http://forumfiles.ru/files/000f/3e/ce/11825.css
http://forumfiles.ru/files/000f/13/9c/62080.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/40286.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/95139.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/86765.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/22742.css
http://forumfiles.ru/files/0014/13/66/96052.css

Manhattan

Объявление

Новости Манхэттена
Пост недели
Добро пожаловать!



Ролевая посвящена необыкновенному острову. Какой он, Манхэттен? Решать каждому из вас.

Рейтинг: NC-21, система: эпизодическая.

Игра в режиме реального времени.

Установлено 7 обложек.

Администрация
Рекомендуем
Активисты
Время и погода
Дамиан · Марсель

Алесса · Маргарет

На Манхэттене: ноябрь 2017 года.

Температура от +7°C до +12°C.


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Manhattan » Альтернативная реальность » Butterfly ‡альт


Butterfly ‡альт

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

[audio]http://pleer.com/tracks/14435940KsZG[/audio]
Когда Дэнни встретил Чарли, над городом нависли грозовые тучи
http://i90.fastpic.ru/big/2017/0415/f8/02594328c72f871ba2be1c5e46acf8f8.png
Густая тьма холодной октябрьской ночи растворялась в мерцании ярких неоновых букв на витринах круглосуточных магазинов – заменяли звезды, что скрылись под плотной завесой мрачных туч. Сигнальные лампочки на крыше автомобиля скорой помощи полыхали красным, будто крохотные огоньки, и к ним отовсюду слетались случайные прохожие-мотыльки. И чего им не спалось только этой холодной ночью?
- Туда нельзя, мисс…
- Пропустите! – она отбивалась от крепких рук, рвалась к нему, - это же Дэнни!
- О нем позаботятся...мисс...
- Это же Дэнни! – слова точно так же с трудом прорывались сквозь рыдания, как и она - сквозь патрульных.
- Пустите меня…я должна…я должна быть рядом с ним…Дэнни!

http://i90.fastpic.ru/big/2017/0415/f3/df58d80bf9b775a10a377fe81f4933f3.png
Когда Дэнни встретил Чарли, на город  обрушился проливной дождь.

[sign]http://i90.fastpic.ru/big/2017/0415/0c/1bf4d614ebf71cc6f9298e923065b30c.png[/sign][icon]http://i90.fastpic.ru/big/2017/0415/17/2b3bab3dadf383ed47b945821ddec217.png[/icon][nick]Butterfly[/nick][status]...[/status]

Отредактировано Sameen Preston (15.04.2017 19:58:18)

0

2

Тогда на дворе стоял октябрь, помнишь?
Холодный, пробирающий до дрожи, и мы весь день просидели внутри.
Ты пила горячий чай, пытаясь согреться.
Черный, с сахаром, помнишь?
Это стало одним из самых теплых воспоминаний в моей жизни.

