http://forumfiles.ru/files/000f/13/9c/53886.css
http://forumfiles.ru/files/000f/13/9c/31962.css
http://forumfiles.ru/files/000f/13/9c/62080.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/40286.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/95139.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/96052.css

Manhattan

Объявление

Новости Манхэттена
Пост недели
Добро пожаловать!



Ролевая посвящена необыкновенному острову. Какой он, Манхэттен? Решать каждому из вас.

Рейтинг: NC-21, система: эпизодическая.

Игра в режиме реального времени.

Установлено 6 обложек.

Администрация
Рекомендуем
Активисты
Время и погода
Дамиан · Марсель · Маргарет · Медея

На Манхэттене: январь 2018 года.

Температура от -13°C до +2°C.


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Manhattan » Альтернативная реальность » Into the void ‡альт


Into the void ‡альт

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

http://68.media.tumblr.com/3d0edba644434f356b89724a376d49da/tumblr_on2tu57fWc1qdqywso1_1280.png
[audio]http://pleer.com/tracks/12934991fSi1[/audio]
I am the sand in the bottom half of the hourglass
I'll try to picture me without you but I can't
Cause we could be immortals, immortals

Спасти заложника - обыденное дело для тех, кто находится в режиме постоянной боевой готовности, мечтает пожертвовать своей шкурой ради... кого или чего? И если понятие "чего" кроет в себе известные ценности за свободу, равенство и людей, то когда дело касается "кого", то тут совсем иные приоритеты.
- Спустя столько времени я...
- Я тоже.

Малкольм Шепард, Зоуи Флеминг
Просторы необъятной вселенной

[nick]Malcolm Shepard[/nick][status]I'm bad behaviour[/status][icon]https://68.media.tumblr.com/6e64aeda0ec860486b55401bc07cf72d/tumblr_on4ojrxqBB1qdqywso1_250.png[/icon][sign]https://68.media.tumblr.com/97ac03fa40e1617f3fdba4b39fe123d0/tumblr_on4onxYgMg1qdqywso1_500.gif[/sign]

Отредактировано Adam Miller (22.03.2017 22:45:21)

+1

2

- Капитан! - в дверь маленькой комнаты тарабанили уже кулаком. Женщина открыла глаза и сглотнула мерзостный привкус синтетического алкоголя, поднимающийся из желудка к горлу похуже изжоги. К потолку над кроватью были приклеены фотографии молодых ребят в старой форме Галактического Флота: все улыбались, шутливо прижимали друг друга к себе и смеялись, освещенные неярким светом красного гиганта. Большинство из них уже забрал бесконечный Второй Галактический конфликт, который длился почти всю сознательную жизнь каждого, кто улыбался на старой фотографии.
- Капитан Флеминг! - стук стал еще громче. Женщина вскочила с маленькой кровати, смятой беспокойным сном в пару часов - больше на базе Объединенных Сил спать удавалось редко.
- Что? - она распахнула дверь и взглянула на рядового, который на мгновение замер, рассматривая голые ноги женщины.
- К-к-капитан, - заикался мальчишка, - вас вызывают в к-к-командный пункт, - он старательно пытался отводить глаза.
- Имя и звание?
- Р-р-рядовой Б-б-браун, сэр, - секунда замешательства сменилась ужасом в глазах мальчишки, - извините, мэм.
- Вольно, рядовой. Я скоро буду, - и захлопнула перед мальчишкой дверь, оставляя его мяться в коридоре.
Спустя пять минут капитан быстрым шагом вошла в командный пункт, где уже собрались все командующие главной базы.
- Флеминг! Только тебя и ждем, - командующий Бэрроуз, вояка старой закалки, что был капитаном еще до начала второго галактического конфликта, повернулся к вошедший.
- Простите, сэр, - женщина вытянулась по стойке смирно, смотря прямо в изуродованное шрамами лицо командира.
- Садись, мы начинаем, - капитан Зоуи Флеминг всегда была протеже Бэрроуза, еще со времен конфликта в системе Центавры, где служила в отряде под его началом и выносила командира с линии огня и обрабатывала раны, что сейчас остались лишь глубокими шрамами на его лице. Именно благодаря протекции командующего Зоуи получила звание капитана в относительно юном возрасте, носила на форме знак за отвагу и вызывала лишь снисходительные смешки у сослуживцев мужчин. Женщину, впрочем, это волновало мало, она не просила о переводе в отдаленные уголки галактики, чтобы командовать там неофитами, которые еще не умеют ставить под сомнение решения командира.
- Итак, - Бэрроуз встал перед огромным экраном, на котором была карта баз Объединенных Сил, - двадцать минут назад нам поступило сообщение, что нашу базу в системе Антарес захватили повстанцы, - на полупрозрачном виртуальном экране высветилась система Антарес и большая, но негусто заселенная планета, в северном полушарии которой и располагалась база. Несколько лет назад Зоуи участвовала в боевых операциях на этой планете и хорошо помнила эту базу. - Думаю, каждому из вас хорошо известно, что эта система стратегически важна Объединенным Силам. Однако в этом секторе еще сильны повстанцы... - Бэрроуз сделал паузу, осматривая присутствующих. Сонливость офицеров, которых подняли посреди ночи сняло как рукой: все были сосредоточены и хмуры.
- Буквально две минуты назад нам пришло это, - Бэрроуз отошел от экрана, на которой вывели послание. Мужчина с замотанным по глаза лицом и оружием в руках стоял посреди комнаты, в которой связанные сидели рядовые и офицеры Объединенных Сил.
- День добрый, генералы. Я знаю, что мое послание быстро до вас дойдет, поэтому буду краток: освободите эту систему от Объединения, выведите свои войска и признайте нашу независимость. У вас есть сутки, или я начну убивать заложников, - он выстрелил почти не глядя и на заднем плане безжизненно упало тело.
- Двадцать четыре часа, верно, командир? - он поднял за волосы одного из солдат, лицо которого заливала кровь, но Зоуи все равно узнала мужчину. Шеппард. Женщина была не в силах отвести взгляд от экрана, пока повстанец не отбросил мужчину и не выключил передатчик, тем самым завершая послание.
- После этого связь окончательно прервалась. Мы не знаем, сколько людей мы там потеряли и не знаем, каковы силы противника. Думаю, вы все понимаете, что операция должна быть быстрой и тихой. На центральных планетах информация о захвате нашей базы вызовет волнения мирного населения, а нам нельзя этого допустить. Ударная группа будет небольшой, в случае неудачи подкрепление прибудет в течении получаса, однако, хотелось бы этого избежать. Думаю, вы и сами это понимаете. Морис, назначаю тебя ответственным за операцию, готовьте отряды З-17 и К-25. Шаттл будет через час. Свободны.
- Так точно, - отзывается Зоуи вместе со всеми и встает на негнущихся ногах, чтобы покинуть командный пункт и уйти в свою комнату и переодеться. Она задерживается на мгновение, встает на кровать и дотягивается до потолка, чтобы отодрать от него старый снимок. С фотографии ей улыбались пять человек. Кристофер Лири, улыбчивый и картавый парнишка, который всех мог перепить и переиграть в кости погиб буквально через неделю после того, как было сделано это фото: в боях за систему Антарес, нелепо и скоро, в первый же день, как их десантировали на планету. Мо Гаррет, очаровательная медсестра с серебристым, переливчатым смехом и улыбкой, перед которой невозможно было устоять ни одному представителю противоположного пола: годами двумя позже на медицинский корабль напали повстанцы. Говорят, она до последнего пыталась отстоять теперь уже безымянного лейтенанта без сознания и закрывала его собой. Ее прижимал к себе Зак Горр, суровый офицер, любитель женщин и пушек побольше, из тех, кто дает любимым пистолетам человеческие имена. Говорили, что прежде, чем испустить последний вдох он уничтожил полтора отряда. Все трое были награждены посмертно медалью за отвагу.
В живых осталось лишь двое: тогда еще старший лейтенант Зоуи Флеминг, насмешливо прищурившаяся в камеру и Малкольм Шепард, который по-хозяйски положил руку на ее бедро, бедро. Они разбежались довольно быстро, так и не поделив желание командовать и не уступая друг другу до той грани, когда проще разбежаться, чем сдаться. И теперь она почти осталась последней со старой фотографии, залитой светом Антареса.
[nick]Zoe Fleming[/nick][status]through comets and stars[/status][icon]https://68.media.tumblr.com/2234d59f101b02d853398d3fcab12471/tumblr_on4njpu4Qy1qdqywso1_250.png[/icon][sign]https://68.media.tumblr.com/be1b13d0fed9fa0f61471b98958d1b80/tumblr_on4ns3sRMo1qdqywso1_500.gif[/sign]

