко утопить педаль тормоза, дабы не въехать в "зад" впереди ползущей шевроле авео. В ту же минуту сзади послышался недовольный повторяющийся звук клаксона. Я растерянно бросил взгляд на зеркало дальнего видения и извиняясь пару раз "моргнул" аварийкой водителю микроавтобуса, который высунувшись в окно приготовил для меня порцию острот. Какими словами благословлял меня старик, я не придал ровным счетом никакого значения. В ушах до сих пор звенел высокий голос Криса, который эхом повторял мне раз за разом: люблю тебя, люблю тебя, люблю тебя. Я не моргая смотрел на лобовое стекло и налипающие на его скользкую поверхность похожие на клочья овечьей шерсти слипшиеся снежинки. Пальцы подрагивали, будто бы ночь я провел не в постели, а напиваясь до обморочного состояния в каком-нибудь клубе, и теперь все тело испытывает прелести похмельного синдрома. Вот только крепче эспрессо за последние пару суток мне пить не приходилось, зная какая ответственность будет возложена на мои плечи в дороге. Сказать, что я был счастлив - не сказать ничего! Да и удивлен я был не меньше. Казалось бы, что такого нового услышал? А сердце все равно пропустило пару ударов от волнения. Мне пришлось уяснить одну вещь: Кристофер не тот человек, который будет понапрасну и безрассудно сорить признаниями, словно конфетти из хлопушки. Впрочем, нечто общее у его признаний и детской игрушки есть - эффект неожиданности. Ведь его слова и правда, как хлопок. Как атомный взрыв в моем сознании, проникающий дурманящим облаком в самое сердце. Я помню каждое его признание. Помню день, событие его отождествляющее и даже погодные условия. Его «люблю» - это одна из тех бесценных вещей, которые нельзя продать с молотка на элитном аукционе, типа Сотбис. Его «люблю», делает из меня слабого и беззащитного человека, которому страшно от мысли, что если Кристофер будет признаваться слишком часто, то однажды собственные слова покажутся ему бесцветными, а чувства изжившими себя. Поэтому, я не прочь получать от него признания в любви дозировано, в моменты подобные этому.
- Это было неожиданно. - проглотив нервный смешок, я словил руку Криса на своем бедре и поднес раскрытой ладонью к губам. Нежный поцелуй пришелся на её мозолистую поверхность, а после пришлось вернуть собственную руку на рычаг переключения передач. Мы наконец выбрались из пробки и выехали на свободную трассу.
- Подумать только, мы могли угодить в аварию по причине твоего признания, малыш... Да-да, и моей слабости перед тобой тоже. - я рассмеялся, даря смущенный взгляд возлюбленному. - А на счет войны. Прости. Я просто нервничаю. Для меня все это впервые, поэтому эмоции лезут через край. Хочу поскорее добраться до отеля и остаться с тобой вдвоем.
Мне не хватает тебя - остались недосказанными слова. Уголки губ опустились, а в глазах весьма вовремя отразились серые облака, которые скрыли оттенок гнетущей грусти. Знаю, что обещал ничего не скрывать от Криса, но подобные переживания в данный момент попросту не к месту. Не хочется портить наш уикэнд разговорами о баре, который я подарил Крису, а работать в нем приходится мне и левому парню, в последнее время не в меру подбивающему ко мне клинья. Не хочется в который раз намекать на совместное проживание, которое было бы логичным продолжением наших отношений. Ведь не о браке я прошу, будто бы тем самым желая целиком и полностью завладеть Вардлоу! Я хочу быть рядом. Просто быть с ним.
Трасса Адирондак Нортуэй разрезала пополам тянущийся на сотни километров к северо-востоку от Нью-Йорка густой лес. Равнинная поверхность вскоре начала чередоваться с возвышенностями. Все отчетливее прорисовывался холмистый пейзаж и заснеженные горные вершины Адирондака. В горах было порядком холоднее, о чем предупреждал градусник у спидометра. Изредка, по пути нам попадались простирающиеся вдоль трассы темные озера, чья гладь колебалась от сурового северного ветра. Будь погода поспокойнее, поездка выдалась бы куда комфортнее и увлекательнее. Из колонок продолжала литься музыка: смесь зажигательной попсы и стильного рока. Музыка отвлекала от печальных мыслей, заставляя подпевать и концентрироваться на тяжелой дороге. За сто километров от отеля, мы остановились дабы заправится, справить нужду и попросту размяться.
- Мой зад... - ныл я, растирая ягодицы и мышцы спины, пока Крис покупал нам кофе и легкий перекус в магазине при заправке. Съев по горячему хот-догу и выпив кофе, наша парочка снова погрузилась в машину и продолжила свой путь. Найдя удобную тему для разговора, мы незаметно проехали остаток дороги в сто километров и уже к двенадцати часам дня прибыли в Lake Placid Lodge.
11:55 am
- Когда доберемся до номера, разрешаю тебе избавить меня от всего ненужного тряпья, - соблазнительно шепчу на ухо Крису, будто бы желая скрыть эти слова от величественно раскинутых крон деревьев и рябящей вдали глади озера. Оставив машину на парковке отеля, мы с Вардлоу в обнимку отправились к главному зданию отеля у подножия гор. В моменты подобные этому, я мысленно благодарил Господа за не выдающийся рост. Мне нравилось тонуть в объятиях Криса и жаться поближе к его сердцу, смотря снизу вверх на все крохотные морщинки, что раскидывались у его глаз и переносицы, стоило Вардлоу улыбнуться или состроить недовольную гримасу.
Что из себя представлял Lake Placid Lodge... Он был словно весь соткан из легенд старой Америки. Его будто бы по кускам вытащили из далеко минувших лет, когда земли Северной Америки населяли народы краснокожих индейцев. Также в нем было что-то от кельтов и старой Ирландии. Три основы отеля: камень, дерево и натуральная кожа. Вся атрибутика напоминала о прошлом, которое давным-давно кануло в лету, но от этого вес свой не утратило. Здесь чтили традиции. Дух Америки жил в каждой незатейливой вещице и чучеле животного. Отель напоминал огромный дом лесника, но в более богемном варианте. Странно, что у него было всего четыре звезды. Только по первому впечатлению производимому интерьером и экстерьером, можно было смело и без претензий дать Плэсид Лоджу пятую звезду. Добравшись до ресепшена, у которого нас встречал администратор с самой шикарной и душевной улыбкой, какие приобретаешь с многолетним опытом в довесок, я сделал вывод, что и персонал здесь не лыком шит.
- Добрый день, господа. Рады приветствовать вас в Lake Placid Lodge. Меня зовут Сэмюэль, я - администратор отеля. Разрешите уточнить детали брони...- мужчина средних лет открыл регистрационный лист в макбуке.
- Добрый день. Мы бронировали номер через «букинг» по стопроцентной предоплате на имя Натаниэля Джейкобса. Карта для проверки нужна? - я достал из кармана пуховика портмоне и приготовился дать администратору свою кредитку.
- Да, пожалуйста. - взяв карту, Сэмюэль сверился с реквизитами, провел карту через терминал и выдал нам квитанцию, а также карту-ключ от коттеджа. - Приятного вам отдыха, господа. Позвольте портье вас провести и помочь с багажом. Вам достался прекрасный номер. В это время года пейзаж с веранды коттеджа открывается незабываемый: озеро, горы и небо полное облаков.
- А камин? - поинтересовался я, так, на всякий случай.
- Уже разожжен к вашему приезду! - с достоинством ответил Сэмюэль, гордо задрав нос. Что-то «свое» было в этом мужичке, за что я не поскупился на улыбку в его адрес, и тут же хитро зыркнул в сторону любимого.
- Благодарим.
- Рады служить. Ах, да! Вы выбрали «Все включено». Завтрак-обед-ужин по расписанию, в столовой главного здания. Но вы можете заказывать все, что пожелаете в номер. У вас в номере имеется подробный прейскурант услуг нашего отеля. Будем рады исполнить все ваши пожелания.
- Отлично. Обязательно ознакомимся. Спасибо, Сэмюэль. Ну, - я обернулся к Крису и подцепив пальцами его ладонь, крепко её сжал. В свете жарких ламп, что освещали холл и будто бы согревали тебя изнутри, мой любимый мужчина казался в тысячу раз привлекательнее, чем я когда-либо его видел. - пойдем заселяться? Кто там нас провести грозился...