[audio]http://pleer.com/tracks/14347050ywbe[/audio]
Когда Дэнни встретил Чарли, на город  обрушился проливной дождь.
Улицы утопали в холодной воде, а она вбежала в бар, одетая в черную летнюю куртку, которая едва доходила ей до задницы, а та была обтянута джинсовыми шортами, господи, эти ее колготки в черную сетку и тяжеленные ботинки; она ворвалась внутрь, неся с собой поток ледяного ветра и грязные брызги с лужи у входа – мокрая, как извалявшаяся в сточной канаве кошка, со стекающей по щекам тушью и красной помадой на губах, со злобным выражением лица и прилипшими к лицу волосами – и застыла на пороге, когда за ней захлопнулась дверь. В тот момент на виновника вторжения оглянулись все.
В том числе и Дэнни.
Думаю, он влюбился в нее сразу, едва увидев эту взъерошенную кошку, сбежавшую прямиком из непогоды в то теплое уютное место, которое все мы отныне будем знать как «Баттерфляй».
Иногда ты не знаешь наверняка, какой из моментов станет первым звеном в длинной цепочке самых важных, самых радостных и самых печальных событий в твоей жизни. Иногда ты не знаешь, как обозначить этот момент, не можешь подобрать нужное слово, чтобы описать его, и эти попытки утомляют своей тщетностью – и тогда начинаешь перебирать всё, что могло сбить тебя с намеченного молодым тобой пути и, в конце концов, привести к настоящему, что наступило много лет спустя.
Когда Дэнни встретил Чарли, он еще не догадывался, как отразится на его жизни их встреча. В то утро он всего лишь вернулся из Калифорнии, где гостил у друзей в течение нескольких месяцев, пока его родная тетка обрывала телефон в попытках повлиять на своевольного мальчишку (хотя Дэнни, конечно, уже не был мальчишкой – ему было девятнадцать, и он считал себя взрослее некуда). Отоспавшись и насильно проглотив несколько кусков запеченной индейки, Дэнни смог вызвать улыбку на лице родственницы и уже затем отправился на встречу с друзьями, которые дожидались его в Нью-Йорке.
- Ньют? – переспросил он у Марка.
- Чарли, - кивнул тот, - ну, вообще-то она Шарлотта Ньютон, но мы зовем ее Чарли, а когда она не слышит – Ньют. Хотя, думаю, она знает, что мы знаем это прозвище, просто не любит его.
Дэнни с недоумением оглянулся на Ричи, а Ричард Шерман был, в общем-то, на две головы выше их всех, и Ричи пожал плечами и просто подтвердил, что скоро появится Чарли.
Эти трое дружили с самого детства: Марк и Дэнни учились в одном классе, Ричи был на пару лет старше, а сводный брат последнего – Нил Уорд – пару лет назад выкупил маленькое здание и сделал из него что-то вроде бара. «Что-то вроде» - так они и любили называть это место, потому как оно больше походило на вечернее кафе, закусочную и таверну, с отдельной комнатой для более уютных посиделок, когда в самом «Баттерфляе» случались оживленные вечера (случались, конечно, не часто, но тем не менее). Эту комнату Нил оборудовал для себя, чтобы иногда побыть в покое и умиротворении, но ребята быстро облюбовали его, и как он мог им отказать? Это Нил-то?
Интерьер «Баттерфляя» был отделан под дерево, с огромным нарисованным камином у дальней стены, а на случай отключения электричества на стенах висели миниатюрные подсвечники – когда зажигаешь эти огоньки, ощущая, как весь квартал погружен в волнующую темноту, становилось так тихо, но так удивительно приятно.
Марк познакомился с Чарли несколько месяцев назад, хотя не единожды видел ее – она жила неподалеку от его дома, но с каждым годом казалась всё более отстраненной от людей. Во всяком случае, он ни разу не видел ее с подругой или ухажером, а ведь на лицо она была очень даже симпатичной. Впрочем, не всем по душе темный макияж и некая внешняя вульгарность, которая начала проклевываться в облике Чарли с тех пор, как ей исполнилось четырнадцать.