Отредактировано Isadora Miller (20.03.2017 22:16:56)

+2

3

Командир Малкольм Шепард сквозь заплывшие от парочки ударов глаза, изучал взглядом свой отряд, тех счастливчиков, что выжили, тех, за чьи жизни он должен был отвечать, а в итоге подвел под верную гибель своим решением защищать базу до конца. Иногда он думал, что протокол составили полные идиоты, продолжая неукоснительно выполнять его, когда не соглашался практически с каждым пунктом, и при посвящении очередного добровольца в ряды, добровольца, у которого еще молоко на губах не обсохло, не умеющего держать пушку в руках, что никогда не видел не то, что смерть, а кровь. И ведь не мог отказать и послать восвояси, не по протоколу, мать его.
Ему тридцать один год, а он все еще упрямый мальчишка, что бросил свою достаточно обеспеченную семью, восстал против их воли и взглядов на жизнь, отвернулся, был изгнан и забыт, едва поступил на службу и посвятил ей всю свою жизнь, несмотря на частое нарушение правил, игнорирование субординации, откровенной импровизации, да кто в наше время следует правилам вообще? И не смотря на вечные замечания, придирки и угрозы, что он вылетит пробкой, его назначали к двадцати девяти годам командиром этого хренова захолустья, в котором он застрял, кажется, на всю жизнь. Малкольм не жаловался, он свято верил в правое дело и то, что кто-то должен же делать подобную работу. Антарес был не самой привлекательной дырой не то, что для противника, да даже для союзников, поэтому нападение было действительно неожиданным и сбивало столку, не позволяя собраться, провести ответную атаку, да хотя бы просто сдвинутся с места. Половину расстреляли как щенков, вторую взяли в заложники, кучка мирных попряталась по своим домам, впрочем, нападающих интересовали лишь те, у кого было оружие.
- День добрый, генералы. Я знаю, что мое послание быстро до вас дойдет, поэтому буду краток: освободите эту систему от Объединения, выведите свои войска и признайте нашу независимость. У вас есть сутки, или я начну убивать заложников…
Шепард не удержался и издал смешок, за что получил прикладом по башке и рухнул носом в пол, аккурат к ногам говорившего, к расплывчатому ботинку, хриплому голосу с резкими интонациями, и расхаживающему туда-сюда. Его форма выдала в нем главного, поэтому основной удар, грубо говоря, Мальком принял на себя, смиренно сложив оружие, едва посыпались первые угрозы. Как он мог воевать с теми, кто и оружие толком в руках не держал? Никак. Сдайся и спаси как можно больше. Сражайся или убей всех. По тому же протоколу он не был обязан опускать оружие, и впервые в жизни послал его к чертовой матери. Пока составили греют задницы в безопасном месте, тут умирают пушечное мясо.
- Двадцать четыре часа, верно, командир?
Его дернули за волосы, подводя камеру к разукрашенному лицу, он и не сопротивлялся, едва ли в состоянии шевелить даже пальцами руки, после часового или больше допроса с всевозможными ударами по телу, что даже не понимал, с кем говорят и на какую тему, он уже был повержен, и сделает все, чтобы спасти как можно больше. Даже ценой своей наглой шкуры.
- Запри их, поставь охрану и еще раз обшарьте все тут вокруг, - раздавал команды все тот же хриплый голос.
Кто-то взял его за шкирку и потащил по полу подобно мешку, потом бросил в темной комнате, одного, по глупости не связав, словно решив, что он и так не предоставляет угрозы. Первые несколько минут Шепард просто пытался прочувствовать весь холод плитки, к которому прижимался щекой, потом перевернутся на спину и всматриваться в темноту, чтобы вернуть себе орган слуха, отмечая обрывки команд за дверью, шаги тяжелых ботинок, потом пощупал руками лицо, морщась от боли, грудную клетку, ноги – все, тело, прикидывая, сможет ли сесть для начала. И невольно ускользающая память, ищущая островок спокойствия и ограждения от боли не столько физической, сколько моральной, подкидывало одну до боли знакомую картину, что он так часто проигрывал в памяти.
Анресс. Бескрайние пески, где не было ничего. Рядовые под командованием, громкий голос, наполненный отборными матами на голову несчастного мальчишки, и зарытые кругом мины.
Чем не романтика в стиле Шепарда?

Антарес, несколько лет назад.
- Да хватит орать! Не слышно же тресканья металла! – не выдержал Малкольм.
Вот уже второй час они бороздили дурацкие пески в поисках мин с металлоискателями и прочими штучками, что им так любезно выделили. Несколько секторов, у каждого свой командир и отряд, и начальник соседнего сильно орал.
- Да ты... - развернулась и остолбенела та самая командирша.
- Да я, - не растерялся. - Если хочешь быть начальником которого уважают, прекрати орать не по делу.
- Это война, эти контуженные иначе не услышат, - фыркнула и отвернулась.
Охренеть. Никаких слов больше. Буквально с десяток часов назад он спал со старшим по званию, причем неплохо так провел время в подсобке бара, до этого с трудом уламывая упрямую женщину – и соблазняя, и динамя, в любом случае, чтобы он не делал, результат того стоил. Он закатил глаза в ответ на ее слова, чтобы сделать следующий шаг и услышать щелчок.
- Блять...
Она тоже услышала это.
- Так, солдаты! Побросали все свои дела и живо свалили из радиуса взрыва. ЖИВО!
- Говорил же поменьше орать, - вздохнул и перенес вес на ногу, что стояла на бомбе.
- Заткнись и не шевелись, - прорычала, присаживаясь на корточки.
- Сама уноси свою задницу отсюда, жалко будет портить объемы, - он всегда шутил, когда дело касалось чего-то серьезного.
- Захлопни пасть, иначе вместе взорвемся, придурок, - женщина руками рыла песок у его ног.
- Есть протокол, пошла вон! - схватил за плечо и дернул, чуть не забыв о том, что стоит на мине.
- Имя и звание, - как змея она медленно встала на ноги, смотря ему неотрывно в глаза и гипнотизируя.
- Ты мне не начальник, милочка, - твердо.
- Звание, - спокойно.
- Тот-кто-спасет-очаровательную-задницу. И ты не позвонила, кстати, - обиженно. - Почему ты не позвонила? - гнул свою линию
- Не думала, что ты оставишь настоящий номер, - пожала плечом и вернулась обратно к мине, что могла убить их в любую секунду.
- Ну прекрасно, ты ранила меня в самое сердце, иди отсюда, - ищет повод прогнать.
То, что она сделала дальше, повергло его в шок, легкое прикосновение губ на щеке Шепард ожидал меньше всего.
- Давай так: ты затыкаешься сейчас, а мы ужинаем, если выживем. Идет?
- И платье найдешь? - не унимался.
- Ты заткнешься?
- Не могу, я люблю болтать, когда мой язык не занят другим, - обаятельно улыбается.
- Пока твой язык на месте, тебе лучше его прикусить и не мешать мне.
- Может, я надеюсь, что доведу тебя и ты свалишь? По протоколу тебя надо валить, - вспомнил дурацкий свод правил.
- Заткнись и соблюдай субординацию, - прорычала. Довел, значит.
- Ммм... так ты старше по званию, это жутко заводит...
- Если заткнешься, найду красивое платье с вырезом до задницы, - сверкнула глазами.
- Все, молчу. - даже показал замок на рту. - И все же... лучше бы ты ушла, - тихо и уже серьезно.