Отредактировано Nathaniel Jacobs (29.01.2017 22:37:01)

+2

5

– Все хорошо, – сказал он. – Ты пришла туда, куда хотела прийти.
– Я не хочу шоколада, хочу вина. И хочу туда, вниз, в нашу комнату, где разбросаны книги и горит камин. (с)

Кристофер как-то слышал, что мотивация – это не просто набор слов, обещаний или что иное. Мотивация – это когда все пять органов чувств человека направлены в одну единственную сторону, в одно направление. На данный момент все его чувства четкими линиями, если бы их можно было увидеть невооруженным глазом, тянулись к Нату, к его словам. Добраться до номера с каждым мгновением хочется все быстрее, наплевав на какие-то формальности в виде регистрации, росписей и фраз «Добро пожаловать». Вот когда они окажутся отрезанными от всех и вся, вот тогда можно буде поговорить о добре и тех, от кого оно зависит!
Раньше, когда Англия была родным домом, Вардлоу всегда предпочитал отдыхать в больших городах, убегая от туманности Дорчестера, теряясь в толпе людей, оживая среди каменных джунглей иных «миров». Возможно, теперь во всем виноват возраст, а может глупое желание не так как раньше, не с теми. Возможно, что все на много проще – новая жизнь, которая очень нравится, и человек, с которым хочется убегать ото всех и от всего вот в такие снежные сказки, с потрескивающим огнем. Отдельный коттедж – это даже лучше, чем номер, во сто крат! Крис решает, что потом обязательно сделает пару комплиментов своему парню за организационные способности, за подборку места, пока сам Вардлоу разливал очередной напиток в двадцатый по счету стакан или отсыпался после рабочих будней. Заселение  - все на Натаниэле, пока шатен осматривает помещение и, как настоящий мужчина, следит за вещами. Кстати, он старается не ревновать, потому что это глупо, хотя и улыбки, которыми раскидывается Джейкобс на столько завораживающие (по мнению всех чертей и ангелов, сидящих на плечах Криса), что просто так мимо пройти нельзя. В конце концов, вежливость, уважение и гуманность – просто бы не забывать эти слова. Да и вообще, слова о камине выбивают вновь все лишние мысли, пальцы, касающиеся ладони закрепили все дело окончательно.
- Я немного отвлекся на кое-кого, потому прослушал все, что касалось провожатого. Кристофер пожимает плечами и идет следом за Натаном, удобней перехватывая сумки. Он вспоминает пару поездок с родителями на снежные курорты, но скорее в виде неких укороченных тизеров, пока их путь проходит между коттеджами отеля. Вспоминает подъемы и падения, искренний смех и на мгновение ощущает некую скуку, сожаление даже, но надежда на то, что этот уикенд, который начался сегодня утром, перекроет все, словно феникс, возвращается мгновенно, когда чужая рука сжимает крепче. Наверное в этом вина самого Вардлоу – его эмоции очень часто сразу же отражаются на лице, если контроль в это время не нужен, а Нат уж точно многие из них выучил. Порой кажется, что на столько многие, о которых даже сам Крис не знает.
Доступность всего и, в то же время, уединенность – два фактора, которые совместить очень сложно, но отель не зря пользуется популярностью, словно разбрасывая комфорт в воздухе, как некую пыльцу фей. Всего каких-то пара минут и молодой парнишка получает свои пару баксов чаевых, оставляя молодых людей на пороге приятного на вид строения, взгляд на который рождает на губах Кристофера улыбку.
- Наверное, впервые за все последнее время, я не могу точно описать свои эмоции. Это нечто, малыш. Вардлоу целует Джейкобса в шею, подходя сзади, пока тот картой открывает их дом на ближайшие пару дней. Может быть им стоило взять именно отпуск, а не какие-то жалкие Рождественские дни, которых уж точно будет мало  - шестое чувство уже начинает скрести в груди бармена. Крис игриво бедрами подталкивает Натана вперед, заставляя тем самым окунуться в тепло, которое по коже приятным жаром пробегает, а потом удивленно хмыкает, прикрывая дверь и опуская ручную кладь на пол. - Я не смог бы лучше придумать. Кстати, я уже слышу запах праздника.
Молодой человек улыбается, уже крепче обнимая своего парня со спины, вновь касаясь губами его шеи, не скрывая улыбки. Им бы по хорошему раздеться, избавиться от лишней верхней одежды и осмотреть все, но Вардлоу так не хочет отпускать свое персональное счастье далеко, что чувствует себя каким-то наркоманом. И нет, это никоим разом не относится к девчачьему сериалу о вампирах и каких-то сортах героина: у Кристофера свое ЛСД, свои вид зависимости, как и лечение от него. Рука шатена скользит по молнии на пуховике, расстегивая его и снимая с чужих плеч, а это значит, что отстраниться все-таки приходится, чтобы отправить на вешалку и его, и свое пальто, которое все-таки немного пострадало от падающего снега. Что ж, приходится смириться с этим фактом и, оставляя обувь около входной двери, отправиться на экскурсию по жилищу.
- У тебя уже есть какие-то планы или мы сначала по-человечески перекусим, а уже потом займемся проверкой помещения? Вардлоу улыбается одним уголком губ, чуть оттягивая горловину своего свитера, ощущая, как кожа под ним начинает нагреваться. Что ж, камин и правда выполняет не только косметическую роль, красиво вписываясь в интерьер, но и достаточно обогревает комнату. Крис уже видит, как этот самый камин не даст замерзнуть обоим парням среди ночи или утра, когда их собственные силы по согреваниям уже окажутся на исходе.
- Я подумал, что мы могли бы провести вечер здесь, - он обводит рукой комнату, второй пробегая по волосам, ощущая на кончиках пальцев «умирающие» снежинки. - В конце концов, нам хватит пары часов, чтобы ознакомиться со всеми нюансами?
Шатен старается не сильно наседать и надоедать какими-то своими идеями и желаниями, отдавая вновь в этом деле бразды правления Натаниэлю: он ведь тоже не просто так выбрал Lake Placid Lodge, а значит уж точно парочку планов оставил про запас, а возможно и как основные. Раздеть, как хотел Кристофер и как пообещал Джейкобс, бармен сможет и чуть позже. Ведь самое главное, что именно сейчас они вдвоем, в канун такого праздника, вдали от обид, ссор и иных неприятных моментов. Они сейчас друг для друга, как и завтра, и послезавтра. Так может и правда, лучше не спешить? Двигаться по-пуритански, хотя и хочется содрать к черту всю эту ненужную вязанную ткань с любимого тела. - Пока ты думаешь, предлагаю идти ко мне. Крис подмигивает, усаживаясь на край кровати и протягивая открытую ладонь Нату, чтобы следом притянуть к себе и уткнуться лицом в чужой торс, целуя через ткань желанное тело и крепко обнимая бедра. Сейчас Вардлоу даже не может понять, что больше в нем рождает приятное предчувствие: приятный запах тлеющего дерева, елочный аромат или тот факт, как приятно в легкие просачивается запах его родного мальчика.

Отредактировано Christopher Wardlow (08.02.2017 16:12:02)

+2

6

Вот бы снег падал и падал, застилая все вокруг белым полотном. Было бы здорово.
Словно жизнь началась с чистого листа. (с.)

Если задуматься, сколько раз я пытался начать жизнь с чистого листа, то головному мозгу будет обеспечено короткое замыкание. Я могу припомнить последний случай, в деталях воспроизвести его на скоростной киноленте памяти, но сомневаюсь, что в дальнейшем сохраню задорное расположение духа. Мы только-только начали приходить в себя и наконец сформировали беспечно утраченное доверие. Эта поездка, своего рода часть ритуала по закреплению чувств отданных в обмен друг другу. Мне кажется, что побег от кипящей и суетливой городской жизни позволит нам с Крисом сблизиться еще больше. Казалось бы - куда больше?! Но рядом с ним, я не ощущаю границ. В тоже время, считаю его существование в моей жизни всеобъемлющим. Он будто бы Вселенная - огромный, всепоглощающий и безграничный. И без того эгоистичный, я не могу сдержать рвущиеся из меня наружу чувства. Мой. Моя Вселенная! Мне хочется быть для него настолько ценным и желанным, как если бы одна планета возжелала вырасти до огромных размеров и вытеснить из орбит всех остальных небесных гигантов. Как же сильно я...
Счастлив? Влюблен? Что же?!
Пытаюсь ответить самому себе, пока мой взгляд блуждает по запутавшимся снежинкам в волосах Вардлоу. Из-под капюшона наброшенного мне на голову не видно, насколько я смущен. Впрочем, мороз легко покалывающий на щеках маскирует предательское чувство, рожденное смятенной неопределенностью. Пока мы шли вслед за провожатым до коттеджа, я все старался акцентировать собственное внимание на окружающей природе. На фотографиях это место казалось сказочным, а в действительности тебя не покидало чувство приятного отрыва от жизни в мегаполисе. Я родился в подобных местах. Горы, озера, дикая природа и все, что ниже десяти по Цельсию - это моя стихия. Земля укрытая снежным покрывалом, состоящим из миллиардов крохотных самоцветов, век которых слишком недолговечен и зависит от едва греющих лучей зимнего солнца - так и заставляет думать о чистом листе. Возможно до этого, я только пытался начать жизнь с чистого листа, а случай представился лишь сегодня.
- Наверное, впервые за все последнее время, я не могу точно описать свои эмоции. Это нечто, малыш. - согласен. Все, где есть ты - нечто. Именно с такими мыслями я открываю дверь, готовый рассыпаться или растаять на пороге коттеджа, когда Кристофер целует меня в шею, опуская капюшон пуховика. На лице расцветает по-весеннему теплая улыбка, а перед глазами скачут солнечные зайчики. Не будь этот уикэнд распланирован мною от и до, я бы стал грешить на слишком затянувшееся сновидение, которое мало соответствует действительности. Но действительность - она такова: есть я и Крис, есть время и место, есть чувства и подходящие слова для их выражения.
Мы заходим внутрь дома, который пахнет деревом, жженными поленьями и какими-то рождественскими пряностями, от которых едва не кружится голова. Или всему виной тепло, которым выдохнула нам обогретая настоящим камином комната... Зрачки расширяются, наблюдая непревзойденный дикий шарм интерьера. Взгляд пытается ухватиться за все, будто бы рисуя в краткосрочной памяти детальную панораму гостиной и спальни, которые были разделены не стенами, а со вкусом обставленной мебелью и тематическими элементами декора. Поначалу непривычно от их обилия и форм. К примеру кровать - она была огромной и  настолько высокой, что первая мысль посетившая мою голову была таковой: "А что если во время сна или секса мы свалимся с неё?". Не шутки ради я так подумал, имея за спиной горький детский опыт, после которого предпочитаю удобные напольные матрасы, типичным двуспальным кроватям. Исключение - кровать Криса, при условии его крепких объятий и поросшей черными волосками груди, в которую уткнувшись носом, засыпаешь сном младенца. Также удивляет число "посадочных мест" для коттеджа рассчитанного на двоих: здесь и маленькие диваны застеленные покрывалами в индейском стиле, и кожаные кресла с обилием клетчатых подушек. В центре комнаты самое главное сооружение - камин. Он задорно потрескивает распаленными дровами и привлекает игривыми языками пламени. Глядя на него во все глаза, кажется наши с Кристофером фантазии вошли в одно русло. Мы переглянулись, обмениваясь только нам понятными знаками, которые таились в глубинах глаз, где черный зрачок меняет свою кривизну. Но не так радует меня сам коттедж и его лоск, как возможность остаться в нем за закрытыми дверьми с любимым человеком. Знать, что никто нам не помешает: назойливыми звонками, нежданными приходами и вызовами к рабочему станку. Я наконец отбираю своего мужчину у всех любимых и нелюбимых, позволяя себе побыть немного собственником.
-...предлагаю идти ко мне. - лишенный верхней одежды и чуточку самообладания, так как шарм Кристофера способен выбить твердую почву из-под ног - я углубляюсь в его объятия и кладу руки на его шею. Перебирая пальцами слегка влажные от растаявшего снега волосы парня, зарываюсь носом в его темную взъерошенную макушку и глубоко вдыхаю носом. Крис пахнет шампунем, едва различимым запахом выкуренной в пути сигареты и горьким кофе. А еще он пахнет нами. Наш общий запах, который въелся под кожу, впитался в одежду и им дышат стены наших квартир. Я улыбаюсь и крепче обнимаю любимого, боясь впасть в истерику от нахлынувшего счастья. Крис мой самый правильный жизненный выбор. Он то, о чем я никогда не пожалею. Лишь причиненная ему боль однажды, до сих пор ломает мои ребра изнутри и диким зверем с когтистыми лапами прорывается сквозь немой крик.
- Не хочу тебя разочаровывать, но мой план очень скромный. - слегка отстранившись от Вардлоу и состроив удрученную гримасу, так что у переносицы залегла небольшая морщинка, я ткнул указательным пальцем в лоб Крису и тут же прошептал ему томно на ухо:
- Мой план заключается в том, чтобы каждый угол этого удивительного местечка был нами опорочен. И мне плевать на великих духов предков, которые могут спуститься с гор и лесов, чтобы проклясть нас за распутное поведение. Я хочу тебя везде: у камина, под елкой в лесу и даже в каноэ на озере. Я не рассчитываю на подарок от Санты, ведь весь прошедший год был плохим мальчиком. Но я претендую на подарок в твоем лице, ведь большего счастья в жизни мне никто не способен принести. Я люблю тебя, Крис. - "Выходи за меня замуж!" - чуть не вырвалось по инерции, так как момент более подходящий мог бы больше не представиться. Вот только глупо это звучит, да и смелости не хватит озвучить крайность, в которой отчасти видна возможность всему миру с его социумом предъявить права на человека, которого действительно любишь всем сердцем. Но мы обещали друг другу, что в крайности бросаться более не станем. Кому они нужны, когда и так в глазах напротив способен узреть самые искренние чувства. Я просто крепче обниму его и растоплю его улыбку жарким поцелуем. А потом...
- Есть хочешь, счастье? Лучше нам все же проверить их кухню. Когда там Сэмюэль говорил обед?
*Tyrone WellsA Beautiful Place to Be