В тот вечер она была уже девушкой восемнадцати лет, молодой и свежей, и даже залитая дождем и потекшей косметикой она умудрилась остаться привлекательной. И Дэнни впервые услышал ее голос, ведь когда она ворвалась – тут же с досадой выругалась:
- Вот дерьмо!
- Эй! - и Нил сделал предупреждающий жест.
Тогда Дэнни просто уставился на нее, как и все остальные, и смотрел, пока она шла к их столику – самому дальнему, почти в углу, прилегающему к барной стойке – это их место в общем зале, они усаживались там, чтобы Нилу не было одиноко в то время, как он протирал столешницу влажной тряпкой; и даже когда вечер был свободным – не перебирались за другие столы. Разве только в заднюю комнату. Подошвы ее ботинок оставляли бесформенный темный след на полу, и она почти что свалилась на свободный стул, оказавшись по левую руку от Марка и по правую – от Дэнни.
- Чарли, где тебя жизнь так помотала-то? – сочувственный смешок от Нила, впрочем, он уже быстро налил полную чашку кипятка, размешав там дозу сахара, и всунул это варево в холодные девичьи руки – и злобный взгляд Чарли мгновенно преисполнился благодарности.
- Меня окатили из лужи, но там вообще ливень такой, что впору ковчег строить, - проворчала Чарли, отпила глоток чая, неизменно обжегшись, и тогда уставилась на Дэнни. Друг, о котором Марк и Ричи ей рассказывали – конечно же, она заметила его почти сразу. Он был абсолютно в ее вкусе, если исходить из одной только внешности, но ведь и так ясно, что черную футболку с принтом «Black Sabbath» на груди наденет не каждый. Во всяком случае, у него была такая футболка.
Они были похожи: темные карие глаза, черные волосы, и этот мрачный стиль одежды – сплошь темные цвета, преимущественно черный, правда, Дэнни не красил губы и глаза, ну а Чарли не было нужды брить бороду, так как той и в помине не было.
Хоть тогда и казалось, что Дэнни играл на гитаре для всех, кто спустя два часа перебрался в комнату, но на самом деле играл он для Чарли. Он рассказывал о Калифорнии и своих приключениях и слушал новости родного города. Шутил и участвовал в перебранках, пока они играли в карты, иногда присоединяясь к какой-то из партий, иногда тихо перебирая струны и наигрывая мотивы старых отличных песен. Иногда его взгляд бегло скользил по спине Чарли, когда она уселась за ту древнюю печатную машинку, которую Нил притащил пару недель назад, отдав за нее жалкие гроши; Чарли, конечно же, не замечала эти взгляды украдкой.
Поначалу.
Дэнни казалось, что это мимолетно, и на самом деле судьба подбросила ему отличного кандидата в друзья: они любили одну пиццу, могли часами спорить о том, какой фильм был лучше из всего дерьма, отснятого за последние десять лет в жанре ужасов, хотя и фильмы-то смотрели лишь от случая к случаю – куда больше их увлекала музыка. Они смотрели фейерверки, спрятавшись под кривыми ветвями старого дуба в парке, и смеялись, когда Марк свалился в траву, споткнувшись о спрятавшийся в листве рыхлый пень.
А за несколько дней до Рождества, устроившись в «Баттерфляе» и пробуя новый ассортимент чая, который Нил заказал только вчера, Дэнни как бы невзначай опустил руку под стол и мягко сжал ладонь сидевшей рядом Чарли. Она так и продолжала рассказывать о том, что им всем непременно нужно пойти на выступление какой-то панк-группы, но их пальцы переплелись и на какое-то время в баре стало немного теплее.
[sign]http://i90.fastpic.ru/big/2017/0415/0c/1bf4d614ebf71cc6f9298e923065b30c.png[/sign][icon]http://i90.fastpic.ru/big/2017/0415/17/2b3bab3dadf383ed47b945821ddec217.png[/icon][nick]Butterfly[/nick][status]...[/status]

Отредактировано Morgana Price (21.04.2017 01:46:02)

+2

3

Я всегда знал, что ты никогда мне не солжешь.
Ты никогда и не лгала.
Ты действительно верила во всё, что говорила мне.
Просто иногда вера слишком хрупкая для нашей действительности.