О, это воспоминание навсегда останется в его памяти, как очередная перепалка даже на грани жизни и смерти, а не в переполненном баре с танцующими парами или одиночками, когда упрямица запрыгнула на него и едва не опрокинула на лопатки прямо при всем грешном народе. А потом и спасла жизнь, вытащив из-под мины, взорвавшейся секундами позже, и именно оно часто грело ему душу в трудные минуты, мало ли кого встретишь в своей жизни.
Когда. Зачем. Почему.
[nick]Malcolm Shepard[/nick][status]I'm bad behaviour[/status][icon]https://68.media.tumblr.com/6e64aeda0ec860486b55401bc07cf72d/tumblr_on4ojrxqBB1qdqywso1_250.png[/icon][sign]https://68.media.tumblr.com/97ac03fa40e1617f3fdba4b39fe123d0/tumblr_on4onxYgMg1qdqywso1_500.gif[/sign]

Отредактировано Adam Miller (22.03.2017 22:45:09)

+1

4

- Что это за дыра?
Зоуи родилась на маленькой планетке почти на границе освоенной территории. Ее колонизировали в лучшем случае за сотню лет до её рождения: она должна была продолжить династию землепашцев, что работали с утра до ночи, выращивая овощи в промышленных масштабах. Она и сама работала с землей: Флеминг с детства не боялась испачкать руки. У нее никогда не было мягких ладоней и слабых рук. Только Первая Галактическая не обошла и маленький кусок цивилизации. В попытке установить контроль над плантациями, борющиеся против Объединения пришли с оружием в их поселок рабочих. И, когда им отказались выдать запасы, начали жечь дома и убивать. Зоуи убегала без оглядки из горящего дома, долго пряталась на кукурузном поле, не зная, что случилось с ее друзьями, с ее семьей и с ее деревней. Она спала прямо там, среди высоких стеблей, скрючившаяся от ночного холода, пока ее не укутал вонючий черный дым. Девочка бежала без оглядки, кашляла так, словно сейчас выплюнет легкие. И, вырвавшись из плена кукурузных полей, она столкнулась с отрядом Объединенных Сил. Маленькой девчонке, всю жизнь прожившей в маленьком селении земледельцев, они казались героями: красивыми мужчинами в форме, которые ее отмыли и накормили, забинтовали обожженые руки и не пустили в родную деревню, чтобы забрать с собой в Центральные системы. Зоуи тогда не могла отцепиться от одного из солдат, что особенно одаривал ее вниманием и часто носил на руках. Она признавалась ему в любви и говорила, что они поженятся, когда она подрастет. Маленькая девочка обещала хорошо себя вести, когда ее определили в военное училище и все ждала и ждала своего героя. Он, впрочем, так ни разу к ней и не приехал за все годы обучения, и Флеминг так и не простила его за это.
- Заткнись, Курт, - рычит на сослуживца Зоуи, когда шаттл начинает готовиться к посадке на Антаресе.
- Ты что, отсюда? - скалится мужчина.
- Не твое собачье дело, - отвечает Флеминг, рассматривая планету, на которую определили их отряд.

- Это что за дыра? - громкий голос заставляет ее отвлечься от размышлений о возможном ходе операции и внимательно посмотреть на Робертса, бравого парнишку-великана из ее отряда. Его никогда не терзали сомнения, он всегда первым бросался к цели и Зоуи каждый раз боялась, что этот - станет последним. Но, кажется, его берегла счастливая звезда.
- Робертс! - рыкнула женщина, привлекая к себе внимание.
- Прошу меня простить, капитан, вы не говорили, что вы с Антареса, - мгновенно бледнеет мальчишка.
- Я не с Антареса, - уже более мягко говорит Зоуи. - Но наша задача - защищать такие планеты. По сути, именно благодаря таким планетам мы можем строить и питаться. На Антаресе богатые месторождения металлов и карбонов. По сути, именно благодаря Антаресу у нас есть этот корабль. Понимаешь?
На лице Робертса отразились признаки умственной деятельности, но он через пару мгновений кивнул.
- Я понял, - так, словно доложил о важном событии, заявил Робертс.
- Хорошо, - и закрыла глаза, сжимая ручку своего кресла: Зоуи всегда ненавидела приземления.

У них было несколько секунд, в которые нужно было оказаться как можно дальше. Они преодолели меньше сотни метров, когда женщина толкнула Шепарда на землю и упала на него, закрывая уши и приоткрывая рот, чтобы сохранить барабанные перепонки. Взрыв громыхнул за спиной, осыпая спину землей и мелкими железными осколками и острым мусором, что рвали одежду и впивались в кожу.
- Дура! - отплевываясь рычал Шепард , скинув ее с себя. В ушах звенело так, что почти мгновенно начала раскалываться голова. Зоуи казалось, что ее голова сейчас взорвется точно так же, как и - Ты где видела, чтобы женщина закрывала собой мужчину?
- Значит, цел, - облегченно выдохнула Флеминг, проводя ладонью по лицу. Лежать на спине быо невероятно больно, но ей казалось, что каждое лишнее движение бьет ее по голове с размаху.

- К сожалению, мы не имеем ни малейшего понятия о силах противника Мы не знаем, сколько осталось выживших из расположения базы. Но это не меняет нашу задачу: мы должны быстро и тихо уничтожить противника и не позволить ему убить хоть одного заложника. Все понятно? - она обвела взглядом темных глаз свой отряд. Ее ребята хором ответили «Так точно».
- Сэр, мы готовы, - доложила по удаленной связи руководителю операции, чей отряд высадился в километре западнее.
- Начинаем, - ответил ей наушник сквозь треск.
- Так точно, - кивнула женщина и дала отмашку своим ребятам, которые мгновенно растворились в лесу, чтобы максимально незаметно от противника подобраться к базе. Они сработали максимально быстро и чисто, нейтрализовав всю охрану. Зоуи проверяла пульс каждого лежащего на полу солдата в форме Объединенных Сил, но все, встречавшиеся на пути, были уже мертвы. Она мысленно умоляла всех местных солдат продержаться еще пару минут. Она стояла перед дверью в командный пункт, а вдоль по стенам коридора строился ее отряд.
- Ждите моего сигнала. Или стрельбы, - шепотом объявила команду Флеминг и, спрятав свое оружие в кобуру, подняла руки и скользнула внутрь, масимально осторожно, чтобы не показать, что в коридоре уже выстроился Зеленый отряд.
- Я — Капитан Зоуи Флеминг и я безоружна, - громко объявила женщина, видя, как на нее направлено несколько дул. Она мгновенно сосчитала захватчиков, однако искала совсем не их.
- Вы окружены. Сдавайтесь — и никто не пострадает, - четко и громко объявляет стандартные условия капитуляции, находя, наконец, Шепарда взглядом и целое мгновение смотря ему прямо в глаза.
[nick]Zoe Fleming[/nick][status]through comets and stars[/status][icon]https://68.media.tumblr.com/2234d59f101b02d853398d3fcab12471/tumblr_on4njpu4Qy1qdqywso1_250.png[/icon][sign]https://68.media.tumblr.com/be1b13d0fed9fa0f61471b98958d1b80/tumblr_on4ns3sRMo1qdqywso1_500.gif[/sign]

Отредактировано Isadora Miller (28.05.2017 21:43:14)