Отредактировано Nathaniel Jacobs (13.02.2017 23:52:25)

+2

7

I wanna be your only man,
Don't wanna see you with no other man.
Now, just me! Only me...
I see a sunbeam comin' down
I know it's you by your footsteps on the ground (c)

Audio Bullys - Only Man
Возможно ли вообще перестать улыбаться, когда на каждом шагу подстерегает это неприкрытое счастье? О, как же хочется спрятать его ото всех, не дать взглянуть даже на самом дальнем расстоянии, чтобы не потерять, не разрушить все из-за зависти, непонимания, кучи иных факторов – общество умеет переворачивать с ног на голову. И пусть это сродни проявлению тирании, тоталитарной власти…плевать. Для всех Крис готов быть кем угодно, только бы его радость знала, какой он настоящий, без масок и обязательств, без тонн необходимых слов и дел, словно обнаженный, пусть и душевно, но это тоже дорогого стоит. Вардлоу снимает свою броню; держи, только не отдавай  никому.
Запах… В одной из книг Кристофер прочитал, что-то о парфюме, который заставлял биться сердце быстрее, а мыслям путаться, словно паутина в паучьих лапах. Тогда он подумал, что не очень приятное сравнение, учитывая его огромную любовь к восьмилапым чудовищам, от которых если и билось сердце, то уж больше от отвращения. Что же сейчас? Сейчас, утыкаясь носом в чужой торс, глубоко вдыхая аромат любимый, Вардлоу плевать – паук, змея, иная рептилия – если это Нат, то он готов путаться, готов сдаться на растерзание этим «лапкам», этим пальчикам, что так приятно ласкают волосы и расслабляют, убивая все желания разом, кроме одного ….
- Твой шепот сейчас мне мало напоминает что-то скромное, малыш. Ухмылка, и шатен прикрывает глаза, полностью полагаясь на слух, хотя и не нужно так делать, иначе плакал их обед горькими слезами. Мурашки бегут по коже, и бармену кажется, что они оставят видимые следы на его спине: следы, которые потом каждый сможет увидеть, тем самым уверяясь в том, на сколько волшебно Натаниэль на него действует, сможет рассмотреть некий вид клейма, утверждаясь, что романтика не умерла до сих, только если немного изменилась, границы свои расширив. - Ты сводишь меня с ума. И мой голод угрожает отойти на второй план, давая возможность сначала наказать плохого мальчика, а потом подарить ему подарок. Черт. Крис отдается поцелую, наклоняя голову назад, чтобы было удобней касаться губ Джейкобса, который все еще стоит. И это правильно! Не нужно рисковать с горизонтальным положением пока, ведь Вардлоу не железный. Кстати, Натан тоже.
Резкий рывок и бармен уже стоит, сжимая руками талию своего парня, проводя кончиком носа по шее.
- Кажется, он сказал, что плевать, во сколько. Да и если камин был готов к нашему приезду, уверен, что с едой они точно не тормозили. Крис целует кожу, проходя губами по синей артерии после каждой своей фразы, только следы пока не оставляет. Зачем спешить, когда для этого будет целый вечер и бесконечная ночь? - Пошли, пока я еще имею хоть чуток самообладания. Звонкий поцелуй в кончик носа и шатен направляется к выходу, цепляя псвое пальто и пуховик Джейкобса, попутно проверяя его на степень влажности. Кажется, им повезло, так как тепло комнаты, пусть и не так долго окутывавшее их, сумело просушить чуть намокшие вещи. А может это очередная фантастическая штучка отеля? Говорят, под Рождество что ни пожелаешь…
Они добираются до главного корпуса намного быстрее, так как дорога теперь известна. Шуточки, улыбки, легкие игривые толчки на расчищенных дорожках и снег, все еще падающий… лучшего не возможно и придумать. Вардлоу думает, что обед на завтра, а может скорее поздний завтрак, они закажут сразу в номер, да и знакомство с достопримечательностями на территории отеля никуда не денутся. Они приехали отдыхать, а не ходить по струнке, соответствуя некому расписанию, а потому бунт на их маленьком корабле вполне обоснован и понятен.
Крис забирает верхнюю одежду, добродушно улыбаясь уже знакомому персоналу, пока его парень узнает о ресторане. И черт, даже здесь челюсть бармена не встречается с полом только потому, что он взрослый мужик, который умеет, кажется, контролировать свои эмоции, если это не касается личной жизни, конечно. Темное дерево вперемешку с кирпичом в цвет создает историческую атмосферу, и представляется, как через пару минут в зал зайдет один из потомков королей, а дамы в платьях закружат в старинном вальсе посреди помещения. О, когда надо у Вардлоу фантазия работает на все сто процентов! Но им не нужен пафос и огромный стол, хватит и уединенного уголка, но с такими же свечами на столе, и друг друга напротив. Счастье никогда не требует много лишней мишуры.
- Представить себе их кухню я уже не могу, так как все равно попаду впросак. Меню в руках, сомелье, который сразу же интересуется заказом, - все это не портит уютной атмосфера. Кристофер прикусывает нижнюю губу, ожидая, пока заказ будет сделан, а бокалы наполнены, благодарит, а потом наклоняется чуть вперед, как только необходимый периметр становится чист. - Это же не светский ужин и нам не обязательно засиживаться здесь большое количество минут, которые могут быть потрачены на более приятные дела? Знаешь, я уверен, что твоя спина после всей дороги мечтает оказаться под моими пальцами. Они, кстати, умеют делать довольно не плохой массаж. Кстати, - шатен откланяется обратно, касаясь спиной стула, и отпивает белое вино. Его голос становится чуть громче, а на губах играет лукавая улыбка. - Мой парень никогда не жаловался.
Вардлоу осознает, что перенял игру, которую обычно всегда вел Нат: улыбки, касания, которые распаляют, подгоняют к такому необходимому, фразочки, от которых джинсы становятся слишком узкими, а низ живота заливает приятным теплом, которое потом обязательно исчезает, высвобождая фейерверки. А чего он ожидал? Как говорилось в одной пословице, с кем поведешься, от того и наберешься. Натан же научил чему-то, раскрыл то, что было заложено, только не имело возможности выйти наружу. Крису благодарить его за все – часов и минут не сложить.
Бармен накрывает чужую ладонь своей, а в голове всплывает их первое свидание, настоящее свидание, весна и точно такое же движение, касание точно такое же, только тогда это было маленькой веревочкой от одного к другому, а теперь это мост. И как бы хотелось, чтобы этот мост креп с каждым днем, обрастая своими легендами, рассказами и яркими цветами.