Дэнни хотелось свободы.
Уже через несколько месяцев после своего возвращения он снял крохотную, убого обставленную квартиру с единственной комнатой, но сперва пришлось найти подработку, чтобы хватило на первый взнос. Они с Чарли впервые переспали именно в этой комнате, которую уже спустя короткое время Дэнни смог назвать своим домом.
Ему нравилось, что Чарли любила бывать там. Нравилось, что иногда она приходила пораньше, чтобы дождаться его, а заодно и приготовить какой-нибудь годный ужин – порой денег хватало лишь на пару сендвичей, а иногда они могли позволить себе бутылку приличного вина, которое распивали в постели, обмотавшись одеялом и согревая друг друга холодными зимними ночами.
Чарли говорила, что нет, мол, они не живут вместе, но с тех пор, как появился Дэнни – она пропадала с ним больше, чем с кем-либо за всю свою жизнь. Могу ли я сказать, что они наслаждались друг другом? Как присутствием одного в жизни в другого, так и простыми объятиями в постели. Разговорами, жестами, прикосновениями. Взглядами и интонациями голосов.
Они оба мечтали о славе, о признании их талантов – и, безусловно, оба были талантливы. Они мечтали прочувствовать это, услышать это признание – не в словах друзей и близких, но заполучить от толпы неизвестных, от тех, кто ничего о них не знал, кто мог судить объективно, насколько это в принципе возможно. Но Дэнни шел к этому целенаправленно, прикладывая все свои усилия, а Чарли больше сотрясала воздух, в действительности же топчась на месте и просто плывя по течению.
- Пожалуй, мне всё же пора купить какое-нибудь барахло на колесах, - она сосредоточенно изучала содержимое буклета, который Марк на днях выдал ей в «Баттерфляе», - черное, и чтоб раскрасить огненными кляксами по бокам. Что скажешь?
- Скажу, что ты не могла найти более заезженного стиля, чем этот, - он коснулся губами ее плеча, придвинувшись ближе к ее спине, и тут же прошептал в ухо, - но он ужасно тебе подходит.
Чарли прислонилась к его груди и чуть запрокинула голову назад. Всё то же темное пятно на светло-сером потолке, всё то же единственное одеяло, которое она хотела постирать еще на прошлой неделе. Вслух она хотела большего, а внутри…внутри нее всё говорило о том, что этот момент – самый прекрасный в ее жизни, и пусть бы время прекратило свое отвратительное шествие, лишь бы остаться в этом мгновении навсегда.
Пока Дэнни обнимал ее, пока она могла закрыть глаза и просто чувствовать рядом тепло его тела – всё остальное казалось ей таким эфемерным. Жутко бессмысленным. Невыносимо лишним. Вот оно – действие момента, одного из тех, которые кажутся бесконечностью, но заканчиваются еще быстрее, чем вы успеете прочувствовать его в действительности.
Ведь на самом деле она действительно хотела большего.
Просто еще не время.
- Мне предложили работу в Лос-Анджелесе, - на этот раз Дэнни произнес это не шепотом, но Чарли всё равно откликнулась лишь после второго раза, когда он сообщил новости. Она знала, что Дэнни уедет. Он так долго этого ждал, так долго к этому стремился. Он разослал столько своих записей, сколько волос на ее голове не наберется (так она и любила говаривать, а мы не будем возражать) – и отказаться от этой возможности можно было лишь по причине полномасштабного конца света.
- Я же говорила, что стриптиз – твое призвание, - улыбнувшись, ответила Чарли, - пригласишь меня на «Черри Пай»? Клянусь совать тебе в трусы только пятидолларовые купюры.
- Ну всё, Чарли Ньютон, сегодня ты выпросила себе ночевку на диване, - она задыхалась от щекотки, но об этом следовало подумать до того, как топтать великую мужскую гордость. Но он осыпал ее, запыхавшуюся, раскрасневшуюся от смеха, жаркими поцелуями, вжимал в матрац, удерживая ее руки над головой.
За эти полтора года, что они были вместе, она удивительно похорошела.
Расцвела рядом с ним.
И будто ждала, пока однажды он вернется и появится в том баре, а ее саму настигнет ледяной дождь и вот, они встретятся, и всё у них будет чертовски круто.
- Хорошо же, что у нас нет дивана? – улыбалась Чарли. Растрепанная, без грамма макияжа – она казалась совсем ребенком, будто ей лет шестнадцать, а больше и не дашь. Всё выдавали ее глаза, это их выражение – знающее, понимающее, хотя она ведь ни черта еще не успела увидеть в этой жизни, кроме своей неблагополучной семьи и этой трущобной юности. Возвышаясь над ней, глядя в эти темные глаза, неотрывно ждущие его внимания, он хотел смотреть на нее такую всегда.
- Ты могла бы уехать со мной, - сказал Дэнни.