+2

5

http://s7.uploads.ru/yCTD8.png
Если выбирать между женщиной и кораблем, Шепард всегда выберет корабль. И дело даже не в сравнении человека и неодушевленного предмета, потому что во многом можно было найти схожие черты. Своенравная представительница слабого пола и внезапная поломка системы, неоцененность любого, пожалуй, даже самого чудовищного технического барахла и обманчивая хрупкость красавицы, и существовало всего лишь одно различие, а именно в том, что корабль не сделает глупость, как это только что сделала Флеминг.
Сколько они не виделись? Он и не вспомнит. Подобные романы у него были не в первой, за исключением, что она была старше по званию и упрямая как мул… нет, как стадо мулов, желая держать контроль во всем, чуть ли не в том, кто нальет выпить из бутылки.
Зоуи сама решала, когда и где им встретиться. Он не возражал.
Зоуи всегда вела их отношению к определению «без обязательств». Ему это было удобно.
Зоуи в простой форме поставила точку их странному роману. А вот это Малкольм простить не мог.
Если существует уязвленная гордость, то в нем она умещалась в двойном, то и в тройном размере, направленная на банальную обиду, что ему все время приходилось бодаться с несносной Флеминг, а не быть в мире и согласии хотя бы пять минут в день. С первой их встречи, мужчина сделал вывод, что она абсолютно не умеет слушать, основываясь лишь на своем собственном мнении, обладая диким упрямством, безбашенностью настоящего летчика, что сделает опасный маневр, в который даже он сам не будет верить, Зоуи служила собственным идеалам, но каким и как была устроена ее очаровательная головка, даже за восемь месяцев понять ему не удалось. Вот и сейчас капитан пришла добровольно сдаваться, конечно же, с планом, продуманным в нескольких вариантах в независимости от ситуации, импровизация никогда не была ее коньком. Капитан… Доросла до нового звания, наверняка, с тем же упрямством, с которым готова была закрыть его собой или даже поменять местами на минном поле, на работе она работала в команде. Вне ее предпочитала звание не ниже начальника. Хотя, казалось, что теперь она вообще забыла о том, что не одна в отряде, а Шепард был уверен, что сейчас вокруг рыскает еще несколько солдат, по крайней мере, отчаянно в это верил.
- Я — Капитан Зоуи Флеминг и я безоружна.
Ты идиотка.
- Вы окружены. Сдавайтесь — и никто не пострадает.
Даже больше, чем я думал.
Поклявшись себе, что непременно схватит ее за шкирку и хорошенько отшлепает по очаровательной заднице, Флеминг обвел взглядом помещение, где их держали, вооруженных повстанцев, так и излучающих самоуверенность, уверенных в своей победе, и своих побитых ребят. Нет, шансов внутри у них было катастрофически мало, считай, они сводились к нулю и прием-приманка Флеминг не сработает. Эту базу он знал, как свою родную, за несколько лет Шепард смог проявить себя и заслужить ее под свое собственное командование, выше он и не метил, центральный сектор, который обогащала их планета, для таких как он был закрыт. Возможно, выбери он иной путь и послушай своего отца, что грозился перекрыть ему кислород всеми способами, даже среди вояк, что, собственно и сделал. Достигнув своего потолка, что греха таить, даже выше, Малкольм довольствовался своей жизнью, не отягощенный бременем продолжения родословной и поддержки абсолютно чуждых ему взглядов. Выбрав свой путь, отказавшись от собственной фамилии и взяв иную, он начал с нуля и дослужился до звания, которое сейчас носил с гордостью, и так же с гордостью будет защищать базу.
- Вы правда думаете, что мы настолько глупы, чтобы не предусмотреть высадку отряду и не окружить тех, кто окружил нас? – стоявший ближе всего к Зоуи мужчина закину на плечо автомат и обошел ее кругом. – Удивительно, как берут таких идиоток.
И прежде, чем она успела ответить, чем Шепард бы успел что-то сделать, раздался глухой удар при соприкосновении кулака и челюсти, заставляя капитана упасть на четвереньки и схватиться за щеку, одновременно с этим раздались выстрелы снаружи, повстанцы зашевелились, отдавая указания. Малькольм прикинул расстояние между ним, и Флеминг и решил не рисковать, чтобы не привлекать внимание, точнее он только подумал, как внутрь ворвались еще люди и непонятно уже свои или враги, хотя от него сейчас толку было ноль, хотя… Система подачи освещения отрубалась по аварийной кнопке, возле которой он так удобно лежал, и насколько он успел заметить, у напавших не было приборов ночного видения, а вот у помощи… Что ж, в такой суматохе он выиграет всем тридцать секунд времени. Прикрыв глаза, прошептав сквозь стиснутые зубы пожелание на удачу, командир откинул крышку и со всей силы, которая только у него осталось, хлопнул по кнопке. Помещение погрузилось в мрак мгновенно, прекратились выстреле, раздались крики и вопли недоумения, проклятия и призывы бежать, реакция мгновенно последовала за секундной заминкой.
Двадцать пять секунд.
Он хватает за плечо своего помощника и интересуется о наличии ночного видения, на что получает отрицательный ответ. Черт.
Пятнадцать секунд.
Он слышит, как раздаются редкие выстреле в никуда и очень надеется, что его затея не дала осечку, но Флеминг нужно было вытаскивать.
Пять секунд.
Она никогда не простит эту затею.
- Всем не двигаться или я убью ее к чертовой матери!
Красный свет сделал комнату еще более ужасной, чем она была, освещая несколько поверженных повстанцев и своих, а еще… Кажется, у него даже сердце остановилось, Флеминг была в руках главаря, а к ее голове приставлен пистолет, смазавший капли крови, стекающих от затылка по скуле. Последнее, что она вспомнит, как он абсолютно бесполезен и ничего не может сделать, просто потому что... он тряхнул головой, плюнув на все и с трудом поднялся на ноги, опираясь рукой о приборную панель.
- Здрасьте!
- Не двигаться! Пусть они уйдут и оставят нас! – Шепард слышал в голове бравого начальника напавших истерические нотки. Плохо дело, не хватало еще, чтобы он сорвался и прострели голову капитану.
- Тиха, тиха, тиха! Я обычный солдат! Я ее... жених! – поднял руки вверх, выпалив первое, что пришло на ум и повергнув всех в шок, в отличие от Зоуи импровизация была его стихией. - Эй! Эй! Эй! Это моя будущая жена! – когда пистолет дрогнул в руке, едва не нажав на спусковой крючок. - Слушайте, любовь она такая, зла и... Полюбишь козу! Моя фамилия Шепард, мои родители Гарольды, вы точно из знаете, одни из богатейших людей! Ну а я... влюбился как идиот, понимаете? Тут ничего не поделаешь, вот и я ушёл в армию, чтобы залечить свои душеные раны! Воу.... тише! – теперь дуло смотрело на него, чего он и добивался.
- Ты что, блять, за клоун?!
- Я не клоун, а гражданский! – с видом оскорбленной невинности.
- Как ты мог мне врать? Ты говорил... Твои родители. Не прикасайся ко мне! - почти взвыла Флеминг, пытаясь оттолкнуть Малкольма от себя.
Он поверил каждому слову, тому, чего боялся, едва всплывет правда о его происхождении, но виду не подал.
- Тише ты. Форму друга взяла для фоточек, дура!
- Что? - повстанцы не могли охуевать больше, впрочем, как и те, кто пришел их спасать.
- Дура она, поверьте! Говорил же, любовь и коза!
- Достали, никому не двигаться или я убью всех, кто тут находится!..
Мысленно прокляв свое обаяние, умение убеждать, тупость и заторможенность своих же ребят, он с радостью услышал выстрелы по врагам, которых снимали одного за другим, а сам пригнулся и добрался, наконец, до Зоуи, точнее он собирался это сделать, пока не увидел, как в ее сторону направлен автомат и раздается череда выстрелов. Слишком далеко, чтобы успеть оттолкнуть, слишком поздно, чтобы спасти, только если…
- Привет, дорогая… - пошатнулся, но чудом устоял, улыбаясь сумасшедшей улыбкой, смотря в знакомые глаза, - я скучал… - и рухнуть как подкошенный, принявший на себя все три пули, предназначенные для самой невыносимой женщины в мире.
[nick]Malcolm Shepard[/nick][status]I'm bad behaviour[/status][icon]https://68.media.tumblr.com/6e64aeda0ec860486b55401bc07cf72d/tumblr_on4ojrxqBB1qdqywso1_250.png[/icon][sign]https://68.media.tumblr.com/97ac03fa40e1617f3fdba4b39fe123d0/tumblr_on4onxYgMg1qdqywso1_500.gif[/sign]

Отредактировано Adam Miller (17.04.2017 23:21:28)