Отредактировано Christopher Wardlow (21.02.2017 16:36:10)

+2

8

You give me your smile
A piece of your heart
You give me the feel I've been looking for
You give me your soul
Your innocent love
You are the one I've been waiting for
I've been waiting for

We're lost in a kiss
A moment in time
Forever young
Just forever, just forever in love

http://sh.uploads.ru/t/o2hYm.gif
Scorpions - When You Came Into My Life

Когда мы с Кристофером начали встречаться, я открыл для себя одну элементарную вещь: счастье - оно не глобально. Счастье есть сосредоточением всего светлого и чувственного в одном единственном человеке, который при помощи одного лишь прикосновения или взгляда, способен одарить тебя смыслом жизни. И сейчас, стоя перед Крисом и заглядывая в его практически черные, с едва заметными золотыми прожилками в радужке глаза, я ощущал себя настолько счастливым, что границы реальности казались размытыми пятнами на фоне яркого свечения. Мы будто бы наконец добрались до нашего тайного убежища, которое возродили из мертвых; собрали его из крошечных песчинок гонимых ветром перемен и научились жить заново. Вот сейчас - я дышу. Дышу им и не желаю других элементарных частиц, из которых сотворен воздух. В воздухе вокруг него есть что-то удивительное и опьяняющее. Оно заставляет дрожать и испытывать дикую потребность в насыщении. А когда начинает обрываться наша связь, я забываю о способности дышать вообще. Губы судорожно раскрываются в попытке проглотить комок жаркого воздуха с привкусом корицы и мандаринов. Кажется на какой-то миг мне пришлось потерять себя, находясь в плену рук и глаз возлюбленного. Наши отношения - та еще загадочная химия.
Ты наказываешь плохого мальчика во мне каждый раз, когда останавливаешь себя прежде, чем что-либо произойдет. Всегда такой последовательный и неспешный, милый, ты представить себе не можешь, как жестоко испытываешь мою стойкость. - данными мыслями я провожу Криса взглядом до входной двери и послушно вдеваю руки в подставленный парнем пуховик. С мехового воротника на лицо падают мокрые капли, в которые превратились ранее прекрасные и совершенные в своем роде снежинки. Они превратились в воду, тая от тепла и света, так же как я, сгораемый изнутри от любви к Вардлоу.
Оказавшись на улице, я вновь мельком оглядываю арендованный коттедж. Огромные витражные окна от потолка до пола, которые стеной простираются с той стороны, что выходит на озеро, создают впечатление интимной неприкрытости. Нам явно следует учесть этот факт, когда все же настанет долгожданный момент уединения. Сомневаюсь, что смогу сдерживать в себе страстную натуру, которой по сути более некого и нечему стыдиться. Все интимное во мне, давно превратилось в мировую легенду. Интересно, сколько еще я буду жить в памяти поклонников порно жанра? Как скоро забудутся фильмы со мной и те пикантные ракурсы, которые заставляют кончать даже фригидных девушек, в тайне фанатеющих от гей-порно? Скорее бы. Чтобы слабым отзвуком прошлого и бесследной тенью прожженной юности. Чтобы утратить известность, заполнив память лишь одного на свете человека. Чтобы с этим человеком было связано, как бесценное прошлое, так и приятно-непредсказуемое будущее.
Умышленно не поспевая за широкими шагами Криса, я будто бы тайный преследователь разглядывал своего парня со спины. Темное твидовое пальто чуть выше колен, выгодно подчеркивало все достоинства его фигуры: высокий рост, широкие плечи, безупречную задницу. И снова, идущий непрерывно снег, путался в его густых топорщащихся от влажности волосах. Я никогда не видел Кристофера в шапке, мысленно предполагая, что головные уборы лишь усугубляют хаос на его голове. Ему шли шарфы: самые простые, завязанные классической петлей. Чтобы он не носил в повседневной жизни - вся одежда так или иначе указывала на его английские корни. Что-то было в его осанке и непроницаемом выражении лица от чистокровного англичанина, который привык уходить не прощаясь. Как и героиня романа Джейн Остен - мисс Беннет, я столкнулся с жестким стержнем гордости в Вардлоу. Он не был полон предубеждений, как мистер Дарси - отнюдь! Он был наименее консервативным англичанином, которых я когда-либо встречал. Повлияла ли на Криса жизнь в Америке или его взгляды изначально были сформированы по индивидуальному шаблону - сложно ответить. Но с гордостью его, мне долго не пришлось сражаться. Кажется, мы просто нашли друг в друге золотую середину. Наша любовь, оказалась блаженным противовесом.

Сентябрь 2016.

- Кажется, мы потеряли наше божество. - горько констатирует Макси, потягивая лениво свой "Секс на пляже" через ярко-розовую соломинку. Когда он получил свой коктейль от симпатичного бармена, которого мы с Крисом нанимали для работы в Опиуме - его блестящие голубые глаза потускнели. "Розовый цвет, серьезно?" - спросил Ридер у бармена, с явным осуждением и нотками уязвленного самолюбия. "Крошка, ты ведь блондинка - для нас весь мир розовый и пурпурный" - чмокнув в щеку Максимилиана, своим приторно-ядовитым голосом объявила Ева.
- Кажется, я впервые вынуждена не дать тебе по губам за подобные слова. Ты прав. А я так надеялась, что у них это временно...- Ева опрокидывает четвертый по счету шот текилы, громко ставя на столешницу блестящую рюмку.
- Но Нат оказался поехавшим крышей мазохистом. Я бы никогда не вернулся к парню, который меня изнасиловал!
- Называй вещи своими именами и не строй из себя агнца, Ридер - он его "поимел", как безродную суку...
- А мы зализывали раны Ната, пока его тиран залечивал собственную гордыню. - Ева обернулась к Макси и её брови недовольно изогнулись. Она скривилась так, будто бы проглотила протухшее яйцо. Хмыкая, девушка парировала:
- Может ты там что-то и зализывал, но прошу - не посвящайте меня в свои интимные подробности, мальчики. Мне хватает интима на работе, в кадре режиссера.
- Ха! Если бы он мне дал...
- Может хватит уже?! Я вообще-то все слышу и пока не полностью потерял голову от...
- Не смей! - Ева резко поднимается со стула и грубо накрывает мой издающий мычащие звуки рот, своей крохотной ладонью с тонкими белыми пальчиками. Я чувствую, как её ногти покрытые красным лаком впиваются мне в кожу, поэтому с силой отталкиваю лучшую подругу. Но её настойчивость и дерзкая натура не позволяют рту с тонкими губами закрыться в молчании.
- Не смей произносить ЭТО! - истерично кричит она, сжимая по-детски кулаки.
- Под "этим" ты подразумеваешь "любовь"? - элегично спрашиваю я, после чего усаживаюсь на стул рядом с Максом и облокачиваюсь о его плечо. Я нашел что-то интересное, как мне показалось в его высветленных солнцем волосах, поэтому принялся дергать Ридера за короткие завитушки. Он всегда терпел любые мои издевательства. Лишь однажды он вскрыл себе вены из-за меня, когда пришлось признаться ему в нелюбви и разорвать длительные, неопределенные отношения.
- Ты правда влюбился? Басс, ты ведь понимаешь, что сейчас разбиваешь сердца нам обоим? А он разбил твое! Этот жестокий и горделивый бисексуал! И наверняка разобьет снова. Ведь с "перебежчиками" всегда так - они не постоянны в своих взглядах. - жалобный взгляд Макса заставляет меня грустно улыбнуться. В памяти всплыли смутные воспоминания: такси, заднее сидение, объятия Криса и его тихий шепот. В тот момент мне казалось, его гордость с громким звоном разбивалась о стремительно возводимые стены из взаимных чувств друг к другу. Нет - он более не был гордецом.
- Я люблю его. А он любит меня. Вы должны смириться и жить с мыслью, что Джейк Басс больше не вернется. Есть Натаниэль Джейкобс - ваш лучший друг и парень Кристофера. Запомните это. И больше не напоминайте мне о том инциденте, так же как и Криса не тычьте носом в давно высохшую лужу. Я решил, что посвящу ему остаток жизни. И это не просто слова, мои сладкие сучки. Я не отдам этого мальчика никакому херу или...
- Только попробуй осквернить святость женского тела, птенчик! - перебила меня Ева, тыча в лицо оттопыренный средний палец.
- Я просто не отдам его, вот и все.