[audio]http://pleer.com/tracks/4477776P79w[/audio]

- Да не поедет она, - уверенно заявил Марк, подхватил с тарелки сендвич с сыром и ветчиной. Ричи и Нил скорчили страдальческие мины, но и сами понимали, что Марку им возразить нечем – после Дэнни, он был тем, кто понимал Чарли лучше, чем ее же проклятые родственники, - мисс-я-не-буду-домохозяйкой, и Дэнни прекрасно это понимает.
- Кто знает, от домашней плиты и до работы в забегаловке – один шаг, - задумчиво ответил Ричи, - знаете, сколько знаменитостей сперва вкалывали ребятами на побегушках?
- Кухню ей никто и не доверит, - фыркнул Марк, - она так горяча, что даже стряпня не выдерживает и пригорает.
- Да я же всё слышу, мудак! – возмущенно прорычала Чарли и швырнула в друга тряпкой, которой протирала пивные бокалы. Нил ненавязчиво предложил ей помогать ему иногда, а взамен подкармливать худосочную девицу завалявшимися  в холодильнике остатками продуктов.
Марк был прав.
К несчастью, он был совершенно прав.
Она просто не могла отправиться с Дэнни в Калифорнию. Он так усердно трудился, перед ним открывалась дверь в новую жизнь, а она лишь станет обузой, опустится с его ступени куда-то ниже, станет тем дополнением, которое хранят лишь оттого, что лень перебирать хлам своей жизни и избавляться от тех вещей, без которых вполне можно обойтись.
И пусть Дэнни был бы счастлив, чтобы она каждый день встречала его по вечерам, чтобы готовила ему неказистую стряпню, коротая сутки в безуспешных попытках реализовать себя и исполнить свои мечты, не выдерживая протекающих рутинным потоком будней, пусть он был бы счастлив засыпать с ней рядом и вместе просыпаться под навязчивую трель будильника, но…
Сколько они так продержатся?
Всё меняется.
Но без него ей тяжело.
- Завтра обещают дождь, возьми с собой зонт, - посоветовал Марк, когда Чарли уселась рядом, прихватив с собой чашку, полную любимого чая.
- Я не поеду, - после малозаметной, но всё же паузы произнесла Чарли.
Все трое уставились на подругу.
Так тяжело, что почти невыносимо.
Но Чарли разглядывала рисунок на чашке, который давно успела изучить вдоль и поперек. И всё равно – будто бы впервые видела.
- Он будет ждать тебя, Ньют, - Нил улыбался, но улыбка была сдержанной. Пожалуй, да, наверняка, она почти казалась грустной.
- Я знаю, - она опустила глаза на стол, - я просто не могу…
И внезапно Чарли расплакалась. Горько, надрывно, ее рыдания ворвались в воцарившуюся мгновением ранее тишину, словно вода, прорвавшая одряхлевшую дамбу. Закрыв лицо ладонями, опустила голову и, в конце концов, уткнулась лбом в гладкую столешницу.
- Я ужасна, – причитала она, глотая слезы, и не осмеливаясь смотреть на своих друзей, - что мне делать?
- Делать выбор, девочка, - мягко ответил Нил.
Почти невыносимо.
Позже он вылил в раковину остывший черный чай. 
[sign]http://i90.fastpic.ru/big/2017/0415/0c/1bf4d614ebf71cc6f9298e923065b30c.png[/sign][icon]http://i91.fastpic.ru/big/2017/0415/79/2284292812a418d76b2e6ba4277d0679.png[/icon][nick]Butterfly[/nick][status]...[/status]

Отредактировано Bonnie Castle (16.04.2017 01:34:36)

+1

4

Ты ведь знала, что если бы попросила меня остаться – я бы остался с тобой?
Конечно, знала.
Потому и промолчала.
Скажи, Чарли, ты верила тогда в судьбу?
Впрочем, это неважно.
Я был рад, что ты верила в меня.