+1

6

Ребятам нужно немного времени, чтобы занять стратегически-важные позиции и тихо вырезать всех, кого только возможно. И для этого нужно не так много — позволить им тихо сделать свою работу. Она была уверена в них так же, как ее мальчишки были уверены в ней: она знала, что любой из них точно выполнит приказ, а они знали, что капитан их не подведет. И для Зоуи это безграничное доверие было важнее боевых наград и почестей: каждого из своих бойцов она считала чуть ли не своим ребенком и за каждого готова была убить или отдать жизнь. А потому сомневаться в единственном шаге в помещение с повстанцами она даже не собиралась. Смотрела с молчаливой гордостью и ждала следующего хода. И дождалась, когда от мощного удара пошатнулась и упала на четвереньки, а потом встала на колени, желая принять любой исход с гордо выпрямленной спиной, раз уж не получится стоя. Про себя она лишь считала секунды, через которые должен начать действовать Красный отряд.
Ориентировочное время — шесть минут.
Две из них уже прошли.
Осталось продержаться четыре и операция пройдет гладко.
Как бы не так.
Командный пункт погружается в темноту. На мгновение даже Зоуи кажется, что она просто ослепла. Возможно, подобная мысль преследует не только ее. Она мгновенно падает на пол и пытается ползком убраться подальше от вооруженных людей. Но ее маневр не остается незамеченным и тяжелый ботинок врезается в бок, заставляя скрючиться и остановиться.
- Куда собралась? - ее поднимают за шкирку и приставляют к виску пистолет.
- Я что-то заболталась... - попыталась пошутить и дернулась, за что получила еще один тяжелый удар, который на мгновение вырубил ее.
И очнулась она когда ее грозили пристрелить. И сбилась со счета, что нравилось ей куда меньше. Но на этом ее проблемы явно не закончились.
- Здрасте!
ТЫ СОВСЕМ БОЛЬНОЙ?!
Она аж дернулась от неожиданности появления Шепарда. Этот засранец просто обожал портить ей все, что только можно, спорить с ее решениями и противиться ее приказам — это она еще могла стерпеть, ведь никогда не была его прямым командиром и это ее бесило чуть меньше, чем заводило. Тогда она была всего лишь лейтенантом, не так давно выпущенным из военной академии, но сейчас от этой операции зависели жизни людей. И Шепард смешал все карты. Она мгновенно поняла, чьих рук дело отключение света. И взвыла про себя, когда он начал болтать несусветную чушь.
«Что ж ты блядь несешь?!» - вертелось где-то на кончике языка, но вместо этого она даже попыталась подыграть Шепарду. Настолько неудачно, что стало только хуже.
Пульс бешено бился в висок, пока Флеминг пыталась понять, сколько им нужно времени. Двадцать? Десять? Тридцать? Первые выстрелы за дверью мгновение казались спасением. А потом превратились в проклятие.
- Шепард... - время вокруг нее остановилось, когда мужчина вздрагивал от каждой пули, что с легкостью входили в тело. Она не слышала ничего, что происходит вокруг, только смотрела ему в глаза то мгновение, что он еще стоял на ногах, а потом бросилась к нему и подхватила, не позволяя упасть, а опускаясь вместе с ним на землю.
- Что ты наделал? - тихо спросила женщина, не реагируя на кровавую бойню вокруг. В это мгновение весь мир сузился до одного человека, который безвольно обмяк в ее руках.
- Что же ты, дурак, наделал? - она сняла куртку одной рукой и подложила под спину Малкольма, пытаясь хоть немного задержать кровь, которой уже обагрились и ее колени, и пол горячей влагой уходящей жизни.
- Не отключайся, слушай мой голос, - молит она, удерживая его голову чуть приподнятой и смотря только в его лицо. Кажется, он совсем не изменился. И даже проседь на висках не может превратить его из мальчишки, которым она его запомнила.
- Мы сейчас всех твоих ребят вытащим, а потом придут медики и ты их всех гонять будешь, чтобы никакие повстанцы больше не попали на базу. Слышишь? - в ее голосе скользило отчаяние. И подоспевшие медики с трудом вырвали из ее рук тело мужчины — она даже не знала, живого ли, ведь не слышала ничьих голосов, лишь поднялась на ноги и подобрала автомат с пола и нетвердым шагом пошла вперед, по коридору ко второму выходу с базы, откуда должен был входить Красный отряд. Дальше все было в тумане — на автомате она отдавала Зеленым приказы и руководила операцией по поиску и поимке сбежавших повстанцев в радиусе нескольких километров.
И лишь когда нашлись все дезертиры с обоих сторон, рискнула явиться в медицинский блок шаттла, на котором они прилетели.
- Капитан Флемминг, вы ранены? - кровь пропитала темные волосы и форму женщины, но она уже даже не помнила об этом.
- Нет, ничего страшного. Командующий...
- Ваша голова... Позвольте...
- Отставить! - рявкнула женщина и медик отшатнулся. - Как Шепард?
- Мы его откачали, скоро должен прийти в себя...
- Где? - просто спросила женщина, буквально прожигая взглядом врача.
- Во втором отсеке, но... - конец фразы о том, что ему нужен покой, Флеминг уже не дослушала и быстрым шагом направилась ко второму отсеку.
[nick]Zoe Fleming[/nick][status]through comets and stars[/status][icon]https://68.media.tumblr.com/2234d59f101b02d853398d3fcab12471/tumblr_on4njpu4Qy1qdqywso1_250.png[/icon][sign]https://68.media.tumblr.com/be1b13d0fed9fa0f61471b98958d1b80/tumblr_on4ns3sRMo1qdqywso1_500.gif[/sign]

Отредактировано Isadora Miller (09.07.2017 23:09:47)

+2

7

Шепард верил только в себя.
Ни в Бога, ни в родителей, ни в правительство, ни в свой отряд, ни в кого больше, только в самого себя, потому что он всегда шел против системы, а это требовало немалой любви самому к себе, об отваге и слабоумии речи не было, ведь не каждый решится вылететь из теплого гнездышка навстречу буквально… ничему.
Оказавшись на улице без средств к существованию, без друзей, без даже идеи, куда ему идти и что делать, Малькома почти через пару дней упекли за мелкую кражу, а оттуда отдали сразу в армию, научить уму разуму, и что удивительно, он даже не возражал, ведь это бело первое, что он сделал сам, что-то новое, а вдруг понравится. И все эти вкусы – любовь к нежнейшим стейкам, идеально отглаженные рубашки, модные гаджеты – отпадет сама собой как то, что ему навязали верить. Его не пугали постоянные стычки, наезды, крики, он делал все, что нужно. Научил огрызаться и смог впервые постоять за себя, прошел школу выживания, которую никогда бы не узнал ранее среди дорого обставленных стен, купленного окружения и постоянной слежке за каждым шагом. Уважать самого себя было трудно, ново и интересно, он мог верить людям, что его окружали, работать как единое целое, отправляться отбивать мелкие атаки, патрулировать планету, охранять высокопоставленных лиц, и что самое важное, никто не интересовался никто он, ни откуда, для них он просто пришел отбывать наказание, а в итоге остался и дальше проходить военную практику. Никто в него не верил. Кроме него самого.

- Шеп-а-а-а-а-а-а-а-ард!
Оставьте меня в покое.
- Шеп-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-ард!
Просто уйдите.
- Ты забыл свое место, щенок?
Он не понимал, где он, что он, да даже кто он, но его пугал этот голос. Язвительный, мерзкий, жуткий, противный и очень злой. Перед глазами была детская площадка, мокрый песок забивался под ботинки, майку, был на голове, а мальчик лишь радостно лежал в песочнице, разводя руки и ноги в сторону и рисуя ангела, пока цепкая рука не схватила за шкирку и не потащила по земле в мрачный дом.


Ему было шестнадцать, когда он решил покинуть родительский насест. Точнее, когда его друг сбил на мотоцикле женщину, и ему ничего за это не было. Ни разборок, ни наказания, простая отмазка. Лучший друг. Смерть. Для подростка, что был склонен, как и все преувеличивать, и поэтому подобное событие смогло сбить весь занавес фальша и пробиться к той человеческой сути, что пряталась в нем с самого начала.

- Ты что?..
- Это неправильно!
- Но человек пог…
- Марта, уведи его!
- Но, папа, я просто…
Он попытался пойти в полицию и объяснить, сказать, что был подкуп и нельзя закрывать расследование, ведь у той женщины были семья, может, даже дети, а не прикрываться кругленькой суммой, потому что верил, что даже один человек может сделать многое, если верит в то, что правильно. В итоге его посадили под домашний арест и лиши компьютера. Компьютера! Как нелепо.