[float=left]http://s4.uploads.ru/t/UexXL.jpg
[/float]-...мой парень никогда не жаловался.
- Что? - на моих губах застыла недоуменная улыбка. Мы с Крисом сидели в обеденном зале основного корпуса отеля, ожидая свой заказ. Тепло этого места, так глубоко проникало под кожу, что заставило все тело расслабиться, а сознание на время распрощаться с реальностью. Мои мысли ушли далеко к началу осени, вдруг вспомнились лучшие друзья и наши редкие теперь встречи, душевные разговоры. Впрочем, их опасения по-поводу моего безвозвратного погружения в навеянные судьбой чувства, которые могли бы забирать все время и пространство вокруг, были мало оправданными. Разве так много времени из того, что имеет Крис, достается мне? Я бы хотел эгоистично отобрать у него каждую секунду, пока наши чувства не потеряли своей силы и страстного шарма. Я бы хотел больше таких моментов, как сейчас.
Напротив меня сидел до трепета в каждой клетке тела знакомец, с ошеломительной улыбкой и игривым взглядом темно-карих глаз. Его губы бессовестно ласкали поверхность стеклянного бокала, пока он медленно пил вино. В мыслях было, поскорее опробовать вкус этого вина, но уже с его губ. Он что-то говорил мне, явно подчеркивая в разговоре нотки флирта, которые я зачарованно проглатывал и не узнавая самого себя - терялся. Про какого парня он только что говорил? Когда Кристофер смеялся, его плечи обтянутые свитером мягкой бугристой вязки - то поднимались, то опускались. Мы сидели совсем близко к террасам, на которые в зимний период был закрыт ход. Но и без того виды с окон были настолько восхитительны, что можно было смериться с тонким сезонным нюансом. Когда солнечные лучи скользили по радужке глаз Криса, их оттенок становился светлее, и казалось, будто бы они тоже способны смеяться. Восхищаясь мысленно своим парнем, мне было сложно отвести от него взгляд. Он был весь такой идеальный, какие рождаются только в легендах и голубых мечтах. Но раз Кристофер сейчас со мной, значит я не был таким уж плохим мальчиком в уходящем году. Мне ниспослали лучший подарок на Рождество.
- Омг, прости, - смеюсь, обескураженно размахивая ладонями. - Твоего парня кажется Натаниэлем зовут? Тогда я наслышан от него о твоей технике. Знаешь, - я наклонился над столом, пока в нашу сторону приближался официант с двумя тарелками. - я завидую ему. Ну, твоему парню. Он счастливчик.
Я вернулся в изначальное положение прежде, чем Крис что-то успел сказать, а официант уже ставил перед нами заказанные блюда с вычурными названиями, которые конечно же вылетели из головы сразу после их оглашения. Говорят, что для лучшего аппетита и процесса пищеварения, важна подача блюда: его эстетическая сторона, его компоненты и запах. То, что было на наших тарелках, я не хотел есть - и не потому, что еда выглядела неаппетитно. Не хотелось элементарно нарушать идеально выстроенный на тарелке шедевр повара-перфекциониста. Блюда хотелось фотографировать со всех углов, рассматривать с открытым ртом и глотать слюну от невозможности попробовать хотя бы один сочный кусочек.
- Это цветы, что ли? - я нарочито нерешительно ткнул зубчиком вилки в маленький голубой цветок, который будто бы рос между бревнышками из кусков мяса. Ох уж эти кулинарные изощрения и пищевые инновации! Я бывал в ресторанах по всему миру, посещал те, которым были почетно присуждены три звезды Мишлена, и конечно же встречал в них презентации подобные этой. Мода, стиль, шик, лоск - ничего не поделаешь. Но когда напротив тебя сидит твое счастье, ты неосознанно превращаешься в любопытного ребенка, которому интересно все, что связано с объектом его сладких грез. Даже еда.

Отредактировано Nathaniel Jacobs (24.02.2017 01:21:26)

+2

9

It hurts to live
so wide awake, oh
But it’s a chance I can take
I won’t run run run
'Cause I don’t wanna feel numb

David Archuleta - Numb


Кристофер чуть недоуменно вскидывает бровь, замечая странные моменты зависания парня, сидящего напротив. Скорее всего, во всем виновата атмосфера, которая крадет Ната, уводит то ли к каким-то воспоминаниям, то ли мечтам – Вардлоу не может точно сказать, так как очень далек от телепатии, да и стоит ли? Все, что его половинка посчитает нужным, будет озвучено, без каких-либо утаек, а лезть вопреки личному желанию… Они уже прошли ту стадию, когда много важной информации скрывалось, закрашивалось какими-то не существующими картинками, когда просто парочка недосказанных слов вылилась в катастрофу. Но больше ни Крис, ни Натаниэль не позволит подобному повториться.
- Думаю, что счастливчик здесь я. - шатен пожимает плечами, говоря скорее себе под нос, пока официант заставляет стол составляющими их обеда. Что же, Вардлоу не будет спорить – удивлений на сегодняшний день, приятных удивлений, с каждой минутой все больше, разочаровывать отель не собирается. Чего стоят только эти произведения, приковывающие к себе взгляд моментально! Двадцать первый век в плане кухни так же не стоит на месте, хотя Кристофер и предпочитает уходить подальше от пафоса, выпендрёжничества. Вспоминаются вновь званые ужины, когда любой шаг влево, шаг вправо сопровождался недовольным взглядом родителей, пусть со временем их и становилось все меньше, как и ошибок со стороны отпрысков Вардлоу. Огромное количество блюд, заваливающих столы, выправка, в чем-то напоминающая армейскую, максимум официальности – все это со временем осточертело, так как не было личным выбором, а потому, оставив за спиной Лондон, Крис старался жить, не проводя аналогию с прошлым. Пусть это некоторые и называют бунтом, для самого молодого человека это стало свободой, настоящей жизнью.
Мужчина осторожно поворачивает тарелку, рассматривая то, что придется уничтожить в связи с пустотой желудка и осознает, что ему правда немного жалко, так как повар постарался на славу. Не то, что сам Вардлоу был любителем флоры до такой степени, чтобы восхищаться цветком и веткой, где бы они ни были изображены, но красиво, черт подери!- Знаешь, Нат, я скажу по секрету: всегда хотел обходить молекулярную кухню стороной. Я не трус, но …- Кристофер тихо смеется, все-таки приступая к дегустации. Он все еще не забыл о дальнейших планах, которые ему кажутся в сотни раз вкуснее, притягательней, обольстительней, слаще … кажется, что мысли бармена уже относятся конкретно к человеку, а не к ситуации. Да и сам Крис не собирается этого отрицать!
В глазах Натана искорки, яркие звезды, которые отражаются от стен ресторана, а может быть как раз и наполняют все вокруг тем самым волшебством. Он маленькая, сбывшаяся мечта, о которой Крис не загадывал, но за что-то получил, вот так просто. Хотя, какое тут просто, если чуть было сам и не потерял свою радость. Он улыбается, заражая своим позитивом, оплетает тонкими золотыми нитями, из которых выпутываться не хочется ни капли.
- Мне все нравится, у нас с тобой редко выходит куда-то выбраться, учитывая графики работы, но …- Кристофер отпивает вина, прокручивая бокал в ладони, словно в какой-то момент возвращается к своей профессии, которая стала любимой за прошедший год. Только вон мысли о работе, вон всё левое, только не сегодня. Как и не завтра. -… но наши совместные завтраки я люблю больше. И Вардлоу не врет: ему больше нравится ерошить пальцами чужие волосы, пока тонкие губы касаются ободка чашки с кофе; нравится вдыхать аромат кожи Ната, когда он выходит из душа после пробежки; нравится чувствовать на кончике языка вкус джема, который передается через поцелуй… он может перечислить еще десятки моментов, которые осторожно собираются в специальную «коробочку памяти», но не будет – это слишком персональное.
- Прошлое Рождество я провел в одиночестве. Крис продолжает разрушать творение на своей тарелке, внезапно выдавая очередную мелочь из прошлого. Только мелочь ли это? Или очередной барьер, который они переступают вместе, а не по одиночке? - Ждал ли тогда поздравлений, а может чуда в виде «Крис, сынок, прости нас»… не знаю. Да и, честно, в Лондоне хреновые зимы с их вечными дождями – никогда не чувствовал себя там на своем месте, за все время. А сейчас я на своем месте. Минутка сентиментальности, - шатен усмехается, вновь отпивая из бокала. Почему-то становится неловко на какое-то мгновение, словно эта толика воспоминаний может убить романтику, веселье, но в горе и в радости – эти слова относятся не только к моменту, когда на пальцах парочки появляются кольца. Это, для начала, вне гласное правило любых отношений. Кристофер вспоминает одно утро, после их примирения, которое однозначно можно назвать идеальным.

По глазам пробегает солнечный луч, заставляя забыть о сне. Кристофер чувствует дыхание Ната на своей шее, тепло его тела, которое в это осеннее утро так необходимо, и улыбается, пусть все еще чуть сонно, лениво: он впервые за все время проснулся раньше своего парня, а потому может словить эти драгоценные мгновения. Их тела полностью соприкасаются, а Вардлоу, лежа на спине, с радостью чувствует вес чужого тела. Двигаться нельзя, так как разбудить Натаниэля всегда было проще, чего совершенно нельзя сказать о бармене. Можно только наблюдать, как трепещут ресницы после каждого вдоха его радости, как стук сердца отдается самому Крису – они как один механизм. В очередной раз шатен благодарит всех и вся за то, что подарили второй шанс, что на этот шанс согласился его мальчик. Касаться губами виска, только осторожно, провести пальцами по обнаженной спине, а потом вниз, слыша сбивающееся дыхание, прижать к себе еще сильнее, потому что вот так – идеально, вот так – необходимо, как воздух. Вот так только с ним получается.

Очередной бокал, постепенно пустеющие блюда, время, которое слишком незаметно сейчас, и Нат – вишенка всего этого вместе взятого. Крис вновь улыбается своим мыслям, смотрит на темноволосую радость и легко постукивает пальцами по столу. Да, это небольшое нетерпение, Кристофер себя непоседой чувствует, у которого как раз то самое шило в том самом месте! Бармен терпеливо дожидается своего парня, окончания трапезы с его стороны. Может быть выдержки у него и нет, но уважение и чужие интересы все равно никуда не делись.
- Малыш… - получается немного протяжно, словно Вардлоу сейчас пытается только в одном слове передать «может уже хватит? Я весь горю, пылаю, детка»! Крис не химик, да и никогда не испытывал желаний связать свою жизнь с этой наукой, но его личный катализатор страсти – Джейкобс, а потому хоть с физикой его свяжи, хоть с философией, на все плевать. Главное во всем это слово «его». Можно больше, но никак не меньше.
Когда парочка поднимается из-за стола, Вардлоу кажется, словно кончики пальцев покалывает от предвкушения, словно впереди его самый первый раз, а сам он – наивный девственник, который переступит пору взросления с девочкой, все место в сердце занимающая. Да, у Криса не девочка, но место занято на столько же. Благодарности, какие-то слова о том, как все было замечательно и вкусно, вопросы о возможности заказа в номер – последнее будет необходимо через несколько часов. Все проходит вновь быстро, а главное легко, без каких-либо недопониманий: если сервис здесь на столько великолепен, уезжать будет уж очень сложно.
Ожидая Натаниэля на крыльце, Кристофер понимает, что в обычной ситуации в его пальцах красовалась бы сигарета, а сейчас это кажется кощунством.
- Я счастлив. Простые два слова, которые шатен озвучивает, протягивая ладонь парню, когда Нат оказывается рядом с ним.