Они снова заговорили только спустя два месяца после расставания.
Это был телефонный звонок.
Имя Дэнни высветилось на маленьком экране мобильного, по-настоящему родное и знакомое – настолько, что потребовалось четыре долгих гудка прежде, чем Чарли смогла нажать кнопку и произнести несколько слов. У Дэнни был красивый голос, который не могли испортить ни помехи сотовой связи, ни аудиозаписи, которые, как известно, славятся как раз тем, что нередко становится проблематичным узнать собственный голос.
А за несколько минут до этого курьер из службы доставки вошел в «Баттерфляй» и громко поинтересовался: где здесь можно найти Чарли Ньютон? В любой другой день Чарли, сидевшая на своем привычном месте в дальнем углу бара, нахмурилась бы, встрепенулась, удивилась (и, скорее, неприятно, чем наоборот), но то был особенный день.
В тот день Чарли исполнилось двадцать.
И она подозвала его, этого парня, в униформе сплошь из синего и черного цвета, расписалась на его бланке, где рядом с ее именем оставалась пустая графа и поблагодарила за коробку, которую ей передали прямо в руки.
Из Калифорнии.
Отъезд Дэнни стал важным событием: обсуждали его в присутствии Чарли, в ее отсутствие, с шутками или на повышенных тонах; иногда Чарли хотелось закрыть ладонями уши и крепко зажмуриться – просто чтобы не слышать этих слов, ни утешений, ни упреков, чтобы не видеть эти сочувствующие выражения лиц или же подбадривающие улыбки, как ни в чем не бывало же. Они все так молоды, у них вся жизнь впереди.
- Нил, мне неловко тебя просить, - начала Чарли.
- Всё что угодно, кроме жертвоприношений, - заверил ее Нил.
Он знал, что она попросит денег. Разумеется, в долг – и сразу же отдаст, когда появится такая возможность, Чарли всегда отдавала долги, даже когда они исчислялись парой баксов. Просто потому что никогда не хотела быть кому-то должна, она вообще не любила брать в долг – считала себя достаточно взрослой и независимой для этого.
Самое очаровательное в заблуждении Чарли было то, что она нередко прибегала к помощи своих друзей, так что зависела от них больше, чем сама о том подозревала.
Особенно от Дэнни.
- Ты просто идиотка, - Кори, младшая родная сестра Марка, ей едва исполнилось семнадцать – и Нил пустил ее подработать несколько недель в «Баттерфляе», - если бы я была на твоем месте – уехала бы с ним.
Кори казалась Чарли неприятной, но ради Марка Чарли старалась сократить количество конфликтов до минимума. Тяжкая ноша, если знать, какой тяжелый у Чарли характер и как сложно ей держать себя в узде и не идти на поводу у вспыльчивости. Кори отвечала подруге братьев взаимностью, но иногда Чарли даже испытывала к ней нечто вроде жалости.
Братья и Ричи в напряженные девичьи разговоры старались не вмешиваться до тех пор, пока не им не надоедали эти однообразные издевки, но в ту первую неделю, когда Дэнни уехал из Нью-Йорка, Чарли и без того ходила как в воду опущенная.
- А тебе бы очень хотелось оказаться на моем месте, да, Кори?
Марк и Нил переглянулись, и последний велел сестре сходить в комнату и собрать стоявшие там пивные кружки. Ричи легонько толкнул Чарли локтем в бок, но она уже успела отвернуться и уставиться в окно, разглядывая бесконечно однообразную и знакомую картину по ту сторону стены.

[audio]http://pleer.com/tracks/14304032a9kU[/audio]

В тот дождливый день она всё-таки пришла с ним попрощаться.
- Высматриваешь? – Марк похлопал друга по плечу, затянулся последний раз и швырнул тлеющий окурок в мусорную урну, - она не хотела приходить.
Автобусная станция, вопреки их ожиданиям, казалась пустынной – довольно редкое явление в огромном мегаполисе, который ежедневно встречал и выпроваживал сотни людей, так или иначе погрязших в суете переездов. В руках у Дэнни была дорожная сумка, за плечами – большой чехол со спрятанной внутри любимой гитарой. В зубах – сигарета, а взгляд периодически устремлялся куда-то в переулки. Высокий, весь в черном – на фоне белого прямоугольника автобуса, который вскоре отправится в Лос-Анджелес, Дэнни казался темным, но всё-таки заметным пятном.
- Придет, - он рассмеялся, - Чарли Ньютон не выставит себя трусихой – пострадает же наша гордость.
Она действительно пришла.
Замерла в полуметре от него, и Марк с ребятами вдруг решили взять себе по стаканчику кофе – отвратительное пойло, которое они бы и с дикой жажды не стали пить, но тогда вот захотелось всем. Чарли смотрела Дэнни в глаза, но когда-то на ее собственные начали наворачиваться слезы, опустила взгляд на носки своих черных ботинок.
Дэнни обнимал ее крепко, прижимал к себе, почти убаюкивал, пока она утыкалась носом в его куртку. А сам ласково проводил пальцами в ее волосах. Касался губами ее щеки, виска, целовал ее губы. Они не говорили вслух, но мысленно между ними проносилось всё невысказанное, всё ценное и самое важное, что только можно было сказать любимому человеку.
Когда подошло время отбытия, Чарли всё-таки прошептала ему:
- Покажи им там всем, ладно?
Они улыбались друг другу.
Такие молодые.
Такие глупые.
В коробке оказался плед. Огромный, мягкий и такой теплый. И прежде, чем смогла себя остановить, Чарли сжала край пледа в руках и поднесла к лицу. Рассмеялась со своей глупости – уж не надеялась ли она, что Дэнни решит брызнуть на плед несколько капель своей туалетной воды, а? Это было бы так нелепо.
А потом раздался тот телефонный звонок.
- Я же знаю, как ты мерзнешь по ночам, - сказал Дэнни.
- Морозы – для слабаков, - улыбнувшись, ответила ему Чарли.
- Это точно. С днем рождения, детка.
- Да. Спасибо тебе, - она замялась. Вдруг вся та праздничная атмосфера, которую упорно создавали Марк и ребята вот уже второй день подряд, улетучилась в какую-то неведомую даль. Вдруг захотелось просто взять этот плед и уйти в отдельную комнату, подальше от других голосов, чтобы слышать лишь один.
Его голос.
Устроиться на этом старом диване, который пора бы уже выбросить, но кто купит Нилу взамен новый и побольше? И почему эта мысль внезапно завертелась в голове, когда с языка пытались сорваться совершенно иные слова?
- Дэнни?
- Да, Чарли?
Она опустилась на диван. Обернула вокруг себя плед и, поджав ноги, улеглась на диване. Прижимала к уху мобильный телефон, который оказался теперь между ее головой и пропахшей табаком подушкой.
- Поговори со мной еще немного?
Совсем как раньше, хотелось бы ей думать. Только вместо Дэнни ее согревал этот проклятый плед в черно-белую полоску, вместо его губ и хрипловатого голоса рядом – динамик крохотного мобильника.
Он больше не предлагал ей приехать.
А она так и не смогла признаться, как сильно ей этого хотелось.
[sign]http://i90.fastpic.ru/big/2017/0415/0c/1bf4d614ebf71cc6f9298e923065b30c.png[/sign][icon]http://i89.fastpic.ru/big/2017/0416/74/04e03a1b3535163e3c7ca8f9e9ab5774.png[/icon][nick]Butterfly[/nick][status]...[/status]