Шепард сбежал с такой легкостью, потому что никто даже и не думал его толком наказывать или контролировать, от него бы просто как обычно откупились, как и делали это всегда, когда он капризничал и требовал, или решил повыпендриваться или просто, чтобы показать, что он богач.  А вот перелазить через ограду было тяжело, он упал, больно ударился плечом, но все равно ушел. Тогда просто не думал о том, что произошло, что будет, просто в макушке отчетливо стучала одна единственная мысль – так нельзя. Это неправильно. Невозможно. Недопустимо.

- Шепард, блять! Шепард!
- Да что?!
- Ты вообще видишь, когда на тебя нацелился автомат, дебил?!
- Ну, простите, что прикрывал ваш зад с другой стороны, сэр!
Капитан замолчал и посмотрел на солдата, что притворялся мертвым в паре метров, а на груди было синее пятно – цвет их команды. Потом перевел взгляд на молодого выскочку, в котором слишком сильно бурлила энергия.
- Все равно тебе выговор.
- Но!..
- Но ты молодец, так что устный.


Он чудом вообще выпустился, и еще никогда не видел капитана настолько счастливым, видимо, от облегчения, что избавился, и радости, что действительно дошел до конца. Для Малькома это была первая его победа, что положило начало для того, кем он стал. Несносность и энергия никуда не делись. Как и отвага и слабоумие, просто даже в своих глазах он вырос и стал простым человеком. Солдатом. Что будет защищать любую жизнь. Даже коллеги.

- Зоуи.
- Шепард...
- Зоуи, прости меня.
- Что ты наделал?
- Я не мог иначе.
- Что же ты, дурак, наделал?
- Спасал тебя, ты же понимаешь.
- Не отключайся, слушай мой голос.
- Я здесь, подними голову, посмотри на меня. Ну же…
- Мы сейчас всех твоих ребят вытащим, а потом придут медики и ты их всех гонять будешь, чтобы никакие повстанцы больше не попали на базу. Слышишь?
- Зоуи…


[nick]Malcolm Shepard[/nick][status]I'm bad behaviour[/status][icon]https://68.media.tumblr.com/6e64aeda0ec860486b55401bc07cf72d/tumblr_on4ojrxqBB1qdqywso1_250.png[/icon][sign]https://68.media.tumblr.com/97ac03fa40e1617f3fdba4b39fe123d0/tumblr_on4onxYgMg1qdqywso1_500.gif[/sign]

+1

8

Война забирает все:
Семью
Маленькие босые ножки бежали по полю в кукурузе в три раза выше ее роста, осыпанному осколками кирпичей и щепок, что разлетались на десятки метров от деревушки после взрыва. Девочка бежала что есть сил, хотя у нее уже болело в груди и боку, и не останавливалась, потому что ей велели не оборачиваться и бежать, бежать. И она бежала что есть сил, боясь повернуться на выстрелы и крики, на взрывы и на запах дыма и гари, что уже стелился по земле и преследовал ее вместе с ветром, что подталкивал в спину.

Друзей, с которыми растешь
На распределении по отрядам и частям после окончания Академии все старались шутить, но получалось у всех плохо. Морти и Джейсона, мальчишек, с которыми она прошла и огонь, и воду и медные трубы отправили служить в охрану продуктовых караванов и торговых путей. Не прошло и месяца, как их маленький боевой корабль был сбит, когда защищал шаттл с беженцами.
Друзей, которых находишь в другом конце галактики
Новости о гибели тех, кого ты знаешь, приходят не сразу. Иногда на видеозвонок отвечает другой человек и говорит, что адресата уже нет в живых, иногда приходит последнее, не отправленное при жизни письмо,заботливой рукой невидимого сослуживца, наконец, отправленное, с пометкой о том, что автор скончался, бывает, находишь фамилию старого друга в свежих сводках с фронта, а инога буксир привозит истерзанный снарядами космический шаттл, на котором служил твой друг, и ты уже не хочешь задавать вопросы.

Мальчишек, которыми командуешь и которых помнишь с тех пор, когда они еще не умели даже держать ружье
- Эммет! - она не слышала даже собственного голоса после взрыва, только помнила, как держала за шиворот его униформу и трясла, хотя мальчик давно не дышал и у него не было пульса. Слепая, почти родительская вера в лучшее не давала поверить, что он больше не рассмеется за кружкой отвратительного, синтетического алкоголя и не назовет капитана «классной».
А теперь она хочет забрать и то, что Зоуи когда-то любила.
Она не могла забыть остекленевшие от боли глаза, когда Шепард только начал падать после ранения. Не могла забыть его кровь на собственных руках и одежде, которую видела, стоило ей только прикрыть глаза, хотя прошло уже несколько дней с тех пор, как Шепарда доставили в медицинский блок.

Женщина распахнула глаза и посмотрела на свои руки в темноте. Они были идеально чистыми, как и все в этой белоснежной палате, но она знала, что стоит ей хоть на мгновение закрыть глаза, снова будет кровь. На руках, на одежде. Столько крови, что в ней можно утонуть.
Каждый прогноз был хуже предыдущего, Зоуи слушала их со сцепленными руками и качала головой. Она не верила, что Шепард не придет в себя. Она знала, что он сильный, знала, что он справится, а оттого день за днем приходила к нему в отсек и сидела час за часом, пока ее не вызывали на службу.
А потом возвращалась снова. Смотрела на его бледное лицо и верила, что он выберется, сможет прийти в себя. Ведь это будет несправедливо, если война заберет еще и его. Только война не останавливалась и стояла над Шепардом, склонилась над мужчиной гнилостным дыханием смерти, от которой он старался спасти Зоуи.
Женщину, которая его об этом ни за что бы не попросила.
Женщину, которая не хотела этого.
Женщину, которая не могла себя за это простить.
Ожидание точит ее червем, лишает аппетита и сна. Она раз за разом откидывается на спинку кресла и закрывает глаза. Потом снова вскакивает и начинает метаться по палате. Дни превращаются в бесконечную череду липких часов. И, кажется, было бы лучше под свинцовым дождем, чем раз за разом ждать, как же рассудит безжалостное время. Позволит ли оно жизни победить или измученный, израненный организм перестанет бороться. Зоуи остается только ждать — единственное, что она совсем не умеет делать.
Руки снова и снова сцепляются в замок, от искусанных ногтей давно уже не осталось живого места, в ход пошла и кожа на пальцах. И кровь на руках снова стала настоящей. На этот раз — ее.
Еще день — и она начинает хотеть забраться на стенку от отчаяния. Тает на глазах: у нее истончаются запястья, становятся узловатыми пальцы. Вера медленно, но верно изменяет, оставляя место лишь самообману, который зовется «надеждой». Но и он день ото дня становится слабее. И остается только чувство вины, что уничтожает ее изнутри, медленно, но верно, как неумолима вода, что обтачивает камень и лишает его острых углов.
[nick]Zoe Fleming[/nick][status]through comets and stars[/status][icon]https://68.media.tumblr.com/2234d59f101b02d853398d3fcab12471/tumblr_on4njpu4Qy1qdqywso1_250.png[/icon][sign]https://68.media.tumblr.com/be1b13d0fed9fa0f61471b98958d1b80/tumblr_on4ns3sRMo1qdqywso1_500.gif[/sign]

Отредактировано Isadora Miller (31.08.2017 23:39:18)

+2

9

Он не был любим.
- Мам?.. – детский голос обрывается со звонким подзатыльником, не таким, когда не рассчитал силу, а целенаправленным, чтобы сделать не просто больно, а показать все истинное отношение к маленькому человеку, что никак не может смириться с положением вещей в мире вокруг.
- Тебе никто не разрешал открывать рот, - и, если бы в этих словах скользило что-то еще помимо безразличия и раздражения, быть может, маленький Мальком перестал бы искать попытки достучаться до своего самого родного человека, но отчаянно верил и старался.
- Мам…
- Убирайся!
Звон стекла, разбившейся об стену вазы, эхом отражается в ушах в каждом его кошмаре, идущем по пятам, притаившемся в ночи и только и ждущим, чтобы напасть на него в самый неожиданный момент, а все потому что, одна женщина узнала об изменах мужа.


Мерный писк раздается в палате, отсчитывая удары его сердца.