Отредактировано Christopher Wardlow (27.02.2017 15:01:22)

+2

10

Will you still love me
When I'm no longer young and beautiful?
Will you still love me
When I got nothing but my aching soul?

Ох, детка...
Я бы съел его улыбку. Отдал бы ему свою порцию обеда, за возможность услышать мягкий смех, безупречными звуками ласкающий слух. Я бы овладел его губами, в тот момент, когда их уголки задорно подымаются к скулам. Я бы прошелся языком по белоснежному ряду его зубов и украл у всех невольных свидетелей навеянное очарование, которое порождают все улыбки Вардлоу. Я бы закрыл его глаза ладонями, чтобы они перестали смеяться, выдавая наше скромное счастье. Но вместо этого, я молча погружаюсь в трапезу. Рушу все щепетильно выстроенное поваром волшебство на тарелке, разрезаю острым ножом куски мяса и с нескрываемым аппетитом поглощаю его. Вкусовые рецепторы во рту начинают сходить с ума, передавая мозгу целые фейерверки ощущений. Наверное именно так выглядит гастрономический оргазм. Я отталкиваю от куска карамелизированной моркови голубой цветок, не желая пробовать его на вкус. В конце концов я не бог или фей, которые пьют цветочный нектар и закусывают его листьями папоротника. А морковь оказалась изумительной, как и все остальные компоненты блюда. И пока мы с Кристофером ели, скрежет столовых приборов о дно тарелок разбавил голос моего парня. Он вдруг заговорил о родителях. Снова. В последнее время он все чаще думает о семье, которую оставил в Лондоне, и семье, которая отказалась принимать его таким, какой он есть. В этой проблеме мы с ним были очень солидарны, хотя его отношения с родными хотя бы частично остались ими, а я... Я давно перестал верить, что когда-нибудь смогу вновь обнять маму или без стыда пожать руку старшему брату. В любом случае мы все свыклись за долгие десять лет: они с мыслью, что я выродок и ошибка природы, а я - что без меня их жизнь напоминает тихую гавань. Последнее желание, которое двигало бы мною - это рушить их судьбы. Лучше пусть все останется, как есть. Моя семья - это Крис. Здесь. Сейчас. Завтра.
- А где же я провел прошлое Рождество...- прикусив губы, на которых все еще остались капли соуса, я силился вспомнить события прошлого сочельника. - Кажется это был Амстердам. Мы с Максом накурились травы и ловили "духов Рождества" на площади Дам. Или это было в позапрошлом году? В общем неважно. Для меня этот праздник последние десять лет мало что значил.
Только не в этот раз. Теперь я могу ощутить потребность в нем, так как у меня есть человек, с которым мне хотелось бы разделить самые значимые даты в году - начиная с собственного дня рождения, который я терпеть ненавижу, и заканчивая Новым годом. Одиночество о котором заикнулся Крис - мне хотелось навсегда избавить его от него. Избавить от мыслей и невольных предположений. Сделать так, чтобы все сомнения Кристофера исчезли, а чувство одиночества, разорвало с ним какие-либо личностные связи. В духе завзятого эгоиста, я бы хотел вытолкать из сердца любимого человека все лишнее и занять в нем твердую позицию непоколебимого первенства. Быть единственным. Быть всем для него. Однако, странные мысли рождаются в голове во время обеда. Или всему виной местное вино?
Кстати о вине. Оно было великолепным и его количества на двоих оказалось достаточно, чтобы мой вымотавшийся с самой ночи организм, начал беззвучно оповещать об критичном упадке сил. Я не осилил свою порцию еды и под конец трапезы, лениво водил посаженым на зубцы вилки кусочком броколи по скользкой тарелке. Увлекшись этим гипнотическим процессом, я упустил намеки счастья, чьих запасов энергии казалось бы хватит до следующего Рождества. Мой соловьиный взгляд упирался в его подбородок. Был ли он волевым? Скорее нет, чем да. Порой лицо Криса приобретало настолько незрелые юношеские очертания, что мне становилось стыдно за вожделение подступающее к горлу жарким комом. Но вспоминая о нашей совершенно незначительной разнице в возрасте, я тут же успокаивался и давал волю безумным фантазиям.
- Ну все-все, я кончил. - поднимая руки вверх, я наконец сдался, находясь более чем полчаса под натиском нетерпения Кристофера. И что он собрался делать со мной, когда я с трудом стою на ногах? Измотанный дорогой, сытый и слегка опьяненный слабым алкогольным напитком - такой Натаниэль Джейкобс способен разве что лечь задницей кверху и отдаться без лишних прелюдий. Но даже такой Натаниэль Джейкобс будет сгорать от страсти и доказывать свои чувства во весь голос.
- Пойду кое-что обсужу с работником ресторана, хорошо? - я мягко сжимаю запястье Вардлоу и встав со стула иду к стойке администратора. Мы быстро обсуждаем варианты легкого ужина, который нам доставят в коттедж и остановившись на фруктах, сыре и шампанском, я прошу администратора подать ужин ближе к восьми вечера. Уладив все формальности, спешу вслед за счастьем. Крис дожидается меня на улице, припорошенный снегом и влюбленный по уши. Все вокруг него сверкает серебром и золотом. Я хватаюсь за его ладонь и довольно трусь кончиком носа о рукав шерстяного пальто. Мы идем не спеша, наслаждаясь пейзажами и выбрав немного извилистый путь. Морозный воздух отрезвляет мгновенно, заставляя веки шире раскрыться, а легкие наполниться свежестью. Мне вдруг нестерпимо хочется оказаться в объятиях Вардлоу.
- Иди сюда, - я хватаю Криса за вторую руку и затягиваю под огромную елку, которая раскинула свои вечнозеленые ветви и позволила нам уютно скрыться за их покровом. Пальцы перебираются на воротник его пальто, я разворачиваюсь и резко пригвождаю самого себя к стволу дерева. Близость тела любимого мужчины похожа на жаркое пламя, которое обжигает, но нисколько не ранит. От него покалывает на кончиках пальцев, а на губах расцветает безмолвная мольба. Прежде чем оставить его же имя на его устах, я с благоговением провожу пальцами по ним и весь обмираю, от ощущения нежности, которая покрывает каждый крохотный миллиметр губ Криса.
- Крис...- и губы его теперь объяты моими: мягкие, обжигающие, немного острые и сладкие от вина. Обрывки дыхания ускользают в его рот и тихими стонами звенят по сосудам. Я с томным наслаждением и откровенным обожанием закрываю глаза, позволяя нам обоим любить друг друга через поцелуи и жаркие касания, которые проникают под кожу и пробирают до самих костей. На нас осыпаются старые иголки и прохладные снежинки касаются полуприкрытых век. Я улыбаюсь сквозь поцелуй, иногда забывая, как правильно дышать. С ним я забываю обо всем. Он мое вечное наваждение. Если и существовал в мире человек предназначенный мне свыше, то его имя состоит из таких родных и душевных:
- Крис-то-фер...
 
Dear lord, when I get to heaven
Please let me bring my man.
When he comes, tell me that you'll let me,
Father, tell me if you can.

Oh that grace, oh that body.
Oh that face makes me wanna party.
He's my sun, he makes me shine like diamonds.

*Jona SelleYoung and Beautiful

+1

11

I found love where it wasn't supposed to be:
Right in front of me,
Talk some sense to me. (c)
Amber Run - I Found