+1

5

Может, однажды мы еще увидимся?
Дай мне слово, что не пройдешь мимо.
Дай слово, что не затеряешься в толпе.


[audio]http://pleer.com/tracks/14414660PN4Y[/audio]

Никто, кроме Дэнни, не знал, что Чарли сделала татуировку. Маленький знак – символ бесконечности – он располагался в низу живота, с левой стороны; Чарли сделала его в день, когда ей исполнилось девятнадцать. А потом они пили вино (Нил отдал им бутылку своего лучшего, припасенного среди ценных запасов), смотрели триллеры, и Чарли натягивала одеяло до подбородка и громко вскрикивала от досады, когда в фильмах проскальзывала откровенная глупость. Однажды татуировку заметил Марк, но промолчал.
Когда Чарли устроилась на работу в бар, вывеска которого уверяла, что тот назывался «Арета», - по велению хозяина ей пришлось надевать платья. Длинные, черные, облегающие ее уже сформировавшуюся фигуру – они шли ей неимоверно. У Чарли был действительно хороший голос, обнаружить такой в неприкаянной девчонке владельцу бара показалось вопиющей удачей, которую упускать – себе во вред. Она пела блюз, несколько песен за вечер, три дня в неделю.
Там Чарли и познакомилась с Близнецами Джейкобс.
На самом деле разница в возрасте Лили и Рут составляла два года, но они были так похожи на лицо, что все считали их близнецами – так и прикрепилось к ним это прозвище. В конце концов, сестры выросли – изменения в их внешностях отражались в одежде и характерах, а вот прозвище осталось. Лили была длинноволосой, теплой и нежной, как весенние полевые цветы, а Рут…Рут была похожа на Чарли. Все они работали в одном баре, там однажды и познакомились. Там однажды и начали дружить.
- Тебе нужно с ним переспать, - заявила Рут. И Чарли поперхнулась кофе.
- Что? Нет.
- Да. Давно пора прийти в себя, Чарли.
- Я в порядке, не переноси на меня свои навязчивые идеи, - отмахнулась Чарли.
Рут Джейкобс дышала никотином. Невозможно было представить ее без сигареты – они были неразлучными подругами с тех пор, как Рут исполнилось восемнадцать лет, и старшая Джейкобс игнорировала любые посягательства посторонних и близких, защищая свои вредные привычки так, как иные охраняют сокровища.
Рут не знала, кто такой Дэнни, но она знала, что Чарли не ведала покоя и в том был повинен некто. Ей не нужно было знать его имя, плевать она хотела на его лицо, да и весь этот образ ее мало интересовал, но вид Чарли, которая иногда погружалась в себя, отдавал любовными страданиями. Эти женщины…они это чувствуют, знаете ли. У них заложен какой-то радар, опознающий любовные лихорадки и прочие сердечные недуги.
И вот уже которую неделю Рут толкала подругу в объятия молодого повара, работавшего в «Арете» всего второй месяц. К слову, сам Джеймс Хетфилд и не подозревал о грандиозном замысле Рут Джейкобс. Он вообще был скромным, этаким хорошим парнем с щенячьими глазами и порядочными шутками. Потому что все люди в наших жизнях – это просто периоды. Эпизоды, чья длительность так или иначе зависит от наших собственных желаний.
- Лучше налей мне еще, - попросила Чарли.
- Нет, ты и так мне пятнадцать долларов должна, - сурово отрезала Рут. И перевела взгляд на подошедшую к барной стойке сестру – на той была форма официантки, и Лили как раз получила небывало щедрые чаевые, как для такого места.
- Я угощаю, - просияла младшая Джейкобс и повернулась к Чарли, - но в «Баттерфляе». Идет?
Чарли улыбнулась.
Лили питала симпатии к Марку. Такие симпатии, что одного его слова хватало для появления ее улыбки, а одного слишком продолжительного взгляда – для бледно-розового румянца на щеках. По правде сказать, эта девушка была самой подходящей кандидатурой для такого, как Марк – она могла бы взять на себя его нестерпимый, но такой задорный нрав, как вода гасит пламя, и сотворить из этого нечто новое – дым – могла бы дополнять его, разделять с ним его радости и утешать его печали. Вот настолько замечательной она была, эта Лили.
И что важно – Марк это знал.
- А ты хоть куда-то отправляла свои рисунки? – поинтересовалась Рут.
В тот день в «Баттерфляе» был занят лишь один стол, но там собрались все: Марк, Ричи, Чарли, Близнецы и даже Джеймс Хетфилд, который плохо понимал, что здесь забыл, но веселье компании постепенно передалось и ему. Нил как раз поджаривал сосиски, когда речь зашла о талантах Чарли (и закатил глаза) и о привычке этой Рут лезть не в свое дело.
- Посмотри на нее внимательно, - посоветовал Марк, - у нее на лбу написано, что не царское это дело – искать успеха самой. Пусть этот успех первым и ищет!
- Да пошел ты нахер! – смеялась в тот вечер Чарли, и швыряла в Марка скомканными салфетками, а тому приходилось искать защиты у храброй Лили.
В тот вечер Чарли чувствовала, как всё вокруг нее менялось. Всё, кроме самой Чарли, и это чувство угнетало: жизнь движется, а она будто топчется на месте, но ведь нечего ради…верно? Как понять, что именно этот момент может стать тем, значимым, который повернет ее жизнь в другое русло?
В тот вечер Марк и Лили впервые поцеловались. На глазах у всех, к огромному удивлению Лили, которая с трудом прикрыла рот и после завершения того поцелуя, но Марк всегда был каким-то…вот каким-то таким, порывистым, живущим этими моментами, за ним нужно лишь угнаться, а дальше ваш ритм станем одинаковым.
В тот вечер Джеймс провожал Чарли домой. В тот вечер она, переехавшая окончательно в ту квартиру, которую раньше снимал Дэнни, решила, что пора с этим покончить. В тот вечер она перезвонила по объявлению и договорилась посмотреть завтра комнату.
В тот вечер они с Джеймсом взяли по рожку сладкой ваты, хотя вообще-то Чарли не особенно любила сладкую вату, но менять – так менять. Половину рожка пришлось выбросить, та была слишком приторной, слишком тягучей, липла к зубам и была не слишком приятной на вкус.
В тот вечер Джеймс записал номер мобильного Чарли, пообещав не звонить раньше девяти утра и позже десяти вечера – Чарли не возражала. Она восемь месяцев не слышала голос Дэнни и думала, что поступает правильно, обмениваясь номерами с этим дружелюбным парнем, который на удивление отлично готовил. Впрочем, какое удивление, если он у них работал поваром, но вы же знаете эти маленькие бары со скромным меню.
Она собрала все свои вещи, которых, увы, оказалось совсем немного – хватило на одну коробку и сумку. Остановилась у порога и окинула взглядом эту комнату, которая вовсе не стала казаться пустой – наоборот, она напоминала Чарли то время, как она только-только зачастила к Дэнни, «случайно» оставив то свою куртку, то красную помаду.
Ей не хотелось уходить отсюда. До ужаса, до желания кричать в этой тишине. Словно покидая эту квартиру, она оставляла часть себя внутри этих стен. Какую-то очень важную часть себя, а ведь еще вчера она была так тверда в своих решениях, так к этому стремилась.
Ей страшно хотелось позвонить Дэнни.
Но вместо этого она, зажмурившись на мгновение, открыла дверь и вышла. Повернула ключ в замочной скважине и спустилась по лестнице на первый этаж. Еще через двадцать минут она шла по улице, засунув мобильник подальше в карман; она вставила наушники в уши и включила музыку. Так громко, насколько позволяли динамики плеера, чтобы энергичные панк-рок мотивы заглушили шепот внутреннего голоса.
В конце концов, Дэнни же смог.
Сможет и Чарли.
[sign]http://i90.fastpic.ru/big/2017/0415/0c/1bf4d614ebf71cc6f9298e923065b30c.png[/sign][icon]http://i91.fastpic.ru/big/2017/0421/81/fdda1030c8790e7521dd716583d55a81.png[/icon][nick]Butterfly[/nick][status]...[/status]

Отредактировано Sameen Preston (22.04.2017 01:34:22)