Его не принимали ни в один круг.
- Шепа-а-а-а-ард, придурок! Шепа-а-а-а-рд, придурок!
- Отдай!
Подросток прыгал вокруг дерева, на котором сидели мальчишки, и перекидывали друг другу одну из его любимы книжек, а иногда протягивали ему и ждали, пока он кинется вперед и попытается выхватить, чтобы не дать ему это сделать. Они ждали, что этот дохляк выдохнется и одного раза упасть лицом в грязь будет достаточно, но он все еще прыгал и просил свою книгу, хотя с волос капала грязь, ботинки скользили по жиже, а руки были исцарапаны и в крови.


Вторым его именем стало - Изгой.
Пока отец не решил вернуться в семью и заняться воспитанием своего взрослого отпрыска, показав ему всю власть денег и их могущество, научив подкупать, лгать, слепил настоящего эгоиста, которым мог поистине гордиться. Шеппард впитал все основы отпрыска золотой молодежи мгновенно, припоминая все своим обидчикам, с которыми он разделался поначалу, потом девушкам, что ему отказывали, и которых он ни во что не ставил, он не просто стал своим среди этой богемной тусовки, а ворвался в нее и занял лидирующие позиции. Год за годом он жил в свое удовольствие и прожигал жизнь, тратил баснословные суммы, не понимая, чего он хочет и что ему нужно, неизменным оставалось лишь одно.
Один.
Четыре буквы, за которыми скрывается целая жизнь, несчастного, что родился не в тот день, не в тот месяц, век, не под той звездой, не в этом мире и вселенной, нелюбимый и ненужный маленький человечек, впервые открывший глаза и встретившийся со всем дерьмом, которое только существуют. И слыша собственное веселое агуканье, смотря как перед ним мельтешат маленькие пальчики, словно создавая ширму, за которое можно спрятаться в собственном мире иллюзий, в семье, что трещала по швам, он даже не представлял какая его жизнь ждет. Наполненная неожиданными поворотами, отвратительная, счастливая, мерзкая, безбашенная, яркая и тухлая, она постоянно менялась от большего к меньшему, от ужасного к потрясающему, и не оставляла и шанса взять передышку. Боль от одиночества. Звучит смехотворно и нереально, даже как некая издевка, которая стремится показать, что подобного не бывает, хитрого сплетения столь отрицательных эмоций, что с легкостью могут разрушить даже самые крепкие стены, самую слепую веру в лучшее, купленную за несколько нулей.
В первую очередь одиночество – это тишина.
Как и само слово одиночество, которое не будет наполнено криками, рыданиями, громкими ссорами, все будет предельно тихо, никаких звуков, кроме, может быть, музыки в ушах, такой же тихой, едва слышной, что будет играть в наушниках, когда лежишь на крыше и смотришь в небо.
Во вторую – это потеря времени.
Ты не знаешь ни который день, ни час, ни год, для тебя время просто идет, сменяется день и ночь, пока и эти понятия не растворятся в твоем мировоззрении, сводящимся к бесконечности.
В третью – пустота.
Ты перестаешь ощущать себя как живого человека, поднимаешь руки, видишь плоть и кровь, но понимаешь, что это банальная оболочка, которая в скором времени будет предана земле, проживая свой недолгий отпущенный остаток времени, пока не щелкнут ножницы на нити твоей жизни.
Мальком Шепард был ходячим клише. Высокий, отчего многим девицам приходилось вставать на каблуки, чтобы дотянуться до его шеи, обвить руками и урвать поцелуй, пока он не засмотрелся на очередную девчонку и не приударил за ней; он швырял деньги, пробовал дурь, пил, курил, нарушал законы, за что откупался потом любимый папа, и, кто знает, может, так было бы и по сей день, пока однажды что-то не щелкнуло в голове, как переключатель. Он знал изнанку этой «золотой» жизни, и едва вступил в нее, поддался соблазнам и пошел в разнос, но он родился не в этом окружении в ином, и бежал к старым привычкам там быстро, как только мог, чтобы никто из семьи не добрался до него – ни мать, что боялась позора, ни отец, чьим наследником он был.
И прибежал на службу.
Где поймал несколько пуль в спину и готовился умереть, сделав в своей жизни что-то достойное.
Спасти жизнь человеку без всякой подлой мысли, личной выгоды или попытки построить из себя героя, просто Мальком видел, как на нее навели автомат, а дальше не думал и просто действовал.
Три.
Он бежит к ней.
Два.
Раздается выстрел.
Один.
И его палату наполняет мерный и длинный писк.
Он успел.
И опоздал.

[nick]Malcolm Shepard[/nick][status]I'm bad behaviour[/status][icon]https://68.media.tumblr.com/6e64aeda0ec860486b55401bc07cf72d/tumblr_on4ojrxqBB1qdqywso1_250.png[/icon][sign]https://68.media.tumblr.com/97ac03fa40e1617f3fdba4b39fe123d0/tumblr_on4onxYgMg1qdqywso1_500.gif[/sign]

Отредактировано Adam Miller (31.08.2017 19:40:26)

+1

10

Говорят, что боги — выдумка старого мира. Того, что рухнул под гнетом новой цивилизации, и ей же был уничтожен. Того, что сейчас остался одинокой, почти безжизненной планетой в центре изученной вселенной, больше похожей на огромную помойку, чем на колыбель цивилизации, что теперь покорила вселенную за гранью воображения всего нескольких поколений назад, и отправилась еще дальше. Возможно, это конечный и логичный исход всего: превратиться во всеми забытую рухлядь, не пригодную для существования. Так начинает разлагаться тело,так постепенно истлевает душа. Зоуи старалась не задумываться о том, что произойдет с ней, стоит только времени подойти к той черте, из-за которой не вернуться в строй. Война была ее жизнью, единственным, что она знала и единственным, что умела, а потому мысли о том, что бывает иначе даже не появлялось в ее голове. Но сейчас она была готова поверить во всех богов и воззвать к ним всем в поисках справедливости и спасения хотя бы одного человека, рядом с которым так и крутилась старуха с косой. Готова была выполнять забытые ритуалы, приносить любые жертвы, лишь бы произошло только одно — он остался жив.
Но старый мир превратился в свалку, его боги тоже стали дряхлыми, ни на что не способными стариками, а, может быть, уже сами истлели в могилах хрупкости человеческой памяти и жестокости человеческих сердец и они не отозвались на молитвы. Не отозвался и тот бог, в которого верили по привычке, и чье слово, заученное наизусть, напоминали посланцы в забытых даже этим богом галаткик тем, кто должен был его помнить, но все равно забыл в суровости необжитых планет. Не отозвался никто, а потому она почувствовала мимолетное изменение в воздухе прежде, чем прибор начал издавать этот однотонный, уничтожающий барабанные перепонки и всю надежду, звук. Звук, что приносит дурные вести. Звук, что означает смерть.
Он становился все тише, потому что мгновенно заложило уши и остался только шум крови и стук собственного сердца. Сердца, которое бьется только благодаря тому, что другое сердце остановилось.
Зоуи не помнила, как оказалась в коридоре, как на ее слабый, исчезнувший мгновенно голос, звал врача. Она не понимала, что она стоит на дороге и не чувствовала, как ее толкают хрупкие медсестры, что своей одной только силой воли приносят раненых двухметровых мальчишек буквально на руках с места военных действий, и только краем глаза заметила, как безвольно дернулось тело Шепарда под разрядом электричества.
Здесь смерть выглядит совсем иначе, чем во время обстрела. Там она настигает внезапно, порой настолько, что на лицах абсолютно нет гримасы боли, лишь удивление, словно их застали врасплох. А иногда, но для этого нужно обладать особенным везением, можно успеть улыбнуться сослуживцу или сжать окровавленной ладонью протянутую руку и пожелать удачи или отомстить. И непременно, пока не остекленеют глаза, просят победить раз им приходится отдать за это жизнь.
Здесь смерть подкрадывается медленно, как первый выпавший снег, приходит и меняет абсолютно все. Здесь от нее не спасет ни толчок в плечо, ни бронежилет. И оттого здесь она намного страшнее.
«Не забирай его, он не виноват» - она молится уже Ей самой, прося о пощаде, прося отпустить жертву из ледяных когтей, ведь совсем не Малкольм должен был оказаться на этой койке. Хотя Зоуи скорее всего бы просто не доехала до больницы. И, может, ей повезло бы улыбнуться Шепарду в последний раз, как он улыбнулся ей.
«На его месте должна быть я» - бьется набатом одна-единственная мысль в висок. И, кажется, что ей осталось немного до того, чтобы истончить хрупкую в этом месте кость.
«Должна быть я...» снова бьется мысль, но теперь с частотой ударов сердца, с мерным писком проклятого аппарата, сначала неуверенным, а потом все более явным.
- Малкольм... - она прижимается к стеклу на двери отсека и смотрит на то, как усталые врачи, тоже солдаты, но их война куда сложнее, снимают перчатки и облегченно вздыхают.
- Малкольм... - ее пускают обратно не сразу, лишь через несколько часов, которые ей удается проспать в холле, чтобы, стоит ей только проснуться, она вернулась к его постели и тихо его позвала.
- Возвращайся скорее, - она улыбается и убирает его, как и всегда, всклокоченные волосы с его лба.
- Ты же упрямый осел, ты должен выкарабкаться, - это уже тише, почти на выдохе, пытаясь уговорить его вернуться. Хотя бы для того, чтобы щелкнуть ее за осла по носу.
[nick]Zoe Fleming[/nick][status]through comets and stars[/status][icon]https://68.media.tumblr.com/2234d59f101b02d853398d3fcab12471/tumblr_on4njpu4Qy1qdqywso1_250.png[/icon][sign]https://68.media.tumblr.com/be1b13d0fed9fa0f61471b98958d1b80/tumblr_on4ns3sRMo1qdqywso1_500.gif[/sign]