В каком-нибудь фильме о рождестве, которые так часто крутятся по ТВ в это время года, на фоне заиграла бы сопливая мелодия, зазвучал бы звон маленьких колокольчиков, а сверху, почти что у самых верхушек высоких деревьев, летали бы маленькие то ли ангелочки, то ли гномики, продолжая создавать атмосферу феритэйл. Вот так даже самый отъявленный брутал, мужлан до самого последнего тоже может в какое-то мгновение превратиться в такую же розовую глину – давай, милый, лепи все, что хочешь, я податлив и это все только для тебя. Крис поднимает голову, глядя куда-то в небо, но тех самых ангелов не видит, но уверен, что они там есть, что они наблюдают, и что улыбаются точно так же, как сам Вардлоу.
От внезапности шатен смеется, как-то даже неуклюже врезаясь в Ната, который затаскивает обоих под широкие кроны. Кончики пальцев проходятся по губам Криса, и он их осторожно, невесомо целует, пусть все и длится всего лишь пару мгновений, но этого мало. И вот Вардлоу получает то, что так сейчас ему необходимо – губы Натаниэля. Он мечтал о них все то время, что пара находилась в ресторане, все те длинные минуты, когда вокруг мелькали лишние люди, хотел заявить права, показать, что только его, только Кристофера, а остальные пусть идут куда подальше. Бармен смеется в родные губы, обнимая крепко, на сколько может позволить тонна(именно в таком количестве исчисляет одежду Крис) лишней ткани, чувствуя прохладные пальцы под воротником, но это посылает волну возбуждения по позвоночнику, оставаясь на коже невидимой для посторонних глаз, связывая обоих парней какой-то интимностью. Куда еще ближе можно, возникает вопрос? Можно, Вардлоу в этом уверен. Можно, нужно, необходимо. Кристофер прижимается ко лбу Джейкобса своим, игриво проводя кончиком носа по виску, зависая в таком положении.
- Мне нравится, как ты произносишь мое имя, вот так вот: растягивая, словно пытаешься мне передать его на каком-то молекулярном уровне. Черт, я не знаю, как это объяснить. Просто это по-домашнему. Только по твоему и так по-домашнему, малыш. Крис отталкивается от шершавого ствола ладонью, второй вновь цепляя руку Ната. - Пошли.
И вновь снег, он вокруг, везде, где только может быть, куда ни глянь. Кристофер не сможет еще долгое время забыть этот уикенд, даже не смотря на то, что он только начался. Шатен будет прокручивать в памяти каждый момент, посекундно, который они напишут вместе с Натаниэлем, сможет сделать так, что ни одна картинка не потеряет яркости спустя года. Терпение собственное напоминает океан, только никак не во время штиля: в один момент, как волна, накрывающая берег, Крису становится плевать на все вокруг, только бы вернуться обратно в номер, в другой, словно вода обратно отходит, хочется на свежем воздухе быть как можно дольше… что за неопределенность? Наверное, именно так сходят с ума от счастья, когда не получается выразить все, что чувствуешь, одними словами, касаниями, делами, вообще никак.
***
- Можно я? Вардлоу, как только оказывается в четырех стенах, прикрывает дверь, и поворачивается к своему парню, проводя ладонями по его плечам, к застежке пуховика. Ему хочется создать максимум уюта, словно вознести Ната на пушистые облака, которые любят сравнивать с чем-то сладким, мягким и родным. Натаниэль для Криса – вот такое вот облако. Верхняя одежда вновь оказывается на вешалке, обувь где-то там же рядом, а молодой мужчина уводит Джейкобса вглубь комнаты, поддерживая за руки. Почему-то когда они только добирались до отеля, Вардлоу был уверен, что страсть будет сопровождать парочку на протяжении всего времени вдали от Манхэттена, но сейчас не осталось ничего, кроме нежности. Нет, шатен совершенно не против разнообразия в их отношениях, хотя и не уверен, что обыденность вообще присуща их парочке с учетом таких разных характеров, вкусов, прошлого, которое сформировало свой менталитет каждого. Им не скучно вместе даже тогда, когда тишина вокруг, или же это просто вечер около телевизора. И это до ужаса правильно.
- Чего ты хочешь, малыш? Мужчина усаживает Ната на край кровати, присаживаясь перед ним на корточки, укладывая ладони на его колени, легко массируя. - Мы можем отдохнуть, просто валяясь и восстанавливая силы. Ты все это время был за рулем. Кристофер наклоняется, целуя коленную чашечку через ткань штанов, все время глядя в глаза Джейкобса. - Ты хоть и ранняя пташка у меня, но даже тебе необходим отдых.
Крису все равно, что они будут делать дальше, главное, что вместе. Ему бы только в руках своих, в объятиях, это тело родное держать, а остальные нюансы не имеют никакого значения. Конечно, активного отдыха бармен предпочел бы избежать, оставляя его на время чуть позже, и сейчас бы просто хотел спрятать свою персональную радость под тонким одеялом, слушать треск огня в камине, чувствовать чужое дыхание на своей коже… Крис много чего хочет сделать, но пока что отдает все карты в руки Нату: он организовал эту поездку, почему же тогда ему бы и не выбрать самое приятное теперь?
- А еще ты можешь сходить в душ, смыть с себя дорожные хлопоты и утонуть в ворохе перин, вместе со мной. А я бы пока разобрал вещи. Вардлоу вновь касается губами коленки, улыбаясь одним уголком губ атмосфере вокруг, а потом поднимается, разминая немного затекшие ноги. - Или же мы можем сходить в душ вместе, чтобы не тратить время напрасно? Обещаю, - Кристофер поднимает обе руки вверх в шутливой форме, -приставать не буду! Конечно, если ты об этом не попросишь. Только если ты попросишь. Последние слова произносятся шепотом, пусть и с подтекстом, потому что даже не смотря на все обещания, что Кристофер себе давал некоторое время назад, флирт со второй половинкой никогда не отменяется. Шатен стягивает свитер, бросая его на кресло сбоку, оставаясь только в одних джинсах. Это игра, да, хотя выигрыш тут будет получен в любом случае: решит ли Нат в одиночку процедуры принять банные, или же захватит с собой партнера. - А могу и просто остаться здесь, дожидаясь своей очереди. Мужчина пожимает плечами, поправляя волосы, хотя скорее устраивая на голове еще больший шухер.

+2

12

Tornado,
Baby, you, you blow my mind,
You'll tell me wait, wait on ya,
But, baby, I can't wait all night.
I go through pictures inside my phone,
Won't stop tempting me,
You know what I want.
Wanna make, wanna make love,
Baby, I can't lie.

Я не уверен в чем фишка, но атмосфера этой зимней сказки заставляла сходить с ума все рецепторы, да и ощущение реальности терялось, уходило на далекий задний план состоящий из сумбурной и скучно-обыденной жизни городского жителя. Жизнь состоящую из ранних подъемов ради идеальной формы; жизнь подразумевающую достаток, в том случае, если ты прикладываешь уйму усилий в выбранной тобою рабочей сфере; жизнь, где есть отношения - любовные, дружеские, враждебные. Если сложить все в одну кучу, то выйдет вполне пристойное существование, которое тянется день ото дня - но без эмоциональных встрясок и смены обстановки не имеющее смысла. В математике существует неизменное правило: "От перемены мест слагаемых - сумма не меняется". В жизни его можно с легкостью опровергнуть, если интерпретировать на себя лично. Перемены важны. Жизнь требует разнообразия. Если есть то и другое, сумма, из которой и состоит жизнь - будет меняться только к лучшему. Наверное, я весьма яркий пример в данном эксперименте. В моей жизни было столько перемен, столько слагаемых, а в итоге - все лучшее со мною произошло в самом конце третьего десятка. Свое счастье я обрел не в каких-либо материальных вещах, цена которым исчисляется множеством нулей. У моего персонального счастья даже имя имеется и удостоверение личности. У моего счастья, самая чистая и добрая душа, которая пленяет через улыбки. Мое счастье никогда не перестанет любить три вещи: крепкий алкоголь, крепкий кофе и мой крепкий зад. И тут уж не до смены мест слагаемых, ведь мы оба знаем, что для нас в приоритете. И я всегда буду произносить его имя с великой долей интимности, вкладывая в каждый слог максимум чувств. Пусть собственное имя станет для него волшебным разнообразием виагры, но лишь в том случае, когда родное и душевное "Крис-то-фер", слетает с моих уст.
Когда ты называешь меня Натаниэль, я словно попадаю в далекие времена, в период французского Возрождения. Я ощущаю себя любовником короля - горячо любимым и страстно желанным. Я мог бы конкурировать с самой королевой, зная, что в твоем сердце кроме меня некому более не найдется места. И ты такой же величественный и властный, какими были короли тех эпох. Ты заставляешь мою душу резонировать с телом. Ты заставляешь меня преклоняться и идолопоклонничать. Мне кажется, с нашей любви могли бы писать картины в тот самый период. Наша любовь, стала бы достоянием эпохи ренессанса. Но это мой маленький секрет, который я берегу от тебя и стесняюсь им поделиться. Моя скромная фантазия, к которой взывает сорванное с твоих уст На-та-ни-эль.