+1

6

- Прости, я не могу, - Чарли отвернулась, и поцелуй из волшебного прикосновения губ увлеченных друг другом людей превратился во что-то неловкое, несуразное, что-то, что было совершенно не к месту и не ко времени, хотя здесь и сейчас атмосфера располагала именно к этому.
Меньше всего она хотела сейчас сравнивать Джеймса со своим бывшим, отчего ей было неуютно и немного стыдно перед самим Джеймсом – не тот он человек, который заслуживал сравнений, особенно тех, что оборачивались не в его пользу, но…
Чарли ничего не могла с этим поделать. С собой поделать. Почти год одна, почти год никто после Дэнни не касался ее губ, не прижимал к себе ее худое, будто бы слегка уставшее тощее тело (тело может уставать или же это старость, а?), но неоткуда брать то желание, которое помогло бы ей расслабиться рядом с Джеймсом. Она смотрела в его глаза, в этот удивительный влюбленный взгляд, понимая, что могла бы сделать его счастливым человеком – действительно могла – но в ней самой не было ни капли желания.
Он считал ее ужасной?
Ему бы стоило считать ее такой, но Джеймс…ох, Джеймс, до чего же ты добрая душа, и откуда в тебе столько прекрасного?
- Будешь чай? – только и сказал он, улыбнувшись Чарли.
- Нет, я…, - Чарли запнулась. Посмотрела на него, - я лучше пойду. Я еще позвоню тебе, ладно?
- Конечно, Чарли.
Почему он ей улыбался? Почему просто не сказал, что она сука, которая водит его за нос, пользуется им, отнимает свободное время на себя, такую – а что, собственно, в ней такого? – почему в тот миг, когда ей нужно устроить трепку, все ведут себя так, будто жалость и понимание – панацея от всех бед?
Пока они позволяют ей – ничего не изменится.
Подкурив сигарету, Чарли прижалась к стене одного из тех полуночных магазинов, что рассыпались по Нью-Йорку стайкой мерцающих во тьме светлячков. Быстро выбрала из списка номер Рут и нажала кнопку вызова. Рут, конечно же, не спала. Рут, конечно же, была рада увидеть Чарли – ей же нужно с кем-то разделять свой алкоголизм.
За окном – без пяти минут полночь.  Лили уже спала, утомленная после тяжелого дня, да и вообще она засыпала рано, а вставала с наступлением рассвета; Рут же была ночной пташкой – она ложилась поздно, вставала поздно, вечер был пиком ее активности, а раннее утро казалось наказанием за все свершенные ею грехи.

[audio]http://pleer.com/tracks/4602876KJBx[/audio]

Они устроились на балконе. Притащили туда матрац, взяли одеяло, пару бутылок красного полусладкого, которые Чарли прихватила в магазине. По бокам – дешевые тонкие бокалы. Между подругами – дорогая пепельница в форме не то колодца, не то автомобильной шины (подарок от ухажера Рут), на одеяле – пачка синего «Кэмела». Какие-то снеки со вкусом сыра, от которых почему-то больше несло полиэтиленом, чем сыром – голодному желудку всё равно еда.
Балкон был маленьким, почти крохотным, до нелепости тесным, но эти двое, в этих своих белых с цветочками пижамах, умудрились расположиться очень даже удобно по собственным меркам.
- Завтра я точно сделаю вторую татуировку, - заявила Чарли.
- Ну, на этот раз хоть со смыслом? – Рут с сомнением взирала на подругу.
- Фе, - поморщилась та, - еще скажи, что надписи должны быть без ошибок. А мы ведь останемся подругами, если я напишу себе на пояснице «холодильник» по-китайски?
И первая бутылка незаметно подошла к концу.
И казалось, что вкус уже не тот и пить больше не хочется, но ко всему можно привыкнуть – и вновь Рут наполнила бокалы, и вновь они говорили эти дурацкие тосты, как вообще такие можно придумать?, но им было весело, и им было смешно. И полночь была такой красивой, пусть даже крыши высотных зданий заслоняли им звезды, но свет луны плыл от одного окна к другому, достигал этого балкона, полного девичьих бесед.
- Да поняла я всё, - фыркнула Рут, - у тебя была большая любовь, но ничего не вышло и теперь тебе всё не то и этак не так, но забей уже. Всем плевать одна ты или с кем-то, лишь бы тебе было хорошо.
Рут была сильной. Чарли никогда не видела, чтобы она плакала, ну уж нет – ничто в этом мире не стоило слез Рут. Но Чарли знала, что у Рут тоже была своя история: о таких не принято болтать за чашкой чая в кругу веселящихся друзей, но когда наступает момент, когда хочется помериться личными драмами – такие истории самое то.
История же Рут заключалась в том, что однажды она, как и Чарли, встретила родственную душу. Любовь, поцелуи, мороженое летом в парке, одно одеяло на двоих зимним вечером. Подарки, смех, кино, радость, случайные встречи. Работа, звонки, сплетенные пальцы рук, меню в барах, две зубные щетки в его квартире. Желания, стремления, мечты, приоритеты. Тест, ультразвук, вторая неделя.
Аборт.
Тишина.
Чарли не хотела стоять у плиты, стряхивая с фартука остатки муки, и нянчить детей, напевая им колыбельные. А Рут хотела. Так много решений, так много сложностей. Так мучительно тяжело, когда есть выбор. И так до горечи смешно, когда понимаешь, что каждый ведет к одному результату, и ничего уже не сделать.
- Всегда есть последствия, нравится тебе это или нет, - в конце концов, произнесла Рут, и Чарли молчала, не в силах подобрать подходящих слов, которые могли бы смягчить эту горькую улыбку на губах ее подруги.
Ничто в этом мире не стоило слез Рут.
[sign]http://i89.fastpic.ru/big/2017/0423/4c/6a099c1cf12eea4372b629e70522814c.png[/sign][icon]http://i48.fastpic.ru/big/2017/0512/d1/0e130d5491c8cee310d9045b219d5bd1.png[/icon][nick]Butterfly[/nick][status]...[/status]

+1


Вы здесь » Manhattan » Альтернативная реальность » Butterfly ‡альт