Отредактировано Isadora Miller (31.08.2017 23:39:30)

+2

11

Бог, ты слышишь меня? Ты существуешь?
Кто тебя придумал?

Иллюзия, что словами в никуда, взглядом, направленным в небо, мольбой на коленях, созданная настолько мощной и несокрушимой, что вряд ли можно будет найти в мире хотя бы одного человека, что не будет взывать к своему богу или богам, но их будет объяснить только мотив внезапного желания поговорить с кем-то там, кто возможно есть наверху. Страх. Пожирающий изнутри, парализующий, заставляющий кричать или замереть и почти не дышать, он может настигать внезапно, а может везти долгое и мучительное преследование. Страх умереть, не вернуться домой, попасть в ловушку, встретиться с грабителем, врезаться в другую машины, отравления, боли ищи миллиарды причин, по которым словно чья-то костлявая рука будет сжимать все внутренности, а на шее будут мурашки от внезапного холодного дыхания на шее. Имя бога срывается с губ в тот же миг, в какой-то отчаянно надежде быть услышанным.
Мальком боялся смерти. Половину своей жизни он считал, что слишком хорош, чтобы умереть, при том делая все, дабы приблизить свой быстрый конец: он много пил, курил как паровоз, баловался наркотиками, намеренно попадал в неприятности, драки, искал этого вечного проклятого адреналина, чтобы вспомнить, ради чего он вообще существует. Во вторую же его сразу предупредили, что в накалившей обстановке полет шальной пули мимо никто гарантировать не может. И он снова стал боятся, что однажды просто не вернется. И не потому, что его кто-то ждал или о беспокоился, даже думал, а просто он слишком любил жизнь и не важно, была она украшена парами угара и похмелья, опасности и суровой действительности, Шепард просто чертовски любил жить. Просыпаясь по утрам, он первым делом стремился выйти на улицу, сделать глубокий вдох, приложить ладонь козырьком к глазам и посмотреть на рассвет. Новый день, новые дела, а, может, что-то повториться, но встречая в полной тишине и одиночестве рассвет, он стал понимать, зачем живет. Желание стать действительно полезным, оставить после себя хорошие воспоминания, а не ворох статей со скандальными заголовками, вытравить из себя чувства, что с самого рождения он был бесполезным и абсолютно никому не нужным и просто… просто жить.

- Зоуи, а ты красивая, - прищурившись от яркого солнца, что било ему в глаза, Мальком с хитрой улыбкой смотрел на женщину, что морщила нос, когда пыталась привыкнуть к его очкам, и выглядела настолько непривычно милой, что он не мог промолчать.
- Что?.. – он увидел свое отражение в стеклах от очков.
- Красивая, говорю, - повторил и откинулся на стуле, опрокинув назад голову и наслаждаясь теплыми лучами.
- У тебя удар? – иного ответа он и не ждал.
- Нет, просто вспомнил свои бывших…
- О, да ладно!
- Дай договорить, - фыркнул, представив, как она закатила глаза и в подтверждение своих слов услышал тихий стон. – Знаешь, раньше у меня был один образ, что я так бережно хранил в сердце. Ее звали Стелла, и она была самой доброй, самой милой девушкой в школе. Хорошенькая как с картинки, аккуратная, она всегда оставляла после себя хорошее впечатление, не такое, как другие популярные девчонки, а скорее… «светлое», что заставляет тебя рядом с ней хотеть стать лучше. Я никогда не питал к ней романтических чувств, но очень хотел дружить. Тогда в школе я был тощим, нескладным, но зато хорошо обеспечен и от того мое окружение напоминало типичное пафосное собрание богачей, - расслабился, придаваясь воспоминаниям. – В первый раз мы заговорили на уроке химии, когда нас поставили работать в паре. Потом продолжили общение в школе, но ничего серьезного, просто хорошие знакомые. Мне нравилось общаться с ней, пока это не стало нравится моему окружению, ведь я перестал уделять им время и приглашать к себе домой. О, у меня был большой дом… И вот однажды, на глазах всей школы меня поставили перед выбором: вернуться обратно, где моя место, или оказаться без поддержки и приготовиться к побоям и унижениям, ведь без денег я выглядел как ботаник, - тут он сделал паузу. – И я выбрал не Стеллу, что была добра ко мне. И это единственное, о чем я буду искренне жалеть, ведь может… - сжал в руках бутылку с водой. – Я бы не совершил столько ошибок в прошлом, и она могла бы мной гордиться сейчас и была бы моим единственным настоящим другом.
Молчание повисло в неприметной кафешке, в зоне боевых действия на стульях и столах всегда можно было найти следы пуль, официанты и повара ходили в бронежилетах, а посетители были при оружии. Эти короткие передышки ценились настолько сильно, что разговоры всегда велись очень тихо, чтобы насладиться этой невероятной тишиной и представить, что когда-нибудь наступит мир и ее пронзят сотни счастливых голосов, кричащих «ура». Тяжелые воспоминания не отпускали его годами, казалось, что на смертном одре он будет вспоминать искренне и добрую улыбку, и слова благодарности в помощь за то, что донес книги до шкафчика. Если каждый человек в мире совершает самую большую ошибку, то вот она его.
- Шепард, я обычно не предлагаю такое мужчинам, с которыми сплю, но… я могу быть и твоим другом.
- Что? – вскинулся, распахнув глаза и тут же выругавшись от яркого света. – Что ты сказала?
- Ты – идиот.
- Не это… - насупился, на что получил смешок. – А мне нравится такая дружба, Флеминг, - снова улыбался, только уже предвкушающе. – Как насчет подружить горизонтально?
- Полный идиот, - резюмировала женщина.


В этот раз не было солнца, не было тихих разговор вокруг, автомат не лежал на коленях, и почему-то раздавался лишь противный писк, повторяющийся вновь и вновь. Расплывчатые огоньки в кромешной темноте, противный звук продолжал резать слух, когда он попытался моргать, чтобы сфокусировать на какой-нибудь точке, потом пошевелиться и что-то задеть, отчего по полу покатился пластиковый стаканчик проливая воду. Он открывал рот и хватал воздух, разрезающий легкие как раскаленные ножи, но не мог выдавить даже и хриплого звука, отчаянно надеюсь привлечь внимание.
Помогите мне! Боже!
Что со мной?

[nick]Malcolm Shepard[/nick][status]I'm bad behaviour[/status][icon]https://68.media.tumblr.com/6e64aeda0ec860486b55401bc07cf72d/tumblr_on4ojrxqBB1qdqywso1_250.png[/icon][sign]https://68.media.tumblr.com/97ac03fa40e1617f3fdba4b39fe123d0/tumblr_on4onxYgMg1qdqywso1_500.gif[/sign]

+1


Вы здесь » Manhattan » Альтернативная реальность » Into the void ‡альт