***
Charlie Puth – Suffer
Мы вновь оказываемся в стенах коттеджа. Кристофер не оставляет попыток очаровать меня своей обходительностью. Это пленяет и никогда не надоест моему пресыщенному самолюбию. За полгода отношений, я успел полюбить все стороны Вардлоу: его страстность, его нежность, его сострадательность и даже циничность. Мне кажется, что я единственный человек в его жизни, который смог раскрыть каждую из сторон и опробовать на себе. Мы исключения из правил друг для друга. Люди - ради которых уступаешь принципам и идешь вразрез моральным устоям. Хотя, ни для кого не секрет, какой аморальной личность до Криса был Натаниэль Джейкобс, и как низко пал Вардлоу, сойдя с ума от аморальности своей радости. Прочь! Прочь эти гадкие воспоминания, ведь то, что есть между нами сейчас - оно стоило всех усилий и потраченной крови. Оно стоило того, чтобы мужчина, который властвует надо мной, через каждое касание и ласково произнесенное слово, выражал свою любовь.
- Я хочу...- растягивая слова, я облокачиваюсь о мягкую поверхность кровати и откидываюсь чуть назад от Криса, который расположился у меня между ног. Мне льстит его поза, которой не достает разве что поставленного на пол колена и коробки с обручальным кольцом в одной из ладоней. Но это не наша история. Мы не Юджин с Эшем, которые свихнулись на идее связать себя узами брака. Мне кажется, они слишком спешат, и спешка их в страхе потерять друг друга. Им нужны гаранты - железные и неопровержимые. Им нужен стимул, держаться друг друга: своего рода нотариальное заверение любви, которая закрепится на всех возможных уровнях. Они еще такие молодые и зеленые, как подростки, которые влюбившись однажды, мечтают как можно скорее жениться и создать семью. А мы с Крисом давно переросли эти годы. С Вардлоу я понял, что меня привлекает не только сексуальная сторона жизни гомосексуала, но и сама сущность мужчины, которую можно любить так же, как любят друг друга мужчина и женщина. Если любишь по настоящему, штампы и брачные лицензии неважны. И если любви когда-нибудь придет конец, те самые нотариальные формальности не уберегут отношения от неминуемого кризиса.
- Да, я хочу опробовать их ванную. Ты сейчас так активно меня соблазняешь, что меня в жар бросило. Или это все из-за камина? Здесь чертовски жарко...- я расстегнул спортивную кофту и оттянул ворот белой футболки, ощущая горячий прилив. Жарче всего было в паху, так как кое-кто находящийся к нему весьма близко, решил добить меня поцелуями сквозь ткань штанов. Меня вообще кто-нибудь целовал в коленки?
[float=left]http://se.uploads.ru/t/cVUZa.gif
[/float]- Ох! - предательски срывается мой голос. Крис окруженный природными пейзажами и сверкающий в тоннах снега был прекрасен, но Крис стоящий посреди комнаты в полуобнаженном виде был неотразим. От каждого движения и хрипловатого смеха, мышцы его тела соблазнительно играли под кожей, заставляя взгляд раз за разом лишаться девственности. Нервно улыбаясь и посмеиваясь сквозь пальцы, я согнулся на кровати, голодно вперившись в своего парня. Он явно лукавил, отдавая мне инициативу в желании принять душ одному, или принять ЕГО в душе. Злой гений! Конечно же я предпочту последний вариант, открывая наш короткий сексуальный уикэнд сексом в душевой кабине. И чтобы не быть для себя же голословным, я демонстративно стаскиваю с себя штаны, показывая при этом всю степень гибкости и пластичности собственного тела. За штанами в глубь комнаты устремляются кофта с футболкой, задевая стоящие на полу элементы декора. В пылу страсти мы наверняка разобьем не одну вазу здесь, перекинем вверх дном кресла и испачкаем несколько комплектов постельного белья. И это вовсе не пугает меня, так как за нашу страсть и нашу любовь я готов дорого платить.
- Не думаешь, что тебе пора бы смериться с мыслью, что своей очереди ты дождался? - подойдя к Кристоферу и хватая его за карманы джинсов, говорю я.  Наши взгляды будто бы два зверя вцепились друг в друга, неотрывно следя и пытаясь прочесть скрытые мотивы. Я подталкиваю парня в сторону открытой двери в ванную комнату, жарко выдыхая слова ему в губы, целуя его обнаженную грудь и вдыхая такой родной запах застрявший в мягких черных волосках поросших на ней. - Ты оказался в самом конце этой самой очереди. И я не о душе, детка. Я хитрая и глупая сволочь - такого парня в конец поставил. Но знаешь, я счастлив, что именно в тебе обрел, как свой конец, так и начало.
И дверь за нами закрылась. И был слышен звук льющейся воды, в котором утонули наши стоны и наши жаркие признания.

Отредактировано Nathaniel Jacobs (12.03.2017 23:24:51)

+2

13

Baby, 'cause I don't
Need anything else but your love,
Nothing but you means a thing to me.
I'm incomplete

Разморенный то ли горячей водой, то ли долгой поездкой, а может быть полученным наслаждением – Крис тофер не знает правильный ответ, но по его телу до сих пор прокатываются волнами отголоски той эйфории, что имела место быть в душе. Толика лени с его стороны – Вардлоу этого даже не скрывал – не казалась пренебрежением, скорее такой же интимной ноткой, которая доступна только им двоим, как тайна за семью печатями. Иногда Крис ловил себя на мысли, что хочет чуть ли не всему миру показать, что Нат только его, только шатен имеет на него право: может целовать когда захочет, может прижимать к себе без стеснения, оставлять метки на шее, рядом с тонкими линиями рисунка, может просто все. Это инстинкт собственника, который даже сегодня немного подкалывал бармена, царапая изнутри, хотя и не очень серьезно. Но ведь Кристофер взрослый человек, который все равно часто вспоминает фразу о том, что стоит хранить свою радость вдали от чужих глаз и ушей, дабы избежать зависти, козней и еще кучи пакостей со стороны. И все же, желание никуда не девается, периодически выскальзывая из темноты сознания.
Вардлоу выносит на руках Джейкобса из душа, улыбаясь и касаясь носом мокрых волос. Это своего рода очередная игра, а молодой мужчина не выпендривается, просто желая продлить нежные нотки между ними на чуть больший промежуток времени.

Крис не открывает глаза долгое время, оказываясь под теплыми струями. Каким-то образом они не сговариваясь оставляют ванную на иной раз, но Вардлоу даже не удивляется этому. Одежда покоится на кафельном полу, а любимое тело прижимается так близко, как только можно. Мужчина не может сдержать довольного стона, когда чувствует под своими ладонями обнаженную кожу своего парня, когда между ними нет ни одного лишнего сантиметра, способного испортить волшебные ощущения. Кристофер полагается только на осязание, скользя пальцами по чужой спине, ниже, чуть ли не урча от удовольствия. Один русский писатель говорил, что истинное наслаждение в познании: бармен познает, полностью с ним соглашаясь. Он каждый раз старается открыть что-то новое, словно прослушивая одну и ту же песню вновь и вновь, только находя все новые звучания, делая упор на иные нотки в общей какофонии звуков, выделяя самые приятные, такие, что близкими становятся, эдакими точками на Звездной Карте Вардлоу.
Наслаждение — прекрасному телу, боль — прекрасной душе. Как же хочется, чтобы душа его мальчика больше никогда не болела, особенно получая увечья от его же рук. Хотелось бы не подпускать никого к самому главному в жизни Кристофера, ломая стереотипы, который прописаны во многих бумажных фолиантах. И шатен старается доставить больше приятных ощущений даже сейчас, отвлекая от мира окружающего, старается унести на это всем известное седьмое небо, к которому не каждый имеет возможность добраться. Никакой боли, никаких неудобств, никакого вранья. Пусть какая-то правда и принесет неприятные моменты, но вместе их побороть всегда проще, так зачем же тащить возможный груз одному?
Крис шепчет о том, как нуждается, как полностью и безвозвратно с головой, как подросток, только уже навсегда. Его слова, стоны вместе с шумом воды смешиваются, но он знает, что Нат все слышит, чувствует, а большего и не нужно. Время то ли бежит слишком быстро, потому что Вардлоу всегда будет мало его радости, мало, не смотря ни на что, то ли тянется так медленно, что каждое мгновение можно под кончиками пальцев ощутить. Наверное, именно так сходят с ума от правильности, от счастья.
Шатен кутает своего парня в белый махровый халат, который скорее на большое одеяло похож, а потом подхватывает на руки, блажено улыбаясь – его чертенок сейчас скорее ангела напоминает, от которого невинностью тянет на расстоянии. Криса этот парадокс только умиляет, вновь давая возможность ощутить всю многогранность их отношений.


When you're not there
Holding me, touching me, I swear
All of the rest could just disappear,
And I wouldn't even care
As long as you're there (с)

Glee Cast - As Long As You're There
Шатен ношу свою осторожно на кровать опускает, падая рядом, даже в одном полотенце на бедрах ощущая жар в комнате. Он знает, что это от камина, но от ситуации, что дальше, возможно, будет еще жарче… Хотя, какое возможно? Так и будет, без вариантов, просто эта нуга, по венам разливающаяся, заставляет желать только Джейкобса в объятиях, все равно как.
Крис вновь тихо смеется, не крепко сжимая руками это пушистое нечто рядом с собой, не давая выпутаться. Оба еще мокрые после водных процедур,  но это скорее приятное дополнение, некое романтическое отступление. Романтика… вместе с Натом в жизни Вардлоу стало довольно много романтики, которой он старался раньше избегать, приравнивая ее к некой слабости, может даже где-то глупости. А как по иному, если общество, в котором он крутился раньше, было построено на лицемерии, масках, вранье и фальши? Никто никогда не считал там поступки во имя любимого человека – правильностью, скорее первым шагом на скользкой дорожке «не нормальность».
- Ты делаешь из меня какую-то ванильку, как любят сейчас выражаться подростки, - шатен осторожной пропускает между пальцев все еще влажные волосы парня, губами касаясь его виска. - И почему-то я рад, что только ты знаешь меня вот таким: не барменом, не чьим-то сыном, а вот просто Крисом. Лирическое отступление, радость. На мгновение Вардлоу даже краснеет немного, представляя, каким кажется со стороны глупым, возможно не серьезным. И вновь – плевать. - У меня ощущение, что в этот уикенд мы с тобой друг другу столько пафосных речей наговорим, что книгу можно будет написать. Эдакий роман, с обложкой в ярких цветах и каким-нибудь сопливым названием, чтобы девушки сразу же разобрали весь тираж, а потом… – Кристофер спускает халат с плеча Натана, касаясь кожи обнаженное губами, затем еще раз, -цитировали в статусах на фейсбуке. Я уже говорил, что рядом с тобой схожу с ума, а потому просто не могу контролировать, что говорю.
Еще один поцелуй, Вардлоу губами прокладывает дорожку к шее, лежа на боку, не переходя рамки, которые сам же себе пока что нарисовал. Ему и хочется и нет сорвать белый халат, овладеть Джейкобсом во всех смыслах этого слова наконец-то полностью. Не то, чтобы до этого у них давно не было секса, просто сейчас все по иному, чувствуется более глубоко, более чувственно. Душ – это приятная, сладкая прелюдия. Она дала возможность ждать чуть дольше, и раззадорила к скорейшим действиям. Интересно, когда-нибудь в голове Криса эти дилеммы перестанут существовать?
- Ты пахнешь крышесносно. Радость моя. Бармен легко цепляет мочку уха Ната, следом дразня кожу ниже кончиком языка.

0


Вы здесь » Manhattan » Эпизоды » All I want for Christmas is... ‡эпизод